Текст книги "Не твой наследник (СИ)"
Автор книги: Эмилия Грант
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)
3
Саша
Ян всегда знал толк в отдыхе. И, видимо, у них с братом это семейное, потому что отель «Богема» похож на то самое место, где почти любой нормальный человек хочет оказаться после смерти. Стоит пересечь границу территории, пройти за высокие кованные ворота – и оказываешься в уютнейшем зеленом уголке, где нет ни времени, ни суеты, а все твои земные проблемы кажутся сущими пустяками.
Каждый кустик, каждое дерево посажены ровно там, где должны быть. Легкие наполняются ароматами сирени, жасмина и роз, тело расслабляется, походка становится медленнее, а по венам растекается приятная лень. Уютные белые беседки, изогнутые кружевные скамейки, фонарики – и тишина, нарушаемая только пением птиц и твоим собственным пульсом. Да, детка. Я – в раю.
Там, в глубине небольшого парка – или очень большого сада – утопает в зелени главный корпус с большими окнами. По территории рассыпаны небольшие домики для тех, кто любит уединение, и брат Яна решил, что мы – как раз из таких. Получив ключи на ресепшн, мы бредем по тенистой аллее к своему пристанищу на выходные.
– Здесь так… – вдыхаю полной грудью, не в силах подобрать слова.
– Романтично? – со знающим видом договаривает за меня Ян. – А то!
– Дорого, наверное…
– Разумеется, – кивает он. – Марк не разменивается по мелочам. Но признай, он свое дело знает.
– Гуру отельного бизнеса, – улыбаюсь я. – Так ему и передам.
– Обязательно, – Ян поднимается на широкое крыльцо с небольшой открытой терассой. Я уже вижу, как мы сидим вечером в этих плетеных креслах, любуемся на фонарики и потягиваем прохладное белое вино. – Напишу на досуге.
– Он точно не против, что мы вот так бессовестно сюда забурились на халяву? – мнусь на пороге, пока Ян заволакивает чемоданы внутрь. – И точно не приедет? Я могу оплатить, если что…
– Не валяй дурака, – отмахивается друг. – Марк – не из тех, кто куда-то срывается без предварительного планирования. Расслабься и заходи.
Номер поражает воображение. Нет, не показушной роскошью, которую так любят в пафосных отелях. Скорее вкусом и домашним теплом, которое чувствуется в каждом предмете интерьера. Вроде ничего лишнего, а выходить отсюда не хочется. И кровать. Огромная, широченная, готовая выдержать все разнообразие кама сутры. Здесь я бы провела свой медовый месяц, если бы Дима не…
– Эй! А ну не киснуть! – мгновенно улавливает перемену моего настроения Ян. – Распаковывайся – и мы идем есть, пить и кайфовать в сауне.
– А где ты будешь спать? – озираюсь по сторонам. – Там есть еще одна спальня?
– Что значит «где я буду спать»? На этой кровати, – он плюхается на покрывало и вытягивает ноги. – Это гостиница моего брата, между прочим. А вот где ты будешь спать…
– Ясно, – тоскливо вздыхаю я. – Размещусь на диване.
– Да шучу же! – смеется Ян. – Господи, женщина, где твое чувство юмора? Неужели ты думала, что я выпну тебя с этого анатомического матраса? Как не родная, честное слово.
– Значит, вторая спальня все-таки есть?
– Ляжем вместе, какие проблемы? Тут же два на два, не меньше. Ты ведь не боишься, что я покушусь на твою девичью честь?
Теперь уже смешно становится мне.
– Вот всего, чего угодно, только не этого.
– Ну и все. Только я чур ближе к окну, – Ян перекатывается на выбранную половину и по-детски стучит по ней трижды, чтобы застолбить место. – А вообще, конечно, тебе бы не помешало, чтобы на тебя кто-нибудь покусился.
– Ян!
– А что – Ян? Не переживай, найдем тебе жеребца на выходные. Повесишь на ручку двери носок, и я, как приличный друг, погуляю снаружи. Только не наглей особо – ночью я тоже хочу спать в теплой постельке. И кстати, если нужно будет отбрить кого – обращайся, изображу из себя ревнивого мужа. Ох, чувствую, повеселимся мы с тобой…
В этом я не сомневаюсь. Проблема только в том, что у нас с ним слегка разные представления о веселье.
Переодевшись в легкое летнее платье и захватив по настоянию друга шлепки и купальник для СПА-центра, я послушно двигаюсь следом за Яном в главный корпус. Фамилия Озолс действует на весь персонал, как волшебное заклинание, – все тут же улыбаются, становятся услужливыми и изо всех сил стараются угодить. Либо Марк – лучший начальник в мире, либо – самый страшный кошмар персонала, и все боятся разочаровать его младшего брата. Как бы то ни было, мне не хочется тратить выходные на подобные мысли, а потому я просто наслаждаюсь приятной болтовней Яна, божественным крем-супом с креветками и клубничной маргаритой.
– Ты бы попридержала свои алкогольные аппетиты, – неодобрительно косится на меня мой крестный фей, когда я досасываю последние капельки розового нектара через маленькую трубочку.
– Вот только не строй из себя заботливого папочку, – я вскидываю бровь: уж чья бы корова мычала! Ладно бы сам Ян был трезвенником, каких свет не видывал! Меня он не обманет, как-никак, это я неоднократно таскала ему тазик и антипохмельную шипучку, и это я волокла на себе эту мускулистую тушку после всяких вечеринок. – Имею право!
– Да кто ж спорит! Но после такого тебе может стать плохо в сауне. И ладно бы просто давление или сердце. А если тебя там вывернет, Марк нас больше сюда не пустит.
А вот это уже серьезная угроза, и я, с тоской взглянув на опустевший бокал, решаю, что с маргаритой мы еще встретимся – но уже после того, как Ян покажет мне здешний комплекс, о котором трещит не умолкая всю дорогу.
– Значит так, – вытаскивает меня, сытую и разомлевшую из-за стола. – Сначала – сауна. Потом немного поплаваем. Потом – зона красоты. Депиляция, солярий…
– Хей! Ты же сам говорил, что у меня идеальный оттенок кожи!
– У тебя – да, а я бы позагорал перед возвращением Юры. Потом обязательно массаж. У них есть массаж горячими камнями…
– Это сразу мимо!
– Балда, – фыркает Ян. – Ничего ты не понимаешь в релаксе. Есть точечный, тайский, иглоукалывание, общеукрепляющий, расслабляющий… Уж не знаю, может, еще и чувственный…
– Только не говори, что там еще за особую плату можно… Ну, того, короче, – краснею – то ли от выпивки, то ли от свежего воздуха.
– Сексом, что ли? – без обиняков переспрашивает Ян. – Сань, вот серьезно. Как девственница себя ведешь! Что такого, если тебя порадует специально обученный человек?
– Проститут? – я морщусь. – Фу…
– Зря ты так. И потом – необязательно мужчина. Может, тебе захочется поэкспериментировать с какой-нибудь тайкой…
– Не надейся, ты меня в свою радужную армию не завербуешь, – пихаю пошляка в бок.
– Ну смотри, я бы на твоем месте не зарекался, – ухмыляется озабоченная сволочь. – Ладно-ладно, шучу. Но если мы хотим найти тебе роскошного мужчину на ночь, ты должна выглядеть, как богиня. Гладенькая, расслабленная, ни одной волосинки на теле, чтобы он мог слизывать взбитые сливки с твоей…
– Ну все! – возмущаюсь я, густо покраснев. – Я иду в домик!
– Хрена с два, – парирует Ян. – Пока я отвечаю за твою развлекательную программу, ты будешь слушаться, – и он буквально вталкивает меня в дверь с золотистой табличкой «SPA-зона».
И снова Ян оказывается прав, причем, дважды. Во-первых, я никогда не думала, что подобное место вызовет у меня чувства, как у ребенка в Диснейленде, а во-вторых, маргарита, похоже, была не лучшим компаньоном для сауны.
Всего пара минут в парилке – и мне становится жарко в груди, а перед глазами бегут мелкие черные точки.
– Вот я так и знал! – раздраженно качает головой Ян. – Испортишь ты мне весь кайф…
– Нет-нет, я потерплю, – сосредоточенно моргаю.
– Еще чего! Чтоб тебя тут удар хватил? Иди пока на депиляцию и массаж. Потом вернешься, устроим заплыв. Или уж сразу на ужине встретимся… Как пойдет, короче.
Не то чтобы депиляция входила в мои планы, равно как и случайный секс с незнакомцем, на котором так настаивает мой спутник. Но соблазн узнать, как проводят процедуру профи, да еще и бесплатно, – велик. Обычно я справляюсь с лишней растительностью сама, и пока никто не жаловался. И на удобное кресло для депиляции я влезаю с любопытством и даже каким-то вызовом. Мол, удивите меня, покажите, чего я там еще не умею.
– Эпиляция или депиляция? – спрашивает меня миловидная девушка в белом, почти врачебном костюме.
– А есть разница?
На ее личике появляется такое удивление, что я чувствую себя последней деревенщиной.
– Ну, конечно! – с горячностью отвечает она. – При депиляции не удаляются волосяные луковицы, и волосы быстро отрастают снова. Эпиляция – сделает вашу кожу гладкой надолго.
– Окей, давайте эпиляцию.
– У нас есть шугаринг, воск, лазер. Из восков могу порекомендовать бразильский состав, но довольно популярен специальный полимерный состав…
– Сделайте уже на свой вкус, – если бы Ян предупредил, что тут будут сложности, как на экзамене по вождению, ни за что бы не согласилась.
– Делаем полную, бразильскую или на французский манер?
Да что ж такое! Она как будто специально хочет выставить меня полной дурой. Из всех слов, что она только что произнесла, я знаю, что обозначает только полная, а потому выбираю первый вариант.
Час – целый час не самых приятных, мягко говоря, ощущений. Это имел в виду Ян, когда обещал, что я тут расслаблюсь, как никогда? Сильнее я «расслаблялась», пожалуй, только на приеме у гинеколога. Впрочем, эта процедура мало чем отличается, – по крайней мере, сидеть в этом кресле приходится точно так же. Но вот результат… Результат впечатляет.
Закончив втирать в обработанные зоны какой-то специальный крем, что само по себе неловко, девушка со смущенной улыбкой протягивает мне зеркало.
– Что я там буду разглядывать? – не менее смущенно спрашиваю я.
– Ну, вы бы хоть посмотрели, все ли устраивает…
Не желая обижать старательную мастерицу, я впервые в жизни смотрю на отражение своей промежности. И… И даже не знаю, как реагировать. Так аккуратно, красиво и идеально гладко, наверное, у меня там еще никогда не было. Прямо вот любовалась бы и любовалась. Интересно, дорого берут за такую процедуру в городе? Хотя что уж там. Теперь я бы не пожалела никаких сбережений, чтобы приехать сюда снова – именно к этой девушке. Похоже, от женихов у меня теперь отбоя не будет.
– Спасибо! – с неподдельной благодарностью произношу я, и девушка довольно улыбается. – Если надо оставить отзыв… На сайте там или еще где… Вы только скажите!
– На сайте будет замечательно. Я – Юля, если что.
– Обязательно оставлю, Юля, – слезаю с кресла и заворачиваюсь в полотенце, хотя какая-то часть меня хочет всем показывать свой «ребрендинг». – А где у вас тут массажные кабинеты?
– Вам тайский, точечный, релаксирующий, силовой, лимфодренажный, коррекционный, зональный или…
Ясно. Рано расслабилась.
– Какой-нибудь самый приятный, – прерываю бесконечный поток перечислений.
– О, понятно, – кивает Юля. – Как выходите – направо, там будут кабинеты. И вот как дойдете до конца, там специальные комнаты, а за ними…
– Окей, разберусь, – сдержанно киваю я.
Однако стоит мне двинуться в заданном направлении, как я уже жалею, что не дослушала болтливую девушку. Во всем этом обилии вывесок и дверей немудрено заблудиться. Вздохнув, я решаю, что плохо мне здесь в любом случае не сделают, и прибегаю к обычной детской считалочке. В конце концов, элемент сюрприза – это тоже неплохо.
– Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана… – шепчу, перебирая пальцем двери.
Наверное, со стороны я выгляжу глупо, но мне повезло – здесь так тихо и безлюдно, что некому оценить мой подход к принятию решений. В итоге считалочка приводит меня к самой дальней двери, и я, расправив плечи, иду навстречу к новым ощущениям.
В комнате царит интимный полумрак, пахнет лавандой и, кажется, медом. Мерцают свечи, играет приятная музыка. В самом центре стоит широкий мягкий стол со специальным отверстием для лица. На полочке теснятся самые разные бутылочки с маслами, кремами и прочими незнакомыми мне названиями. А рядом, на маленькой тумбе, красуется ведерко с шампанским, вазочка с клубникой и пустой бокал. Словно меня тут очень ждали. Я наливаю искристый напиток, откусываю сочную ягоду и блаженно улыбаюсь. Эта считалочка меня еще никогда не подводила. Вот бы еще массажистка попалась такая же умелая, как та девушка, что превратила мое тело в шелк… Отхлебнув прохладного шампанского и поморщившись от приятно-колючих пузырьков, я скидываю полотенце и залезаю на массажный стол.
Ждать приходится довольно долго. Не сказать, что ожидание изматывает, но приятного мало. Вот и первый косяк в безупречном сервисе «Богемы». Хотя что уж там, потерплю. И уже когда становится совсем печально, а от клубники остаются одни зеленые хвостики, до меня, наконец, доходит, что в кабинет я пришла, а заказать собственно массаж у администратора забыла. Я сажусь на столе, тянусь за полотенцем, чтобы встать и сходить за массажистом, как вдруг дверь открывается и на пороге возникает мужчина.
Первый мой порыв – прикрыться как можно скорее. Но полотенце слишком далеко, и чем дольше я разглядываю незнакомца, тем отчетливее понимаю, что торопиться некуда. На нем темные шорты и футболка с фирменным логотипом «Богемы». Ну, да, я рассчитывала, что массаж мне сделает девушка. Не привыкла я обнажаться перед посторонними мужиками. Однако то ли шампанское, встретившись с маргаритой, делает меня беззаботнее, то ли я не хочу снова попасть впросак и показаться деревенщиной, которая первый раз заявилась в СПА… Словом, вместо того, чтобы хвататься за полотенце, я расправляю плечи и улыбаюсь.
– Ну, наконец-то, – с улыбкой заявляю я, глядя в холодные голубые глаза. – Я уже заждалась вас.
– А вы, простите, кто? – темные брови сползаются к переносице.
А он хорош собой! Высокий, широкоплечий, подтянутый, как Ян. Только гораздо брутальнее: каштановые волосы чуть вьются у лба, на мужественном подбородке – легкая небритость. А от низкого с хрипотцой голоса у меня в животе разливается приятное тепло. Любезным его не назовешь, конечно, остальной персонал вышколен куда лучше, но крепкие мускулистые руки сулят лучший массаж, который только можно себе представить.
– Как кто? Ваша клиентка на ближайший час. Или сколько там у вас длится массаж, – стараюсь говорить, как завсегдатай элитных отелей. – Давайте, а то я уже замерзаю.
И, одарив массажиста лучезарной улыбкой, нетерпеливо ложусь на живот.
– Только постарайтесь не очень больно, – добавляю в отверстие для лица. – И уделите внимание плечам, а то у меня часто затекает шея.
Время идет, а ко мне так никто и не прикасается. Приподнявшись на локтях, я оборачиваюсь: массажист все так же стоит у двери и странным тяжелым взглядом смотрит на меня. Из-за полумрака мне чудится на его лице нечто, похожее на желание. Глупость какая! Скорее всего, просто задумался. Ведь у него таких клиенток, как я, – толпы.
– Ну? Вы идете? Я там присмотрела персиковое масло. Если можно, вотрите мне его.
– Да… – он прочищает горло. – Сейчас.
Дверь снова приоткрывается – и на сей раз на пороге возникает низенькая коренастая женщина в белом халате.
– Простите за задержку, я… – увидев меня, она запинается.
– Ничего страшного, – отвечаю я. – Ко мне уже пришел мастер.
Не знаю, почему, но мне не хочется, чтобы меня массажировал кто-то другой.
– Все в порядке, Фарида, я сам, – кивает мужчина, и Фарида мгновенно исчезает в коридоре. Щелчок – и он запирает за ней дверь. От этого звука я чувствую смутное возбуждение, как будто мы собираемся заниматься чем-то неприличным. Но тут же старательно прогоняю эту мысль – он ведь всего лишь массажист, а это приличный СПА-комплекс, а не бордель.
– Расслабьтесь, – командует мужчина и берет с полки персиковое масло, и я послушно готовлюсь к массажу.
Первое же прикосновение горячих ладоней – и по-моему телу прокатывается волна мелкой дрожи. Кто бы сказал мне, что массаж – это так приятно! Да я бы не вылезала из салонов!
– Все в порядке? – хрипловато интересуется мой мастер. – Масло не холодное.
– В самый раз… – блаженно мычу я куда-то в пол.
Его руки скользят по моей спине, разминая затекшие мышцы. Он то усиливает нажим, то словно ласкает – и под его пальцами я превращаюсь в тающий воск. Все вокруг исчезает, кабинет растворяется в золотистом тумане. Я прикрываю глаза – и отдаю все себя этим опытным рукам. Плечи, спина, поясница… Боже, как хорошо, как сладко! Кровь струится по венам быстрее, тело становится мягко-воздушным, как самое нежное суфле.
Ни один мужчина еще не касался меня вот так, и мне не хочется, чтобы это прекращалось. А его руки смещаются ниже, на ягодицы. Так близко к промежности, что всякий раз, когда его пальцы проскальзывают в паре сантиметров оттуда, у меня перехватывает дыхание. Низ живота становится болезненно тяжелым, возбуждение нарастает с каждым его движением – и мне уже труднее сдержать стоны удовольствия. Но я терплю, лишь бы только он не уходил. Ян знал, что говорит, – такие яркие сексуальные переживания от случайного красавчика, – и мне уже наплевать, с кем там трахался Дима. Мне вообще наплевать на него.
Мой мастер разминает бедра, и снова, поднимаясь вверх, его ладони мелькают в опасной близости от того места, которое не так давно подверглось полной эпиляции. Я знаю, что это неправильно. Знаю, что не должна хотеть постороннего человека, что приличный массажист ни за что не станет спать с клиенткой. Но возбуждение сильнее меня. Никогда в жизни мне так сильно не хотелось секса. Внутри все сжимается, стягивается узлом, ноет и буквально требует разрядки. Ну что тебе стоит? Еще чуть выше… Дотронься до нее… Накрой ладонью, сожми припухшие губы, пожалуйста.
Зажмурясь, я с таким остервенением повторяю эти бесстыжие призывы про себя, что на мгновение мне даже показалось, будто я шепчу их вслух. Зад невольно приподнимается навстречу его рукам, но он, совершая крутой разворот, неизменно опускает их вниз, к икрам. Боже, что за пытка такая… Ногти впиваются в обивку стола, норовя расцарапать ее до каркаса. Чувствую себя кошкой в марте, готова мяукать и выгибаться, лишь бы получить свое.
– Поворачивайтесь на спину, я здесь закончил, – доносится до меня низкий мужской голос.
Твою мать! Закончил ты! Везет! Я, по ходу, сегодня ничего не закончу. «Волшебная палочка» осталась в Питере, а в домике меня ждет мужчина, от которого секса можно добиться только в одном случае: если я отращу собственный член.
Он убирает руки, и я готова застонать от чувства острого разочарования. Еще, еще, мни меня, гладь, пожалуйста, только ради всего святого, не останавливайся!..
Переворачиваюсь на спину, бросаю мутный от похоти взгляд на своего истязателя. Его лицо непроницаемо. Отлично! Еще один, для кого я недостаточно хороша. Может, его дома тоже ждет девица в бандаже и с кляпом во рту?..
Мои груди набрякли, налились, покачиваясь от движения, соски бессовестно стоят, лучше всяких слов приглашая к продолжению. Вместо стыда я испытываю мстительное удовлетворение, злорадство с примесью вызова. Передо мной словно не посторонний мужчина, а Дима, и я дразню его, чтобы он понял, чего именно лишился по собственной вине.
– Вы уверены?.. – глухо спрашивает мастер, не сводя глаз с моей полной груди.
– А что, что-то не так? – я слегка ерзаю, от чего она снова покачивается. – Или у вас положено делать только половину массажа? Жаль, если придется оставить негативный… Ох…
Договорить он мне не дает, положив руки на живот, и я стремительно теряю контроль над собой. Из мстительной клиентки я опять превращаюсь в жертву, в наложницу, изнывающую от нехватки внимания своего господина. Я хочу его унизительно сильно, готова даже просить о сексе – и отчего-то это возбуждает меня еще больше. Боюсь я лишь одного – что лишусь здравого смысла до такой степени, что когда массаж закончится, встану перед ним на колени, сделаю все, лишь бы он взял меня и сотворил такое, о чем давно мечтал в своих самых потаенных эротических фантазиях.
4
Марк
Я просто хотел расслабиться. Думал, свалю подальше от Лены, родителей, в кои-то веки проведу выходные без выяснения отношений. Как свободный мужчина. Пересекусь с Яном, но не стану досаждать его пассии. Просто удостоверюсь, что он нашел приличную девушку, а не какую-нибудь охотницу за семейным наследством. Ян так долго скрывал свою личную жизнь, уходил от ответов на вопросы о том, когда он остепенится или с кем встречается, что теперь, когда он открыто сказал мне, что проводит выходные с девушкой, я понял: у них все серьезно.
Я в курсе, что он с кем-то жил и довольно долго, но видел, что подобные разговоры ему не нравятся – и тактично уходил от темы. Его нетрудно понять, наша матушка могла бы стать чемпионом мира по вынесению мозга. Возможно, поэтому он сбежал в Питер, хотя мог бы поступить в аналогичный московский вуз. Это я, как прилежный старший сын, остался при родителях, это мне хватило ума пригреть дома фиктивную жену, не предупредив об истинных причинах брака, ведь если бы мама узнала, то костьми бы легла, лишь бы я не натворил глупостей.
Собственно, теперь я жалел обо всем. И о том, что женился на Лене, и о том, что жил так близко к родителям, позволив им по локоть влезть в мою жизнь и в мой брак. И о том, что не сбежал, как Ян, в Питер. «Богема» – ничем не хуже «Рапсодии», и там я тоже мог бы спокойно возглавлять сеть. И вот, спустя долгие годы, я поступил так же, как Ян, хоть я и осуждал его в свое время, – смотался в северную столицу. Причем сделал это так быстро, что кроме документов и чистого белья, не захватил никаких вещей.
К счастью, я сделал такой отель, где все проблемы решаемы – и администратор сразу нашла мне комплект летней одежды с нашим логотипом. Оставив документы в номер, я направился прямиком на массаж к Фариде – она лучшая в своем деле. Конечно, у нас все специалисты проходят тщательный отбор, но Фарида – самая настоящая кудесница. Я попросил приготовить VIP-комнату, заказал шампанское, клубнику… Но вот голую девушку как-то не упоминал. И тем не менее, она каким-то загадочным образом материализовалась на столе.
Сначала я опешил. Вообще-то я умею держать себя в руках. Я не из тех, кто волочится за каждой юбкой, и за годы работы в гостиничном бизнесе мне приходилось сталкиваться с разными женщинами, не отягощенными моралью: скучающими содержанками, замужними дамами, изнывающими от неудовлетворенности, молоденькими девицами в поиске приключений или богатого мужика. И вот подобные развлечения – не по мне, я всегда находил в себе силы спокойно и вежливо обозначить границы. Но тут меня будто током ударило.
Эта девушка… Что-то в ней зацепило сразу. Она не вела себя так, словно пыталась меня соблазнить. Но и не смущалась. С легким вызовом демонстрировала мне себя, как будто без слов спрашивала: «Ну и как тебе?» А мне стало не по себе. Она выглядела, как девушка, о которой хоть раз фантазировал в душе каждый нормальный половозрелый мужчина. Мягкие линии фигуры без излишней худобы или, напротив, полноты. Чуть смугловатая, но не от автозагара, а от природы кожа. Маслянисто поблескивающие карие глаза, черные и гладкие волосы. Тяжелая спелая грудь, немногим светлее остального тело, и от этого на вид еще более объемная. Темные крупные, будто сделанные из молочного шоколада соски, которые так и хочется катать на языке. Она была настолько сексуальна в своей естественности, как будто я встретил аборигенку в джунглях. Девушку, для которой первобытный секс – это так же хорошо и просто, как дождь, рассвет или вечерний туман.
Я стоял в дверях, как остолоп, замер, забывая дышать, шевелить и говорить. Вообще-то надо было намекнуть, что она перепутала комнату. Или по-джентльменски уступить. Уйти. Н-да, легко сказать, что надо было. Проблема лишь в том, что я не смог.
А потом она заговорила, и я понял, что она приняла меня за массажиста. Она не просто просила – она требовала, чтобы я немедленно ей занялся. И, поколебавшись мгновение, я решил остаться. Не должен был – но, черт, не нашел в себе сил поступить иначе.
Пожалел об этом в ту секунду, когда коснулся ее послушно распластанного на столе тела. Она коротко вздохнула, даже слегка выгнулась навстречу. А я… Я наслаждался видом ее блестящей от масла кожи, забыл – или сознательно не предложил прикрыть ягодицы полотенцем, как это принято в моем отеле. Потому что эти мягкие, манящие округлости… Бог мой, это лучшее, чего я когда-либо касался. Член подскочил моментально, хвала просторным шортам, девушка этого не заметила.
Я медленно разминал ее тело, забыв про все приемы массажа. Просто гладил, ласкал, касался – и наслаждался каждой секундой, понимая, что это самое прекрасное, что случилось со мной за весь год, если не за последние лет десять.
Не припоминаю таких чувственных девушек. Она реагировала на меня остро и бурно, даже не пытаясь скрыть возбуждения. Мне казалось, мы занимаемся сексом, хотя член и оставался в штанах. Ее частое дыхание, едва слышные стоны доводили меня до умопомрачения. Хотелось облизать ее всю, целиком, от изящных лопаток – до аккуратных ступней. Ласкать, выписывая немыслимые узоры. Прикусить мягкую сочную попку, а потом раздвинуть ноги – и добраться до главного, попробовать на вкус ее идеально гладкие, чуть покрасневшие, видно, после недавней эпиляции губы. Погрузить между ними палец, обмакнуть в солоноватый тягучий мед женского возбуждения. И убедиться, что она течет так же, как мой исстрадавшийся на сухих пайках боец.
Но я держался. Держался, как мог, призывая все терпение. И я бы преуспел, если бы сам не попросил ее повернуться на спину. Девушка посмотрела на меня с таким вызовом, с каким смотрят на евнухов горячие наложницы в гареме султана. Мол, видишь, какая я? Смотри, все равно ничего не можешь сделать. Она дразнила меня, пользовалась тем, что я – всего лишь массажист. По крайней мере, так представлялось ей.
Даже ее затвердевшие соски смотрели на меня бесстыже и нагло. Мни ей ляжки, парень, нас тебе трогать нельзя. И да, ты потом будешь долго и яростно дрочить в душевой, мы знаем, ты будешь думать о нас.
И вот я касаюсь ее мягкого плоского животика, делаю ладонью круг около пупка, будто созданного для того, чтобы пить из него текилу. Девушка подрагивает, томно приоткрывает рот, грудь вздымается в такт дыханию. Она хочет меня, всем своим существом хочет. И будь я проклят, если не дам ей того, чего она ждет. Пусть сам останусь не при делах, зато покажу ей, на что способен.
Мои руки поднимаются к ее грудям, мягко сжимают снизу. Я замираю с молчаливым вопросом – если только она сейчас скажет «нет», я немедленно развернусь и уйду, потому что продолжать невинный общеукрепляющий массаж не смогу. Но моя дикарка не прогоняет меня, напротив: с губ слетает гортанный стон, тело выгибается, кожа покрывается мурашками, а соски твердеют, сморщившись, как две сушеные ягоды.
Если это не приглашение – то я ничего не понимаю в женщинах. И я продолжаю, невежливо заставлять девушку ждать. Ущипнув ее за соски и добившись нового стона, я катаю их между пальцами и чувствую, как по члену стекает крупная капля.
Моя перевозбужденная нимфа непроизвольно разводит ноги, и я на мгновение забываю о том, как дышать. У нее там все так гладко, что я вижу ее в мельчайших подробностях. А главное – ее нижние губы блестят, словно я вылил туда флакон масла. И это при том, что я ее еще даже не касался масляными руками.
Медленными круговыми движениями глажу ее грудь, намеренно задевая ладонью соски, а она, доведенная до исступления, подрагивает под моими руками, словно от электрических разрядов. Ее хочется большего, но я не тороплюсь, мне доставляет ни с чем не сравнимое наслаждение видеть, что она сходит с ума, добровольно сдается в сладостный плен. Что она зависит от меня целиком, и все ее ощущения сосредоточенны в эрогенных зонах, требующих внимания. Я никогда не видел девушек в таком состоянии, и мне до смерти хочется увидеть, как далеко она сможет зайти, чтобы получить заветное облегчение.
Очерчиваю контуры ее тела, лаская талию. Вверх, вниз. Не спеша. Какие мягкие скрипичные изгибы… Какая нежная симфония стонов и прерывистых вздохов… Возвращаюсь к животу. Чуть ниже, над самым лобком. Гладким, чуть выступающим, с развратной щелью. Она блестит от смазки, красноречиво демонстрируя состояние хозяйки, и вместе с тем кажется такой невинной из-за полного отсутствия волос.
Девушка дышит так часто, веки дрожат всякий раз, когда я приближаюсь к лобку, но я снова и снова ухожу вверх, дразня и продолжая свою пытку. И в тот момент, когда ей уже кажется, что вот-вот, вот сейчас моя ладонь накроет ее холмик, я совершаю обманный маневр – и перехожу к бедрам. Бедняжка! Не может сдержать стон разочарования, пошире раздвигает ноги, откровенно показывая, какого именно массажа ей хочется.
Терпение, моя милая, всему свое время. Как ни в чем не бывало, продолжаю разминать бедра и, приближаясь к промежности, слегка растягиваю кожу большими пальцами, от чего ее набухшие влажные губы приоткрываются, и розовый, напряженный до предела клитор, выглядывает наружу. Я помогаю ей согнуть ноги в коленях, развожу в стороны. Она открыта передо мной целиком, как на кресле врача. Я вижу ее во всех подробностях, в мельчайших деталях. Вижу, как пульсирует истосковавшийся по ласке клитор, как отчаянно сжимается пустая дырочка, как вытекает из нее прозрачная капля смазки. Медленно ползет вниз, туда, где уже темнеет на простыне мокрое пятно.
И лишь тогда, заставив мою незнакомку показать себя полностью, насладившись созерцанием возбужденной до безумия вагины, я резко и неожиданно накрываю промежность ладонью и сильно сжимаю. Девушку колотит крупной дрожью – нет, это еще не оргазм, но уже очень близко к тому. Потом она замирает, и наши взгляды скрещиваются. Тяжело дыша, мы смотрим друг на друга потемневшими глазами, и в ее зрачках я вижу отражение собственного желания. Я чувствую, как ритмично она сжимает мышцы под моей ладонью, усиливаю нажим. Ее ноздри трепещут, лоб покрывает испарина, на шее неистово бьется жилка.
Не сводя с меня взгляда, девушка разводит ноги еще шире, подтягивая колени к себе, буквально выпячивая сочащееся лоно. Я убираю руку, но только для того, чтобы большим пальцем провести по размякшей щели, собирая, смазку. А потом подношу палец к ее лицу, касаюсь нижней губы, предлагая попробовать, каково возбуждение на вкус. Она послушно пускает меня в рот, облизывает палец, а потом обхватывает губами и посасывает, намекая на то, что могла бы так же поступить с членом.
У меня темнеет в глазах, мир вокруг перестает существовать, мысли и здравый смысл исчезают напрочь. А уж когда моя бесстыжая гостья тянется к шортам, приспускает резинку и хватается за член… Вот тут уже настает мой черед стонать. Я не понимаю, как дошел до такого, как позволил себе потерять контроль. Ясно только одно – игры кончились. Есть только я – и она, мужчина и женщина. И едва уловимый терпкий запах секса.
