Текст книги "Пеп Гвардиола. На пике"

Автор книги: Гильем Балаге

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 25 страниц)

Но Пеп знал, что постоянные успехи имеют свои логические последствия: чем больше ты выигрываешь, тем меньше твоя жажда побеждать дальше. На высочайшем уровне в спорте одно мгновение потери концентрации может раскрыть твои слабости. Команда ослабила хватку после трех лет беспрецедентных успехов, и за это ей пришлось заплатить. Эта война на истощение, эта необходимость поддерживать имидж команды победителей при любых обстоятельствах были заранее проигранным делом, которое негативно сказалось на тренере, и вероятно стали самой изнурительной битвой, подкосившей его сильнее любой другой: даже сильнее, чем «обмен любезностями» с Моуринью. В то же время Жозе, соревнуясь с Пепом в Испании, не тратил ни секунды своего времени на то, чтобы разбираться с аналогичными психологическими проблемами своей команды: просто потому, что его игроки были голоднее до трофеев, и чем дольше они наблюдали за победами «Барселоны», тем сильнее становился их голод.

В конце концов, маятник качнулся в другую сторону.

«Два Пикассо в одно время», – так Арриго Сакки описывает Моуринью и Гвардиолу. Легендарный итальянский тренер – человек, который в 80-х годах пустил футбол в другое измерение – считает, что уход Пепа из «Барселоны» стал черным днем для всего спорта. «Это досадное событие для всех, кто ценит красивую игру. Он развивал футбол и одновременно одерживал победы. Я бы хотел поздравить его с четырнадцатью выигранными титулами за четыре года. Я думаю, что все будут помнить эту «Барсу» даже через двадцать лет, потому что она произвела революцию в этом виде спорта». Сакки также высоко ценит достижения Жозе: «Такие, как он – редкость. Он другой по сравнению с Гвардиолой… Нужно изучать Моуринью целиком. Его команды играют в блестящий футбол».

Слушая Жозе после ухода Пепа, можно ли угадать между строк его подспудное желание сохранить Пепа, ибо он больше никогда не сможет найти себе столь грозного оппонента? «Если сегодня я скажу, что устал, и перестану тренировать навсегда, моя карьера будет выглядеть идеально. Я выиграл все, что должен был выиграть в самых главных странах». Вероятно, это лишь наши собственные домыслы.

Пеп хотел работать в футбольной утопии: в месте, где Карло Маццоне пьет с ним кофе за завтраком, Батистута ворчит про нехватку нападающих, где Марсело Бьелса, как это было в тогдашнюю его поездку в Аргентину, ставит друга Пепа Давида Труэбу опекать стул посреди гостиной в просторном аргентинском доме. Пеп жаждал совершенства, мечтал о футбольном идеале: о месте, из которого Моуринью вытащил его, чтобы сбросить на землю.

«Готовься, Пеп, – сказал Гвардиоле Фергюсон, когда они встретились в Ньоне. – Моуринью идет за тобой!» Пеп не беспокоился: «Все будет не так уж плохо». Сэр Алекс ответил: «Теперь я гораздо счастливее». Тренер «Манчестер Юнайтед» был прав. Битва с «Реалом» Жозе была, по словам Манеля Эстиарте, «истощающей, потому как черная магия португальца сильно утомляла, приводила в ярость и так часто была несправедливой к нам – несмотря на тот факт, что все это было лишь тактикой защиты его собственной команды и клуба».

Эта «магия» разрушила все хорошее, оставшееся у Пепа от «Эль Класико»: «У меня не осталось счастливых воспоминаний от игр «Барсы» и «Мадрида» за последние годы; я не получал удовольствия от этих матчей, ни от выигранных, ни от проигранных; всегда было что-то, что оставляло горькое послевкусие».

Пеп мечтал о соревнованиях, где иметь значение будут только настоящие футбольные ходы и решения.

«Когда ты так часто играешь с одним соперником, все становится похожим на баскетбольные плей-офф раунды. Делаешь одно, они отвечают другим, ты реагируешь на это. Я помню первую игру против Моуринью: «Интер» играл по схеме 4–4–2. Когда они приехали на «Камп Ноу» на ответный матч групповой стадии, они играли по схеме с «ромбом» в центре, и мы их сделали. Когда мы отправились в Милан на полуфиналы, мы играли уже против 4–2–3–1, и пространства для передач просто не было; они играли только вперед. Когда Жозе приехал к нам с «Мадридом», они хотели диктовать свои порядки и проиграли. Они потерпели поражение в Лиге чемпионов, даже несмотря на то, что вновь стали играть только вертикально. Они пытались садиться глубоко, не оставляя зоны позади себя. В Суперкубке, в играх на «Камп Ноу» они почти проиграли матчи, но смогли накрыть нас. Все эти угадывания, перестановки, подготовка, перемены схем во время матчей; попытки угадать, по какой расстановке они будут играть, как мы можем их удивить – все это делает работу приятной и интересной, это придает смысл всему. Именно такие вещи и сделали эти схватки такими увлекательными. И это, по правде, все, что останется в моей памяти.

Остальное? Не так уж много. С Моуринью столько всего было, столько всего…»

Пеп все принимал на свой личный счет. Для Жозе это было просто частью работы.

«Наши отношения были хорошими, остаются таковыми и будут хорошими впредь, – сказал Моуринью в первый свой сезон в «Мадриде». – Если когда-либо у меня с Пепом будут футбольные трения, они никогда не станут проблемой для Жозе Моуринью и Пепа Гвардиолы: только проблемой тренеров «Реала» и «Барселоны». Кое-что совершенно другое. Абсолютно. Я уважаю его так же, как и он, я полагаю, уважает меня, и между нами нет никаких личных разногласий, как раз наоборот. Прямо сейчас я не могу желать ему удачи, потому что мы сражаемся в одном турнире, но за пределами поля проблем никаких нет».

Пеп никогда так не считал.

Глава 7. Прощание. Но прежде – еще один финал

Первый матч полуфинала Лиги чемпионов. «Стэмфорд Бридж», 18 апреля 2012 года. «Челси» 1:0 «Барселона»

В Лондоне, как и ожидалось, «Барселона» выставила сильнейший состав из возможных, с Алексисом, Сеском и Месси впереди. С самого начала игры команда создавала момент за моментом: Алексис пробил в перекладину, Эшли Коул вынес мяч с самой линии ворот, Адриано угодил в штангу. Раз, два, три, четыре раза подряд стена игроков «Челси» блокировала путь к воротам. «Барселона», Пеп и Месси осознали, что английский клуб сумел найти способ, как их задеть.

Команда продолжала упорно действовать через Месси, всегда находившегося на центральной позиции.

Затем маленький гений потерял мяч слишком близко к собственным воротам, почти у центральной линии. Лэмпард нашел пасом Рамиреса, и игроки «Барселоны», преследовавшие соперников, совершили ключевую ошибку. Два центральных защитника (Маскерано и Пуйоль) преследовали Дрогба, который стремился найти свободную зону на правом краю атаки. Один из них должен был подстраховать Хави, который отчаянно пытался угнаться за Рамиресом.

Хави остался без поддержки против Рамиреса, и тот сделал навес на Дрогба. По всей защите «Барселоны» были бреши. Они привели к голу в дополнительное время, перед самым перерывом.

Судя по результату, многие пришли к выводу, что «Челси» хорошо оборонялся.

«Барселона» нанесла двадцать четыре удара по воротам. «Челси» забил гол своим единственным ударом в створ.

Зависимость каталонцев от Месси и нехватка альтернатив в атаке очевидным образом становились проблемой. Но Пеп сказал игрокам, что если они смогли создать двадцать четыре голевых момента на «Стэмфорд Бридж», они должны сделать то же самое и на «Камп Ноу».

А затем, на пресс-конференции, тренер решил снизить давление на команду, которая утратила былую хватку и для которой необходимость побеждать снова стала тяжким бременем. Это было в новинку Пепу как тренеру, вероятно, это стало предупреждением. На тот момент понять мотивы Гвардиолы было трудно: вместо того чтобы требовать от своих игроков большего перед матчами с «Реалом» в чемпионате и «Челси» на «Камп Ноу», которые должны были стать ключевыми битвами сезона, Пеп убрал ногу с педали газа.

«В спорте остаются в памяти только те, кто побеждает. Я не знаю, что случится в следующую субботу в матче против «Мадрида» или во вторник в игре с «Челси». Но у меня есть ощущение, что мы уже выиграли этот сезон. После четырех лет соревнований мы находимся на таком уровне, мы достигли этой точки, со всеми этими травмами, болезнями… У меня есть ощущение, что мы победили, и неважно, что произойдет дальше».

Ответный матч полуфинала Лиги чемпионов. «Камп Ноу», 24 апреля 2012 года. «Барселона» 2:2 «Челси»

Футбол – игра процентов. Обороняясь глубоко, «Челси» имел маленький шанс на выход в финал, который бы чуть-чуть возрос, если бы они периодически атаковали быстро и с умом. Но все-таки возможости, в принципе, были далеко не равными, с явным креном в пользу «Барселоны»: мяч должен был быть у них чаще и ему предстояло все время проводить на половине поля «Челси».

Но та игра уже была сыграна. Против Моуринью. Против «Интера» в 2010 году. В первом матче.

Это был, по сути, видеоповтор.

Пеп попросил команду играть широко, с двумя ложными форвардами в лице Месси и Сеска, которые передвигались свободно, и перемещать мяч с фланга на фланг до тех пор, пока не начнут появляться открытые зоны. «Барселона» вела себя терпеливо, и когда свободные зоны возникали, хозяева рвались туда, как бешеные.

Дважды забила «Барселона». В любой другой сезон этого было бы достаточно, особенно после того, как «Челси» пострадал из-за удаления капитана Джона Терри, наказанного за грубость в неигровом эпизоде. «Барса» сражалась с выдающейся когортой сильных игроков, гордых профессионалов, у которых остался последний шанс снискать европейскую славу и у которых было одно задание – уничтожить все (к слову, абсолютно естественное желание). Кэхилл получил травму. Однако Дрогба был великолепен, включая те моменты, когда ему пришлось играть второго фуллбэка, а Чех стоял в воротах «Челси», словно гигант. Но «синие» не могли помешать «Барселоне» создавать момент за моментом.

Команда Пепа дважды попала в штангу, нанесла двадцать три удара в сторону ворот и шесть в створ, а Месси не забил пенальти. В любой другой сезон…

А «Челси» вот забил, вновь в дополнительное время перед самым перерывом. Похожие провалы в концентрации стоили «Барселоне» поражения в первой игре, и теперь снова наказывали команду. Рамирес перебросил вратаря, сделав счет 2:1. «Барселоне» нужен был еще один гол, до конца оставалось еще двадцать минут, но стало казаться, что каталонцы потеряли веру в себя. Они часто теряли мяч, им не хватало остроты в передачах и ширины в атаке.

Гола так и не случилось. А потом, в дополнительное время, Торрес окончательно похоронил мечты «Барселоны».

«Челси» реализовал свои проценты сполна.

У Гвардиолы и его команды закончились ответы.

По мере развития «Барселоны» Пепа, приходящих успехов и взросления ее как команды в эти четыре года росли и развивались характеры ее игроков. Или, правильнее будет сказать, со временем стало труднее использовать их инстинкты на благо команды. Хави и Пуйоль стали старшими, чемпионами мира и имели колоссальное влияние на игру – а принятие всего этого груза всегда непростой вопрос, с которым одни справляются лучше, а другие хуже. Жерар Пике превратил себя в мультинациональную звезду с подружкой-селебрити и теперь, пусть это и не всегда плохо, он уже не был тем Пике, который присоединился к клубу, вернувшись из «Манчестер Юнайтед». Знаменитости вроде Пике было непросто смириться с тем, что Хавьер Маскерано стал основным центральным защитником, тогда как его оставляли на скамейке в некоторых важных матчах. Пока команда росла и эволюционировала, процесс принятия решений для Пепа усложнялся. Одно дело давать распоряжения прогрессирующему и перспективному молодому игроку Месси, и совсем другое – двукратному обладателю «Золотого мяча», мегазвезде, признанной лучшим игроком своего поколения.

В конце того заключительного сезона одно решение стало ключевым. Какой-нибудь игрок может быть оставлен на скамейке запасных в игре против условного «Расинга» из Сантандера или «Леванте», но совсем другое дело – оказаться на скамейке в матче против «Реала», который служит барометром каждого сезона. Любой игрок, «отцепленный» от состава на «Эль Класико», становится центром притяжения внимания прессы, и неважно, сколько раз Гвардиола пытался разъяснить всем, что у каждого футболиста есть право сыграть, что все они равны, что важность имеют тактические варианты, своевременное предоставление отдыха игрокам и т. д. Даты выступлений в календаре каждого болельщика и игрока отмечены красным, и окончательный выбор состава на подобные матчи будет оказывать влияние на баланс и настроение в команде. В Риме и на «Уэмбли» единственные сомнения касательно состава были связаны с травмами или дисквалификациями игроков, и в те моменты количество ключевых футболистов сокращалось до двенадцати-тринадцати. Но в последний сезон Пепа сомнения всегда имели место, и перед каждой большой игрой ему приходилось делать трудный выбор при объявлении стартового состава.

Создание и поддержание атмосферы тревожного неведения и включение в состав игроков, не располагавших опытом участия в сложных матчах, были частью стратегии по встряхиванию команды и поддержанию ее в тонусе, поскольку Пеп осознавал, что соревновательный голод со временем притупляется. Однако неопределенность также стало трудно контролировать и – на контрасте с предыдущими сезонами, когда он мастерски сглаживал острые углы – желание Пепа сделать так, чтобы все гадали над составом, привело к ощущению тревоги, нервозности и напряжению как в головах игроков, так и в его собственной.

И давайте не будем забывать о том, что главнейшим страхом Пепа с того самого дня, когда он отправился на предсезонку в Сент-Эндрюс четыре долгих года назад, был страх однажды потерять свою команду, утратить возможность контактировать с ней.

Вероятно, недостаточное внимание к деталям и часто случавшиеся пропущенные голы на последних минутах, стали своего рода предупреждающими сигналами, которых он так боялся. И когда Пеп почувствовал, что не все в порядке, он начал нажимать на кнопки в ключевые моменты сезона. И часто нажимал не на те. Да, они оставались верны своему стилю в играх с «Реалом»; совершенно точно, что им не хватило удачи в игре с «Челси». Но… было что-то такое в том, как английский клуб нейтрализовал «Барселону» в заключительные двадцать минут матча на «Камп Ноу», что-то намекавшее на то, что все уже не так, что-то потеряно.

В том ответном матче лигочемпионского полуфинала Пеп решил использовать молодого Куэнку на левом фланге, оставив опытных игроков вроде Педро, Кейта и Адриано на скамейке запасных. Нечто похожее он проделал в матчах с «Реалом», когда Тельо вышел на «Эль Класико» в старте, а Пике, Алексис и Сеск остались на скамейке. В клубных офисах анализ этих решений породил немало вопросов. Они напоминали по духу те, что принимал Йохан Кройф ближе к концу своего правления, когда он стал руководствоваться весьма своеобразной логикой, что приводило его критиков к заключению: он тонет, а потому хватается за последнюю соломинку. Другие возражали, говоря, что Пеп испытывает своего рода «отцовский инстинкт» к воспитанникам из «Ла Масии» – Куэнке и Тельо – и это затмевает его разум. Могли ли эти два неопытных парнишки в действительности превзойти опытных профессионалов из национальных сборных и лишить их мест в составе столь важных игр?

Также эти решения означали, что игроки с большими именами, оставшиеся на скамейке запасных, были неспособны подвергнуть сомнению выбор, сделанный тем, кого они так сильно обожали, уважали и кем восторгались, и за кем было столько верно принятых решений в прошлом, так что в итоге они стали сомневаться в себе: «Должно быть, со мной что-то не так, раз я не играю». Сомнения порождают страхи. А страх – плохой компаньон, когда тебе необходимо принимать на себя ответственность, если дела идут не по плану. Внезапное отсутствие устоявшегося стартового состава – неизменного элемента в предыдущие сезоны – означало, что в команде проблемы с уверенностью. Педро, к примеру, прошел путь от великого открытия и надежды команды до забытого героя. Сеск, часто забивавший победные голы, – от спасителя до скамеечника.

Вероятно, в какой-то момент в эти короткие недели Гвардиола мог забыть, что футбол принадлежит игрокам.

Гвардиола знал, что система, стиль должны стать второй натурой, должны быть отработаны до автоматизма, как это и было большую часть его четырехлетнего правления. И когда все знают, что нужно делать, талант дополняет собой общекомандные усилия. Но смена играющего состава и расстановок в заключительные месяцы его пребывания у руля породили своего рода хаос. Так что если игроки ощущали временами, даже не зная почему, что все идет не так, они начинали искать глазами Месси.

Но в матчах против «Челси» и «Реала», когда аргентинец получал мяч, два центральных защитника и два опорных хавбека висели у него на плечах – всем стало очевидно, что есть способ остановить Месси. У него есть талант преодолевать эти трудности и даже большие, но не каждый матч. В тех играх – почему он не пытался удивлять соперников, появляясь на флангах, оставляя четверых игроков в центре опекать тень? Игроков, которые могли бы поддержать атаку на флангах, не было, а Тельо и Куэнка редко оказывались один на один против крайних защитников в тех ключевых матчах – а когда оказывались, они чаще проигрывали дуэль, чем выходили из нее победителями. Рискованная ставка Пепа на молодость, которую он предпочел опыту, его эксперимент, не увенчались успехом.

Эти две игры на «Камп Ноу» против «Реала», а затем «Челси», разделенные всего лишь четырьмя днями, казалось, подтвердили догадку о том, что хрупкий идеальный баланс был слегка, но необратимо нарушен.

«Президент, давайте завтра встретимся», – сказал Пеп Сандро Росселю в ночь, когда «Челси» нокаутировал «Барсу» в Лиге чемпионов; на следующее утро новейшая история клуба изменилась навсегда.

Через два дня, после объявления игрокам о своем уходе, Гвардиола наблюдал за разминочной тренировкой в Сан-Жоан-Деспи на почтительном расстоянии от игроков, а затем прыгнул в свою машину и через десять минут езды, что отделяют спорткомплекс от «Камп Ноу», оказался на стадионе.

На последовавшей пресс-конференции, в ходе которой миру было объявлено о неизбежном уходе Пепа из команды, зал был забит до отказа журналистами, местными и приехавшими издалека; хотя в первых рядах в зале сидели Пуйоль, Пике, Сеск, Хави, Бускетс, Вальдес и еще несколько игроков, Месси видно не было – он не хотел, чтобы камеры запечатлели его эмоции. Трансляция Sky Sports шла вживую. Даже в Соединенном Королевстве, где, по некоторым опросам, «Барселона» занимает пятое место среди всех футбольных команд по числу болельщиков, слухи об отставке Гвардиолы вызвали колоссальный резонанс в СМИ. Sky Sports эксклюзивно объявил о том, что Пеп намеревается со всеми попрощаться.

Организация пресс-конференции и расположение ведущих персонажей были обставлены с умом и расчетом. Тренер сидел справа от президента; слева от него был спортивный директор Андони Субисаррета. Это была попытка «Барсы» представить ситуацию так, будто все приняли решение Пепа легко, продемонстрировать спокойствие официального лица клуба, который далеко не всегда в своей истории хорошо справлялся с переменами.

Президент «Барселоны» торжественно объявил, что Гвардиола более не будет продолжать работу на посту главного тренера клуба. Он обнял Пепа. Эти объятия показались несколько вымученными; они застали Пепа врасплох.

Гвардиола затем попросил людей понять его решение и объяснил свои причины во многом так же, как сделал это в разговоре с игроками.

«Я глубоко сожалею о созданной мной неопределенности. Я всегда полагал, что лучше всего делать дело в короткий срок. Четыре года – это целая вечность, и я не хочу быть связанным контрактом, который не позволит мне принимать собственные решения. В октябре или ноябре я сказал президенту, что конец близок для меня, но я не мог публично озвучить свое решение, потому что тогда все бы слишком усложнилось. Причина очень проста. Прошло четыре года, и за этот срок жизнь может утомить тебя и сильно отяготить. Я истощен. Причина моего ухода в моем желании воскресить прежнюю страсть. Я не могу продолжать работать так, как полагается тренеру «Барселоны».

Ему уже нечего было дать команде, и он нуждался в подзарядке. Или скажем иначе: он мог бы дать клубу многое, если бы остался, но не все, что ему требуется.

«Я благодарен вам за терпение, я знаю, что вам всем было некомфортно находиться тут каждые три дня», – сказал он журналистам. Теперь он собирался оставить ремесло на какое-то время, хотя и отметил, что «рано или поздно» будет снова тренировать. В то же самое время он попытался прекратить все возможные спекуляции. «Лео здесь», – таким было единственное объяснение отсутствия Месси, которое дал Гвардиола, и Россель подтвердил его слова.

В раздевалке игроки решили, что капитаны обязаны присутствовать в комнате для прессы; это означало, что прийти должны были Пуйоль, Хави, Иньеста и Вальдес. Однако другие также присоединились к ним, чтобы выразить уважение Пепу, но не Месси. «Лео душой здесь, с нами», – настаивал Россель.

Лео плачет, но не на публике. Несколько часов спустя аргентинец зашел в Facebook, чтобы объяснить, почему он не появился на пресс-конференции: «Я хочу поблагодарить Пепа от всего сердца за все, что он сделал для меня как в профессиональном, так и в личном плане. По причине эмоционального характера этого события я предпочел не присутствовать на пресс-конференции. Я хотел быть вдали от журналистов, потому что они стали бы выискивать грустные лица в зале, а я решил, что не хочу им этого показывать». Как и тогда, когда он присоединился к «Барселоне» двенадцатилетним, Месси спрятался, чтобы плакать вдали от всех, как делал раньше, чтобы не расстраивать своего отца.

А затем произошло откровение, которого никто не ожидал. Россель, который был особенно торжественно настроен, объявил, что Тито Виланова станет сменщиком Пепа на его посту. Ассистент Гвардиолы получил предложение от клуба в доме самого Пепа за два дня до пресс-конференции, но принял его лишь за час до ее начала.

Пеп оставил после себя один спорный вопрос, который не остался незамеченным. «Назначение Тито не было моим решением, его принял Субисаррета. Я сам узнал об этом только сегодняшним утром». Никто не мог полагать, что тут имеет место какой-либо конфликт, хотя очень скоро после этого слова Пепа стали использоваться для разжигания скандала, сутью которого было предположение о том, что без Гвардиолы жизнь «Барселоны» станет более трудной.

Клуб, однако, хотел публично продемонстрировать свою приверженность кандидатуре Вилановы и не дать никаких поводов для спекуляций в это неопределенное и потенциально нестабильное время. Для Субисарреты это был шанс показать, что у него немедленно нашлось решение проблемы, и Россель его принял. Преемственность, которую предложил бы первый ассистент Гвардиолы и его правая рука, позволила бы понять, будет ли правильным и дальше продолжать развитие команды в этом ключе, или же ей нужны перемены. «Объявить о том, что мы выбрали Тито через три или четыре дня после отставки Пепа, стало бы контрпродуктивным для Тито. «Барселону» бы обвинили в том, что она не нашла тренера получше, в том, что у нее нет плана», – говорит источник в клубе.

Но эту замену можно трактовать по-разному. С начала октября, когда Пепа начали одолевать серьезные сомнения относительно продолжения работы в следующем сезоне, он представлял себе, что вместе с ним из команды уйдет и Тито. «Мы либо уйдем, либо останемся», – полагал Пеп. Третий вариант появился, когда Субисаррета упомянул имя ассистента Гвардиолы в качестве кандидата в преемники в ноябре. Все подозревали, что Тито, вероятно, отвергнет предложение. На самом же деле ему хватило всего лишь часа на то, чтобы согласиться на повышение. Пепа это решение застало врасплох, хотя они оба обсуждали такой вариант, и Гвардиола признал, что Тито имеет право принять команду после него – он не собирался вмешиваться в эти дела.

Субисаррета так объяснил начало новой эры в «Барселоне» присутствовавшим журналистам: «Очень важно сохранить идею, принципы, которые нас отличают. Мы и дальше будем пристегивать ремни и ожидать приключения, я уверен, нас ждет отличное время». С помощью немедленной и относительно безболезненной передачи власти клуб, судя по всему, спокойно принимал то, что несла ему судьба.

Если какой-то момент мог бы идеально запечатлеть эмоции и чувства внутри клуба, любовь болельщиков к Пепу, то этим моментом должно стать прощание тренера с «Камп Ноу».

Объявление об уходе Пепа совпало по времени с каталонским дерби против «Эспаньола», но поскольку для обеих команд игра утратила всякое турнирное значение, с самого начала она превратилась в прощальную вечеринку для Пепа Гвардиолы. Сотни фанатов оставили свои благодарственные послания и пожелания тренеру на огромной доске, которую клуб установил за пределами стадиона. Огромный баннер, покрывавший почти целиком один из секторов трибун, был развернут в качестве приветствия его выхода на поле, он изображал фотографию тренера со словами: «T’estimem Pep»[14]14
  «Мы любим тебя, Пеп» (кат.). – Примеч. авт.


[Закрыть].

Гвардиола руководил игроками в свой последний домашний матч с привычной энергичностью. «Давай, Педро, мы вместе работаем уже пять лет, а ты все еще заставляешь меня так нервничать!» – кричал он форварду, которого когда-то открыл в «Барсе Б».

Казалось, что даже судья хочет поучаствовать в празднике, поскольку некоторые спорные решения он принял с явной выгодой для «Барселоны». Игра завершилась со счетом 4:0 в пользу «Барсы», а все голы забил Лионель Месси, установивший очередной из своих рекордов: он забил пятьдесят голов в чемпионате, побив прежний рекорд европейских лиг, принадлежавший Дуду Георгеску, который установил его в сезоне 1976–1977, выступая за бухарестское «Динамо». После первого гола в ту ночь на «Камп Ноу» Месси показал пальцами на Пепа, посвящая забитый мяч своему наставнику. Тренер ответил ему тем же жестом.

После четвертого гола Месси побежал к боковой линии вместе с партнерами, чтобы обнять тренера, который превратил игрока в того, кем он является сейчас. Это был невероятный момент. Несколько излишне зрелищный, но честный. Два главных героя величайшей в мире мыльной оперы заключили друг друга в эмоциональные объятия во весь экран, публично выражая свои чувства, не стесняясь демонстрировать бесконечную благодарность, которую каждый из них испытывал к другому. Пеп прошептал Месси на ухо: «Спасибо за все».

И после игры Пеп держал речь перед людьми на стадионе. Он взял микрофон и немного замялся, чувствуя себя неловко, пока его игроки метались вокруг него. Стоя неподалеку от центрального круга, он смотрел вместе со всеми видеонарезку, шедшую по огромному экрану, а саундтреком к ней была музыка Coldplay. Потом заиграла его любимая песня Que tinguem sort[15]15
  «Надеюсь, нам повезет» (кат.). – Примеч. авт.


[Закрыть], написанная каталонским композитором Луисом Льяхом, и ее слова эхом разносились по стадиону, поскольку тысячи болельщиков пели ее хором.

«Si em dius adeu, vull que el dia sigui net i clar, que cap ocell trenqui l’harmonia del seu cant. Que tinguis sort I que trobis el que t’ha mancat amb mi…» [16]16
  «Если ты скажешь мне «прощай», я надеюсь, что день будет ясным, что ни одна птица не нарушит гармонии этой песни. Я надеюсь, что тебе повезет, и ты найдешь то, чего тебе не хватало рядом со мной…» (кат.). – Примеч. авт.


[Закрыть]

Пеп смотрел на трибуны, где все ждали его слов. Стадион был полон людей, 88 044 человека сидели в предвкушении его слов. Кто-то обнимался. Взрослые мужчины пытались прятать слезы. Молодые девчонки снимали происходящее на камеры мобильных телефонов. Пока все стояли, отец Пепа, Валенти, вынужден был присесть, потому что у него дрожали ноги.

Человек, многими признаваемый любимым сыном клуба, вновь покидал свой дом. Для многих на трибунах это было прощание со старшим братом, для кого-то – с отцом, для некоторых – даже с мессией. Нация, клуб и его болельщики чувствовали себя покинутыми и осиротевшими.

Представьте.

Представьте себя играющим все эти роли разом. Этот тяжкий груз, все это давление. Можете ли вы теперь понять, почему он должен был уйти?

«Пеп – привилегированный человек. Он один из немногих людей, которых я знаю, кто в личной и профессиональной жизни культивирует необходимое, важное и фундаментальное». Пытаясь подобрать подходящие слова, друг Гвардиолы Эварист Муртра прочитал речь в каталонском парламенте в день, когда тренеру выражали почтение от лица гражданского общества Каталонии в ноябре 2011 года. Пеп понимал необходимость выигрыша титулов и отдельных матчей; он чтил важность кодекса благородного поведения, составляющего фундаментальную основу спорта; и наконец, он был преданным организации, которую представлял, духу ее основателей и последователей – и это было самым главным.

В интервью, данном в то время, бывший игрок, тренер и директор мадридского «Реала» Хорхе Вальдано подобрал очень правильные слова, чтобы описать влияние, оказанное Гвардиолой. «Он верит в то, что футбол – это поприще, на котором возможно величие, потому что он никогда не мошенничает, он всегда храбр, он удаляет из игры всю низость. Он – исключительный пример лидерства, которое можно применять не только к миру футбола. Определенно, он лидер».

Футбол, спорт – это все, что имеет значение для народных масс в Испании. Пресса игнорирует другие жизненные пути (культуру, единение, критическое мышление), а люди цепляются за спортивные символы как за единственную подходящую точку отсчета. Это ведет к тому, что на спортсменов и других причастных к ним людей возлагается колоссальная ответственность, что также свидетельствует о примитивности нашей культуры. Пеп всегда очень остро осознавал символическое значение своего превосходного поведения и важность той организации, которую он представляет, и в соответствии с этим он сдерживал и контролировал себя. Общество полностью осталось ему благодарно.

Золотая медаль, которую вручил ему каталонский парламент за его «послужной список элитного спортсмена, за успехи в роли тренера, за представление культурной, цивилизованной и открытой Каталонии, которая весьма заметно преуспела, за те ценности, которые он олицетворял и которые передавал исключительным способом, – такие как спортивное товарищество, командная работа, всеобщие усилия и личное развитие – очень позитивные ценности, которые не только формируют индивидуальную точку зрения, но и способствуют личностному росту».

Чрезмерно пышно? Кое-кто бы сказал, что так оно и есть, но не в тот момент, когда Каталония так нуждалась в примерах для подражания после стольких лет неудач и разочарований, когда она отбивала атаки со всех сторон политического спектра, – тогда это было то, что нужно.