Текст книги "Дважды укушенный (ЛП)"

Автор книги: Хлоя Нейл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

Люк ответил секундой позже, на этот раз звуком.

Комната заполнилась шумной какофонией звуков – лаем, разговорами, криками, гудением, лязганьем, чириканьем.

Это было оглушающе, басы звучали так громко, что я чувствовала вибрацию в своих костях и эхо в своем сердцебиении.

Этан не дал мне даже времени на привыкание. Он нанес удар, но неверно оценив мое расположение, и только слегка задел мое плечо. Конечно, он все еще был Мастером вампиров и его удар мог причинить боль. Если бы я стояла ближе к нему, то он сломал бы мне кость. Мне было интересно, отвлекали ли его звуки также, как меня. Секундой позже он оказался в моей голове.

"Ты не можешь полагаться только на звуки", – сказал он. – "Ты должна усмирить шум, чтобы почувствовать врага рядом с собой, чтобы сражаться даже в полной темноте".

"И как я научусь этому?" – спросила я, перенося свой вес назад, так как ожидала, что он ударит меня снова.

"Ты – ночной хищник", – ответил он. – "Тебе не нужно этому учиться. Тебе просто нужно научиться доверять себе".

Я надеялась, что была на пути к этому. Выбрав момент, я закрыла свои глаза. Технически это было бессмысленно, учитывая царящую в комнате полную темноту, но это могло помочь психологически, так как я активно работала над тем, чтобы закрыться от шума. Мои глаза были закрыты, и я сосредоточилась на шуме, создавая мысленную преграду. Но у меня не было времени, чтобы сделать это.

Он снова достал меня. На сей раз, он ударил кулаком вперед, не для того, чтобы ранить меня, а дразня. Его кулак попал мне в левое плечо, но прежде чем я успела среагировать, он исчез.

Затем его пятка ударила меня в спину – не для того, чтобы свалить, а с целью подтолкнуть меня. Я оступилась вперед, размахивая руками, пытаясь не запутаться в собственных ногах.

Слава Богу, свет был выключен. Мастер вампиров, насмехающийся над своим учеником, было очень комичным зрелищем.

"Ты не сосредоточена", – произнес он безмолвно, его голос звенел сквозь шум гудящих грузовиков.

Моя кожа начала зудеть от раздражения. Было темно и шумно, а меня подстрекал и подталкивал Мастер вампиров, который полагался на борьбу из фильмов, чтобы научить меня бороться.

"Я делаю все, что могу", – заверила я его.

Он пнул меня снова, ударяя в бок своей ступней. Я отразила его ногу своим предплечьем, но он уже был далеко, для эффективного удара.

Я забыла о его скорости...

И том факте, что он может двигаться со сверхъестественной эффективностью. Я была быстра в Катах, конечно, но то были натренированные шаги. Но мне стало очевидно, что спарринг был совсем другим зверем...

"Я видел, как ты добивалась и большего успеха".

Я ощутила покалывание магии, подобно пробегающему ветерку на своем лице. Он стоял передо мной. Мне потребовалась всего секунда, чтобы понять, что он сделал, я определила, где он стоял – ничего не видя, не слыша... только магия.

Воспользовавшись преимуществом, я ударила кулаком, но он заблокировал меня своим предплечьем. Прежде, чем я смогла бы запротестовать, он развернулся ко мне спиной, его руки были на моих, и он использовал их в качестве рычага, что бы бросить меня на пол. И опять я лежала там плашмя, снова.

Падение было не особенно болезненным, но достаточным, чтобы выбить из меня весь воздух. Когда я смогла дышать снова, то прорычала проклятие.

"Ты едва пытаешься", – был его ответ. На сей раз, в его голосе не было яда.

Я оторвалась от пола. – "Я понятия не имею, что ты хочешь, чтобы я сделала."

Тогда он снова встал предо мной. Я ударила его, но он снова перехватил мою руку, и дернул меня ближе.

"Дерись, черт возьми."

Слишком обозленная, чтобы рассматривать возможность обмана, я просто послушалась. Вывернула запястья, чтобы поймать его руку, потом сжала ее в локте.

Я повернулась, а потом использовала вес своего тела, чтобы вывести его из равновесия, бросила вниз и закончила движение с его стороны на одном колене.

"Лучше", – сказал он, растянувшись на полу, однако у меня не оказалось времени, чтобы отпраздновать это.

До того, как я успела среагировать, он снова вскочил и перевернул меня на спину. А потом он вернулся к своей излюбленной позиции – расположившись верхом на мне, его руки прижимали мои запястья к полу. Я закатила свои глаза в темноте.

"Готова отбиться?" – спросил он.

Я проигнорировала поднявшийся во мне физический интерес и ответила действием, подняв левую ногу в режущем ударе и использовав инерцию, чтобы изменить нашу позицию. Теперь я оказалась верхом на нем, но я не долго оставалась там. Он снова перевернул меня, а затем я перевернула его снова. И мы были там, два вампира, кувыркающиеся на полу как дети.

И снова я была рада отсутствию света и внимания со стороны остального Дома.

Или я так думала. Видели ли они лучше меня в темноте? Если да, то они получили прелестное дерьмовое шоу. Наконец я сбросила его, поднялась на ноги и почувствовала легкую вибрацию на матах, так как он вскочил на них обратно.

Какое-то время мы двигались по кругу, но когда я подняла руку, чтобы блокировать удар, так как была уверена, что он целится мне в лицо, он схватил мои запястья, затем дернул меня к себе, прижав настолько, что мое тело оказалось тесно прижато к его. Мое сердце запнулось. Мы стояли в темноте, мой разум был захвачен только одним чувством – его рука вокруг моих запястий, а другая на спине. Этан был достаточно высок, чтобы моя голова упиралась в его подбородок.

Я удерживала свой взгляд на его ключице, опасаясь, что если подниму глаза, то он примет это движение как предлог посмотреть вниз.

Наши губы горели, и это было концом для меня. Медленно, очень медленно он опустил свою голову, его губы зарылись в мои волосы. Мои руки покрылись мурашками, глаза закрылись, кожа горела от возбуждающей комбинации вожделения и энергии. Мы были снова охвачены магией, которая остро и ярко пронзала все пространство, занимаемой Этаном и мной.

Как только я поняла, чему он пытался научить меня, я резко открыла глаза. Он позволил мне освободить свои руки, и я нажала пальцем ему в грудь, чтобы отодвинуть его от себя на несколько шагов. Он охотно отодвинулся и освободил место для продолжения обучения. Я не могла видеть в темноте и, конечно же, не могла слышать из-за шума вокруг нас... Но также, как и некоторое время назад, я смогла почувствовать магию в воздухе.

Тот удар не был счастливой случайностью. Ощущение магии было другого рода зрение, но это был способ видения. В темноте, в нескольких шагах от него, я подняла руки и погрузила их в электрические токи вокруг нас, чувствуя удары и давление магии так, как будто они шли через наши тела. Я могла чувствовать как стягивается узлом магия между нами, и медленно рассеивается, когда мои пальцы отодвигались назад.

Я позволила своим пальцам почувствовать повышение и понижение давления, что мало отличалось от такого чувства, когда высовываешь руки из окна едущего со скоростью автомобиля. Самым важным было то, что поток, перемещаясь, вызывал покалывание на кончиках моих пальцев. Я почувствовала как он перемещается справа от меня так, чтобы оказаться напротив, а затем направил удар прямо в мое лицо. Это было его любимым движением, и он показывал его превосходно.

Я резко упала и, как только он приблизился, ударила его наотмашь снизу так, что он оказался на полу.

Как будто по его молчаливой команде музыка была убрана, а свет включился. Я мигнула во внезапно наступившей тишине и возникшем ярком свете.

Аудитория, находившаяся в зале, пребывала в молчании, возможно от того, что они увидели Стража, стоявшего на своих ногах, и их Мастера у ног Стража.

Я бы не назвала это победой.

Кроме того, я всего лишь его повалила. Но это было нечто. Это было еще не все, но это был шаг вперед.

Этан положил руки назад, подогнул ноги, переместил массу тела и вскочил на ноги. Он скользнул по мне взглядом. Я сглотнула, не очень то удобно, что я снова положила своего Мастера на пол, даже если в конечном счете, я пришла, чтобы выучить урок, который он пытался преподать мне. Затем выражение его лица смягчилось.

– Уже лучше, – сказал он.

С уважением я поклонилась, как ученик, благодарящий своего учителя за хорошо преподанный урок. Этот урок закончен, пора было двигаться к следующему кризису.

– Когда мы двинемся на предварительную встречу?

– Через час. Переоденься и жди меня в подвале.

Я кивнула и подошла к краю мата, чтобы захватить свою футболку, ботинки и, самое главное, свою катану. Я предполагала, что она мне понадобится.

Глава 5
НОЧЬ МАЛЬЧИКОВ

– Что бы ты одела, если бы выполняла роль охранника при альфе-оборотне?

Я стояла перед своим шкафом с одеждой, но оглянулась на Линдси, которая сидела на моей кровати, сложив по-турецки ноги, с рассыпанными земляничными лакричными палочками у ее ног.

– Вообще ничего, – усмехнувшись, сказала она.

– Я одета.

– Не порть людям настроение. Но если ты собираешь играть роль скромницы, то хотя бы играй сексуальную скромницу. Разве не ты говорила, что Гэбриэль упоминал кожу?

Не смотря на сарказм, в ее словах была доля правды. В конце концов я имела комплект маслянисто-черной кожаной одежды, подаренной мне Мэллори и Катчером на мой двадцать восьмой день рождения – штаны, корсет из лент и аккуратный жакет, типа мотоциклетного.

Классный прикид, но уж слишком похоже на обложку книжки про всякие ужасы и мистику.

– Вампир в коже это такое клише [12]12
  Клише (фр. Cliché)– установленная традицией, застывшая форма (мотив, тема).


[Закрыть], – сказала я.

– Не могу не согласиться с тобой, но оборотни будут признательны тебе. Они все в коже.

– Да, я это уже поняла. – Но так много кожи, учитывая ее облегание тела, не казалось мне идеальным ансамблем для сражения, поэтому я рассматривала другие варианты топиков в поисках замены моему кожаному узкому лифчику без бретелек.

С другой стороны, кожаные штаны и топ слишком походили на стиль Линды Хэмильтон [13]13
  Линда Кэрролл Хэмилтон (англ. Linda Carroll Hamilton; род. 26 сентября 1956 года, Солсбери, Мэриленд) – американская актриса, известная по роли Сары Коннор в фильмах «Терминатор» и «Терминатор 2: Судный день», а также по роли Эми Франклин в фильме «Кинг-Конг жив».


[Закрыть].

– Возможен компромисс, – пробормотала я, потянув с деревянной вешалки кожаный жакет. Я положила его на кровать рядом со своими рабочими штанами дома Кадогана и простым черным топом, а затем отодвинулась, чтобы посмотреть со стороны.

Куртка добавила определенный элемент драчливости к зауженным штанам и топу. Все выглядело абсолютно по-деловому, но с многообещающими последствиями.

С кроваво-красными ножнами катаны на моей талии и золотым медальоном Кадогана на шее я была в состоянии сделать это.

– Хорошо, – сказала Линдси, – Это Мэрит от которой я могу отстать. Попробуй примерить это.

Одевшись, я взяла со своего шкафа черную резинку и стянула свои волосы в конский хвостик.Так как я буду находится рядом с Этаном, я не стала пристегивать пейджер Кадогана, а положила свой сотовый телефон в один из карманов своей куртки и подняла катану.

Экипировка была собрана, и я покрутилась вокруг Линдси, чтобы она оглядела меня.

Она кивнула и встала.

– Только одни вопрос. Сможешь ли ты работать в этой одежде? Будешь ли способна сделать это?

Я оглянулась на зеркало, затянутая в кожу с мечом, и улыбнулась.

– Почему бы нет. Я верю, что смогу.

Я встретила Этана в подвале около двери, ведущей в гараж с подземной парковкой. Я буквально скользнула вниз по лестнице, готовая лишить Мистера Галантность дара речи.

Поскольку удача явно была не на моей стороне, я была удивлена тем, что оказалась не единственной, кто заново продумал свой гардероб: Этан очевидно принял близко к сердцу совет Габриэля, и не одел Армани. Он спустился вниз в джинсах. В превосходно сидящих на его бедрах джинсах, прикрывающих темные ботинки. Он одел их с удобной серой футболкой, которая подчеркивала форму его груди. Его золотистые волосы были распущены, обрамляя лепные скулы и убийственно зеленые глаза.

Я была достаточно сильна, чтобы признать это – я просто таращилась в упор. Этан, приподнял одну бровь дугой, по-мужски благодаря своими глазами. Когда он наконец кивнул, я поняла, что прошла тест.

– Ты в джинсах?

Он взглянул на меня с удивлением, затем набрал код на вспомогательной клавиатуре у гаражной двери.

Гладкий, черный Мерседес Этана с откидным верхом, был одним из немногих других машин, принадлежащих высокопоставленным вампирам, которые парковались внутри (в отличии от новичков, типа меня).

– Я способен одеваться так, как того требуют обстоятельства.

– По-видимому, – пробормотала я с раздражением в своем голосе. Это была детская уверенность в том, что мужчина не должен выглядеть лучше меня. Он должен был быть потрясен моим новым, блестящим стилем. Не то, чтобы меня заботило, что он думал по этому поводу, солгала я себе.

Этан отключил систему безопасности, затем открыл пассажирскую дверь для меня.

– Очень любезно, – сказала я, залезая внутрь и пристраивая свою катану внутри крошечного купе.

– У меня бывают свои моменты, – ответил он, пристально оглядывая гараж, затем захлопнул за мной дверцу.

Когда он устроился рядом, мы тронулись вверх по пандусу к воротам, которые были подняты при нашем приближении и выехали во тьму летней ночи, проезжая мимо горстки папарацци, разбившей лагерь на углу с камерами наготове.

Так как мы являлись зависимой группой – около одной трети вампиров в Доме возвращались в постель до восхода солнца – им еще не надоело следить за нами, когда мы выезжали из Гайд-Парка.

– Куда именно мы едем?

– В бар под названием Красная Шапочка, – ответил Этан. – Где-то в середине Украинской Деревни. – Он кивнул на спутниковую систему навигации на приборной доске. Она уже выстраивала наш путь через часть Чикаго, известную как Западный Город.

– Красная Шапочка, – повторила я. – Что это значит?

– Думаю, это связано с небольшим похождением Красной Шапочки.

– Значит наши оборотни – волки? Джефф говорил, что их форма как-то зависит от их силы.

– Они не все волки. Оборотень превращается только в один вид животного, и это животное передается по наследству.

– Значит, если бы один из Брексов был барсуком, то и все Брексы тоже барсуки?

Этан хихикнул. – И, учитывая наш опыт знакомства с Ником Брекенриджем, я был бы счастлив, если бы он оказался барсуком.

Ник стал невольным участником в схеме шантажа Питера. И в процессе этого он превратился из бывшего друга в рычащую занозу в заднице. Барсук, кажется, очень кстати.

– Согласна.

– К сожалению, – сказал Этан, – Семьи обычно не афишируют свои особенности животных. Поэтому, не будучи в очень, очень хороших отношениях с оборотнями, единственным способом узнать животное для постороннего, является наблюдение за их изменением. Но можно предположить, что более могущественные члены Стаи – Вожаки и подобные им – являются хищниками. Более крупные и жестокие, чем остальные.

– Итак, это скорее волки, медведи или подобные им, а не ласке.

– Ласке?

– Они существуют, – подтвердила я. – Однажды я видела одну в природном центре. Крошечные, маленькие ребятки. Итак, что ты знаешь о Габриэле?

– Семейство Киинов – отец Габриэля, двоюродный дед, дедушка, и т.д. – возглавляло Северо-Американскую Центральную Стаю в течение веков. Мы получили независимое подтверждение, что они являются волками.

– Независимое? То есть оно пришло из твоего секретного вампирского источника?

На работе моего дедушки имелись представители трех сверхъестественных групп – Катчер от волшебников, Джефф от оборотней, и третий, секретный вампирский источник, который сохранял инкогнито, чтобы избежать изгнания со стороны своего Мастера.

Несмотря на подобную анонимность, мой дедушка иногда делился полученной информацией с Этаном. Мне приходило на ум, что Малик, второй по старшинству после Этана, мог быть этим анонимным вампиром. Малик знал все о происходящем в Доме, но обычно держал то при себе. Он был эксцентричным, но, казалось, находился на стороне правды и правосудия.

Предоставление секретной, но важной информации в офис Омбудсмена позволяло в конечном счете сохранять сверхъестественный мир в Чикаго.

– Независимое, – сказал Этан, – Так как поступило не от вампиров. Я полагаю, что мы бросим тебя волкам, – добавил он через мгновение, – Хотя ты не совсем тот тип, чтобы тащиться через лес с корзинкой в руке, к домику бабушки.

– Нет. – согласилась я, – Я не такая. Но я из тех, кто может взять Вольво и поехать в офис дедушки с ведерком цыплят в руке.

– Звучит как приятное путешествие.

– Так и есть. Ты же знаешь, что я люблю покушать. И мой дедушка тоже. Но не обязательно в этом порядке.

Движение было не слишком интенсивным, когда мы двигались на север, но все равно потребовалось двадцать минут, чтобы добраться до Западного Города.

Этан удобно расположился в машине – одна рука устроилась на двери, другая на руле, на позиции три часа.

В конечном счете, мы съехали с трассы I-95 на соседнюю, затем сделали еще несколько поворотов и оказались на коммерческой улице с кирпичными зданиями, расцвет которых вероятно был в 1960-х годах.

Теперь большинство из них пустовало, за исключением нескольких химчисток и булочных. В это время ночи на улице не было пешеходов, зато полно байков.

Байки, как я поняла, были фишкой для Стаи.

В данном случае, это был ряд выглядящих под ретро крейсеров – низких, соблазнительных мотоциклов с большим количеством хрома и красной кожи, припаркованных друг за другом, всего приблизительно с дюжину. Они были выстроены в линию перед кирпичным зданием, расположенном на углу.

На большом, светящемся, круглом и белом щите, похожем на полную луну посреди Викер-Парка, располагались слова КРАСНАЯ ШАПОЧКА, написанные простыми красными буквами.

– Это должно быть здесь, – сказала я, в то время как Этан выруливал Мерседес на параллельную стоянку, которая обнаружилась около многоквартирного дома.

Мы вышли из машины и были оглушены грохотом рок-н-ролла, который вырвался на улицу, когда открылась дверь.

Одетый в кожу мужчина, с короткой бородой и темно-русыми волосами, завязанными в хвост, взобрался на один из мотоциклов, завел двигатель, и уехал.

– Одним оборотнем, с которым мы должны познакомиться меньше, – прошептала я Этану, который хмыкнул мне в ответ.

Мы пристегнули к поясу наши катаны и обошли преграду на пути к двери бара. Мотоциклы не были единственным знаком того, что что-то происходило в Украинской Деревне. Достигнув угла, где передняя дверь выступала в сторону улицы, я обнаружила три трещины в кирпичной стене. Я остановилась и присмотрелась более внимательно, затем приложила кончики пальцев к кирпичам. Это были свежие метки, длинные, четко разделенные, и расположенные глубоко в кирпиче и растворе. Это были не трещины, догадалась я. Это были следы когтей.

– Этан, – сказала я, указывая на царапины.

– Это знак, – объяснил он. – Место Стаи.

А мы были вампирами, направляющимися в их логово. Но, раз уж мы были здесь, и нам ничего не оставалось, как сделать это, я взяла инициативу на себя, толкнув дверь. Бар был одной узкой комнатой – горстка столов перед большим витражным окном с одной стороны, и длинная барная стойка из дерева с другой.

Тяжелая ритмичная музыка была настолько громкой, что запросто могла повредить мои барабанные перепонки, и я вздрагивала при каждой ее пульсации. Взрывная музыка, доносилась из автомата в углу, единственный предмет, который не был украшен рекламой пива, виски, или Malört, очень злобной версии чикагского абсента.

Мужчины в кожаных куртках с гигантскими, во всю спину нашивками САЦ [14]14
  Северо-Американский Централ


[Закрыть]потягивали за столами свои напитки, каким-то образом умудряясь болтать под рев музыки, доносившейся из автомата.

Я предположила, что САЦ поддерживали Северо-Американскую Стаю. У меня волосы на затылке встали дыбом. Было что-то нервирующее в этом месте от покалывания магии, которая заполнила это помещение, как будто воздух был наэлектризован.

Оборотни посмотрели на нас, как только мы вошли, далеко не приветливыми взглядами. Очевидно, не придя в восторг от появлением среди них вампиров, они встали, отодвинув стулья.

Мое сердце забилось чаще, а рука потянулась к рукоятке моей катаны, но оборотни направились в сторону входной двери. В течении нескольких секунд они ушли, оставив нас посреди бара, с гремящим рок-н-ролом вокруг. Этан и я обменялись взглядами.

– Может быть в баре плохо готовят? – Громко задалась я вопросом, хотя это точно не могло быть правдой. Атмосфера была ужасная, но запах в баре стоял восхитительный. К запаху сигаретного дыма примешивался восхитительный аромат капусты и тушеного мяса, как если бы в служебном помещении готовились голубцы.

Мой желудок заурчал.

– Вам чем-то помочь?

Мы повернулись лицом к барной стойке. За ней стояла крупная женщина в футболке, с надписью КРАСНАЯ ШАПОЧКА и мультяшным рисунком девочки в красной юбочке и в капоте. Короткие светлые волосы женщины были начесаны, а в глазах было подозрение. Это должно быть была Берна.

– Габриэль, – Этан, находясь позади меня, старался перекричать музыку, – Попросил нас встретиться с ним здесь.

Прислонившись к бару бедром, женщина указала на красную кожаную дверь в конце бара.

– Вернись, – почти прокричала она, а затем подняв бровь, оглядела меня. – Слишком тощая. Тебе нужно поесть.

И только я открыла рот для ответа, что, учитывая запах мяса и овощей в этом месте, с радостью соглашусь, как Этан вежливо улыбнулся ей.

– Нет, спасибо, – выкрикнул он. Она не ответила Этану, а вернулась к своей хорошо просмоленной барной стойке и начала протирать ее влажной тряпкой.

Этан направился к красной двери. Я же, думая только о голубцах, поплелась следом за ним. Прежде чем он открыл ее, положив руку на кожу, он открыл телепатическую связь между нами.

"Страж?" – тихо спросил он, проверяя нашу связь, прежде чем мы сделали решительный шаг.

Я встряхнулась от неожиданного, но на удивление краткого головокружения. Возможно я начала привыкать к ощущениям.

"Я готова", – ответила я ему и мы вошли.

Я была счастлива, что в комнате оказалось более тихо, чем в баре, но воздух был пропитан магией. Я не была уверена в том, что в состоянии отделить новое от старого, но чувствовала, что магия вокруг сильно отличалась от магии вампиров или волшебников. Это была разница как между солнцем и луной.

Это была древняя магия – земная магия, магия влажной почвы и острой молнии, трав, незащищенных от ветра равнин в облачные дни, магия пыли и меха, и мускусного логова, и влажных листьев.

Это не было неприятно, но явное различие между этим покалыванием и магией, к которой я привыкла, нервировало меня. Это было даже более мощное покалывание, чем то, что я чувствовала вокруг тех немногих оборотней, которых знала.

Четверо мужчин-оборотней сидели вокруг старомодного, с виниловым покрытием, алюминиевого стола. Четыре головы поднялись, когда мы вошли в дверь, в том числе и Габриэля Киина. Он окинул меня быстрым взглядом, а затем медленно усмехнулся уголком рта. Я догадалась, что он обожал кожу. Осмотрев меня, он обратил свой пристальный взгляд на Этана, выражение лица сразу стало деловым.

Я старалась удержать свой взгляд на Габриэле, чтобы дать время остальным Альфам проверить вампиров, ступивших на их территорию.

Но мой быстрый взгляд дал мне основные детали – все трое были темноволосыми и широкоплечими мужчинами, которые не были в восторге от того, что вместе с ними в комнате, позади бара в Украинской Деревне, находятся вампиры. Наконец, Габриэль кивнул и указал на стену, на которой ничего не было, кроме маленьких, дешевых кино-афиш. Я последовала туда за Этаном и встала рядом с ним. Я не ожидала немедленных проблем, но все же обхватила рукоять своей катаны левой рукой, водя пальцами вдоль кожаной перевязи, движение, так или иначе успокаивающее меня.

Мне не пришлось долго ждать.

– Название игры, – сказал Габриэль, пододвигая колоду карт на середину стола, – Пяти-карточный покер с обменом. – Он дважды перетасовал карты и положил колоду обратно на стол.

Альфа, справа от него, с короткими темными волосами, квадратной челюстью и лицом, верхняя часть которого была скрыта солнцезащитными очками Авиаторами [15]15
  «Авиаторы», также известные как «капельки» – модель солнцезащитных очков, созданных фирмой Bausch & Lomb под брендом Ray Ban.


[Закрыть], наклонился вперед и ударил костяшками пальцев по колоде. С такими гладкими движениями, что можно было подумать, что он профессионал, Габриэль начал сдавать карты.

– Мы здесь, – сказал он, – Потому что, несмотря на все возражения, через два дня у нас состоится съезд. Мы здесь, чтобы обсудить Созыв Стай.

Альфа, сидящий слева от Габриэля, развалился в кресле – на лице многодневная щетина, сузившиеся карие глаза и темные волосы до плеч, заправленные за уши. Он бросил на нас подозрительный взгляд.

– Перед этими двумя? – спросил он. Он смотрел пару секунд насмешливо на Этана, а затем искоса рассмотрел меня, оценивая сверху до низу.

Пару месяцев назад, я бы слегка покраснела, может быть, неловко отвернулась. Учитывая, что он был оборотнем, и судя по всему хулиганом, мне вероятно так и следовало поступить.

Но даже если мои навыки требовали доработки, я все же была вампиром, и блеф был одним из первых уроков, который мне дал Катчер.

Я знала как ответить на проявленное в мою сторону высокомерие. Медленно, спокойно я выгнула темную бровь и приподняла уголки моего рта, оскалившись. Мой взгляд, я надеялась был из равных частей вампирской смелости и женской хитрости. Был ли он напуган, я не знаю, но он, наконец, отвернулся. Этого для меня было достаточно.

Габриэль, выражая полное равнодушие, взял свои карты и развернул их веером в руке.

– Ты согласился с этими условиями, Тони, если помнишь.

Таким образом, хулиганом оказался Тони, глава Большой Северо-Западной Стаи и человек, который управлял отступлением оборотней в Аврору.

– Дерьмо, – кашлянул Тони в ответ. – Мой заместитель, – продолжил Тони, – Согласился на эти условия, так как это был единственный способ заставить нас выслушать. Ты созвал собрание, Киин. Ни я, ни Робин, ни Джейсон. Ты. Говори за себя, мы не хотим этого. – он пожал плечами. – Берингово море было красивым и синим, когда я покидал его. Собрав личные вещи, мы будем счастливы вернуться на Аврору.

– Это твоя задача – сохранить их таким образом, – сказал третий человек.

"Это Джейсон", – молча сообщил мне Этан.

Джейсон был жутко красив – зеленые глаза, темные, слегка вьющиеся волосы, убийственные скулы, соблазнительные губы и слегка протяжное южное произношение в его медовом голосе. В целом, это была гремучая комбинация.

– Ты хочешь их защитить.

– Именно это я и хочу сделать, – пробормотал Тони, подкидывая еще пару карт легким ударом руки. – Я хочу их защитить. И когда придет время уходить, чтобы остаться невредимыми, мы это сделаем. И не будем собираться для обсуждений этой политической, стратегической чуши. – Он снова взглянул на Этана. – Вампирской чуши. При всем должном уважении, вампир.

– Взаимно, – ответил Этан с удивительной долей яда в своем голосе.

Я закусила губу, сдерживая улыбку гордости; кажется он перенял от меня кое-какой сарказм.

– Происходящее в Чикаго, – начал Габриэль, но был прерван взмахом руки Тони.

– Происходящее в Чикаго нас не касается, – отрезал Тони. – В Чикаго нет ни одной Стаи, и на это есть чертовски веские основания. Чикаго не является городом оборотней.

Враждебность Тони зарядила колючей магией воздух в комнате, которая стала достаточно сильной, чтобы волоски на моих руках встали дыбом. Я поежилась, мои легкие сжимались по мере того, как изменялось давление в комнате, волшебный эффект от накопленного напряжения оборотня.

– Чикаго это город власти. – спокойно сказал Габриэль, бросая карту на стол, беря новую из оставшейся колоды и добавляя ее в веер карт в своей руке.

По крайней мере, это было все, что я видела, что он сделал, но эти простые движения уменьшили давление магии в воздухе.

Я втянула воздух, увеличивая объем грудной клетки до отказа.

– И то, что у нас нет здесь официального присутствия, – продолжил Гейб, – Еще не означает, что нас это не затронет. Вместе в вампирами. Они находятся в центре общественного внимания, к лучшему или худшему, и мы не можем ожидать, что люди будут удовлетворенными понятием, что кровопийцы являются единственными сверхъестественными в мире.

– Итак, это твоя позиция? – спросил Джейсон. – Ты пригласил нас сюда, чтобы заставить нас объявить о себе? – он покачал головой. – Я не буду этого делать. Вампиры вышли из укрытия, и получили беспорядки и слушания в Конгрессе. Если выйдем мы, то что получим?

– На нас будут проводить эксперименты, – сказал четвертый и последний Альфа оборотень, который должно быть был Робином, главой Западной Стаи. Он один был в темных очках. – Мы станем заключенными на военных объектах и забрасываться Бог знает куда, чтобы военные смогли выяснить, как использовать нас в качестве оружия.

Он поднял руку и приподнял свои очки. Я чуть не вздрогнула при виде его глаз – молочно-синих, глядящих безучастно в нашу сторону. Он был слепым?

– Нет, спасибо, – тихо сказал он, а затем опустил очки. – Только не я, и не рассчитывай на остальную часть Западной Стаи. Мы не заинтересованы.

– Я высоко ценю тот факт, что вы уже догадались о моей повестке дня, и готовы проголосовать, – сказал сухо Габриэль. – Но это не созыв, а я не предлагал резолюцию, так что давайте держать наши мнения при себе.

За столом послышалось возгласы сомнения, но никаких прямых возражений.

– То, что я хочу, – продолжал Габриэль. – Это поставить вопрос и спросить Стаи. Это моя повестка дня. Имеет ли смысл нам остаться и плыть по течению? – Он поднял свой взгляд и пристально посмотрел на Этана.

Эти двое смотрели друг на друга. Страх, гнев и власть соединились в выражении Габриэля. Предстоящая война, очевидно, свяжет оборотней с вампирами между собой.

– Или мы уезжаем?

– Какое из этих решений более безопасное? – спросил Тони.

– И которое, – вставил Джейсон, – Более безответственное?

– Нестабильность. – сказал Робин. – Смерть. Война. И не между оборотнями. Не между Стаями. Дела вампиров, не наши. И никогда не были.

"В этом и состоит беда", – тихо сказал мне Этан. – "Их нежелание сделать шаг вперед".

"Нет, их нежелание пожертвовать собой и своими семьями ради нас", – поправила я про себя. Таким же было решение, которое они приняли прежде, во время Второй Чистки. И в то время, как я сочувствовала вампирам, которые были потеряны, я поняла желание оборотней защитить себя от хаоса.

Я оставила бы философам право решать, было ли то, что они сделали, морально отвратительным.

– Жизнеспособность этого мира наша работа, – сказал Габриэль. – Стаи в целом. Интернет. Бизнес. Финансовые интересы не были проблемой двести лет назад. Но они есть сейчас.

Тони положил карту на стол резким движением, затем вытащил новую из стопки.

– И как твое новое дружественное отношение соотносится с нашей приятельницей с мечом? – Он посмотрел на меня с ненавистью и жуткой похотью в глазах. – Особенная цыпочка?

Габриэль низко зарычал, от чего волосы у меня на затылке встали дыбом. Я крепче обхватила свою катану и оглянулась на него с угрозой, уже не притворяясь.