Текст книги "Кровавый рассвет (ЛП)"

Автор книги: Гвендолин Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

– Ты был копом? – спросила она наконец.

– Неа.

– Серийным убийцей?

Он наградил ее почти оскорбленным взглядом.

– Нет.

– Просто решила охватить обе стороны спектра.

Букер молча закатал правый рукав своей клетчатой рубашки и обнажил татуировку на внутренней стороне предплечья. Вытянув руку, чтобы показать ей, он кивнул.

Кейтлин без раздумий потянулась к нему, крепко держа его руку и разглядывая татуировку корпуса морской пехоты.

– Ты морской пехотинец?

– Был им.

– В прошлом времени. Ясно, – она продолжала разглядывать его руку, пока не осознала, что делает, и тогда отпустила. – Я удивлена, что тебя не призвали обратно на службу, когда наступил конец света и все такое.

Букер хмыкнул (такой звук она от него еще не слышала) и посмотрел в окно с водительской стороны.

– У меня уже была работа, когда началось все это дерьмо.

– Как загадочно. Ладно... – Кейтлин расслабилась на своем сиденье. – Итак, товарищ морпех...

– Лучше Букер.

– Хорошо... Букер. Итак, если мы не направляемся на шоссе, тогда куда мы едем?

Он задумчиво помычал, слегка поерзав на сиденье.

– Ну... Мы в паре часов езды от Таскалусы... Не рекомендую слишком приближаться к городу из-за популяции стональщиков, но вот на окраинах, возможно, удастся чем-то поживиться.

– Таскалуса, – Кейтлин склонила голову набок, уставившись на него. – Это на западе.

– Может, все-таки не придется искать тебе компас.

– Я же сказала тебе, что направляюсь на север. Ты даже согласился...

– Да, но мы не можем переть по прямой. Надо искать чистые дороги. И это займет время. А значит, нам нужны припасы.

Кейтлин осознала, что утратила все желание спорить, и утомление взяло над ней верх.

– Ладно, Букер... ладно, – она зевнула в ладошку и заметила, что он косится на нее.

– Сбоку есть рычажок, который откинет сиденье назад.

Она едва не закатила глаза.

– Я знаю, как устроены сиденья в машинах.

– Ладно, просто сказал...

Кейтлин снова зевнула, ее веки опускались сами собой. Солнце светило ей в лицо, и от тепла она лишь становилась сонливее.

– Давай, – произнес Букер неожиданно успокаивающим голосом. – Поспи немного, пока есть возможность.

– Это вроде как нечестно... ты же ведешь машину.

– Нее, мне отлично. А ты спи.

Она взялась за рычажок сиденья, опустив его ровно настолько, чтобы голова не скатывалась набок.

– Если решишь убить меня во сне, просто сделай это быстро.

Он усмехнулся.

– Слушаюсь, Мидоуз.

Она заснула под монотонное гудение двигателя, слушая, как Букер тихонько напевает песню Вилли Нельсона.

Глава 5

Кейтлин проснулась с рывком, взмахнув руками.

– Что?

– Проснись и пой, дорогуша, – позвал голос Букера откуда-то снаружи машины.

Где он? Она его не видела...

Изогнувшись на сиденье, Кейтлин сонными глазами всматривалась сквозь окна и заднее ветровое стекло. Букер стоял у багажника (должно быть, когда он захлопнул крышку, это ее и разбудило) и разворачивал карту.

Повозившись с ремнем безопасности, она открыла дверцу машины.

– Что происходит?

– Бензин закончился, – сказал Букер, по-прежнему уставившись в карту. – Мы недалеко от нескольких мест, где можно его сцедить – жилые районы, парковки, все такое. Но нам придется тащиться пешком.

Потирая глаза со сна, она прищурилась, глядя на него в свете садящегося солнца.

– Почти стемнело.

– Еще пару часов будет светло.

– И нам лучше использовать это время для разбития лагеря.

– Лагеря? – Букер усмехнулся. – Хочешь сказать, для расстилания пары одеял на заднем сиденье?

– У тебя нет палатки?

– Палатка-то есть, но я не буду ставить ее на обочине из-за одной ночи.

Кейтлин вздохнула. Надо было дальше спать.

– Ладно, уговорил.

– И спорить не станешь? – он глянул на нее. – Я потрясен до глубины души.

– Я все еще сонная. Дай мне пару минут, и я вернусь к словесным поединкам.

Она встала и потянулась, осматриваясь по сторонам.

– Где мы?

– Примерно в сорока минутах езды от «Если бы я жил здесь, то стопудов спился бы».

Она рассмеялась; его шутка застала ее врасплох. По-прежнему улыбаясь, она повернулась, чтобы взглянуть на него, и заметила в его глазах удовольствие прежде, чем он снова сосредоточился на карте.

– Торговый центр ближе всего. Примерно в двадцати минутах ходьбы отсюда. Если поспешим, то вернемся задолго до наступления темноты.

– Как думаешь, мы сможем поискать еду? Моим запасам приходит конец.

Букер кивнул, сворачивая карту и засовывая ее в задний карман.

– Мы о тебе позаботимся. Пошли.

Он схватил свой рюкзак, пару канистр для бензина и винтовку с заднего сиденья и зашагал вперед.

Кейтлин взяла вещи из машины, отказываясь свои скудные пожитки без присмотра.

Первые несколько минут были тихими, пока Букер шагал к развилке на дороге и сворачивал направо. Местность практически пустовала, если не считать нескольких деревьев, да кое-где торчавшего дома или сарая. Как казалось Кейтлин, все здесь было заброшенным, дома были заколочены и явно покинуты в спешке. На чьем-то дворе они увидели трактор фирмы «Джон Дир», и Букер сразу же слил весь бензин из его бака.

Воздух был влажным и липким, одежда неприятно льнула к телу от пота. Но Кейтлин вынуждена была признаться, что нескончаемые широкие и открытые поля так и не собранного урожая, отсутствие фриков... Этого оказалось достаточно, чтобы дать ее разуму передышку от ужасных реалий мира, пусть и всего на несколько секунд.

– Ты был с кем-то ранее? – этот вопрос слетел с ее губ, пока она уставилась на осветительный столб, почти полностью затянутый пуэрарией (прим. растение семейства бобовых)

– С кем-то?

– Ну, с группой. С какими-то людьми, помимо тебя самого?

Кейтлин увидела, как Букер, который шел на несколько шагов впереди, покачал головой.

– Неа.

– Ты даже не был с членами семьи? Или с друзьями?

– Большая часть моей семьи умерла задолго до того, как стональщики начали бродить по Земле. А у всех моих приятелей есть свои семьи, о которых нужно заботиться. Так что я сам по себе.

Кейтлин кивнула.

– И ты не женат, – это было утверждение, а не вопрос.

– Ты не думаешь, что я мог быть женат? – Букер обернулся через плечо, усмехнувшись.

– Ни кольца, ни бледной полоски на месте кольца, – ответила она. – Ты никуда не торопишься, а значит, никто тебя не ждет, и ты решил объединиться со мной, так что...

– Наблюдательная, – сказал он, и его тон выражал больше одобрения, чем лицо.

– А ты? Тебя кто-то ждет в Нью-Йорке?

Она покачала головой.

– Я не замужем, – затем она вспомнила... – Ну. Есть один парень.

– Вот как?

– Ага. Его зовут Натаниэль, – она помедлила, нахмурив лоб. – Или... звали Натаниэль. Не знаю, – она посмотрела на профиль Букера. – Мы теперь говорим о людях в прошедшем или настоящем времени? Я не знаю, жив он или нет... И нельзя сказать, что я могу ему позвонить.

Он не повернул голову, но его взгляд метнулся вокруг, когда он сказал:

– Полагаю, используй то, что тебе самой будет проще.

На удивление мудрое заявление от мужчины с нашивкой рок-группы Lynyrd Skynyrd на рюкзаке.

Мгновение спустя она сказала:

– Натаниэль неплохой. Он милый. Пожарник.

– Просто мечта, – поддразнил Букер.

– Знаю, это почти клише. Но я никогда не была любительницей такого.

– Какого такого?

– Встречаться с пожарником. Встречаться с любым стереотипично-мужественным парнем. Я обычно предпочитаю ботаников в футболках с героями комиксов или разработчиков программного обеспечения. Дайте мне парня в очках, имеющего зависимость от игровой приставки, и все, я растаяла.

– Пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь.

– Нет, я серьезно, – возразила она. – Есть что-то такое в умном и немного неловком парне... не знаю, они просто пупсики.

– Нее, они все засранцы. Просто тощие засранцы с туннельным синдромом (прим. заболевание, возникающее от постоянной работы на клавиатуре)

– Что, прости...

– Поверь, стоит тебе связаться с задротом-айтишником, и за их плечами тебя ждет лет десять-двадцать багажа, потому что они постоянно терпели издевательства, никогда не были популярными, всегда были «просто другом» и никогда не могли перепихнуться. А потом, когда (и если!) они умудряются завести себе девушку – или парня – они понятия не имеют, как с ними обращаться, потому что они из плоти и крови, а не какая-то секси-фантазия из игры.

– Ты так говоришь, будто тебя бросил задрот-айтишник.

Букер усмехнулся.

– Неа, просто достаточно имел с ними дело. И служил с парочкой таких.

– Айтишники-морпехи?

– Угодили в офицеры прямиком после обучения и ни черта не знали о службе.

– Думаю, ты слишком обобщаешь.

– Прямо как ты обобщила с пожарниками? – он глянул на нее, посмеиваясь.

Кейтлин запнулась.

– Ну... У меня есть много доказательств, подтверждающих мою теорию.

– А у меня есть куча доказательств, подтверждающих мою.

Она фыркнула, потому что ей не нравилось тупиковое положение, в которое она себя загнала. Прежде чем она успела придумать очередной аргумент, Букер заговорил.

– Так вот, этот Натаниэль... У вас с ним серьезно?

Она улыбнулась, потому что он использовал настоящее время ради нее.

– Эм, ну...

– Я посчитаю это за отрицательный ответ.

– Это не отрицательный ответ. Это «я не знаю».

– Если ты знаешь, то ты знаешь сразу.

– Я не могу принять такое значимое решение, как вступление в брак, всего после шести месяцев отношений.

Букер издал такой звук, будто прищелкнул языком.

– Думаю, если ты встречаешь подходящего человека, то чувствуешь это. Ты знаешь. Время не имеет к этому никакого отношения.

– Это непрактично. Тебе нужно знать, хорошо ли твой партнер управляется с такими вещами как... Оплата счетов. Как он распоряжается деньгами? Демократ он или республиканец? Кладет он посуду в раковину или прямиком в посудомойку?

– Все это неважно, – сказал он, направляя их налево, по другой, но такой же заброшенной дороге. – Отношения с кем-либо, настоящие отношения полностью сводятся к тому, как вы работаете вместе. Вы должны быть хорошей командой. И неважно, одной вы религии или нет, одинаково вы голосуете или нет. Черт, да даже если твой партнер забирает все одеяла и пинается во сне, это неважно...

– Видимо, ты никогда не спал с таким человеком. Это крайне важно для отношений.

– Все, что важно, – это прикрывать друг другу спины. Быть командой. Даже если вы постоянно бодаетесь, черт возьми, важно лишь то, чтобы в конечном счете вы желали друг другу только лучшего.

Кейтлин фыркнула.

– Сказал парень, который никогда не был женат.

Он тихо рассмеялся, глянув на нее.

– Я нет, но мои родители были женаты. Сорок лет. Никогда не разлучались дольше, чем на одну ночь.

– Ого, – выдохнула она. – Это... здорово. Правда, – она посмотрела себе под ноги. – Тебе повезло, что ты вырос в такой семье.

Букер кивнул.

– Они были хорошими людьми. Честными. Любили меня всем сердцем.

– А их... больше нет с нами?

– Мама умерла от рака несколько лет назад. А папа... думаю, он умер от разбитого сердца. Я нашел его в кресле через два месяца. Врач сказал, что это был сердечный приступ.

Кейтлин посмотрела на его профиль.

– Я... Мне так жаль, Букер. Это ужасно.

Он слегка кивнул.

– Они были предназначены друг другу судьбой. Настоящие родственные души. Не могли жить друг без друга. А теперь... думаю, им повезло. Повезло и в любви, и в смерти.

Он сказал это как раз тогда, когда они заметили вдалеке торговый центр, заброшенный и окруженный свидетельствами того, что мир уже не был прежними.

Реальность вновь обрушилась на Кейтлин. Разговор с Букером помог ей забыть, избавил от того душевного бремени, которое она носила на себе последний месяц. Но вид поломанных машин, зданий с разбитыми окнами, брызг крови на бетоне... Все это служило жестоким напоминанием о том, что жизнь изменилась навсегда.

– Вот и оно, – сказал Букер. – Ладно, вот каков план. Мы продвигаемся медленно, держимся начеку и не разделяемся. Если увидишь что-то и захочешь проверить, скажи мне, и мы пойдем туда вместе. Поняла?

– Да, сэр, есть, сэр, – поддразнила она, но его челюсти сжались, а взгляд оставался ровным.

– Я серьезно, Мидоуз. Мне вовсе не нужно, чтобы ты убежала, и тебя обглодали. Сначала мы поищем еду, потом бензин, – он посмотрел на нее, дождался кивка в знак согласия, затем сказал: – У тебя есть оружие?

– Эмм, только нож, который я подобрала. Он не очень острый...

Остановившись и сняв рюкзак, Букер покопался там, затем вытащил револьвер.

– Держи. Ты недостаточно хорошо обучена для рукопашки. Эта штука надежная, дает небольшую отдачу, но при этом она громче удара грома, так что не пугайся. Ты знаешь, как взвести курок?

Кейтлин аккуратно взяла из его рук оружие.

– Эм, вот этой штучкой, верно? – она показала на курок, и Букер кивнул.

– Просто следи, чтобы он был отведен вот так... – он продемонстрировал, как нужно, – ...и у тебя в руках боевое оружие. Пока мы идем, курок должен быть в таком положении, а оружие лучше засунуть за твой ремень.

– Я не ношу ремень.

– Тогда в задний карман.

– Почему ты решил, что у джинсов в обтяжку имеются достаточно большие карманы для таких целей?

Букер закатил глаза и, взяв ее за плечо, развернул.

– Дай-ка гляну.

– Что ты... Эй!!

Он приподнял подол ее рубашки, чтобы посмотреть.

– Кхм, влезет. Однако ты заполняешь эти джинсы до предела, так что не виляй бедрами, а то пистолет вывалится.

Кейтлин развернулась обратно, гневно уставившись на него.

– Ты только что сказал, что у меня жирная задница?

Букер улыбнулся ей, и его карие глаза сверкнули.

– Это вовсе не плохо.

– О мой Бог, – пробормотала она, уходя от него. – Осторожнее, придурок, я теперь вооружена.

– О да, я весь дрожу.

Дорога до торгового центра была тихой, поскольку они прислушивались и высматривали фриков или более человеческие источники угрозы. Она заметила парочку фриков, шаркавших ногами возле мусорных баков заброшенного KFC и, похоже, не замечавших их. Никакой ветер не разносил их запах, и учитывая, какими вялыми те были, Букер мотнул головой, показывая оставить их в покое.

Добравшись до парковки, они держались поближе друг к другу, петляли между машинами и тихо бежали в сторону секонд-хенда. Пока что фриков не было видно, но Кейтлин не слишком надеялась обойтись без них или найти что-то толковое. Витрины магазина были разбиты, всюду валялся мусор. И все же они с Букером прикрывали друг друга, пробираясь внутрь.

Один фрик в униформе магазина шаркающими шагами брел по проходу и постанывал. Букер с ним быстро разделался.

– Сначала зачистка; потом будем искать припасы, – прошептал он ей, и Кейтлин кивнула.

Магазин был небольшим, и зачистка заняла меньше времени, чем они оба ожидали. Когда Букер объявил, что все безопасно, они принялись прочесывать каждый ряд, ища что-нибудь съедобное или полезное.

– Не знаю, Букер, это место, похоже, смели подчистую, – сказала она, осматривая несколько консервных банок без этикеток и пытаясь решить, что в них – тушенка или персики.

– Не теряй надежду, дорогая, – сказал он ей, кивая на дверь с пометкой «Только для сотрудников». – Склад.

– Там либо полно фриков, либо тоже пусто, – пробурчала она, следуя за ним. – Ты думаешь, что люди бы не проверили это место?

– Все возможно. Люди в спешке склонны становиться идиотами.

Медленно открыв дверь, он осмотрелся в поисках немертвых, но помещение оказалось чистым.

– И кто бы мог подумать... – протянул Букер, придерживая дверь для нее.

Склад оказался набит битком. Поддоны с едой, напитками, бумажной продукцией... все нетронутое.

Кейтлин разинула рот.

– Люди идиоты.

– И благослови их боженька за это.

Она испытала легкое головокружение при виде еды, о которой она только мечтала – печенье «Поп Тартс», чипсы «Принглс», баночки «Колы», сухие завтраки «Лаки Чармс».

– Черт, – выругался Букер, оглядываясь по сторонам. – Ничего из этого не пригодится.

– О чем ты говоришь? Это самое близкое подобие рога изобилия, которое мы можем получить.

– Это сплошной сахар, – сказал он. – Еда – это топливо. Если съешь все это дерьмо, оно только повысит содержание сахара в крови, и скоро ты опять будешь умирать от голода.

– Ладно, «доктор Аткинс», можешь повторять это себе, когда ночью проголодаешься, а я набью себе пузо чипсами.

Она разорвала пластиковую упаковку, напихав себе в сумку кучу мини-пакетиков чипсов и крендельков. Через несколько секунд она услышала от него удивленный звук.

– О, у них есть вяленое мясо.

– Видишь? Прямо-таки сбалансированная диета получается.

Кейтлин направилась к арахисовому маслу, газировке, а потом к «Поп Тартс». Мимо него она не могла пройти, даже если бы попыталась.

Букер упаковал в пластиковые пакеты бутылки воды и вяленое мясо. Кейтлин приметила в его запасах ярко-зеленую банку «Принглс» и прикусила язык, чтобы сдержать насмешку.

– Думаю, на какое-то время нам хватит припасов, – сказал он. – Ты взяла что-нибудь питательное?

– Вообще-то да. Четыре банки арахисового масла и больше крендельков, чем ты можешь себе представить. И газировка.

– Умница какая, – сказал он, изогнув губы.

– Бензин?

– Ага. Тебе еще что-нибудь здесь нужно?

Она покачала головой, и Букер повел их на парковку. Они оба одновременно заметили небольшую группу фриков на другой стороне дороги, и Букер жестом показал ей притаиться за машинами. Они старались не ввязываться в схватки, если была такая возможность.

Большинство машин оказались пустыми, но навороченная Тойота Приус на удивление оказалась золотой жилой с почти полным баком. Букер почти закончил выкачивать бензин в канистры, но вдруг остановился и наклонил голову так, будто прислушивался к чему-то.

– Что такое?

– Ш-ш-ш, – пробормотал он, щурясь, будто это помогало ему лучше слышать. – На дороге...

– Что, Букер?

Поглядывая на волочащих ноги фриков, которые все еще не догадывались об их присутствии, Кейтлин напряженно прислушивалась. Она слышала только насекомых и... шум двигателя?

– Хаммеры, – сказал Букер, жестом показывая ей пригнуться за внедорожником. – Пригнись.

– Хаммеры... в смысле армия? – она присела, и Букер последовал за ней, прижавшись плечом к боку машины. – Я думала, армия прекратила существование, когда случилась вся эта вспышка зомби-вируса и последующий хаос.

– Армия теперь по численности равняется одной начальной школе, но она все еще существует. И эти люди уже не те, что раньше.

Последнее предложение Букер произнес с убежденностью человека, который испытал это на своей шкуре. Кейтлин не усомнилась в этом ни на секунду.

Букер глянул на нее.

– Послушай меня. Парни, катающиеся в Хаммерах сейчас – это не те люди, которым ты можешь доверять, поняла?

Она выдержала его взгляд и кивнула.

– Не доверять правительству. Ясно.

– Вооруженные силы превратились в кучки головорезов с танками.

Рев хаммеров становился ближе, и Букер пригнулся, стараясь держаться вне поля зрения.

– Ты же понимаешь, что потом тебе придется рассказать мне эту историю, верно?

– Конечно, поведаю ее тебе за сникерсами и газировкой.

Земля под их ногами загудела, когда конвой подъехал ближе, и рев двигателей разрывал тишину.

Но вместо того чтобы проехать мимо, хаммеры остановились. Мужские голоса перекрикивались меж собой, едва слышные из-за работающих двигателей. Кейтлин слышала, как один из них сказал что-то про «врагов» прежде, чем раздались автоматные очереди.

Взвизгнув, она едва не упала, но Букер тут же поддержал ее и прикрыл собой. Автомат стрелял не по ним, а по маленькой группе фриков на другой стороне дороги.

Когда выстрелы прекратились, мужчины прокричали что-то еще, и Кейтлин подумала, что они уезжают. Букер подвинулся, чтобы выглянуть, но тут что-то пролетело через парковку в сторону здания.

– Черт, ложись, – приказал он, бросившись на нее.

Руки и ладони защитили ее голову, повалив на землю. Она вскрикнула, но этот звук заглушился его грудью, когда Букер накрыл ее своим телом. Прежде чем она успела осмыслить происходящее, оглушительный взрыв охватил торговый центр.

Кейтлин завопила в плечо Букера, тщетно пытаясь прикрыть уши руками. Она пыталась сбросить его с себя, ее тело отреагировало привычным образом – «Беги».

Но Букер удерживал ее пригвожденной к земле, его руки обхватывали ее голову, чтобы защитить от обломков. Он наклонился к ней, словно безмолвно говоря: «Нет, не надо. Рано. Они тебя увидят. Лежи. Ты в безопасности. Не шевелись».

Дым валил из горящих останков торгового центра. Через несколько секунд конвой вновь тронулся, поехав по дороге и скрывшись из виду.

Букер продолжал прикрывать ее, пока не убедился, что они в безопасности, что Хаммеры не повернут назад. Наконец, спустя целую вечность, он отстранился от нее и помог подняться в сидячее положение.

– Ты в порядке? – спросил он, осматривая ее.

Кейтлин кивнула, хотя в ушах до боли звенело.

– Это что было, бл*дь?

– Реновация, – сказал он, медленно поднимаясь и протягивая ей руку. – Армейский способ зачистки местности.

– Но... Там... Там была еда. Припасы. Вещи, которые могли пригодиться людям. Зачем...

– Пошли, я расскажу тебе по дороге, – он наклонился, чтобы подхватить их вещи и канистры с бензином. – Здесь нам нужно беспокоиться не только о стональщиках.

Пока они трусцой бежали в обратном направлении, Букер рассказал ей то, что было известно ему самому. О том, как эвакуационные команды отгородили отдельные секции страны и отвезли людей туда. Сначала это делалось для того, чтобы освободить убежища, куда приходили все, если могли найти дорогу. Но вскоре все вышло из-под контроля. Припасы истощались, люди заболевали, и их приходило все больше и больше... Все потрясенные, потерянные, нуждающиеся. Возникла ситуация как на Ноевом ковчеге. Лишь некоторые избранные мозги остаться. Больше никто не мог войти. Все, кто за пределами ворот, оказались обречены.

Тому, что осталось от армии, отдали приказы – убивать на месте, и немертвых, и заплутавших людей. Кто-то наверху посчитал, что контроль численности населения поможет сдержать вирус, дать остальным людям шанс на выживание, сэкономит съестные припасы, пока они пытались восстановить экономику. Варварство, какой бы логикой это ни оправдывали.

Здания в обозначенных «горячих точках» должны быть разрушены, сожжены; как это делалось, не имело значения, лишь бы фрики и люди не могли в них спрятаться.

К счастью, Букер был прав относительно численности армии. Их осталось мало, и они были далеко не такими вездесущими, как зомби. Они все равно представляли угрозу, но такую, которая тебя почти не беспокоит, если ты не находишься возле крупных городов или не приближаешься к одному из тех лагерей Ковчега.

Они уже почти дошли до машины, когда Букер замедлился, выругавшись себе под нос.

– Что? Что такое? – Кейтлин прищурилась, в сумерках ей было сложнее видеть.

– Машина... – сказал он, и тогда-то она увидела тоненькую струйку дыма.

– Они... сожгли машину? – она в ужасе уставилась на него. – Но...

– Истребители. Все они такие, – он подбежал поближе, чтобы удостовериться, но он оказался прав. Кто-то подпалил машину. Она все еще горела в некоторых местах.

Кейтлин смотрела, как плавится обивка, и осознание реальности скручивало ее нутро.

– Они думали, что мы были в том здании, да?

Букер кивнул.

– Все, кто находится за пределами лагеря Ковчега, для них все равно что стональщик. Они потренируются на нас в стрельбе, а потом даже не вспомнят.

Еще несколько секунд посмотрев на почерневшие останки их автомобиля, Букер сказал:

– Видимо, мы пойдем пешком.

– Куда?

– Тот сарай, который мы десять минут назад видели у дороги, выглядел неплохо. Однако может быть тесновато.

– Я неделю спала на деревьях. Переживу.

– Вот это моя девочка.

***

Кейтлин поерзала на своей импровизированной постели, кряхтя.

– Слушай, когда я говорила, что переживу, я имела в виду равное разделение пространства. А не вот это вот, – она стукнулась плечом о стену сарая. – Какого черта, Букер. У меня нет клаустрофобии, но боже ж ты мой...

– Я же тебе говорил, будет лучше, если я лягу между тобой и дверью. И если что-то ворвется сюда, нужно иметь свободу для того, чтобы отреагировать. Следовательно...

– Следовательно, ты запихал лялечку в угол, – она опять поерзала, пытаясь придумать, как бы улечься так, чтобы не тереться о грязную стену сарая и не прижиматься к Букеру.

– Да прекрати ты, от тебя вся эта хибара трясется.

Резко выдохнув, она смахнула прядь волос со своего влажного лба.

– Я не совершенно беспомощна, знаешь ли. Я тоже могу постоять на страже.

– Я и не говорил, что ты беспомощна.

– О да, твое решение запихать меня спать в угол прямо-таки кричит о твоей вере в меня.

Букер вздохнул, прислонив винтовку к стене возле себя.

– Просто постарайся улечься, ты уже сама себя накручиваешь.

– Я пытаюсь, – ответила она. – Но если я лягу вот так, мне неудобно. А если лягу иначе, то окажусь прямо на тебе, так что...

Смех Букера перебил ее.

– То есть, ты закатываешь истерику, потому что пытаешься уважать мое личное пространство?

Она помедлила, посмотрев на него в тусклом свете.

– Ну, да...

Он снова расхохотался, и Кейтлин привстала.

– Мы только что встретились. Я знаю, что мир превратился в ад в декоративной корзинке, но я по-прежнему стараюсь поддерживать какое-то подобие вежливости...

– Ах, так это ты еще вежливая?!

– Заткнись. Ты понял, что я имела в виду, – в сумраке она могла видеть лишь его профиль. – Я не знаю тебя и не... ну, не хочу оскорбить или...

– Оказаться в скверном положении с незнакомым мужиком, – он сказал это, ни капли не оскорбившись из-за намека. Мир и без зомби не был идеальным, они оба это знали.

Мгновение спустя он подвинулся, чтобы дать ей побольше пространства. Немного, но все же это дало им маленькую нейтральную территорию.

– Спасибо, – пробормотала Кейтлин, укладываясь обратно.

Было тихо, и единственными звуками было их дыхание да сверчки снаружи. Она только-только почувствовала, что сон начинает к ней подкрадываться, но тут Букер деликатно прочистил горло.

– Я, кхм... мне просто нужно, чтобы ты знала, – начал он хрипло. – Я бы... я бы никогда, – он помедлил, и Кейтлин не знала, то ли он пытается подобрать слова, то ли переживает что-то, известное ему одному.

Он начал снова.

– Сделать такое с кем-то... Это зло. Это вырывает душу из человека. Я просто... Мне нужно, чтобы ты знала – я бы никогда...

– Я знаю, – прошептала она, потянувшись к нему, но тут же отдернув руку. – Ну, во всяком случае, теперь знаю.

Она скорее услышала, нежели увидела, как он кивнул.

– Тогда ладно.

– Спасибо тебе, Букер, – она произнесла эти слова медленно, чтобы он уловил все, на что она намекала.

«Спасибо, что подбадриваешь меня».

«Спасибо, что присматриваешь за мной».

«Спасибо, что ты хороший».

– Спокойной ночи, Мидоуз.

– Спокойной ночи, Букер.

***

«Беги, беги, беги как можно быстрее».

Кейтлин резко вскинулась, хватая ртом воздух. Один и тот же сон... Словно ты бежишь и падаешь одновременно. Крушение самолета. Фрики, поедающие кого-то. Бег. Бесконечный бег.

– Эй, эй, – голос Букера прорвался сквозь туман паники. – Мидоуз, все хорошо... Эй...

Она услышала, как он садится и наклоняется к ней.

– Я... прости, – прошептала она срывающимся голосом. – Я... это был... Прости, я не хотела тебя разбудить.

– Ты и не разбудила, – он согнул колено и свесил с него руку. – Я все равно сплю только по два часа за раз.

Она попыталась сделать глубокий вдох, замедлить сердцебиение. Началась дрожь, как всегда. Слишком много адреналина курсировало по ее организму и не получало выхода.

– Замерзла?

Она пробормотала «нет», едва в состоянии сформулировать слова дрожащими губами.

В одиночестве она привыкла справляться с кошмарами сама. Она ждала, пока стихнет самая сильная дрожь, а потом начинала напевать про себя. Любую песню, которая приходила в голову – что угодно, лишь бы отвлечь разум от ужасов, мелькавших в ее сознании. Она напевала, пока горло не начинало болеть, пока она сама не уставала. Своеобразная колыбельная самоутешения.

Но теперь, когда рядом присутствовал другой человек... Это казалось ребячеством. Крутой парень вроде Букера наверняка посчитает ее нелепой. Подумает, что она слишком изнеженная.

– Кошмары, верно? – спросил он успокаивающим голосом. – Хочешь поговорить об этом?

Кейтлин помотала головой, надеясь, что он может ее видеть. Она пока что не доверяла своему голосу.

– Тебе... тебе нужно отвлечься?

Она обернулась через плечо, сумев различить в темноте его нос с горбинкой и линию лба.

– Один мой приятель обычно включал телик, когда у него бывали кошмары. Находил какие-нибудь мультики или что-то подобное, чтобы помочь себе снова уснуть, – он издал смешок. – Не то чтобы у нас имелся телик, но... Хочешь, чтобы я поговорил с тобой или что-то такое? Я могу перечислять столицы штатов и усыпить тебя скукой.

Кейтлин рассмеялась – эта резкая вспышка звука удивила ее саму. Это было доброе предложение, учитывая, что они едва-едва знали друг друга.

Иисусе, неужели действительно прошел всего один день?

Она помедлила, задумавшись.

– Та... та песня ранее, – начала она слабым голосом. – Та, которую ты напевал в машине.

– Вилли Нельсон?

– Ага, – она кивнула. – Можешь... То есть, тебе не сложно...

Букер прислонился обратно к стене сарая.

– Конечно, дорогая. Я усыплю тебя песенкой.

Она ожидала поддразнивающего тона, но он говорил искренне.

Подвинувшись, чтобы дать ей место устроиться поудобнее, он начал напевать ровно настолько громко, чтобы она его слышала.

Мгновение спустя Кейтлин легла обратно, свернувшись калачиком на боку и подтянув колени как можно выше к груди. Букер продолжал напевать, затем спел несколько куплетов. Пел он не очень хорошо, но это не имело значения. Важно лишь то, что он пел, продолжал что-то мурлыкать и давал ее разуму возможность сосредоточиться на чем-то другом, кроме искаженного рычания и стонов фриков, которые постоянно проигрывались в ее голове.

– Букер, я...

– Ш-ш-ш, я почти до припева дошел, – сказал он. Но она понимала, что он имеет в виду.

«Все хорошо».

«Ты не одна».

«Засыпай».

И она заснула. Проспала до самого рассвета.

Глава 6

– Поверить не могу, что ты не разрешаешь нам взломать машину.

Букер остановился, обернувшись через плечо. Его лицо было испещрено шевелящимися тенями от листвы и веток деревьев.

– Я не знаю, в каком направлении поехал тот отряд, – сказал он. – Нам меньше всего нужно пересекаться с ними на шумном автомобиле, в котором, возможно, даже не хватит бензина, чтобы оторваться от них.

Кейтлин смахнула прядку волос со своего вспотевшего лба.

– И мы идем глубже в лес, поднимаясь по холму, потому что...

– Деревья дают нам укрытие, – ответил он, снова зашагав вперед. – И это самый быстрый путь к ближайшему городку, где может не быть армии, зато имеются припасы и машины.

Поправив лямку рюкзака, Кейтлин вздохнула, следуя за ним.