Текст книги "Восемь недель (ЛП)"

Автор книги: Хулина Фальк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц)

Восемь недель
Хулина Фальк

Это художественное произведение. Имена, персонажи, места и происшествия вымышлены и являются плодом воображения автора.

Для тех, кто верит в родственные души…

Эта книга для Вас.

P L A Y L I S T

When You’re Ready – Shawn Mendes

See you later (ten years) – Jenna Raine

Wildest Dreams (Taylor’s Version) – Taylor Swift

WYD Now? – Sadie Jean [feat. Zai1k & Zakhar]

Favorite T-Shirt – Acoustic – Jake Scott

Let’s Fall in Love for the Night – FINNEAS

Chills – Why Don’t We

Full Time Job – We Three

Make You Mine – PUBLIC

It’ll Be Okay – Shawn Mendes

Heart To Heart – James Blunt

Last First Kiss – One Direction

ГЛАВА 1

«Я думала, что буду счастлива, но я едва дышу» – Falling Up by Dean Lewis

София

– Это последний вызов на посадку на рейс 375А в Нью-Йорк. Пожалуйста, немедленно пройдите к выходу номер шесть. Завершаются последние проверки, и капитан прикажет закрыть двери самолёта примерно через пять-десять минут. Я повторяю. Это последний вызов на посадку на рейс 375А в Нью-Йорк.

Я начинаю жалеть о своём решении уехать на пару месяцев. Конечно, я всегда мечтала учиться за границей, но я не думала, что это мой последний год в университете.

Я также не совсем уверена, насколько правильным было решение выбрать университет Сент-Тревери. У меня было так много вариантов, и все же я выбрала единственный университет в городе, из которого сбежала.

У меня все равно не было выбора. Моему отцу предложили лучшую работу в Германии, когда мне было семь лет, конечно он согласился. Моя мать считала, что мы не сможем прожить четыре года, не видя отца, поэтому мы сразу же поехали за ним.

И я предполагаю, что теперь я возвращаюсь менее чем на полгода.

Но… все мои друзья остаются здесь. Как и моя семья. Ну, часть моей семьи. Я действительно близка только к двум из них.

Тем не менее, хорошо, наконец, уехать на некоторое время подальше от моего бывшего парня.

Точно, София. Оставайся позитивной.

Мы не допускаем негативных мыслей. Особенно, когда вы застряли в самолете на следующие двенадцать часов своей жизни. Ну, только если самолет не разобьется и вы не погибнете.

Аааа, опять негатив.

Вдох-выдох. Все будет в порядке.

Всего десять минут назад мне пришлось попрощаться со всеми, кого я люблю. И я сомневаюсь, что увижу их до Рождества. Может быть даже и на Рождество мы не встретимся.

Авиабилеты дорогие. Особенно те, которые переправляют вас через океан.

Я буквально чувствую, как пожилая женщина рядом со мной осуждает меня. Вероятно, она недоумевает, почему сатана решил наказать ее, посадив рядом с двадцатилетней девушкой.

Поправочка, двадцатилетняя-рыдающая-девушка.

С таким же успехом она могла бы сидеть рядом с малышом в этот момент.

Дело не в том, что я боюсь летать. Может быть… Но именно то, что я уже скучаю по всем, играет большую роль для моих слёз.

Хорошо, и, возможно, тот факт, что моя тревога заставляет меня сходить с ума, когда я в воздухе. Что-то в полете мне кажется неправильным.

↞♡↠

Я не только опаздываю на целый день, но теперь я ещё и бездомная.

Хуже и быть не может.

Ну, по крайней мере, мои занятия начнутся не раньше понедельника. А так как сейчас только суббота, у меня остаётся около полутора дней, чтобы найти место для ночлега.

Я должна была получить комнату в общежитии, но, похоже, все они заняты. Почему они обещают мне комнату, когда у них явно нет места для меня?

Ну серьёзно. У них было целых шесть месяцев. И для чего, чтобы я застряла тут и узнала, что для меня не нашлось места в общежитии?

И что еще хуже, у меня начались чертовы месячные на этом чертовом рейсе.

Но, эй, я сказала, что жила здесь когда-то. Я просто молюсь, чтобы моя тетя все еще была рядом. Я не разговаривала с ней, должно быть, десятки лет. Может быть, не десятилетия, но десять лет точно.

Я достаю свой телефон, видя, что в нем осталось всего около пяти процентов заряда батареи, но этого должно хватить. Зарядить телефон точно не получится в ближайшее время.

Я ищу её контакты в своем телефоне, молясь каждому Богу, чтобы у нее все еще был тот же номер.

Набирая её номер, во мне молниеносно бежит кровь, руки трясутся. Почему я так беспокоюсь о разговоре со своей собственной тетей? Возможно, потому что, если она скажет «нет» или то, что она тут больше не живет, я абсолютно точно не буду знать, куда еще идти.

Удача, кажется, на этот раз на моей стороне, потому что кто-то действительно берет трубку.

– София? – раздается голос моей тети. Похоже, она так же удивлена, услышав меня, как и я, услышав, что стала бездомной.

– Эй, да, это я. – Как это нелепо.

Моя тетя молчит. Как я уже сказала, мы не разговаривали по крайней мере одно десятилетие. Мне, должно быть, было десять к тому времени, когда жизнь на другом конце земного шара не подразумевала поддержку связи со всеми остальными. Поэтому я не удивлена, что она понятия не имеет, что сказать.

– Послушай, у меня тут проблема… – Я хожу взад и вперед по тропинке перед продуктовым магазином, не зная, как попросить кого-то, с кем я не разговаривала целую вечность, о такой огромной услуге.

– Выкладывай, дорогая.

– Я в Нью-Сити, – говорю я. – Я должна была остановиться в общежитии Сент-Тревери, но, похоже, у них больше нет свободной комнаты для меня. Так что пока я…

– О, дорогая, я больше не живу в Нью-Сити. – Только что рухнула моя последняя надежда. – Но я живу в Уэсли-Хиллз. Ты помнишь свою подругу детства… Как её звали? Лилиана?

– Лили? – Её имя посылает мгновенный холод по моему телу. Я так давно не слышала её имени, что странно осознавать, что некоторые люди в моей жизни на самом деле помнят её, говорят со мной о ней.

– Да, да. Её мать живет рядом со мной.

Я не уверена, почему она говорит мне это.

– Это круто. Так что слушай, Николь. Я знаю, что прошу о многом… но могу я остаться с вами ненадолго? Только до тех пор, пока я не найду квартиру недалеко от Сент-Тревери?

– Конечно. Я напишу тебе свой адрес. Просто подойди и постучи в дверь Виктории и попроси ключ, чтобы войти внутрь. У нее есть запасной. Я на работе, иначе я бы заехала за тобой.

О, слава богу, черт возьми. Я уже представляла, как проведу ночь на скамейке в парке. Хотя, возможно, я захочу позаботиться обо всей своей проблеме с менструацией, прежде чем сяду в Uber.

ГЛАВА 2

“Каждый день смотри смерти в глаза» – CHXSE Up by Chase Atlantic

Аарон

– Мисс, ваша карта была отклонена.

Я просто хотел одно тихое утро в день рождения. И все же я оказываюсь в аптеке, покупая в последнюю минуту подарок для моей сестры.

После сообщения Колина прошлой ночью, в котором говорилось, что Лили останется с нами на пару дней, мне нужно купить этот подарок, прежде чем они вернутся домой. Я хотел купить один незадолго до отъезда в Британию, но Лили поняла бы, что я забыл купить его. Значит, это должно произойти сейчас.

Забавно, что у нас день рождения в один и тот же день, но я как то умудрился забыть купить подарок своей сестре-близнецу.

В любом случае, быть здесь было бы не так уж и плохо, если бы та женщина у кассы рядом со мной не собиралась взорваться.

Глядя на то, что она покупает, этот бедный кассир сам напросился. Средства женской гигиены, шоколад и заблокированная карта… это кричит возмущенная женщина.

– Вы же не серьезно, черт возьми, – говорит она гораздо спокойнее, чем я ожидал. – Они сказали, что она сработает здесь! – Вот оно.

– Извините, мисс, но, как я уже говорил вам ранее, мы не принимаем банковские карты других стран. И что, черт возьми, такое «EC–Card»?

– У меня нет с собой наличных. Я удачно приземлилась два часа назад. – Что бы она ни сказала дальше, из-за того, что она поменяла язык, это останется загадкой. Хотя это звучит очень похоже на оскорбления, так что это интересно.

Я плачу за подарок Лили и, поскольку сегодня чувствую себя щедрым, иду прямо к другой кассе.

Парень смотрит вверх, хмуря брови, когда я кладу перед ним свою кредитную карту.

– Я заплачу.

– Вам действительно не стоит так утруждаться, – говорит женщина. Только сейчас я позволяю себе посмотреть на нее.

У нее каштановые волосы и темные глаза. Она выглядит усталой, очень усталой. И очень похоже на то, что она только что откуда-то вернулась. Три чемодана рядом с ней только подтверждают это.

Ее кожа достаточно загорелая, чтобы не выглядеть бледной с ее волосами, но и не настолько загорелая, чтобы выглядеть смуглой. Вы понимаете о чём я? Итак, я бы сказал, что она не с западного побережья или Флориды.

Возможно, у меня галлюцинации, но эта женщина, стоящая передо мной, очень напоминает мне кого-то, кого я когда-то знал. Кого-то, кому я обещал целый мир, и слишком много других нереальных вещей. Кого-то, кто всегда значил и всегда будет значить для меня больше, чем кто-либо когда-либо мог.

– Это около пяти долларов. Не беспокойтесь об этом.

У меня две сестры. Я знаю, какими капризными они могут быть во время месячных.

Сделать небольшое одолжение и купить тампоны и шоколад для того, кто в этом нуждается, на самом деле не так уж и сложно.

– Спасибо, – говорит она, быстро улыбаясь мне.

Как только я получаю обратно свою карточку, я ухожу, готовый к чертовой матери отправиться домой и ждать, пока Колин, мой лучший друг и, по-видимому, бойфренд моей сестры-близнеца, и Лили вернутся домой. Я не уверен, где они, но я предполагаю, что в доме его родителей.

Как только я подхожу к своей машине, я замечаю брюнетку, сидящую на одном из своих чемоданов перед магазином.

Мой разум говорит мне продолжать заниматься своими делами, но что-то еще во мне говорит, что она в дерьме и ей нужна помощь.

Я мысленно корю себя, когда снова подхожу к ней. Если меня убьют по крайней мере, я присоединюсь к своей сестре.

Я останавливаюсь перед ней, замечая, что она плачет. О, парень. Это будет ошибкой.

– Эй, тебе еще что-нибудь нужно? – Я ловлю себя на том, что спрашиваю, когда вместо этого мне надо бежать к своей машине и возвращаться домой.

Она не поднимает глаза, но качает головой. Я полагаю, что на сегодня она покончила со своей жизнью. Что мне сейчас нужно сделать, так это уйти, но по каким-то причинам мои ноги остаются на месте. И мой рот, кажется, пытается быть полезным. Или… бесполезным.

– Тебя отвезти домой?

Это слишком быстро привлекает её внимание. Но вместо того, чтобы сказать «да» или «нет», она иронично посмеивается.

– Если бы он у меня был.

– Что ты имеешь в виду? – Пожалуйста, не говорите мне, что она бездомная. Это то, с чем я действительно не могу помочь ей сегодня. Я имею в виду, я мог бы предложить ей немного денег, может быть на номер в гостинице. Мне это не повредит. Но обычно я не хожу и не запихиваю деньги бедным людям в глотки.

Длинный и глубокий порыв воздуха покидает её.

– Не то, чтобы тебя это сильно заботило, но я только что сошла с двенадцатичасового перелета, ездила еще один час здесь на машине, только для того, чтобы мой университет сказал мне, что они отдали мою комнату кому-то другому, потому что я опоздала на день. Так что теперь мне нужно как-то без денег добраться до дома тёти. Плюс, это будет СМИ^[1], но у меня начались месячные в машине, и у меня нет абсолютно никакой возможности переодеться.

– Где живет твоя тетя? – Это буквально единственное, о чем я осмеливаюсь спросить. Мне не хочется слушать о ее месячных. Да и в принципе мне не хочется знать о чужом цикле.

– Ровен-Роуд, Уэсли-Хиллз.

Я тяжело выдыхаю, зная, что буду сожалеть о словах, которые вот-вот сорвутся с моего рта.

– Это в шестнадцати минутах отсюда. Я могу отвезти тебя. – Но ты не должен, Аарон.

– Нет, все в порядке, – говорит она. – Я не могу позволить себе испачкать твои автомобильные сиденья кровью.

– Поскольку ты не можешь позволить себе даже тампоны и шоколад, я не удивлен, услышав это.

Она фыркает смехом, кивая головой.

– Как тебя вообще зовут? – Она смотрит на меня с ног до головы, как будто проверяет меня.

Не буду врать, если бы она не предоставила мне слишком интимную информацию о своих месячных, я бы с радостью её выслушал.

– Аарон. А тебя?

– София. – О, хорошо. Теперь я точно не смогу ее полапать. Если Лили когда-нибудь узнает, что я занимался сексом с кем-то по имени София, она вырвет мои органы.

Имя София… недопустимое. Слишком много забавных воспоминаний связано с кем-то с таким же именем.

Если я испорчу упомянутые воспоминания, решив добавить еще одно такое имя… нет.

Кого я пытаюсь насмешить? Дело не в Лили и ее воспоминаниях. Это о моих воспоминаниях. Те, которых я бы предпочел не иметь, но не могу найти в себе смелости закрасить их, используя другую девушку по имени София.

– Что ж, София. Я живу примерно в двух минутах отсюда. Ты можешь пойти со мной… привести в порядок, переодеться, а потом я могу отвезти тебя в дом твоей тети. Если хочешь.

София почти мгновенно качает головой.

– Конечно нет. Я смотрела слишком много документальных фильмов. У таких симпатичных парней, как ты, всегда есть что-нибудь дерьмовое в рукавах. Скорее всего, нож.

– Я размахиваю руками, как дурак. И, – сюрприз, – у меня из рукавов ничего не выпадает. – Я убиваю женщин только на втором свидании.

– Было бы менее очевидно сделать это на первом свидании. Ты сразу становишься подозреваемым.

Я даже не знаю, почему я так глубоко вникаю в ее слова, искренне размышляя об этом. Я не убийца. И я никогда не собирался им становиться. Но я полагаю, что в её словах есть смысл. Отличный даже.

– Ну, мне что, бояться за свою жизнь, если я возьму тебя с собой домой? – спрашиваю я, засовывая руки в карманы джинсов.

– Конечно.

ГЛАВА 3

«Но только на этот момент / позвольте мне жить в моей голове» – Made Up Story by Andi

София

Должна сказать, Аарон невероятно красив.

Он полностью соответствует стандартам красоты. Спортивный, белокурый с глазами, которые своим блеском могут ослепить людей. Но они не синие, а зеленые. Он еще не улыбался мне, но могу предположить, что у него красивая улыбка.

Лично я никогда не понимала, почему это стандарт в индустрии красоты. Но я признаю, он определенно хорош собой. Мог бы стать моделью, если бы постарался.

– Если хочешь, можешь принять душ, – говорит мне Аарон сразу после того, как постучал в дверь своей ванной.

Это какое-то сумасшествие. Как мой первый день здесь начался со встречи с парнем с таким же именем, с которым я попрощалась перед отъездом?

Я не должна принимать это предложение, но я чувствую себя отвратительно.

– Спасибо!

– Мой лучший друг может вернуться домой в любую минуту, так что, постарайся не задерживаться больше десяти минут.

Полагаю, это его способ сказать мне, что он хочет, чтобы я не застряла тут. Я даже не могу винить его за это.

Я не пытаюсь реагировать на него, как бы грубо это ни звучало. Я даже не знаю, что сказать, если честно.

Все, что я хочу сделать, это освежиться и… вау.

Мои глаза переходят на разнообразие продуктов для душа, но останавливаются на женском шампуне. У него здесь есть даже женский гель для душа. Если бы не типичный мужской запах 3 в 1, я бы не решила, что он занят, и скорее поверила бы, что он предпочитает запах фруктов, а не мужчин.

Но: у чувака есть девушка, и он случайно приглашает в свой дом незнакомца. Интересно, что бы она сказала, если бы узнала, что я здесь.

У мужчин обычно нет душа, наполненного шампунем, кондиционером и Бог знает сколькими средствами для волос. По крайней мере я ни разу не встречала таких. Конечно есть шанс, что он один из немногих, но опять же, судя по мужскому гелю для душа 3 в 1, я в этом сомневаюсь.

↞♡↠

Когда я выхожу из ванной, только что приняв душ и больше не чувствуя, что кровь течет по моим ногам, я обнаруживаю, что спальня Аарона пуста.

Я не знаю, насколько грубой я могу показаться, если выйду из комнаты, чтобы найти его, но я также не хочу ждать здесь, пока он вернется.

Итак, я делаю то, что мое подсознание говорит мне не делать, и выхожу прямо из его спальни. Дверь комнаты напротив спальни Аарона открыта, и, поскольку в последнее время я кажусь чересчур любопытной, я заглядываю внутрь.

Аарон что-то кладет в ящик рядом с кроватью, но я не обращаю на это внимание. Мой взгляд останавливается на фоторамке, которую я нахожу на другой тумбочке.

– Кто это? – спрашиваю я еще до того, как мысль спросить даже пришла мне в голову.

Аарон слегка вздрагивает, но оборачивается, чтобы найти мой взгляд. Затем он смотрит на другую сторону кровати, улыбаясь.

– Это моя сестра.

Его сестра так похожа на… Лили. На мою Лили. Просто старше и гораздо менее улыбчивая.

Она больше не моя Лили. Мы с Лили не общались тринадцать лет. Сомневаюсь, что я все ещё могу называть её лучшей подругой.

– Похоже, что она девушка моего лучшего друга. Хотя он попросил меня убрать эту фотографию до того, как они приедут. Кажется, он не хочет, чтобы она знала, как он без ума от нее.

Мои глаза провожают его взглядом до другой стороны кровати, пока он хватает фотографию и засовывает ее в еще один ящик.

Он оборачивается, и мой взгляд невольно фокусируется на его мышцах, так как его рубашка поднимается вверх, когда он потягивается. Мышцы, по которым я бы хотела провести языком.

Вау. Держись себя в руках.

Я качаю головой, пытаясь избавиться от этой навязчивой мысли. Я даже не знаю, откуда она взялась, но я чертовски этого не хочу.

Ты зареклась от парней после Леона, помнишь? И у него есть девушка.

Или нет?

– У тебя есть девушка?

Аарон выходит из комнаты своего лучшего друга, закрывая за собой дверь.

– Неа. Вещи в моем душе принадлежат моей бывшей – Уинтер.

Аарон жестом приглашает меня спуститься вниз, что я с радостью и делаю. Мне достаточно некомфортно находиться в чужом доме. Мне нет нужды продолжать выяснять то, чего я не должна была бы хотеть знать.

– Ты голодна? – внезапно спрашивает Аарон, когда мы оба останавливаемся. Я качаю головой. Я голодна, но он и так слишком гостеприимен. Я имею в виду, он позволил проклятому незнакомцу пользоваться своим душем. Кто так делает?

– Ты уверена? Могу поклясться, что слышал, как твой желудок кричал на меня, пока ты была в душе.

Я поворачиваюсь к нему лицом, щеки так горят, что даже если бы я попыталась остановить распространение розового цвета на них, у меня не было бы шансов. – Ты слышал?

Аарон начинает смеяться, прижимая руку к животу.

– Нет, София. Я не слышал. Но я полагал, что ты проголодалась после того, как Бог знает, как долго ты была в пути.

– Я могу поесть у тети дома. Это не так важно.

Это не так. Держу пари, у нее дома есть что-то съестное. У всех так, верно? Возможно, у нее дома не самый лучший хлеб в мире, но я все равно не смогу его есть, пока не вернусь в Германию.

– Хорошо, потому что я не умею готовить, чтобы спасти свою жизнь. Но для этого я бы позвал своего лучшего друга, – говорит он, не предлагая мне ничего, кроме быстрого пожимания плечами.

– Тогда ты готова идти?

Я киваю, хотя и удивляюсь, почему он так быстро хочет избавиться от меня. Я полагаю, это имеет смысл, учитывая то, как мы познакомились и все такое, так что я не должна обижаться на это.

Как будто он может читать мысли, Аарон говорит:

– Сегодня мой день рождения. Мне еще нужно придумать кое-что на сегодняшний вечер. Ты должна прийти. Мы с сестрой празднуем в Brites. Это спорт-бар прямо по дороге. Однако должен предупредить тебя, что моя команда немного сумасшедшая.

– Команда?

– Я играю в хоккей за университет Сент-Тревери. Эта команда. Они громкие и все такое, но мы как одна большая семья.

Хоккей? Серьезно? Этот город сейчас просто намекает мне, не так ли?

Я имею в виду, камон. Насколько очевидным это может быть? Аарон. Он тоже хоккеист. Этот город просто хочет, чтобы я нашла его, не так ли?

ГЛАВА 4

«Это было идеально только в прошлом, / потому что первая любовь никогда не длиться вечно» – First Love Never Lasts Up by Kira Kosarin

Аарон

– Останови вот тут, – говорит София, указывая на дом, выкрашенный в красный цвет.

– Знаешь, не имеет значения, остановлюсь ли я перед домом твоей тети или её соседки.

София смотрит на меня так, будто я только что сказал, что её собака умерла. Она отстегивает ремень и выходит из машины, как только машина останавливается.

– Мне нужно взять ключи от дома у миссис Рейес. Моя тётя и она – большие друзья.

Миссис Рейес?

Когда София начинает обходить машину, чтобы добраться до багажника, я тоже выпрыгиваю, чувствуя, что должен протянуть ей хотя бы одну руку помощи. Я имею в виду, у этой женщины с собой три чемодана. Конечно, ей не помешала бы помощь.

– То есть, ты знакома с миссис Рейес? – осторожно спрашиваю я. София мгновенно кивает, а через секунду качает головой. – Ну, и что из этого, София? Да или нет?

– И да, и нет. Раньше я была очень близка с её дочерью до того, как моя семья… – София не успевает закончить фразу, потому что кто-то выходит из дома миссис Рейес. Вернее, выходят два человека. Моя сестра-близнец и мой самый лучший друг.

– Тебе не следовало рождаться, Лили! – моя, кто бы мог подумать, мать кричит прямо перед тем, как захлопывается дверь.

Мы с Лили близнецы, у нас одни и те же родители… но мы выросли в двух совершенно разных семьях.

В то время как мне посчастливилось остаться с отцом после того, как наши родители разошлись, Лили отчаянно хотела, чтобы в её жизни были оба наших родителя. В итоге она осталась с нашей мамой, и ей разрешалось видеться со мной и папой только в воскресенье.

Теперь к более душераздирающей части… наша мать ненавидит Лили. Ненавидит её всей душой.

Я не разговаривал с мамой с тех пор, как мне исполнилось пять лет, и даже я знаю, что они не в очень хороших отношениях.

Но что еще хуже, моя сестра склонна к самоубийству, и эта женщина имеет наглость советовать своей дочери умереть. Отвратительно.

Когда я смотрю, как Колин обнимает Лили, пока она всхлипывает, мой мозг внезапно начинает делать свою работу – работать.

София. Она знает миссис Рейес. Она дружила с её дочерью «до…»

– София.

Помните, я сказал, что воспоминания связаны с кем-то по имени София? Да, позвольте представить вам Софию Мишель Карлсен. Та самая, которая стоит прямо передо мной, с руками на талии, с длинными темными волосами, верхняя часть которых торчит сзади, чтобы убрать пряди с лица. И, конечно же, фишка Софии: лента, завязанная симпатичным бантиком как раз там, где ее волосы должны держаться вместе.

Я не могу поверить, что не понял этого раньше. Почему пазл сложился только сейчас?

Кто вообще ходит с бантом на затылке? Кроме того, какого чёрта она к нему привязалась?

Сколько себя помню, София всегда носила бантики в волосах. Я не думал, что она до сих пор их носит. Но опять же, я не стал следить за ней в социальных сетях, для собственного здравомыслия.

София уехала, когда нам было по восемь лет. Её отцу пришлось переехать из-за работы, он устроился в Германию.

Мне всегда нравилась София, иногда даже слишком. Но, честно говоря, мы были детьми, так что это не считается. Маленькие мальчики глупы. Старые тоже, но на другом уровне.

Она оборачивается, чтобы посмотреть на меня, очевидно, тоже сумев соединить пазл воедино.

– Это…

Когда она пытается сделать шаг к дому, вероятно, чтобы добраться до своей давно потерянной лучшей подруги, я беру её за запястье, держа его в руке, и тащу её подальше от моего лучшего друга и сестры.

– Боже мой, Аарон. Позволь мне пойти поздороваться с Лили! – шепчет она. – Я не разговаривала с ней с тех пор…

– Заткнись, пожалуйста. Если есть что-то, в чем Лили сейчас не нуждается, так это узнать, что лучший друг её детства вернулся в город. Не тогда, когда моя лучший друг пытается спасти ей жизнь.

– Что ты имеешь в виду… – я прижимаю руку к её рту, чтобы она не заговорила.

– Просто заткнись на минутку, ладно, Льдинка?

Когда я прижимаю её к себе, я не могу отвести взгляд от её шеи, пытаясь найти то самое украшение, которое я подарил ей незадолго до ее отъезда в Германию.

Это глупо, я знаю. Вторую половину этого украшения я не ношу уже много лет. Не может быть, чтобы она носит его до сих пор.

Его нет. По крайней мере, я вообще не вижу серебряной цепочки на ее шее.

Приложив все усилия мне удается не смотреть за угол, чтобы увидеть, что происходит между моим лучшем другом и сестрой. Неважно фальшивые ли у них отношения, это не мое дело. Ну, это будет моим делом, когда этот придурок мой лучший друг разобьёт ей сердце. Но на данный момент он этого не сделал.

Как только я слышу, как закрывается дверца машины, а за ней другая, я убираю руку со рта Софии. Двигатель запускается, и вскоре после этого машина уезжает.

– Аарон, что это было? Почему я не могу поздороваться со своей лучшей подругой? – требует она. София дуется на меня, её брови опускаются, и она нахмурилась так же, как когда-то, когда мы были молоды.

Как я её не узнал?

Проведя рукой по лицу, я глубоко вздохнул.

– Она больше не твоя лучшая подруга, Льдинка.

– Ух ты. Понятно, – говорит она, недоверчиво посмеиваясь. – Ты все еще не обрел человечность.

Она идет выгружать свои чемоданы из моего багажника, хмурясь, как будто все, что я сказал, было для нее величайшим оскорблением.

– Мне напомнить тебе, что я сделал для тебя сегодня?

Она качает головой, затем поднимает лицо к небу и делает глубокий вдох, прежде чем ее глаза снова встречаются с моими.

– Спасибо, Аарон. Я тебе очень благодарна.

Я знаю. София Карлсен не способна на злость. Она всегда была такой. Хотя, возможно, она изменилась. В конце концов, прошло тринадцать лет с тех пор, как я с ней разговаривал.

– Всегда пожалуйста. Я всегда готов помочь своему старому другу.