Текст книги "Проклятие для инквизитора (СИ)"
Автор книги: Фатя Скоморох
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)
Сырой холод пронизывал, не обращая внимания на тёплую одежду, и скоро Тиана стала стучать зубами и эта дробь нарушала вековую тишину, стоявшую здесь.
Они всё дальше углублялись в лес. Шли долго. Тиане это время казалось вечностью. Ноги гудели от усталости. Очень хотелось жаловаться на жизнь, но она лишь сжала зубы и молилась о скором привале.
Ночевать пришлось под открытым небом. Кальма развела небольшой костёр, раскурила трубку и долго вглядывалась в танцующее пламя. Тиана сидела, тесно прижавшись к ней. Большая чёрная шаль укрывала обеих.
Их разбудил треск. Внезапный, нарушивший густую тишину звук мигом стянул с ведьм сонливость. Они подскочили.
В туманной дымке плавал огромный чёрный силуэт похожий на размытую в молоке кляксу, расцвеченную двумя красными огоньками глаз. Поодаль Тиана различила ещё несколько клякс, но те по форме больше напоминали людей. Очень высоких и очень худых.
Шорох повторился, и силуэт осторожно двинулся в сторону путниц.
– Что привело сюда Кальму, поцелованную Тьмой, и её дочь?
Голос этот не обратил внимания на то, что у ведьм есть уши и прозвучал сразу в их голове. Эффект получился зловещим.
– Соул, – прошептала Тиана и попятилась.
– Оставайся на месте, ведьма! – неожиданно мужественный и звонкий голос пригвоздил Тиану к земле.
Она рассудила, что лучше не злить тут того, кто умеет так красиво угрожать одной лишь хлёсткой интонацией. Кальма недовольно закряхтела.
– Доброе утро, Соул, хранитель Сумрачных земель. Благодарю, что так скоро откликнулся на мой зов. Я хотела выпросить у тебя семя клети для моей воспитанницы Тианы. Я видела, что для неё здесь зреет Дар.
– Ты права, ведьма. Мы принесли его с собой, но взамен я попрошу её об услуге.
– Ты права, ведьма. Мы принесли его с собой, но взамен я попрошу твою дочь об услуге.
Он обратил пронзительно сверкающий взгляд на Тиану. Она еле удержалась, чтобы не броситься наутёк. Понимала, что эта лохматая чёрная зверюга в один прыжок её догонит, да и со всех сторон их окружили древнелюды. Прорываться через такую блокаду удовольствие сомнительное и бесполезное. Если уж сильные мира сего решили порадовать вас подарком и обязательствами, то отказаться вы сможете только в том случае, если планировали в ближайшее время расстаться с жизнью. Тиана решила жить долго и по возможности счастливо, поэтому приготовилась слушать и не удивляться.
Соул стоял, чего-то ожидая. Один из древнелюдов вышел из тумана протянул Тиане раскрытую ладонь. Она не сразу сообразила, что ей нужно сделать и, раскрыв рот, изучала представителя другой расы.
Отличия были разительными, но не настолько, чтобы отпрянуть от него с диким криком. Он был лыс и явно не знал бритвы. Он был высок и худ, но назвать его хилым в лицо побоялся бы даже вооружённый до зубов громила. Кожа была тёмной и серой, как кора дуба, – вся покрыта выпуклыми узорами похожими на шрамы. И глаза жёлтые как у инквизиторов, но не человеческие, радужка не оставила мета для белков. И нос обошёлся без переносицы.
Одежда гармонично сочетала в себе кожу, мех, ткань из грубого зеленоватого волокна и огромное количество побрякушек.
Древнелюд пошевелил рукой, переключая её внимание на свою ладонь. Тиана увидела маленькую веточку. На одном её конце пробивалось несколько отростков. Метёлка в миниатюре.
– Что это? – спросила она недоумённо.
– Из семени клети вырос этот росток, – чарующий голос древнелюда обласкал её слух. – Ни нам, ни ведьмам он не подходит. Быть может, ты станешь его хозяйкой.
Он ближе протянул руку, и Тиана медленно поднесла палец. Веточка дрогнула и обвела его подобно кольцу в виде метёлки. Тиана погладила бархатистый ободок.
Древнелюд вернулся в туман и пропал из виду.
– Метла? – сказала она и почувствовала согласное дрожание.
– Зачем делать из клети метлу? – удивилась Кальма.
Тиана пожала плечами и уверенно ответила:
– Больше из неё ничего не вырастет.
Соул фыркнул, обращая внимание ведьм на себя.
– Ты, – прозвучало рычание, минуя уши, прямо в центре ее разума. – Попросишься на работу к инквизиторам и поможешь им найти Черную птицу.
– Я? Но как?
– Следуй за своей тенью. Она подскажет тебе.
Соул, мягко ступая по мху, ушёл. Вслед за ним один за другим пропали размытые силуэты древнелюдов.
– Пойдём, – ворчливо приказала Кальма. – Проделать такой путь из-за метлы. Мои седины не видели ничего бессмысленней.
– О, бабуля! Ты не представляешь, что это будет за метла!
– Ну, по крайней мере, твой дом будет всегда чист.
Тиана в ответ только рассмеялась. Больше ей веселиться в обществе любимой бабули не пришлось никогда.
Ходунок одиноко и печально скрипел на ветру. Кальма тяжело поднялась на крыльцо, не отказавшись на этот раз от помощи, доковыляла до кровати и произнесла:
– Я так устала, моя девочка, так устала.
Кальма спала, а Тиану постепенно накрывало предчувствие утраты. Очень уж надсадно скрипели стены ходунка, бегущего по склону холма.
Старая ведьма умерла в небольшой рощице в неделе пути до Заверти. Ходунок её не развалился, как дом Арты несколько лет назад – он стал толстым раскидистым дубом, под которым, оплакивая своё горе, провела несколько дней Тиана.
Глава 8, в которой Тиана встретила старого знакомого
Дорога до Заверти выдалась гадкой из-за тяжёлых туч и сыпавшейся на голову непрерывной мороси. Только метёлке было хорошо. Она росла, крепла и обзавелась двумя длинными, уродливыми и торчащими в разные стороны веточками, которые хитро складывались во время пути, сливаясь со стволом причудливым узором. Зачем они ей Тиана понять не могла. Прутики тоже заимели обыкновение переплетаться в форму яблочка и оставаться так до нового привала. Тиана сделала из метёлки что-то вроде трости: и идти легче, и палку нести не надо. Тащила вещи в заплечном мешке и порой хотела выбросить его куда подальше, но прижимистость бабули передалась ей по наследству, потому своё скромное богатство она, сжав зубы и сдвинув брови, несла до города. Ведьмы не боятся трудностей!
Повсюду зеленела листва мокрая листва, чавкала земля под ногами, под плащ задувал наглый ветер. Нет ни крыши, под которой можно укрыться и костёр из отсыревших веток не развести. Тиана впервые за всю жизнь вкушала тяготы пешего путешествия и отчаянно скучала по ходунку. По бабуле.
Эх! Вспоминала Тиана тёплые брёвна дома, бабушку Кальму, её родные шершавые руки, и на душе становилось тяжко, так же сыро и дождливо, как в мире вокруг. Тоска и одиночество поселились в груди. И встретить чужой ходунок, нет никакой надежды. Она последняя в Поднебесной империи ведьма. Остальные одна за другой отправились в Сумеречье, спасаясь от преследования охотников на ведьм, коих развелось в последние годы немало.
Чёрная птица уносила жизни всё новых и новых людей, делая их одержимыми Тьмой. Изменяя, превращая в чудовищ. Все увидели в ведьмах источник своих бед и разожгли костры.
Утром Тиана наткнулась на одного перерождённого в лесу. Ужасно перетрусила. Бывший человек слепо двигался в её сторону, жадно принюхиваюсь. Дождь капал с его редких волос, с носа. Глаза, покрытые плёнкой катаракты, жутко таращились на неё.
– ПОДИ ПРОЧЬ, – властно и спокойно произнёс басом её раздвоившийся голос.
Она ощутила чужое космическое спокойствие – бескрайнее, чёрное и холодное. Вечное. Дыхание её расползалось по воздуху морозными клубами.
Перерождённый дёрнулся, как будто его ударили, тихо заскулил и упал в грязь.
Тиане стало его жалко. Чудовище внутри неё разделило чувство. Оно ласково погладило несчастного по почти лысой голове и одним нечеловечески быстрым движением свернуло ему шею.
Тиана глупо смотрела на умертвлённую тварь у своих ног. Руки ее дрожали. Ужас охватил её.
– Бабуля! Как же я без тебя? – закричала она в небо и добавила тихо. – Одна.
Дни превратились длинную серую муть, перемежавшуюся с холодной чернотой ночи. Когда сил не осталось совсем, а ноги передвигались лишь благодаря ведьмовскому упрямству, Тиана неожиданно вышла на широкий хорошо утоптанный животными и людьми тракт.
Идти по ровной каменистой дороге было куда легче.
Скоро её нагнал обоз. На железных прутьях над кузовком, из которого торчали мешки, была натянута пропитанная воском парусина. Она колыхалась из стороны в сторону, стряхивая капли воды.
– Добрый день, уважаемый! – окрикнула круглолицего и седобородого возницу Тиана. – Далеко ли до Заверти?
– К вечеру доеду. А пешком… Только к утру можно дойти, – старик подозрительно на неё покосился.
Обоз прогромыхал мимо неё. Тиана проводила его завистливым взглядом, но тут послышалось: «Тпр-р-ру – у!», – и он остановился.
Старик выглянул из-за полога.
– Эй! Девица! Садись, подвезу!
Тиана резво, насколько позволяли уставшие ноги, дошла до обоза и забралась внутрь. Села рядом с возничим. Через пару мгновений по пологу забарабанил, сменив морось, равнодушный ливень.
– Спасибо тебе, добрый человек! Пусть Антис благословит твой путь!
– Антис нынче отвернулся от нас. Но сердечная благодарность всяко в такую погоду греет, да и после темноты на дорогах опасно. На, хлебни-ка. Самогон моей хозяйки на всю Заверть славится, – старик протянул ей флягу.
Едкий запах ударил в нос. Тиана хотела отказаться от напитка, но дед так искренне гордился талантом жены, что она постыдилась отказываться. Сделала маленький глоток и закашлялась.
– Хорошая сивуха, – оценила она.
Напиток действительно оказался хорош. Мягкий, как снадобье, но обжигающий, как огонь, он медленно спустился в желудок, согрев его, будто тлеющие угольки, согревают печь.
Перед носом появился кусок хлеба с сыром.
– Закусывай. Уж больно вид у тебя заморённый. Развезёт без еды.
Она сделала ещё несколько глотков, между которыми съела весь хлеб. Волшебное тепло побежало по телу. Тиану стало клонить в сон. Ее спутник это заметил.
– Перебирайся на мешки. Я разбужу тебя, как доедем до Заверти.
Тиана осторожно легла на указанное место. От мешков воняло мышами, пылью и зерном. Свою кладь положила под голову, обняла метёлку и уснула под мерное пение дождя.
Кто-то осторожно тряс её за плечо.
– Бабуля, дай мне ещё поспать, – пробормотала она в ответ, плотнее закутываясь в одеяло.
Старик посмотрел на неё, прицениваясь, и видно, решил, что с этой овцы клочка шести не состричь и потому сказал:
– Так, мы уже в харчевне. Я тоже в ней остановлюсь сегодня. Ох и зарядил сегодня дождь! Будь он неладен!
Он соскочил с обоза и кинул поводья молодому парню. По лицу того можно было догадаться, что любопытство его одолевает. Он, не стесняясь, заглядывал под тент и рассматривал растрёпанную девушку.
Тиана поспешила слезть с мешков и пойти вслед за стариком.
И они вошли в мощеный камнем небольшой двор, окружённый с трёх сторон домом выстроенным буквой «П».
В густых сумерках да под проливным дождём она мало чего различила. Сбитая с толку и одичавшая за несколько дней одиночества в лесу, Тиана хвостиком плелась за малознакомым человеком. И не доверяла ему толком, а поделать с собой ничего не могла, так хотелось ей прижаться к кому-то, чтобы хоть на мгновение забыть про тяготы случившейся теперь жизни. Почувствовать защиту.
Харчевня, как ей и полагалось, была уставлена столами разного размера, стульями и лавками. Каменный пол чисто выметен. Стены тоже каменные, но намного светлее пола. В прорезях окон уютно висели белые занавеси. Судя по пятнам, о них иногда постояльцы вытирали руки.
Людей оказалось немного. Тиана не обратила на них внимания, прошла на кухню, прячась за спиной старика.
– Вернулся, наконец! Я уж думала, дотемна не успеешь! – огромного роста женщина нависла над ними. – А это что за мокрый цыплёнок?
– Это постоялица, – равнодушно бросил её муж и прошёл к столу. – Проголодался с дороги. Накрой на стол.
Тиана топталась в дверях, не зная, как ей быть: уйти или, может быть, остаться. Покосилась на окно, за которым бушевала стихия. Решила про себя добиться места в этом тихом и уютном заведении. Решительно поправила лямки мешка и нежно прижала к себе Метёлку. Жест по отношению к неказистой палке не остался без внимания.
– Она сумасшедшая?
– Нет, – невежливо встряла Тиана, отдавая дань воспитанию хозяйки. – Я бы хотела остановиться у вас, если позволите.
– Н-да? А чем заплатишь?
– У меня есть несколько монет, но если не хватит, то могу отработать, – Тиана вздёрнула подбородок, ведьма она или кто?
Достала пару серебрушек и бросила на стол.
– Интересно… – хозяйка тоже посмотрела на окно. – Этих монет хватит на три дня. Маленькая комнат и две миски похлёбки? Или желаете чего-нибудь другого?
Прозвучало как угроза, но в устах такой мощной женщины все слова приобретали силу стального кулака.
Она накрыла старику на стол и сказала:
– Но до постели я подпущу тебя только после бани. Идём.
Тиана вновь пустилась в путь, но теперь вышли на деревянный сруб. Внутри было невыносимо жарко.
– Здесь только что парились постояльцы. Чистая вода, – указала на две бадьи. – Помоешься и постираешь своё тряпьё. Постой тут, я принесу тебе платье.
Тиана осталась одна ненадолго, в углу она заметила странную шевелящуюся кучу сажи. На потолке тускло мерцала стеклянная звёздочка: тут явно экономили энергию магнитума. Света было недостаточно. Тени в бане колыхались в такт шевелению сажи. Тиана подошла ближе, чувствуя, как вымораживается нутро.
Не успела она приглядеться, как услышала тяжёлые шаги хозяйки.
– Держи. Вещи развесишь вещи у печи, и они до утра высохнут. Это платье оставь себе, если хочешь. Оно ненамного лучше твоего. Мыло возьмёшь там. Вот так открывать и закрывать замок, – женщина щёлкнула замком. – Даю тебе час.
Тиана, оставшись одна, вновь бросила взгляд на тёмный угол, но тот оказался совершенно чист – никаких теней, сажи и следов черноты. Она скинула с себя бельё и залила его горячей мыльной водой. Решила выстирать побыстрей. Не забыла и про грязные вещи в заплечном мешке.
Жаркий воздух прогрел её нутро и теперь выходил вместе с потом. Голую спину щекотали скатывающиеся капельки. Губы стали солёными. Тиана взбила пену на волосах и с наслаждением смыла с них тяготы прошедших дней.
Среди чужих вещей помимо платья оказалась хлопковая рубаха и панталоны. Платье из мягкой шерсти выкрашенное в тусклый зелёный цвет оказалось великоватым и довольно поношенным. Тиане было всё равно. Главное – все эти вещи сухие и тёплые.
Баню после себя она начисто вымыла. Аккуратно расставила лавки и открыла дверь. Прохладный, сырой воздух прошёлся по щекам, забрался под платье. Очень приятно.
Не успела она пройти пары шагов, как появилась сама хозяйка. Оттеснив Тиану сторону, прошла в баню, осмотрелась там и осталась довольна.
– Ну вот теперь другое дело! – сказала она, поправляя на Тиане платье. – Подвяжем верёвочкой, и никто не заметит, что тебе оно велико.
Тиана в ответ вежливо кивнула.
– Спасибо вам!
– Сегодня помоешь посуду на кухне, а завтра будешь разносить гостям еду и питьё. Но с утра приберёшься в комнатах. Тогда за этот день я не возьму с тебя платы.
Гора тарелок и кастрюль привела её в уныние, но скоро руки выполняли работу сами, а Тиана предавалась раздумьям. Она решила, что сходит к гавани и поспрашивает людей о «Ветерке». Если его там не окажется, то придётся ждать и работать в харчевне пока не прилетят ее друзья.
– Как тебя зовут? – прозвучал зычный голос хозяйки.
– Эм-м-м…Анна.
Тиане вдруг захотелось оставить своё настоящее имя при себе.
– А ты шустрая девица, Анна. Сегодня каморка на втором этаже твоя. Присаживайся и ешь, больно вид у тебя заморённый.
Перед Тианой плюхнулась миска с наваристой мясной похлёбкой. Ароматный пар плясал над ней, обещая вкусный и сытный ужин. Рядом хозяйка положила корзину с хлебом. Под пытливым взглядом женщины Тиана ела медленно, стараясь сохранить достоинство. Но хотелось совсем иного. Подуть от души на ложку и прихлёбывая, и обжигаясь отправить её в рот. Съесть весь свежий хлеб, откинуться на спинку стула и с блаженным видом всё переваривать.
Видно, все эти желания отразились на её лице. Хозяйка довольно хмыкнула, довела сонную гостью до крошечной комнатки на втором этаже, вручила ей ключ и удалилась бросив:
– Да хранит твой сон Антис.
В комнатке всё было до того маленьким и тесным, что Тиана с непривычки начала задыхаться. Она открыла узенькое и длинное окошко, впустив мокрый от дождя воздух. Для этого ей понадобилось всего лишь сделать один маленький шажок к кровати и перегнуться через неё. У изголовья обнаружились приколоченные к стене узкие полки, рядом небольшой стол, а под ним табурет.
Свежая солома в матрасе зашелестела, когда Тиана отважилась прилечь. Простыни пахли мылом, а старенькое одеяло овечьей шерстью. За приоткрытым окном недовольно барабанил дождь и Тиану охватило по-детски злорадная радость – ни одна холодная и мокрая капля её тут недостанет!
Ночь выжала все тучи досуха и, наконец, после стольких серых дней сквозь тонкие облака на долину брызнул золотой и тёплый солнечный свет.
Шаловливые лучи проникли в каморку, щекотали веки спящей девушки, играли на двух тощих веточках Метёлки.
Тиана закрыла ладонью глаза и закряхтела, не желая просыпаться. Метелка подцепила лёгкое одеяло и пригвоздило его к низенькому потолку.
– Ах, какая же ты вредная! Я уже встаю!
Ведьма наскоро привела себя в порядок и спустилась. Метёлку несла в руках: та за ночь подросла и мало походила на трость, а до посоха ей ещё расти и расти.
– Доброе утро! – хозяйка прошла мимо, нагруженная подносами.
– Доброе…
Нормально поздороваться Тиана не успела – несмотря на свои габариты, женщина двигалась быстро и ловко. Нельзя сказать, что изящно, но Тиана отметила в ней мощную стать волевого человека.
Она села в небольшом закутке почти под лестницей и прислонила Метёлку, которая опять стала добропорядочной палкой, к стене. Не успела она оглядеться, как об стол звонко стукнула миска с кашей и чашка чая.
– Спасибо…
Хозяйка вновь не услышала ее. Она уже стояла у дальнего столика и со скоростью света обслуживала мужчину в потрёпанном военном мундире. У него был усталый и сосредоточенный вид человека, который в уме решает безумно сложную задачу и никак не придёт к нужному ответу. Он машинально зачерпывал кашу и ел, прерываясь только для того, чтобы сделать пометки на куске бумаги. Иногда бросал нетерпеливые взгляды на входную дверь, будто кого-то ждал.
Тиана как раз допила чай, когда дверь распахнулась, и в харчевню вошёл он. Метёлка со стуком рухнула под стол и Тиана быстро нагнулась вслед за ней, прикидываясь, будто хочет подобрать её. Сама же с замиранием сердца следила, как янтарные глаза внимательно прошлись по помещению. Мазнули и по ней.
Ронан прошёл к военному и сел к ней спиной. Тиана тихонько выдохнула. Перед носом остановились огромные, растоптанные башмаки. Трепыхнулось серое платье, закрывая их.
– Что-то потеряла?
– Нет. Я свою палку уронила, – Тиана старалась не коситься в сторону инквизитора.
– Твои вещи, Анна. Я всё собрала сюда.
На стул рядом хозяйка положила заплечный мешок.
– Благодарю. Я комнату пока оставляю за собой, если можно. Но уборку сделаю после обеда. Мне нужно кое-куда сбегать по делам.
Теперь уже Тиана не услышала слов хозяйки, так быстро она унеслась в свою комнату подальше от цепких глаз инквизитора. Лестница располагалась очень удобно – рядом с входом, через зал и не нужно идти, чтобы добраться до входной двери. Обратный путь Тиана проделывала как воришка, боящийся некстати вернувшихся хозяев.
Всё громче стучит сердце, всё ближе блестящая ручка двери. Вот рука тянется, пытаясь схватиться за неё, а дверь открывается сама, впуская ещё нескольких посетителей в мундирах инквизиции. Тиана встала на проходе как вкопанная. Белокурый инквизитор улыбнулся ей заигрывающе и мягко отодвинул с дороги.
– Не стоит так пугаться, милая барышня.
Тиана его флиртующий тон подхватила:
– Милая барышня вовсе не испугалась, а скорее… впечатлилась.
– Да?
– Да, – Тиана краем глаза заметила движение у дальнего стола. – Но прошу меня простить, я очень спешу.
– Кудряш, у нас нет времени волочиться за девками. Двигай вперёд, – подтолкнул его более крупный инквизитор.
Кудряш развёл руки и пожал плечами, как бы извиняясь. Она кивнула им, принимая извинения, выскочила на улицу и зашагала в сторону гавани, радуясь в душе, что почуять в ней ведьму не так-то просто: тёмная материя не окутывает её, она в ней живёт.
– Эх, Метёлочка, вот бы нам повезло и «Ветерок» был там.
Но им не повезло. Она ходила от дока к доку, расспрашивала рабочий люд. Все знали этот маленький корабль, но никто не знал, когда он прилетит. Возвращаться в харчевню не хотелось. Тиана жалела о том, что не взяла вещи с собой, опасаясь того, что встретится со старым знакомым нос к носу. Инквизитор мог забыть её, но от чего-то мало в это верилось. Тьма в груди волновалась при мысли о нём.
Гавань, будто муравейник, была переполнена людьми. Они суетились, толкались, сбивали с толку. Последний раз такое столпотворение Тиана видела в прошлой жизни. Кальма вечно кочевала с места на место и в большие города захаживала, только если без этого никак не обойтись, а последнее время они даже к мелким деревушкам боялись приближаться. Уж очень полюбили люди поджаривать ведьм на кострах.
Её обступали хитроглазые торговцы, носильщики, механики, пилоты, праздно шатающиеся мужчины и женщины. Из окна одного портового здания высунулись громко хихикая полуголые девицы. Тиану, человека, знавшего когда-то интернет, это привело в ступор. Девицы заметили её смущение и загоготали. Тиана перевела глаза на землю, и двинулась было вперёд, но уткнулась головой в чью-то спину. Человек обернулся, и ведьма поняла, что ей конец.
Яркие, на смуглом лице, глаза уставились на неё не мигая. Знакомый тонкий шрам на щеке дёрнулся. Тиана попыталась шагнуть назад, но инквизитор схватил её за локоть.
– Я тебя искал, ведьма, – сказал Ронан. – И вот ты сама пришла.
Лицо его удивлённое и напряжённое было близко. Тиану пробила паническая дрожь.
– Зачем? – дрогнувший голос выдал испуг. – Сжечь меня хотите?
Инквизитор явно не рассчитал свою силу и сжал её руку так, что Тиана ойкнула.
– Может быть, потом, но пока ты ответишь на мои вопросы и отведёшь к старухе Кальме.
Тиана сглотнула. В последние годы сильные мира сего вспомнили о пытках, хотя, скорее всего, никогда о них не забывали. Просто не использовали на ведьмах. Боли она страшно боялась.
Воображение понеслось вскачь и ей привиделись сырые подвалы, крысы и прочая пакость, но более жутко предстали разные железные штуки, которыми можно прицельно дробить мученикам косточки и всё такое. А этот наверняка умеет этим всех орудовать. Мясник!
– Я отвечу на все ваши вопросы, – трусливо проговорила она. – Вот только… Кальма умерла несколько дней назад, – замолчала на мгновение и закончила. – Но если бы она была жива, я бы вас к ней не отвела, мессир. Сейчас не то время, чтобы вести волков к бабушкам.
– Вот как… А кто в этом виноват?
Янтарные глаза полыхали, по крагам пробежал слабый заряд. Тиана дёрнулась. Ронан глубоко вздохнул и спросил:
– Что ты делаешь в Заверти, ведьма?
Скрывать бесполезно, этот псих расспросит людей и узнает, что она здесь делает. Тиана хотела мстительно промолчать, чтобы он побегал, но снова вспомнила о темницах.
– Я искала госпожу Ветерок.
– Зачем она тебе?
Ответить Тиана не успела – её толкнула вбок тележка.
– Чего встали посреди дороги? – проворчал кто-то.
Ронан оглянулся и недовольно нахмурился. Тиана тоже заметила, как люди начали к ним с любопытством приглядываться, ведь не каждый день инквизитор посреди улицы хватает девок на потеху публике.
– Пошли.
Он размашисто шагал, а Тиана, стараясь не отстать, почти бежала. Рука онемела.
– Отпустите меня, мессир. Я не сбегу.
В ответ никого внимания, только шагу прибавил. В одном из проулков он свернул в узкий тёмный проём между домами, утягивая Тиану за собой. Хорошее место для убийства средь бела дня, подумалось ей. Ноги отказались идти. Почувствовав сопротивление, Ронан остановился и развернул Тиану к себе лицом.
– Что за проклятие отнимает у людей души? И как его снять?
Тиана растерялась. Похоже, без пыток не обойдётся, но что она может рассказать, когда даже Верховная ведьма не смогла понять, почему Тёмная материя будто управляется кем-то ещё. Это существо явно не ведьма и не человек. И Соул не смог разгадать эту тайну. Куда уж ей!
Тиана подняла глаза на инквизитора, принимая свою участь.
– Можете сжечь меня. Я не знаю. Никто не знает. Мы с Кальмой ходили к самому Соулу. Он…
Лицо инквизитора стало совсем бешеное.
– Будешь сказками кормить меня ведьма…
Он стремительно терял ничтожную долю самообладания, которую Тиана заподозрила в нём с самого начала. Теперь ей точно конец. Он грубо схватил её за волосы. Приблизил своё лицо так, что они почти соприкасались носами.
– Соул – это страшилка для детей. Допустим, ты не знаешь об этом. Для начала сними с меня своё проклятие, ведьма, и мы поговорим дальше.
– Не представляю о чём вы.
Он подозрительно сощурился и сказал:
– Не представляешь? Я тебе покажу.
Ронан прижался к ее губам. От неожиданности Тиана выронила метёлку. Та звонко подпрыгнула на каменной кладке дороги, но на это никто не обратил внимания.
Тиана впервые за две короткие жизни поняла, что значит сгореть от страсти. Это чужеродное чувство затопило её, выжигая рассудок. Руки инквизитора прошлись по спине. Объятия, словно пыточные тиски, сжались. Сердце перестало биться. Тиану охватило влечение сродни одержимости, ей стало страшно от мысли, что этот прекрасный мужнина вдруг исчезнет, что она никогда больше не поцелует его. Не утонет в янтарных нечеловеческих глазах. Как же больно, что он не принадлежит ей!
Ронан прервал поцелуй.
– Теперь понимаешь, ведьма?
– Да, – выдохнула Тиана.
Она отошла от него подальше, не забыв прихватить метёлку.
– Да, понимаю. Вы сумасшедший. Я не виновата в том, что вы эм… что слегка вам нравлюсь. Знаете ли, такое бывает, мессир.
Смуглое лицо инквизитора будто стало ещё темнее. Глаза испепеляли не хуже крагов. Теперь она будет вспоминать жёлтый, исключительно как цвет тёмной ярости. Тиана захлопнула рот рукой и прижала метёлку к груди. Глупая! Надо же от поцелуя страх перед ним потерять! Сразу обнаглела. Этот сожжёт не моргнув.
– Я не то хотела сказать. Никто даже подумать не посмеет, что мессиру может понравиться ведьма. Простите, я не хотела…
Чем больше Тиана пыталась сгладить ситуацию, тем больше мрачнел инквизитор. Ну, всё! Это конец.
– Довольно! Тебя хочет видеть его Святейшество. Через три дня прибудет наш корабль, и ты полетишь с нами в Валею. А теперь пошли.
Красивые светлые улочки более не радовали. Солнце, отражаясь от белых стен, больно ослепляло глаза. Тиана семенила за инквизитором, будто собачка на привязи, и хмурилась, глядя ему в спину. Так и хотелось сказать: «Да чтоб тебя…» – и придумать проклятие позаковыристей, но ничего хорошего не получится. Во-первых, этот гад почувствует и снимет с себя любую магию. Инквизиторы на то и инквизиторы, чтобы сразу выполнить Условие. А во-вторых, Тиана тут же станет одержимой холодным вселенским демоном. Она для себя решила поступить в лучших традициях русской души: пустить всё на авось, и пускай будь что будет. А ещё она решила: больше перед этим мужланом лебезить она не станет. Грубить ему – дело гибельное, но в обиду себя не даст. Соул приказал помочь инквизиторам найти Чёрную птицу, значит встретить старого знакомого на этом пути – это судьба, а с судьбой принято мириться. Тиана горько вздохнула и зашагала быстрее.
Глава 9, в которой Тиана встретила родственные души
Хозяйка харчевни – большой души человек – решила здорово сэкономить на слугах. Чувствовался недостаток рабочих рук, ведь постояльцев оказалось много. Тиана, непривычная к такому напряжённому труду, к концу дня валилась с ног. Помимо неё в заведении работала молоденькая девушка и её брат. Подружиться с ними не получилось: девушка воротила от неё нос, а брат все время пытался познакомиться поближе. Слишком близко. Пришлось отлупить его метёлкой, настоящей метёлкой, которой Тиана вычищала двор.
Но самой большой неудачей ведьма считала слишком тесное соседство с инквизиторами – они оказались постояльцами. Сейчас ей пришлось их обслуживать.
– Прекрасная дева, будь добра, принеси пиво, – сказал инквизитор, которого все звали Куряшом.
Он был настолько обаятельным, что Тиана каждый раз польщено улыбалась в ответ на его кокетливые взгляды и старалась не смотреть в сторону Ронана. Противный тип.
– Вот, пожалуйста, – сказала она, расставляя кружки. – Еда будет готова совсем скоро.
– Благодарю, несравненная.
Сверкнули медовые очи Кудряша, и Тиана хотела было растаять, но верзила по имени Малыш Стивен недовольно закряхтел и неловко пнул Кудряша под столом так, что кружки подпрыгнули, и пена из них выплеснулась. Ронан испепелил взглядом Кудряша, а вслед за ним и Тиану.
Тиана поспешила обслужить другой столик. Да ну этих странных инквизиторов.
Бегала по залу туда-сюда весь вечер, ловко уворачиваясь от загребущих рук пьяных мужиков. Мессир Ронан остался сидеть за столом даже, когда его коллеги разошлись по комнатам. Его присутствие нервировало не только её, но и постояльцев. Они косились на инквизитора, который был явно не в духе и явно при оружии – краги порой вспыхивали голубыми и белыми искрами, а яркие жёлтые глаза обводили зал в поиске подходящего противника.
Бесстрашных воинов среди людей не нашлось.
Ночью её сменила девушка Марта.
Тиана с трудом поднялась по лестнице. Маленькая каморка купалась в голубом свете Антиса. Между двумя планетами медленно плыл шар Луны. Ее свет был не настолько сильный, но тени предметов в сиянии двух ночных спутников раздваивались. Чужое небо беззастенчиво заглядывало в узенькое окно. В полутьме раздался шорох – Метёлка вновь расправила ветви. В прутьях тускло поблескивали камешки магнитума. За день она доросла до нужной длины, стоя прутьями в ведре с землёй.
– Не расти больше, – прошептала Тиана, зевнув. – Осталось только зарядить магнитум и придумать, как его к тебе прикрепить. Но это уже завтра.
Утром кто-то барабанил в дверь. Тиана подскочила и сонно обвела комнату взглядом. Метёлка стояла в углу, притворяясь настоящей метлой. Получалось плохо. За ночь она приобрела несколько сказочный вид. Стала похожа на посох волшебника: тонкие ветви спирально обвили ствол. Прутья причудливо закрутились. Ствол почернел. Пришлось запихнуть красавицу под кровать.
– Сейчас открою!
Быстро натянула на себя платье и повернула ключ в замке.
– Уважаемые мессиры заждались тебя, – спускайся завтракать, – прогудела хозяйка.
