Текст книги "Отмороженный 14.0 (СИ)"

Автор книги: Евгений Гарцевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Надо тестировать. И пока не передумал, поглотил одну жемчужину. Просто расколол ее пальцами и почувствовал, как онемела рука. На экране закружил перламутровый смерч, опутавший Ориджинала, и посыпались системные сообщения о получении новых уровней.

Сразу три! Итого я теперь на сто девятом. Только опять без новых навыков, только улучшения.

Окей, у меня еще есть! Я уже добрался до второй жемчужины, но почувствовал нечто странное, похожее на отвращение. Система молчала, но через синхронизацию очень отчетливо передалась мысль, что я уже объелся. Даже переел и даже смотреть больше не хочется. Практически как гребанный фастфуд. Было вкусно, но наелся только тогда, когда плохо стало. Фух. Кажись, передозировка.

Я сделал несколько глубоких вдохов и вывалился из кресла, чтобы размяться. Отжимания, приседания, растяжка – вроде бы привели меня в норму. Но вернувшись в синхронизацию и посмотрев на жемчужину, понял, что еще нет. Ладно. С тем же фастфудом клянешься себе, что больше не будешь, но проходит совсем немного дней. И, вроде как, и не так все страшно было в прошлый раз. С тем же алкоголем похожая тема, и хорошо от энергии не похмелье с передозировкой, а легкое: что-то пока больше не хочется.

Решил подождать недельку, а потом повторить. Раскидал улучшения, снова поделив между «Иглой» и броней (улучшая в том числе пассивные навыки заряда и восстановления энергии). Разломал вторую стену, добыв оттуда еще три жемчужины, и пошел проверять второе помещение. Рассчитывал, что там будет либо склад, либо запасной выход.

Говорят, плохая идея возвращаться той же дорогой. И проверять это на синих стражах, честно говоря, не хотелось.

В итоге нашел два в одном. Коридор привел в помещение, которое Древние использовали в роли кладовки. А еще там был небольшой и не особо стабильный портал. Ключ-манипулятор выдал необычную справку, предположив, что выход с другой стороны совпал с какой-то аномалией. Но главное – он работал!

Кладовка была пустой, но со следами довольно грубого обыска. Видимо, неизвестный Ориджинал, который добавил эту точку на карту, попал сюда как раз через портал. И ушел также, «пробудившись» и забрав с собой все ценное. Экраны не тронул (возможно, даже включить не смог), жемчужины не обнаружил, с лифтом тоже не справился. Я поискал какие-нибудь осмысленные следы, в духе: здесь был Индиана Дрейк или логотип какого-нибудь тайного общества археологов, но нет. Пришли, вынесли все, что не прикручено и ушли.

И мне пора. Я шагнул в портал…

И вывалился как будто бы в середине грозового фронта. Тьма вокруг, разряды молний и гул вперемежку с треском. Сначала подумал, что попал в Разлом, и с радостью заметил, что броня Ориджа совершенно спокойно все это выдерживает. Не зря я улучшения в нее вкладываю. Только расход энергии подрос, но и подзарядка шарашит практически вровень. Процентов на пять всего не успевает.

Прогулочным шагом прошел несколько метров осматриваясь. Кто знает, может, таинственный археолог, который всех опередил, лежит где-нибудь поблизости. Белеет скайкрафтовыми костями на фоне черной бури.

Но ни его запчастей, ни костей монстров не было. Вообще ничего не было, а через двадцать метров закончилась и сама буря, вызванная аномалией. Я шагнул вперед, вываливаясь из черного облака, и аж зажмурился от яркого света. Вместе с солнцем на меня тут же обрушилась система: включилась карта, опознав мое местоположение, пробилась связь со спотами, и даже в животе заурчало, напомнив, что пора домой.

От входа в пещеру меня выкинуло километрах в сорока. В похожей долине, наполовину затянутой аномалией. Я вызвал орнитоптер, сделал крюк, чтобы забрать Искорку с Хомяком, а потом полетел на «Тридцать седьмую».

* * *

– Ну, что у нас здесь? – спросил я встречавших меня Ястребов.

– Здесь, как-то очень холодно, – ответил Зяблик, пропуская меня на базу фоггеров. – Настолько холодно, что мы больше чем два часа не можем здесь находиться. Батареи выбивает в ноль, подвижность снижена вдвое. Про камеры я вообще молчу. У меня не экран, а дверной глазок какой-то. Причем старый, механический, без нормальной оптики.

– Ну так Мерзлота вокруг, – кивнул я. – Еще что?

– Еще кто-то постоянно стучится снизу, – подключилась Хоук. – Собирает на себя полный боезапас турелей, а потом ломает. Суки живучие и хитрые. Уверена, что как только лишнюю защиту уберут, так они хлынут всей толпой. Мы пока успеваем обновлять технику, но счет не в нашу пользу.

– С оборудованием что?

– Печки починили, но запустилась только половина. Условного обогрева хватает только на сам мост, чтобы споты не окочурились, – сказал Зяблик. – Говорю же, холодно здесь! Мы сами греться на мост ходим. Там стоишь и дрожишь, как лопасть от кулера. Дует ледяной ветер, и кто-то воет постоянно. Причем и из ущелья, и с той стороны.

– Видели кого?

– Ну-у, – замялся Зяблик. – Видели синего мутанта Лэйна.

– Он напал?

– Как бы да, но и как бы нет, – пожал плечами Зяблик и посмотрел на Хоук.

– Короче, – сказала девушка. – Вчера в тумане на той стороне промелькнул чей-то силуэт. Потом появилась пасть, в которой на зубах виднелось что-то синее.

– И?

– И потом в нас прилетело тело, – закончила Хоук.

– Ты прикинь? Какая-то тварюга, считай, в нас плюнула мутантом, – возмутился Зяблик и потер плечо. – Причем метко. Меня сбило с моста, но хорошо я на страховке был. Хоук вытянула.

– А вы что?

– А ты как думаешь? – усмехнулась Хоук. – Крикнули, что молодцом, давай еще. Мы даже стрелять не стали, это же явно был толстый намек, что на той стороне никому не рады. Ни нам, ни фоггерам, ни банде Лэйна. Честно говоря, тебе тоже, скорее всего, рады не будут. Но ты меня не подведи, я ставку сделала.

– На что ставят?

– В основном, – вмешался Зяблик, – на два исхода. Застрянешь в зубах или тебя тоже выплюнут.

– А варианта, что я просто перейду мост и спокойно пойду по своим делам, не рассматривается? – спросил я.

– Одна ставка всего, – кивнула Хоук, – но, правда, там про спокойно нет ничего. Подраться все-таки придется.

– Руперт поставил?

– Откуда знаешь? – удивился Зяблик. – У вас договорняк что ли?

– Просто он в меня верит, – я протиснулся мимо Ястребов и вошел на станцию.

С момента моего последнего посещения толком ничего не изменилось. Просто все превратили в огромный склад. Стройматериалы, боезапас, запчасти для спотов и SWORDS. Тут же стояли обогреватели – визуально похожие на уличные инфракрасные, как в мое время осенью устанавливали в кафе. Этакие пузатые невысокие фонарные столбы стояли через каждые четыре метра и фонили энергией вперемежку с чем-то химическим. В нижней части что-то булькало и потрескивало – постоянно шла какая-то реакция, а верхушка как раз и излучала вокруг.

Грели они слабо, с трудом приводя окружающую температуру к нормальной. Нормальной для беспроблемного функционирования дроидов. Возле каждого обогревателя стояли пауэрбанки, размером с два автомобильных аккумулятора, и во все стороны тянулись провода. Большая часть уходила вглубь базы, а остальные были подведены к двум небольшим верстакам. На одном чинили спотов, на другом – турели. Там же их и перезаряжали.

На складе и за верстаками шла активная работа. Два «защитника» ковырялись с техникой и еще два работали за кладовщиков. Поздоровался со всеми и обсудил ставки. Оказалось, что народ серьезно подошел к вопросу. Было около десяти возможных исходов, из которых только в одном случае я вообще не получал урона. Правда, в этом случае, я и не переходил ущелье.

Следуя за проводами, зашел сначала в центр управления, где Ястребы устроили самую настоящую парилку (по меркам Мерзлоты, конечно). Половина экранов не работала, а один как раз включился, показав одного из наших механиков. Тут же на полу отогревались строительные споты.

Потом добрался до восстановленных генераторов, которые почему-то вообще не обогревали окружающее пространство. Лишь передавали заряды энергии по специальным прозрачным трубкам. В «ведьмачьем» зрении было похоже на фейерверк, летящий по трубе. А в обычном – все просто светилось желтым цветом. Трубка вела к открытой двери и выходила дальше к мосту. И уже бежала по нему на всю длину. Каждые десять метров от нее отделялись трубки поменьше, которые расходились к низким перилам. Там уже была какая-то скрутка, передающая тепло по перилам.

Опять же в «ведьмачьем» зрении, мост теперь выглядел как ночная посадочная полоса. Даже туман отступил на пару метров в стороны.

– Я вообще не понимаю, как Эбби до всего этого доперла, – меня догнала Хоук, а потом и Зяблик.

Оба везли перед собой увесистые тележки, с установленными на них сдвоенными турелями. Не считая аналогов ПЗРК – это сейчас была наша основная огневая мощь.

– Мы тебя прикроем, – сказал зяблик, устанавливая себе на шлем дополнительную камеру. – Это для ребят, специальная трансляция.

Я кивнул, показал в камеру большой палец и пошел по мосту. Проверил все системы, навыки и готовность Искорки с Хомяком. На сканере было мутно, он не пробивал дальше десяти метров, рисуя мне отдельный цифровой туман. При этом я уже слышал тот самый вой, про который все говорили. Он очень отдаленно напоминал медвежий рев, только пропущенный через цифровой синтезатор, и еще с добавлением фильтров. Так, чтобы казалось будто голосовые связки неизвестного монстра заржавели. А еще он был громким – и уши не закладывало только потому, что ветер сносил его большую часть куда-то вглубь ущелья.

Я добрался до места прошлого слома, любуясь работой спотов. Полностью мост они не восстановили, только направляющие: толстую центральную балку и поддерживающие боковые. Потом все это связали поперечинами из астериуса, примерно метровыми участками. И поверх пустили еще одну балку, похожую на монорельс. Чтобы и страховку за него цеплять, и турель можно было протащить.

– Облегченная версия моста получилась, – я повернулся к Ястребам.

– Вторым этапом можно будет настил нормальный сделать, – ответила Хоук. – В проекте Эбби это есть. Но споты не тянут долгие вылазки, и расход материала слишком большой.

– То, что уже есть, держит прекрасно. Я с тремя «Защитниками» в полном обвесе пробовал, – сказал Зяблик. – Но страховку все равно лучше возьми.

Он протянул мне страховочную систему, этакую разгрузку, с привязанным к ней скайкрафтовым тросом (уже новым, их тех, что я сделал сам). В конце троса был сделан карабин, который Зяблик прицепил к перекладине, а сам моток протянул мне.

– На прыжок хватит, даже с двойным запасом, – кивнул Зяблик, а потом махнул рукой. – Хотя ты и сам знаешь, твоя же работа.

– Ну я пошел. Как буду на месте, отпишусь, – сказал я, понимая, что звучит все так, будто я куда-то в другой город уезжаю, причем в эру до мобильных телефонов.

Я переступил границу между старой конструкцией и новоделом. Покачался немного, не почувствовав никаких колебаний, и пошел вперед. В одной руке – моток с тросом, рядом с другой – «Игла». Без каких-либо проблем (даже выть вокруг перестали) добрался до конца нормально отремонтированной части. И прошел еще пару метров по торчащей над пропастью балкой – тем самым монорельсом.

Капец, практически трамплин! И еще сразу вспомнилась старая фотография, где рабочие на поперечной балке пообедать решили. На стройке небоскреба на высоте двухсот метров.

На меня налетел порыв ветра, слегка подпихнувший Ориджа в спину, а заодно и немного развеявший туман. Впереди, метрах в десяти проступило темное пятно разрушенного моста. Искорка тоже пробилась, тут же зафиксировав расстояние, границы и начав высчитывать варианты для прыжка.

В принципе, реально. «Телепорт» бы справился, но без видимой конечной точки он не сработает. Остается «рывок», но, возможно, двойной.

Я вернулся по балке до широкой части моста. Проверил крепление страховки, распустил моток и сбросил его в пропасть, чтобы уже точно ничего там не запуталось. Залез в настройки Ориджа, переключив распределение мощностей. Понятно, что на общую массу это не повлияет, но максимум мне сейчас нужно было вытянуть из «рывка», а не из брони или маскировки.

К этому времени подтянулись Ястребы, проталкивая турель, закрепленную на монорельсе. Зяблик выставил специальные упоры, а заодно перевязал мою страховку к специальному карабину (на который я не обратил внимания).

– Так надежней будет, – крикнул он, проверяя, свободно ли крутится турель. – Так мы тестировали.

– Готов? – спросила Хоук. – Мы прикрываем, если что вытянем.

Может, и не готов, но это не значит, что не сделаю.

Я встряхнул страховочный трос, махнул рукой и рванул. Пока без навыков, просто на своих двоих, резко набирая темп. Пронесся по достаточно широкому монорельсу и за несколько сантиметров до обрыва прыгнул, активируя «рывок».

В динамиках Ориджа зашумел встречный ветер. Туман подался назад, будто отступая от моего напора. Время вокруг будто бы замерло, а в синхронизации я так вообще чуть ли не в невесомости себя почувствовал.

Свободный, мать его, полет… оборвался слишком резко. И неожиданной болью в ребрах, когда я рухнул на край моста. Матюкнулся, разом потеряв весь воздух, и начал цепляться за потрескавшийся камень. За что-то ухватился и вытащил Ориджа на несколько сантиметров, но достаточных, чтобы закрепить центр тяжести. Подтянулся еще, хватаясь дальше.

Нащупал что-то явно не каменное, и не стальное и подтащил к себе ногу синего мутанта. Еще раз матюкнулся, отбрасывая ее в сторону. Оперся на локти и закинул ногу на выступ. Подтянул вторую и уже нормально откатился подальше от края. И рухнул на спину, пытаясь отдышаться.

– Алекс, ты в норме? – с трескучими помехами прорвался голос Хоук. – Добрался или вытаскивать тебя?

Я почувствовал, что страховочный трос дернулся и натянулся, легонько подтолкнув меня.

– Хоук, отбой, – я отполз еще дальше от края и принялся отстегивать страховку, а то вдруг коллеги сейчас перебдят. – Я добрался, не тяните!

Но вместо ответа только шипение в канале и новый рывок троса. Меня толкнуло уже ощутимей и медленно, но верно потянуло к краю.

– Хоук, отбой!

Но меня будто не слышали. Продолжая тянуть к обрыву. Пришлось упереться ногами и ускоренно искать, как расстегнуть чертову разгрузку. Я перекрутился, чтобы высвободить трос, и понял, что тянут меня как-то странно. Ни разу не параллельно мосту, а под углом до обрыва, а потом резко вниз.

И, капец, как настойчиво! Я уже снова видел все неровные грани обрыва и царапины на камне, от моих первых захватов. И то, как трос трется о край, шлифуя камень. А карабин на страховке никак не хотел открываться.

Одновременно с тем, как ноги Ориджа нависли над обрывом, оттуда появилась треугольная морда глубинного монстра.

– Хоук, рвите трос! У нас безбилетники! – закричал я, одновременно пнув монстра в морду.

Глава 20

Пяткой в лоб хорошо получилось. С «Моментом силы» и одновременным «рывком», будто это точка опоры. Тварь взвизгнула, взбрыкнула лапами и скрылась где-то в тумане. Натяжение троса ослабло, но лишь немного. Практически сразу мелькнула лапа уже нового монстра, а подувший ветер разогнал туман, показав чуть ли не целую гроздь серых тел.

Я метнул «Иглу» в морду ближайшему. Попал в глаз и перекурил монстра вокруг троса. Прицелился снова, но меня рывком стащило обратно к краю. Со стороны наших эхом донесся звук работы турели. Зяблик долбил не переставая, но почему-то тяга страховки не прекращалась. Наоборот, трос дрожал, мешая мне освободится.

Над обрывом появились когти, прямо как когда-то из скважины. Потом прилетела вторая лапа и воткнулась в камень, уже практически сантиметрах в пятнадцати от моей ноги. Зацепившись, тварь снова замахнулась, то ли уже конкретно мне в ногу, то ли перехватиться и вылезти, но я уже был готов. Бросил попытки освободить карабин, уперся ногами, замедляя скольжение, и активировал бур.

Толком не целясь, выпустил импульс между ног. Так, чтобы перебить трос, монстра, а может и кусок моста. А лучше вообще все к хренам и, чтобы уже просто усесться на краю, болтая ножками!

И сработало! Всё, кроме сесть на краю. Луч из бура выжег почти метровый кусок моста, а вместе с ним порвал трос и ударил в грудь монстру. Меня же на обратной инерции откинуло подальше от края.

– Хоук, Зяблик! Рвите трос, пассажиры могут к вам выйти, – закричал я в рацию, всматриваясь в туман и пытаясь разглядеть, что происходит на той стороне.

Выстрелы не прекращались. Оба ствола турели стреляли под не особо большим углом. Скайкрафтовые отблески разорвали туман, словно это яркие трассеры. Все ушло куда-то под мост с моей стороны, то есть Зяблик, похоже, палил в уже забирающуюся тварь.

Что-то мне это не понравилось. И адреналин еще бурлил и теперь явно через синхронизацию влиял на Ориджинала. Я толком команду еще не успел дать, а дроид, предугадывая мои мысли, отскочил на несколько метров и, как только заглохла турель, взял разбег на обратный прыжок.

Еще в воздухе разглядел несколько серых спин, покрытых какими-то то ли струпьями, то ли буграми. Выглядело мерзко, явно сверх защищенно и еще очень скользко. Я приземлился ровно между двумя буграми, напоминающих позвонки. С отчетливым хрустом и прерванным визгом, орущая тварь будто поперхнулась от неожиданности и боли. Проломилась, распластавшись на раме моста, но я все равно слетел с нее, как с банановой кожуры.

В полете успел расстрелять «Пояс Ориона» по спинам остальных, грохнулся на поперечину, но довольно лихо не дал себе свалиться в пропасть. Поднялся, привлек внимание ближайшего монстра «Иглой» под ребра и телепортировался к ней за спину. Пнул, вложив сдвоенный с «Моментом силы» «Энергетический удар» и сбросил ее в пропасть.

Сцепился с той, у которой треснула спина. Она медленно, словно обезьяна по ветке, подтягивалась ко мне по балке. Двумя «Иглами» ударил ей по лапам по одной стороне и свалил ее с балки. Подскочил с мечом и начал рубить то, чем она еще цеплялась.

– Алекс, пригнись!

Раздался вопль Зяблика, и я стальной жопой Ориджа рухнул на балку, еще и откидываясь на спину. Одновременно надо мной промелькнула, прыгнувшая на меня тварь, и заработала турель. С десяток попаданий за долю секунды, но ни одного пробития. Зато монстра снесло в сторону и приземлился он уже за пределами моста. Технически, конечно, еще не приземлился, но, думаю, через пару минут встретится с дном ущелья.

– Алекс, не стреляй! Мы подходим, – донесся уже голос Хоук, и через пару секунд сквозь туман проявились тела двух Ориджей.

У Хоук в руках было два скайкрафтовых томагавка, искрящихся чем-то из линейки «Шаровых молний». А Зяблик, весь перекошенный, тащил турель.

– Спасибо, что вернулся, – пропыхтел Зяблик. – Прикинь, заело все. Пришлось за второй бегать. Ты сам как?

Я показал большой палец, встал и типа отряхнулся, наконец, скидывая с себя разгрузку. Снова махнул рукой и с разбега перепрыгнул обратно.

Спокойно приземлился и пошел вперед. Надо уже перейти это ущелье, пока еще кто-нибудь не появился.

Я, не торопясь, пошел по мосту, сразу окутанный «Поясом Ориона» еще и Хомяка вызвал для прикрытия. Несколько раз замечал какое-то движение впереди, тени и слишком резкие завихрения тумана. Останавливался и ждал. Но те, кто там мелькал, похоже, бежали не ко мне, а от меня. По звуку показалось, что кто-то взмахнул крыльями. И этот кто-то был не один, там будто целая стая голубей вспорхнула.

Когда я добрался до этого места, там уже никого не было. А вот еще метров через пятнадцать я встретил Лэйновского синего. Здоровый гориллоподобный мутант болтался на краю моста, зацепившись сломанной ногой за перила. Голова обглодана, пальцы на руках отсутствовали, а шкуру прокусили (или проклевали) в десятках мест. Характер ран был настолько разный, что я даже не смог предположить, кто его так. Допустим, шкуру действительно проклевали какие-то летучие гады. Но конечности выглядели так, будто их долго и упорно растворяли в кислоте.

Я оттащил Хомяка, видимо, решившего, что он собака и ему непременно надо обнюхать мутанта. Но сам успел разглядеть основную рану – лунка со рваными краями, где когда-то у мутанта было сердце. Хорошо ударили: и мощно, и точно – надо будет запомнить.

Больше сюрпризов не было. Я нашел несколько темных пятен, въевшихся в камень. И целую широкую полосу, будто какой-то маньяк за шкирку или за ногу тащил истекающее кровью тело. След был длинным, тянулся почти на десять метров, а потом сворачивал к борту и обрывался на самом краю. Хм, тоже странно – зачем столько тащить, чтобы потом выкинуть?

Но ответов пока не было. Искорка предположила, что синие просто посходили с ума и перебили друг друга. Мне эта идея показалась сомнительной, но на всякий случай я проверил данные сканера на подозрительные излучения. А помня иллюзии «Варлока» еще пальцами перед глазами пошевелил.

Вскоре мост закончился. Сначала сквозь туман проступили так называемые берега. А потом и мост плавно перетек в широкую каменную платформу. А когда закончилась и она, начал распадаться и туман. Еще каких-то метров двадцать сквозь потоки ветра и я выбрался на огромную равнину. Кажется, таких больших открытых пространств в Мерзлоте я еще не встречал.

Небо было сплошняком затянуто белыми тучами, а земля присыпана снегом. Линия горизонта отсутствовала. И если бы не редкие черные камни, проступающие из-под снега, то определить, где верх, а где низ, было бы проблематично. Пространство внушало – чертов открытый космос в экосистеме Мерзлоты. Или наглухо замерзший Ледовитый океан.

– Искорка, видишь что-нибудь или кого-нибудь?

«Мне слишком холодно, – буркнул дрон. – Сканирование невозможно, а визуально в таких условиях я не отличу белый мех, от снега или даже от тучи. Одно могу сказать точно – если синие мутанты не научились использовать зимние маскхалаты, то их здесь уже нет. Они ушли».

– Спасибо, – я усмехнулся. – Синих я бы тоже заметил.

Я проверил карту, такую же белую, как и все вокруг. Посмотрел, где я, потом прочертил мысленную линию до нужной точки. Той, которую мы определили, как центр холодильных установок. Если подвохов с масштабом нет, то всего каких-то восемьсот километров. Если получится поддерживать скорость бега Ориджа на уровне тридцатки, то, считай, за сутки с хвостиком добегу.

Орнитоптер, байк и даже айсборд работать здесь отказались. Либо какие-то ограничения Древних, которые я просто пока не умел распознавать, либо банально – низкая температура. После недавних апгрейдов я уже не чувствовал всепоглощающего холода. Края экрана все также были затянуты чернотой, но больше пятнадцать процентов площади не отнимали. Я даже неудобства особо не чувствовал. И привыкать начал и в принципе никогда эти зоны не использовал – там либо иконки навыков, либо карта, либо дополнительные экраны.

Энергию Ориджинал, конечно, тоже терял. Но ощущения, что в батареях огромная пробоина, не было – так, небольшая течь. Которую потом можно будет с избытком замкнуть найденными жемчужинами. Заодно, глядишь, к этому времени и проголодаюсь.

Ладно, говорят, что в ногах правды нет, но сейчас они единственные, кто готов работать. А еще говорят, что путь в восемьсот километров начинается с одного маленького шага. Погнали!

* * *

В какой-то момент я все-таки начал теряться в пространстве. Из-за отсутствия ориентиров, казалось, что я стою на месте. Еще и с бегом пришлось довольно быстро закончить – расход энергии подскочил в четыре раза, и в принципе отказавшись восстанавливаться. Пришлось чередовать, а заодно и стремиться встретить каких-нибудь монстров. В первую очередь ради энергии, и только потом уже опыта.

Я пробовал петь, но кроме: Эх, Мерзлота, снег да туман в голову ничего не приходило. Еще белая тоска, которую не могла победить даже жажда исследований. На карте было еще несколько точек – все с той же схемы со скважинами, но крюк до каждой составлял как минимум треть основного маршрута.

Нудного, тягомотного, белого, белого, белого, пустого пространства. В какой-то момент перестал смотреть по сторонам, поймав себя на сходе с маршрута. Капец, когда вокруг все одинаковое – а даже ущелья с мостом уже скрылись за линией отсутствующего горизонта. А туман просто слился с тучами. Вроде всего шаг влево, шаг вправо, а потом оказывается, что азимут до цели уже совсем под другим углом.

И хоть головой я не вертел, но на третий час пути, она уже кружилась сама. Энергии осталось процентов тридцать, а «аппетит» на жемчужины еще не проснулся. Похоже, Ориджинал переваривал и тратил энергию разными местами.

Поэтому, когда впереди замаячило хоть какое-то пятно. Буквально на полтона темнее окружающего снега, я обрадовался. И еще больше обрадовался, когда убедился, что это не галлюцинация.

Не сбавляя хода, поглотил обычный пауэрбанк, добив заряд энергии до половины. Проверил, что пригретый в закромах Хомяк на низком старте, и ускорился. На тот случай, если этот некто передумает и решит свалить!

Но, нет! Ему, видать, здесь тоже было скучновато!

Метров за сто до столкновения с темным пятном, оно себя проявило. В воздух разлетелся снег, и где-то пятнадцати метровая куча обрела свои нормальные очертания.

– Капец ты огромный, – присвистнул я и улыбнулся. – Ты-то мне и нужен!

Монстр, который возвышался надо мной, видимо, тоже улыбнулся. Раскрыл пасть и заревел, обдав меня порывом холодного ветра. Еще и с примесью чего-то токсичного.

Монстр стоял на четвереньках и по телосложению напоминал медведя. Мощные передние лапы, плотная белая шкура, покрытая мехом. В некоторых местах достаточно длинным, я заметил и завитушки, и торчащие в разные стороны локоны. Прямо милота!

Вот только морда все портила. Здесь уже не было никакого сходства с медведем – овальная башка, узкие прищуренные глазки, расплющенный нос с широко расставленными ноздрями. И пасть, напоминающая рыбью. Тот же овал с клыками разного калибра. Бивни по бокам сверху, а снизу какая-то совсем разномастная хрень, будто он оленя проглотил, а рога в нижней челюсти застряли.

Клыки казались старыми, а, возможно, и мех был не белым, а седым. От монстра так и веяло древностью, но от этого он выглядел еще злее и опаснее.

– Искорка, что по слабым зо… – начал я, но дрон меня перебил.

«Нет у него слабых зон», – быстро пискнул дрон, – «но можешь попробовать скормить ему Хомяка».

Разбираться, сколько в этой шутке долей правды, я не стал. Резко оказалось не до того – седой монстр резво рванул с места, за секунду сократив расстояние между нами. Теперь уже я вместе с Хомяком и «двойниками» вспорхнули в разные стороны, как те голуби.

Я настолько быстро рванул, что ветер в динамиках пусть смазано, но вполне узнаваемо выдал задорное: тикай!

А следом раздался уже свист ракет и взрывы, рвущие шкуру монстра. Хомяк отстрелялся первым, потом и я. А вот «двойникам» повезло меньше – одного реально проглотили, а остальные оказались где-то на загривке у седого. Голограммы путались в жесткой шерсти, теряя плотность, и сейчас больше напоминали черно-белый комикс, нежели целостных объемных дроидов.

Я на ходу скорректировал настройки Хомяка, чтобы близко не лез и старался бить по конечностям. А сам выпустил «Пояс Ориона», вызывая огонь на себя, и до кучи метнул две «Ледяные мины» в открытую пасть монстра, уворачиваясь от его зубов. Старый – не старый, а скорость у него была бешеная.

И чуйка на зависть. Я активировал «телепорт» уходя от клацнувших за спиной зубов, только появился с другой стороны, а там меня уже опять ждали клыки. Я отмахнулся «Энергетическим ударом» и вцепился в клык нижней челюсти. Повис, болтаясь и стараясь удержаться, на включившейся карусели. Монстр ревел, тряс головой и то пытался ударить мной о землю, то схлопывал челюсти. Делал это резко и жестко, но подводило строение клыком – откусить мне руки у него так и не получалось.

Я чувствовал его дыхание, от которого начал звенеть силовой щит, а в синхронизации крапивой обожгло руки. Я закинул ему в глотку еще одну «Ледяную мину» и почувствовал вибрацию внутри монстра. Но на этом все – вся взрывная волна растворилась где-то там же, где и иллюзия. Только из пасти повеяло холодом. Капец, блин – токсины сменились на морозную свежесть!

Пофиг, давим! Теперь перечная мята – и в пасть полетела пирамидка с термобарическим эффектом, за ней осколочная, и до кучи «Шаровая молния». Еще и Хомяк дал новый залп, выцелия переносицы и глаза.

Меня отбросило в сторону – то ли объединенной взрывной волной, то ли рывком монстра. Я пролетел метров двадцать, рухнул в снег и еще продолжил крутиться. А когда остановился, понял, что все это время сжимал в руках выломанный клык. Это радует, значит, хоть какой-то урон, но проходит!

Но монстр, возможно, и не заметил потери зуба. И глаза – на месте правой глазницы теперь было черное пятно, в котором с трудом, но угадывался разрыв бронированной шкуры. Седой потряс мордой и уставился на меня оставшимся глазом. Нехорошо так посмотрел, будто приговор мне прочитать собирается.

«Алекс, а, может, ты его приручишь? Как медверога?» – спросила Искорка.

– Не прокатит, у него энергетические контуры замкнутые, – я покачал головой. – Пробовал уже, когда мы в зубную корриду играли.

Каналы-то я действительно разглядел и даже почувствовал несколько активных центров. Что-то типа мозга, сердца и печени. Но вокруг был защитный контур, повторяющий все изгибы шкуры. И плюс, там вообще ничего общего с адекватным живым существом. Словно весь его энергетический скелет, состоял из одних сухожилий. Не знаю, возраст ли подействовал, или его таким специально создали, но друзьями мы точно не станем.

В подтверждение моих мыслей древний монстр кивнул, будто и сам был с этим согласен. Приоткрыл пасть, достаточно, чтобы быстро цапнуть, но не раскрывать варежку на полную, чтобы туда чего лишнего не напихали. Зарычал и пошел на меня, постепенно разгоняясь.

Я прикинул, куда буду отходить. Так чтобы не в сторону, где Хомяк скрылся на перезарядку. И, подгадывая момент, я решил чем-нибудь огрызнуться. Потянулся к энергоканалам монстра – не верил, что подружимся, но слова Искорки меня, видимо, тригернули. Те же центры, тот же контур – и кое-что новое!

Малюсенький разрыв на месте потерянного глаза. А там, где разрыв, возможен и контакт…

Тут же передо мной вспыхнула «Игла». И на своей максимальной скорости, до упора пропитанная энергией – так что аж с эффектом реактивного снаряда «Игла» понеслась к монстру. Пробила уже почти затянувшуюся рану и ведомая мной, ворвалась в каналы. Змейкой по лабиринту прошелестела до ближайшего центра (возможно, мозг) и взорвалась!

Бегущего монстра, как током ударило. Судорога проскочила от головы до хвоста, разбежавшись и по спине, и по лапам. Он рухнул и по инерции проехал еще пару метров, окатив меня снежной волной.