Текст книги "Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 30 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 12

Где-то в междумирье, на Той стороне

Лорд Тень стоял у высоких окон своей башни, задумчиво глядя в тёмное небо, в котором парили чёрные гарпии. Его цитадель тоже могла перемещаться между мирами, так же как Лунный Диск Хоттабыча. Только Лорд Тень предпочитал тёмные миры.

В руке Высший теневик сжимал связь-артефакт. Из прибора связи донёсся голос Ангела:

– Он приручил теневого паука.

Лорд Тень резко дёрнулся.

– Что⁈ – выдохнул он. – Ты не придумываешь?

– Милорд, – прогремел Ангел с раздражённой тяжестью, – цели у нас могут совпадать, но я – не ваша пешка. И позволять себе оскорбления и пинки в мой адрес вам не стоит.

– Какие у тебя доказательства? – раздражённо спросил Лорд Тень, сдерживая поток брани. Какие же все нынче нежные! Слова поперёк не скажи! Нынешнее молодое поколение Организаторов, к которому относились Ангел, Масаса и Лиан, совсем распоясалось и разнежилось. Тьфу! То ли дело старая гвардия: сам Лорд Тень, покойный Лич и тот же Хоттабыч!

– Прямо сейчас Филинов катается на пауке в прямом эфире. Я сейчас смотрю по местному колдовскому ящику на его довольную физиономию.

– Этот ящик обманывает! Он передаёт лживые иллюзии! – не унимался Высший теневик.

– Милорд, боюсь, вы выдаёте желаемое за действительное, – хмыкает Ангел.

Лорд Тень яростно разразился:

– Я вытащил эту теневую тварь из глубин Всплеска Первозданной Тьмы. Вырвал из ореола обитания, преобразил, чтобы он мог существовать вдали от своего логова. Да ещё наделил силой жить в тенях! Я имел планы на эту тварь после того, как она расправилась бы с Филиновым!

– Боюсь, этим планам не суждено сбыться, – Ангел не удержался.

– Что же этот Филинов из себя представляет? – рыкнул Лорд Тень. – Проявляет таланты в разных стихиях, да ещё на высшем уровне. И ведь у него точно не было учителей среди Высших теневиков, разве что он мог набраться воспоминаний у убитых магов.

Невольно Лорд Тень подумал, что хотел бы себе такого ученика, как Филинов, – чтобы удивлял, чтобы показывал новые горизонты. Ведь даже Масаса на нулевом уровне такого не показывала… Лорд Тень тут же одёрнул себя. Что на него нашло? Телепата в ученики теневому магу? Ну и бред же!

– Раз не прикончили, то изучаем его дальше, – пробурчал Лорд Тень, смущенный собственными мыслями.

* * *

Я катаюсь на теневом пауке по арене.

Да, бой с Давидом был слишком коротким – публика даже моргнуть не успела. Горец рассчитывал, что подарок Лорда Тени покажется при его жизни, да ошибся. А значит, нужно дать аудитории немного зрелища. Такого они точно ещё не видели – теневые твари в нашем мире редкие гости. Это тебе не аномальные звери из плоти и крови. Чаще всего теневые зверюшки прикованы к Всплеску Первозданной Тьмы и оттуда не показываются.

Прокатываюсь пару кругов. Уже и отвык, когда под тобой восемь лап и неестественно плавное скольжение. Паук шипит, вытягивает щупальца, пугает техников, которые стоят за бронированным стеклом. Ольга Валерьевна хлопает глазами, застыв. Вижу прямо по глазам, что у неё в голове крутится только одно: «Откуда он их вообще берёт? То Золотой Дракон, то Пёс, теперь вот ЭТО!»

Конечно, это не сам Магнитик. Он и меньше, и моложе вожака. Но из его стаи. А в стае память долгая. Когда я покорил первого Магнитика, след остался у всей стаи. Подключиться к этому паучку – вопрос одного щелчка. Я просто напомнил, кто оседлал их вожака.

Жанна Валерьевна неожиданно хлопает в ладони, и одна из камер поворачивается на баронессу Горнорудову.

– Браво, зять! – восклицает она. – Эффектная победа!

Конечно, никто не понимает, что случилось и откуда взялся почти двухметровый паук в холке, но мою тёщу это не смущает. Она просто не упускает повод разделить со мной этот момент, да и в целом покрасоваться на камеру. Жанна такая Жанна.

Под аплодисменты, к которым подтянулись моя невеста, великая княжна и даже офицер Алёнушка, я выезжаю за пределы арены. Стеклянные стены – позади, впереди – Ольга Валерьевна. Она уже идёт навстречу, с прямой спиной и сдержанным выражением лица. За ней – Алёнушка и двое экспедиторов, молчаливые, как фон.

– Данила Степанович… – начинает Ольга Валерьевна, – вы не объясните, что произошло на поединке? Откуда взялся ваш новый… друг?

Я киваю в сторону арены:

– Конечно, Ольга Валерьевна. Теневой зверь прятался в тени Давида. Хорошо прятался.

Алёнушка сразу, без колебаний, выдала:

– Значит, это была диверсия, Данила Степанович.

– Похоже на то… – ответил я, невольно отметив про себя: такая молодая, а уже мыслит, как сорокалетний силовик – везде видит заговор, врагов и провокации.

– Абсолютно точно. Вы – один из столпов русского дворянства. Кто-то хотел устранить вас. А вместе с вами – раскачать Царство.

Я спрыгиваю с паука. Магнитик-2 крутит чёрной безглазой головой вслед мне. Повсюду – вкусные, живые, но кушать их нельзя. Надо бы его убрать с чужих глаз. Достаточно покрасовался.

Я «включаю» Воронова и командую мысленно:

– Убери паука в мою тень.

– Ого, шеф, – поразился легат. – Это же теневая тварь!

– Он самый, – хмыкаю. – Ну так что?

– А как это сделать-то? – ломается он в нерешительности.

– Просто направь теневой импульс на него и на меня, – отмахиваюсь. На самом деле несложно догадаться, но Воронов просто раньше не видел теневых паучков – вот и растерялся.

Воронов послушно выполняет, и Магнитик втягивается, как пылесосом, в мою тень. Обычно так не бывает. Теневые пауки – это не карманные собачки. Но над Магнитиком кто-то поработал. Паука сильно модернизировали и сделали из него «трансформера». Я уж молчу про то, что он может жить далеко от Всплеска Первозданной Тьмы.

И, конечно, такую непростую работу мог выполнить только разве что Высший Грандмастер Тьмы. Лорд Тень по-прежнему ко мне неровно дышит. Привет, старина. Ну что ж… раз ты прислал мне подарок – значит, я его приму и буду активно использовать.

Этого паучка, пожалуй, можно будет поселить в тень кого-то из жён. Например, Светки. Она огненная, он теневой – получится хороший контраст, и никто не будет ожидать такой ответки, если полезет, так что неплохая дополнительная защита. Я поворачиваюсь к Ольге Валерьевне и, захватив вниманием камеру, громко обращаюсь к Алёнушке:

– Благодарю Охранное отделение за помощь и за то, что разоблачили мерзавца, покушавшегося на мою избранницу. Как оказалось, убитый Давид не являлся личным дворянином, как недавно заявлял на всю страну. Его удостоверение – подделка. Но наш поединок уже состоялся, и сделанного не исправить.

К нам подходит Гепара – с прямой спиной, в обтягивающей майке, подчёркивающей её грудь. Лицо у мутантки спокойное, голос звучит твёрдо и громко:

– Мой брат в детстве был моим мучителем. А Данила Степанович спас меня от его притязаний и садистских наклонностей.

– Что ж, тогда преступник получил по заслугам, – безразлично заключает Алёнушка.

Ольга Валерьевна хмурится и, обратившись к экспедиторам, кивает в сторону зрительской зоны, где на фоне стенки почти слился с интерьером бледный Симохин.

– Господа офицеры. Этого Давида привёл на передачу господин Симохин.

Алёнушка не медлит. Оборачивается к своим:

– Задержать его.

Сдавленно булькнувшего Симохина тут же берут под руки, выворачивают, уводят, будто он давно уже списан в утиль.

Я смотрю на процесс задержания без сожаления. Да, вряд ли Симохин знал, что в тени Давида прячется чудовище из Первозданной Тьмы. Но он пытался использовать прямой эфир, чтобы выставить меня самого чудовищем, не чураясь дезинформации. Он попытался сыграть грязно – и проиграл. Теперь пусть заслуженно получает допрос в Охранке.

– Даня, – по мыслеречи спрашивает Камила. – А откуда взялся-то этот паук?

– Лорд Тень подкинул.

– Вот же гад! – брюнетка загорается праведным гневом.

– И не говори.

И тут я ощущаю рядом с собой движение. Алёнушка наклоняется ближе. Её голос – как всегда протокольный, но в нём сквозит что-то вроде доверия и покладистости:

– Кстати, Ваше Величество… С вами не против увидеться командир разведывательной операции по делу о прусаке Паскевича. Полковник Турбин.

Она делает паузу и смотрит прямо мне в глаза:

– Адрес можете посмотреть в моей голове. Первый слой мыслеречи.

– Благодарю. Сейчас же посмотрю, – предупреждаю из вежливости.

Я мысленно касаюсь её канала мыслеречи. Читаю, не углубляясь, даже не задевая ментальных щитов, за которыми прячется сознание девушки и тайны Охранки – в эту сторону даже смотреть не стоит.

Беру контакты Турбина, и вдруг рядом вспыхивает что-то ещё – номер личного телефона Алёнушки. При этом лицо госпожи экспедитора спокойное и безразличное. Что ж, вдруг правда номерок пригодится.

* * *

Арендованное поместье де Фанфан, Москва

Ангел сидел у себя в арендованной усадьбе. Филинов уже вдоволь накатался на теневом пауке, и передача закончилась на задержании какого-то Симохина.

– Вот же дает мальчишка, – качает головой Ангел. – Лорд Тень, наверно, там весь извелся от бешенства.

И вдруг – щелчок, и свет погас.

Ангел замер и замотал головой в темноте. Пробки выбило или Филинов решил нанести ответный удар? Что ж, до Лорда Тени ему никак не дотянуться. Остается только Ангел.

– Ну давай, Филинов! – громко крикнул Ангел, не вставая и даже откинувшись на спинку дивана. – Бей же! Я посмотрю на твои потуги!

Он – Организатор, Грандмастер, почти Высший Грандмастер. А потому это будет забавно.

Где-то сбоку донеслось странное фырканье.

Ангел нахмурился и медленно провёл рукой по дивану рядом. Пальцы наткнулись на нечто круглое, колючее и подозрительно шарообразное.

Он вздрогнул. В голове вспыхнула ассоциация. Неужели?..

В следующую секунду он подскочил, как ужаленный, отскочил от дивана, зацепил вазу, ковёр, чуть не снёс торшер и, ощупью пытаясь найти дверь, ринулся в коридор.

Потому что сзади фыркал уисосик.

Да, Ангел – Грандмастер. Да, он – воинственный херувим, и притом один из первых в иерархии.

Но, по-честному, никто не готов к уисосикам.

Никто. Даже Организаторы.

Ангел, не оглядываясь, выбежал из дома, буквально вылетел в ночь, не заботясь о собственном величии, репутации воина-херувима и босых ногах. На его гордости это скажется, возможно, позже. Но сейчас главное – выжить.

Да только в следующую секунду он наступил на нечто мягкое и пружинистое. Ногу тут же крепко охватила какая-то липкая дрянь.

Ангел опустил взгляд и увидел огромный цветок, который бросили на пороге словно капкан. Мгновенно его лепестки захлопнулись, как пасть капкана, и обхватили ступню Ангела и начали жрать. Конечно, же это чудовище вырастила жена-друидка Филинова!

Ангел, срываясь на вопль, завертелся на месте, размахивая крыльями в панике:

– КАКОГО ЧЁРТА, ФИЛИНОВ⁈

Ответа, разумеется, не последовало. Только уисосик, ковыляя по ступенькам сзади, тихо фыркнул. Но убежать страшного зверька Ангел уже не мог.

* * *

Молодильный сад, Примолодье

– Ты же помнишь, что захватила буйвола? – Настя оборачивается к Красивой, в голосе у неё проскальзывает хитрая нотка. – Самое время готовить стейки.

Красивая лениво поворачивает к ней тигриную голову:

– Зачем?

– Потому что мясо – твоё, а Даня любит стейки, – поясняет Настя с показной серьёзностью, словно говорит о выживании рода.

Красивая фыркает, махнув хвостом:

– Ну и готовь сама, раз такая умная.

Настя лишь улыбается, не теряя хладнокровия:

– Конечно! Всё равно у меня вкуснее получается, чем у тебя.

У Красивой приподнимается бровь. Морда хищницы выражает одновременно удивление и обиду:

– Чего-о-о?..

Она всё ещё в облике тигрицы. Но в следующую секунду рычит, и её тело начинает трансформироваться. Вспышка света, магический вихрь – и вот перед Настей уже стоит высокая женщина с пышными, огненно-алыми волосами, в облегающем алом платье, которое подозрительно хорошо сидит для только что магически вызванного.

– Пойдем посмотрим у кого лучше стейки, – говорит она с хищной ухмылкой.

Настя хихикает, и девушки направляются к кухне. По пути Анастасия замечает леди Гюрзу – та как раз приехала кататься на Брусничке и неспешно снимает перчатки.

– Пойдёмте с нами, леди! – зовёт её Настя. – Будете судьёй. У нас тут назревает кулинарный поединок.

Гюрза приподнимает бровь, но с лёгким смешком кивает:

– С радостью. Но предупреждаю – я строга и беспристрастна.

– Вот и отлично, – улыбается Настя. – А проигравшая моет посуду.

Красивая при этом уже уверенно идёт впереди, поправляя волосы. Судя по походке, проигрывать она не собирается.

* * *

Место для встречи полковник Турбин выбрал на окраине города. Унылая кофешка с облупленными занавесками и официантом, у которого в глазах – ни намёка на память. Идеальное место для встречи, которую никто не должен запомнить.

Я сел за самый обычный столик. Против меня – командир операции по поимке прусака полковник Турбин. Жёсткий взгляд, короткая стрижка, осанка человека, который спал в земле и ел из штыка.

Он долго изучал меня взглядом, прежде чем заговорить:

– Вы уверены, что хотите участвовать в операции, Данила Степанович? – наконец спросил он. – Только не поймите меня неправильно. О вас говорят исключительно хорошо, особенно о вашем участии в Ханьской кампании – даже генерал Кутузов вас особо выделяет… Я вовсе не хочу принижать ваши заслуги. Просто это может быть не совсем ваша специфика.

Я спокойно отвечаю:

– Вы абсолютно правы, полковник. Это не моя специфика.

Делаю короткую паузу и добавляю:

– Именно поэтому в этой операции я буду полностью подчиняться вашим приказам, полковник.

Турбин одобрительно кивает. Видно, что оценил подход без понтов, без «я всё сам знаю».

– Тогда так, – говорит он, постукивая пальцем по столу. – Вся информация по делу у меня в голове. Можете заглянуть. Наш телепат всё уложил на верхний слой мыслеречи перед выездом. Всё структурировано и читабельно.

Типичная практика спецслужб. Они не доверяют бумаге. Ментальные закладки телепатов лучше справляются с секретностью. Информация лежит плотно, не размывается, и в то же время благодаря мыслеречи ей можно делиться с другими телепатами. Если щиты поставлены умелыми руками, то за через мыслеречь за них не попасть.

Я киваю и подключаюсь. Щуп мгновеннно хватает информацию – всё по полочкам. Пролистываю и сразу нахожу досье нужного мне Целителя.

Ого, да этот подручный прусака оказался вовсе не просто врачом, а настоящей фабрикой смерти, где пациенты умирают десятками – с чёткими интервалами, с пугающей регулярностью, как будто кто-то хладнокровно калибрует реакции, тестирует и методично подбирает дозировки, эффекты и пределы выносливости.

Похоже, наш парень нашёлся.

* * *

Поместье Вещих-Филиновых, Москва

Гепара проснулась, ощущая в теле остаточную усталость, но на душе было удивительно легко. Прошлое, кажется, отпустило.

Когда-то её жизнь была сплошной кромешной тьмой. Родной брат бил её без причины, отчим – с особым усердием, будто получал от этого удовольствие. Мир казался бесконечной ловушкой, западнёй без выхода, пока в нём не появился Данила. Молодой телепат не просто не отвернулся – он принял её. Такой, какая есть. Без условий. Даже защитил, несмотря на то, что в тот момент рисковал всем. А ведь тогда она могла навредить ему сильнее, чем сотня озлобленных Давидов. Просто из глупости. Потому что была глупой девчонкой – что уж тут греха скрывать.

Но всё это осталось в прошлом. В том самом, где она – измотанная, отчаявшаяся – поддалась на провокацию Демона Бехемы и, сама того не осознавая, подписала смертный приговор родному городу. Алабмаш оказался под демонским проклятием, а ей в напоминание достались гепардовые ушки и хвост – внешние отметины, чтобы не забывала, как не стоит поступать.

Теперь всё иначе. Город живёт. Процветает. Данила пришёл – и изменил всё. Алабмаш снова дышит полной грудью. Городской санаторий принимает аристократов, работает без перебоев и стабильно пополняет казну Вещих-Филиновых.

Гепара гибко потянулась, встала с постели, одёрнула ночную рубашку и накинула на плечи короткий шёлковый халат. Бросила быстрый взгляд в зеркало: чёлка торчит, уши подрагивают, хвост лениво скользит по полу, а халат на груди слегка топорщится.

Она быстро причесалась, заглянула в ванную, привела себя в порядок, улыбнулась своему отражению – и повернула голову к окну.

Над горизонтом медленно разливался рассвет.

Данила, скорее всего, уже проснулся. Гепара знала его внутренние часы почти так же точно, как свои собственные. И проснулась она так рано не случайно. Сегодня она собиралась по-настоящему отблагодарить Даню если получится. Она ведь не только «ментальный якорь», но и избранница, в конце концов. И, как убедила её Светик, вполне достаточно красивая, чтобы служить не только своей астральной работой.

Суетливо ищет тапки, находит их под креслом, затем, бросив взгляд в зеркало, чуть шире распахивает халатик на груди – чтобы приковывать конкретный мужской взгляд, если уж получится встретиться.

Выходит в коридор. На цыпочках проносится мимо комнаты Светы – чтобы ненароком не разбудить беременную графиню.

Подходит к двери спальни Данилы и, не колеблясь, решительно толкает её без стука.

Внутри полумрак, шторы задернуты. На кровати лежит только обнаженная Камила. Половина матраса примята – Даня уже ушёл.

Камила приоткрывает глаза, сонно моргает.

– Привет, – бормочет брюнетка, зевая.

Гепара замирает у кровати, немного растерянно.

– А-а… Дани уже нету, что ли? – она бросает полный взгляд надежды на дверь в душевую.

– Он с Шарханом в парк уехал, – отвечает Камила, поднимаясь и накидывая халат.

Гепара опускает глаза, ощущая себя глупо. Но Камила ничего не говорит – только смотрит на неё с лёгкой, почти сестринской улыбкой, в которой нет ни ревности, ни насмешки, только молчаливое, спокойное понимание. Затем, не сказав ни слова, разворачивается и уходит по своим делам, мягко прикрыв за собой дверь.

Гепара подходит к кровати. Молча опускается на ту половину, где ещё сохраняется тёплый след Данилы. Утыкается лицом в подушку и глубоко вдыхает запах уехавшего телепата.

Вот даёт, конечно. Ей и так страшно, едва решилась, а он ещё и сбежал!

И, не успев даже осознать, зачем всё это, просто проваливается в сон.

* * *

Решил выйти пораньше и пройтись с Шерханом по парку. Не по тому, что при нашем поместье – тот маловат, да и уединения там никакого: куда ни повернись, обязательно нарвёшься на одну из моих женщин.

Доехали на машине до окраины города, и я с тигром пошёл в сторону парковой зоны – туда, где уже начинался настоящий лесопарк. Сосны, мох под ногами, туман между стволов и редкие фонари, которым давно пора на пенсию.

Здесь, за городской чертой, всё как будто создавалось под тихие размышления: аккуратные тропинки, ухоженные аллеи, заросли кустарника, в которых вполне может кто-то прятаться с ножом – но мне плевать. Пусть только попробуют.

Шерхан шёл рядом, виляя полосатым хвостом, весь довольный. Он вёл себя как собака-следопыт, а не кошак-болтун. Нюхал каждый камушек, обнюхивал каждый куст, а я шёл рядом – будто бы просто на прогулке. На самом деле я сбежал.

Периодически, чтобы подумать, нужна тишина и уединение. А как их найдёшь в доме, полном женщин? Даже в медитативной комнате – вроде бы она для отключения от реальности – обязательно всплывёт Светка.

А мне нужно подумать и понять, где я сейчас нахожусь стратегически и политически.

За короткое время я стал фигурой, как ни крути. Мой род – уже не просто двойная фамилия в реестрах. Вокруг меня сплетается сеть: союзы, вассалы, враги, обязательства. И мне нужно решить, куда шагать дальше.

А если честно – да, я хочу полноценное королевство. Вот прямо настоящее государство, чтобы обхватывало несколько миров. Может, я, конечно, и зажрался, но вот хочу – и всё.

Моё королевство должно быть не только на Той стороне, где уже и так есть земли под него – тот же Шпиль Теней, где осваиваются альвы, – но и здесь, в этом мире.

Пока я думаю об этом, Шерхан останавливается и поднимает уши. Где-то в кустах хрустит ветка. Тигр провожает глазами белку и облизывается, но гоняться за ней ленится.

Если я действительно хочу построить здесь королевство, то придётся попотеть.

Причём дипломатической волокиты будет, простите, до жопы. Начать стоит с Рю но Сиро, Замка Дракона. Даймё Нобунага до сих пор пробивает вопрос через Императора Японии. Острова, что сейчас контролируются филиппинцами, – ключ. Без них Япония не даст добро.

Так что план простой. Я беру острова и передаю японской короне, ну а Император взамен отдаёт мне маленький остров с Замком Дракона. Японцы должны согласиться: ведь они получают кучу островов, а мне отдают совсем немного. Кроме того, появится буфер между ними и филиппинцами. Вот так и зародится моё королевство.

Пока Нобунага переговаривается в Токио, Ледзор держит оборону на месте и защищает Замок Дракона. Пока что филиппинцы лезут только малыми группами, но абсолютно точно – скоро попрут волной. Вот тогда я и подключусь. Сначала дам Ледзору шанс разогреться. Одиннадцатипалый только спасибо скажет.

Но даже став королём, я всё равно останусь русским графом. Подданство Царству – пока необходимая вещь. Но это можно грамотно развести по линиям. Земли здесь – мои родовые. Они принадлежат мне как графу Вещему-Филинову, и точка. А вот там, на юго-востоке, будет уже другая юрисдикция. Мой суверенный островной трон. Противоречий не возникнет, если правильно расставить акценты.

С развитием рода понятно, а что же с моим личным?

А вот что: мне нужен легионер-Целитель. Целитель – это вовсе не геномант, который может срастить кость или прирастить хвост. Целители действуют по-другому – исцеляют через магию, а не наращивают плоть. Они также могут лечить нервы и держать психику на плаву, пускай и телепатия здесь зачастую лучше справляется.

Но я иду в сложные практики. Да и в глубокий Астрал собираюсь когда-нибудь. Я буду связываться с сущностями, которые видят меня изнутри. Мне нужен Целитель рядом – тот, кто сможет подлатать нервы, если меня разорвёт на волокна.

Целитель – это не про аптечку. Это про то, что будет, если человек сломается.

Пускай я не собираюсь ломаться, но надо быть готовым к тому, что всё может пойти не по плану.

Прогулка с тигром по городскому парку – оказалась, и правда, гениальной идеей. Надо бы почаще так… Хотя кто мне даст! Мне и недели нельзя пробыть в одном месте, как уже сразу дела возникают в другом. То бал в Москве, то в Молодильном саду очередной заскок огромонов, то за Невинском финны чего-то трепыхаются.

Шархан идёт рядом. Хвост подрагивает, усы в расфокусе, взгляд сытый, на птичек и белок смотрит лениво. Но прохожих с животными это не успокаивает. Пёсики на поводках пятятся в ужасе. Один ретривер, завидев Шархана, сел прямо на асфальт и выл – мелодично, обречённо. Мамаши с колясками ускоряются до олимпийской ходьбы. А один доберман обмочился на месте.

Непонятно, чего они от него ждут. Как будто никогда не видели домашнего шафранового тигра. Шархан ведь – душа нараспашку. Глядит на птиц, прищуривается… и вдруг издаёт тонкое, звенящее:

– Чик-чирик.

Подражание – идеальное.

Я хмыкаю.

– Ну всё, певец. Хватит бедных доберманов с алабаями пугать. Пора сворачиваться.

Мы уходим с аллеи, ныряем в боковую улицу получастного сектора. Рано ещё – только ветер шуршит по асфальту, раздувая клочья тополиного пуха и бумажки. Город ещё не проснулся.

Шархан обнюхивает мусорный бак, приходится сказать «фу», а тот в ответ «сам фу» – моим же голосом, недовольно отходя. Полосатый попугай, блин.

Кстати, Магнитик всё ещё сидит в моей тени. Я хочу позже перекинуть его в тень Светки, но сначала нужно протестировать самому – что он из себя представляет и чем питается. Нет, питается он, конечно, моей энергией, преобразованной в Тьму, – но вот как часто и в каких объёмах, вопрос открытый. Понятно, что мне нужно будет и потом подпитывать его периодически, а то Светка-то не теневик, и паук загнётся… Хотя надо Гумалина попросить сделать спецартефакт, преображающий огонь Светки в питательную Тьму. Придумал – тут же дал задание по мыслеречи, а то чего думать, зря что ли ключевые вассалы носят кольца из мидасия.

Казид поворчал, что заказы какие-то заумные в последнее время, но сказал, что подумает, как устроить.

Проходим мимо байкеров. Человек пять, кучкуются возле своих байков, курят, болтают.

На нас – ноль реакции. Кто-то мельком глянул – и сразу отвернулся.

– Уже тигры мерещатся… Домой пора, – бурчит один, бросая окурок.

Мужики уселись на байки и умчались, рыча моторами. Видимо, протусили всю ночь в клубе по соседству – оттуда до сих пор долбит музыка.

– Домой пора, – повторил голосом байкера Шархан, и не поспоришь.

Да только развернулись в сторону машины, как из-за угла, словно из театральных кулис, появляется Арун. Индус, вечный недоброжелатель, лицо всё то же – словно задница макаки. И чего его родовые Целители не вылечат? Прямо загадка.

Шархан, увидев задолицого индуса, поднял уши в непонятках, мол, что за непонятная зверюшка.

– Верни моё лицо, Филинов! – рявкает Арун с хрипотцой, злобой и ярко выраженным акцентом. – Русский ты изверг!

Ох, будто мне мало разборок. На очереди – Франсуа д’Авилон. Да и Ангел ещё не до конца получил своё. Надеюсь, с обоими удастся пересечься на Кремлёвском балу. Не зря же я сам настоял, чтобы им прислали приглашения.

– Найми Целителя, – говорю ровно.

– Я обращался! – Арун уже почти срывается. – Они бессильны!

Я приподнимаю бровь. Серьёзно? Бессильны?

– Найди хорошего Целителя.

– Наши родовые Целители – лучшие! – огрызается он.

Ну да. Родовые, лучшие, с вековыми традициями и нулевым результатом. Типичный случай, когда гордость важнее реального эффекта. Я ведь ничего особо сверхъестественного с ним не делал – просто немного подрихтовал физиономию с помощью геномантии. Чуть сбил симметрию, чуть сместил пропорции – и вуаля, человек-зад макаки готов. Исправить можно, просто нужно нестандартное решение. Но у Целителей рода Раджвирани, видимо, всё с этим туго.

– Ну и что ты хочешь от меня? – спрашиваю.

Вообще-то странно, что он один. Без своих шавок, без охраны, без гвардейцев-дуболомов. Запыхавшийся, взмыленный. Весь такой вымотанный, будто кросс бежал.

Проследил за мной? От самой усадьбы? Психанул, сорвался, решил действовать на горячую голову, не дождавшись своих людей? Похоже. Значит, есть у Аруна с собой пара козырей.

Шархан двигает ушами и смотрит на индуса:

– Ну и…? – моим голосом повторяет тигр.

– Если ты пришёл получить по шее – ты по адресу, – говорю. – Но у меня утренний настрой. Лучше не порти.

Арун вытаскивает из кармана кроваво-красный кристалл. Пальцы дрожат – от ярости или от страха, уже неважно.

– Ты меня вылечишь, – сипит он. – Иначе я тебя уничтожу.

Я смотрю на кристалл с любопытством.

– Кажется, у тебя ещё несколько эфиров осталось на «Новостном Льве», – замечаю.

Жаль, если честно. Не его – Ольгу Валерьевну. Великая княжна в него столько вложила. А он вот – с побрякушкой в руке, истерит и угрожает мне.

Ну серьёзно. Кто его за язык тянул? Угрожать мне – это не просто ошибка. Да хотя ему и так не жить – после покушения на меня.

– Это Шива-лингам! – выкрикивает Арун, сжимая артефакт. – Он вобрал кровь сотни Мастеров моего рода!

О да. Артефакт крови. Я уже понял. Опасная штука. Неприятная. Но не настолько, чтобы заставить меня пятиться или нервничать. Просто ещё один вторник в моей жизни.

– Ну давай, ковбой, – ухмыляюсь.

– Ах ты… чёртов русский! – шипит он и активирует кристалл.

Из артефакта вырываются алые плети – сотканные из крови. Шипят, свиваются, летят ко мне со всех сторон.

Я спокойно накидываю каменный доспех, даже чуточку утолщаю его, чтобы точно выдержал. Плети с визгом обвивают его, жужжат, скручиваются – словно ищут, где можно вонзиться. Формируют кокон почти полный.

Я не могу пошевелиться – плети плотно опутали доспех. Вопрос времени, когда кровавые верёвки продавят доспех. Да только и я стоять столбом не собираюсь.

Прямо внутри, под этим липким кошмаром, активирую Егора Кровника.

– Разберись! – приказываю легионеру.