Текст книги "Нулевая планета"

Автор книги: Ерофей Трофимов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Наконец, Руслану эти игрища надоели, и он, выбрав момент, нанёс одни резкий, точный удар, после которого, пилот снова оказался на полу.

– Думаю, с него хватит, – усмехнулся разведчик и, развернувшись, направился к своим вещам.

– Ну, и как он тебе? – с интересом спросил Влад.

– Силы, как у коня, нахальства, ещё больше, а ума, как у телёнка, – рассмеялся Руслан. – Но, если ещё пару раз подобный воспитательный процесс провести, то, может и поумнеет.

– Сам такой, – простонал с пола пришедший себя пилот.

– О, раз хамить начал, значит очухался. Тогда поднимайся и пошли дальше разговаривать, – сквозь смех скомандовал Влад и, не дожидаясь, когда пилот соизволит выполнить команду, вышел из зала.

* * *

Ожидание прихода новых кораблей мягкотелых затянулось, но Альказ, собрав в кулак всё своё терпение, продолжал наблюдать за тремя кораблями. И несмотря на всю свою ярость и неудержимое желание атаковать, он продолжал мрачно смотреть на тактический монитор, где три корабля отображались во всей своей величественной мощи.

Это было действительно величественное зрелище. Огромные, с хищными обводами и оружейными портами, способными вести огонь сразу во всех направлениях, корабли мягкотелых производили угнетающее впечатление. Глядя на монитор, Альказ думал, как много залпов его линкор успеет дать по противнику, прежде чем они ударят в ответ всей своей мощью? И сколько залпов его линкор сумеет выдержать прежде, чем разлетится по бездне жалкими обломками?

И чем больше ксеноброн раздумывал об этом, тем меньше ему нравились ответы на эти вопросы. В очередной раз убедившись, что все его прежние выкладки о столкновении с мягкотелыми были верными, Альказ вздохнул и, развернувшись, тихо скомандовал:

– Продолжайте наблюдение и в случае каких-либо изменений тут же сообщайте мне. Я буду в каюте техножреца.

Не дожидаясь ответа, Альказ развернулся и покинул рубку управления. Быстро пройдя на нужный уровень, он толкнул знакомую дверь и, войдя в каюту техножреца, мрачно проворчал:

– Ещё немного, и я сам впаду в боевую ярость.

– Что тебя так бесит, ксеноброн? – устало спросил верховный, медленно переворачиваясь на другой бок, чтобы видеть собеседника.

– Пустое ожидание и неизвестность. Нам нужно или атаковать, или начинать переговоры о совместном уничтожении тех, из аномалии.

– А если те, из аномалии, вдруг предложат тебе совместно уничтожить мягкотелых? Что тогда? – неожиданно спросил техножрец.

– Как это? – растерялся Альказ. – Они же уничтожали наши корабли.

– И что? Мы тоже уничтожали корабли мягкотелых. Но ты готов предложить им сотрудничество. Так что же меняется в отношении других?

– Что ты хочешь этим сказать? – озадаченно спросил Альказ, тяжело опускаясь в кресло.

– Что ты снова торопишься. Теперь, когда их тайна раскрыта, нам остаётся только ждать.

– Чего именно?

– Дальнейших действий других. Наши аналитики пришли к выводу, что эта аномалия, является переходом в другую галактику, и наши соседи имеют особую технологию, позволяющую им открывать подобные проходы. Как только эта аномалия достигнет нужных им размеров, они переместятся сюда, и вот тогда станет ясно, с чем они пришли.

– И если это будет экспансия?..

– То нам придётся срочно заключать союз с мягкотелыми, – вздохнул верховный.

– Не объяснишь, почему именно с ними? – осторожно спросил Альказ.

– Как бы то ни было, но с расой людей у нас больше общего, чем с этими чужаками, – очень тихо ответил верховный.

– Как это? – снова не понял Альказ.

– Обе наши расы, кислорододышащие. Люди называют нас гуманоидами. Это значит, что мы отдалённо напоминаем им их самих. А самое главное, о людях, мы уже имеем хоть какое-то представление, тогда как о чужаках, мы не знаем практически ничего. Как не крути, но союз с мягкотелыми нам более выгоден, чем союз с неизвестной расой.

– Но почему? – недоумевал Альказ.

– Да потому, что в случае войны с чужаками, мы можем использовать ресурсы и базы мягкотелых, тогда как в случае союза с чужаками, такой возможности у нас точно не будет.

– А почему вы решили, что мягкотелые позволят нам использовать свои ресурсы? – насторожился Альказ.

– В крайнем случае, мы можем купить такую возможность за металл, – ответил верховный, хитро, усмехнувшись.

– Ах, да. Металл, – со вздохом кивнул Альказ. – Как же мне надоели эти интриги!

– Перестань, – скривился верховный. – Придёт время и для твоих игрушек. Но пока, наберись терпения.

– Но для чего? Чего мы дожидаемся? – зарычал Альказ, теряя терпение.

– Наши аналитики пришли к выводу, что в следующий свой прорыв на нашу сторону, чужаки обязательно схватятся с мягкотелыми. Тогда, у нас будет, что им предложить. Ведь территория аномалии, находится в нашей системе. И чтобы как следует ответить этой агрессии, людям придётся договориться с нами. Ведь в противном случае…

– Мы можем договориться с чужаками, – закончил за него Альказ, начиная понимать игру властителей Ксены.

– Ты снова доказал, что не глуп, – чуть усмехнувшись, кивнул верховный.

– Но тогда, такой договор будет означать, что все наши предыдущие усилия были напрасными.

– О чём это ты? – не понял верховный.

– Об истории с оружием.

– А разве я сказал, что всё уже закончилось? – иронично спросил техножрец. – Война с чужаками позволит нам намного лучше оценить технический потенциал мягкотелых и их военные возможности.

– Прости, верховный, но от всех этих интриг у меня уже голова болит. Я солдат, а не политик, – растеряно вздохнул Альказ.

– Ты ленишься думать, ксеноброн, – ответил техножрец неожиданно жёстко. – Да, ты солдат. Но ты движешься по карьерной лестнице и уже стал генералом. Но не надо забывать, что ты ещё и избранный.

– Как же мне надоела эта ерунда. Избранный, как же, – фыркнул Альказ. – Солдатские бредни, которые вы старательно поддерживаете.

– А вот об этом, никто не должен знать. Ты избранный, и этим всё сказано, – осадил его техножрец.

Их беседу прервал тихий стук в дверь, и на пороге появился вахтенный.

– Генерал, навигаторы засекли больше пятнадцати отметок. Идут походным ордером мягкотелых. Дежурный офицер считает, что это те самые корабли, которые вызвали участники экспедиции, – быстро доложил он.

– Хорошо. Передай на вахту, я скоро подойду, – кивнул Альказ и, повернувшись к техножрецу, тихо сказал:

– Они пришли за рабами. И что нам теперь делать?

– А кто сказал, что у нас есть рабы? – пожал плечами верховный.

– Они могут спуститься на твердь…

– И что? – снова спросил техножрец. – Запомни раз и навсегда. Псионическая энергия рабов, используется только в генераторах кораблей. Ни на тверди, ни на работах по добыче ресурсов, рабов не используют. Так что, они могут спускаться куда угодно, осматривать всё вокруг, но так ничего и не узнают. А на корабли, а уж тем более, в генераторные залы, их никто не допустит.

– Судя по всему, верховный управляющий уже готов допустить мягкотелых на нашу планету, – с тихой ненавистью прошипел Альказ.

– Не спеши впадать в боевое безумие, генерал, – устало вздохнул верховный. – Это и есть политика, которую ты так не любишь. Но благодаря ей, наша раса может избежать серьёзных проблем.

– Не уточнишь, каких именно? – скептически поинтересовался Альказ.

– Как ты помнишь, использование псионической энергии привело к тому, что очень много сильных, перспективных в плане размножения особей погибли только ради свободы перемещения частных кораблей. Это сильно ударило по численности нашей расы. Короче говоря, мы на грани вымирания. И если разразится война, мы будем обречены.

– М-да, – мрачно протянул Альказ. – Я знал, что война может оказаться для нас гибельной, но не думал, что всё настолько плохо.

– Ты и не мог этого знать, – вздохнул верховный. – Я в очередной раз превысил свои полномочия и раскрыл тебе одну из наиболее засекреченных тайн нашей расы.

– Значит, мне остаётся только скрежетать клыками и смотреть, как рабы суют свои носы туда, куда их не пускают даже под конвоем? – мрачно спросил Альказ.

– Отложи на время кинжал чести, и наберись терпения. Твой враг от тебя никуда не денется.

– Драться с мягкотелым ритуальным кинжалом?! Слишком много чести, – презрительно фыркнул Альказ. – Я вырву ему сердце когтями, и напьюсь крови прямо из глотки. Но ты прав, я должен быть терпеливым. Ради империи. Ради Ксены.

– Я надеялся на твоё благоразумие, – кивнул техножрец с заметным облегчением. – А теперь, иди. Тебе нужно быть на посту, когда караван окажется рядом.

Кивнув, Альказ тяжело поднялся и вышел из каюты. Шагая по еле освещённым коридорам линкора, он продолжал обдумывать всё услышанное. Информация оказалась не радостной. Бездумное использование живых ресурсов привело его расу на грань вымирания, и теперь, оказавшись на пороге глобальной войны, ксеносам придётся не сражаться, как полагается воинам, а хитрить и изворачиваться, пытаясь сохранить то немногое, что осталось.

* * *

История о попытке убийства главного и единственного врача на планете моментально облетела всю планету, после чего, в «Предпортовом» собрались все члены совета планеты. Понимая, что всё это может для участников нападения плохо закончиться, Мишель собственноручно запер мистера Доу в камере, приставив для охраны пару пенсионеров из бывших «медведей». Пользуясь предоставленной связью, бизнесмен старательно и долго доказывал, что он, именно тот, кем представился и никто другой.

Убедившись, что его контору использовали просто как прикрытие, Мишель пообещал Доу, что ещё вернётся к разговору о поставках деликатесов, и отправился в складской ангар, где полным ходом готовился открытый судебный процесс. Сам Мишель, на данном процессе являлся не более чем свидетелем и жертвой нападения, поэтому, был вынужден держать своё мнение при себе. Хотя давно бы передал обоих фигурантов русской службе безопасности, старательно забыв о случившемся.

Но как ему популярно объяснили обжившиеся на планете пенсионеры, делать этого совсем не стоило. Как источник информации, данная парочка ценности явно не представляла, а возможность их перевербовки была слишком низкой. Оба фигуранта являлись такими же волкодавами, что и сами пенсионеры, а значит, давить на них бесполезно. Выход оставался только один. Провести показательный суд, приговор которого будет обнародован по межпланетной связи. Жителям планеты давно уже пора было объявить всем, что у них есть законы и не исполнять их, себе дороже.

Понимая, что в подобных игрищах пенсионеры понимают больше него, Мишель махнул на всё рукой, решив на этот раз плыть по течению. Но его земляки в очередной раз преподнесли ему неожиданный сюрприз. Заслушав показания свидетелей, обозрев вещественные доказательства и посовещавшись, суд вынес неожиданный, а самое главное, удивительно жёсткий приговор. Оба нападавших были приговорены к исключительной мере наказания.

Судя по реакции собравшихся, такого не ожидал никто. Даже видавшие виды пенсионеры только удивлённо переглядывались и растеряно крутили головами. Сомнения поселенцев неожиданно развеял вынесший приговор судья. Грохнув деревянным молотком по столешнице, он выпрямился во весь свой небольшой рост и во весь голос заорал:

– А, ну заткнитесь все, и слушайте меня. Эти ублюдки явились сюда с оружием и попытались убить одного из нас. Я не стану напоминать, что Мишель, единственный врач на планете и глава совета планеты. Прежде всего, он один из нас, а значит, попытавшись убить его, они готовы убить всех нас. Мы много лет подряд пытались выпросить помощи у их хозяев, а вместо помощи получали только молчание. А теперь, они вдруг решили учить нас, как жить? Этого не будет. Скажу вам больше. Их хозяевам не интересно, как мы тут живём. Им нужно только то, что они могут получить от нашей планеты. Так что, закройте рты и считайте эту историю законченной.

Не ожидавший от судьи такой экспрессии Мишель, удивлённо покачал головой и, выбравшись из ангара, тяжело вздохнул. Ему только что в голову пришла очередная неприятная мысль. Вынесенный приговор означал, что кому-то из поселенцев придётся сыграть роль палача. Из мрачных размышлений Мишеля вывел тихий гул миниатюрной гравиплатформы. Рядом с врачом остановился Стас и, задумчиво подкидывая на ладони кристалл памяти, на котором была запись всего процесса, спросил:

– Ты чем опять недоволен, коновал?

– Да как тебе сказать. Приговор-то вынесли. А исполнять его кто будет? – вздохнул Мишель.

– Нашёл о чём думать, – усмехнулся инвалид неожиданно жёстко. – Любого из наших попросишь, сделают.

– А я думал, вы солдаты, – растеряно проворчал Мишель.

– Дурак ты, хоть и профессор. Судья правильно сказал. Они не только тебя, они всех нас уничтожить, готовы, лишь бы до руды добраться. Так что, мы свой солдатский долг и исполняем. Вас уберечь пытаемся и врагов уничтожаем.

– Хочешь сказать, что для вас и тут служба продолжается? – удивился Мишель.

– Не дури, приятель. Говорю же, теперь это и наша планета. А значит, мы защищаем наш дом. А что до приговора, то я сам могу исполнить, – решительно добавил Стас.

– Я тебя за язык не тянул, – тут же ухватился за предложение Мишель.

– Значит, завтра и закончим, – подытожил Стас, и ловко развернув свою платформу, направил её в сторону посёлка.

Удивлённо посмотрев ему в след, Мишель испустил очередной тяжёлый вздох и, услышав рядом тяжёлые шаги, не оборачиваясь, сказал:

– Вы теперь все меня утешать будете. Тогда пришли бы уже хором.

– Делать мне больше нечего, как утешать тебя, – обижено прогудел Илья. – Я спросить хотел, когда планы по разработке месторождения придут?

– Стас сказал, в вашей службе этот вопрос усиленно прорабатывается. Так что, как только, так сразу, – пожал Мишель плечами.

– Я, пожалуй, тогда снова в поле уйду, – подумав, сказал Илья.

– Зачем? – не понял Мишель.

– Ну, может, ещё чего интересного нарою, – неопределённо протянул гигант.

– Нет уж, приятель. Ты уже и так тут нарыл столько, что нам за десять лет не разобраться, – осадил его трудовой энтузиазм Мишель. – Посиди пока в посёлке.

– Зачем? – удивился Илья.

– Не нравится мне вся эта история. И чует моё сердце, что она ещё не закончилась, – нехотя признался врач.

– Ты это о чём? – насторожился Илья.

– Не знаю, где у нас протекло, но добром всё это не кончится, – уставившись бездумным взглядом куда-то в пространство, тихо сказал Мишель. – Будет кровь. Много крови.

– Ты чего?! – озадаченно спросил гигант, осторожно встряхивая его за плечо.

Вздрогнув, словно очнувшись, Мишель виновато покосился на приятеля и, вздохнув, ещё тише ответил:

– Боюсь, нас не оставят в покое, и мы ещё пожалеем о твоей находке.

– Ну, это мы ещё посмотрим, – ответил Илья, сжимая пудовые кулаки.

– На что именно ты собрался смотреть? – иронично усмехнулся Мишель.

– Посмотрим, кто здесь кровью умоется. Сегодня же Стасу скажу, чтобы никого кроме торговцев на планету не допускал, а ещё свяжусь с кораблями на орбите, и попрошу отгонять все суда не из нашего сектора.

– Ты чего развоевался? – удивлённо спросил Мишель.

– Того. Свой дом защищать надо, а не сопли жевать, – рыкнул в ответ Илья.

– Странно, – удивлённо покачал головой Мишель.

– Чего тебе опять странно? – не понял Илья успокаиваясь.

– За прошедшие полчаса, ты второй, кто назвал «Спокойствие» своим домом.

– А кто первый? – с интересом спросил Илья.

– Стас.

– Понятно.

– Чего тебе понятно? – неожиданно вызверился Мишель.

– То, что мы оба правы. Мы приехали сюда, чтобы найти себе новый дом, и нашли его. А значит, и защищать эту планету мы будем как свой дом, – рявкнул в ответ Илья и, развернувшись, тяжело затопал к посёлку.

Окончательно запутавшись в собственных чувствах и мыслях, Мишель испустил долгий, протяжный вздох и, плюнув на все сложности, не спеша поплёлся следом за приятелем. В глубине души, врач отлично понимал, что всё происходящее, является прямым продолжением всей многолетней борьбы поселенцев за свою свободу. Что называется, за что боролись, то и расхлёбываем. И что проблемы жителей планеты никто кроме них решать не обязан.

Участие в этой истории Российской Империи, случайность и огромная удача. Так что, складывать лапки и пищать, что всё плохо, поселенцы, а главное, он сам, просто не имеют права. Но острое чувство опасности никак не покидало Мишеля, заставляя его зябко ёжиться и непроизвольно оглядываться через плечо. В очередной раз, поймав себя на подобном жесте, врач разозлился, и в полный голос, выругавшись, проворчал:

– Дьявол! Вот только мании преследования с паранойей мне и не хватало.

– Ты чего там бурчишь? – послышалось из кустов, и на дорогу выбрался Илья, отряхивая снег с широченных плеч.

– Да так, мысли вслух, – отговорился Мишель, заметно, смутившись. – А ты чего по кустам ползаешь? Дороги уже мало?

– Решил одну свою догадку проверить, – неопределённо ответил гигант.

– Илья, ну не темни. Ну не умеешь ты врать, – укоризненно протянул Мишель. – У тебя же все твои хитрости на морде лица нарисованы.

– Нахватался от наших, – буркнул добродушный гигант, обижено насупившись.

– Вот уж правду Влад говорил, ты не медведь, ты телок, – прыснул Мишель, разглядывая его обиженную физиономию. – Старина, я ведь ещё и по психологии степень имею. Забыл?

– Я и не знал, – ответил Илья, пожав плечами.

– Ну, и бог с ним. Так чего ты там вынюхивал? – вернулся Мишель в начатой теме.

– Да заметил несколько валунов гранитных, вот и решил посмотреть, чему эти камушки сопутствовать могут, – вздохнув, признался Илья.

– Дружище, очень тебя прошу. Оставь пока свои изыскания. Честное слово, не до них сейчас, – попросил Мишель, едва не взмолившись.

– Да чем тебе мои поиски так мешают?! – возмутился Илья.

– Ты мне сейчас в посёлке, рядом нужен. Сам видел, какие дела на пустом месте закручиваются. Так что, просто побудь рядом, – ответил врач, не зная, как правильно обосновать свою просьбу.

– Случилось чего? Или я чего-то не знаю? – насторожился Илья.

– Даже не знаю, как тебе это объяснить. Вот нюхом чую, что история эта ещё не закончена, – нехотя ответил Мишель, приготовившись выслушать порцию насмешек, но к его удивлению, бывший «медведь» повёл себя неожиданно.

Несколько минут, огромный боец задумчиво рассматривал стоящего перед ним врача, после чего, кивнув, не громко ответил:

– Нюх, дело серьёзное. Раз так, то давай сразу договоримся. Из посёлка без меня ни шагу. Я, может, и не самый лучший боец из всех, сюда приехавших, но кое-что умею. Так что, если так уверен, что дерьмо учуял, значит будь добр в него не вляпаться. Два по полбойца, глядишь, за одного полноценного и сойдут, – пошутил он, удручённо разведя руками.

– С чего у тебя вдруг начал комплекс по этому поводу развиваться? – вдруг спросил Мишель, насторожено глядя богатырю в глаза.

– Да какой там комплекс. Так, осознание реалий, – отмахнулся Илья, снова, смутившись.

– Опять врёшь? – укоризненно спросил Мишель.

В ответ Илья только вздохнул.

– Ты пойми, Илюша. Если я прав, то твои дурацкие мыслишки нам в нужный момент очень помешать могут. Так что, колись, пока мы тут с глазу на глаз, – продолжал наседать врач.

– Да понимаешь, вот смотрю я на них, и на себя, и не понимаю, как такие заморыши, могут такие вещи делать, – несколько сумбурно начал исповедь Илья.

Мишель только головой покачал. Назвать заморышами здоровенных, без малого двухметровых мужиков, мог только такой гигант как Илья.

– И ведь что не возьми. Стрельба, рукопашка, навыки управления любым видом транспорта, аналитика. И я любому из них, во всех этих делах и в подмётки не гожусь. При всей своей силе и выносливости, – грустно закончил Илья.

– Зато геолог от бога, – мрачно буркнул в ответ Мишель. – А почему тебя в разведку не перевели, при таких-то данных?

– Психологические показатели, – снова вздохнул Илья. – Армейские мозгокруты сразу в научный отдел отправили, даже желания не спрашивая. А вообще, в разведку отбор очень жёсткий. Там психика нужна, такая, словно в голове не мозг, а биокомпьютер.

– Это как? – не понял Мишель. – Влад говорил, что их с самого детства отбирают и готовят.

– Это верно. Но с детства берут детей с дефектом. Ну, он говорил наверно… – Илья запнулся, не зная, как правильно объяснить.

– Да, внешние отклонения, не мешающие нести службу, – быстро кивнул Мишель.

– Вот, вот. Но таких детей не много. А остальных, набирают из кадетских училищ. По спецотбору. Одного из тысяч. Но лучшие, всё равно из тех получаются. А вот почему, никак понять не могу.

– Ну, тут более-менее всё ясно, – помолчав, ответил Мишель. – Слышал выражение, природа не терпит пустоты?

– Да.

– Ну, так это один из примеров его подтверждения. Проблема внешности компенсируется повышенными психофизическими показателями. Как говорится, что-то отбирается, а что-то даётся взамен. Так что, брось свои думы и давай делом заниматься.

– Хочешь сказать, что у меня ничего лучше геологии всё равно не получилось бы? – не унимался Илья.

– Думаю, да. О способах подбора деятельности в империи я много читал и слышал. И пришёл к мысли, что твои соплеменники умудрились лучше других использовать все имеющиеся системы тестирования детей. Во всяком случае, про серьёзные сбои вашей системы я не слышал.

– Я тоже, – подумав, кивнул Илья.

– Вот и ладно. Тогда кончай ерундой заниматься, и пошли домой. Темнеет уже, – вздохнул Мишель и, развернувшись, зашагал к посёлку.

* * *

Такой оплеухи отдел Майка Кормана ещё не получал. Придя утром на службу, мистер Корман по привычке заглянул на новостную страничку межпланетных объявлений, и едва пробежав глазами первые строчки, растеряно замер. Главным известием со свободных планет было объявление о приведённом в исполнение приговоре двум преступникам, обвинённым в покушении на убийство. Из сообщения становилось ясно, что покушались они не много ни мало, на члена совета планеты «Спокойствие».

Растеряно посмотрев на фотографии своих агентов, Корман ещё раз перечитал заметку и, набрав на коммуникаторе номер своего шефа, потребовал срочной встречи. Судя по реакции начальства, у того день тоже не задался. Быстро пройдя длинными коридорами управления, Корман на секунду замер перед знакомой дверью, и сделав глубокий вдох, шагнул в кабинет.

– Входи, сядь и слушай, – прорычал шеф, швыряя на стол какую-то папку.

Послушно выполнив команду, Корман мысленно приготовился к очередной куче дерьма. Что называется, предчувствия не обманули.

– Судя по тому, что мне только что сообщили из департамента внешних сношений, твои люди не просто опоздали, а ещё и позорно провалились, – помолчав, заговорил шеф. – Объявление о заключении контракта с русскими уже светиться по всем информационным каналам промышленных новостей. Ну и как такое могло получиться?

– Мои люди были арестованы и казнены за покушение на члена совета планеты, – коротко ответил Корман, начиная мысленно составлять рапорт о выходе в отставку.

– Что-о?! – во весь голос завопил шеф, вскакивая из кресла.

– Я сам только что узнал из новостей, – тихо выдохнул Корман.

– Как, это, могло, случиться? – спросил шеф едва ли не по складам.

– Не знаю. С ними не было связи с момента высадки на планету. В сообщении говориться о двух преступниках, но на планету, они должны были спуститься втроём. Думаю, мы скоро всё узнаем от бизнесмена, обеспечивавшего нам прикрытие.

– И это всё, что мы можем? Сидеть ровно на заднице и фиксировать собственные провалы? – устало спросил шеф, медленно усаживаясь обратно в кресло. – Может, объяснишь мне, почему в последнее время у нас провал следует за провалом? Почему русские постоянно обходят нас?

– Я долго думал над этим, сэр, и нашёл только один ответ, – ответил Корман, чувствуя какую-то бесшабашную злость. – Русская служба безопасности не лезет не в свои дела. Они занимаются тем, чем и должны заниматься. Обеспечивают безопасность своей страны, а не сопровождают всякие бизнес проекты и сомнительные авантюры. Все сопутствующие дела они быстренько перекидывают своим подконтрольным фирмам, и присматривают за ними краем глаза, не вмешиваясь в процесс.

Мы же, ввязываемся во все подряд свары, и попросту распыляем силы, вместо того, чтобы заниматься своими прямыми обязанностями. Взять хотя бы эту историю с контрактом. Ну почему этим дерьмом должны были заниматься мои люди? Почему нашим бонзам было не скинуть всю информацию подходящей компании и не попытаться просто подкупить поселенцев? Но нет. Это же слишком дорого. Куда проще отправить на планету пару полевых агентов и запугать совет. Но никому и в голову не пришло, что на планете полтора десятка бывших бойцов спецназа одной из самых мощных империй лиги. И это не считая их «драконов».

– Ты чего разорался? – удивлённо спросил шеф, задумчиво рассматривая своего подчинённого. – Думаешь, я всего этого не знаю? Знаю. И поверь, мне самому очень не нравится такое положение вещей. Но политику агентства определяю не я, и даже не наш директор. Так что, перестань рвать волосы на заднице и возвращайся к делам.

– А разве я не уволен? – откровенно удивился Корман.

– Хватит с меня и двух трупов, – огрызнулся шеф. – И к концу недели я должен иметь на столе отчёты обо всём, что случилось. Понял?

– Так точно, – быстро ответил Майк, вскакивая со стула.

– А раз понял, тогда проваливай и займись делом, – рыкнул шеф, подтягивая к себе брошенную папку.

Выскочив из кабинета, Корман вернулся к себе и, схватив коммуникатор, приказал срочно соединить его с яхтой мистера Доу. Ответ был получен через десять стандартных минут. Внимательно выслушав историю перепуганного до колик бизнесмена, Корман отключил коммуникатор и, откинувшись на спинку кресла, задумался. Оказывается, его люди были просто не готовы к тому, что бойцов русского спецназа обучают приёмам антитеррористической подготовки. А самое главное, их выдало оружие.

Иметь игломёты в собственности было не просто запрещено. Любой пойманный с подобным оружием, автоматически получал пять лет каторжных работ, без особых разборов. Аналитики назвали игломёты самым подходящим оружием для этой операции, но именно оно и сгубило его людей. Короче говоря, их сгубило отсутствие оперативной информации о положении дел на самой планете.

Осмыслив первые данные, Корман принялся составлять черновик отчёта, когда его коммуникатор издал мелодичный писк, и начальник отдела понял, что его снова требуют в кабинет шефа. Откуда появилась такая уверенность, Майк так и не понял, но нажимая на кнопку ответа, уже был точно уверен в том, что услышит. Внимательно выслушав сказанное секретаршей шефа, Корман мрачно вздохнул и, поднявшись, вышел.

В кабинет шефа его пропустили без проволочек, но едва переступив порог, Корман сходу сообразил, что произошло что-то экстраординарное. Сидевший за столом шеф не отреагировал на его появление, продолжая растеряно пялиться на личный коммуникатор.

– Что случилось, сэр? – осторожно спросил Корман, пытаясь вывести шефа из ступора.

– Господи, я уже слишком стар для такого дерьма, – выдохнул шеф, беря себя в руки. – Новостей, две. Первая, от русских пришла информация о возможном обнаружении всех пропавших пассажиров судов. В связи с этим, нам приказано в срочном порядке сформировать комиссию из всех представителей стран членов лиги. Как тебе шуточка?

– А почему мы? – растерялся Майк. – Это дело совета лиги. У них есть свои силы безопасности и свой флот.

– Заседание начальников штабов уже идёт. Но это, не просто полицейская операция, или очередной дипломатический скандал. В деле всплывают неизвестные факторы.

– Это какие же?

– Людей держат на планете населённой неизвестной нам расой.

– К-к-как это? – спросил Майк, заикаясь от волнения.

– Перестань кудахтать. Вот так. Русские снова обошли нас, умудрившись обнаружить неизвестную расу. А самое главное, существует вероятность, что данная раса не совсем дружелюбна. Точнее, совсем не дружелюбна.

– И почему я не удивлён? – не удержался Корман. – Но это не объясняет, почему этим занимаемся мы? На данном этапе, от нас требуется составить списки всех пропавших за последние два года, и срочно предоставить их в совет лиги. А так же разработать список мероприятий по освобождению данных людей. Изначально ты прав, и заниматься этим будет совет лиги, но мы должны быть готовыми и к тому, что всю эту муть свалят на нас.

– Но почему?! – едва не завопил Корман.

– Понятия не имею. Мне просто скинули приказ, даже не соизволив поинтересоваться, есть ли у меня для этого люди и ресурсы, – вздохнул шеф.

– Понятно. А вторая?

– Что, вторая?

– Вы сказали, что новостей две. Первую я услышал, и должен признаться, от неё у меня мурашки по коже. Так какова же вторая?

– Не менее дерьмовая. Нам приказано разработать операцию, призванную наказать поселенцев этого «Спокойствия». И это не экономические меры. Операция силовая. Кто-то, там, наверху, решил, что всем жителям свободных планет нужно преподать урок. Чтобы запомнили, что агентов нашей страны трогать нельзя ни в коем случае. А спорить и ссориться с нами опасно для жизни.

– Но ведь это означает открытое противостояние с имперскими службами. На орбите планеты висят два эсминца с русскими экипажами.

– А то я не знаю, – рыкнул в ответ шеф.

– Так чего они хотят от нас? Чтобы мы десантировали на планету пару батальонов десанта, разнесли там всё вдребезги и пополам, а потом сделали вид, что ничего об этом не знаем?

– Вроде того, – скривился шеф.

– Это самоубийство. Точнее, это будет убийством наших людей. Про поселенцев я сейчас не говорю. Русские не станут, сложа руки смотреть, как кто-то безобразничает на подконтрольной им планете. А они, по своему обыкновению, сначала стреляют, а потом начинают разбираться, кто это был. Кроме того, организовав на орбите свою базу, имперцы готовы в любой момент подогнать к ней десяток боевых кораблей.

– Майк, перестань рассказывать мне прописные истины. Хочешь, чтобы я отказался от задания? Так скажу тебе откровенно, я не готов расстаться с работой.

– Я лишь хочу, чтобы вы объяснили всё это нашим бонзам, – вздохнул Корман. – Вы сами сказали, что это прописные истины. А значит, они должны понять, что наша служба так не действует. Это не просто вызов. Это открытое противостояние. А мы к такому не готовы.

– Заткнись, и отправляйся работать, – зарычал шеф, хлопнув ладонью по столу.

Сообразив, что разговор окончен, и в данный момент лучше всего для здоровья, убраться отсюда, Майк вскочил на ноги и быстрым шагом вышел в коридор.

* * *

Поученное внушение произвело на рыжего пилота серьёзное впечатление. Сидя в каюте, которую разведчики использовали как свой штаб, он то и дело с уважением косился на чуть улыбающегося Руслана, автоматически потирая ушибленную челюсть. Внимательно просматривая личное дело пилота, Влад то и дело бросал на него непонятные окружающим взгляды. Наконец, дочитав до конца, разведчик отложил документы, и оперевшись локтями о стол, задумчиво спросил: