Текст книги "Жена герцога-дракона (СИ)"

Автор книги: Эва Морей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

Глава 20.

Глава 20.

Первое, что я понимаю, – драконы не исчезли. Второе – они просто ушли от людей. И, честно говоря, я их полностью понимаю.

Мы идём по каменным мостам, и у меня не укладывается это в голове. Я жадно смотрю по сторонам, словно боюсь моргнуть и снова оказаться на обычной дороге, где максимум неожиданного – выбоина или подозрительный куст. Город живет своей жизнью. Но при этом достаточно сильно отличается от привычных для меня городов. Вокруг не видно торговцев и грязи под ногами, никто не толкается локтями, не пахнет грязью и потом. Мы идем по прямой мощеной улице, по бокам виднеется несколько небольших лавочек. Внутри можно разглядеть несколько человек, сидящих то тут, то там.

Вместо домов по сторонам возвышаются скалы со множеством углублений в них. Я догадываюсь что это жилищ драконов. Они расположены ярусно, на нижних ярусах углублений намного больше. Чем выше скользит мой взгляд по склонам скалы, тем меньше углублений я вижу. Вдруг из одного углубления вылетает дракон, распахивая крылья так, что закрывает собой на секунду свет от солнца. Его чешуя отливает зеленым, а тело выглядит длинным и гибким. Совсем не таким мощным как у Рейва, но все же невероятно грациозным для такого большого существа. Вслед за первым драконом в небе появляются еще скользящие тени, куда-то спешащие по своим делам. Я непроизвольно вжимаю голову в плечи.

– Они… – начинаю я и замолкаю, потому что слов нет.

– Да, – спокойно говорит часовой, ведущий нас. – Они.

Как будто это всё объясняет. Ламертин молчит. И мне это, как всегда, не слишком нравится. Обычно он не упускает случая съязвить, прокомментировать или хотя бы выразительно фыркнуть. Сейчас же он держится чуть позади и оглядывается с редкой для него серьёзностью и внимательностью.

Лаэр идёт, чуть замедлив шаг. Он сосредоточенно оглядывает все вокруг и чем больше он смотрит, тем более суровое выражение принимает его лицо – брови сходятся на переносице, губы сжимаются в тонкую линию. Я буквально чувствую напряжение, исходящее от него. Сейчас не время с этим разбираться, но уже не первый раз замечаю, что у нашего, как по линеечке ровного мага,какие-то проблемы с драконами.

Рейв неспешно идет рядом. Ему приходится прикладывать значительные усилия, учитывая его габариты. На всякий случай яотказалась от того, чтобы быть наездницей. Не хочу вызвать неожиданные конфликты уже на въезде в город. Сначала осмотреться надо, а потом уже будем конфликтовать. Я замечаю, как редкие прохожие смотрят на Рейва. В их взглядах нет агрессии, только внимание и сожаление. На дне их глаз вспыхивает нечто похожее на боль.

– Вы скрывались, – наконец выдыхаю я. – Всё это время.

– Мы выживали, – поправляет часовой. – А это не одно и то же.

Мы проходим мимо широкой террасы. Там сидят двое – в человеческом облике, но такие же драконы, как и остальные в этом городе. Плечи чуть шире нормы, слишком ровная осанка и конечно вертикальные зрачки в янтарных глазах. Между ними ребёнок. Маленький, взлохмаченный, он сидит прямо на камне и сосредоточенно водит пальцем по поверхности. Камень под его рукой слегка светится, реагируя, как на прикосновение магии.

От этой картины мое сердце сжимается. Почему-то именно этот вид нормальной семьи больше всего режет мне сердце. И заставляет думать о Шанкрааше, где все эти невинные существа погибли, так и не дождавшись помощи своих союзников.

Мы входим в центральное здание. Оно вырезано прямо в теле скалы. Вместо окон – провалы. Вместо крыши – отверстие, через которое может войти дракон. В центре зала круглый помост. Ни трона, ни символов власти. Ничего лишнего.

На этом возвышении нас уже ожидают. Мужчина, стоящий неподвижно и сверлящий нас взглядом, выглядит старше. Его человеческая форма высокая, сухая, с серебряными прожилками в тёмных волосах, собранных назад. Лицо резкое, спокойное, будто вырезанное из камня. Он выглядит по-хищному привлекательно. Я всем телом чувствую его давящую ауру, которая практически парализует меня. Но я заставляю себя подходить ближе.

Он переводит взгляд на Рейва и его черты на секунду смягчаются.

– Ты задержался, брат– говорит он.

Рейв не отвечает ничего, только медленно склоняет свою голову ниже. Дракон переводит взгляд на нас. Точнее, взгляд его неподвижных янтарных глаз впивается в меня. У меня чувство, что он буквально пронизывает меня насквозь, добираясь до самых потайных уголков.

– Люди, – произносит он без интонации. – Вы всегда находите дорогу туда, где вам не рады.

– Обычно случайно, – отвечаю я. – В этот раз – с сопровождением.

Он поджимает губы не меняя взгляда. Ну здесь без сюрпризов – у моего юмора с драконами особая химия. Отрицательная.

– Ты – истинная. И проводник.

На вопрос не похоже, но я решаю поддержать наш неловкий диалог.

– Да.

– Это многое объясняет, – медленно говорит он. – И почти ничего не меняет.

– Они предали вас, – вдруг говорит Лаэр.

Он выходит вперёд на полшага. Ровный голос. Жёсткий. Без вызова, но и без покорности.

– Не «люди вообще». Конкретные люди. Конкретные решения. Вы ушли, потому что вас использовали. Потому что договоры стали ловушками, а уважение – удобным словом.

В зале становится тише. Даже эхо будто замирает.

– Ты понимаешь больше, чем должен, – говорит дракон.

– Я хочу понимать, – отвечает Лаэр. – Потому что, если мир сломан, его нельзя чинить, делая вид, что трещин нет.

И вот тут меня накрывает неприятное осознание. Для Лаэрадраконы не просто жертвы. Они – доказательство того, что мир допускает слишком сильных, слишком неконтролируемыхсуществ. Что порядок может быть нарушен не злом, а самой природой. И эта мысль в нём только начинает оформляться.

– После того, как люди решили, что могут распоряжаться драконьей кровью, магией, потомством, – говорит дракон, снова глядя на меня. – мы ушли.

Слово «потомством» отзывается холодом где-то под рёбрами.

– Мы помним, – добавляет он, пристально глядя на Лаэра. – И потому не доверяем.

– Тогда зачем вы нас впустили? – спрашиваю я.

Он смотрит на Рейва.

– Потому что один из наших оказался связан с миром, который мы поклялись больше не защищать.

Рейв молчит. Но я чувствую, как внутри него сжимается что-то тяжёлое.

– Доверие, – продолжает дракон, – не возвращается просто так. Его не дают за намерения. Его зарабатывают.

Он отступает. Разговор окончен.

Нас провожают к нижним террасам. Там – небольшие ниши, видимо предназначенные для драконов, которым хочется побыть в человеческом облике. Здесь достаточно уютно, несмотря на то, что все сделано из камня. Камень тёплый, но я всё равно чувствую себя так, будто мне предложили ночлег на пороге суда.Рейву предлагали особое место, рядом со своим собратьями, но он отказался почти молча, устроившись недалеко от нас.

Когда мы остаёмся одни, Ламертин выдыхает:

– Ну что ж. Нас не съели.

– Пока, – тихо говорит Лаэр.

Ночью я почти не сплю. Камень под спиной тёплый, но внутри –напряжение, как перед прыжком. Под утро к нам приходит часовой.

– Завтра, – говорит он, глядя на меня, – будет испытание.

– Какое? – уточняю я.

– Истинной, – отвечает он. – Потому что иногда дракон думает, что связан, а на самом деле его просто держат.

Он переводит взгляд на Лаэра.

– Потом – испытание людей.

Глава 21.

Глава 21.

Я забываюсь тревожным сном и снова оказываюсь в знакомой пещере. Камень, уходящий вглубь, влажный воздух, эхо, которое живёт своей жизнью. Только в этот раз здесь темнее. Рейв стоит в центре.

И он выглядит иначе. Форма вроде бы человеческая, но очертания нечеткие. Контуры плывут, тени под кожей движутся, будто там кто-то шевелится. Глаза наполнены мягким янтарным светом. Взгляд выглядит нечеловеческим: слишком пристальным и одновременно будто обращен внутрь себя.

– Скоро все будет в порядке, – говорю я ему.

Голос звучит уверенно, будто я правда в это верю. Он медленно наклоняет голову вбок. Его движения выглядят настолько неестественными, что нагоняют на меня жуть.

– Ты уверена? – спрашивает он.

И в этом вопросе нет сомнения. Есть предупреждение. Я делаю шаг к нему. Камень под ногами пульсирует.

– Осталось совсем немного, – говорю я. – Потом всё будет нормально.

Легкая улыбка скользит по его губам. Но ни смотря на нее его глаза все еще выглядят напряженными.

Я просыпаюсь резко, будто меня выдернули из воды за шиворот. Сердце тяжело бьется в груди, дыхание перехватывает. Я делаю несколько глубоких вдохов, дожидаясь, когда реальность вернется в норму. Потом неспеша выглядываю во двор и вижу своего любимого дракона мирно спящего неподалеку. Вернувшись в кровать, я еще ворочалась с боку на бок не в силах расслабиться и дать себе уснуть.

Оставшуюся ночь я провожу без сновидений, но просыпаюсь все равно слишком рано. Солнце еще не взошло, меня окружает мягкий полумрак нашего временного жилища. Я лежу на каменной лежанке и какое-то время просто смотрю в потолок. Камень тёплый, как кожа после солнца. Лаэр спит неподалёку. Его дыхание ровное, глубокое. Я тихонько выхожу во двор и подхожу к Рейву. От него исходит напряжение, но он явно рад меня видеть и уже не спит. Я прислоняюсь к нему всем телом и пытаюсь почувствовать нашу с ним связь. Прикоснуться к Рейву, которые еще там но будто ускользает от меня все дальше.

Кажется я опять задремала. Из сна меня выдергивает чей-то голос:

– Доброе утро, – раздаётся сбоку.

Я вздрагиваю, спросонья пытаюсь сориентироваться. Отличное начало дня. Рейв подо мной тихо, но угрожающе рычит. Сбоку от нас часовой. Тот же, что привёл нас вчера. Он выглядит так, будто не спал вообще – ни сегодня, ни вчера, ни, возможно, последние лет двести.

– У вас будет сопровождающий, – сообщает он. – До вечера.

– А потом? – спрашиваю я.

– А потом в зависимости от исхода, – спокойно отвечает он.

Это все крайне неприятно, зато хотя бы честно. Я потихоньку встаю с земли и начинаю идти в дом, когда оклик часового останавливает меня.

– Ваш истинный пойдет со мной – говорит он внимательно смотря на Рейва, тот сразу напрягается буквально всем телом.

– Это почему еще? —я возмущенно вскидываю руки – все не оставляете попыток украсть моего мужчину! Что за страсть к похищениям, не понимаю.

– Нет. Этот дракон – ни разу не улыбнувшись продолжает часовой – Слишком далеко отошел от своей человеческой сути. Наши старейшины могут помочь ему сохранить две ипостаси. Иначе изменения могут стать необратимыми.

Я тяжело вздыхаю и смотрю на Рейва. Он ничего не говорит, но весь полон сдерживаемого гнева и простеста.

– Рейв, ты должен пойти. Нам осталось совсем немного. – обращаюсь я к нему мысленно, чувствуя его несогласие, продолжаю – все будет нормально. Я обещаю. Они хотят помочь.

Часовой ждет. Он точно слышит наши разговоры, поэтому понимает что происходит.

– Когда мы встретимся? – спрашиваю часового.

– Вы увидитесь завтра на испытании.

Я только киваю и кинув на Рейва последний взгляд захожу в дом.

Ламертин материализуется буквально через секунду, зевая так, будто этим зевком хочет оскорбить весь город сразу.

– Ну что, – тянет он, – экскурсия? Магазины, сувениры, маленький дракончик на память?

– Если ты украдёшь маленького дракончика, – говорю я, – я буду орать, что мы не вместе.

– Вот это обидно, – вздыхает он. – Я рассчитывал на соучастие.

Мы идём по городу, в этот раз свободно прогуливаясь, а не стремительно мачсь к цеди. Гуляем кароче. Я с Ламертином парящим рядом с однйо стороны и сосредочточенным Лаэром с другой. Сзади нас неспешно идет молодой дракон, выделенный нам в сопровождение. Редкие прохожие почти не обращают на нас внимание. Иногда я ловлю редкие взгляды полные заинтересованности, но не более.

Драконы в человеческом облике отличаются друг от друга больше, чем я ожидала. Кто-то выше, кто-то ниже, кто-то почти неотличим от человека, а у кого-то слишком резкие движения, слишком пристальный взгляд.

Мы проходим мимо учебной площадки. Там подростки – если это вообще применимое слово – тренируются управлять магией. Камень под их ногами трескается, светится, восстанавливается. Один из них смеётся, когда у него что-то получается, и этот смех неожиданно нормальный. Не величественный. Не пугающий. Обычный.

– Слишком легко, – тихо говорит Лаэр.

Я поворачиваюсь к нему.

– Что?

– Им всё слишком легко даётся, – повторяет он, глядя на площадку. – Они не заслуживают силу, которую получили.

Я хочу возразить. Сказать, что мы ничего не знаем о цене, которую они платят. Что это несправедливо. Но слова застревают в горле. Потому что я вижу, как он на них смотрит. Не с ненавистью. Не со страхом. С холодной оценкой.

Мы оказываемся на террасе, откуда открывается вид на нижние ярусы. Там те самые углубления, жилища, входы. Я замечаю драконицу с перевязанным плечом. Её сопровождают двое. Она идёт медленно, тяжело.

– Ранена, – говорит сопровождающий, будто читая мой взгляд. – Старые шрамы. От людей.

Слово «старые» звучит так, будто они до сих пор болят. Я снова чувствую этот холод под рёбрами. Он никуда не делся. Просто стал привычнее.

На узком переходе мы сталкиваемся с молодой драконицей. Она несёт корзину с кристаллами – они звенят, перекатываясь. Кто-то задевает её плечом, корзина выскальзывает, кристаллы рассыпаются по камню.

Все замирают. Лаэр наклоняется первым. Не используя магии, он просто садится на корточки и начинает собирать, аккуратно, методично, будто от этого зависит что-то важное.

– Прошу прощения, – говорит он ей. Искренне.

Драконица смотрит на него долгим немигающим взглядом и кивает. Незаметно оглядываясь, я замечаю, что за этой сценой пристально наблюдает наш сопровождающий.

Драконица принимает корзину из рук Лаэра, чуть задержав пальцы на краю. На секунду мне кажется, что она хочет что-то сказать – поблагодарить или, наоборот, спросить. Но вместо этого она просто кивком указывает на оставшийся кристалл у его ботинка. Лаэр спокойно поднимает и его.

– Всё, – говорит он. – Ни один не треснул.

– Это редкость, – отвечает она наконец. Голос звучит невозмутимо, но в нём сквозит усталость. – Обычно люди сначала проверяют, не остались ли целы их собственные ноги.

– Я предпочитаю сначала проверять, не пострадали ли окружающие, – со спокойной улыбкой отвечает Лаэр.

Драконица смотрит на него ещё секунду, потом неожиданно улыбается в ответ – коротко, уголком губ. Она уходит, и я замечаю, что наш сопровождающий отвёл взгляд от этой сцены слишком поздно, будто не ожидал, что его поймают на наблюдении.

– Кажется ты сейчас сделал себе репутацию, – тихо говорю я Лаэру.

– Плохую или хорошую? – уточняет он.

Я в ответ только неопределенно пожимаю плечами, потому что правда понятия не умею что у этих драконов в голове. Ламертин, который всё это время крутился рядом и делал вид, что рассматривает трещины в камне, вдруг наклоняется ко мне.

– Лаэр был невероятно краток, – шепчет он с уважением. – Я впечатлён.

– Ты сегодня подозрительно благосклонен, – замечаю я.

– Я ценю людей, которые умеют быть приличными без зрителей, – отвечает он. – Особенно когда зрители всё равно есть.

Мы идём дальше. Город постепенно раскрывается не как величественное чудо, а как место, где просто живут. Где кто-то чинит каменную кладку, кто-то спорит из-за формы балкона, кто-то тащит слишком тяжёлую балку и делает вид, что ему не трудно.

На одной из террас мы натыкаемся на странную сцену: трое драконов в человеческом облике спорят вокруг огромного мангала наверно. Не знаю, как назвать этот механизм, но больше всего он напоминает именно это устройство для приготовления вкусного мяса. Судя по запаху, они готовят там что-то съедобное, но пахнет совсем не так аппетитно, как должно бы. Лица трех драконов это подтверждают.

– Я говорил, что нельзя было добавлять соль до стабилизации! – возмущается один.

– Это не соль, это минерал, – парирует второй.

– Он солёный!

– А ты что, пробовал?!

– Конечно пробовал, я же не идиот!

Ламертин замирает, сияя.

– О, – говорит он с благоговением. – Кулинарная магия. Моё любимое поле битвы.

– Даже не думай, – предупреждаю я.

– Я ничего, – он поднимает руки. – Я просто… наслаждаюсь зрелищем.

Один из драконов замечает нас и хмурится.

– Вы кто?

– Туристы, – отвечает Ламертин раньше всех, заинтересованно кружась над мангалом. – Из мира, где мясо жарят женщины по старинке. Обычно получается вкуснее.

– По старинке – фыркает один из драконов, скрещивая руки на груди – так каждый с двумя руками сможет, а что на счет магии? Вот это настоящий вызов для мага. Вряд ли кто-то из вас, человеки, смог бы с этим справиться.

– И вообще вам нельзя здесь находиться, – Подхватывает второй, выступая вперед.

– Мы уже здесь, – философски отвечает Лаэр, внимательно рассматривая мясо, которое пахнет и вправду не лучшим образом.

Повисает пауза. Третий дракон заинтересованно смотрит на Лаэра.

– Ты. Человек. Как бы ты это исправил?

Я напрягаюсь, а Лаэр медлит с ответом. Смотрит на мясо, неспеша вдыхая запах. Морщится.

– Я бы не стал, – говорит он наконец.

– В смысле? – возмущается первый.

– В прямом. Вы пытаетесь заставить это стать вкусным. Еда – это про баланс, а не про силу. Если переборщили – значит, придётся начать сначала.

– Это трата ресурсов, – холодно говорит второй.

– А ошибка – трата самого важного ресурса. Времени.– отвечает Лаэр. – Можете выбрать сами.

Снова тишина. Я вижу, как у драконов дёргаются челюсти. Как им не нравится этот вывод. Но и возразить им нечем.

– Ты дерзкий, человек – говорит наконец первый.

– Зато честный, – хмыкает другой.

Они теряют к нам интерес, возвращаясь к своей готовке. Краем глаза я вижу как они гасят костёр под мангалом.

– Ты только что сорвал им обед, – говорю я.

– Возможно, – отвечает Лаэр. – Зато не отравились.

– Герой нашего времени, – вздыхает Ламертин. – Без плаща. И без чувства самосохранения.

Хоть жареное мясо выглядело так себе, но я все же чувствую подступающий голод и мы просим нашего сопровождающего отвести нас в таверну. Или в любое другое место, где можно было бы поесть. Мы всей развеселой компанией подходим сооружению с говорящей вывеской «У скалы». Внутри нас встречает широкое полукруглое пространство, вырубленное прямо в скале. Потолок низкий, стены будто источают тепло, столы каменные, но с мягкими накладками. Запахи здесь странные: что-то между хлебом, дымом и… металлом.

– Ну, – говорит Ламертин, оглядываясь, – либо вы сейчас поедите, либо съедят вас. Я за первый вариант.

Нас усаживают за длинный стол вместе с ещё несколькими драконами. Никто не объясняет правил. Это похоже в порядке вещей.

Еду приносят без нашего заказа. Миски. Тарелки. Каменные кружки с чем-то густым и тёплым. Я осторожно пробую. На вкус – неожиданно приятно и сытно. Даже вкусно, если не задумываться, из чего именно это сделано.

Лаэр ест медленно, внимательно, будто ждёт подвоха. Ламертин парит недалеко от нашей компашки, не рискуя сильно разведывать зал. Он присматривается к моей тарелке и задумчиво бормочет.

– Так, – авторитетно говорит призрак. – Это явно не мясо, но и не трава. Возможно, компромисс. Я одобряю.

Рядом сидящий дракон смотрит на него с явным сомнением.

– Ваш призрак очень болтлив. Он всегда такой? – спрашивает он меня.

– Нет, – отвечаю я. – Иногда он хуже.

Дракон хмыкает, почти улыбаясь. В какой-то момент на столе появляется блюдо, от которого все остальные слегка отодвигаются. Лаэр, не заметив этого, тянется к нему первым.

– Не стоит, – говорит кто-то тихо.

Лаэр замирает.

– Почему?

– Это… – дракон подбирает слово, – символическое.

– В каком смысле?

– Это священное блюдо. Каждый, кто пробует его тем самым заявляет, что готов взять на себя ответственность за всех сидящих за столом. – спокойно поясняет наш сопровождающий.

Лаэр медленно убирает руку.

– Тогда я не буду, – говорит он. – Я пока не готов отвечать за ваш мир.

Дракон хмыкает рядом.

– Другого мы от вас и не ожидали, человеки, – говорит кто-то с другого конца стола.

– За осторожностью может скрываться мудрость, – тихо добавляет второй.

Я пожимаю плечами и беру ароматный кусочек из этого блюда. Плевать, как истинная дракона, очевидно мне не отвертеться от ответственности. Краем глаза замечаю несколько ошеломленных взглядов драконов, но только невозмутимо улыбаюсь в ответ.

– Надеюсь вы не будете полагаться только на меня – размеренно говорю я, ни к кому особо не обращаясь – у меня бывают проблемы с удачей. Хотя ответственности завались.

Спустя время мы подходим к смотровой террасе и садимся на ее край, чтобы немного переосмыслить все произощедшее. Мы садимся на край террасы. Ни перил, ни ограждений. Под ногами разверзлась пропасть.

– Здесь никто не падает? – спрашиваю я.

– Падают, – спокойно отвечает сопровождающий. – Но редко.

– Успокаивает, – бурчу я.

Рядом сидит старый дракон. Очень старый. Его человеческая форма не выглядит такой уж человеческой – кожа словно тоньше, чем должна быть, глаза мутные, но цепкие.

– Душа из другого мира. – тихо говорит он с рычащими нотками.

– Простите? – я удивленно оборачиваюсь на него.

– Я стар и видел больше чем вы можете себе представить – хмыкает старый дракон – и уж душу из другого мира я разгляжу.

Он задумчиво смотрит в даль

– Значит боги не оставили нас. А может кто-то им помог – его мутный взгляд касается притихшего Ламертина.

– Не вмешивай сюда неупокоенного призрака семьи, я просто сопровождаю этих неразумных – не слишком натурально отпирается Ламертин.

– Расскажешь, когда захочешь – хмыкает дракон, затем поворачиваясь ко мне продолжает – Итиснные для дракона – дар богов. В давние времена, они часто приходили к нам из других миров. И отнюдь не все были чисты в своих намерениях.

– Я думала, что истинные не могут навредить друг другу – недоуменно продолжаю я.

– Это правда, если речь о драконах. Но люди – дракон делает небольшую паузу – люди не чувствую связь так сильно. Многие из них использовали наши слабости добиваясь своих целей. Власть, корысть, беспринципность.

Дракон вздыхает. Затем вдруг медленно понимается и начинает идти прочь, бросая мне через плечо:

– Надеюсь к тебе это не относится, истинная. Тебя призвали боги и твой призрак приложил к этому руку.

Он медленно исчезает прочь. Я резко оборачиваюсь на Ламертина с подозрением смотря на него.

– Девка, брось – Ламертин поднимает руки вверх – что ты веришь каждому встречному дряхлому старику?

– Одному дряхлому старику я точно не верю ни на грош – цежу я. И вдруг меня осиняет, что Лаэр был не в курсе моей истории, я резко оборачиваюсь к нему. Он все так же смотрит вдаль в пропасть. Будто не слышал нашего диалога.

– Лаэр…я – начинаю я.

– Мне плевать. – спокойно говорит Лаэр.

Мы возвращаемся к нашим нишам. Я чувствую сбивающую с ног усталость, хотя ничего особенного вроде бы не происходило. Со стоном я растягиваюсь на своей кровати. Ламертин устраивается где-то в моих ногах.

– Странное место, – говорит дед. – Они ничего не требуют, но всё время будто чего-то ждут.

– Смотрят кем мы окажемся, недоверчивые ребята, – отвечаю я.

Лаэр стоит чуть в стороне. Смотрит на город. На небо. На скалы.

– Они слишком сильны, – говорит он тихо. – И слишком уверены, что имеют право быть такими.

Я оборачиваюсь к нему.

– Ты правда так думаешь?

Он не сразу отвечает.

– Я думаю, – говорит он наконец, – что мир, в котором есть такая сила, всегда стоит на краю. И кто-то должен вернуть баланс этому миру.

Я не знаю, что на это сказать. Он не желает зла драконам, но просто верит, что они не должны существовать. И это куда опаснее.

Ночь опускается мягко, но внутри меня всё напряжено, как перед грозой. Где-то в глубине города старейшины помогают Рейву окончательно не потерять себя. А здесь, рядом со мной, человек которые нашел себя и свои убеждения, но лучше бы не находил. Когда приходит часовой, я уже не вздрагиваю.

– Завтра, – говорит он. – Ты войдёшь в Круг.

– Я догадывалась, – отвечаю я.

– Это не испытание силы, – добавляет он. – И не воли.

– А чего?

Он смотрит на меня долго. Слишком долго.

– Связи.

Он уходит. Я остаюсь стоять и думаю о том, что хуже испытания силы может быть только испытание того, что ты сама до конца не понимаешь.