Текст книги "Лея Леса (СИ)"

Автор книги: Галина Гончарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)

Выбраны?

Отлично! Там вы, гады, и упокоитесь! Никто не смеет посягать на его добычу! Ни-кто!

Они могут подготовить засаду?

Дарс в этом искренне сомневался. Наблюдательные пункты он уже приказал оборудовать, да и за планетой следил, и показывали они все одно и то же. Даэрте собираются в одно место. Но это – пусть. Они действительно ближе к животным, может, у них сезонная миграция?

А вот в космосе все тихо и мирно.

Врасплох его не застанут, о, нет!

А вот он…

Система спутников уже готова, осталось вывести на позиции боевые корабли. И когда портал откроется, шарахнуть со всей силы! Он отразит нападение! А даэрте… он их просто в порошок сотрет! Туда им и дорога!

* * *

Тане не спалось.

Господи Боже, да кто б знал, как ей было тошно! Но… рядом бабушка, рядом Салея. И обе спят. И лезть к ним со своей тонкой душевной организацией аж в час ночи… замечательно! Законченной эгоисткой для такого быть надо!

Таня повертелась еще пару минут, а потом махнула рукой, и осторожно сползла с кровати. И ничего такого она не замышляет.

Просто выйдет, посидит во дворе, на лавочке. Двор все равно почти закрытый, и тихий, и пуховик можно накинуть, а на ноги старые треники, вот они. И сапожки…

Не замерзнет.

Ночью пока еще было по-весеннему холодно. Таня уселась на лавочку, чувствуя это даже сквозь пуховик. Ничего, она деревянная, быстро нагреется.

Ыыыыыыыыы…

Слезы полились сами собой. Даже делать ничего не пришлось, словно кран открыли. И было, отчего! Салея…

Да, именно Салея. Девочка, которая за эти несколько дней стала ей сестрой, которая погибает, и преотлично знает об этом, которая держится так, словно все в порядке вещей. Которая может улыбаться, словно ничего страшного не происходит.

А Таня не может…

Ей еще не доводилось терять близких. Теоретически, она понимала, что переживет бабушку. Что раньше нее уйдут кошки и собака, что от ее мира так или иначе будут откалываться кусочки, что медицина… да у каждого врача свое кладбище! И в морге она была. И… ыыыыыыы!

Все это не имело никакого отношения к ее сестренке.

За что⁉

Вот просто – почему так⁉

И больно… пусть священники говорят, что Бог все видит, но почему бог забирает Салею, и оставляет на земле разных дряней? Почему – так?

Потому – что? Неубедительно. И больно…

– Возьми салфетки.

– Буся? – подняла глаза Таня.

Людмила Владимировна пожала плечами.

– Ты серьезно считаешь, что можно незамеченной выйти из дома, в котором есть две кошки и собака? Правда?

Таня почувствовала себя дурой.

Конечно, зверье ее мигом заложило. Обиделись, что их не взяли. А Муську и вообще с головы спихнули. А обиженный мейн-кун может донести до людей свое негодование. У него на десять человек хватит, кто бы сомневался!

Таня решительно высморкалась в салфетку. Не то, чтобы слезы перестали литься, просто если она сейчас рассопливится еще больше, бабушка останется ее утешать. На улице. Ночью. Очень полезно для ее артрита, ага. Даже вылеченного…

Тут и без артрита найдется, что подцепить!

– Лея не проснулась?

– Спит, как убитая. У нее сегодня был тяжелый день.

– Она портал открывала.

– Вот. Она хорошая девочка, замечательная…

– Да… – прохлюпала носом Таня.

– И я надеюсь, что при ней ты себя так не ведешь?

– Я потому и вышла поскулить, чтобы она не видела, – созналась Таня.

– Правильно. Умничка.

Таня вздохнула. Ну а что она может сделать? Разве что не отравлять подруге последние дни ее жизни. Держаться, улыбаться…

– Так и держись.

– А я точно смогу?

– Ты обязана, – жестко сказала бабушка. – Ради Салеи – ты справишься.

Таня в этом сильно сомневалась, но разве у нее есть другой выход? Вряд ли…

– Бусь, а потом – даэрте? Что я могу им дать? Как помочь?

– Постепенно. И вообще, этим займутся люди поумнее тебя. Петров, плюс тот китаец уже свою выгоду просчитали. Губернатора подключили, остальное – разберем помаленьку.

– А если что-то пойдет не так… им ведь и идти будет некуда, и Салеи нет…

Бабушка Мила только плечами пожала.

– Я разговаривала с Салеей. При определенных усилиях, даэрте никто и никогда не найдет. Тайга – громадна. И занимает такие площади, что там не миллион лесовиков – двадцать миллионов можно спрятать. В Европе плотность населения куда как больше. Как прокормиться, даэрте и без тебя отлично знают, местный лес не слишком отличается от их родного. Понятно, названия другие, деревья чуток другие, к примеру, берез и осин у них не растет, зато сосны – одинаковы. А еще даэрте могут уйти и на другой конец планеты.

– Но Салея же их не проведет?

– У них есть порталы. Мы смотрели, они вполне могут построить их и здесь. Для этого хватит пары-тройки даэрте с документами. Они улетают из России, строят портал на Амазонке – и уходят. В сельву.

– А потом оттуда сбегают все ягуары?

– Скорее, все люди. Я бы не сильно этому удивилась. С другой стороны, может даэрте в тайге еще какой Аркаим найдут? И вообще прославятся?

Таня потерла лицо руками.

– Бусь, как-то уж все это очень глобально? Особенно для нас.

– Наполеон начинал с младшего лейтенанта, тогда такие стадами бегали.

– А закончил на святой Елене.

– Вывод – не лезь, куда не просят. Его кто-то в Россию звал? Приглашал?

Таня фыркнула.

– Странно, что французы нам за его убийство не предъявили. А то мы ж Гитлера до самоубийства довели…

– Странно, что в школах историю не учат. А то все страны помнят, как они от России огребли, а кто им предъявит за всякие пакости, – фыркнула бабушка. – Я бы вообще экзамен по истории сделала одним из главных. И без него никуда не допускала, а то выросли стада баранов… которые уверены, что Европа – вшивая, немытая и голодная, была очагом культуры. Их бы туда… в очаг к святой инквизиции. Мигом бы почуяли, что паленым пахнет.

Таня фыркнула.

– Бусь, ну ее на фиг, ту Европу.

– Вот и правильно. Все равно там скоро одни негры и арабы бегать будут, – махнула рукой бабушка. И довольно улыбнулась. Сработало же? Правильно, сработало… так-то ей на Европу наплевать, но внучку отвлечь надо было. И Таня отвлеклась, и плакать перестала – что еще надо?

Теперь баиньки. А то завтра тяжелый день. И послезавтра тоже. И потом…

Только вот Тане повезло. Она сама не понимает, насколько, но повезло. У нее теперь дело есть. На всю жизнь, и детям останется, и внукам. Не проживет пустоцветом. А это – замечательно!

* * *

– Замечательно! – пробормотала в этот момент Салея.

– Восхитительно, – согласился Элран. Правда, он имел в виду легкость обращения королевы с силой, но и результат тоже радовал. Приятно посмотреть.

Салея тоже не спала. Но она решила потратить время на то, чтобы разобраться с Извольской.

Что это такое? Ее сестру подставлять? А если бы Салеи не было рядом? Гадючка бы Тане жизнь сломала, а бабушку Милу попросту убила?

Как-то так…

Суд не квалифицирует это умышленным убийством. Но разве от этого легче?

Прощать Салея не собиралась.

И когда Таня отправилась рыдать, друидессы уже полчаса, как рядом не было. Наложить на кровать иллюзию? Запросто! И выскользнуть в окно, настрого пригрозив Люське, чтобы наглая кошь молчала. А то обязательно наябедничает!

Элран столкнулся с ее величеством уже на подходе к дому, и тут же был привлечен к делу. То есть – взят с собой в качестве сопровождения. А заодно…

– Какие у тебя намерения к моей сестре?

– Ваше величество, клянусь…

– Таня – моя кровь. Обидишь – и умрешь.

Сказано было очень просто, без аффектации, но Элран поверил.

– Не обижу. Мне самому больно будет… мне кажется, она – моя половинка.

– Человек?

– И что такого? Если в ней наша душа? Древесная?

Салея вздохнула.

– Ничего. И дети у вас будут, в ней есть моя кровь. Но что касается других людей, я не уверена. Тут надо смотреть… здесь есть интересная наука – генетика. Хотела бы я ей заниматься!

Элран промолчал. И перевел разговор на другую тему.

– Куда мы идем, ваше величество?

Салея хмыкнула, и принялась рассказывать о случившемся. Долго убеждать даэрте не пришлось. Разве что уговаривать его не уничтожать глупую девицу.

Ну, дрянь! Ну, дура…

Но в том и беда, что убитая дура уже не поумнеет. Поэтому один шанс ей нужно дать. Один и небольшой. А вот потом, если ничему не научится…

Потом уже будет поделом.

Где живет Катерина Извольская Салея знала. Да все знали! Элитное жилье, особняк, центр города, старый фонд….

Правда, есть и минусы. Особняк признан памятником архитектуры, и серьезно перестраивать его нельзя. Земельного участка у него практически нет – центр. Так, три сотки, два куста. Шум, гам, постоянные машины мимо, никакой парковки… да, еще и делить приходится на двух хозяев. Но понты ж! Они дороже! *

– Владельца подобного особняка автор знает лично. На вопрос – зачем, ответил коротко: был дурак, увы. Прим. авт.

Вложено в особнячок столько, что эти деньги отродясь не отбить. Другого идиота, который купит его за такую сумму, просто не существует в природе. Но Извольской это совершенно не мешало хвастаться своей крутостью. То есть родительскими деньгами.

Салея нашла взглядом ее окно.

Ага, вот… надо только посмотреть – что тут с камерами. Или – не надо? Салея сосредоточилась. Люди так зависимы от электричества, а электричество от проводов,, а провода отлично рвутся…. И столб уронить можно древесными корнями. Итак…

Свет мигнул и погас. Наглухо. Везде. Во всем квартале.

Камеры наблюдения, которые хоть и могут работать автономно, но далеко не все, тоже булькнули и отключились. Салея сделала шаг, второй – если бы кто-то видел ее сейчас, коллекция городских ужастиков пополнилась бы еще одним персонажем. Какие там дешевенькие ужастики про вампиров? Ужас – вот он.

Когда по воздуху, словно по невидимым ступенькам, поднимается хрупкая девушка. И зеленые волосы шевелятся за ее спиной, словно на головке ее выросли невидимые змеи.

Когти? Клыки? Дешевка, право слово. А вот глаза…

Если бы кто-то заглянул ей в глаза, то не различил бы ни белка, ни зрачка. Все затянуло алым цветом. И тем же алым горят плашки дубовой короны.

Катерина не спала.

Сидела в чате, разглядывала симпатичную сумочку, и думала, что ей такая еще долго не светит. Отец против!

Кольцо она взяла у матери без спроса, и потеряла, и получила за это сегодня…. Денег ей еще долго не видать. А все Углова виновата, понятно же!

Дрянь!

Ничего, Катя еще с ней разберется.

Скрипнула, открываясь, рама окна. Катя даже не сразу поняла, что происходит, взвизгнула, шарахнулась… если бы она сразу бросилась наутек…. И тогда было бы поздно. А уж сейчас…

– Остолбеней, – Салею позабавил этот фильм. Глупый, но завораживающий.

Катерина дернулась – напрасно. Она не могла шевельнуться. Никак.

– говоришь, Таня виновата во всем? – Салея не читала мысли, да и зачем? Видела она таких… Извольских! Во всех видах! Ей и подтверждение не требовалось.

Катерина вращала глазами, но больше ей не повиновалось ничего. Слово сказать?

А кто ее слушать-то будет? Это не ужастик, где главное условие действия – поговорить. В реальности – кому интересны ее слова и мысли? Уж точно не Салее.

– Слушай и запоминай, дрянь. Твое наказание продлится ровно пять лет. Таня успеет доучиться и устроиться. И ты не причинишь ей вреда. Успеешь все обдумать, успеешь проникнуться. Спустя пять лет снова примешь человеческий облик. Но если еще хоть раз попробуешь кому-то причинить вред – вернешься в то же состояние. Навечно.

Салея хлопнула в ладоши.

Катерина Извольская перевела взгляд на свои руки – и заорала. Хотела заорать, но из горла вырвался какой-то странный звук.

Рук – не было.

Вместо них были белые лапки, и мех, и…

Оххх…

Сознание плавно отключилось. Салея ядовито ухмыльнулась. На кровати Катерины Извольской лежала собачка породы Лион Бишон. Кстати – очень симпатичная зверушка, пушистенькая, обаятельная…

И – дорогая. Авось, на шапку не пустят.

Утром она придет в себя. Ее найдут родители, всполошатся, начнут искать дочь, а что будет с обезьяной? Она же о себе никак подать весточку не сможет. Изначально Салея думала про обезьяну Де Браззы. Тоже симпатяга, и премиленькая, и обернуть человека в обезьяну проще, чем в другое животное… еще проще разве что в свинью. Но обезьяна очень близка к человеку. Возьмет, да напишет о себе. Или на планшете наберет несколько строчек.

Поверят ей там, не поверят – дело десятое. А собакам технику обычно не доверяют.

Пусть потявкает пять лет, проникнется собственной уникальностью. А там и на человека станет похожа. *

*– цена собачки до 8 тыс. долларов, прим. авт.

Салея еще раз поглядела на симпатяшку – и направилась обратно к окну. Следов она не оставила. И на камерах ее не останется, сбой – он такой сложный… вся информация за полчаса потерлась. Родителей, конечно, жалко. Но собачку они не выбросят, пока будут искать дочку.

И Катерина Извольская, повторившая судьбу героинь мультфильма «Двенадцать месяцев», изучит жизнь с новой стороны. Впрочем, Салее это было уже неинтересно. Ей надо было вернуться домой, пока никто и ничего не заподозрил.

Элран послушно сопровождал королеву до дома. И за это получил разрешение.

– Приходи завтра. После занятий. Проводишь нас домой и поможешь кое-что посчитать.

– Я… я не очень умею.

– Я знаю, что Шавель был лучше. Но я думаю, ты справишься. Там ничего сложного, обычные концентраторы и отражатели. И все.

– Да, ваше величество.

Салея попрощалась, и вернулась к себе.

Домой.

В дом, в котором ее любили. И ждали. В дом, где жили родные ей люди. Люди, которых она готова защищать любой ценой.

Ее семья.

И как так получилось?

Салея проскользнула в кровать, развеяла иллюзию, улеглась на подушку. Коснулась пальцами бляшек Короны.

Они уже созрели. Да, у нее почти нет времени. Завтра – расчеты. Послезавтра последний отсчет. И – вперед. Только вперед. Не оглядываясь.

* * *

Практика в больнице – дело сугубо добровольное. Хочешь – просиживай попу на посту, сплетничай с медсестрами. Не хочешь? Тогда можно и поработать.

Таня привычно напросилась в процедурный кабинет, Салея увязалась за ней. Сегодня у них была практика в поликлинике. Да-да, самая обычная муниципальная поликлиника, из тех, в которых громадные очереди, а в коридорах не переводятся всезнающие бабушки.

А куда это вы без очереди? Вас тут не стояло…

И грозный взгляд, после которого становится ясно, что в кабинет-то ты пройдешь. А вот ИЗ кабинета лучше через окно выпрыгивать. Сожрут же.

Таня помогала медсестричке раскладывать шприцы, проверять наличие медикаментов, Салея удобно устроилась рядом.

– У нас сейчас идут прививки от гриппа. Ну и так… кому чего назначено. Капельница будет, одна. После обеда, наверное. Вы столько не задержитесь.

– Да, мы до часу, – подтвердила Таня.

– Ну хоть так. А с тобой кто?

В этой поликлинике Таня была уже не первый раз, и медсестричка ее помнила. Хорошо, когда у девчонки руки из нужного места растут. Прошлый раз никто из больных не пожаловался. Ни синяков, ни шишек… легкая рука у девчонки.

– Моя кузина. Салея Сантос.

– Испанка, что ль?

– Да.

– Понятно. А сюда ее чего занесло?

– директор разрешил мне присутствовать на занятиях, – вежливо ответила за себя Салея. Хотя и с явным акцентом.

– А по-русски ты хорошо говоришь.

– Родственники. Предки хорошо язык знали, – не стала врать Лея. Знали ведь? А какой язык – она не уточняла.

– Понятно. Будем знакомы, меня зовут Елизавета Петровна.

– Очень приятно.

– Можно Лиза Петровна, а то пока полное имя произнесешь – поседеть успеешь. Тоже медиком хочешь быть?

– Да. Я хороший диагност.

– Серьезно?

– Проверим? – подняла брови Салея. – У вас же есть истории болезни? Я буду говорить, что у кого болит, а вы проверьте.

Таня покачала головой. Она понимала, Салея это не просто так говорит. Это еще для Тани, чтобы та училась пользоваться своими способностями. Каналы у нее почти не прокачаны, и лечить Таня не сумеет. А вот увидеть, разобраться – вполне!

– Проверим, – согласилась медсестра. – Если угадаешь хотя бы трех – с меня шоколадка.

– С вас и начнем, – Салея улыбнулась в ответ. Таня заметила уже, что могущественной друидессе доставляет особое удовольствие играть в человека. Даже не притворяться, наверное, а на минутку забывать, кто она и что над ней висит дамокловым мечом. Вот и сейчас… – У вас месячные. Судя по тому, как вы двигаетесь – болезненные. И вы выпили что-то такое…. И сейчас рады, что Таня с утра поможет. Угадала?

– Полностью. Но… как?

– А вот так. Движения, зрачки, реакция, плюс запах крови. Я действительно хороший диагност.

– Верю. Но – проверю и еще несколько раз.

– Пожалуйста, – Салея пожала плечами. Пусть проверяют, ей скрывать нечего. Тем более, чужие болезни.

Дальше все пошло конвейером. В кабинет заходила пациентка или пациент, получали свои уколы, выходили обратно. Салея говорила, что у них болит. Половину болезней она не знала, но могла сказать – болит желудок. А язва там, гастрит…

Это она тоже различала, просто не знала всей терминологии. Но уж сказать – дыра в желудке или просто воспаление… чего тут сложного?

Обычно она говорила только после того, как больной выходил за дверь. Вмешалась она только два раза. Первый, когда в дверь вошла полная одышливая женщина. Поздоровалась, положила сумку на стул, присела, отдышалась… получила свой укол.

– Простите, – нарушила тишину Салея. – Почему вы не лечитесь?

– Не лечусь? – даже опешила пациентка. – От чего?

– У вас очень густая кровь. И липкая такая… а сейчас, когда вам сделали укол, она стала еще гуще. Ненамного, но если так будет продолжаться, вам будет очень плохо.

– Ты-то откуда знаешь? – удивилась тетка.

Салея пожала плечами. – Я хорошо вижу болезни. У вас сильный очаг воспаления вот здесь, – тонкий пальчик девушки уперся в то место, где находилась щитовидная железа. – и из-за этого проблемы с кровью.

– Да нет же… у меня желудок…

– Может, и началось с желудка. Но это следствие, а не причина. Сходите и проверьтесь, – отрезала Салея. – Или не ходите, ваше право.

Женщина взглянула дикими глазами, и выскочила за дверь. Лиза повертела пальцем у виска.

– Ты о чем? Все у нее нормально…

– Нет, – качнула головой Салея. – У нее – нет.

– А у остальных? Сюда здоровые и не ходят вообще-то…

– Те, кто сюда ходит, они не такие больные… им плохо, но это не угрожает их жизни. А вот у этой женщины – угрожает.

– Хм… ладно! Только впредь так не надо, хорошо?

– Постараюсь, – развела руками Салея.

Хорошо, не пообещала. Потому что слово они бы с Таней стопроцентно нарушили. Вошедший мужчина, лет сорока на вид, был молодцеватым и подтянутым, веселым и оживленным. Лиза ему заулыбалась, как родному, и получила в ответ улыбку. А вот девушки помрачнели одновременно.

Прививка? Да ерунда. А вот то черное, которое зрело у человека в районе виска…

– Скажите, у вас голова часто болит? – не выдержала теперь уже Таня. Укол она уже сделала, так что мужчина может уйти. Или…

– Случается. А что?

– У вас тут опухоль. Пока еще операбельная, все будет в порядке, – Таня коснулась его виска. Поглядела на Салею, та подтвердила кивком.

– Да, опухоль. Полагаю, что это результат травмы… вы головой не ударялись? Давно, уж лет пятнадцать, не иначе?

Мужчина аж побледнел.

– Да, было.

– Считайте, оттуда привет. Из прошлого. Сходите, сделайте снимок и удалите ее, пока можно, – посоветовала Таня.

– Да откуда вы…

– Знаем? А вы можете и не ходить. На себе проверите… – ухмыльнулась Салея.

Проверять мужчине не захотелось. Явно.

– Я схожу. Спасибо.

И вышел.

Лиза посмотрела уже совсем иначе. Так, что девушки моментально поняли одно и то же. Человек там, даэрте… неважно! Он ей нравится!

– Он правда… то самое?

– Правда, – кивнула Таня. – Если не сдаст анализы, не удалит, она расти будет. А голова – место сложное, не вдруг и влезешь.

Лиза заторможено кивнула. И следующие пять уколов ставила Таня. От греха подальше. В таком состоянии медсестра могла и иголку обломить, и неизвестно что вколоть, попутав медикаменты. Нервы, все нервы…

* * *

Космические технологии, межпланетные путешествия, лазеры и бластеры… а дятлам все равно. Эти милые птички себя во все времена отлично чувствуют!

Командор так и подумал, глядя на трясущегося от страха секретаря.

– Да успокойся ты! Никто тебе ничего не сделает!

– Н-ну…

– И Лакс Рей в том числе. Раз уж ты сюда пришел… чего тебе надо?

– М-мне стало изв-вестно, что ло Рей имел разговор…

Ну да. Подробностей секретарь не знал, не такой Лакс дурак, чтобы кому-то доверять. Но даже из подслушанного мужчине стало ясно – Лакс Рей что-то задумал и сговаривается с даэрте.

Дарс задумался.

Мог этот слизняк узнать о засаде? Теоретически – мог, значит узнал. И донес. То есть может быть засада и на Дарса?

Может…

И что делать?

Да только одно. Бить сразу, не дожидаясь врага. И обследовать космос вокруг точки рандеву. Если там хоть что-то странное обнаружится, он перенесет встречу. Или

Дураком Дарс не был. Но и поражений до сих пор не знал, и мысли о них даже не допускал. Он победит и справится, что тут непонятного?

А Рей…

Посадить бы его в камеру! Нельзя… у него и связи, и все остальное. Вонь пойдет такая, что не отпишешься. А что тогда с ним делать?

Пока – ничего. Собирать доказательства, и если будет хоть малейшая возможность, Дарс его с грязью смешает. И никакие покровители тут не помогут.

Командор отпустил секретаря, и сидел, глядел в потолок. Там была отлично изображена карта местного звездного неба.

Планы, планы… тактика, стратегия, расстановка кораблей… самое забавное, что ни один бой никогда не идет по правилам. Никогда…

До высокой мудрости: «Главное ввязаться в драку, а там по обстоятельствам», он дошел сам, не зная о Наполеоне. А так может, и заволновался бы. Если бы знал, чем кончил этот героический завоеватель, отправившись на промысел в одну холодную и неприветливую страну.

* * *

– Элран?

Таня искренне удивилась, встретив молодого даэрте рядом со своим домом.

– Доброго дня, – поздоровался парень. И посмотрел так…чушь все это! И ничего не значит! И вообще… Мало ли, кто и как смотрит? Может, у него настроение хорошее, и вот и улыбается?

– Доброго, – кивнула Салея. – Таня, ты не возражаешь? Мне надо кое-что просчитать, а я не слишком сильна в теоретической магии. Меня многому не успели научить.

Таня молча кивнула.

Глупых вопросов задавать не хотелось, и так все понятно. Вряд ли ша-эмо учили магии пленную королеву. Скорее, старались из нее все выбить.

– Я могу вам чем-то помочь?

– Компьютером. Я до сих пор плохо с ним работаю, а считать придется много. И круги строить…

– Тогда обедаем – и за дело.

– Я приду позднее, – попробовал было, отказаться Элран, но отпустить гостя голодным? Да Людмила Владимировна внучку живьем бы скушала.

– Пообедай с нами. Пожалуйста.

– Хорошо, – тут же растаял даэрте. И улыбнулся еще очаровательнее. – Я благодарен за приглашение и честь, оказанную мне.

Да, честь. Одна из немногих трапез с королевой.

* * *

Бабушка Мила даже и удивляться гостю не стала. Поставила на стол еще одну тарелку, положила приборы, и принялась разливать по тарелкам лапшу. Самую обычную, куриную. Вермишель звездочками, морковка кружочками… вкусно – необыкновенно. Девушки в этом давно убедились.

Элран, тщательно скрывая свои эмоции, чтобы не обидеть человека, попробовал ложку, вторую… и принялся наворачивать так, что за уши не оттянешь. Вкусно же! Действительно вкусно!

Оценил он и куриный рулет, и пирог с ягодами. Все простое, дешевое в исполнении, но сытное и свежее. Пирог вообще только из духовки.

– Благодарю! Восхитительно!

Людмила Владимировна, которая отлично заметила взгляды мальчика на свою внучку, улыбнулась и погладила даэрте по волосам. Совершенно непроизвольным жестом.

– Кушай, мальчик. Еще кусочек пирога?

– Да, спасибо!

Салея только головой покачала. Миры меняются, а мужчины всегда и везде любят вкусно покушать.

* * *

После обеда все трое отправились к Тане в комнату. Не из желания уединиться, просто компьютер стоял именно там.

И начались скучные расчеты.

Магия – это не так, чтобы палочкой махнуть, метлой крутануть – и готово! Это много, очень много математики. Вот все трое и считали.

Примерный поток энергии от эскадры – спасибо Лаксу Рею. Он узнал, какое количество кораблей их будет ждать.

Отражатель, который должна создать Салея. Даже не вполне отражатель – хватит и корректировщика. Солнечный луч можно поймать в зеркало – и отправить в нужном направлении, в виде симпатичного и безобидного внешне зайчика. А вот что с помощью того же солнечного лучика и линзы можно что-нибудь поджечь… об этом забывают.

Салея собиралась создать такую линзу – и направить поток энергии на Дараэ. Там он активирует портал, но не так, чтобы через него надо было проходить. Это слишком долго.

Портал должен быть купольного типа. Чтобы накрыть определенную территорию – и готово. Стоял ты ЗДЕСЬ – и в следующий момент уже стоишь ТАМ. Иначе Салея не выдержит.

Хотя и так…

По всем подсчетам, она выгорала и погибала в первые тридцать секунд. И дело оставалось несделанным.

Таня только что зубами не скрипела.

– Лея, ну это… это просто нельзя! Ладно еще погибнуть! Но чтобы и бесполезно?

– Мне и самой не хочется – бесполезно, – Салея смотрела грустными глазами. – Только я пока не вижу выхода…

– А если кристаллы, концентраторы, линзы… что у нас тут есть? Или типа вогнутого зеркала?

Салея задумалась над этим вопросом.

– Да… может, и подошло бы нечто такое. Но нужно большое… и уже завтра? Чтобы хоть раз опробовать в действии…

Таня попробовала покопаться в интернете, но потом, застонав, махнула рукой.

– Фиг найдешь!

– А где… Минутку? Петров?

– Надо попробовать, – кивнула Таня. – Ничего другого мне в голову не приходит…

– Едем, – решительно поднялась Салея. – Ран, ты пока побудешь здесь.

– да, ваше величество.

– Попробуй еще раз все просчитать, может, мы что-то упускаем…

– Конечно, упускаете, – бабушка Мила не подслушивала. Просто в таких микроквартирках идеальная слышимость. – Ладно еще Лея, но у тебя, Таня, что было по физике?

– Четверка. Из жалости и сострадания. А еще потому, что я целый год уколы мамаше физика делала бесплатно.

– Оххх…

– Бусь, не надо про мое несовершенство. Давай по теме?

– Ну, если по теме – начинай читать. Про воздушные линзы, про линзы Барлоу… и учти. Линз нужного вам диаметра в природе просто не существует. Если они и есть, то не ближе, чем в Швейцарии, в ЦЕРНе. У нас-то последнее время наукой никто не занимался…

– И как тогда?

– А вот так… смотри! Воздушная линза, потом еще одна, линза Барлоу, и можно еще добавить. И вот так пойдет пучок света… в вашем случае – энергии.

– Бусь? А ты это откуда знаешь?

– Не из школы, не обольщайся. Просто у нас в экспедиции один из рабочих был когда-то физиком. Вот и рассказывал… было интересно.

– Остался один вопрос. Где взять эти линзы, – задумалась Салея.

– Сформировать самостоятельно, – отрезала бабушка Мила. – Лея, ты пойми, любая линза – стекло. Вот тебе формула стекла.

– Сода, песок… температура, давление…

– Итак, вопрос. Пояса астероидов. Можно ли в них найти необходимые компоненты? И составить заклинание, чтобы собрать в нужной последовательности? – бабушка Мила строго поглядела на молодежь.

Заклинание?

Дико звучит?

Не для человека, которого магией избавили от артрита. Считайте, она уверовала, раз и навсегда. И готова учиться дальше.

Ну, магия! Может, спустя лет триста появится и такая специализация в университетах? Маг черный, маг белый, маг зеленый… в соусе? Кто его знает?

Когда-то и за слово «экология» могли поленом ошарашить, а сейчас все с ней живут – и ничего?

– Можно, – решила Салея. – И даже опробовать можно, в меньших масштабах.

– Вот и отлично. Ты составляешь и опробуешь заклинание, а потом… потом остается только вопрос – как его активировать. Ты-то на орбите не окажешься, при всем желании.

– Мне и не надо, – пожала плечами Салея. – Орбита – это тоже Дараэ. Я дотянусь.

– За несколько сотен километров? Те же спутники ниже трехсот километров не летают, а то и за тысячу уходят?

Салея пожала плечами. Даже как-то безразлично.

– Со мной поделится силой планета. И не только она… те даэрте, которые не хотят уходить, готовы поддержать меня силой. Отдать все, чтобы жили их дети и внуки. Это очень много…

Людмила Владимировна задумчиво кивнула.

Много, да… такая серьезная штука – самопожертвование…

– Постарайтесь проверить еще раз, хватит вам сил – или нет. Посчитайте, сколько нужно на создание линз нужного размера, на то, чтобы их держать… думайте, дети! С физикой я еще помогу, но магия – не мое.

Салея посмотрела с благодарностью.

– С магией мы справимся. А с физикой… давайте считать?

* * *

Лакс Рей не видел снов. Никогда.

И потому появление в своем сне незнакомого даэрте воспринял удивленно.

– Что происходит⁉

– Ничего особенного, ло Рей. Вы же знаете, что мы многое скрываем, – успокоил его Шавель. – Это одна из наших способностей.

– Вот как?

– Это не вполне сон. И вы меня не забудете, когда проснетесь.

Лакс вздохнул. Что-то ему это не нравилось.

– Вы можете мне причинить вред во сне?

– Можем, – не стал врать Шавель. – Если вы умрете тут, то можете умереть и там. Я могу испугать вас, могу соврать, могу…. Да много чего возможно в таких снах.

О чем Шавель умолчал, это о том, что проходить в чужие сны способен только он. Как часть ноосферы Дараэ. Но его же и не спрашивали, верно?

Лакс нахмурился еще больше.

– Зачем тогда вы здесь? Хотите мести?

– Нет, ло Рей. Зачем?

– Незачем?

– Не будь вас, был бы любой другой наместник. Он бы действовал иначе?

Лакс качнул головой.

– Может, менее жестко, может, более. Но в тех же рамках, да.

– Тогда за что вас убивать? Если только вместе со всеми ша-эмо, а это долго. Ночи не хватит.

– Хм. А зачем тогда вы тут?

– Ло Рей, вы же хотите, чтобы Дарс Кет вылетел с позором?

Хочу? Мечтаю! Вслух Лакс этого не сказал, но морда лица у него получилась очень выразительная. Из-под маски человека выглянула хищная и злобная крыса.

– Что вы от меня хотите?

– Ничего, ло Рей. Катер, чтобы выйти за пределы атмосферы.

– И все?

– Все.

– Как я должен это устроить, по-вашему?

– Пошлите кого-нибудь с письмом к даэрте. Вам жалко?

– А дальше?

– Дальше даэрте сами отлично справятся. Без вас, только посылайте того, кто вам не слишком дорог…

Лакс задумался.

Ну… чисто теоретически – можно это сделать.

– Зачем вам катер?

– Выйти за пределы атмосферы. Ненадолго, минут на десять.

– И все?

– Да. Можно и без катера, но так дольше и сложнее, – не стал врать Шавель.

Рей хоть и не чувствовал во сне, когда ему лгут, но поверил. У даэрте ведь нет ничего летающего, они привязаны к своей планете.

– А ваши союзники?

– На ваших катерах есть автопилот. А у них – нет. То есть автопилот есть, а вот разведку этой местности они не проводили, состав атмосферы другой… да много что другое. Нам и надо-то на десять минут, не больше.