Текст книги "Самый надёжный вид правосудия (СИ)"

Автор книги: Хелена Руэлли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 20

Теперь для Элины дело приобрело совсем другой оборот.

– Квэддо, а если Акилла победит? Он ведь на это и рассчитывает?

– Тогда он скажет, что гномам ходить на тренировки обязательно. А то ведь гномы гордые, могут поначалу отказаться… Ну, идём, а то всё интересное пропустим.

Схватка оказалась короткой. Вайсдорн достал из-за пояса верную секиру, но Акилла, нагло усмехаясь, махнул костылём, пытаясь подцепить оружие противника. Подцепить не подцепил, а костыль потерял, тут же плюхнувшись на задницу прямо в слякоть. Вайсдорн опустил секиру. Костыль Акиллы валялся у его ног.

– Ну что, съел? Сдаёшься? – спросил гном.

– Как тебе сказать, – протянул одноногий, елозя оставшимся костылём по земле.

Остальное произошло мгновенно. Элина успела только моргнуть, а Акилла поддел оставшимся у него костылём гномью секиру и отшвырнул её подальше. Второй удар костыля пришёлся Вайсдорну прямо под колено. Гном рухнул как подкошенный.

– Ну, вот и всё, – объявил Акилла под недовольный гул зрителей. – Бой окончен, и ты проиграл. У тебя оружия нет, а у меня есть.

Чтобы Вайсдорн прочувствовал своё положение, Акилла демонстративно потыкал его костылём.

– Вот и ещё одна ошибка, – продолжил одноногий. – Рядом с тобой мой второй костыль, но ты его не хватаешь и не дерёшься. Так что завтра с утра приходи с приятелем ко мне на тренировку…

– Да уж приду, – проворчал гном. – Но готов держать пари на бочонок гномского пива, что через теркаду я всё-таки тебя одолею!

– Через теркаду? Хм, принимается!

Вайсдорн поднялся с земли, подобрал оба костыля и подал их Акилле. Стоило гному отвернуться, чтобы взять с земли топорик, как Акилла ещё раз подсёк костылём колени противника. Гном рухнул в грязь. Зрители заулюлюкали. Желающие заключили пари ещё в харчевне, и теперь выигравшие радостно подсчитывали полученные монеты. Элина заметила, что Квэддо разжился тремя увесистыми мешочками. Тоже ставил на своего дружка, поганец этакий! А сам вешал Элине лапшу на уши!

– Эй, так было нечестно! – возмущался Вахольдер, стоявший возле Харлена.

Одноглазый лейтенант покровительственно похлопал гнома по плечу:

– Слушай, как там тебя, Вахольдер, тьфу ты, об эти ваши имена язык сломаешь! В бою никто не дерётся честно, а Акилла научит вас, как выжить в любой заварухе!

– Ага, – хмыкнул в бороду Вахольдер, – без глаза и без ноги.

– Да, – согласился Харлен, – я без глаза, он без ноги, но мы выжили в такой сече, что вспомнить страшно. Тогда многие наши ребята в землю легли.

– А что, Харлен, у нас где-то заварушка намечается? – спросил кто-то из зевак.

Харлен ничего не ответил любопытному, только махнул рукой, словно приглашая всех назад, в тепло харчевни.

– Народ пьёт так, будто завтра с утра на тренировку никому не надо, – проворчала Элина.

– Не беспокойся об этом, – ответил ей Квэддо, – ты же им не мама. Завтра Акилла сам с ними разберётся.

Элина махнула на всё рукой, ударившись вместе с гномами в воспоминания о таверне "Весёлый дроу". Каждое слово, каждый образ отдавал горечью потери. Элине пришлось приложить немало усилий, чтобы казаться радостной и беззаботной. В момент, когда женщина была готова уронить голову на руки и разрыдаться, раздался пьяный, но уверенный голос Акиллы:

– Так, всё! Пьянку отставить и по домам! Завтра утром все ко мне заниматься, гномов это тоже касается! И тебя, Полянка!

Сидевшие в харчевне кондотьеры, и молодые, и постарше, недовольно загудели, однако подчинились. Вскоре Военная Слободка затихла.

Глава 21

Гномам подобрали жильё по соседству с Малинкой и Полянкой (а значит, и недалеко от Элины). Сама Элина, вернувшись к себе, развела пожарче огонь в очаге, запалила парочку ламп и принялась разглядывать арбалет. Взводился он просто, вручную, и даже невеликих женских сил на это хватало. Надо бы научиться стрелять из этого чуда оружейного искусства, а то Харлен и так постоянно насмехается, что Элина так и не умеет владеть ножом, хотя постоянно таскает его с собой. Нельзя, чтобы так же получилось с арбалетом. Элина осторожно поставила взведённый арбалет в угол и отправилась спать.

Среди ночи Харлен проснулся и по старой солдатской привычке выбрался на улицу, чтобы помочиться за углом, а заодно немного проветрить голову от вечерней выпивки. Женский крик заставил одноглазого подскочить и облить мочой сапог. Харлен хрипло выругался и принялся торопливо завязывать штаны. Неподалёку хлопнула дверь, заскрипели доски крыльца. Харлен вытер руки о штанины и вгляделся в зимнюю промозглую тьму.

Элина чуть не босиком выскочила на мокрое и скользкое крыльцо, нимало не заботясь о своём здоровье. Воспоминания о Примежье перекочевали в сны. Там, в этих снах, Элина блуждала в дыму, а дорогу ей преграждал баронский прихлебатель Шахлай, и на лице его всегда играла жестокая усмешка.

– Ты чего тут стоишь? – раздался ворчливый голос Харлена. – Давно не болела, что ль? Ещё за тот раз с лекарем не расплатились.

– Ага, самый умный подоспел, – огрызнулась Элина. Её всё ещё потряхивало. – Ты-то что здесь делаешь?

– Да я отлить вышел, – сознался Харлен, взъерошив редкие волосы пятернёй, – а тут ты как заорёшь!

– Штаны хоть не намочил?

– Неа, только сапог.

– Фу-у, – поморщилась Элина, – а я-то хотела пригласить тебя внутрь, у меня новые курительные палочки… Но обоссанных сапог я у себя видеть не желаю!

Харлен зафыркал от сдерживаемого смеха, ничуть не обидевшись.

– Ничего, Эли, сапоги я на крыльце скину!

Уже внутри, пыхая зеленоватым дымом чиазы[1], одноглазый мягко проговорил:

– Эли, ты же понимаешь, что никакой дурман не отгонит твои сны…

Элина молча кивнула.

– Тебе нельзя оставаться одной, – гнул своё Харлен. – Мужика б тебе хорошего.

Договорить он не успел, потому что Элина в ярости вскочила:

– Пошёл вон со своими грязными намёками!

На всякий случай Харлен отодвинулся к выходу вместе со стулом (он увидел рядом с Элиной взведённый арбалет), но тут попытался объяснить свои слова:

– Эли, я же не себя имел в виду!

– Неужели?!

– Небесами клянусь! – Харлен поднял вверх обе руки, и дым от его курительной палочки пополз к самому потолку. – Тебе нужен человек понимающий, образованный, а не солдафон-наёмник. Такой мужчина тебя и развлечёт, и утешит, и…

– И не существует, – отрезала Элина. – Никаких мужиков! Я здесь не для этого!

– Эли, надо, чтобы кто-то отвлекал тебя от тяжёлых мыслей, не давал курить чиазу, поил успокоительным отваром на ночь… Ну, согласись хоть на девушку-компаньонку!

– Я же сказала – не надо, сама справлюсь.

– Эли, ты даже слушать никого не желаешь, а ты хоть видишь, как Квэддо по тебе сохнет?

Определённо, не надо было звать Харлена к себе. Разговор повернул в сторону, которая Элине совсем не нравилась. Следующие слова Харлена не понравились хозяйке ещё больше:

– Ты до сих пор ждёшь, что Рэйшен вернётся? Он ведь дроу, а у них всё не так, как у людей. Я давно знаю Рэйшена, он с юности бабам головы морочил. Те влюбляются, бегают за ним, а наш лихой дроу переспит с ними разок-другой, и всё, прошла любовь…

– Харлен, – перебила Элина, – что ты знаешь об обрядовом плетении волос у дроу?

Одноглазый был несколько сбит с толку.

– Ну, это… Они, если собираются жениться, плетут друг другу какие-то сложные штуки на голове…

Элина кивнула и в подробностях описала ту причёску, которая когда-то так разгневала принцессу Шианнон. Во время этого рассказа глаз Харлена выпучился от изумления, а остаток курительной палочки выпал из руки на пол.

– Никогда бы не подумал, что наш Рэйшен всё-таки решится, – пробормотал Харлен, нагибаясь под стол за окурком. – Не понимаю только, отчего он всё же не возвращается.

– Он ко мне и не вернётся, – подчёркнуто спокойно сказала Элина. – Случилось что-то, что изменило его отношение ко мне.

– И что ты будешь делать?

– Ничего, – пожала плечами Элина. – Буду жить дальше. У меня ведь есть кое-какие планы.

– А что делать с Квэддо? Хотя, если честно, я не понимаю, почему он запал на тебя. Скорее ему бы Малинка понравилась, она так похожа на его последнюю любовь. Правда, девчонка в дочки ему годится…

Бормотание Харлена сделалось невнятным – сказалось действие пива и чиазы. Элина поспешила выпроводить своего ночного гостя. Тот настолько осоловел, что не смог обуться, и пошёл к себе босым, держа сапоги в руках.

[1] Чиаза – местное ядовитое растение

Глава 22

После ухода Харлена Элина быстро проветрила комнаты, чтобы исчез запах чиазы и перегара, и заварила свою любимую арзу. Что-то интересное было в последних словах одноглазого, но это «что-то» пока оставалось неуловимым. Думать следовало не об этом, а об очередном этапе мести. Теперь, имея арбалет, Элина мечтала убить Шахлая лично. Она задремала, представляя себе в полусне, как всадит болт в жестокое лицо гвардейца. Так и проспала Элина до утра, не заметив, что арза выкипела из медной кастрюльки и залила стол. А на самом краю сознания маячили Малена и Квэддо.

Утром Акилла пребывал в дурном расположении духа. Вчерашние похождения даром не прошли: голова раскалывалась и даже возобновились забытые боли в отрезанной ноге.

– Пить надо меньше! – насмешливо бросила Элина Акилле, ничем не улучшив его самочувствия.

Наоборот, разозлившись, одноногий наставник гонял своих подопечных так, что у тех глаза на лоб лезли. Поллианна усердно занималась вместе со всеми, и обычно Акилла щадил девчонку, да и другим не давал задирать её, дразнить или ругаться. Но сегодня всё шло не так.

Бедная Полянка просто не могла выполнить все требования Акиллы. Она начала всхлипывать, выслушивая ругань, а потом дыхание её сбилось, и девушка свалилась ничком в холодную грязь, которую месили десятки пар сапог.

– Встать! – завопил Акилла. – Вставай сейчас же!

Девушка, напуганная криком, поскользнулась и снова плюхнулась в грязное месиво. Вокруг ржали её товарищи, те самые, которые ещё вчера робко пытались вручить ей подарок – платочек или букет снежноцветов. Это было особенно унизительно, и Полянка с трудом удерживалась от слёз.

Не смеялись и не злословили только гномы. Вахольдер, нахмурившись, мрачно изрёк:

– Слышь, Акилла, негоже девушку обижать! Ты бы язык-то свой придержал, а?

Вайсдорн помог Полянке подняться и даже отдал свой башлык, чтобы девушка вытерла грязь с рук и печального личика.

– На этой площадке я главный! – заревел Акилла. Боль угнездилась у него где-то за глазами, налитыми кровью, поэтому его бесило каждое слово, каждое движение. – Как я говорю, так и будет! Сказал, что она – маленькая шлюха, значит, так тому и быть!

Акилла не обратил внимания, что его выученики притихли и замолчали, глядя ему за спину. Там появились Элина и Квэддо, привлечённые скандалом. Судя по лицу Элины, ничего хорошего Акиллу не ждало.

– Что здесь происходит? – властно спросил капитан.

Акилла захлопнул рот, а Полянка тихо заплакала от облегчения, уткнувшись в плечо Вайсдорна. Оказалось, что Квэддо моментально разобрался в ситуации.

– Ребята, проводите Полянку, да и сами отдохните, – сказал он гномам. – Остальным разойтись и готовиться к вечерней тренировке с Харленом! Акилла, останься здесь.

Глава 23

Акилла болезненно скривился. Он понимал, что перегнул палку и не смог вовремя остановиться. Хорошо, что капитан всех разогнал и не стал унижать наставника при его учениках, за это Акилла был даже благодарен и готов понести наказание. Вот только какого рожна эта наглая баба стоит здесь и щерится, будто собирается его, Акиллу, ударить? Этого Акилла ей не позволит, пусть даже Квэддо втюрился в неё по самые помидоры.

– Акилла, я переоценил тебя, – сухо молвил капитан. – На некоторое время я отстраняю тебя от тренировок.

Акилла ожидал чего-то подобного. Это было справедливо.

– Надолго, капитан?

– Пока не знаю, это зависит от тебя самого. Остальное тебе сообщит хозяйка.

А вот это был неприятный, даже унизительный поворот.

– С сегодняшнего дня для тебя закрыт кредит на выпивку, – холодно произнесла Элина.

Акилла помрачнел, но тут же снова воспрянул духом. Ну, не дадут ему выпить в слободской харчевне, и демоны с ней! Свет на ней клином не сошёлся, есть и другие приятные заведения поблизости…

– Твой кредит исчерпан не только в нашей харчевне, но и во всех окрестных кабаках, с их хозяевами уже договорено. Больше того, к концу этой теркады ты обязан выплатить свои долги…

– А если я не заплачý? – осклабился в лицо женщине Акилла.

– Отправишься под мост.

– Об этом тоже договорено?

– Уж не сомневайся, – подтвердил его подозрения Квэддо. – Тебя ведь просили столько не пить!

Под мост Акилла не хотел. Но терпеть унижения от какой-то ушлой бабёнки…

– Акилла, сейчас ты собираешься мне что-то сказать, – предвосхитила его намерения Элина, – но лучше промолчи, чтобы потом не сожалеть о сказанном. Сумма твоего долга приличная. Когда успокоишься, зайди ко мне, всё обсудим.

Акилле ужасно хотелось, чтобы Элина, а не Полянка, свалилась в грязь и ползала, умоляя его о прощении. Но, кажется, в ближайшее время всё будет наоборот. Квэддо подхватил Элину под руку, и они удалились, словно почтенная семейная пара – старый кондотьер и жуликоватая торговка.

Акилла же, вернувшись к себе, со злобой швырнул костыли в угол, а сам завалился в мятую и вонючую постель и забылся тяжким сном. Поднялся он только к вечеру. В голове у него прояснилось, но теперь одноногого охватило чувство жгучего стыда. Что же он натворил? Чего наболтал? А главное – зачем?! Ох, ну и позор… Квэддо отстранил его от работы, передав Харлену наставничество. А ещё придётся разбираться с Элиной. Акилла не испытывал к ней особой симпатии, но уважал за умение делать деньги. Ссориться с хозяйкой Военной Слободки было ужасно глупо.

Акилла с трудом поднялся и доскакал до костылей. Теперь надо хотя бы умыться. Он выбрался из своей берлоги. Квэддо, Харлен и Акилла занимали жильё, похожее на "ромашку": центральная комната была общей, а из неё четыре двери вели в небольшие спальни. Одна из этих комнатёнок была свободна, дожидалась Рэйшена, как понял Акилла. Он поплескал себе в лицо водой из кувшина. Плевать, что налил на пол и на стол, испарится! Что ж, надо идти.

У Элины оказалось заперто. В зимних сумерках Акилла уселся на крыльцо. С тёмного неба падал редкий мокрый снег и тут же таял. Плохая примета, решил Акилла, к затяжной и холодной зиме.

С тренировочной площадки доносился зычный голос Харлена: он серьёзно отнёсся к своим обязанностям, хотя и без восторга. Акилла поёжился. Обидно, демоны всё раздери, отдавать почти обученных солдат под руку другого человека, хоть и приятеля! Столько сил вложил, и вот тебе… Да где же носит эту бабу?! Уже вся задница отмёрзла тут сидеть!

Глава 24

Элина и Квэддо этим вечером были очень заняты. Они долго рассматривали подаренный гномами арбалет, Квэддо учил Элину взводить его. А после, накинув плащи, они отправились на пустырь за одним из многочисленных кабаков Слободки, и Элина принялась тренироваться в стрельбе. Квэддо опасался, что хозяйка лишь зря потратит своё и его время, потому что орудовать ножами и стилетами она так и не научилась. Нет, хлеб и мясо Элина нарезать могла, но если требовалось вступить в поединок, женщина делала ошибку за ошибкой и даже временами роняла нож. Одним словом, в настоящей драке лежать бы Элине на земле с собственным ножом в груди.

Со стрельбой дело обстояло совсем иначе. Здесь и рука у Элины была твёрдой, и глаз верным. Квэддо одобрительно кивал при каждом удачном выстреле, а вскоре ощутил, что голова готова оторваться от кивков.

– Всё, Эли, достаточно! – воскликнул капитан.

Элина, довольная, разрумянившаяся, принялась было спорить, но на Жадвиль опускались унылые зимние сумерки. В этой полутьме тренировка становилась бессмысленной. Арбалетные болты собрали (их уже было плохо видно) и отправились к Элине.

По дороге домой Квэддо то и дело поглядывал на Элину. Он давно не видел её такой: глаза горят, на губах блуждает счастливая улыбка. Капитан самонадеянно считал, что женщина наконец-то оценила его присутствие рядом. "Я всё-таки сумею покорить её", – думал Квэддо. – "Первые шаги уже сделаны".

Капитан кондотьеров даже предположить не мог, что Элина в этот момент мечтала о другом. Она держала свой миниатюрный арбалет под плащом, пытаясь сообразить, видно ли оружие со стороны. Нет, скорее всего, не видно. Прекрасно! Завернувшись в плащ и надвинув капюшон поглубже, она станет одной из множества безликих прохожих, ничем не выделяясь из толпы. Можно подобраться поближе к баронским гвардейцам и подстрелить ненавистного Шахлая. Потом, правда, непонятно как удрать. Ладно, эти детали можно продумать позже.

Элина и Квэддо подошли к Элининому крыльцу как раз тогда, когда замёрзший и злой Акилла пытался подняться и уйти.

– Явились, голубки! – сердито бросил одноногий. – Чего такие счастливые?

– Вечер был удачный, – улыбаясь своим мыслям, ответила Элина.

– А ты забыла, наверное, что велела мне прийти? Или женское счастье глаза заволокло?

Дальнейшее стало неожиданностью для обоих кондотьеров. Элина выхватила арбалет из-под плаща и выстрелила. Болт гулко ударил в доски крыльца прямо перед Акиллой. Само крыльцо не пробил, а лишь откатился в сторону. Квэддо и Акилла уставились вначале на болт, а потом на Элину, успевшую перезарядить арбалет (ну, недаром же она тренировалась весь вечер). Капитан был поражён, как счастливая, сияющая женщина вмиг превратилась в исчадие бездны с недоброй ухмылкой.

– Ещё одна шутка, Акилла, – проговорило это исчадие, – и ты лишишься последней ноги. И больше я с тобой дел иметь не стану…

Оба кондотьера молчали, потрясённые. Элина опустила оружие и приказала Акилле:

– Подними болт и брось его мне!

Одноногий повиновался. Элина отперла дверь и впустила обоих солдат внутрь.

– Теперь можно и дела обсудить, – с довольным видом Элина устроилась за столом. – Садитесь оба.

Глава 25

Долги у Акиллы оказались приличными, ему самому стало не по себе, когда он увидел счета от трактирщиков.

– Слушай, что это такое, а? – подсыпал соли на рану Квэддо. – Ведь совсем недавно влип в похожую историю с деньгами, только рассчитался – и опять?!

Весь боевой задор Акиллы угас. Если верить всем этим бумажкам в руках Элины, то теперь кондотьер оказался в жуткой ситуации. Даже когда он просил милостыню, он был богаче, чем сейчас.

– Хозяйка, – совсем другим тоном заговорил одноногий, – а эти трактирщики не могли лишних циферок сюда приписать? Ну, не мог же я столько выпить!

– Выпить, съесть и побить посуды! – безжалостно припечатала Элина.

– И что теперь делать? Я столько за целый оборот не соберу!

– Ну да, пропить незаработанные деньги куда легче, – в сердцах бросил Квэддо.

– Ладно, ребята, не будем ругаться. Можно отправить Акиллу подзаработать чуток…

– Куда ж ты его отправишь, с одной-то ногой? – изумился капитан.

– Да вот как раз мясники просили покараулить их склады…

– Мясники?! У них же собаки!

– Отравили их собак на днях, – вздохнула Элина. Ей было жаль животных, но выгоду упускать она не собиралась. – Значит, собираются грабить. Времени у нас мало, а складов мясницких хватает…

Квэддо пожал плечами. Он не очень понимал, как одноногий Акилла сможет помочь остальным охранникам складов. Однако Элина ничуть не сомневалась в своём решении, а Акилла и вовсе повеселел.

– Завтра после обеда, ребята, выделенные в охрану, собираются, – Элина назвала точку сбора. – Ты пойдёшь со всеми вместе. Там у них уже и старший назначен, он всё объяснит.

Акилла осознал, что несколько ближайших теркад ему придётся вести трезвый образ жизни, с кряхтением поднял с пола костыли и потащился к выходу. Квэддо хотел бы остаться, но его ловко выпроводили. Элина собиралась помахать ручкой с крыльца обоим кондотьерам и спокойно помечтать у очага, как убить Шахлая.

Как это часто бывает, мечты не сбылись из-за Элининой чрезмерной популярности. По улице бежала Малена, придерживая юбки и оскальзываясь.

– Дара Элина! – задыхаясь, произнесла девушка. – Хорошо, что я застала тебя!..

Элина насторожилась. Именно с таких слов начинались обычно всякие неприятные дела и разборки.

– Там, у входа в Слободку, – Малена ткнула пальцем куда-то себе за спину, – музыкант стоит!

– И что же? – пожала плечами Элина.

– Он тебя спрашивает! Говорит, можно ли с дарой Элиной словечком перемолвиться? А сам молоденький такой, хорошенький, и "любезные прачки" уже кругами возле него ходят, смущают…

Элина заскочила в дом за плащом, и Малена гордо повела хозяйку за собой. За ними увязались и Квэддо с Акиллой. Вглядевшись в фигуру музыканта, зябко переминавшегося с ноги на ногу в окружении разбитных девок, Элина подхватила полы плаща и припустила вперёд.

– Гри! Гри, ты приехал! – приезд молодого барда стал неожиданным подарком.

– Дара Элина! Как же я рад видеть тебя! – Гри осторожно обнял Элину, стараясь не повредить свою читарру.

Как обычно, Элина не могла оставить своего гостя голодным и замёрзшим.

– Харчевня, наверное, закрыта, – робко заметила Малена. – Ребята уже все поужинали.

– Ха, пусть попробуют мне не открыть! – фыркнула Элина. – Хозяин тогда будет рассказывать, как я ему пальцы на руках поотрезала!

– А ты такое делала? – Гри споткнулся на ровном месте, глядя на хозяйку.

Малена не удержалась и фыркнула:

– А вот сам и посмотришь!

Акилла ковылял сзади, время от времени шикая на прачек. Любопытные девицы увязались за молодым бардом, не теряя надежды залучить его к себе.

– Акилла, оставь их в покое! – судя по тону, Элина больше не сердилась на непутёвого наставника молодёжи.