Текст книги "Миссия Акорны"

Автор книги: Энн Маккефри

Соавторы: Элизабет Энн Скарборо
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Внезапно земля под ногами загудела, задрожала, и вверх ударила сильная струя желтоватой воды, распространив вокруг запах тухлых яиц. То тут, то там появились десятки более мелких извержений – почва словно вскипела смесью воды и грязи, заставив Акорну шустрее перебирать ногами. В сторону флиттера метнулось размытое пятно знакомой окраски. Линьяри дружно бросились вслед за РК. Они мчались со всех ног, а земля под ними ходила ходуном. Вдруг Таринье вскрикнул. Обернувшись, остальные с удивлением увидели, что юноша стал гораздо короче. Вглядевшись, они поняли, что Таринье погружается в землю, и все его попытки выбраться только ускоряют процесс. К тому времени, когда друзья, соблюдая предельную осторожность, приблизились, Таринье уже был в грязи по пояс.

– Перестань дергаться, ты делаешь только хуже, – скомандовала Акорна. – Ложись на землю и попробуй двигаться на спине.

(А я, по-твоему, что делаю?) – обиженно подумал он в ответ.

– Просто зыбучий песок, – объяснил Ари, опускаясь на колени в трех футах от Таринье.

– Где? – спросила Мати.

– Там, где тонет Таринье, – ответила Акорна.

– Да, такие штуки характерны для развивающихся миров, – сказал Ари. – Плотоядные растения, гейзеры, трясины, неожиданные провалы, землетрясения, извержения вулканов встречаются там очень часто. Меня тревожит, что они появились на нашей планете. Ну что ж, это не первый вызов. Мы справимся. А сейчас надо как можно скорее его вытащить…

– Да, – вздохнула Мати, – бедная планета! Как же ее загадили!

Таринье показал ей язык, который моментально покрылся песком. Затем Таринье скорчился, зашипел, стал отплевываться – и конечно, погрузился еще глубже. Мати довольно улыбнулась.

– Осторожно! – крикнул Ари. – Таринье, успокойся и береги голову. Держи язык там, где ему надлежит быть, то есть во рту. Я придумал. Кхорнья, попробуй схватить его за руку, а я вытащу тебя за ноги на твердую почву.

– Не думаю, что она дотянется, – вмешалась Мати. – У меня идея получше.

– Какая? – хором спросили Ари и Акорна.

Девочка взглянула наверх, на стебли плотоядных растений, окружавших водоем. Потом подняла палку, осторожно зацепила одно из растений и наклонила к Таринье. Растение пошевелило лепестками и выстрелило в сторону юноши длинным зеленым усом, похожим на змею. Стебель обвился вокруг запястья Таринье и потянул вверх.

– Так я и думала! – торжествующе воскликнула Мати. – Вода и грязь смыли репеллент. Кажется, растение распознало свой завтрак…

– Маленькая садистка, ты еще за это ответишь! – завопил Таринье и отчаянно замолотил руками, сопротивляясь мягкой, но настойчивой тяге растения-хищника.

– Ш-ш-ш, Таринье! – прикрикнула Акорна. – Она права, так лучше. Только не стой столбом, Ари. Хватай его за руку и тащи на берег, пока зеленый хищник не опередил нас.

Конечно, такой исход был маловероятен – разве что траве понравится синтетический костюм и перчатки Таринье. Впрочем, определиться со вкусовыми пристрастиями ей не дали. Ари одним рывком вытащил младшего линьяри из трясины, а через мгновение лепестки сомкнулись, оставшись без добычи.

Вернувшись к флиттеру, линьяри еще издалека увидели РК, принимавшего солнечные ванны. Он окинул всех презрительным взглядом, особенно долго задержался на Таринье, словно говоря: «Вот кому не помешает хорошая ванна». Путешественники последовали «совету» Размазни, развели костер и как следует отмылись от грязи, покрывавшей всех с ног до головы. Потом Таринье, закутанный в термоодеяло, выстирал комбинезон и повесил около костра на просушку.

– Сегодня ночью я буду дежурить, – заявил он. – Все равно не усну, пока не высохнут мои вещи.

Так он и сидел, мрачно глядя на костер, пока комбинезон покачивался на прохладном ночном ветерке.

* * *

Утром небо походило на большой котел, в котором клубились зеленовато-желтые облака. Время от времени от них к земле протягивались «усики» коричневых веретенообразных смерчей. Работу нужно было продолжать, несмотря на погоду, потому что времени оставалось не так уж много. Настороженно поглядывая на сердитое небо, линьяри покинули лагерь.

В этот день Акорне с друзьями не удалось увидеть ни одного корабля Харакамяна, на которых другие линьяри регулярно облетали планету, картографируя ее с воздуха. Однако они их слышали. Экипажи кораблей периодически запрашивали описание местности с определенными координатами, и наземные группы, у которых была нужная информация, отправляли словесную характеристику участка и данные топорекодеров. После обеда Акорна услышала, что флиттер Аркийи угодил в один из смерчей, упал и разбился. Что и говорить, не подходящий был день для полетов. Все нервничали, ожидая сообщения от группы, которая оказалась поблизости от места крушения, и от всей души надеялись, что Аркийи и ее команде удалось спастись. Ее экипаж был первой потерей, если не считать Лирили, исчезновение которой многие расценили как обыкновенное дезертирство. Хотя экипажи флиттеров были начеку, никаких следов Лирили до сих пор не нашли. «Может, той ночью бывшая визар каким-то образом сбежала из лагеря незамеченной, а теперь и вовсе заблудилась в шторме?» – размышляла Акорна. Возвращаясь со своей командой в маленький лагерь, девушка не могла отделаться от чувства… что что-то не так. Ночью ей снилось, что Лирили в отчаянии зовет на помощь и просит найти ее. Разбуженная этой картиной, Акорна некоторое время напряженно прислушивалась, но так ничего не услышала. Чтобы успокоиться, она прижалась к теплому боку Ари и снова заснула.

Глава 3

На следующей неделе к Акорне и ее команде прибыли посетители. Неподалеку от их лагеря приземлился флиттер, из которого вышли двое пожилых линьяри. Акорне они были незнакомы, зато их узнала Мати.

– Марни! Йитир! – завопила она и помчалась к ним сквозь частично вырубленный кустарник. – Вы приехали!

– Да, да, мы приехали, – сказал мужчина. Поредевшая меж ушей грива и длинная серая борода говорили о его почтенном возрасте. – Вместе с целым стадом других, которые ржали, и жаловались, и думали так громко, что мы едва слышали собственные мысли.

С этим ворчанием совершенно не вязались лукавые искорки в глазах и широкая усмешка, когда он протянул руки и воскликнул:

– Юная Мати! Боже мой, дётка, что за радость видеть тебя! Да еще в такой знатной компании! Тебя я не имею в виду, Таринье, ты известный бездельник. А вот Кхорнья и Ари – пара, о которой в последнее время говорят на каждом углу!.. Молодые люди просто обязаны рассказать мне историю своей жизни. Ради ваших потомков!

Наверное, по лицу Акорны стало заметно, как она озадачена, потому что женщина похлопала своего спутника по плечу и сказала:

– Ты бы представился, Йитир, а то они подумают, что ты просто старый любопытный хвастун.

– Но, дорогая, все и так знают, что я старый любопытный хвастун, – возразил мужчина.

– Да, и все же ты самый знаменитый и прославленный старый любопытный хвастун, которому доверено быть главным хранителем истории нашего народа.

– Она имеет в виду преподавание истории в академии, мои дорогие, – пояснил Йитир.

– Да, он классный учитель! – подтвердила Мати. – Всем известно, какой он замечательный! Прародительница всегда говорила: если бы Совет обратил внимание на слова Йитира, когда кхлеви объявились рядом с нашей планетой, мы бы успели подготовить оборону. Он знает все о великих космических битвах!

– Не слишком ли воинственная представительница слабого пола, а? – усмехнулся Йитир, глядя на Мати из-под кустистых бровей. – Я всегда говорил: она исключительный ребенок. – Он обернулся к Марни: – Так и запиши в биографию вместе с другими моими бессмертными выражениями, дорогая: «Йитир всегда говорил, что Мати исключительный ребенок». Может быть, Совет вспомнит их и обратится к девочке, прежде чем назначать визаром идиоток вроде Лирили.

Марни возвела глаза к небу:

– Вбил себе в голову, что Совет предложит ему написать мемуары, помимо томов по истории нашего народа, которые он уже создает. Кстати, поэтому мы и приехали. На случай, если у вас есть вопросы о Вилиньяре, каким он был раньше.

– Марни такой же специалист по устным историям нашего народа, как Йитир – по письменным, – объяснила Мати Акорне.

– И почти так же стар, как и Прародительница, – сказал Йитир. – Я уже давно обращаю внимание на все, что происходит вокруг. Марни мне в дочки годится, но воображение у нее развито гораздо больше моего, и она любит хорошие истории. Вот так я ее и заарканил, понимаете ли…

– Загипнотизировал меня длиннющей сагой о межродовых торговых войнах и взял приступом, пока я была беззащитна, – засмеялась Марни, нежно беря своего спутника за руку. – Ну, ребятки, можем мы чем-нибудь помочь? Как вы справляетесь здесь, в такой… ох, дорогие мои… в такой неразберихе?

– А я уж подумал, что ты не заметила, – мягко сказал Йитир.

– Здесь было озеро Вриния Ватир, старший Йитир, – с почтением обратился к старику Ари.

– Ну и беспорядок вы тут устроили, – улыбнулся тот. – Что ж, для того мы и здесь, верно? Чтобы наводить порядок. Нет смысла проливать слезы над пересохшим водопадом, если, приложив усилия и нужные знания, мы можем вернуть все на свои места. Согласны?

– Как скажешь, – откликнулась Марни, из-под вьющейся челки внимательно оглядывая мрачный пейзаж – словно генерал кровавые последствия битвы. – Помнишь, когда наши близнецы были маленькие, мы однажды вернулись домой после целого дня работы? Так вот, кхлеви до них далеко. В детстве наши близнецы были куда изобретательнее!

Когда Марни и Йитир подключились к делу, работа пошла гораздо живее. Акорна показала им примерное расположение водопада, горы и озера, и они стали вспоминать другие характерные признаки местности, сверяясь с данными, которые имелись у Акорны. Тренированная память двух историков постепенно превращала в реальность мечту о восстановлении Вилиньяра. Даже малейшие их воспоминания были полезны. Очень помогло, когда Марии внезапно вспомнила, что любила нырять за агатами и гранатами в озеро и потом вплетала их в ожерелья и четки. Акорна смогла определить наличие залежей этих камней в нескольких метрах от того места, где, по ее предположению, должна быть граница озера, – они обнаружились именно там, где показала Марни.

После очередного дня тяжелой работы старшие разделили с молодежью трапезу во флиттере. Они так живо описывали, какой была местность до прихода кхлеви, что Акорна почти увидела ее наяву. Воспоминания старших линьяри, очень сильные и яркие, добавились к ее собственным впечатлениям о водопаде из голограммы Хафиза.

– А вы знаете, как образовалось Вриния Ватир? – спросила Мати, покончив со свежей травой, которую Мати и Йитир привезли с гидропонических садов Мечты. Зелень уже слегка увяла, но все равно казалась намного вкуснее сухих запасов. Проблема в том, что трава легко теряет свой вкус и аромат. Можно, конечно, высушить или заморозить ее – питательные вещества почти полностью сохраняются, – да только это совсем не то, что пастись…

– Происхождение озера? Я слышал несколько историй, – задумчиво сказал Ари.

– А разве когда пришли Предки, все не было точно таким же, как в голо Хафиза? – спросила Мати.

– Нет, – ответил Таринье. – Не было. В происхождении озера замешана страсть, так ведь, Мати? В те давние варварские времена еще не выработались нормы морали и нравственности, которыми мы руководствуемся сегодня.

Йитир одобрительно взглянул на Таринье сквозь полуопущенные веки, но ничего не сказал. Акорна подозревала, что прославленный ученый боится навлечь на себя гнев жены, вторгнувшись на ее территорию.

– Слишком много вопросов, чтобы ответить сразу. Дайте-ка подумать, – сказала Мати и сделала паузу, собирая внимание присутствующих, словно цветы на лугу.

– Мати, дорогая, древний Вилиньяр так же отличался от современного, как отличается от голограмм то, что вы видите вокруг. Мир постоянно меняется. Если люди не изменяют его, планеты преображаются сами. Ученые могут называть эти процессы законом энтропии, или теорией хаоса, или как угодно еще. Лично я подозреваю, что планетам просто надоедает всегда выглядеть одинаково и они решают, что основательная перетряска – неплохое лекарство от скуки.

– А потом планеты восхищаются собой, рассматривая отражение в океанах других планет, как в зеркале, – хихикнула Мати.

Марни с удивлением взглянула на девочку:

– Даже не сомневаюсь! Именно так они и поступают. Послушай, может, тебе стоит заняться тем же, чем я, раз в твоей головке рождаются такие образы? В общем, как уже проницательно заметил Таринье, мы не всегда были такими, как сейчас. В начале времен линьяри не было. Тогда наряду с растениями и животными, не владеющими телепатией, существовала лишь одна разумная раса, которую мы называем Родовыми Хозяевами. После Спасения на нашей планете появились Предки. О том периоде истории мы знаем лишь по рассказам Предков – остальное только наши догадки. Никого из живущих сегодня Предков тогда еще не было, с тех пор сменилось много поколений жеребцов и кобыл.

Возможно, то, что я скажу, шокирует тебя, Мати. Я знаю, Прародительница всегда интерпретировала нашу историю только положительно. Но прошу учесть, что Родовые Хозяева тогда лишь развивались, изыскивая свой собственный путь. Они много знали и все-таки еще не умели правильно обращаться с живыми существами, живущими рядом. Хозяева спасли Предков со Старой Терры. Конечно, они чувствовали сострадание, увидев бедственное положение ци-линь на их родной планете. Однако есть предположение, что у Хозяев были – или обнаружились после Спасения и другие причины желать, чтобы Предки жили рядом с ними. Понимаете, Хозяева считали наших Предков очень красивыми и… возжелали их.

– Возжелали?! – удивилась Мати. – Но они ведь принадлежали к совершенно разным видам! То есть я понимаю, что мы получились от скрещивания гуманоидов Хозяев и единорогов… Да только я всегда думала, что скрещивание проводилось в лабораторных условиях! Ты хочешь сказать, что своим происхождением мы обязаны не только науке?..

– Да. Хозяева полюбили ци-линь и возжелали их. Впрочем, в те дни единороги были совсем не такими, как наши любимые Предки сейчас. Да, они также были о четырех ногах и выглядели похоже, а вот нрав – нрав разительно отличался! Дикие, необузданные, страстные и умные, наши Предки обладали упрямством и железной волей. Они были очень благодарны Хозяевам за Спасение и воспринимали их как защитников, но все равно оставались недоверчивыми и настороженными. На их родной планете за ци-линь охотились и почти полностью истребили. Крайне трудно было завоевать их доверие.

Однажды Хозяин воспылал сильной страстью к одной особенно красивой девушке ци-линь и повсюду ходил за ней. Такое обожание испугало ее, и однажды, завидев его, ци-линь помчалась прочь и бежала, пока не оказалась на краю высокой скалы. Она была проворна и легка, а потому успела остановиться. Хозяин же оступился и упал со скалы прямо на острые камни. Девушка в великом раскаянии разрыдалась. И рыдала так долго, что слезы превратились в широкий поток, льющийся со скалы, который образовал водопад и озеро. Говорят, что на дне озера покоятся окаменевшие останки несчастного Хозяина…

– Как печально, – вздохнула Акорна.

– Никогда не слышала эту историю, – пробормотала Мати. – Прародительница не слишком любила рассказывать истории о Вилиньяре – во всяком случае, настолько старые истории. От них ей становилось слишком грустно. Думаю, и другим людям тоже.

– Да, к сожалению, – кивнула Марни. – Некоторые древние истории никогда не были записаны – слишком отрывочны, слишком многовариантны, слишком беспочвенны, чтобы признать их официально. Однако именно их я люблю больше всего. Люблю из кусочков информации складывать целостную картину…

Беседа вокруг костра постепенно затихла – наступила ночь, и усталость взяла свое. Перед сном линьяри связались с базовым лагерем, чтобы узнать, нет ли каких новостей об экипаже Аркийи или о Лирили. Новостей не было. Это тревожило.

Марни и Йитир остались с молодежью. Решили, что никто не должен исчезать из поля зрения других, и вахту несли по двое. За два часа до рассвета заработал бортовой компьютер.

– Помогите, помогите! – неслось из динамиков. – Говорит «Ви-Балакире». В нашем секторе пропал человек. Фирки Милкар, известный зоолог, прилетел к нам сегодня и остался на ночь. Он вызвался дежурить первым. Когда пришла следующая смена, Фирки нигде не могли найти. Никто не слышал криков, никаких признаков насилия не обнаружилось. Он исчез без следа, и все поиски ничего не дали. Остальные команды, пожалуйста, будьте внимательны! Базовый лагерь, ответьте!

– Говорит базовый лагерь, – сказал чей-то голос. Затем Акорна узнала отца Ари, Карлье. – «Ви-Балакире», есть что-нибудь общее с исчезновением Лирили?

– Нет, – ответила Мелиренья. – Фирки – всеми уважаемый эксперт по эволюции и повадкам животных Вилиньяра. Он не тот человек, который может просто уйти, и никогда бы не оставил свой пост без веской причины. С ним наверняка произошло что-то, чего он не смог избежать и предотвратить.

– Может быть, нам с Марни следует прилететь к вам на флиттере и помочь в поисках? – предложил Йитир. – Конечно, в темноте мы не много увидим, но можно поискать его с помощью инфракрасных лучей. Мелиренья, пригодится вам такая помощь?

– Да, большое спасибо.

– Звучит толково, – согласился Карлье. – Пожалуйста, извещайте нас о любых изменениях ситуации.

– Конечно, какой разговор, – сказал Йитир, пытаясь наигранно веселым тоном скрыть растущее беспокойство.

Когда он отключился, Акорна осторожно сказала:

– Мы тоже полетим.

– Вот еще, дорогая! Это уже лишнее. Толпа «искателей» затопчет все следы, какие остались, – то есть если Фирки действительно пропал. Ты же знаешь этих ученых, особенно ботаников и зоологов. Так увлекаются поисками особого вида папоротников или еще какой чепухи, что совершенно забывают, где находятся. Уверен, с ним ничего не случилось. Да и кроме того, у вас есть работа поважнее.

– Ну ладно, – согласилась Акорна. – Только прошу, сообщайте обо всем, что обнаружите…

– Конечно, моя дорогая Кхорнья. – Марни ласково приобняла Акорну. – На самом деле мы с гораздо большим удовольствием остались бы и пообщались с вами еще. Вы самая молодая разведгруппа, но обладаете уникальной информацией – Ари больше любого другого линьяри знает о том, что произошло с Вилиньяром, а ты благодаря необычному воспитанию привносишь совершенно иной, свежий взгляд на наш мир и открываешь новые перспективы. Юная Мати знает от Прародительницы огромное количество историй… Если не возражаете, мы еще вернемся и пообщаемся с вами вдоволь.

– И со мной? – спросил Таринье.

– А ты-то при чем? – сказал Йитир, пряча усмешку.

Лицо Таринье вытянулось, но через секунду он широко улыбнулся, показав ряд зубов. Йитир слегка встревожился, поскольку показывать зубы считалось среди линьяри знаком враждебности.

– Шутка! – объявил Таринье, довольный своей маленькой местью. – У гуманоидных рас показывать зубы – признак вежливости. Когда общаешься с ними – я имею в виду Кхорнью и Беккера, – быстро перенимаешь эту привычку. А потом забавно смотреть, как линьяри теряются…

Однако Йитир уже не слушал. Вместе с женой он поднимался в свой флиттер.

Глава 4

В эту ночь никто не мог заснуть от беспокойства. Едва взошло солнце и осветило пейзаж бледными мрачными лучами, линьяри продолжили разведку. Ближе к полудню Мати нашла странный артефакт, причем довольно оригинальным способом.

– Ай! – вскрикнула девочка, прыгая на одной ноге и обхватив руками ступню другой.

– Мати, что случилось? – обеспокоенно спросила Акорна, поспешно опускаясь на колени и прикасаясь рогом к пораненному месту. Рядом с девочкой из земли торчал продолговатый черный предмет.

– Вот, – Мати смахнула слезы, – он напал на меня!

– Она сама на него наступила, – вмешался Таринье.

Акорна попыталась выкопать предмет из земли. Разгребая руками грязь и камни, девушка с удивлением отметила, что он не природного происхождения. Но и не линьярского тоже.

– Кто-нибудь знает, что это такое? Предмет явно искусственный – смотрите, какой ровный и гладкий на ощупь.

– Может быть чем угодно – обломком флиттера, куском остова павильона… – пожал плечами Таринье.

Акорна протянула находку Ари.

– Нет, у нас я никогда такого не видел. – Юноша покачал головой.

– Ну, значит, какая-то инопланетная штука, которую забыли в мастерских, спасаясь от кхлеви, – сказал Таринье.

Нет. – Ари тряхнул головой, его грива развевалась на ветру. – Мастера увезли с собой все артефакты, я знаю точно. По-моему, предмет состоит из окаменевших спрессованных скелетов мелких морских животных. Но вот форма – дело рук разумного существа.

Мати погладила артефакт кончиками пальцев:

– Здесь на поверхности какой-то нежный узор, смотрите!

– Да рыба, наверное, плавником поцарапала, или просто эрозия, – махнул рукой Таринье.

– Да нет же, нет! Узор повторяется!

– Мати права, – сказала, вглядевшись, Акорна. – Вот паттерн и вот… Они кажутся смутно знакомыми… Такое впечатление, что я видела их где-то на нархи-Вилиньяре, только большего размера.

– А по-моему, оно не линьярского происхождения, – упорствовал Таринье. – Например, кусок обшивки космического корабля кхлеви…

– Все их корабли ушли невредимыми, – с горечью сказал Ари, – без единой царапины. Линьяри ни одного не коснулись…

– Ну ладно, ладно, – согласился Таринье. Он любил Ари, тайно им восхищался и преклонялся, как перед героем. – Я тоже видел подобное раньше, язи, – обернулся он к Акорне. – Вот. – Юноша ткнул пальцем в символ, напоминавший стилизованное солнце с длинными лучами. – И вот. – Он коснулся завитка с крючком на конце.

– Это кхлеви оставили? – шепотом спросила Мати у брата.

– Не знаю. Во всяком случае, не думаю.

– Будем считать, что это какой-то древний артефакт, – подвела итог Акорна. – Возьмем его с собой. Когда вернемся в лагерь, проконсультируемся с Йитиром и Марни, а потом и с базовым лагерем. Может быть, кто-нибудь его узнает.

И линьяри продолжили работу, занося в портативные компьютеры данные о разнообразных растениях и минералах, попадавшихся им на пути. Вскоре вернулись Марни с Йитиром, которые помогали Мелиренье искать пропавшего ученого. Новостей не было – Фирки с Лирили так и числились пропавшими без вести. Приезд историков был долгожданным поводом для младших линьяри сделать перерыв.

– О! – воскликнул Йитир, увидев артефакт.

– Вы знаете, что это? – с надеждой спросила Акорна.

– Нет. А воскликнул так, будто знаю, да? – В глазах Йитира прыгали смешливые искорки.

Марни взяла у него камень и несколько минут изучала, издавая удивленные ахи и вздохи.

– Пока ничего определенного сказать не могу, нужно изучить его как следует, – наконец произнесла она, – но я бы отнесла предмет к древней культуре си-линьяри.

– Кого? – спросили все четверо в один голос.

– Другая древняя раса Вилиньяра, также произошедшая от Хозяев. Они очень походили на нас, – сказала Марни. – Только эволюционировали в водоплавающих, а не в двуногих наземных, как мы. Видите ряды завитков, сначала маленьких, а к концу все больше и больше, и каждый закручен в одном и том же направлении? Они символизируют белую морскую пену, ставшую гривами си-линьяри.

– Никогда о них не слышал, – задумчиво сказал Ари.

– Я тоже, – подтвердил Таринье.

– Предки не рассказывали о них, хотя в моем понимании си-линьяри такие же их потомки, как и мы.

– Прародительница упоминала си-линьяри в одной из историй, мимоходом, – сказала Мати. – Но на мои расспросы ответила, что они не играют никакой роли в истории, и велела не отвлекать ее.

– Непохоже на Прародительницу, – удивилась Акорна. Когда она впервые оказалась на нархи-Вилиньяре, Прародительница Надина, самая старшая из линьяри, взяла девушку под свою опеку. Она охотно разъясняла Акорне те особенности общественного устройства, о которых никто не хотел с ней говорить.

– Си-линьяри окружены ореолом стыда и тайны, – медленно произнесла Марни. – Они исчезли задолго до нападения кхлеви. Предки говорят, что однажды си-линьяри растворились в воздухе, во всяком случае, так рассказывали старшие. Хотя в некоторых историях говорится, что в далекие времена моря ими просто кишмя кишели.

– Вы умеете читать их язык? – Акорна кивнула на длинный черный предмет в руках Марни.

– Может быть, с небольшой помощью я сумею его перевести. Жаль, что большинство моих справочных книг и файлов пропали при нападении кхлеви. Посмотрим, что можно сделать.

– Расскажите лучше, как вы искали Фирки, – попросил Таринье, внезапно потеряв интерес к происходящему.

– Особенно нечего рассказывать, – ответила Марни. – Никаких следов, как и с Лирили.

– Ну, не совсем, – поправил ее Йитир. – Фирки талантливый и всеми уважаемый ученый. Его-то потеря более ощутима.

Акорна пребывала в полной растерянности. Как мог Фирки исчезнуть бесследно? Все линьяри, кроме самых маленьких, владеют телепатией. Любой взрослый способен мысленно слышать и передавать сообщения. И конечно, любой линьяри в критической ситуации послал бы ментальный зов – как Таринье, когда провалился в зыбучий песок. Его обязательно услышали бы – в первую очередь экипаж, оказавшийся поблизости, а потом и остальные. Ментальные способности Лирили были слабее, чем у прочих линьяри, в основном потому, что она не испытывала симпатии ни к соотечественникам, ни к их мыслям. Но Фирки-то уж точно обладал такими же телепатическими способностями, как и другие!

– Неужели никто не слышал крики о помощи? – удивилась Акорна.

– Видимо, нет.

– Очень странно, вы не находите? Насколько я разбираюсь в телепатических способностях линьяри, в некоторых случаях, особенно в моменты опасности, мы можем читать мысли на очень большом расстоянии, даже в космосе!

– Может быть, Лирили и Фирки больше не в состоянии передавать сообщения, – предположила Марни.

– Вы хотите сказать, что они мертвы?

– Не исключено, ведь после кхлеви здесь стало очень опасно. Или они могут быть без сознания.

– Но мы все равно смогли бы уловить их мысли, – возразил Ари.

– Вот что, – решительно сказала Акорна, – очевидно, наши обычные методы поиска пропавших здесь не помогут. В целях безопасности придется просить дядю Хафиза прислать индивидуальные маячки, которые мои друзья-гуманоиды используют в таких случаях. Маячки излучают постоянный сигнал. Таким образом, если исчезнет кто-нибудь еще, у нас будет возможность определить его местоположение и послать спасательную команду – независимо от того, в сознании пропавший или нет.

– Очень хорошая мысль, – согласилась Марни. – Думаю, также будет неплохо, если члены команд постараются не оставаться в одиночестве даже ненадолго. Удаляйтесь от основной группы только парами. Если с одним что-нибудь случится, другой сможет позвать на помощь.

– Акорна, давай ты прямо сейчас свяжешься с базовым лагерем и все обсудишь, – сказал Йитир. – А мы пока посовещаемся…

Марни, Йитир, Мати и Ари вернулись к изучению артефакта, а Таринье с РК составили Акорне компанию по дороге к флиттеру. Там Акорна ненадолго отключилась от базового лагеря, чтобы связаться с Мечтой. Ее приветствовал знакомый голос:

– Принцесса, это я, Беккер. Слышал, кот встретил монстра, который питается гадостью похуже, чем РК?

Акорна улыбнулась. Во взятом напрокат флиттере не было видеоэкрана, но она легко представила Беккеровы встопорщенные усы и – несмотря на шутливую интонацию – беспокойство, прячущееся в глубине блестящих карих глаз.

– Ваша забота очень трогательна, капитан. Первый помощник уже практически оброс заново, но я обязательно передам ему, что вы волнуетесь. Как раз сейчас он устроился в кресле за моей спиной и внимательно прислушивается к разговору. А прикинулся, будто не понимает, – задрал ногу и умывается.

– Узнаю своего парня, – хохотнул Беккер. – Так чем могу помочь?

– Когда вы успели стать дежурным по связи, капитан? Неужели завязали со сбором утиля?

– Нет, просто только что привез сюда груз. Хафиз нашел покупателей, которые пожелали сначала взглянуть на товар. Попросили отправить его, чтобы самим в такую даль не мотаться, вот я и думаю сообщить им, что товар уже продан.

– А он на самом деле продан? – лукаво поинтересовалась Акорна. Она поняла, что Йонас ждет этого вопроса. В большинстве случаев не нужно было владеть телепатией, чтобы понять, чего хочет капитан Беккер.

– Пока нет, но продам. По-моему, твой дядюшка совершенно не разбирается в сборе утиля, принцесса. Думает, что мои трофеи – рухлядь и он сделает одолжение, попросив этих шутов освободить мне руки. Пришлось смотаться на Мечту почем зря… Разве что продам линьяри пару-тройку деталей для павильонов…

– Продадите, и еще с выгодой, я уверена. Даже без участия дяди. Очень рада поговорить с вами. На самом деле я звоню, чтобы попросить Хафиза отправить нам несколько десятков радиомаячков. А то мы уже двух человек потеряли. – Акорна рассказала капитану об исчезновениях линьяри.

– Да что ты говоришь? – воскликнул Беккер. – Лирили не отзывается? Принцесса, поверь, значит, ее точно нет на планете. Ворчание этой женщины слыхать за три солнечные системы, неважно, в сознании она или нет. Если вы ее не слышите, значит, ее нет.

– Может, и так, капитан. После нее исчез еще один человек, ученый, и его мысли мы тоже не слышим. Нужно всех обеспечить маячками. У дяди Хафиза есть список членов нашей экспедиции, так что он знает, какое количество посылать. Думаете, с ним можно будет договориться?

– Конечно. Если ты считаешь необходимым, старина Хафиз все уладит. Он от тебя без ума, принцесса. Но лучше будет, если ты сама ему все объяснишь. Я соединю. И вот еще что…

– Да, капитан?

– Если какие-то чудища или мерзавцы-кхлеви похищают линьяри, не стоит тебе рисковать. Ты ведь знаешь, Мак может кое-что, чего не могут твои соотечественники. Хочешь, отправлю его к тебе?

– Нет, капитан, вам Мак нужнее – таскать трофеи…

– Ну, не так уж и нужен. У меня тут целая толпа молодых жеребчиков, желающих прийти на помощь, чтобы продемонстрировать свои мускулы линьярским леди. И кроме того, Мак, похоже, скучает по тебе. А мне будет куда спокойнее, если он будет присматривать за тобой, Ари и малышкой Мати.

– Как мило с вашей стороны, капитан. Но, думаю, будет лучше, если мы попробуем решить проблему своими силами. Известно ведь, как некоторые поборники традиций относятся к прилетающим чужакам.

– Да уж. Подозревают, что все мы – кхлеви. Только формально Мак вовсе не человек. Он механизм. То есть мы-то с тобой, конечно, знаем, что он гораздо человечнее, чем, скажем, Лирили, но остальным и в голову не придет взглянуть на него с такой точки зрения!