Текст книги "Отмороженный 13.0 (СИ)"

Автор книги: Евгений Гарцевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Снова крик уже практически у меня над головой. Уже с силовым воздействием на Ориджинала и передачей через синхронизацию, будто по ушам хлопнули. Я непроизвольно присел, выцеливая молочное небо. Видел на экране датчик звука, бегунки эквалайзера задергались, будто засекли какой-то шелест. И тут же прямо надо мной на бешеной скорости пронеслась черная тень. Показалось, что она управляет туманом: перед ней он расходился, а вокруг нее, наоборот, стягивался.

Я только и успел, что дернутся, а она уже исчезла. Капец, скорость – не уверен, что орнитоптер ее догнать сможет.

– Искорка, есть варианты, кто это? – спросил я, встряхиваясь в кресле и расслабляя руки на скаутгане, для большей резвости.

«Неизвестный вид органики, – проскрипел дрон. – Слишком быстрая и мелкая. Вероятность нападения не больше двадцати процентов. Вероятность, что нас обнаружили больше восьмидесяти процентов. Скорее всего – это гибрид-разведчик».

Словно в подтверждение слов Искорки, раздался новый крик, но уже довольно далеко. Правда, тональность изменилась. Если первые были скорее вопросительным, то сейчас это уже утверждение. Причем радостное и нетерпеливое, будто на доклад полетел.

– Перехватить сможешь?

«Только если на таран, – ответил дрон. – Иначе разницу в скорости не смогу компенсировать».

– Ладно, пусть летит. Будем на живца ловить, просто позицию получше надо выбрать.

Гибрид-разведчик больше не возвращался и не кричал, но ощущения, что он действительно улетел, почему-то не было. Может, подозрительность развилась, а, может, здесь таких шпионов-гибридов под каждым камнем. Чужой мир, чужое измерение – все чужое.

Чем дальше мы шли, тем больше следов монстров замечали. Еще три холма были исцарапаны до состояния разваренного дошика. Полоски, полоски и еще полоски сверху. Потом появилась первая нора, из которого на меня зыркнуло три красных глаза. Зыркнуло и исчезло, оставив едва заметный энергетический шлейф и следы едкой кислоты на входе (возможно, просто слюна потекла).

Хомяк порывался поиграть в терьера, благо, что при определенных усилиях мог протиснуться, но я не пустил. Просканировал нору, практически сразу же натолкнувшись на какой-то барьер, и оставил на входе «Ледяную мину».

Прошел к следующему холму, насчитал там еще с десяток подобных нор и вернулся за миной, чтобы зря не пропадала.

Норы были повсюду. Каждый холм, словно сыр. Побольше, поменьше, по две в ряд, по две в колонну. Некоторые отверстия были на такой высоте, что уже могли считаться гнездами, а не норами. И везде туман и отблески красного свечения. В месте, на которое указывал «Метеозонд», было сразу четыре отверстия. Два овальных от земли и два круглых, практически одинаковых над первыми.

Когда этот холм проявился сквозь туман, я чуть было не выстрелил, приняв каменный склон за морду монстра. Уж слишком это напоминало огромные ноздри с красными круглыми глазками. Еще и курило, блин, туманная дымка вытекала через «ноздри» плотными ручейками. Расходилась в стороны, смешиваясь с дымкой вокруг.

Краснота в круглых отверстиях, так похожих даже не на глаза, а сразу на очки, в версии системы оказалась именно тем барьером, который не пропускал сканер. Зато воздействие аномалии я начал пропускать на порядок сильнее. Защипало кожу в кресле, а у Ориджа повысился расход энергии. И чем ближе я подходил, тем ощутимее он рос.

– Есть версия, что мы нашли источник местной аномалии, – сказал я Искорке, параллельно отправляя Татьяне картинку с камер и данные поверхностного анализа тумана.

«Подорвем?» – отозвался дрон.

– Хотелось бы тоньше сработать, – я покачал головой, прикидывая варианты. – Так, чтобы туман исчез, а барьер остался.

«Зачем?»

– Шалаш построим, на ночевку останемся. Не знаю, но нычка интересная может получиться…

Я в очередной раз скинул оборудование и уже, наверное, в тысячный раз огляделся по сторонам. Жопой сканера чую, что кто-то наблюдает, а на глаза никто не попадается. Только снова мелькнуло три красных глаза в норе, которую мы прошли всего пять минут назад.

Пришло сообщение от Татьяны с целой кучей файлов с разными выкладками. И теоретическая база по аномалиям (похоже, она мне пол своего архива скинула) и наспех накиданные версии, что за чертова дым машина там прячется и как ее сломать. Большинство выводов, правда, сводилось к простой базе: берешь и ломаешь!

Я отправил в ответ смайлик в виде большого пальца, и, не убирая фокуса с экрана системы, подкрутил настройки брони. Еще добавил энергии, перейдя в условный турборежим с силовой броней. Активировал щит с мечом и, преодолевая жжение по всему телу, подошел вплотную к норе.

– А теперь трехглазый! – прохрипел я, повышая голос, и отпрыгнул, от метнувшейся на меня тени. – Я сказал трехглазый, а не девяти…

Из норы, целясь мне в голову, вылетела какая-то чешуйчатая хрень с длинным хвостом. Треугольная змеиная голова с тремя глазами на каждой стороне, а посередине беззубая пасть, из которой во все стороны брызнула кислота. Я дернул плечом, уводя руку с щитом в сторону, и рубанул мечом по загривку. Чешую пробить не смог, лезвие соскользнуло, но силы удара хватило, чтобы свалить монстра на землю. И тут же добить, проткнув затылок.

Приятный бонус в виде опыта и энергии немного скрасил дикое жжение на руке, которая попала под кислоту. Но я ее даже стряхнуть не успел, как на меня выскочило еще четыре монстра. Помельче, уже с тремя глазами, зато сразу из двух нор.

Я ушел в сторону, чтобы не мешать Хомяку, разрубил еще одного, наступил на хвост второму и отправил шаровую молнию в открытую, готовую к плевку пасть. Тьфу! Лучше бы так не делал! Треугольную змеюку, раздуло, как воздушный шарик. И лопнула она также, брызнув во все стороны кислотой и молниями.

Я уже весь чесался, проклиная синхронизацию. Если просто боль, то поболит и перестанет. А если чешешь, то только больше чешется! Даже Оридж уже запустил и закончил процедуру очистки, а у меня все еще зудело. Я даже в нору полез поскорее, чтобы спину почесать о стены.

И моментально успокоился, натолкнувшись на следующую партию ядовитых змеенышей. В тесноте снова заляпался, потеряв половину заряда Ориджа, но и у монстров место для маневра не было. Плевок, прыжок – крафткомпактом в треугольный лоб. Дважды в одно место. Дабл тап, причем без всякой системы.

Освободил проход от трупов, не раскидывая их далеко. Нужно будет потом токсин собрать. И замер перед красным энергетическим барьером. Действовал с ним, как с порталом. Сначала закинул метку, потом Искорку, а потом уже и себя. Ничего не почувствовал, словно это даже не пленка, а просто подсветка. Но сканеру этого хватило – все, что осталось снаружи, тут же потеряло четкость.

Прошел еще несколько метров и оказался на вертикальной развилке. Проход вниз, откуда фонило энергией, и что-то типа антресоли, где Искорка зафиксировала следы скайкрафта.

Я спрыгнул вниз и сразу же натолкнулся на еще один труп. Он практически не разложившийся синий мутант Лэйна.

– Капец, и вы здесь! М-да, что-то в этой глуши становится тесновато…

Глава 6

Синее тело прекрасно сохранилось, вот только в отличие от киберведьм изучать его совершенно не хотелось. Но пришлось. Чтобы хотя бы понять, отчего тот умер.

Отложив это на потом, перешагнул тело, направляясь к источнику аномалии. В центре норы громоздилась склейка из толстых, вероятно, грибов. Прозрачные трубки-ножки, внутри которых бурлили энергетические потоки, и толстые овальные шапки. Шершавая поверхность, вся испещренная чем-то похожим на язвы. Из которых и прорывались туманные язычки. Они поднимались к потолку и стелились по нему к выходу.

В «ведьмачьем» зрении зрелище завораживало. Фиолетовые всполохи в ножках, как мощные легкие или даже как насос, прокачивались снизу вверх, наполняя верхнюю часть аномалии. Там уже все было прозаичней – мохнатая, грибная поверхность. Меньше энергетических отблесков, больше мешанины кофейного цвета.

«Подорвем?» – пискнула Искорка.

– Сомнительное предложение, – я отмахнулся от дрона и, преодолевая действие агрессивной среды, приблизился вплотную.

Ткнул пальцем в ножку, а потом (не получив никакого повреждения) перехватил посередине и сжал, обрывая ток Энергии. Активировал клинок и перерезал верхнюю часть. Натужно и вязко, будто резиновый шланг. Верхушка аномалии вздрогнула, скукожилась, а потом выплюнула в воздух ярко-зеленые мохнатые споры. Светлячки с шипением осыпались на лед, прожигая в них небольшие лунки.

Я успел отстраниться, пропустив их в паре сантиметрах, и только сейчас разжал руку. Высвободил поток Энергию и сразу же сам ее впитал. Скорость заряда сразу же скакнула в два раза. К сожалению, ненадолго – как только закончился видимый над землей запас, поток остановился, а обрезанная ножка завядшим цветком опустилась на лед. Практически сразу потеряла целостность и покрылась изморозью.

Определенно лучше, чем просто подорвать. Я проделал операцию со всеми остальными ножками, постоянно уворачиваясь от спор. Уже вся нора по кругу была с прожженными дырками. А когда исчезла последняя опора, то верхушка рухнула и сплющилась в луже вытекшего токсина. Ну хотя бы не плевалась больше.

Кромсать еще дымящуюся аномалию я на этом не закончил. По советам Татьяны, аккуратно распотрошил и заполнил две защищенных колбы. В одну залил образец токсина, а во вторую поместил ядро аномалии. Бугристый шарик, похожий на мутировавшее семечко.

И как только я это семечко вынул, тут же исчез и туман. А вместе с ним и подсветка в норе. Но темно не стало, из-за спины потекло равномерное бледно-голубое свечение, исходящие из трупа Лжйновского мутанта. Холодный химический, а, может, уже и радиоактивный свет постепенно набирал силу.

«Если подрывать не хочешь, то давай хотя бы вскроем его», – прожужжала Искорка, зависнув над трупом.

– Вскроем, – я кивнул, – запускай трансляцию, пригласим зрителей. Может, и билеты продадим…

Вздохнув полной грудью, сразу как туман исчез, даже дышать как-то стало легче, я переключился в базу контактов и начал рассылать приглашения. Про билеты я, конечно, пошутил, но чем больше людей будет разбираться в новом противнике, тем всем нам будет лучше.

Созвонился с Симоновым и с его внучкой, потом с Абрамовым и Элизабет, вызвал Татьяну, Киру, и еще бабушку Сюин. В идеале бы саму, учитывая ее профиль, но абонент до сих пор был в глубоком офлайне. Дал всем два часа на смену планов и завершение текущих дел. И вышел наружу.

Туман поредел. Не исчез полностью, но участок надо мной даже показывал кусочек неба. Нечто близкое к вечерним сумеркам с элементами северного сияния. А дальше по чуть-чуть, постепенно плотнее снова собирался, вероятно, подтягиваясь от других источников. Я проследил за движением потоков, которые сходились в точке, тоже подсвеченной на карте зондов. И еще дальше, предположительно определив третий источник тумана. Сделал пометку на карте – сейчас тоже придется отложить, но совсем скоро мы здесь погоду поменяем.

Повернул к порталу, активировал айсборд и, лихо маневрируя по склонам, так, чтобы подальше от нор, быстро проскочил до дома. Забрал оттуда одного дрона-строителя и вернулся в нору. По дороге заметил несколько черных теней в небе, но рассмотреть все равно не смог. Вроде летит, а потом вспышка, и летит уже в другом месте. Похоже, там не только «рывки», но и «телепорты».

Затащил все свое оборудование внутрь временного лагеря и накидал споту план строительства. Один нижний проход нужно было завалить полностью, а второй сузить с добавлением парочки бойниц и решетки. Тратить материалы на полноценную дверь я не хотел, да и не остановит она фоггера, но оградиться от мелких паразитов хотелось.

Убедился, что спот понял задачу и подзавис, немного залюбовавшись процессом. Как там говорят? Можно бесконечно смотреть на огонь, воду и процесс 3Д-печати? Когда нить за нитью формируется подобие каменной кладки. Я так песочному замку на море тонкой струйкой башенки накапывал. Здесь принцип схожий, только конструкция в тысячу раз надежней. По заверению производителя само собой.

Спустился в нору, проверить, не сбежал ли труп, а потом забрался на антресоль. Время до звонка оставалось немного, на захват второй норы или перекус в реале не хватит, а закончить обыск вполне.

Подпрыгнул, подтянулся и забрался в невысокую нишу с круглыми окнами. Этакая мансарда с низким потолком и двумя иллюминаторами – так и представил, как развалюсь здесь в кресле-качалке и буду в окошко наблюдать за дождем или снегопадом. Будет уютно, нужно только мусор от прошлых жильцов вынести. У змей здесь тоже, похоже, была спальня – на полу перед окнами в несколько слоев лежали ошметки чешуи, косточки и рваные шкурки (видимо, прошлых владельцев косточек). В кучах мусора проглядывались утоптанные лунки, возможно, змеиные гнезда. Понятно, тут и спальня, и кухня, и гардероб в случае линьки.

Используя Искорку в роли ручного скайкрафтоискателя, довольно быстро раскопал несколько кристаллов. Не самых чистых, но идеально подходящих для Хомяка. Так что, считай, три дополнительных перезарядки ему обеспечил. Можно, не экономить. Хотя с тройными контрольными в местных землях, слово «экономия» надо заранее забыть, как страшный сон.

Начали приходить сообщения, что зрители собираются. Пора было запускать трансляцию. Я спустился трупу, испускающему бледное свечение. Прямо светлячок какой-то, только слишком химозный, как поплавок для ночной ловли.

Дополнительный свет пока активировать не стал. Будем демонстрацию устраивать как есть. При этом приближаться к телу я пока не стал, вчитавшись в логи. Нашел выкладки Искорки по радиации. Куча замеров и параметров на несколько файлов. Так что я сразу перешел к выводам. Перечитал дважды, угадав не все термины. И главное, не узнав название элемента. Современная наука такой не знала, нечто искусственно полученное в лабораториях Майтена. Зная Лэйна, можно было предположить что-то в духе: Лэйний, Майтений или Витюний. Тщеславия-то у него не занимать.

На основании выводов Искорки сложил следующую картину исключительно для собственного успокоения. То, что сейчас фонит, для Ориджинала будет на уровне трития для человека. Радиоактивный – да, светится – да, может ли повлиять на Ориджа – нет. Излучение слишком слабое, чтобы проникнуть сквозь броню.

А вот что этот «Лэйний» делал с органикой, мы как раз сейчас разберем с коллегами. Я запустил одностороннюю трансляцию и подключил к ней голосовой чат. Какой-то суперсекретности я не делал, но присутствующим не обязательно знать, кого еще я пригласил.

– Коллеги, всех приветствую! – начал я, включая менторский тон. – Несколько человек задерживаются. Давайте подождем пару минут, а пока изучите некоторые общие данные…

На самом деле все приглашенные уже были на месте. А вопросы в духе: что, зачем, почему так срочно, куда ты вообще нас зовешь… уже были озвучены в момент приглашения. То, что перед нами мутант Лэйна, и мы сможем его изучить, я объяснил подробнее. Но чтобы дважды не повторять, отправил сейчас то, что отсканировала Искорка (данные по радиации, трехмерная модель тела и данные по лаборатории Майтен, где я первый раз встретился с мутантами).

– Итак, приступим. Перед вами непознанное существо, продукт искусственной мутации, выращенной в секретной лаборатории Майтен, – я кашлянул, добавляя в менторские нотки сухости полицейского протокола. – Время смерти… эм, минуточку…

Я подошел к трупу и потыкал его в плечо.

– Объект мягкий, даже рыхлый, распространяет вокруг себя слабый радиоактивный фон. Силу излучения и другие показатели вы можете найти в предоставленной документации. Несмотря на окружающую температуру, никаких признаков окоченения не наблюдается. Как, впрочем, и разложения. Причина смерти…

Искорка перешла в режим прожектора, зависнув ровно над телом. А я еще дополнительно включил свой фонарик и медленно просветил труп от макушки до пяток. Периодически притормаживал, давая возможность всем насмотреться, и комментировал.

– Обратите внимание на отсутствие волосяного покрова…

– Вот здесь, посмотрите внимательно, размер выпирающих позвонков явно крупнее человеческих. Скорее всего, мутация затронула все тело, а не только кожный покров… К слову, темные пятна, похожие на абразив, как у наждачки еще и выполняют функцию маскировки и скрывают объект от действия сканеров…

– Пропорции тела практически сохранены. Но, учитывая малое количество объектов для изучения, принимать это за норму преждевременно…

Я обошел синий труп и, подхватив его за плечо, перевернул на спину. В картинку трансляции сразу же попало лицо мутанта, и в чате раздалось несколько возгласов. В основном ругательные.

– Продолжаем искать причину смерти…

– Первичные половые признаки отсутствуют. Исследовать кожный покров на наличие шрамов или швов, чтобы понять, куда они делись, вы сможете самостоятельно, изменив масштаб картинки. Я же это делать не собираюсь, – на этих словах я обошел синего со всех сторон, делая общие снимки, а потом переключился на руки мутанта. Их уже приблизил, – Обратите внимание на форму измененных когтей…

– Теперь лицо… и возможно, мы обнаружили причину смерти! Отверстие на щеке, это не третья ноздря, а проникающее, оставленное тонким, острым предметом, похожим на шило. Вероятно, когтем. Вот, посмотрите…

Я приблизился и дополнительно увеличил кратность визора. Постарался просветить след от раны и понять, нет ли внутри следов токсина.

– Алекс, да всем насрать, отчего он умер, – раздался нетерпеливый голос Элизабет, которую я вытащил с какого-то важного приема. – Покажи нам лучше, как он жил вообще. Выключай уже профессора и режь его!

М-да, не так я себе представлял свое триумфальное возвращение в мир большой науки, но босс «Энигмы» была права. Пришлось «гуглить» – все-таки Мерзлота меня к такому не готовила…

* * *

– Не знаю, что вы сможете из этого понять, – задумчиво пробормотал я, отходя от мутанта, на груди которого красовался аккуратный игрекообразный разрез. – Это не человек. И не монстр в понимание того, чем торгуют на аукционе трофеев. Это нечто иное, будто оно состоит только из мышц и сухожилий.

– Прекрасно, теперь срежь верхний слой этих бугров и пробей грудину, – прозвучал незнакомый голос с канала Абрамова (видимо, он там спецов собрал).

– Так, – спокойно сказал я. – Вы там куда разогнались-то? Тоже мне, нашли себе мясника-любителя…

– Алекс, сможешь передать его в РИП? – это уже Симонов.

– Затруднительно, – я представил, что буду говорить на таможне Чайна-сектора. – Давайте поступим следующим образом: то, с чем нам всем придется иметь дело, итак понятно. Мой дрон сделает сейчас полное сканирование и по-возможности просканирует образцы. Всеми данными я поделюсь, идет?

– Идет, – разочарованно вздохнула Элизабет. – Только про мозг не забудь. И важно понять, что у них со слухом и со зрением.

Я завершил трансляцию и посмотрел на Искорку.

– Сканируй, ищи слабые места. Там, где сканер не пробивает, Хомяк тебе в помощь.

Хотел еще добавить: развлекайтесь, но осекся, понимая, что и так уже получается какое-то восстание машин. Два дрона исследуют органику, причем с пристрастием. Махнул рукой и вышел из норы.

Направился к точке предполагаемой аномалии и не спеша, по одному выманивая местных монстров, ее зачистил. Перекрыл источник и обыскал нору. Ничего полезного не нашел, ни очередных трупов, ни скайкрафта, но зато собрал сразу два ядра аномалии.

Вокруг стало еще светлее. Остатки тумана еще тянулись с одной стороны, прикрывая скальный участок. Но передо мной уже открылась довольно обширная панорама. Левее – глубокая и широкая долина. А правее проглядывался очередной мелкий каменный частокол, словно полоса препятствий на пару километров. А вот уже за ним светлели привычные пустоши. Даже цвета стали насыщенней. Без туманной дымки и камень стал насыщенно-черным, а лед так вообще разноцветным, отражая сияние на небе.

По времени Большой земли уже давно должно было быть темно. Но такое ощущение, что здесь время вообще не существовало. Как был эффект северного сияния, когда я первый раз смогу увидеть небо, так и остался до сих пор.

– Ну, будем считать, что здесь своя атмосфера и свои белые ночи.

Я поймал себя на мысли, что спать вообще не хочется. До сих было мало исследований, как в Мерзлоте работают биоритмы. Особенно пропущенные через синхронизацию. Ты мог в ночи надеть шлем и оказаться в яркий условный полдень в пустошах. А мог, наоборот, с утра синхронизироваться и проводить закат. Все зависело от часового пояса оператора и часового пояса сектора в Мерзлоте. Еще и аномалии порой вмешивались.

В каких точках часовых поясов сейчас находился я, вообще было загадкой. На «Тридцать седьмой» уже стемнело, а здесь светло, будто только-только вечереет. И сна ни в одном глазу.

Искорка отчиталась, что исследование завершено. Информация анализируется, обрабатывается и скоро будет доступна для отправки. Я уже традиционно открыл финальные выводы, разглядывая трехмерную модель мутанта с тремя подсвеченными слабыми зонами: затылок, спина (зона, где у нормального человека располагается печень), и плечи (там, где рука, собственно, крепится к лопатке).

К затылку вопросов нет, все-таки где-то мозг. Проблемы с печенью могли быть летальными, если именно она отвечает за взаимодействие организма с Энергией Мерзлоты. А связки и сухожилия, видимо, просто не выдерживали нагрузок от усиленных мутацией рук. Я покрутил проекцию, пытаясь понять, хватит ли длины клинка, чтобы эту самую «печень» пробить. Убедился, что хватит, и назначил спотам встречу у последнего источника тумана.

Каким-то образом оказался там первым и остановился метров за двести от черного склона, скрытого завесой. Все, камушки и холмы закончились, передо мной высилась полноценная гора. Источник тумана был где-то внизу, у основания скалы все было затянуто сплошняком. Плотный, белый, словно из вейпа выдохнули, туман. Он поднимался, постепенно (а первые метров тридцать практически незаметно) светлея и вырисовывая неровный каменный склон.

Из-за густоты тумана я не видел уже привычных нор. Зато красная подсветка, как у барьера, отдельными пятнами просвечивалась по всему склону. И чем больше я на все это смотрел, тем отчетливее казалось, что туман живой. Или это гора дышит, то отталкивая от себя белые завихрения, то возвращая их обратно.

Как только туман докатился до меня, снова вернулись все ограничения Ориджинала. У меня аж физически руки опустились, словно мне предстоит внеочередной подход к штанге, вместо заслуженного похода в басик после тяжелой тренировки. Расход энергии опять подскочил, а на броне засветилось несколько крошечных участков, где уже включилась регенерация.

– Ладно, чем быстрее мы это выключим, тем скорее…

Я осекся, глядя, как туман снова всколыхнулся, но в этот раз обратно не вернулся. А будто бы сдвинулся еще ближе, а потом еще, а потом распался, пропуская через себя черную массу.

Первыми появились клыки, потом остальная часть вытянутой морды. Ни глаз, ни носа, только несколько мигающих красным отверстий. По неровной, словно каменной коже, еще стекали туманные ручейки, создавая эффект, будто монстр проходит через водопад. Где-то в глубине появились силуэты плеч и края выпирающих гребней…

– Искорка, кажется, я нашел, кого будем вскрывать, – я покосился за спину, отметив, что дрон со спотом уже рядом со мной, а потом опять на монстра. – Ну, здравствуй, Мертвая голова, наконец-то встретились.

Глава 7

– Искорка, валим! – шикнул я, выпуская в монстра «Пояс Ориона» и отступая в сторону норы.

Взрывать – это, конечно, хорошее дело, но вся взрывалка у меня там осталась! Мертвая голова или даже ее старший товарищ (в прошлые посещения этого курорта она мне казался сильно меньше) рывком нырнул ко мне. А я от него! Выпустил пирамидки навстречу жуткой морде и, вскочив на айсборд, дал деру. Еще и Хомяка подхватил, чтобы не допустить ненужного сейчас геройства.

Все восемь пирамидок рванули практически одновременно, сразу же потонув в диком оре, разнесщимся над холмами. Остатки тумана развеяло, с верхушек холмов посыпались мелкие камушки, а в визор брызнуло снегом и ледяной крошкой.

Я отмахнулся, не снижая скорости, и вильнул за очередную каменную глыбу. Покосился назад, не ожидая, что пирамидки уже победили, но пытаясь понять, несется ли за мной монстр. Земля не дрожала, ни топота, ни цокота – фиг знает что у него там: лапы или копыта. Я не разглядел. И чуть не налетел на торчащий из земли осколок – сзади никого не было.

Я сбавил скорость, заозиравшись по сторонам и лишь каким-то чудом среагировал на тень, появившуюся у меня за спиной, как только я повернулся в другую сторону. Я так дернул айсборд, придав ему ускорение собственным «рывком», что показалось, будто я уже лечу, а он остался на месте. Непонятная пробуксовка, а потом легкий удар по пяткам, когда доска пусть с задержкой, но поняла, что от нее хотят. Как будто пружина распрямилась и меня выбросило вверх по склону с такой силой, что я, как на трамплине пролетел еще метров десять.Можно было еще и трюки показывать!

Но за трюки у нас сейчас отвечала Мертвая голова! Бледная тень, на которую я среагировал, на счет раз обрела густоту и плотность, а на счет два – у меня за спиной уже пронеслась пасть телепортировавшегося монстра. Неожиданно гибкая и вертлявая. Либо он и тело может менять, вытягиваясь в толстого змея в духе китайских драконов. Либо это он так рыбкой нырнул, сложившись в узкую щучку. На счет три – туша, щелкнув зубами по воздуху, пронеслась, затмив собой двадцатиметровый участок. А на счет четыре исчезла, в новом телепорте.

Капец, он крутил пространством, словно у него здесь повсюду входы и выходы, между которыми можно спокойно скакать. Я хвост с задними лапами я так и не увидел. Туша еще полностью не выскочила из телепортационной «форточки», а морда уже скрылась в новой.

Я к этому времени тоже уже рухнул в проемок между холмами, и, выкручивая из доски максимум, понесся вилять и запутывать монстра. Глаз я все-таки у него не видел, а, значит, ориентировался он как-то иначе. Возможно, все та же система эхолота, как у птиц-разведчиков. Система попискивала с равными промежутками, обращая внимание, что меня пытаются сканировать.

Выпустил двойников, отправив их в разные стороны. И либо сработало, либо я случайно подставил иллюзию, но следующее появление Мертвой головы произошло как раз на пути иллюзии. Точнее, двойник оказался на пути монстра и растворился в его пасти с яркой вспышкой. Еще и мне прилетело чем-то похожим на ментальный удар. Что-то новенькое – будто Энергия, потраченная на создание иллюзии, еще тянулась от меня тонкой резиночкой. И вот этой резиночкой, да с оттяжечкой мне и прилетело, подстегнув к еще большему ускорению.

Оказавшись в зоне, очищенной от тумана, стало проще. Эффект одышки, которым синхронизация маскировала повышенный расход энергии, прекратился. Я смог больше энергии распределить на айсборд и как только выехал на свободное пространство, полетел по прямой. Мертвая голова металась сзади, отвлекаясь на моих двойников. Уже седьмой или восьмой ушел в энергетическое небытие, отозвавшись в голове ментальной затрещиной. Но я не экономил, как только навык откатывался, штамповал из одного за другим. Еще и периодически выпускал «Пояс Ориона», маскируя взрыватели под иллюзией.

Дважды монстр их проглотил. Надеюсь, получив свою порцию повреждений внутренних органов – снаружи каких-то заметных проблем он не испытал, и в лучшем случае слегка снизил скорость. Я не сразу поручил Искорке замерять интервалы и расстояние между телепортами, но последние данные подтвердили факт замедления.

Я и сам уже начал сдавать, опустив заряд в оранжевую зону. Поэтому, как только нырнул в нору (уже суженную, но пока без решетки), то первым делом бросился к запасному пауэрбанку. И только потом затащил плазменную пушку наверх, приникнув к окошку-иллюминатору. Остался за защитным барьером, выставив только ствол плазмогана, проверил систему и собрался ждать.

Как собрался, так и дождался! И секунды не прошло, как в зоне видимости появилась Мертвая голова, как назло, вполне живая. Система тут же ее оцифровала, обрисовав контур на экране, и по мере того, как Искорка скидывала данные, стала добавлять анализ монстра и отдельных частей тела. Контур брони практически весь был черным – наименьший шанс на пробитие. Даже те красные отверстия, что могли быть глазами, сейчас ушли в абсолютную черноту, как на схеме, так и в прямом поле зрения.

– Моргнула так моргнула, – прошептал я, пытаясь хоть за что-нибудь зацепиться на теле замершего монстра.

Пасть прикрыта, и несмотря на торчащий подбородок, нижняя челюсть была короче. Клыки не сомкнулись, а сформировали двойной ряд без малейшего просвета. Искорка нашла слабую зону, подсветив слабую трещину в боковом верхнем клыке, оставленную пирамидкой.

Я в очередной раз не смог разглядеть лапы там, хвост или пропеллер, блин, как у Карслона – монстр присел на задницу и стал крутить головой, рассылая во все стороны сканирующие сигналы. Поймал Искорку, кружившую на безопасном (как нам казалось расстоянии), задрал морду и заревел. Кастрировано-высоким голосом, но мощно и будто бы призывно.

Дрона смело звуковой волной и прокрутило в воздухе, отбросив на несколько метров. И вроде все ничего, но крик повторился эхом, а потом и раздвоился, прилетев с еще туманной стороны. Я не видел, но на маркерах к Мертвой голове спешила подмога, те самые гибриды-разведчики.

'Я к тебе, – пискнула Искорка, и как только выровнялась, пулей залетела в ногу, проскочив через барьер.

– В следующий раз проверяй, нет ли за тобой хвоста, – усмехнулся я, глядя, как монстр, повернул голову вслед за дроном и резким телепортом оказался всего в ста метрах от нашей норы.

Искорка то ли пристыдилась, то ли не поняла причем тут хвост, и молча скрылась в гребне. И тут же запустила какой-то процесс моделирования возможного урона в зависимости от точки попадания.

Монстр снова завис, повернув голову, как собака, которая прислушивается. Все-таки барьер выручал, а движения Искорки проследить он не смог, только направление. Скорее всего, повсюду разлетелись сигналы его сканера, но из-за барьера я сам их не ощущал. Попытался представить, как работает сканер монстра – весь холм с аномалией для него сейчас должен быть сплошным белым пятном. Я обычно с таких мест и начинаю поиски…

Он, как оказалось, тоже. Только дождался своих летунов – сразу четыре черных комка появилось в поле зрения. Снова послышались крики и визги, похожие на осмысленный двухсторонний диалог. Летуны разлетелись, сразу три облетели наш холм. Я даже разглядеть одну смог – похожа на ворону, которая не хочет, чтобы ее узнали. Силуэт размазан, перья будто цифровые – распадаются на мерцающие пиксели с темным шлейфом по краям. На месте клюва что-то блеснуло – будто кромка лезвия на черном ноже.