Текст книги "Исчезла, но не забыта"

Автор книги: Филипп Марголин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Бетси явно не ожидала ее появления.

– Вашей секретарши не было.

– О, Мне очень жаль, Нора. Мы ведь хотели вместе пообедать.

– Да, сегодня днем.

– Простите. Я обо все забыла. Мне на голову только что свалилось новое дело, и оно забирает все мое время.

– Мартин Дариус? Я уже знаю. Об этом было напечатано на первых страницах «Орегониана».

– Боюсь, что сегодня для ленча не самое подходящее время. Не могли бы мы перенести его на другой день?

– Никаких проблем. Нет, так нет. Только позвоните мне, когда сможете встретиться, – возбужденно проговорила Слоан. – Можно мне покрутиться вокруг этого дела: поприсутствовать на конференциях, поговорить с вашим сыщиком? Это блестящая возможность увидеть, как вы работаете с делом такой важности.

– Право, не знаю…

– Конечно же, я ничего не буду никому говорить. Я превращусь в муху у вас на стене.

Слоан была так возбуждена, что Бетси не очень-то хотела ее разочаровывать, но могла пострадать вся стратегия защиты. Входная дверь открылась, и на пороге появилась Энн с огромным коричневым пакетом в руках. Слоан посмотрела на секретаршу через плечо.

– Простите, – произнесла Энн, собираясь ретироваться, но Бетси остановила ее.

– Я обязательно поговорю с Дариусом, – обещала Бетси. – Мне бы не хотелось ущемлять права клиента.

– Прекрасно все понимаю, – согласилась Слоан. – Я позвоню через несколько дней, чтобы узнать окончательное решение.

– Еще раз прошу прощения за сорванный ленч.

– Пустяки. И еще раз спасибо.

Фургоны с надписью компании Си-би-эс, а также Эй-би-си уже припарковались рядом с домом Бетси.

– Кто это, мам? – поинтересовалась Кетти, когда две прекрасно одетые блондинки приблизились к их автомобилю. Женщины держали наготове микрофоны, за ними, как тень, следовали мускулистые мужчины с портативными телевизионными камерами.

– Меня зовут Моника Блейк, миссис Тенненбаум, – заявила та, что пониже, как раз в тот момент, когда Бетси собиралась открыть дверцу. Блейк пришлось неловко отступить, и в образовавшуюся щель пролезла другая блондинка.

– Как вы объясните, что женщина, известная своими феминистскими убеждениями, собирается защищать мужчину, подозреваемого в похищении, издевательствах и убийстве трех ее сестер.

От их слов Бетси буквально взорвалась. Она резко развернулась и в упор посмотрела на репортера из Эй-би-си, уже не обращая внимания на микрофон, направленный прямо ей в лицо.

– Прежде всего, я не собираюсь что-то объяснять. Пусть это делают власти штата. Второе, я – адвокат. И я обещаю защищать людей, неважно, мужчин или женщин, которых обвиняют в преступлении. Иногда этих людей обвиняют по ошибке. Мартин Дариус невиновен, и я горда тем, что могу представлять его права в защите против ложного обвинения.

– А что, если эти обвинения не ложные? – вмешалась репортер из Си-би-эс. – Разве вы сможете спокойно спать по ночам, зная, что он сделал с женщинами?

– Я надеюсь, что вы знакомы с Конституцией, мисс Блейк. Мистер Дариус обладает презумпцией невиновности. А теперь мне надо срочно приготовить обед своей маленькой дочке, которую я только что забрала с продленки. Мне не хочется больше отвечать на вопросы на пороге собственного дома. Я полагаю, что это может быть истолковано как нарушение моей частной жизни. Если хотите поговорить со мной, то позвоните сначала ко мне в офис и назначьте официальную встречу. И, пожалуйста, не приходите больше ко мне домой.

Бетси обошла автомобиль и открыла дверцу со стороны Кетти. Девочка выпрыгнула наружу и озиралась на камеры и репортеров, пока Бетси тащила ее к дому. Журналисты продолжали задавать какие-то вопросы, следуя по пятам.

– А нас по телеку покажут? – спросила Кетти в тот момент, когда Бетси в гневе хлопнула входной дверью.

Глава XI

1

Алан Пейдж попал в ловушку и теперь несся вниз с горы с головокружительной скоростью на автомобиле, да еще в час пик, по извилистому шоссе, тормоза при этом визжали, протекторы дымились, а сам Пейдж, как сумасшедший, накручивал баранку, пытаясь избежать столкновения. К тому моменту, когда окружному прокурору удалось все-таки проснуться и привстать в постели, его автомобиль в кошмарном сне находился всего в нескольких футах от ослепительных огней какого-то массивного грузовика. Фланелевая пижама Пейджа сделалась мокрой от пота, и он ясно услышал, как бьется его сердце. Алан глотнул воздуха, еще не совсем понимая, где же он все-таки находится, уже приготовившись умереть в огне расплавленного металла и в груде разбитых стекол.

– Господи! – только и сумел прошептать Пейдж, когда наконец пришел в себя. Стрелки часов показывали без двух минут пять. Оставалось ровно полтора часа до того момента, когда должен зазвонить будильник, и четыре с половиной часа до слушаний по вопросу о залоге. Алан вновь рухнул на подушку, будучи уверенным, что сон к нему уже никогда не вернется. Теперь его начал мучить вопрос, который постоянно сидел в голове с момента ареста Мартина Дариуса. Не слишком ли он поторопился? Действительно ли у него были неопровержимые улики, позволяющие доказать причастность Мартина Дариуса к убийству?

Росс Барроу и Рэнди Хайсмит возражали против обыска в доме Дариуса даже после заявления Гутьероса. Они предлагали подождать, пока не будет обнаружена Ненси Гордон, тогда все могло бы принять более солидный вид. Но Пейджу удалось настоять на своем, и он проинструктировал Барроу, чтобы тот арестовал Дариуса, как только будет установлено, что отпечатки шин, обнаруженные на стройплощадке, совпадают со следами какого-нибудь из автомобилей подозреваемого. Теперь же Пейдж серьезно начал сомневаться в своей правоте. Он рассчитывал, что Ненси Гордон обязательно найдут к моменту начала слушаний об освобождении подозреваемого под залог, но три детектива, ведущие поиски круглые сутки, не смогли ничего обнаружить.

Если ему уже не суждено заснуть, то уж отдохнуть-то он все равно попытается. Но стоило Пейджу закрыть глаза, как он вновь увидел Ненси Гордон. Он, не переставая, думал о пропавшем детективе с того момента, когда выяснилось, что тело ее так и не было обнаружено на стройплощадке. Если бы она была жива, то обязательно постаралась бы связаться с ним, как только узнала об аресте Дариуса. Или она просто вернулась бы в мотель «Лейквью». Ненси была мертва, и внутренним взором Пейдж увидел печать невыразимого страдания на ее лице. Только Дариус знал ответы на все вопросы Пейджа, но закон запрещал окружному прокурору допрашивать подозреваемого.

Теперь Алану понадобится вся его энергия во время судебных слушаний, поэтому надо отдохнуть во что бы то ни стало, но страх, засевший где-то глубоко внутри, по-прежнему не давал покоя. Тогда Алан решил, что ему надо срочно принять душ, затем побриться, поесть, надеть лучший костюм и накрахмаленную рубашку, недавно доставленную из стирки. Душ и плотный завтрак вновь смогут сделать из него человека. После чего Алан Пейдж сядет в автомобиль и отправится в здание суда, где попытается убедить Его честь Патрика Норвуда, судью округа Мултномах, что Мартин Дариус и есть разыскиваемый маньяк-убийца.

2

Мартин Дариус прекрасно выспался в камере и чувствовал себя вполне отдохнувшим, когда его вместе с другими сокамерниками окружной тюрьмы Мултнломаха разбудили охранники. Бетси Тенненбаум сумела организовать даже посещение личного парикмахера для своего клиента, а начальник охраны по такому случаю позволил Дариусу принять дополнительный душ перед судебными слушаниями. Только завтрак, состоящий из оладьев, политых каким-то приторным клейким тюремным сиропом, чей вкус Мартин попытался перебить кислым местным кофе, все-таки сумел испортить ему общее бодрое настроение. Дариус тем не менее стойко съел всю эту бурду, прекрасно сознавая, что впереди его ждет долгий и хлопотный день.

Бетси также добилась того, чтобы Дариусу поменяли его тюремную робу на костюм, в котором он был задержан. Когда Мартин встретил своего адвоката в комнате для допросов непосредственно перед началом слушаний, на нем был двубортный темный в белую полоску шерстяной костюм, поплиновая рубашка в мелкий рубчик и ручной работы синий шелковый галстук в белый горошек. На Бетси же был надет однобортный жакет и великолепно сочетающаяся с ним черно-белая юбка, а также белая шелковая блузка с открытым воротником. Они вместе пошли по длинному коридору, ярко освещенному прожекторами юпитеров, так как готовились телевизионные съемки. Адвокат и подзащитный выглядели, как какая-нибудь счастливая пара, сошедшая со страниц журнала «Образ жизни богатых и знаменитых».

– Как чувствуете себя? – поинтересовался Дариус.

– Прекрасно.

– Хорошо. Я хочу, чтобы вы были сегодня просто великолепны. Тюрьма может быть весьма любопытна в образовательных целях, и я уже созрел до того, что готов закончить эту школу.

– Рада признать, что вы по-прежнему сохраняете чувство юмора.

В ответ Дариус пожал плечами.

– Я очень верю в вас. Тенненбаум. Вот почему я вас и нанял. Вы лучше всех и не дадите мне пропасть.

Похвала была приятна Бетси. Она была почти уверена, что Дариус говорит искренне. Да, она лучшая из лучших. Вот почему Дариус и предпочел ее кандидатуру Метью Рейнолдсу, Оскару Монтойя и другим выдающимся и известным адвокатам, занимающимся уголовными делами.

– Кто наш судья? – вновь поинтересовался Дариус.

– Пет Норвуд.

– Как он выглядит?

– Сварливый старый чудак, готовый вот-вот отправиться на пенсию. Внешне он очень похож на тролля, а в суде ведет себя как настоящий людоед из сказки. Однако на его беспристрастность вполне можно положиться. Норвуд обычно груб как с прокурором, так и с защитой, и не позволит давить на себя ни Алану Пейджу, ни прессе. Если Пейдж действительно не представит веских доказательств, то судья поступит точно по закону.

– Думаете, власти штата легко примирятся с этим?

– Нет, Мартин, я так не думаю.

Дариус улыбнулся в ответ.

– Это то, что я и хотел от вас услышать.

Улыбка исчезла с его лица, когда ему пришлось перейти к другой теме.

– Лайза будет на суде?

– Конечно. Я говорила с ней об этом вчера.

– Кажется, вам лучше удается контактировать с моей женой, чем мне.

– Ваша жена живет сейчас со своим отцом. Ей было неуютно в опустевшем доме.

– Прекрасно, – сказал Дариус и одарил Бетси ослепительной улыбкой. – Я звонил домой Его чести прошлой ночью, и он сказал мне, что у него дома ее тоже нет.

– Может быть, она вышла куда-нибудь?

– Пожалуй. Когда в следующий раз свяжетесь с моей женой, то попросите ее навестить собственного мужа в тюрьме. Сделаете?

– Конечно. Да, пока не забыла. Есть еще женщина по имени Нора Слоан, которая пишет статью об адвокатах-женщинах, занимающихся уголовными делами. Она хотела бы принять участие в вашем деле, если позволите. У нее появится шанс получше изучить саму стратегию защиты, а также то, как адвокат добивается доверия своего клиента. Я сказала, что, прежде чем позволить ей что-нибудь, спрошу вашего разрешения. Не возражаете против такого положения вещей?

Несколько минут Дариус обдумывал полученную информацию, а затем покачал головой в знак согласия.

– Не возражаю. Помимо прочего, – улыбнулся он, – у вас появится больше мотивов защищать меня до последнего, если вы будете все время знать, что о вас пишут статью.

– Никогда не смотрела на дело с этой стороны.

– Потому я и стал миллионером, Тенненбаум, что мне всегда приходилось рассматривать жизнь с разных точек зрения.

3

Было, по крайней мере, несколько новых залов суда, оборудованных по последнему слову компьютерной и видеотехники, которые благодаря своему высокому статусу мог бы выбрать судья Патрик Л. Норвуд, но из всех возможных вариантов он предпочел тот зал, в котором ему в течение последних двадцати лет привелось распоряжаться людскими жизнями. Это была комната с высоченными потолками, мраморными колоннами и деревянным, украшенным резьбой помостом. Он был выполнен в старинном стиле и как нельзя лучше подходил человеку с темпераментом судьи далекого девятнадцатого века, который любил приговаривать к повешению.

Из-за Мартина Дариуса помещение было переполнено до отказа. Кто опоздал, тот довольствовался тем, что стоял у стены. Желающие послушать, что будет происходить в этом зале, должны были пройти досмотр с помощью детектора металла. Усиленная охрана присутствовала и в самом здании – ведь речь шла о серийных убийствах.

Харвей Кобб, пожилой негр, призвал собравшихся к порядку. Вместе с судьей Норвудом Кобб работал на всех слушаниях по вопросу залога с самого назначения на пост самого судьи. Наконец появился и Норвуд. Был он маленького роста, коренастым и страшным, как смертный грех, с жабьим лицом, украшенным пышной шевелюрой седых волос.

– Прошу сесть, – обратился к собравшимся Кобб. Бетси села рядом с Мартином и бросила быстрый взгляд в сторону Алана Пейджа, который пристроился рядом с Рэнди Хайсмитом.

– Вызовите своего первого свидетеля, мистер Пейдж, – приказал Норвуд.

– Вызывается Росс Барроу, Ваша честь.

Харвей Кобб попросил Росса Барроу поднять правую руку и поклясться говорить только правду. Затем Барроу отправился на место свидетелей, а Пейдж сообщил, что перед судом предстанет следователь из отдела по расследованию убийств.

– Детектив Барроу, примерно в середине августа вы слышали что-либо о серии необычных исчезновений?

– Да, именно так. В августе сотрудник нашего отдела, занимающегося делами об исчезновениях, Ларри Фаррер сообщил об исчезновении его жены Лауры Фаррер. Ларри рассказал детективу…

– Протестую! – тут же вмешалась Бетси, вскочив со своего места.

– Протест отклонен, – возразил судья. – Это слушание о возможном освобождении подозреваемого под залог, а не суд. В подобной ситуации властям штата предоставляются некоторые льготы. Если хотите сами допросить этих свидетелей, то вам следует вызвать их в суд. Продолжайте, мистер Пейдж.

Пейдж кивнул Барроу, чтобы тот продолжил.

– Фаррер рассказал детективу, что десятого августа он, как обычно, вернулся с работы домой около восьми часов вечера. На первый взгляд, в доме все выглядело нормально, но жены нигде не было. Одежда ее оказалась на месте, даже косметика была не тронута. Вообще, на взгляд хозяина, ничего из дома не исчезло. Лишь одна деталь была довольно необычной – это роза и записка, которую мистер Фаррер нашел на подушке своей жены.

– А сама роза не показалась странной?

– Да, сэр. Лабораторный анализ установил, что розу специально выкрасили в черный цвет.

– О чем шла речь в записке?

– Там была только одна фраза: «Исчезла, Но Не Забыта». Пейдж передал какие-то бумаги судебному клерку.

– Это фотокопия записки, обнаруженной Фаррером, а также фотография самой розы, Ваша честь. Оригиналы по-прежнему хранятся в лаборатории. Я говорил об этом с миссис Тенненбаум, и она хотела оговорить в качестве особого условия представление этих и других копий исключительно для нынешних слушаний.

– Это так? – спросил Норвуд у Бетси.

Бетси только кивнула в ответ.

– Принимается.

– Детектив, занимающийся исчезнувшими женщинами, сказал вам о следующем исчезновении в середине сентября?

– Да, сэр. На этот раз пропала Венди Рейзер, жена Томаса Рейзера. Об исчезновении, причем при подобных же обстоятельствах, заявил ее муж.

– Ничего не поломано в доме, ничего не исчезло?

– Ничего.

– Мистер Рейзер также нашел черную розу и записку на подушке своей жены?

– Совершенно верно.

Пейдж, как и в первом случае, передал фотокопию записки и фотографию розы.

– Что сказали в лаборатории относительно этого случая?

– Они подтвердили идентичность с первым.

– И, наконец, детектив, вам было известно о третьем, последнем случае исчезновения? Это случилось совсем недавно.

– Да, сэр. Рассел Миллер заявил о пропаже жены Виктории при сходных обстоятельствах. Опять записка и черная роза на подушке. И также ничего не пропало из дома и ничего не было сломано.

– Несколько дней назад вам удалось наконец выяснить, где эти женщины находились?

– Да, сэр, – мрачно кивнул в ответ Барроу. – Три мертвые женщины и труп неустановленного мужчины были найдены на стройплощадке, принадлежащей фирме «Дариус констракшн».

– Кто владеет этой фирмой?

– Мартин Дариус.

– Ворота на стройплощадку были закрыты?

– Да, сэр.

– Обнаружили ли вы дыру в ограде как раз напротив того места, где были найдены трупы?

– Да, сэр.

– Следы от протекторов были вами обнаружены тоже рядом с захоронениями?

– Точно так.

– Вечером, когда и был арестован мистер Дариус, вы действовали в соответствии с ордером на обыск?

– Да, сэр.

– Во время обыска вам удалось найти какие-нибудь транспортные средства?

– Мы нашли фургон, БМВ и черный «феррари».

– Подойдите сюда и предъявите суду вещественные доказательства под номерами от десятого до двадцать третьего, которые представляют собой фотографии самой стройплощадки, дыры в ограде, следов от протекторов автомобиля, места захоронения и тел, которые были найдены там, а также фотографии автомобилей.

– Возражений нет, – заявила Бетси.

– Принято.

– Был ли сделан слепок со следов протекторов?

– Были. Они полностью совпадают с шинами найденного нами автомобиля БМВ. Машина принадлежит Дариусу.

– А багажник БМВ вы тоже обыскали с целью найти новые улики в виде волос, кусочков ткани, которые могли бы принадлежать какой-нибудь из жертв?

– Да, сэр, так и было сделано, но мы ничего не нашли.

– Как эксперты объяснили это?

– Они сказали, что багажник недавно пропылесосили и тщательно вымыли.

– Сколько лет этому БМВ?

– Всего около года.

– Значит, автомашина абсолютно новая?

– Нет, сэр.

– Детектив Барроу, были ли вам известны какие-нибудь связи, существовавшие между подозреваемым и убитыми женщинами?

– Да, были. Мистер Рейзер работал в юридической фирме, которая представляет интересы «Дариус констракшн». Мистер Рейзер с супругой встречались с подозреваемым на вечеринке, которую устроил сам мистер Дариус в честь открытия нового торгового центра.

– Спустя какое время после исчезновения первой жертвы, Лауры Фаррер, была устроена вышеупомянутая вечеринка?

– Приблизительно через три недели.

– А миссис Фаррер и мистер Фаррер бывали на подобных вечеринках?

– Бывали. Мистер Фаррер работает в бухгалтерской фирме, которая также обслуживает компанию мистера Дариуса.

– А Рассел и Виктория Миллер?

– Они в свое время также приглашались на подобные мероприятия, помимо прочего, эта пара имела и более тесные контакты с подозреваемым. Мистер Миллер представлял интересы компании в «Бренд, Гейтс и Уолкроф». Это рекламное агентство. Миллеры вращались в тех же кругах, что и чета Дариус.

Пейдж сверился со своими записями, затем о чем-то посоветовался с Рэнди Хайсмитом и сказал:

– Можете допросить свидетеля, миссис Тенненбаум.

Бетси бросила взгляд на папку с материалами, в которых обращалось внимание на некоторые неясные положения по делу, именно их она собиралась сейчас выяснить с помощью Барроу. Бетси отобрала несколько полицейских отчетов, которые ей удалось получить от окружного прокурора.

– Доброе утро, детектив Барроу. Команда криминалистов штата Орегон осмотрела трех жертв, не так ли?

– Совершенно верно.

– А является установленным тот факт, что никто из этих блестящих специалистов не нашел ни одного доказательства, которое позволило бы связать мистера Дариуса со всеми этими убийствами и исчезновениями в доме Лауры Фаррер, Виктории Миллер и Венди Рейзер?

– Человек, который повинен в этих преступлениях, очень умен. Он прекрасно знает, как избавляться от улик на месте преступления.

– Ваша честь, – спокойно произнесла Бетси, – не могли бы вы напомнить детективу Барроу, что он должен внимательнее выслушивать вопросы и прямо отвечать на них. Я уверена, что мистер Пейдж сам в состоянии объяснить все суду во время прений.

Судья Норвуд бросил быстрый взгляд в сторону Бетси.

– Я не нуждаюсь в ваших указаниях, миссис Тенненбаум. Просто заявите свой протест, как положено. – После этого Норвуд повернулся к свидетелю. – А вы, надеюсь, достаточно часто выступали в качестве свидетеля, чтобы знать, как отвечать, когда вас спрашивают. Приберегите свои умозаключения до другого раза. Они все равно не произведут на меня должного впечатления.

– Итак, детектив Барроу, как насчет прямого ответа? Было ли найдено хотя бы малейшее доказательство того, что мой клиент действительно принимал участие в преступлениях, связанных с исчезновением женщин?

– Нет.

– А как насчет самих тел?

– Мы нашли следы протекторов.

– Ваша честь? – вновь обратилась Бетси к судье.

– Детектив Барроу, не хотите ли вы сказать, что следы были найдены на каком-нибудь мертвом теле? – саркастически поинтересовался судья.

Барроу выглядел смущенным.

– Простите, Ваша честь.

– Вы ясно поняли, о чем вас спрашивают? – вновь поинтересовался судья.

– На месте захоронений не было обнаружено ни единого доказательства, позволяющего связать подозреваемого с убийством хотя бы одной из этих женщин, – ответил наконец Барроу.

– В том же захоронении был найден и труп мужчины?

– Да.

– Кто он?

– Мы не знаем.

– Значит, этот труп также нельзя связать с мистером Дариусом?

– Это неизвестно. Пока мы не узнаем, кто этот мужчина, установить хоть какую-то связь с мистером Дариусом почти невозможно.

Бетси собиралась было выразить протест, но йотом решила оставить эту реплику без внимания. Если продолжать припирать Барроу к стенке, он обязательно проколется где-нибудь.

– Вы сказали судье о том, что обнаружили следы протекторов недалеко от ограды стройплощадки. Почему же вы тогда ничего не сказали о результатах допроса Руди Дочмана?

– Я действительно допросил его, но что из этого следует?

– У вас есть протокол допроса? – спросила Бетси, подходя к свидетелю.

– С собой нет.

– Почему бы вам тогда не взять мою копию и не прочитать этот параграф? – Бетси протянула полицейский отчет. Барроу прочитал и поднял голову.

– Мистер Дочман – мастер из компании «Дариус констракшн», который работал как раз на том месте, где были найдены мертвые тела, – пояснила Бетси.

– Совершенно верно, – подтвердил Барроу.

– Рабочий заявил вам, что мистер Дариус время от времени посещал строительство, или нет?

– Заявил.

– И делал он это на своем БМВ?

– Да.

– Наверное, он также объяснил, что дыра в ограде уже существовала какое-то время до того, как обнаружили тела?

– Да.

– Ее вполне могли сделать и те, кто сжег строительные постройки в знак протеста несколько недель назад?

– Вполне возможно.

– А есть ли какие-нибудь улики, которые позволили бы точно установить связь мистера Дариуса с черными розами и записками?

Создалось впечатление, будто Барроу собирается что-то сказать, но он передумал и отрицательно покачал головой.

– И вы не отрицаете этого, несмотря на то что офицеры полиции города Портленда обыскали мистера Дариуса?

– Мы ничего не нашли, что позволило бы связать подозреваемого с черными розами и записками, – ответил Барроу.

– Равно как и не были обнаружены орудия убийства?

– Нет.

– Ничего не нашли и в багажнике БМВ?

– Нет.

Бетси повернулась в сторону своего клиента и спросила его:

– Может быть, вы хотите, чтобы я задала еще какие-то вопросы?

Дариус улыбнулся и ответил:

– Прекрасная работа, Тенненбаум.

– У меня больше нет вопросов к свидетелю, – заключила Бетси.

Барроу буквально вытащил себя со скамьи свидетелей и быстро пошел в самый конец зала, в то время как Пейдж вызывал нового свидетеля.

– Доктор Сьюзен Грегг, – громко объявил Пейдж.

Появилась привлекательная сорокалетняя женщина, одетая в строгий серый костюм.

– Имеет ли смысл обсуждать здесь профессиональные качества доктора Грегг в связи с нашими сегодняшними слушаниями? – обратился к Бетси Пейдж.

– Мы подтверждаем, что доктор Грегг хорошо известна суду. Для этих слушаний заявляем, что доктор Грегг является медицинским экспертом штата и ее мнение о возможных причинах смерти вполне квалифицированное, – подтвердила Бетси.

– Благодарю, – коротко отреагировал Пейдж. – Доктор Грегг, в начале этой недели вас вызывали на стройплощадку «Дариус констракшн», чтобы осмотреть останки тех, кто был найден на месте преступления?

– Да.

– И вы лично проводили вскрытие всех четырех жертв?

– Да.

– Что показало вскрытие?

– Среди прочего вскрытие было призвано установить точную причину смерти.

– Не могли бы вы дать более полный отчет о проделанном вскрытии?

– Конечно. Я обследовала тела, чтобы найти серьезные телесные повреждения, следы болезней и другие возможные естественные причины смерти.

– Какая-нибудь из обследованных вами жертв умерла естественной смертью?

– Нет.

– Какие телесные повреждения вам удалось обнаружить?

– Все четыре жертвы имели большое количество ожогов, а также глубоких порезов в различных местах. Труп мужчины были лишен трех пальцев. Соски грудей женщин были вырваны, тела изрезаны, как и половые органы. Хотите, чтобы я детально описала характер нанесенных увечий?

– Для этих слушаний это совсем необязательно. Как умерли три женщины?

– В результате порезов брюшной полости был поврежден кишечник и внутренности.

– Когда у человека вырезают почти весь кишечник, он умирает моментально?

– Нет. В этом состоянии человек продолжает еще какое-то время жить.

– Примерно сколько?

Доктор Грегг в недоумении пожала плечами.

– Трудно сказать. От двух до четырех часов. Жертвы в таком состоянии обычно умирают от болевого шока и потери крови.

– Можно ли сказать, что именно это и стало причиной смерти всех трех женщин?

– Да.

– А как насчет мужчины?

– Причина его смерти – огнестрельное ранение в затылок. Стреляли из ружья.

– Вы прибегали к лабораторным исследованиям?

– Да. Я проверила кровь на содержание алкоголя. Результат полупился отрицательным для всех четырех жертв. Была исследована также моча на предмет обнаружения наркотиков, в основном пяти видов: кокаин, морфий, марихуана, амфетамин и ПСП. Результаты и этих исследований оказались отрицательными.

Пейдж еще раз заглянул в свои записи, а потом проконсультировался о чем-то с Хайсмитом, прежде чем передать свидетеля Бетси. Бетси еще раз проглядела результаты вскрытия и начала:

– Доктор Грегг, мое внимание привлекло ваше заключение на четвертой странице данного отчета о том, были ли изнасилованы женщины. Что вы можете сказать по этому поводу?

– Мне трудно что-либо утверждать. Синяки и кровоподтеки вокруг половых органов обнаружены были. Разрывы также свидетельствуют о насильственном проникновении внутрь инородного тела или предмета.

– Анализ на сперму производился?

– Производился, но ничего обнаружено не было.

– Значит, вы не можете точно утверждать, что все три женщины были изнасилованы?

– Могу сказать только о проникновениях. Но нет никаких признаков, что это был мужской половой орган.

– Могли бы вы с уверенностью сказать, что убийство произошло именно на стройплощадке?

– Наоборот, я уверена, что все они были убиты где-то еще.

– Почему вы так уверены?

– В противном случае на месте преступления осталось бы много крови. Порезы, у женщин не достает некоторых органов.

– А дождь не мог смыть всю кровь?

– Нет. Тела был и зарыты. Дождь же мог смыть кровь только на поверхности, но в земле ей некуда деться.

– Итак, вы считаете, что людей убили где-то еще, а затем тела перевезли на стройплощадку.

– Совершенно верно.

– Если трупы перевезли в багажнике БМВ, можно ли было затем так вычистить его, чтобы не осталось никаких следов?

– Протестую! – тут же встал Пейдж. – Доктор Грегг не обладает достаточной квалификацией, чтобы ответить на этот вопрос. Она всего лишь медик, а не криминалист-химик.

– Пусть ответит, если может, – возразил судья.

– Боюсь, что это выходит за рамки моей компетенции, – согласилась с Пейджем доктор.

– Кишечник мужчины не был вывернут наружу?

– Нет.

– У меня больше нет вопросов.

Наконец пришлось встать и Алану Пейджу. Он выглядел немного растерянным.

– Ваша честь, я собираюсь выступить в качестве свидетеля. Мистер Хайсмит может провести опрос.

– Протестую, Ваша честь. Это неэтично – выступать в качестве свидетеля прокурору, да еще по делу, которое он сам ведет.

– На суде присяжных подобное правило действительно есть, Ваша честь, – попытался возразить Пейдж, – но суд не нарушит закона, если выслушает меня в качестве свидетеля. Все возможные вопросы я постараюсь уладить, так как сам принадлежу к администрации штата.

Норвуд был явно озадачен таким неожиданным заявлением.

– Ничего подобного не было в моей практике. Объясните, почему вы сами собираетесь выступить в качестве свидетеля?

– Что он задумал? – шепнул Дариус в самое ухо Бетси.

Бетси только недоуменно покачала головой. Сейчас она внимательно изучала Пейджа. Он выглядел не совсем здоровым, что-то сильно беспокоило окружного прокурора.

– Ваша честь, у меня имеются очень веские доказательства, которые вы обязаны выслушать, если собираетесь принять единственно верное решение по вопросу освобождения под залог. Пока же я не предъявлю их, вы не будете до конца уверены в том, что Мартин Дариус как раз и является тем человеком, который убил Лауру Фаррер, Венди Рейзер и Викторию Миллер.

– Вы меня озадачили, мистер Пейдж, – в раздумье произнес Норвуд. – Как вам удалось получить эти доказательства? Вы были очевидцем? Нет, я не могу пойти на это.

Пейдж откашлялся, а затем продолжил:

– Ваша честь, у меня был действительно важный свидетель. Ее зовут Ненси Гордон.

Дариус сделал глубокий вдох и наклонился вперед.

– Десять лет назад, – продолжил окружной прокурор, – подобная серия убийств произошла в штате Нью-Йорк, в городе Хантерс-Пойнт. За день до того, как мы обнаружили изуродованные тела, детектив Гордон подробно рассказала мне о тех давних убийствах, а также о том, почему она уверена, что все их совершил Мартин Дариус.

– Тогда вызовите в качестве свидетеля детектива Гордон, – предложил судья.

– Не могу. Она пропала и, может быть, уже мертва. Гордон зарегистрировалась у себя в мотеле после того, как рассталась со мной. Я звоню на ее номеру несколько раз, около восьми и в половине девятого следующего утра. Думаю, что с детективом что-то произошло вскоре после ее регистрации. Похоже на то, что она начала распаковывать чемоданы, когда что-то ей помешало. Все принадлежавшие детективу вещи так и остались нетронутыми в комнате, но сама Ненси Гордон за ними до сих пор не вернулась. Целая команда детективов разыскивает ее повсюду, но им пока нечем похвастаться.

– Ваша честь, – начала Бетси, – если мистер Пейдж действительно собирается засвидетельствовать показания этой женщины, которые, по его мнению, должны доказать причастность моего клиента к убийствам, происшедшим десять лет назад, то все это очень уж будет похоже просто на слухи. Суд дает мистеру Пейджу в этом деле бесспорные преимущества, но и у мистера Дариуса есть свои права, закрепленные в конституции, в соответствии с которыми он должен непосредственно противостоять всем свидетелям, выступающим против него.