Текст книги "Спаун и Героймен - на заре правосудия (СИ)"
Автор книги: Евгений Павлов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Расти вырвал из рук (super)Лося водку и как начал хлебать из горла, Фернок чуть не потерял сознание. В шапке-ушанке, с полосатой дубинкой в руках, бывший КГБшник, на деле ФСБшник, оживил гостиную криком.
– Электрошок для ГАИ безопаснее дубинки.
– Что хотел? – спросил Лось у неплохо отхлебнувшего Расти.
Тот явно был возбужден (или напуган).
– Я хотел сказать, что…
Пауза.
– Что? Не томи…
– Что группа выживших американцев на территории бывшего
Нью-Йорка недавно была перерезана ублюдком по кличке Анти-Ханк. Рамлоу и все, кого мы знали из проверенных американцев, мертвы и не похоронены.
– То есть – теперь похреновело и Лосю, – Ты хочешь сказать, мы потеряли нашу последнюю связь с цивилизацией?
Мастер пессимизма, Расти не любил обнадеживать и говорил всегда, как есть.
– Оглянись, лох, ой, точнее Лось, цивилизации-то больше нет!
– Совсем-совсем нет?
– Совсем-совсем.
Возле трехэтажного кирпичного здания, бывшего мотеля, ошивались смотрители. Вооруженные по самое не балуй они крались в шершавых кустах можжевельника и высматривали в окнах движения жильцов, чтобы при первом удачно подвернувшемся случае подстрелить плечо или голову.
– Заходи слева – шептались наемники, обдумывающие способы зловещего проникновения внутрь мотеля.
– Кого-то вижу, ползают по-червячиному – бульдог встал на задние и посмотрел в окно. Там он увидел окруживших здание смотрителей, – Онанизм подождет! – бульдог понесся гавкать, созывая друзей на отражение очередной атаки.
Гав! Гав! Гав! Лай отпугнул группу наемных, буквально застал врасплох.
– Так, надо назад идти. Чешет задница, сейчас выбежит Лось и…
Выбив ногой входную дверь, на улице выбежал Лось с заряженным десятиствольным лазерным пулеметом.
– Это мой вам подарок от Стражей Порядка, горите все в аду! – русский стал бездумно шмалять во все стороны, особенно не прицеливаясь, не жалея необходимого для оружия топлива, – А-а-а-а-а-а-а-а-а! – походя сразу на все западные клише, от безумных янки до солнечных хиппи, Лосяра спалил не только обоссавшихся смотрителей, он сжег все деревья, находящиеся в радиусе семи километров.
Через семь минут.
Боеприпасы подошли к концу. Деревья в радиусе семи километров – тоже.
– А-а-а-а-а-а-а-а-а! – но русский все равно не закончил кричать, – За родину!
– А-а-а-а-а-а-а-а-а!
– Эй, чувак! – Лось остановился, когда услышал жалобный, но милый голосочек Очко, – Ты, конечно, крут по-своему, но может, перестанешь мстить природе? Что она тебе сделала?
Зайдя обратно в мотель, Очко и СуперЛось наткнулись на Фернока, сжимающего в руках двуствольное ружье. Его взгляд был суров как никогда.
– Вы можете дать поспать, а? Соображайте деревянными башками, мне завтра на дежурство, в самый край Москвы ехать на старом внедорожнике, а вы тут разбегались средь ночи!
– Не надейся, я не буду с тобой церемониться, Ферни – Лось свистнул Плюха, – Не хочешь пропускать – готовься к перевоспитанию.
Плюх прибежал на свист, увидел жест Лося (протыкающая задница) и кусанул Фернока за ягодицы.
– А-а-а-а-а-а-а-а! – ворчун отбросил ружье в сторону, ухватился руками за укушенное место и по-тихому удалился в свой номер.
– И это гигант ФСБ называется… – позлорадствовал Плюх, – Жалкий червяк!
Расти видел во сне умоляющего о помощи мужественного Рамлоу и всех тех, кто погиб в плену на прогнивающем Западе. В числе них была и милашка Эллен, которую Расти помнил еще маленькой девочкой. Родившись в тоталитарную эпоху, супергерой не обижался на мир, он пытался его полюбить. Иногда не выходило.
Расти полагал, не возненавидь человек Землю, все было бы
по-другому, намного гуманнее, чем так, как вышло в итоге. В чем-то с ним соглашался даже Плюх, наименее компетентный в философии: не любить мир – все равно, что не получить наградную порцию собачьего корма, добываемого Лосем в обломках зоомагазинов Москвы.
Утром Расти позвал Фернока, Лося, Плюха и Очко на важный разговор в гостиную. Накрыл на стол последнее, что оставалось в холодильнике, и попросил не волноваться на счет доставки пищи.
– Рамлоу и компания должны были отозваться сегодняшней ночью, но в виду гибели сообщения не поступило. Однако есть слабая надежда, что, по крайней мере, один из исчезнувших выжил – Расти, впервые за пять лет, позволил себе немного помечтать, ранее он всегда говорил об отсутствии шансов.
Лось, принявшись за быстро приготовленный с небогатым составом салат, уточнил.
– Ты про бабу бормочешь?
– Про девушку – поправил Расти.
– Будто есть разница…
– Точнее одна из исчезнувших. О местоположении Эллен Джейн никакой информации на мой почтовый ящик не поступало – в самом углу комнаты на крохотной тумбочке лежал ноутбук Расти, с переломанной мышью и одноядерным процессором, – О смерти тоже, кстати. Я подумал, у нас не все потеряно.
– Ай, плевать! – Лось так и не доел, – Не буду себя накручивать, не стану зазря себя утешать. Все это липа. Мы все равно скоро сдохнем…
– Несчастный пессимист, мать его! – ругнулся Плюх, нализывая переднюю лапу, – И вообще пора делиться костью. На какой только зоне тебя петушили…
– Да нет, все будет хорошо! – Расти встал на корточки перед Лосем, положил свои руки на его колени, – Я вот, честно говоря, первый раз поступаю по-геройски, не плачу, как плакал всегда, когда речь шла о призрачной надежде. Не ною уже больше. А ты, выходит, подхватил от меня заразу эту, что не можешь взять себя в руки и хотя бы постараться научиться верить вновь?
Лось не выдерживал, когда его кто-то учил. Он ударил Расти ладонью по щеке. С размаху.
– Все я могу! Больше, чем вы все, вместе взятые! – Лось прошелся по комнате, указал пальцем на каждого. Сначала на Хлюпа, – Ты – тупая жирная скотина, которая по божьей ошибке научилась открывать пасть и дерзить старшим – потом – на Фернока, – Ты – тупой идиот, не отличающий КГБ от ФСБ, – и под конец на Расти, – А тебя вообще зря родили. Лучше бы твой батя промахнулся, когда трахался с твоей мамой!
После утреннего скандала бульдожик захотел прогуляться, но выход на улицу без разрешения Лося и Расти представлялся реальным только через окно.
Плюх плюхнулся на намокший песочек, усыпанный рядом с домом.
Миром завладели темные силы. Сплошная антиутопия. Обстановка в соседних дворах, на строительной площадке в километре от мотеля ничуть не добрее. Там болтались поклоняющиеся корпорации и американскому слову фанатики.
Про корпорацию пес слыхал от Лося, это – якобы сама натуральная империя зла типа Амбреллы и Оскорп, виновная во всех земных бедах, в апокалипсисе.
Третья Мировая, по теории русских, произошла из-за вступившего в силу в прошлом тысячелетии закона регистрации супергероев. Президент Никмунд – невольный виновник конфликта, погиб во время крушения воздушного судна, пролетавшего над Тихим Океаном.
По этой причине Хлюпу позволялось гулять только рядом с мотелем. Чуть дальше – уже опасность, агрессивные двуногие, монстряки-крысоеды, призраки в противогазах и надоедливые смотрители.
Как французский бульдог с соседней площадки (не генно-модифицированный), Плюх последнюю неделю спал на редкость беспокойно: постоянно высовывал язык, делал сосательные движения.
Сейчас он кимарит, на зеленой траве, смотрит на звезды. Его трясет. Не так, что б постоянно. Бульдога не знобит, раз пять подряд потрясет и перестанет, потом опять все тело как будто судорогами пронзает.
Соседские коты его разбудили, вроде все нормально. Через десять минут, весь излизавшись, пес опять заснул. Наслышавшись о своей породе, о вялотекущих страданиях из-за эпилепсии, Плюх обзавелся наиценнейшим и первичным качеством русского шпиона – подозрительностью.
Еще сегодня, когда он бегал по дому, из его рта вылетали слюни, в разные стороны, он сильно сопел, на губах свисали толстенные слюни, и где-то дня два, он очень подозрительно и нетихо шмыгал носом.
Во время игры в мяч ударился головой об стенку, и не раз. Причем, Лось не успевает предотвратить его столкновение со стенкой, так как пес очень тяжелый и вовремя среагировать не получается, или бывает не может перевернуться со спины на живот и начинает пытаться встать, пока Лось подбежит, он опять ударится об стену.
На кровать Плюха никто не пускает. Говорят, уже взрослый, спать должен на полу или в будке, не может с первого раза улечься, крутится, под себя подушки подминает, лижет одеяло, гребет постель и делает это регулярно.
Пес спит и тихо посапывает, а, просыпаясь, посматривает на звезды и думает, почему он такой, относительно безносый генно-модифицированный говорящий бульдог.
Ответив на собственный вопрос, “почему-то”, модифицированный опустил мордочку и с наслаждением закрыл глазки.
Наступил час ночи.
Очко зашел в номер Лося, чтобы оповестить о завершенных переговорах со Стражами.
– Я запросил подмогу, не сказав тебе – Очко не сочковал позаботиться о безопасности друзей и взять инициативу в свои руки, – Прости. Я пытаюсь уберечь нас, а ты не всегда считаешься с моими идеями.
– Хрен с тобой – сказал Суперлось, – Давай, выкладывай, раз не послушал.
– В общем – перед тем как зайти, Очко налил себе стопочку. Уж очень переживал за реакцию Суперлося, – Совет клялся выслать к нам пару боевых авианосцев в течение полутора суток.
– К чему такие меры?
– Разведка Стражей показала, враги рядом. Трутся где-то в пяти кварталах отсюда.
– Мы не сможем отразить атаку?
Очко заочковал. Так и не сняв с себя шутовскую пижаму, он привстал со стула, осмотрел холодильник на наличие бухла и покачал головой.
– Если у них будет транспорт? Нет, не отразим…
Расти разбудил дремавшего на печи Фернока и попросил его не спать, мол, необходим дежурный, который встретит подмогу.
– Завтра тогда не пойду на работу!– по привычке забурчал ФСБшник, – Нет никакой охоты подводить трудовой коллектив из-за недосыпа.
Бульдожка продолжал осваивать территорию мотеля. Возвращаться желания не возникало. Прекрасный августовский вечер, вдохновивший на кражу сочного стейка из подвальчика Андрея Распутина, маняще действовал на пса.
Не забыв усикаться возле уже отмеченного другой собаченцией фонарного столба, Хлюп направился в сторону бывшей мясной лавки.
Андрей Распутин – потомок героически погибшего мясника, известного на всю столицу кудесника, открывшего сеть продуктовых магазинов, делился с бульдогом остатками. Сколько бы раз Хлюп не посещал полуразрушенное здание, никогда не уходил с пустой пастью.
– Эй, молодец, ты обещал мне достать рыбу! Если я буду постоянно ужираться одной лишь свининой, стопудняк подвергнутой радиоактивному воздействию, то превращусь в трехглазого червя, как этого недавно стряслось с соседской болонкой!
Андрей Распутин был негром (как и отец). Несмотря на не совсем американские имена и фамилию, Распутины благополучно перебрались из Штатов в Россию еще в начале Третьей Мировой. Там и зажили по новой, можно сказать, неплохо обустроились и развернули прибыльный бизнес.
– Эй, толстопуз! – Андрюха подарил бульдогу совсем другое прозвище в честь недавно умершей тещи, – А не много ли требует ваше величество? Или, думаешь, рыба, искупавшаяся в радиационном говне, безопаснее искупавшейся в том же свинины?
– Ну… – Плюх присел и чесанул правое ухо задней лапой, – Если говорить напрямую, без бабского стеснения, рыба не такая жирная, а мне все-таки желательно стройнеть.
– Это да, брат… – Распутин чуть не завис, зрительно измеряя гениталии Плюха, – Ты у нас какой-то сальный в последнее время, начинаешь напоминать мне отбивную…
Вдруг, ни с того ни с сего, парень включил мафон, врубил негритянскую репчину и начал плясать, подкидывая руками недожаренную сардельку.
– Эй, тебе плохо? – Распутин забил на оторопь бульдога.
– Прошло два года со дня нашей встречи,
Светом надежды будут наполнены вечно.
Словно удары по печени, сердце кололо иголкой
Сны пробила картечью, снова завою по-волчьи!
Команду русских героев разбудил страшно громкий пронизывающий ритм гигантских вентиляторов приближающихся авианосцев. Рев реактивных двигателей нарастал с каждым мигом.
– Что же касается опасности – при восходе солнца сонные глазища Расти уперлись в летучих исполинов, – Не знаю, как ты, а я почему-то не уверен, что, попадя на борт, мы будем в безопасности.
Лось открыл последнюю бутылку водки, и следующим вопросом сильно поразил товарища.
– Думаешь, мне не стало чихать на эту вашу безопасность после всего пережитого?
Распутин, единожды получивший отказ от Стражей попасть на корабль, осмелился еще раз попросить разрешения. Его больше ничего не держало в Москве: все, что он хотел сохранить из того, что имело какое-то значение, он распродал для покупки нового жилья, которое не так давно было уничтожено бандой смотрителей.
Забежав в мотель, негритос закричал, чтобы все собирали манатки.
Через минуту поисков жильцов он подхватил незаслуженную пулю от… (???) предателя, коим оказался член отряда русских героев – КГБшник по прозвищу Фернок, безжалостно столкнувший истекающего кровью негра в подвальчик на первом этаже.
Распутин держался за белую майку, копаясь в собственных органах пищеварения, издавая хрипы и характерные для умирающих звуки.
– Учим матчасть, полуамериканский ссыкунишка. А то степень идиотизма в информационном поле начала зашкаливать из-за таких полукровок, как ты – подонок мерзко улыбался, сжимая в руках любимую двустволку, – Кишки – это не только человеческая колбаса, но и гурманское белорусское блюдо.
КГБшник грохнул дверью, закрыл на три замка и продолжил охоту на героев.
К счастью, начинающий шпион, Плюх смог предугадать действия предателя и долгим заливистым лаем нарушил утреннюю пастораль, позвав Лося, не очкующего и Расти. Плюх несколько дней подряд следил за “гигантом” КГБ, не выпуская негодяя из виду.
– Я услышал выстрел! – прибежал в комнату с Ферноком и Хлюпом взъерошенный Расти, – Мы должны уже уходить. Что здесь на хрен происходит?
Маленько растерявшись, Фернок посмотрел на собаку.
– Все из-за вашего блохастого друга. Раньше я считал, что этот ходячий набор ферментных дефектов нуждается в помощи эндокринолога! – кричал КГБшник, пытаясь выкрутиться с помощью неправды и ложных обвинений, – Но нет, показали звезды. Теперь я считаю иначе, ему необходим психиатр, да такой, чтобы сразу назначил усыпление, потому что это перешло все границы!
К Расти примкнули Лось и Очко.
– Не верьте! – запрыгал бульдог, – Эта мразь только что грохнула мясника, который валяется на нулевом этаже и уже, наверное, скопытился.
Доверяя псу, как никому другому, суперЛось попросил Фернока положить оружие на пол и позволить им проверить подвал.
– Мы просто посмотрим, ладно? – он поднял руки кверху, медленно спускаясь по лестнице.
Не имея возможности и дальше скрывать свою подлинную сущность, Фернок вскипел.
– Эх, что-то торможу все чаще и чаще. Надо было грохнуть вас раньше!
Выявив смотрителя, герои закричали в один голос.
– ФАААААААААААААС!
Наслушавшись про тактику мобильных малочисленных отрядов партизан, Плюх на тоненьких ножках переместился с одной части комнатного пространства на другую и продемонстрировал давно изученный прием – укус ягодицы.
Сенсорные шары КГБшника чуть не повылезали из орбит, как у анимационных волков Текса Авери. От сильной боли он швырнул ружьишко на ковер и сдался.
– Ты служишь врагам! – теперь пришла очередь вскипеть остальной братии. Первым, у кого это получилось, был, конечно же, Лось, – Мать твою, е…ь-копать, да ты антипатриот!
– Зато не психопат! – закричал Фернок, – Грустно, если ты так думаешь…
– А кто? – спросил Лось.
– Я просто сменил курс, стал видеть лучше, чем раньше, что и вам советую, господа!
– Мясник и вправду скопытился! – сказал Очко, отворивший дверь подвала.
Тело негра удобно устроилось там, на деревянных ступеньках.
Любитель пижамы Расти озадаченно поднес палец ко рту.
– Что делать с ним?
Тут же поступила инструкция:
– Оставь. Ты ему ничем не поможешь, а на обряд погребения нету ни средств, ни времени!
Русские супергерои передали поганца Фернока вовремя прибывшим Стражам, выгрузили на гостевую платформу все самые важные вещички (еду, книги, кое-какое оружие) и взошли на просторный борт космического корабля.
Тяжелее всего пришлось Хлюпу. Он, маленький и толстый, уже еле шевелил лапами, крича, что хочет поспать. Через час псу предоставили пищу богов – миску сухого корма и дизайнерскую футболку с изображением обнаженной Меган Фокс.
Будущее, обделенное свободой, но полное слоистых, противоречивых, морально сильных героев, своевольно подвергших свои жизни бесконечному риску.
Существование человека в постапокалиптическом мире напрямую зависело от условий, в которых он был поставлен. Здесь играло роль не столько колесо фортуны, сколько пресловутый закон джунглей – выживает сильнейший.
До конца света землянам приходилось регулярно соразмерять возможности бюджета, их не готовили к проживанию в пустоши. Ценой многих усилий и спустя несколько лет застойная цивилизация начала потихоньку возрождаться.
Земле помогали доблестные пажи и санитары космоса – Стражи. Например, сегодня совершился арест разыскиваемого многими космо-службами предводителя банды смотрителей, а вчера Стражи Порядка поддержали гуманоидов в обороне повстанческой базы на Сэрэусе, отбили серию массированных атак и вмешательством прогнали суда космо-пиратов.
Хамп – верховный Страж, обязался самолично допросить арестанта и самостоятельно определил продолжительность процедуры допроса – один час. Седой, с двумя
полосками-шрамами на морщинистом лике, в генеральской форме этот живой монолит, воплощение мужественности в отцветающей смертной структуре, прошел по мостику к каюте заключенного.
Перед началом он трижды выпустил газ…
Глава 10 – обещание.
Будущее сменилось настоящим.
После первого поцелуя Кэйл сказал о том, что его тревожило в данный момент сильнее всего.
Он посмотрел в сторону приевшихся бетонных джунглей.
– Даже отсюда мне под силу видеть миллионы, сквозь те дальние высотки. Слышать взывающих, просящих. Они требуют от меня помощи. Понимаешь?
Дотронувшись губой до уха Героймена, Эллен молвила "да" и чмокнула там же.
После той встречи на пляже Эллен долго не могла отойти. На раздумье, кому открыть сердце – Ханку или Кэйлу – ушло больше времени, чем хотелось.
Перед поступком, который вне всяких сомнений перевернет с ног на голову представление простого землянина о супергероях, перед казнью Лэтса Гранда, Героймен и Молния встретились, снова. Та же локация – пляж.
– Хамп проводит апгрейд корабля по указу Совета, Сплав планирует вернуться в свой родной мир, ну, а Гранд ожидает смерти – девушка начала перечислять, чем сейчас заняты их знакомые, неосознанно отодвигая решающий разговор, который либо их сблизит на веки вечные, либо навеки разлучит.
– А чем займемся мы с тобой? – Кэйл застенчиво дотронулся до ее рук кончиками пальцев, – Не размышляла?
Еще до полного осознания вопроса Эллен озарило сомнение.
– А что есть мы?
– Я думал, ты… – ощутив отстраненность, Кэйл отпустил кисти девы, – Я понял. Что ж… – учтивость пожеланий партнера, нежели застенчивость, двигали побуждениями пришельца, – Настойчивости с моей стороны ты не увидишь. Это – твой выбор. Не мне решать за других, кого им любить.
Тут Эллен пробрал странный любопыт.
– Но разве… – и в горле встал ком, – Ты не можешь это изменить? Разве не хотел бы?
Бэннери приходилось лишний раз мусолить неприятную для него тему.
– Хотел бы или нет, Земля не вращается вокруг моих прихотей. Не имеет значения то, чему не суждено сбыться.
– Не сбылось – не сбудется.
– Уверен?
– Ты должна идти к тому, кто тебе ближе. Так иди…
Такой истинно мужской поступок, выделяющий Кэйла из тысячи возможных претендентов на сердце Эллен, схожий с подвигами в рыцарских романах, так и остался без должного внимания: Эллен взошла на просторный борт корабля Стражей, подлетевшего к пляжу на Лонг-Айленд.
Героймена тревожила память…
– Поэтому, ты думаешь, в него сложно не влюбиться?
Из-за земной неоднозначности, которой нет в тебе, потому что ты нас... лучше?
Кэйлу было нелегко признавать, что он идеал. Причина – скромность. Дитя Зеддера очень хотел бы походить на землян. Так сильно, что опасался остаться символом повстанческой мощи Зеддера и полубогом.
– Отвечу, когда найдем его.
о прошлых разговорах с Эллен.
Кэйл сдержал свое обещание.
– Да! – крикнул Молнии вслед.
Та услышала в последние секунды до отлета. И это означало, что “в Ханка тяжело не влюбиться”. Поняв, что, вероятно, так оно и есть, раз красавица предпочла его, Героймен улетел.
Не вслед за Стражами Порядка, а туда, где дышать сможет только лишь он и никто другой.
Космос для Кэйла – замена спальни. Застряв в вакууме, можно закрыть глаза, перестать слышать возгласы, упорядочить мысли и просто уснуть. Не двигаться несколько часов. Пусть тело “уплывает” в неизведанном направлении. Когда проснешься – сориентируешься и вернешься на Землю.
“Если уж мне не узнать точное количество звезд, другие – точно не смогут. В детстве отец убеждал меня, что на изучение черного одеяла уйдет несколько вечностей, мол, не хватит и бессмертия титанов.
Раньше, будучи не ознакомленным с космосом, я отказывался в это верить. Сейчас, соприкасаясь с правящим ледяным мраком, я верю отцу ”
Героймен заснул глубоким дельта-сном, считая звезды.
Желтый плащ медленно волнился, как на ветру – это очень напоминало замедленную съемку, SLOW-MO. Сам Кэйл – миниатюрная цветастая картинка посреди кромешной тьмы, кое-как разбавляющая однообразие ближнего пространства, светился ярче мимо пролетающих спутников Wayne Enterprises; механических наблюдателей Стражей Порядка; осьминогоподобных созданий, бежавших из корпуса Квантома Сэлы, и прочих суетящихся в вакууме объектов.
“Если уж мне не достичь недостижимого, кто другой сможет? Разрываюсь, как жаждется знать, сгораю от нетерпения.
Избавился б от комплекса бога, скинул бы груз ответственности, хоть раз бы притворился удовлетворенным.
Но нет…
Кто-то не хочет, чтобы я знал. Кто-то не хочет меня информировать.
А вдруг это боги, что силой меня наделили в день смерти мамы и моей трансформации в нечто?”
Дельта-сон продлился два часа сорок минут.
Глава 11 – предательство.
– Вот, наконец-таки, все основные боевые единицы в сборе, господин Хамп.
– Чудесно. Как прошло ваше путешествие в пройденное, Ханк?
– Честно сказать, фрагментарно…
Космический корабль Стражей.
Авианосец совершил посадку в одной из африканских пустынь, где часом позднее за Грандом прилетел пилотируемый космический корабль.
Молния вступила на него за компанию. В Ханке она была полностью уверена. Когда разговор заходил о казни кого-то гадкого, мутант заранее готовил клинок.
– Толстяк у нас! Теперь можно ликовать – он шлепнул Гранда по спине, поклонился уважаемому Хампу и проследовал за заместителем Хампа генералом Стромом в зал совещаний.
Стром – невысокий, воспитанный мужчина с седыми усиками и начинающейся плешью налил себе горячего чаю. Предложил Ханку, но тот отказался.
– Чего пожелаете, мечник? – спросил Страж, – Не верю, что известный наемник, пользующийся дурной репутацией для устрашения целей, не хочет чего-то взамен.
Мутант оказался далеко не таким простым, как о нем говорили:
– А что с философской точки зрения, не с банальной, я совершил такого благородного, достойного денежного поощрения?
Стром чуть не поперхнулся чайком:
– Ну, как... Вы спасли Землю! Это целая планета – кашлянул разок в чашку, – Требуйте все, что приспичит.
– Ну… – Ханк изначально планировал использовать расположение Стражей для получения разрешения на внесудебную казнь, – Если только небольшую услугу…
– Отлично! – Стром положил чашку на стол руководителя с брифинг приставкой, – Озвучьте ее.
– Подонок, которого мы вам доставили… – мутант давно мечтал это сделать, по крайней мере, создавал правдоподобнейшее впечатление ненавистника лживых бизнесменов с Земли, – Его нельзя заключать в межгалактическую колонию. Даже несмотря на хваленый строгий режим, остается вероятность побега. Этого нельзя допустить! А что еще с ним делать, если не тюрьма? – он отрицательно повертел головой, – Остается излюбленный радикальный метод участников военных конфликтов.
– Допустим, я солидарен с вами – Стром был готов принять любое предложение наемника, лишь бы избавиться от Гранда, – Какие варианты?
Ханк являлся эталонным фантазером. За пять секунд придумал, как все может выйти.
– Ваши Чиновники заметят отсутствие обвиняемого, придумают какую-нибудь историю про мистическое исчезновение и дело закроют. Вряд ли обвиняемого будут сильно оплакивать, учитывая все его выходки за последние несколько лет. Следовательно, и претензий к вольностям Совета у других антитеррористических организаций не возникнет.
Стром обсудил с Хампом предложение Ханка, которое их обоих впечатлило. Они пообещали наемнику, что приволокут Гранда в течение получаса, также сказали, Эллен будет вольной свидетельницей казни.
В одной из комнат Ханк увидел мужчину в синем свитере с окровавленным лицом и сломанными дистальными частями верхних конечностей.
– Кто это? – поинтересовался мутант.
Из другой комнаты чуть слышно донеслись пояснения Строма.
– Лидер смотрителей. Прятался в будущем. Еле нашли…
– А! Якобы лоб российской спецслужбы? ФСБ?
– В яблоко!
– Ах, вот оно что – Ханк облегченно вздохнул, – Его сминусуем после гангстера.
Гранд сидел и смиренно ждал решающей минуты, некоего знаменательного события, которое, по его скромному предположению, грянет с минуты на минуту.
– Я практикую душ, Элл, каждые семь часов. Таким несложным методом спасаю окружающих от едкого запаха…
Ханк и Молния зашли в узкую комнату с кондиционером и зеркалом, где, по решению Стражей, должна состояться казнь Гранда. Немедленно.
Парень и девушка по очереди заглянули “в душу” арестанта – в загадочные, скрывающие неподдельную хитрость глаза, выражающие демоническую ненависть. Как бы там ни было, Гранд умело прятал злость за лукавой ухмылкой.
Заглянув “во тьму” (в душу злодея), Эллен напомнила, зачем она здесь – чтобы убедиться в его смерти. Она или Ханк, не имеет значения, кто-то из них предотвратит ядерное уничтожение. Это случится здесь и сейчас.
“Я прочувствовала каждую жизнь, что цветет, дышит, развивается на… голубой Земле. Эта планета воистину прекрасна. Ей только не хватает утопии, сплоченности.
В ней много грязи, коррупции. Ненасытная пасть лжи всеядна. Но ради наших ближних, ради наших будущих детей, внуков, мы должны творить порой немыслимые страшные вещи.
Мы должны бороться и идти дальше”
Добавившая эмоционального накала духота смотивировала ребят побыстрее приступить к исполнению.
Молния прижалась головой к мускулистой груди Ханка, и тихо, полушепотом спросила:
– Кто это сделает?
Поцеловав даму сердца в затылок, наемник сказал:
– Ну, не волнуйся. Ни за что на свете я не позволю красавице, усердно избегающей кровопролития, замараться.
“Мы должны убить его. Мы когда-то были здесь, и я отговорила своего друга, убедила его не убивать. Так и обрекла мир.
Учтя ошибки прошлого, я не повторю их, тех же, снова”
Ханк зарядил пистолет. Прижал дуло ко лбу гангстера.
Вдруг неожиданно задал вопрос леди:
– Ты уверена, что мы должны это сделать?
“Хотела бы я дать отрицательный ответ, да вот, не получится. Жизнь одного подлого мошенника не стоит тех миллиардов, что обязательно погибнут, если мы и во второй раз не применим оружие”
Эллен волнительно кивнула и повторно напомнила:
– Если не сделаем то, что должны, умрет все живое. И шансов мы точно больше не получим.
Через мгновение девушка подумала, что, будь напарник чуточку решительнее, Гранд уже лежал бы мертвым с пулей в башке. Первый раз она видела Ханка задумавшимся, стрелять или нет. Прошлые жертвы, те же злодеи, не смогли в нем пробудить и капельки милосердия. Что такого сделал Адвокат, что Ханк его еще не порешил?
– Еще раз спрашиваю – голос воина без страха разительно погрубел, обзавелся ранее отсутствовавшей раздражительностью. Он посмотрел на Молнию чужим, опустевшим, каменным взглядом, – Для уточнения. Мне обязательно убивать его? Или…
– Ханк! – Джейн прихлопнула рот рукой, не понимая, что именно его останавливает, – Ты застыл? Мы же пришли сюда только ради этого…
Мутант погладил пальцем спусковой крючок,
– Ого. Как же я мог забыть цель визита… – попросил подругу отвернуться, вновь прижал дуло ко лбу Гранда, сняв пистолет с предохранителя.
Молния приготовилась...
Вместо ожидаемой казни:
Гранд смотрел на Ханка.
Ханк смотрел на Гранда.
Оба обменивались незримыми сигналами.
Однажды один техасец сказал “пес может не послушаться хозяина, человек же – предан навеки, его от непослушания оберегает человечность”
– Ну, крутой – Гранд поднял голову, – Что дальше?
Ханк кивнул.
Так и не дождавшись, Эллен повернулась к напарнику, чья рука, крепко удерживающая ствол, внезапно сменила направление. Ханк оставил в покое покрытое испаринами лицо гангстера и наставил на девушку браунинг с расстояния меньше фута.
Хамп услышал выстрел. Подумал, ребята поквитались с арестантом.
Но все вышло несколько иначе. Пуля пришлась бедняжке в грудь. От полученной раны затруднилось дыхание, помутнение в глазах свидетельствовало о значительной кровопотере, постепенно немела правая рука. В двух словах, наступила агония.
Гранд не сдержался от пошлых комментариев.
– Сынок, ты зачем повредил традиционный символ благородия? Может, она мечтала родить!
Эллен Джейн/Молния попыталась выдавить несколько важных (по-видимому, для нее одной) слов, но ничего не вышло: Ханк подошел к вяло ползущей подруге и безукоризненно исполнил контрольный;
секундой позже выглянул из комнаты и застрелил болтающегося в коридоре Строма; выскочил за угол и то же сделал с Хампом.
Тем временем красная лужица под остывающей Эллен растеклась по всей комнатке.
Ликвидировав большую часть экипажа, Ханк зашел в помещение для допросов. Не на шутку избитый, покалеченный “ФСБшник” уже было разонадеялся.
Но вера вернулась, когда он услышал:
– На выход!
Расправившись со Стражами, освободив обоих подонков, и Гранда, и Фернока, Ханк уселся на скамью в маленькой комнате, раздумчиво двигая бровями.
Никто не знал о его настоящих намерениях…
Никто…
Глава 12 – откровение.
Вилла Джона Вэйна.
Проснувшись в семь утра, взявшись перебирать старые отцовские энциклопедии, хозяин обнаружил DVD-диск в одном из томов.
После чего вставил в DVD-проигрыватель.
Включил.
На плазменном экране предстал отец. И хоть запись оказалась некачественной, искаженной неприятно рябящими помехами, в которых то и дело мелькают хаотично чередующиеся полоски и квадратики, по дуновению судьбы мертвец достучался до сына.
