Текст книги "Арктические плавания Виллема Баренца 1594-1597 гг."
Автор книги: Геррит де Фер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)
1 марта погода была ясная и тихая, при ветре W, но холод оставался таким же сильным и резким. Дрова мы жгли очень бережливо, так как ходить за ними было слишком тяжко, и днем мы, насколько могли, согревались ходьбой и бегом, а тем, кто лежал в койках, давали горячие камин для согревания, и только ближе к ночи разводили хороший огонь.
2 марта погода была холодная и ясная, ветер W. В этот день мы измерили высоту солнца, когда оно было в высшей точке, и определили, что оно стояло в 6°48' над горизонтом, а склонение было 7°12': в сумме это дает 14°: если это число отнять от 90°, то получается широта 76°.
3 марта погода была ясная и тихая, ветер SW. Нашим больным стало полегче, и они могли сидеть у себя на койках и чем-то заниматься, чтобы скоротать время. От этого, им, впрочем, потом снова стало хуже, так как они поднялись раньше времени.
4 марта погода была тихая, ветер W. В этот день к дому опять подошел медведь, а мы, как и в прошлый раз, поджидали его с ружьями, выстрелили в него и ранили, но тем не менее он убежал. Потом мы впятером отправились на корабль и увидели, что медведи там основательно похозяйничали, проломили люк от камбуза, хотя он был завален глубоким снегом, (вероятно, надеялись там чем-нибудь поживиться), и утащили большой кусок люка с корабля на лед, где мы его потом и нашли.
5 марта погода была опять суровая, ветер SW. Под вечер немного распогодилось, так что мы прокопали проход в снегу, вышли из дома и увидели много открытой воды, гораздо больше, чем когда-либо раньше. Это обрадовало нас и вселило надежду, что мы рано или поздно выберемся отсюда.
6 марта была скверная погода с сильнейшим штормовым ветром с SW и мощной метелью. В этот день несколько человек вылезли наверх через дымоход и увидели в море и около земли много открытой воды, но корабль все еще оставался крепко скованным льдом.
7 марта продолжалась та же скверная погода с сильным ветром, так что мы были полностью заперты в доме. Тем, кто хотел выйти на улицу, приходилось вылезать через дымоход, к чему мы уже совершенно привыкли. Мы видели все больше и больше открытой воды в море и у берега и боялись, что при таких бурях и передвижках льда корабль окажется наплаву и его унесет, в то время как мы, сидя взаперти в доме, не сможем спасти его.
8 марта продолжалась плохая погода, при штормовом ветре SW и снежной вьюге.
На море в направлении NO вообще не было видно льда, так что мы предположили, что к северо-востоку от нас море свободно.
9 марта была плохая погода, но все же менее суровая, чем в последние два дня; ослабла и метель, так что мы могли видеть намного дальше, чем прежде. На NO от нас вода была открытая, но в направлении от нас к Тартарии, то есть к S, дело обстояло иначе: там, на Тартарском[341]341
В Карском море. (Прим. П. Б.).
[Закрыть] море, иначе называемом Ледовитым морем, мы видели лед. Поэтому мы предположили, что оно не очень велико. Да и раньше в ясную погоду нам часто казалось, что мы видим землю, мы показывали друг другу на S и SSO от нашего дома, где словно бы смутно виднелась горная местность, как обычно выглядит земля, когда смотришь издали[342]342
Расстояние от места зимовки Баренца до острова Белого составляет около 140 морских миль, а до северной оконечности Ямала около 180 миль. В Арктике, при аномально большой рефракции, на таких больших расстояниях земля иногда бывает видна. (Прим. В. В.).
[Закрыть].
10 марта погода была ясная, ветер дул с N. Мы убрались в доме и, раскопав проход, вышли наружу. Мы увидели полностью открытое море, так что сказали друг другу: если бы корабль был свободен ото льда, мы могли бы начать наше плавание, но на открытых шкоуте и боке этого делать не следует из-за сильного холода, который все еще не прекращался. Под вечер мы вдевятером пошли с санями на корабль, чтобы привезти оттуда дрова, так как прежний запас уже сожгли, и увидели, что корабль по-прежнему крепко сидит во льду.
11 марта погода была холодная, но солнечная, ветер дул с NO. Мы измерили высоту солнца астролябией и обнаружили, что оно стоит над горизонтом под углом 10°19', склонение его было 3°41'; в сумме с высотой это дает, как и при предыдущем измерении, 14°. Если последнее число отнять от 90°, то широта по-прежнему получается 76°. Затем мы в составе двенадцати человек отправились с санями за дровами туда же, где их добывали обычно, по это стоило нам раз от разу все большего труда, потому что мы день ото дня слабели. Вернувшись домой с санями дров, мы чувствовали себя полностью измученными и попросили у шкипера, чтобы он выдал каждому его порцию вина, что и было сделано. Это нас подбодрило и подкрепило, и мы стали более способны к работе, которая была бы невыносима, если бы острая необходимость не придавала нам сил. Мы часто говорили друг другу: если бы дрова можно было купить за деньги, то мы бы охотно отдали за них все наше жалованье.
12 марта была скверная погода, ветер дул с NO; лед, который недавно отогнало ветром SW, теперь принесло обратно в огромном количестве, и стало так невероятно холодно, как не было за всю зиму.
13 марта погода оставалась такой же скверной, дул штормовой ветер с NO с сильнейшей метелью, лед мощно напирал с ужасающим треском, льдины сталкивались и налезали одна на другую, так что от грохота становилось страшно.
14 марта продолжалась та же скверная погода при порывистом ветре ONO; море опять полностью покрылось льдом, как зимой. Настал сильнейший холод, из-за чего нашим больным, которые при более мягкой погоде слишком рано взялись за работу, опять стало резко хуже.
15 марта стояла ясная погода, ветер дул с N. В этот день мы опять откопали двери, так что можно было выйти, но холод скорее усилился, чем ослабел, он стал даже резче, чем прежде.
16 марта, погода была ясная, но невероятно холодная, при том же ветре N. Для нас она была совершенно мучительна, потому что мы уже успели, можно считать, распрощаться с морозом, а тут он снова заявился к нам в гости.
17 марта продолжалась та же ясная, но невообразимо холодная погода, при ветре N. От этих упорных морозов мы пали духом, мы боялись подумать, что будет с нами дальше, так как холод был невыносим.
18 марта была немыслимо плохая и холодная погода с сильнейшей метелью, так что наш дом полностью замело и из него нельзя было выйти, ветер дул с NO.
19 марта оставалась та же скверная погода со жгучим морозом и ветром NO. Лед напирал все больше, льдины громоздились одна на другую все выше, при этом стоял такой треск и грохот, что мы слышали его даже из дома, но удовольствия от этого не получали.
20 марта погода была такая же скверная с тем же ядреным морозом и ветром с NO. У нас осталось совсем мало дров, и мы не знали, что делать: без дров нас ждала гибель, а силы были настолько истощены, что их едва ли хватит, чтобы привезти дров.
21 марта погода стала ясной и тихой, но холод не уменьшался, ветер был N. В этот день солнце вступило в знак Овна на линии экватора, и в полдень мы измерили его высоту над горизонтом и определили ее в 14°; так как солнце находилось на равном расстоянии от обоих тропиков[343]343
Воображаемые параллели, отстающие на 23,3 градуса к северу и югу от экватора. (Прим. П. Б.)
[Закрыть], то оно не имело никакого склонения, ни к югу ни к северу. Вычтя высоту солнца из 90°, мы нашли, что мы находились на 76°северной широты.
В этот день мы соорудили из своих фетровых шляп башмаки: ходить в обычной обуви из-за сильного холода было невозможно, кожа наших сапог затвердевала, как рог. Мы привезли сани дров, с большим трудом и великими мучениями, на морозе, нещадно выматывавшем нас, словно март напоследок хотел показать себя. Но нас утешала мысль, что холод, даже самый жестокий, не будет длиться вечно, и рано или поздно сломает себе шею.
22 марта была ясная и тихая погода при ветре NO, однако оставалось так же холодно. Некоторые из нас снова предложили раз в день разжигать огонь из каменного угля, поскольку возить дрова было так тяжело и трудно.
23 марта погода была очень скверная и холод жесточайший, ветер дул с NO. Нам пришлось топить намного больше, чем накануне, так как холод был резче, чем когда-либо, на потолке и стенах внутри дома образовался толстый слой льда.
24 марта стояла такая же холодная и скверная погода, с сильнейшей метелью и ветром с N. Мы опять были полностью заперты в доме, и тут нам очень пригодился уголь, от которого мы и свое время отказались, поскольку неправильно им воспользовались.
25 марта стояла все та же скверная погода, ветер W, холод никак не смягчался, а оставался все таким же суровым; поэтому мы совершенно пали духом.
26 марта погода была ясная и тихая, при несильном ветре с W. Мы отрыли выход из дома и выбрались наружу, привезли тогда еще одни сани дров, так как из-за сильного холода сожгли все, что у нас было.
27 марта стояла та же ясная и тихая погода, ветер W, перемежавшийся со штилем. Лед опять начало относить, так что показалась открытая вода, но корабль оставался вмерзшим.
28 марта оставалась ясная погода, ветер SW. Лед уносило прочь с большой скоростью, и море открывалось все больше. В этот день мы вшестером пошли на корабль посмотреть, как там обстоят дела: мы нашли его в том же состоянии, но обнаружили, что медведи там похозяйничали весьма основательно.
29 марта погода была ясная, ветер дул с NNO. Лед опять начало приносить обратно. В этот день мы привезли еще одни сани дров, что становилось все труднее и труднее из-за нашей слабости.
30 марта была ясная погода, ветер дул с O, так что лед продолжал прибывать с огромной силой. После полудня приблизились два медведя, но прошли мимо дома к кораблю, а нас оставили в покое.
31 марта все еще была ясная погода, ветер с NO, так что льда прибывало все больше и больше, глыбы наползали одна на другую, образуя огромные горы.
АПРЕЛЬ 1597 г.1 апреля дул сильный восточный ветер, погода оставалась ясная, но очень холодная, мы спасались тем, что топили углем, так как добывать дрова было слишком тяжело.
2 апреля погода была ясная, ветер NO чередовался со штилем. Мы измерили высоту солнца над горизонтом, которая была 18°40', а склонение солнца составляло 4°40'. Если отнять склонение от полученной высоты, то останется 14°, вычтя последнее число из 90°, получаем северную широту 76°.
3 апреля погода была ясная, ветер дул с NO, чередуясь с штилем. Мы сделали из дерева лапту[344]344
Выше Х. де Вейр уже упоминал об игре голландцев в мяч с использованием для удара палки. (Прим. П. Б.).
[Закрыть], чтобы игрой в мяч размяться и поупражнять тело, для чего выдумывали всевозможные способы.
4 апреля также была ясная погода, ветер переменный. В этот день мы все вместе пошли на корабль, где вытравили канат, к которому крепился якорь, на тот случай, если корабль вдруг окажется наплаву.
5 апреля погода снова испортилась, дул сильный ветер с NO, опять нагнавший много льда. Льдины громоздились одна на другую, и корабль оказался зажат льдом еще больше, чем прежде.
6 апреля продолжалась скверная погода при сильном ветре NW. Ночью к дому подошел медведь, мы пытались выстрелить в него, но так как воздух был влажный и порох отсырел, то наши ружья дали осечку. Медведь, совершенно не боясь, спустился по ступенькам к самым дверям и попытался войти в дом, но наш шкипер закрыл перед ним дверь, но от спешки и неожиданности не мог задвинуть засов вверху двери. Видя, что дверь заперта, медведь повернулся и ушел. Часа через два тот же медведь вернулся к дому, обошел его кругом и влез на крышу, где поднял такой шум, что было страшно слышать. Затем он набросился на нашу трубу с такой силон, что казалось, будто он вот-вот свалит ее, а парусину, которой была обвязана груба, он растерзал в клочки с неистовством, от которого становилось страшно. Так как была ночь и мы ничего не видели, мы ничего не предпринимали. В конце концов он ушел прочь своей дорогой и оставил нас в покое.
7 апреля погода была скверная, ветер дул с SW. Мы приготовили свое оружие и мушкеты, думая, что медведь снова придет к дому, но он не вернулся. Тогда мы залезли на дом и увидели, что там учинил медведь и с какой силой сорвал парусину, которая была так хорошо закреплена на трубе.
8 апреля продолжалась плохая погода, ветер дул с SW. Лед опять унесло, и море открылось, так что у нас уже в который раз появилась надежда, что мы когда-нибудь выберемся из этого горестного места.
9 апреля погода была ясная, но к вечеру испортилась; ветер дул с SW, и море открывалось все больше и больше. Мы очень радовались и благодарили Бога, что он избавил нас от прежне то холода и невыносимо жестокой зимы; вместе с тем мы стали надеяться на скорый и благополучный отъезд.
10 апреля погода была скверная, штормовой ветер NO и сильнейшая метель. Лед, который недавно унесло прочь, пригнало обратно, и он покрыл все море.
11 апреля погода была ясная, но дул резкий ветер NO, от которого ледяные глыбы все более громоздились одна на другую, образуя высокие торосы.
12 апреля была ясная погода, хотя ветер NO дул с той же силой, как и в предыдущие два дня. Льдины наползали одна на другую точно горы, так что вдоль берега нагромождения льда были больше, чем зимой.
13 апреля при ветре N погода была ясная и тихая. Мы привезли сани дров, надев обувь, сделанную из наших шляп, что принесло нам большую пользу.
14 апреля была та же ясная погода, ветер W. Мы увидели вокруг корабля такие высокие ледяные горы, каких не видели никогда раньше, так что смотреть было страшно, и мы удивлялись, как он не разломался на куски.
15 числа погода была ясная и тихая, ветер N. В этот день мы всемером отправились на корабль посмотреть, в каком он положении, и нашли, что там все по-прежнему. На обратном пути встретили огромного медведя; мы приготовились дать ему отпор, но, заметив это, он ушел. Мы пошли на то место, откуда он появился, посмотреть, нет ли там какой берлоги, и увидели во льду большую яму, глубиной в рост человека, при входе узкую, а внутри очень широкую. Мы просунули туда твои пики, проверить, нет ли там еще медведя. Выяснив, что там никого нет, один из наших забрался в эту берлогу, но не слишком далеко, так как ему было страшно. Затем, проходя по берегу моря, мы увидели, что в конце марта и начале апреля льдины так высоко взгромоздились одна на другую, что было похоже на целые города с башнями и крепостными стенами.
16 апреля была скверная погода, ветер NW, так что лед опять начало относить.
17 апреля погода стала ясной, при ветре с SW. Мы всемером пошли на корабль и, дойдя до него, увидели в море открытую воду. Мы перебрались, как могли, через гигантские ледяные торосы к воде, которой не видели вблизи целых шесть или семь месяцев. Подойдя к воде, мы увидели там маленькую птичку, которая, увидев нас, нырнула. Мы сочли это признаком того, что в море теперь больше открытой воды, чем прежде, и уже приближается время, когда море освободится.
18 апреля погода была ясной, ветер с SW. Мы измерили высоту солнца и определили ее в 25°10', а склонение его было 11°12'. Если это отнять от полученной высоты, то остается 13°58', которые вычитаем из 90°и получаем северную широту 75°58'[345]345
В своем примечании к этому месту В. Ю. Визе пишет об ошибочности этой цифры в голландском и английском издании и дает «высоту полюса 76°2'». (Прим. П. Б.).
[Закрыть]. Затем мы в составе одиннадцати человек отправились за дровами и привезли домой полные сани. Ночью на наш дом опять забрался медведь, но мы, заметив его, все выскочили из дома со всевозможным оружием, и медведь, услышав шум, ушел прочь.
19 апреля была ясная погода при ветре с N. В этот день пятеро из нас приняли ванну и прогрелись, что нас сильно подбодрило и освежило.
20 апреля оставалась та же ясная погода, ветер дул с W. В этот день мы впятером отправились на место, где брали дрова, и отвезли туда на санях котел и другие принадлежности, чтобы выстирать рубашки, так как там дрова имелись в большом количестве, а их требовалось много, чтобы растопить лед, нагреть воду и затем высушить рубашки. Мы решили, что таким образом затратим меньше усилий, чем если повезем дрова домой, что давалось нам с большим трудом.
21 апреля все еще была ясная погода, ветер дул с O, такая же погода стояла и на следующий день, но к вечеру ветер сменился на N.
23 апреля погода была ясная, при чистом небе и сильном ветре с NO. На следующий день погода была такая же, при ветре с O.
25 апреля погода была ясная, ветер дул с O. В этот день к дому опять подошел медведь. Мы выстрелили в него, прямо в шкуру, но он убежал. Это увидел другой медведь, бывший неподалеку, но не подходивший близко, и тоже убежал.
26 и 27 апреля была ясная погода, но дул штормовой ветер с NO.
28 апреля погода была ясная и тихая при ветре N. Мы опять измерили высоту солнца, которая оказалась 28°8', а склонение было 14°8'; вычитая это из 90°, получаем 76°северной широты.
29 апреля была ясная погода, безветрие и легкий ветер SW. Мы играли в лапту и забивали мяч от дома до корабля и оттуда обратно до дома, чтобы размяться и натренировать руки и ноги.
30 апреля погода была ясная и тихая, небо чистое, ветер дул с SW. Ночью мы видели солнце над самым горизонтом, когда оно было в низшей точке на севере. С этого дня мы видели солнце и днем, и ночью[346]346
В широте места зимовки голландцев (76°15' N) полуночное солнце должно было быть видимо начиная с 25 апреля. (Прим. В. В.).
[Закрыть].
Первый день мая был ясный, ветер дул с W. Мы сварили наше последнее мясо[347]347
Видимо, это была солонина из корабельных запасов, привезенных из Голландии. (Прим. П. Б.).
[Закрыть], которое очень долго берегли, и оно было в полном порядке, последний кусочек был не менее вкусным, чем первый: единственный его недостаток заключался в том, что он был последним.
2 мая погода была скверная, с сильным штормовым ветром SW. Море в основном уже освободилось ото льда, поэтому мы страстно желали выбраться отсюда, ведь мы прохозяйничали тут уже достаточно долго.
3 мая сохранялась скверная погода, при том же ветре с SW. Весь лед угнало прочь, и только вокруг корабля обстановка не изменилась. Поскольку хорошей пищи, такой как мясо, ячмень и прочее, которая придавала нам больше всего сил, у нас больше не было – а нам следовало быть сильными для выполнения работы, предстоящей при обратном пути, – то шкипер распределил между нами весь остаток шпика, засоленного в маленьком бочонке; таким образом, каждый из нас в течение трех недель получал ежедневно по две унции[348]348
Унция – единица веса. Голландская унция равна 100 граммам. (Прим. П. Б.).
[Закрыть] шпика, пока и он не кончился.
4 мая погода была неплохая, ветер SW. R этот день мы впятером отправились на корабль, и нашли его окруженным льдом еще в большей мере, чем раньше; а именно, в середине марта он находился всего в 75 шагах от открытой воды, а теперь в 500 шагах, причем теперь вокруг него громоздились высоченные горы льда, так что нас охватил немалый страх при мысли о том, каким образом мы сможем протащить между ними или через них к воде наш шкоут и бок, когда мы, рано или поздно, захотим покинуть это место. Ночью к дому опять подошел медведь, но услышав производимый нами шум, быстро убежал. Это увидел один из наших, вскарабкавшийся наверх по дымоходу. Медведь улепетывал со всех ног, так что казалось, что они теперь начали бояться нас и подходили к дому уже не так бесстрашно, как раньше.
5 мая погода была хорошая и тихая, со снегом и ветром O. Вечером и ночью мы видели солнце, которое, даже находясь в своей низшей точке, стояло намного выше горизонта.
6 мая погода была ясная, дул сильный ветер SW, так что мы видели открытое море как на востоке, так и на западе. Это очень обрадовало нас, потому что мы страстно желали отправиться домой.
7 мая погода была скверная, шел густой снег и дул ветер с N. Мы опять были заперты в доме, так что наши люди пришли в уныние и стали говорить друг другу: такой погоде не будет конца, поэтому лучше всего, как только откроется море, немедленно убираться отсюда.
8 мая сохранялась скверная погода с сильным снегопадом, ветер дул с W. Некоторые из наших обсуждали между собой, как бы сказать шкиперу, что уже давно пора убираться отсюда. Никто, однако, не решался заговорить с ним об этом, так как он уже раньше заявил во всеуслышание, что хочет выждать до конца июня, т. е. до разгара лета, и посмотреть, не освободится ли к тому времени корабль.
9 мая погода была ясная, ветер умеренный NO. Желание поскорее уплыть отсюда разгоралось у членов команды все сильнее и сильнее, так что ини решили обратиться к Виллему Баренцу с просьбой убедить капитана в необходимости отъезда. Но Баренц отговорил их, произнеся убедительную речь, и успокоил их, причем все это не носило характера мятежа, так как у всех были только добрые намерения, и наши товарищи охотно согласились с его доводами.
10 мая была ясная погода, ветер NW. Ночью, когда солнце, согласно нашему обыкновенному компасу, было на NNO в самой низкой точке, мы измерили его высоту и определили ее в 3°45', склонение было 17°45'; если от этого отнять определенную высоту, остается 14°, которые мы вычитаем из 90°и получаем 76°северной широты.
11 мая погода была ясная, ветер дул с SW, так что в море вода полностью открылась. Наши люди опять убеждали Виллема Баренца обратиться к шкиперу с той же просьбой, и он пообещал это сделать при первой же возможности.
12 мая погода была скверная, дул штормовой ветер NW; в море становилось все больше и больше открытой воды, что вселило в нас добрую надежду.
13 мая погода была тихая, но шел густой снег, при ветре NW.
14 мая погода была ясная, ветер N. Мы привезли последние сани дров, и не снимали с ног сделанные из фетровых шляп башмаки, потому что они были очень удобны и полезны для нас. В этот день наши товарищи опять напомнили Виллему Баренцу, что он собирался посоветовать шкиперу поискать способ вернуться домой, и он обещал исполнить это на следующий день.
15 мая было ясно, ветер дул с W. Всем нам было приказано выйти из дома, чтобы на свежем воздухе упражняться в забивании мяча лаптой, беге, прыжках и тому подобном, с целью размять и укрепить тело. Между тем Виллем Баренц сообщил капитану о том, что команда считала правильным, и тот ответил, что он будет ждать не дольше, чем до конца этого месяца, а тогда, если все еще невозможно будет освободить корабль, то придется готовиться к отъезду на шкоуте и боке.
16 мая погода была очень ясная, ветер дул с W. Команда обрадовалась ответу капитана, но назначенный срок казался слишком поздним, так как потребуется много времени для приведение шкоута и бока в такое состояние, чтобы на них можно было совершить морской переход. Некоторые считали, что бок стоит распилить поперек и удлинить. Хотя сама по себе эта мысль была хорошая, но в то же время удлинение бока принесет нам слишком много осложнений: насколько лучше станут его мореходные качества, настолько же труднее нам будет перетащить его через лед, что нам предстояло сделать.
17 и 18 мая погода была ясная, ветер W. Мы считали дни до того времени, когда можно будет готовиться к отъезду.
19 мая погода была ясная и тихая, ветер дул с O. Четверо из нашей команды отправились на корабль и на морской берег посмотреть, каким путем в надлежащее время можно будет дотащить шлюпки до воды.
20 мая погода была скверная, ветер NO, так что опять стало нагонять много льда. После полудня мы сказали шкиперу, что пора уже начинать приготовления, если мы хотим когда-нибудь отсюда уплыть. Он ответил, что его жизнь ему так же дорога, как нам наша, и что мы можем начинать готовить для себя одежду и прочее, необходимое для путешествия, что нам следует починить свою одежду, чтобы потом не задержаться из-за этого; он сказал, что надо подождать до конца мая и тогда уже снарядить шкоут и бок и подготовить все остальное.
21 мая погода была ясная, ветер NO, так что лед продолжал прибывать. Тем не менее мы занялись кое-какими приготовлениями, подбирая для себя подходящую одежду, чтобы потом из-за этого не было задержки.
22 мая погода были ясная и тихая, при ветре с NW. Так как дров оставалось мало, мы сломали стену сеней и топили ею.
23 мая погода была ясная и тихая при ветре с O. Некоторые из нас опять пошли стирать рубашки на то место, где лежали дрова.
24 мая погода была также хорошая и ясная, при ветре SO, так что открытой воды было немного.
25 мая была хорошая ясная погода, ветер дул с O. В полдень мы измерили высоту солнца. Оно возвышалось над горизонтом на 34°46', склонение его было 20°46'; отняв склонение от высоты, получаем 14°, а вычтя это из 90°, получаем 76°северной широты.
26 мая погода была ясная, но дул мощный штормовой ветер NO, который опять нагнал чрезвычайно много льда.
27 мая погода все еще была скверная, при сильнейшем ветре с NO, который пригнал очень много льда. По настоянию команды шкипер согласился немедленно начать первые приготовления к отъезду.
28 мая утром была скверная погода при ветре NW, но после полудня она немного улучшилась. Мы всемером отправились на корабль и принесли оттуда все необходимое для оснащения шкоута и бока, а именно старый парус с фокмачты[349]349
См. Примеч. 190. (Прим. П. Б.).
[Закрыть], чтобы сделать из него паруса для бока и шкоута, а также ванты, канаты и многое другое.
29 мая утром погода была довольно хорошая при ветре с W, и мы вдесятером отправились к шкоуту, чтобы подтащить его к лому для починки, но подойдя к нему, обнаружили, что он засыпан глубоким снегом. Мы с большим трудом откопали его. Когда мы затем вытащили его из-под снега и попытались волоком подтащить к дому, то не смогли этого сделать, так как были слишком слабы и истощены. Тут мы совсем пали духом, боясь, что нам придет конец от этой работы. Но шкипер призвал каждого из нас сделать чуть больше, чем мы могли; ведь от этого зависели наши спасение и жизнь, и если мы не сдвинем шкоут с места и не починим его, то мы останемся пожизненными гражданами Новой Земли и найдем здесь свою могилу. Желания работать у нас, впрочем, было достаточно, а вот сил не хватало; пока же пришлось прекратить работу и оставить шкоут на месте, что крайне огорчило нас и привело в большое расстройство, так как мы боялись, что не сможем сделать то, что надо.
Вернувшись после полудня домой совершенно расстроенные, мы воспряли духом после того, как перевернули бок, лежавший около дома вверх килем. Мы принялись чинить его и наращивать ему борта, чтобы улучшить его мореходные качества. Мы рассчитывали на то, что нам предстоит долгий и мучительный путь, в котором нас ждут самые неожиданные несчастья, так что для подготовки к этому морскому переходу надо использовать все средства, какие только можно придумать.
И вот, пока мы работали, к нам приблизился свирепый медведь; так что мы ушли в дом и там поджидали его с ружьями у всех трех дверей[350]350
Наличие трех дверей указывает на то, что у дома были пристроены специальные сени, в которые с улицы можно было попасть через одну из этих трех дверей. (Прим. П. Б.).
[Закрыть], а еще один из нас стоял, высунувшись из дымохода, с мушкетом. Медведь шел на нас смелее, чем все прочие, заявлявшиеся к нам до сих пор: он даже спустился но ступенькам к одной из дверей. Человек, стоявший у этой двери, не видел его, так как обернулся в этот момент к другой двери, но те, кто был в доме, заметили, что медведь совсем близко, в закричали в страшном испуге. Тогда человек обернулся, увидел медведя и в испуге тотчас выстрелил прямо в зверя, из-за чего тот ушел прочь. От этого зрелища кровь стыла в жилах: еще чуть-чуть и медведь бы набросился на нашего товарища, и если бы ружье дало осечку (как это иногда случается), то человек несомненно погиб бы, и медведь наверное вошел бы в дом. Раненый медведь отбежал от дома и упал; тогда мы все, с ружьями, мушкетами и пиками, пошли к нему, чтобы его прикончить. Вскрыв потом его желудок, мы нашли в нем куски тюленя, прямо со шкурой, которого медведь недавно разорвал и съел.
30 мая погода была неплохая, не очень холодная, но пасмурная, ветер дул с W. Все. кто умел плотничать, продолжали чинить бок, остальные трудились в доме над парусами и прочим, что потребуется для пути домой. Пока находившиеся вне дома трудились над боком, опять пришел медведь, так что они бросили работу и застрелили его. Затем мы оторвали доски от крыши дома, чтобы надставить борта. Мы работали изо всех сил и с большой охотой, потому что все давно желали взяться за дело, и делали даже больше, чем могли.
31 мая погода была ясная, но холоднее прежнего, ветер дул с SW и угонял лед. Мы продолжали сколачивать борта для бока, и когда дело наше ладилось особенно хорошо, снова появился медведь. Звери словно чуяли, что мы готовимся уехать, и хотели до того узнать, каковы мы на вкус: ведь уже третий день подряд они яростно нападали на нас. Бросив работу, мы пошли домой, а медведь за нами. Дождавшись его приближения с ружьями наперевес, мы убили его, выстрелив одновременно из трех стволов, один выстрел был сделан сверху из дымохода, а другие два из дверей, так что медведю досталось не меньше, чем собаке, позарившейся на колбасу.
Однако мертвый медведь принес нам больше вреда, чем живой: выпотрошив его, мы сварили его печень и съели. Она была очень вкусной, но нам всем от нее стало плохо, особенно троим, заболевшим так, что мы уже мысленно распрощались с ними, потому что у них со всего тела, от головы до пят, стала сходить кожа[351]351
Ядовитые свойства печени белого медведя описывались полярными путешественниками неоднократно. (Прим. В. В.).
[Закрыть]. Но они все же выздоровели, за что мы благодарили Бога, так как если бы мы потеряли трех человек, то, может быть, не в силах были бы выбраться отсюда, так как по малочисленности были бы слишком слабы для того, чтобы волочить и поднимать наши шлюпки.
