Текст книги "Барон особого назначения 2 (СИ)"

Автор книги: Евгений Щурский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 9
Патруль

– Чего такой довольный, мистер барон? – Дана подозрительно прищурилась, осматривая меня почти вплотную.

– Выспался я отменно, – я мечтательно потянулся, в красках вспоминая все «сны», – так что сейчас дело пойдёт, и ещё как!

– Ай, храни свои секреты, – артефакторша недовольно фыркнула и ускорила шаг по лестнице, ведущей вниз, на тренировочный полигон. – Я с утреца наклепала нам моноферритных болванок, получилось… сто восемьдесят шесть штук, ушло полтора килограмма материала.

– А осталось сколько?

– Ну… тонна и сто двадцать килограмм с небольшим, точно не скажу.

– То есть на все наши эксперименты и новые комплекты брони ушло чуть больше центнера, – я сильно удивился такому расходу, почему-то решив, что запас наш был сильно меньше.

– Верно, – в глазах Даны проблеснул цыганский огонёк.

– Как думаешь, что будет, если прознают, что у тебя в подвале лежит почти тонна чистейшего моноферрита?

– Мастерская взлетит на воздух, а я трагически погибну в результате неудачного эксперимента с артефактом? – девушка буднично пожала плечами.

– Так дело не пойдёт, – я окинул взглядом полигон. – Тут пять сотен квадратов незанятого пространства, давай-ка мы лабораторию твою сюда перенесём?

– Жить на работе? Чтобы я здесь ещё и ночевала? А может быть, вообще работала без остановки сутками? – тень задумчивости на лице артефакторши сменилась явным восторгом:

– Да, да, да и ещё раз да, мистер барон! Прекрасная идея по оптимизации рабочих процессов! За это я вас и люблю! Прагматичность – наше всё. Переезжать будем ночью. Выделите машину с бойцами?

– Не вопрос.

– Как назовём операцию?

– Переезд.

– Круто! Я поначалу думала «Перенос», но ваша версия звучит убедительнее, – девчушка буквально светилась от счастья, а я не мог понять, что же с ней не так. Трудоголизм до добра не доводит. Ей бы к психологу сходить. Да и мне не помешает.

– Дана, слушай, у нас в Печоре есть мозгоправы?

– Имеются, мистер барон, – ответила артефакторша, с интересом осматривая дальний угол полигона, явно прикидывая, что и где поставит, – но Дану они не любят… Дану они боятся…

– И я их понимаю…

– Я тут закончила! Нужно будет кой-чего докупить, воды натаскать, но в целом – местечко класс! – Дана оттопырила большой палец вверх. – А вы что стоите, мистер барон? Вот вам волшебные бусинки, делайте свою магию! А я пока футляры для них закончу…

– Погодь, давно хотел спросить. Если один из бойцов потеряет такой футляр, кто-нибудь найдёт его, поймёт, что это за штука… Сможет ли он её изучить, повторить?

Дана задумалась, будто никогда и в голову ей не приходило понятие защиты авторских прав и патента.

– Сможет. Но если ты запутаешь структуру этих предметов, понадобятся годы, если не десятилетия, чтобы разгадать принцип работы… Впрочем, и сейчас оно невероятно сложное. Возможно, артефактор, который не является магом бездны, в принципе не сможет повторить подобный артефакт.

– Ясно. Научишь путать структуру?

– Естественно! Но сначала… – в мою руку лёг увесистый кожаный мешок, доверху набитый чёрными горошинами, – сделаем то, зачем мы сюда пришли.

К удивлению Даны, да и моему, собственно, наши с Романовой упражнения в горизонтальной плоскости явно пошли мне на пользу – дело пошло в разы быстрее. Что-то усвоилось со вчера, где-то отработала мышечная память, ну и концентрации у меня стало в разы больше!

В общем, за первый час мне удалось сделать целых семнадцать штук, за второй – двадцать четыре, а на третьем часу я понял, что могу делать это сразу двумя руками. В итоге освободились мы к семи вечера. От такого количества энергии, пропущенной через мои каналы, голова шла кругом. И ещё я будто ощущал, что мой магический источник претерпел изменения! Впрочем, какие именно, для меня оставалось загадкой.

– Ну ты даё-ё-ёшь, мистер барон! – воскликнула Дана, запуская руку в мешок с готовыми мана-шарами.

– Надо их как-то назвать, – сказал я, рассматривая один из образцов почти в упор. – Есть идеи?

– Маныши? Марики? Шароманы? Маношары?

– Батарейки?

– Что такое батарешки, мистер барон?

– Забудь… Остановимся пока на маношарах.

Следующие полтора часа ушли у меня на то, чтобы запутать энергоструктуру шаров. По информации, что у меня и Даны имелась, аналогов в мире не было вовсе. Было нечто похожее, но стоило баснословных денег, было громоздким, хоть и более ёмким – бывалые чистильщики могли позволить себе огромные композитные рюкзаки по тридцать кило весом. Для мага весьма комфортно, но всё же многовато.

Наших же шариков планировалось по десять на человека, вес вместе с чехлом был около трёхсот грамм, а вместительность вышла практически втрое выше. В общем, я единственный в мире мог производить аналог атомного реактора. Или хотя бы аккумуляторы… Не суть. Кстати, по поводу реактора тоже были мысли, но об этом позже, возможно…

* * *

Мы стояли внутри полигона, вся команда была в сборе, даже патруль сняли. Дождавшись, пока стихнет гул, я вышел вперёд и, приподнявшись на одном из бетонных укрытий, с гордостью начал толкать речь:

– Друзья! То, что я вам сейчас покажу, по сути своей невероятно. И должно оставаться в секрете как можно дольше. За этот артефакт реально могут убить или чего похуже. И будут такие только у нас…

– Если там не эликсир роста, я не заинтересован, – тихо хохотнул Пони. Мы все дружно посмеялись, а следующие три минуты весь отряд, за исключением Паши и Даны, дружно нарезал круги бегом по полигону. Расслабились что-то ребятки. Впрочем, восприняли они это на удивление спокойно, я бы даже сказал, как должное. Правда, Пони по дороге несколько раз «случайно споткнулся», но наличие целителя в команде позволяет подобные шалости.

– Кому-нибудь ещё нужно выписать эликсира роста? – спросил я, стоя перед ровным строем запыхавшихся бойцов.

– Никак нет!

– Готовы слушать?

– Так точно!

– Отлично! Можете выбрасывать свои зелья маны, теперь всё будет проще!

Я протянул руку, в которую моя ассистентка вложила кожаный отрез, в который было вставлено десять бусин. Они были практически не заряженными – на зарядку комплекта у меня уходила пара часов.

– На этом куске кожи с бусинками есть два ремня. Можно закрепить на ноге или руке – не принципиально. Она будет забирать вашу ману и отдавать, когда вы в ней отчаянно нуждаетесь. Каждая бусинка вмещает в себя маны в полтора раза больше, чем содержится в зелье высшего качества. Вольно!

Бурные овации эхом разнеслись по полигону, счастливые бойцы подходили по одному и завороженно забирали в руки «сокровища». Ко мне подошёл Егор.

– Если она будет работать хотя бы вполовину так хорошо, как ты сказал, это повысит нашу боеспособность в затяжных боях чуть ли не вдвое. Одного лишь «спасибо» будет недостаточно, но большего у нас пока нет.

– Лучшей благодарностью будет верная служба, дружище.

– Не подведём, командир.

– Я говорил абсолютно серьёзно: мама, брат, сват, имперский дознаватель… особенно он – НИКТО не должен узнать об этих артефактах. Пока что. Как только вернём роду былое величие, мы их ещё и продавать начнём. Но сейчас… Элементарно не сможем защитить.

– Я персонально доведу до каждого из наших людей твои слова, босс, – Егор крепко пожал мою руку. – Ещё раз спасибо. О таком мы и мечтать не могли.

– Ян Борисович! – не сходя с лестницы на другом конце полигона, мне рукой махала Настя.

– Проведи беседу, будь так добр. А! И да! Сегодня в ночь помогите Дане перевезти содержимое её мастерской сюда, если надо, арендуйте грузовик. Всё, труба зовёт!

Дёрнув за собой Зорина, я поспешил к Насте. Выглядела она довольно взволнованной. Впрочем, не настолько, чтобы бежать ко мне через весь полигон, что давало мне надежду на то, что особняк ещё не в огне.

– Ян Борисович! – повторила горничная, когда мы подошли поближе. – Там этот… Дядька в форме, с усами! Суровый такой! Вас просит!

Мы с Зориным переглянулись. Ночной визит Горина вряд ли сулил что-то хорошее. А в том, что наверху меня ожидает он, у меня сомнений не было.

* * *

– Янчик! Рад видеть! – по-свойски расправив руки, Николай Александрович встретил меня крепкими, буквально медвежьими объятиями. Я отчётливо ощутил запах алкоголя, хотя мужчина был в форме.

– И я вас, – проскрипел я, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха. Силёнок мужику было не занимать, хоть и возраст под полтос…

– Звиняй, что без приглашения, в столь поздний час, так ещё и под шафэ… – майор скривился, будто только что подумал, что ему вообще не стоило приходить, – но дело срочное. С завтрашнего дня мы выставляем патрули. Так как обычные есть, этот вид решили назвать роковыми. Против прорывов-с… Пока что сугубо добровольные. Но из пятнадцати действующих согласились только пятеро, ты последний.

Майор остановился на секунду, достал из нагрудного кармана флягу и пошатал её в руке. С грустью открыл и перевернул, поднеся ко рту, но оттуда не упало и капли.

– Паша, будь добр, налей гостю…

– Всё, кроме керосина, – подсказал Горин. – Спасибо, Ян!

– Присядете?

– Не откажусь.

– Пройдёмте в гостиную, чего на веранде мёрзнуть?

Спустя минут пять мы уже сидели в тепле, а едва откупоренная бутылка виски успела похудеть на три рюмки. С такими новостями и я выпить не отказался.

– Короче, – продолжил майор, – прорывы теперь регулярные. Аналитики столичные работают, классифицировать пытаются… Но нам достался один из крупнейших. Остальные поменьше. От пяти до сотни в основном, альфы – редко. С двойными вам тоже «повезло»… Если согласишься, в патруль придётся выходить на сутки, отдых – двое суток, но на вторые вы в резерве, на случай если другие не справятся… В общем, не бухать на вторые сутки… Янчик, давай накатим, в горле сушит!

– Будем, Николай Александрович!

– Будем, – подключился Паша.

– Будем, – подытожил служивый.

Вытерев рот рукавом кителя, им же и занюхав, Горин продолжил:

– И такая канитель до нового года. В столице формируют патрули быстрого реагирования, но… Сам понимаешь, Печора в такой… жопе находится, что до нас очередь одна из самых дальних. Из хорошего: тройные выплаты по трофеям, плюс по сотне тысяч за каждый выход. Само собой, на отряд… И медалей с грамотами по окончании, мать их за ногу!

Последнее майор сказал с неким отчаянием. Впрочем, здесь я его понял с ходу – тем, кто шкурой в окопах рисковал, боевых товарищей на поле боя погибших бросал… Им медали без надобности. Мне бы семью увидеть, да забыть тот ужас войны.

– Мы участвуем, Николай Александрович, – ответил я, не колеблясь. Решение было принято ещё в первую часть диалога, а тут и награды, и возможность побольше прокачаться – кровь из носу нужен третий ранг, без него поступить в академию будет сложнее. Вообще, с магией бездны меня там примут в любом случае, просто не хотелось бы потом выслушивать весь год о том, что Бронину повезло. Буду идти на равных, а то и лучше…

– За это и выпьем! – майор протянул мне налитую рюмку. – Давайте, парни. До дна, и я пошёл! Пересменка завтра, в семь вечера, напротив отделения. Патрулировать можно на машине, ваш «Бизон» подойдёт.

Выпив по последней, мы распрощались с майором и вернулись в гостиную. Паша закурил.

– И мне дай одну, – я протянул ему руку в ожидании.

– Да держи, отчего нет, – пожал плечами Зорин, передавая мне сигарету. – Не помню, чтобы ты курить начинал.

– А я и не собираюсь… Так, баловство.

– Ну-ну, – Зорин сделал трюк с огнём из пальца, подпалив мне сигарету. – План имеешь или помочь?

– Разберёмся, друже, – сказал я, делая глубокую затяжку. Бумага с табаком тихо затрещали, сгорая. По телу прошла лёгкая расслабляющая волна. – Скажи ребятам, что завтра выходим в патруль. Все, без исключения. Пусть едут за вещами Даны и сразу спать. В четыре вечера сбор, обсудим действия, к пяти подъедем в ГУЗНО, возьмём карты, путевые листы, что там ещё…

– Так ты быстро повзрослел, – Зорин покачал головой. – Никогда бы не подумал, что из такого разгильдяя получится хороший командир. Но в последние месяцы ты меня прям радуешь. Может, и не выдумка эта твоя «прошлая» жизнь.

– А я и сам не знаю, Паша, – я грустно усмехнулся, – выдумка это или нет… Но по ощущениям, я уже давно не юнец.

– Ты молодец, Ян, – Зорин поднялся с кресла и подошёл ко мне. – Я серьёзно. Столько испытаний, а ты вон какой… стойкий. Всё будет.

– Знаю, спасибо, – я допил ещё одну рюмку пойла и затушил сигарету. – Но курить мне не стоит, тут ты прав.

– А когда неправ-то? – хохотнул собеседник. – Ладно, давай-ка ты отдыхай, а мы тут сами разберёмся.

– Лады, – ответил я, понимая, что минут через десять меня окончательно срубит. И впрямь, сильно вымотали меня эти артефакты чёртовы…

* * *

Проснулся позже обычного, благо времени было валом. Райден обиженно сидел в своей куче тряпья. Утром он пытался меня будить, даже клевался, но я не поддался. Надо было выспаться. Зато сейчас фамильяр злобно зыркал на меня, отказываясь принимать утреннее угощение.

– Ну давай мне тут без истерик, – я погладил ворона пальцем по холке. – Сегодня возьму тебя на дежурство. Будешь летать, разведывать… На днях заскочим к Разбудину, новые семена заберём… Здорово же?

Райден посмотрел на меня с недоверием, но протянутое семечко клюнул. Затем ещё и ещё. Порядок. Не хватало ещё обиженного разведчика на задании… Совсем я его забросил, конечно. Надо заняться развитием, а я, блин… Времени нет, что поделаешь. Глядишь, Разбудин подскажет чего…

Умылся, оделся и… лёг обратно на кровать. Осознание, что сегодня придётся спать в машине или в палатке, заставило меня проваляться еще десять минут. Ну а что. Могу себе позволить!

Впрочем, несмотря на то что дел было немного, до выезда оставалось каких-то пять часов, так что пришлось вставать. Спустился, наскоро съел свой, как выразился Паша, «спартанский» завтрак из той же каши, яиц и помидоров. Сегодня нам с Василием было достаточно друг другу кивнуть. Глядишь, скоро телепатией начнём с ним общаться. Странный мужик, но веселит меня чем-то… Не знаю, харизмой?

Спустился вниз, на полигон, временно объединённый с мастерской. В зоне, отведённой для работы, юлой крутилась Дана. В противоположной части помещения уже вовсю тренировались бойцы. Только Егора не было – он пока на посту. Ночной дозор мы упразднили на время Рокового Патруля, но днём решили всё же выставлять кого-нибудь. По крайней мере, пока отряд дома.

Впрочем, меня начинала утомлять эта традиция. Может, разработаю сигнализацию получше или какой-нибудь ЧОП для этих целей найму… Не знаю.

В кои-то веки я присоединился к тренировке. Совсем забросил это дело. Прогнал каналы в медитации, поспаринговался с Колей в рукопашном бою, с Зориным провёл бой на деревянных мечах, немного физических упражнений… В общем, два часа пролетели незаметно.

Обсудили поведение артефактов – за ночь все зарядились и теперь бесперебойно выдавали огромное количество энергии. Правда, были и неприятные побочки: у меня, да и почти у всех, кроме Паши, ощутимо ныли энергетические каналы. Впрочем, оно и неудивительно – пришли к выводу, что за пару-тройку дней всё придёт в норму.

Три часа отдыха, из которых два я убил на чай с круассанами, читая книгу. В этот раз решил развлечь себя не самой научной литературой. Думал, будет какой-то средненький роман, но он смог меня удивить. Огромный зелёный огр спасает принцессу из замка, а ему в этом помогает осёл. Огр по имени Крэк, придумают же… Ещё и дракон в конце сказки резко оказывается доброй самкой и… Что она делала с ослом, лучше вам рассказывать не буду.

– Ну и бредятина, – я покачал головой и тихо добавил:

– Интересно… Есть второй том?

* * *

Вечер был прохладным даже для Печоры – на уличном градуснике минус двадцать пять. На часах без трёх минут, все в сборе, кроме Инги. О, вот и она…

– Отряд! Строимся и слушаем брифинг!

Надо же, секунд десять прошло, а бойцы уже стоят по струнке. И чего я с ними раньше не практиковал мотивацию через физические упражнения? Вон какие прилежные стали… Я продолжил:

– Сейчас дружно садимся в машину и едем к отделению ГУЗНА. Там получаем карту с маршрутом, оборудование дополнительное для освещения обещали выдать, сверху прикрепим на «Бизона» нашего. В общем, на всё про всё у нас будет час. Ровно в шесть меняемся с другим патрулём и выезжаем. Всё ясно?

– Так точно!

– Значит, по машинам, бойцы! Покажем мутантской погани, где им самое место!

– Ура! Ура! Ура-а-а!

Отряд бодро расселся по местам, а я задержался на пороге машины, инстинктивно посмотрев в сторону города. Над горизонтом вспыхнула странная алая зарница – и тут же погасла, будто кто-то зажёг спичку в небесной темноте и бросил её обратно в пустоту. Что-то не так.

Глава 10
Первый выход

– Видал? – спросил я у Паши, садясь в машину.

– Видал, – ответил он хмуро.

– Это в городе?

– Вряд ли, сильно дальше. Километров пятьдесят от центра, а от нас все семьдесят. Думаю, кто-то из действующего патруля убойным чем-то шарахнул…

– Главное, чтобы не наоборот, – я покосился на место алого всполоха и завис на мгновенье. Наваждение прошло легко. Тряхнул головой, глянул назад: все на месте.

– Инга, трогай, – я ткнул рукой в сторону города. – Не то так и будем ворон считать.

– Кстати о них, – подхватила Инга, заводя артефактный мотор. Приятный гул разнёсся по салону автомобиля. – Райден с нами не едет?

– Конечно не едет… – я пригнулся к лобовому стеклу, чтобы получше рассмотреть небо. Уже смеркалось, так что чёрную птицу я так и не разглядел. – Летит он. Только вот где… Хрен его знает. Где-то неподалёку. Он же такой, любит приключения. А тут не хухры: Роковой Патруль!

– Названьице, конечно… – поёжился Пони, – жутковатое!

– Да и Прорывы на сказку похожи мало, – подхватил Коля Колесников. – Не дрейфь, молодой, всё пучком!

– Верно говорит, – кивнул я. – Мы на машине, так что основная наша задача – разведка и превентивное устранение угрозы.

– Превен… что? – переспросила Инга?

– На упреждение бить будем, – подсказал Егор. – Ну, чтобы твари до города даже не доползли. Верно говорю, командир?

– Верно. В общем, к чему я… Периметр контролируем, на рожон не лезем, но по возможности неприятелю показываем Кузькину мать. Вопросы?

– Никак нет! – хор дружных воодушевлённых голосов меня чуть не оглушил. Впрочем, лучше так, чем тащиться на брифинг с кислыми минами. Эх… Не хватает здесь магнитолы!

Я снова развернулся с переднего сиденья в сторону салона:

– Песни кто-какие знает, народ?

– А как же, – гордо ткнул себя в грудь Колесников. – Я прям ходячий сборник!

– Тогда запевай!

– Раньше я жила, не знала, что такое кокушки, – Коля на секунду остановился, делая вдох, а я уже чуял неладное. Солист продолжил:

– Пришло время – застучали кокушки по жопушке!

На несколько секунд в салоне воцарилась тишина. Я смотрел на Рому, смотрел на остальных членов команды. Они смотрели на меня. Я хмурился. Они улыбались.

– Ладно, сам виноват. Кто-нибудь знает приличные песни?

– Давай я спою, – сдерживая смех, выпалил Егор.

– И даже без кокушек? – недоверчиво спросил его я.

– Без кокушек он и мою партию осилить сможет! – с ехидной улыбкой припечатала Инга.

– Ладно, ладно, хорош, – я замахал руками, чтобы все наконец заткнулись. – Давай, Егор, исполняй!

И Егор запел. Гулко, с чувством:

'Степь да степь кругом,

Сердце грусть берёт,

Про широкую…

Степь ямщик поёт:

Как в той степи

Ямщик умирал,

Он товарищу…

свой наказ давал…'

– Да вы, бл**ь, издеваетесь! – не выдержал я. – То частушки, то мотивы погребальные! Нет, с этим точно что-то надо придумать. Задание вам, ребята, – найти хороших походных песен. Будем вместе петь, пока едем. Так и кукухой поехать с вами недолго!

Дальше ехали в тишине. Благо, оставалось недолго. В городе прохожих почти не было. Редкие гражданские машины да полицейские пешие патрули. Оно и неудивительно: на время «обстоятельств повышенной бдительности» в Печоре ввели негласный комендантский час. Нет, никто никому не запрещал передвигаться по городу, просто по-человечески попросили лишний раз этого не делать. И на удивление, люди послушали! Мне определённо нравилось, как здесь всё устроено. Порядок – это отлично. Главное, чтобы через неделю эти порядочные бунтовать не вышли. Мало ли…

Машина тем временем нырнула на уже привычную мне парковку ГУЗНА. Глянул на часы – время есть. Может, к Горину зайти?

– Так, народ, – я снова повернулся лицом к задним рядам. – Выходим, разминаемся, не расходимся. Покурить – можно. В уборную сгонять – последний шанс. Никаких «пожрать» или «закупиться чем-нибудь в дорогу». Всем ясно? Я позову, если понадобитесь. Вольно.

В отделении ГУЗНА было тихо – посетителей и до этого было не то чтобы много, а сейчас и вовсе никого не осталось. Охранник на входе, чуть дальше – уже как родная, Светлана.

– День добрый, Света! – я, видимо, слишком резко подскочил к стойке, отчего у дежурной чуть не случился обморок. – Упс, пардон, мадемуазель, не хотел вас напугать!

– Хорошо, что не хотели, – сбитым, чересчур тонким голосом пропищала женщина, потирая заспанные глазки. Закончив, она надела очки и недоверчиво прищурилась:

– И вы в патруль?

– Так точно, – кивнул я и посмотрел в сторону двери Горинаю – Начальство у себя?

– Был с утра, – вяло ответила дежурная, – Провожать вас не буду, уж звиняйте! Коленки до сих пор дрожат…

– Порядок, документы заберу на обратном пути.

– Так они ещё у Николай Александрыча…

– Тем более!

Восемь широких шагов, три негромких стука в дверь и одно усталое «Войдите», и вот – я в кабинете Горина. Мужик склонился над картой окрестностей, расстеленной на большом переговорном столе, и, казалось, смотрел куда-то сквозь неё.

– Ян, – сказал он, тяжко вздыхая.

– Это я, вечер добрый, Николай Алекса… – договорить мне не дали.

– Да, привет, привет… – служивый явно был не настроен на формальности. – Не кричи так. Поди сюда.

Я обошёл стол и встал за майором, так, чтобы разглядеть карту.

– Что видишь?

– Карту, маршрут… Наш?

– А я вижу, товарищ Бронин, почти триста километров по пересечённой местности, которые наши патрули должны проходить за двадцать три часа. Руководство сказало оцепить ещё и деревеньки ближайшие, и от них ещё пятнадцать километров… Объём работ увеличился втрое.

– Справимся, Николай Александрович, – подбодрил я служивого. – Наши посменно будут баранку крутить, так что ещё и отдохнуть успеем.

– Кстати об отдыхе… – Горин взял перьевую ручку, щедро макнул её в чернила и обвёл кружками три точки по пути следования. – Вот здесь оборудованы лагеря. Собраны из говна и палок, но в любом из них можете остановиться, дух перевести. Укреплено так себе, сигнализации никакой, но… Лучше, чем под деревом спать.

– Разберёмся, Николай Александрович. От патрулей новости есть?

– Да не особо, на связь выходят, докладывают, мол, всё хорошо… Кстати! Всем выдаём сейчас маячки – «Звезда Спасения» в количестве трёх штук… подотчётные, уж прости. Не отработали – сдаём. И новый артефакт привезли, мать его за ногу. Весит добрых двести килограмм, но позволяет держать связь на расстоянии до сотни километров. Не слышно почти ни хрена, но с пятого раза в среднем получается доложиться…

Майор тяжко вздохнул, отхлебнул воды из графина и продолжил:

– Прислали всего пять штук. Две на действующие патрули дальнего следования, один в штаб, остальные на случай поломки или утери… Терять не рекомендую! Самая новая модель, прототип. В общем, мало нам не покажется, если у этой штуки ноги вырастут… Так что грузите бандуру в свой «Бизон» и храните как зеницу ока. Вопросы?

– Никак нет, товарищ майор!

– Отлично, – хлопнул по столу ладонью служивый. – Значит, забирай к херам и карту эту, и бумажки треклятые. Дай бог, живые все вернутся, и я с чистой совестью посплю первый раз за трое суток.

– Понимаю вас, Николай Александрович… Крепитесь, – сказал я, осторожно сгребая со стола ворох макулатуры, которую мне щедро предоставил командующий отделением. – Это всё мне?

– Да.

– Принял.

– Звиняй, Янчик, что вот так вот… негостеприимно. Голова гудит, как после доброй попойки. А во рту ни грамма!

– Прорвёмся, товарищ майор!

– Давай там, осторожнее… И ещё, как там меч, что я тебе дал?

– Боевое крещение он прошёл, – я достал из-под одежды амулет, в котором было запечатано оружие. – Даже сплю с ним.

– Береги его, молодой, – усмехнулся майор. – По праву заслужил. Может, расскажу тебе историю его как-нибудь под коньячок… А теперь дуй отсюда, не отвлекай старика чепухой всякой!

Молча кивнув, я развернулся на пятках и покинул кабинет, осторожно прикрыв дверь.

– Подписывать что-то нужно? – обратился я к Светлане, у которой при виде новой стопки бумаг задёргался глаз.

Ещё десять минут я потратил на то, чтобы подписать, отметиться и хотя бы бегло, но прочитать, что я вообще подписываю. Впрочем, на третьем документе вникать я уже перестал.

Буквально за семью замками, в самом центре управления, меня ожидал «прорывной» А-2337 – двухсоткилограммовый железный ящик с причудливой рунической вязью по всей поверхности. Она почти не различалась, легонько поблёскивая, если посмотреть на артефакт под углом.

– Впечатляет, а? – Горин гордо кивнул в сторону диковинки.

– Да… Неплохо… – я ушёл глубоко в себя, практически вплотную припав к кубу. Для меня было большим сюрпризом, но устройство его открылось мне довольно легко. Я даже заметил пару слабых узлов. Что интересно, это инженерное решение не было случайностью – на соседнем «запасном» артефакте это сплетение выглядело абсолютно так же. Автоматических конвееров в артефакторике быть не могло, так что либо я просто видел чуть больше артефактора, который занимался разработкой, либо… Он так и задумывал, чтобы через год исправить и выкатить государству счёт за модель 2.0. Ну или А-2338, кто его знает…

– Барон! – в реальность меня выдернул громкий оклик Горина, одновременно с его рукой, легонько похлопавшей меня по плечу.

– Извиняюсь, – оживился я. – Просто показалось, что нашёл проблему.

– Проблем в этой дуре полно! – нервно хохотнул майор, а затем хлопнул по артефакту ладонью. – Протокол говорит, что перед передачей изделие следует протестировать! В моём кабинете такой же стоит, я сейчас пойду туда, а ты включай, вот тебе инструкция, – мне в грудь прилетела толстая папка с документами, на которой большими прописными буквами красовалось всё то же наименование– «А-2337».

Горин меня покинул, а я принялся шерстить инструкцию. Впрочем, включалась она элементарно: кладёшь руку на верхнюю панель и давишь вниз до щелчка. После щелчка вся эта вязь начинает светиться голубым. О… Не фиолетовым. Внутри стоит преобразователь энергии, не иначе… Интересно…

Следующие семнадцать листов были с предостережениями – не ронять на ногу, не ронять на руку, не ронять на голову… Ага, я, кажется, начинаю понимать суть. Он охрененно тяжёлый.

Что ж, времени, конечно, достаточно, но сидеть в глухом подвале, в полутьме бумажки ковырять… Нет уж. Подошёл к артефакту, вдавил до щелчка, увидел голубое свечение. На всё помещение раздался невыносимый, противный до одури треск.

Слова Горина, кое-как пробивающиеся сквозь ворох помех, можно было сложить во что-то в духе «Бронин, как слышно?». Три попытки ответить на сообщение так и не привели к результату, затем из «волшебной коробки» донеслось отчётливое «Тьфу, бл**ь!», и помехи сошли на нет – кажись, собеседник отключился. Спустя минуту в хранилище спустился Горин.

– Вот так и живём, Янчик, – с грустью покачал он головой. – Связаться-то можно, но, сука… Через боль, пот, седые волосы и «Тьфу, бл**ь!».

Я молча стоял и смотрел магическим зрением на тот самый узел, что сплели явно криво. Исправить его – секунд пять делов. Дилетантская ошибка… Почему её видно только мне?

– Артефакт из моноферрита, товарищ майор? – предположил я.

– Хрен его знает, быть может… – Горин озадаченно почесал затылок.

– Поговорим наедине?

– Сеня, выйди, – скомандовал служивый, машинально доставая из внутреннего кармана блокирующий артефакт. Снова этот забавный зеркальный купол.

– Мне почему-то кажется, что я сейчас сильно удивлюсь, – лицо майора выражало эмоцию, которую я бы назвал «заинтересованная усталость от сюрпризов», или как-то так.

– Всё зависит от того, насколько вас удивит то, что как минимум эти два артефакта бракованные, и что я смогу их починить за пару минут. Безвозмездно, само собой.

– Ты что, из… этих? – прищурился Горин.

– Смотря кто эти… эти, – прищурился я в ответ.

– Ну, эти… – служивый скривился, будто стакан водки забыл закусить, – артефакторы.

– А, – облегчённо выдохнул я. – Тогда да. Из этих. Из артефакторов.

– Сколько сюрпризов таит в себе барон Бронин… – покачал головой глава управления, явно сомневающийся в своём дальнейшем вопросе.

– Знаешь, за какое место нас с тобой подвесят, если мы грохнем машину за шестнадцать миллионов рублей? Да пяток таких перекрывает годовой оборонительный бюджет всей, мать её, Печоры!

– Не сломаем, Николай Александрович, – ответил я, стараясь выражать уверенность.

Хотя сумма в шестнадцать миллионов, признаться, выбила меня из колеи. По моим скромным подсчётам, всё, что я в скором времени получу за первые два закрытых Оазиса, не превысит и трёх миллионов. А это сама по себе сумма внушительная, в разы превышающая нормы… С другой стороны, моноферрит, перемешанный с каким-то убогим композитом, кропотливая, но на деле простейшая работа артефактора… Да я такой и сам бы собрал!

– Уверен? – переспросил меня Горин, но, не дожидаясь ответа, махнул рукой. – А, похер, валяй! Скучно мне в этом клоповнике, так хоть в Сибирь отправят, – его тон сменился на мечтательный:

– Там потеплее, чем в наших краях…

Дважды просить меня не пришлось. Купол решили пока не отменять – не то чтобы моя артефакторская личина находилась в тайне, просто… А зачем лишние глаза и уши? Сделаем по-тихому.

На старом, на удивление, стерильном складе не нашлось ничего похожего на стул, так что пришлось перед артефактом сесть отнюдь не по-аристократически – на корточки. Впрочем, что мне, что Горину на подобные позы было плевать – он и сам подсел рядом со мной, затаившись в ожидании.

Я тем временем уже погрузился в себя и полез в «мини-игру» по устранению неполадок. Признаться, в первый осмотр артефакта мне было гораздо уютнее. Но дело было лишь в цене этой бандуры, не более.

Сияющие голубые элементы вязи мелькали перед глазами, прокладывая путь к проблемному узлу. Чем ближе я подбирался, тем сильнее цвет сменялся на фиолетовый. Ну да, преобразователь подключили… Своеобразно. Остановился на месте и какое-то время водил своим сканирующим взором из стороны в сторону. Ну точно! Этот кудесник подключил преобразователь по-хитрому, замкнув контур…

Не знаю, как я вообще это понял, со своим-то опытом, но Дана говорила, что артефакторы не прокачиваются в рангах, лишь в мастерстве. И мастерство это на ранних этапах напрямую зависит от ощущения материи, с которым у меня всё в порядке.