Текст книги "Самый надёжный вид правосудия (СИ)"

Автор книги: Хелена Руэлли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 38

Гри играл и пел. Он нисколько не жалел, что остался в Слободке. Народ здесь собрался грубоватый, но честный. Дара Элина, опять же, рядом. Но самое главное… Ах, главная причина сидела неподалёку и глядела ясными голубыми глазами на молодого барда. От этого взгляда у него в жилах закипала кровь, и Гри был готов на любые подвиги ради Поллианны. Остаться бы с ней наедине, но – увы! – рядом с ней была строгая подруга, Малена, или гномы, знакомые Гри ещё с Примежья.

Элина уселась к девушкам за стол, а капитан кондотьеров и его лейтенанты устроились в уголке у окна. Элина заподозрила, что Акилла закажет себе пивка без её присмотра. Да и демоны с ним! Зато в толкотне и суете можно было срезать у Малены приличный клок волос и спрятать в напоясной сумке. Гри, милый мальчуган, специально для Элины спел две её любимых песни, а потом взял перерыв и сел за их столик. Гномы немного поворчали, но потеснились. В итоге музыкант оказался напротив Полянки, заставив её смутиться и мило порозоветь.

Завязался какой-то бессодержательный разговор, но Элина не приняла в нём участия. Она заметила, что в харчевню проскользнулмаленький беспризорник, мальчуган лет десяти, которому Элина платила монетку-другую за то, чтобы он собирал разные сведения по городу. Из таких детишек получались хорошие осведомители, потому что ребёнок мог незаметно пробраться туда, куда взрослому путь заказан.

– Поди сюда! – Элина помахала рукой, подзывая мальчишку.

Тот пробрался между столами и преданно заглянул своей хозяйке в глаза.

– Дара Элина, говорят, Рэйшен возвращается в Жадвиль. Его видели на дороге от границы, – шмыгнув носом, проговорил беспризорник.

Сердце Элины пропустило удар. "Тихо! – скомандовала она себе. – Сиди спокойно и не будь дурой!".

– Кто его видел?

– Крестьяне, которые на рынке торгуют, толковали, что видели дроу на дороге. По описанию на Рэйшена похож. Волосы светлые, глаза фиолетовые… – мальчишка потянул носом и поёжился. – Идёт пешком, иногда на попутной телеге едет…

– А что ты на рынке делал? – строго спросила Элина. – Небось опять подворовывал?

Глаза маленького осведомителя забегали, но Элина вовсе не собиралась наказывать или воспитывать его. Она не могла дать кров и семью всем нищим и беспризорным детям, зато могла использовать маленьких проныр в своих целях. Женщина заказала большую миску горячей похлёбки и ломоть хлеба для мальчишки, и тот с жадностью накинулся на еду.

– Вот и молодец. А теперь беги, – две мелкие монетки перекочевали в руки беспризорника.

– Я потом ещё приду, вот разузнаю только побольше, – с надеждой сказал мальчишка.

Элина кивнула, и юный осведомитель, окрылённый, исчез на зимних городских улицах.

– Жалко ребёнка, – участливо проговорила Полянка. – Как бы ему помочь?

Гри горячо поддержал эту идею. Элина подозревала, что, если бы Полянка предложила сварить мальчишку на завтрак, Гри помчался бы за котлом. Однако Малена проявила здравомыслие:

– Что вы предлагаете? Взять его к себе? Так он обворует вас и сбежит. И даже совесть его не замучает. Тем, кто долго живёт на улице, от вас нужны только денежки. Ну, и поесть.

Глава 39

Завязался спор, в котором Элина участия не приняла. Под шумок она шепнула Вайсдорну:

– Сгоняешь в Коддвильт к нимфам? Дело у меня есть к Надриэли…

Бородач с удивлением воззрился на Элину, однако согласие дал. Правда, попросил себе в попутчики Вахольдера.

– Разумно, – согласилась Элина. – но больше никого брать нельзя, чтобы нимф не спугнуть.

– Завтра поговорю с Квэддо, чтобы он не думал, мол, гномы струсили и сбежали.

– Только цель не называй! Это секрет! Скажи, что с родными перевидаться надо, капитан отпустит. В путь отправитесь, когда Квэддо у цирюльника побывает.

Вайсдорн ухмыльнулся в бороду.

Элине предстояло раздобыть волосы и ногти капитана, написать письмо для Надриэли и проводить гномов. Пустяки, в общем-то, если не считать повседневных дел, расчётов и разборок. Впрочем, известие о Рэйшене придавало сил. Этой ночью можно было обойтись без вина, арзы и курительных палочек.

Квэддо немного удивился тому, что гномы решили навестить родню.

– Вы же совсем недавно оттуда!

– Капитан, отпусти их под мою ответственность, – вмешалась Элина в разговор. – У меня есть послание к одному гному, оно касается будущего филиала гномьего банка здесь, в Жадвиле.

В том, что касалось финансовых дел, Квэддо пасовал. Элина разбиралась в этом куда лучше.

– Погодите, какой ещё гномий банк! – опешил Харлен. – Барон не терпит других рас, а тут…

– Харлен, теперешний барон не терпит, – с нажимом произнесла Элина. – Но мы говорим о будущем. О ближайшем будущем.

Харлен поспешно захлопнул рот, а Квэддо понимающе кивнул. Если капитан кондотьеров станет новым бароном, то богатые друзья-гномы ему ох как понадобятся! Молодец всё-таки Элина, просто чудо, а не женщина! И гномы были отпущены восвояси.

Элина, закутавшись поплотнее, тоже удалилась. Тяжёлый нож при каждом шаге хлопал её по бедру. Квэддо, задумавшись, долго провожал её взглядом.

– Ну, чего уставился? – довольно грубо оборвал эти размышления Харлен.

– Думаю, какая же она предусмотрительная. Уже сейчас ломает голову над тем, где мы возьмём денег…

– Ага, – насмешливо перебил одноглазый лейтенант, – не баба, а мечта старого солдата! Ты хоть слышал, что Рэйшен возвращается? И эта мечта упорхнёт под его одеяло, эти мечты всегда так делают!

Квэддо озадаченно воззрился на приятеля.

– Какая муха тебя укусила, Харлен? Ну, возвращается Рэйшен, и что? Он ещё не вернулся – это раз, а два – ты что, Рэйшена не знаешь? У него за это время небось столько женщин сменилось – не перечесть!

Харлен взлохматил жидкие волосы и согласился с капитаном. Вдобавок он лично отправил трёх топтунов, которые доносили бы о каждом передвижении дроу.

Глава 40

День для Элины начался замечательно. Сегодня к ней стекались её осведомители, рассказывали, что Шахлаю всё хуже, он на глазах слабеет, барон злится и пьёт, собирается назначить нового капитана, да – вот незадача! – никто не хочет принять этот почётный пост. Верный заместитель Шахлая, его подельник Ашкут, залёг на дно где-то в трущобах и пьёт без удержу. Делами никто не занимается, и на кухню, где готовили пищу гвардейцам, попало что-то испорченное.

В результате часть гвардейцев осталась голодной, а часть слегла с какой-то кишечной заразой. Баронский медик готов биться лбом о стену и пригласить городских лекарей. Однако доверяет он только Балиму, а тот не в духе и заломил такую цену, что барон затопал ногами от ярости и велел медику справляться своими силами. Мол, за эти деньги барон купит себе новую охрану. Баронесса таскалась где-то в городе, а потом заперлась у себя и не выходит…

Элина откровенно злорадствовала. Дела кондотты шли как раз неплохо, солдаты были при деле, денежки поступали в казну. И даже Рэйшен вот-вот появится. Просто праздник какой-то.

Вечером в харчевне снова пел Гри. Он уже несколько раз "на бис" исполнил ту самую песню, за которую его хотел арестовать Шахлай. Солдаты дружно подпевали, стуча кружками по столам, а "любезные прачки" весело подвизгивали.

Элина уселась с Квэддо и его офицерами, чтобы дать возможность Гри посидеть в перерыве с Полянкой. Эта парочка кидала друг на друга такие пламенные взгляды, как только не подожгли всю харчевню!

Элина чувствовала себя счастливой и хотела, чтобы и остальные тоже были счастливы. Пусть уж Акилла возьмёт себе пива, от одной кружки ведь ничего не будет, правда? Одноногий наставник странно посмотрел на Элину, но от пива не отказался.

Гри взял перерыв и метнулся к Поллианне. Та принялась что-то восхищённо шептать ему на ухо. Гри просиял. Элина поймала себя на том, что радуется, будто это её дети. Дети… Своих-то она больше не увидит.

Печаль не успела охватить её душу – на пороге показался тот самый беспризорник, который днём раньше принёс весть о возвращении Рэйшена. Элина снова приободрилась. Сегодня почему-то мальчик держался скованно и выглядел виноватым.

– Иди сюда! – Элина поманила пальцем маленького осведомителя. – Чего застыл на пороге?

Тот побрёл между столами. На этот раз он старался в лицо хозяйке не смотреть. Опять где-то провинился? Его самого обобрали или избили? Или ещё чего похуже? Попал в лапы какого-нибудь извращенца? Мальчик остановился в шаге от Элины, боязливо поглядывая на трёх взрослых мужчин бандитского вида рядом с ней.

– Хозяйка, там это… Рэйшен вернулся.

Квэддо шумно втянул в себя воздух. Элина с улыбкой вытащила монетки, но мальчик спрятал руки за спину:

– Ты погоди с деньгами. Он приехал, но того… В городе задержался.

– Ну и ладно, – беспечно бросила хозяйка.

– Он встретил на улице Талулу, – виновато продолжил беспризорник.

Это имя ничего не говорило Элине, но, похоже, было знакомо трём кондотьерам. Они переглянулись с неким загадочным пониманием.

– Дара Талула, – говорить мальчику было всё тяжелее, каждое слово ему приходилось выдавливать из себя. – Она владелица "Кораллового цветка"… Она заговорила с Рэйшеном и увела его к себе…

– В "Коралловый цветок"? – тупо переспросила Элина.

Мальчишка кивнул и понурился. Элина не видела себя со стороны, но постаралась улыбнуться и принять беззаботный вид. Она прекрасно знала, что "Коралловый цветок" – самый дорогой бордель в городе. Это заведение посещал барон, его приближённые, да и просто богатые мужчины. Кондотьерам туда путь был заказан – не по чину. Зато сколько сплетен солдаты передавали друг другу! Самой популярной из них почему-то была про шёлковые чулочки на девицах. Что ж, вот Рэйшен и проверит, правда ли это…

– Ну, чего нос повесил? – стараясь казаться беззаботной, спросила Элина у своего маленького шпиона. – Бери деньги, ты их честно заработал!

– Я принёс тебе дурные вести, хозяйка, – шмыгнул носом мальчик. Он был искренне этим расстроен.

– Не бери в голову. Я плачУ тебе за вести, а уж плохие они или хорошие, это мне решать.

Беспризорник забрал монеты и с облегчением удрал. Полянка и Гри наблюдали эту сцену издали. Оба встревожились. Элина вскоре распрощалась и ушла к себе.

– Он что-то плохое ей сказал, – зашептала девушка прямо на ухо музыканту. – Видел, какое у неё сделалось лицо?

– Сейчас вроде нормальное, – Гри успокаивающе погладил Полянку по пальчикам. – Этот малой должен был сообщить, когда Рэйшен будет уже в Жадвиле…

– Малой сказал что-то плохое! – продолжала тревожиться девушка. – Вдруг с Рэйшеном что-то случилось?

Гри принялся восхвалять силу и удаль дроу, чтобы показать, что ничего с ним случиться не могло. Бард немного увлёкся и рассказал Поллианне историю отношений Элины и Рэйшена. Конечно, рассказ был изрядно сдобрен романтикой, которую так любят девушки. Полянка только ахала и изумлялась. К ним тихонько подсела Малена, а потом ещё несколько молодых ребят-новобранцев.

Квэддо, Харлен и Акилла поневоле выслушали эту идеализированную повесть. Акилла лишь посмеивался, то и дело прикладываясь к кружке. Харлен, удивляясь, таращил единственный глаз. Ну и хозяйка, о стольком им не рассказывала!

– Квэддо, ты, может, побежишь утешать Элину? Не упускай момент! – посоветовал одноглазый лейтенант.

Капитан с подозрением уставился на приятеля:

– А скажи мне, Харлен, не ты ли приложил руку к случившемуся? Ну, подговорил старую подругу Талулу задержать Рэйшена?

– Не, не приложил, – открестился Харлен. – Талула бы меня и близко не подпустила, я ей сейчас не ровня.

– С Рэйшеном Талула ещё в конце войны рассорилась, – заметил Акилла.

– Ага, после того, как он её бросил, – уточнил Квэддо. – Ты просто кое-что пропустил.

– А за Элиной не беги, поглядим, как дело дальше пойдёт. Не из тех она, кто прощает такие выходки. Дай ей подумать.

Харлен неприятно захихикал:

– Тебе бы, Акилла, в стряпчие податься. Примирять ссорящихся супругов.

Глава 41

Элина и впрямь раздумывала, сидя на топчане в углу своей «приёмной». На столе стояла раскупоренная бутылка эльфийского, в руке дымилась чиазовая палочка. Ощущение было такое, будто Элине прилюдно плюнули в лицо. Зачем Рэйшен так поступил? Мог ведь приехать и просто сказать… А что, собственно, он сказал бы? Что разлюбил? Так он никогда и не говорил, что любит. Квэддо с Харленом часто упоминали, что Рэйшен менял женщин одну за другой, а сама Элина не придавала этому значения. Вот и получила теперь!

Элина выпустила облако зеленоватого дыма. Что-то она подзабыла, для чего она здесь. Рэйшен уже большой мальчик, пусть делает что хочет. А вот ей, женщине занятой, надо бы обсудить с Квэддо, как попасть к мэтру Апиусу, который кое-что знает о баронском титуле. Сделать это желательно до того, как вернутся гномы из Дикого Леса, потому что каждая секира и дубинка будет на счету…

У Элины появился план, правда, пока нечёткий, но ничего, его можно будет немного подправить в зависимости от хода событий. А Рэйшен пусть катится в бездну! Элина допила бокал, загасила окурок о столешницу и завалилась спать, не раздеваясь.

Топтуны Харлена исправно докладывали обстановку: дроу из "Кораллового цветка" не выходил, хозяйка заведения тоже. Элине всё передавали, следя за её реакцией. Элина равнодушно кивала и переходила к другим вопросам. Им с Квэддо удалось побывать возле дома дара Апиуса и даже записаться на приём под надуманным предлогом. Это стоило Элине двух золотых. Зато мэтр Апиус примет их послезавтра в полдень!

Барон в это время получил известие, что его сын благополучно добрался в Глорк, столицу королевства. Руфус-младший ожидал аудиенции во дворце. Король Витерий, первый этого имени, заставлял юношу ждать. Баронесса думала, что Витерий чем-то недоволен и показывает это просителю. Барон Жадвиль даже знал, что именно вызвало недовольство короля, но жене об этом решил не сообщать.

Перед тем как попасть к стряпчему, Элина долго прихорашивалась. Малена с Полянкой причесали её на манер купчихи и помогли подобрать платье. Посмотревшись в своё полированное зеркало, Элина поморщилась. Эти уродские платья ей не нравились в принципе, а под такой тусклый, тяжёлый ужас понадобилась ещё длинная сорочка, которая путалась в ногах при ходьбе. Нож под платье не пристроишь, арбалет с собой не возьмёшь…

– Ах, какая вышивка! – восторгались девушки. – Вот корсаж бы чуть туже затянуть…

Элина и так чувствовала себя перетянутой, словно ветчина. Куда тут ещё затягивать! Но девушки настояли, и теперь декольте "выгодно подчёркивало грудь", по их мнению.

– А, по-моему, сейчас моё добро вывалится на всеобщее обозрение, – проворчала Элина, приноравливаясь к платью.

Её юные помощницы радостно захихикали, а после накинули на плечи добротный плащ, подбитый мехом, и закололи его у горла массивной брошью. Элина хотела возмутиться, что платье тускло-бордовое, а ей этот цвет не идёт, но вспомнила, что яркие цвета для простолюдинок, даже зажиточных, запрещены. Ладно, придётся потерпеть. Это ради дела.

Оказалось, что Элина собралась даже раньше капитана: он попросту проспал. Акилла, уходя рано утром на тренировочную площадку, не стал будить Квэддо. Поэтому, когда Элина пришла к ним, картина была следующая: за столом восседал Харлен, уныло заглядывая в пустой кувшин, а из комнаты Квэддо доносились сдавленные ругательства.

– Бреется, – лаконично пояснил одноглазый.

– Ничего себе! – возмутилась Элина. – Мало того, что не собран, так ещё и почикает всю физиономию! Как с ним таким идти потом в приличное место?!

Квэддо ругнулся ещё раз. Послышался плеск воды.

– Во, уже скоро, – всё так же меланхолично сообщил Харлен.

– Ладно, – махнула рукой Элина, – Подожду, чего уж там. Только плащ скину, а то жарко в нём. Мех, понимаешь ли…

Немного повозившись с брошью, Элина стряхнула плащ на свободный стул. Квэддо как раз вышел из-за своей двери, и они с Харленом в немом восхищении уставились на женщину. Она вначале обрадовалась такому вниманию, а после смутилась, поняв, что пламенные взоры устремлены на её декольте.

– Да, не стоило напяливать платье, лучше бы в штанах, как обычно…

Мужчины наперебой принялись убеждать Элину, что она великолепна, что платье лучше штанов, да и вообще… Наверное, дар Апиус упадет от восхищения.

– Да-да, – проворчала Элина, – один уже упал. До сих пор лежит в "Коралловом цветке".

Кондотьеры притихли, а Квэддо очень быстро закончил сборы. Вскоре они с Элиной уже шагали по нечищеным улицам Жадвиля. Низ плаща и подол платья были безжалостно забрызганы грязью.

– Эх, надо было верхом добираться! – посетовал Квэддо. – Жалко платья!

– Нет, только не верхом! – испугалась Элина. – Я на лошади и так еле сижу, а уж в этих неудобных тряпках… Грохнусь с седла!

– Тогда коляску надо было нанять.

– Не забывай, мой милый капитан, что мы с тобой простолюдины, хоть и состоятельные. Все эти лошади и коляски вызовут подозрения у стряпчего. Он вообще откажется иметь с нами дело…

Глава 42

Слово за слово, они подошли к конторе дара Апиуса. Тяжёлая калитка, укреплённая изнутри металлическими полосами, распахнулась. Хмурый привратник, больше похожий по комплекции на трактирного вышибалу, молча ткнул пальцем в сторону дома. Толстые стены, усиленные двери, окна, забранные решётками… Что за секреты хранит тут Апиус?

Хозяин ждал посетителей за широким, добротно сработанным столом. Стопка чистой бумаги, перья и чернильница – ничто не мешало и не отвлекало от дел. Сам дар Апиус был невысоким лысеющим человечком с рыхлым телом. На бледном лице стряпчего, давно не видевшим солнца, появилась лучезарная улыбка.

– Ясного неба вам, почтенные! Вы по поводу брачного договора, если я не ошибаюсь?

– Не ошибаешься, – вежливо отозвался Квэддо, любезно помогая Элине снять плащ.

Декольте сослужило свою службу и здесь. Апиус замер, когда декольте оказалось прямо на уровне его глаз, и громко сглотнул.

– Дар Апиус, – защебетала Элина, поведя плечами. Её грудь при этом завлекательно колыхнулась. – Наверное, ты с давних пор работаешь, ведь считаешься лучшим в городе… Ты достоин работать с бароном, да что там – с самим королём!

Стряпчий был польщён.

– Почтенная дара, с королём довелось поработать моему отцу. А барон тогда ещё и бароном не был!

– О, мэтр, расскажи! – Элина скроила умильную гримасу и уселась так, что грудь умостилась на столе.

– Но ведь брачный контракт, – заикнулся было Апиус.

– Успеется.

Квэддо был несколько растерян. Он не ожидал от Элины такого поведения, но искренне надеялся, что она знает, что делает. Апиусу явно недоставало женского общества, и стряпчий, обратив всё внимание на соблазнительную посетительницу, принялся говорить.

Сразу после войны за объединение королевства молодой король решил отблагодарить тех военачальников, которые проявили себя наилучшим образом. К примеру, один из генералов, Римардо, получил титул графа Фиороса. Вот и Руфус Жадвиль удостоился чести стать бароном… Апиус-старший, ныне покойный отец нынешнего стряпчего, готовил все бумаги для короля Витерия.

– Кое-кому титул достался незаслуженно, – заметила Элина.

– Наш король милосерден и справедлив!

– Значит, он ошибся.

Апиус вытаращил глаза:

– Не говори такого, дара! Это попахивает изменой. Король не может ошибаться… Хотя да, с баронством неудачно получилось. Но учти, это секрет!

"Вот разболтался дурак, но мне это только на руку", – подумала Элина, поелозив грудью по столу. Апиус вновь уставился в декольте, как заворожённый.

– Чтоб ты не волновался, дар Апиус, прими от меня скромное подношение, – проворковала Элина, вытаскивая из складок платья золотой. – Это в знак моих добрых намерений.

Монета исчезла в пухлой руке стряпчего. Он молчал, красноречиво глядя на посетительницу. Ещё две монеты загребли жадные ладони Апиуса, прежде чем он продолжил рассказ.

Когда обнаружилось, что свежеиспечённый барон получил титул обманом, Витерий пришёл в ярость. Однако слишком быстрая смена королевских решений плохо повлияла бы на сторонников молодого короля. И тогда Апиус-старший посоветовал сделать титул барона ненаследуемым. Это означало, что дети барона станут безземельными аристократами после смерти отца.

– И куда они денутся в таком случае?

– О, здесь самое приятное! – Апиус воздел палец к потолку. – Это означает, что дети должны явиться ко двору в Глорк и служить королю.

Апиус-старший был хитрым и предусмотрительным, как старый лис. Все черновики он оставил у себя, а также сделал копии всех документов.

– Они хранятся у тебя в тайнике, – полувопросительно молвила Элина.

Апиус усмехнулся. Он понял, что за гости к нему пожаловали. Отец предупреждал, что, хоть бумаги и опасны, на них можно будет хорошо заработать.

– Дара Элина, – сказал стряпчий, – я не знаю и не хочу знать, что ты и капитан сделаете с бароном, но вы пришли за бумагами относительно его титула, верно?

Отпираться не было смысла.

– Ты же деловая женщина, ты понимаешь, что это недешёвое удовольствие?

– Назови цену, дар Апиус.

– Сотня, дара. Сотня полновесных золотых монет.

Элина обмерла. Это была гигантская сумма. Сотню золотых накопить было непросто. Это почти всё, что было у неё в сундучке под половицей в спальне.

– Нет денег – нет бумаг, дара.

– Кто же носит с собой такие деньжищи, мэтр? – криво усмехнулась Элина. – Я достану эту сумму завтра.

– Хорошо. Завтра к полудню. В полдень я буду у тебя, – взгляд стряпчего стал жёстким и холодным. – Я знаю, как тебя найти.