Текст книги "Заказанная орком (ЛП)"
Автор книги: Эми Райт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц)
ЗАКАЗАННАЯ ОРКОМ
Уютные монстры – 8
Эми Райт
Настоящий перевод выполнен исключительно творческим трудом переводчика и является охраняемым объектом авторского права как производное произведение в соответствии с действующим законодательством. Перевод не является официальным и выкладывается исключительно в ознакомительных целях как фанатский. Просьба удалить файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
Любое воспроизведение или использование текста перевода, полное или частичное, допускается только с указанием авторства переводчика и без извлечения коммерческой выгоды.
Большая просьба НЕ использовать русифицированную обложку в таких социальных сетях как: Инстаграм, Тик-Ток, Фейсбук1, Твиттер, Пинтерест.
Переводчик – Ольга
Редактура —
1
Вера
Я не реагирую, когда получаю новости.
Ни слезинки не выступает на глазах. Печаль не сжимает горло.
Я не чувствую ничего.
Прошло много лет с тех пор, как мужчина, породивший меня, казался чем-то большим, чем просто частью моего имени.
Я сжимаю письмо в руке, пока бумага не впивается в ладонь, и пытаюсь почувствовать хоть что-нибудь.
По-прежнему ничего, так что я бросаю его на стол и отворачиваюсь с отвращением.
Голос моего брата, Якова, кажется невыносимо громким в тихой комнате.
– Конечно, ты расстроена.
Мне хотелось бы сказать ему правду, что мне все равно, но это было бы неразумно. Мой брат – опасный человек, такой же, каким был наш отец.
Поэтому я ничего не говорю.
В тишине моего собственного разума раздается легкое постукивание. Навязчивый звук, напоминающий мне слова американского агента в визовом офисе. «Мы могли бы защитить тебя».
Тогда я усомнилась в нем. Сомневаюсь и сейчас.
Я видела, на что способны мой отец и брат.
Но после смерти отца, в хаосе, который охватил его людей, это, возможно, мой лучший шанс сбежать.
– Вера, ты слушаешь? Нам нужно будет провести свадьбу. Более того, возможно, придется сделать это раньше. Нам нужна максимальная стабильность, которую мы можем сейчас купить.
Я поворачиваюсь и изучаю его лицо. Оно круглое, с первыми намеками на морщинки у рта и на лбу, где кожа, кажется, навсегда собралась в недовольную складку. Яков всего на пять лет старше моих двадцати семи, но мне всегда казалось, что разница гораздо больше.
Горько уместно его слово «купить». Именно это он и мой отец и планировали сделать. Использовать меня как товар, чтобы купить себе больше власти.
– Да. Я знаю, – говорю я холодно.
Он явно ждет дальнейшей реакции и теряет терпение, когда я ее не даю.
Он вздыхает.
– Я все устрою. Советую тебе собрать вещи. Возможно, ты вылетишь уже на следующей неделе, – он кивает мне, поворачивается и выходит из комнаты.
На этом сегодняшний обмен эмоциями между нами исчерпан.
Вместо того чтобы последовать его совету, я выдвигаю жесткий деревянный стул и сажусь за стол. Мне не хочется сидеть на диване, где мягкие подушки украшают роскошную мебель. Каким-то образом уместнее сидеть с прямой спиной, лишив себя всякого комфорта.
Если я осуществлю свой план, о роскоши можно забыть. Я, возможно, выросла избалованной принцессой Братвы, но я откажусь от всего этого в мгновение ока, лишь бы избежать участи, которую брат запланировал для меня.
В голову незвано пробираются мысли о Дмитрии, и я содрогаюсь. Он не уродливый мужчина. На самом деле, его высокие скулы и сильные черты лица можно назвать красивыми.
Его душа – какая угодно, только не красивая.
Еще один Вор в преступной организации, которую на Западе называют Братвой. Еще один принц воров, лишенный очарования или элегантности, которые могли бы прийти на ум при этом титуле.
Пальцы чувствуются онемевшими, когда я достаю телефон из кармана и разблокирую экран. Все тело кажется почти замороженным. Движения вялые, как и мысли.
Мне нужно принять решение. Идти ли мне на договорной брак или рискнуть, что может стоить мне жизни, ради шанса на свободу?
Не зная, что еще делать, я отправляю сообщение Инге Романовне, женщине, которая каждый месяц раскладывает для меня карты Таро.
Вера: У тебя есть время на дополнительный расклад в этом месяце? Мне бы не помешал совет.
Она отвечает мгновенно, как всегда.
Инга: Для тебя, моя дорогая, все что угодно.
Вера: Сегодня?
Инга: Конечно.
Небольшая пауза, прежде чем она отвечает на видеозвонок. Я устанавливаю телефон на стол, прислонив к кружке с чаем, и стараюсь избегать ее проницательного взгляда.
В конце концов она шмыгает носом и тасует колоду.
– Было бы лучше встретиться лично, знаешь ли, принцесса. Карты сами по себе могут сделать не так уж много.
Я уныло киваю. Мне бы хотелось посетить ее маленькую лавку, но Яков спросит, куда я иду, если сегодня снова выйду из дома.
– Знаю.
Еще одна пауза. Она издает низкое гудение, переворачивая первую карту.
– Шестерка Мечей. Путешествие через море.
Никаких сюрпризов. Дмитрий живет в Соединенных Штатах Америки, на восточном побережье. Естественно, мне придется пересечь море, если я выйду за него замуж. Если у меня есть хоть какой-то шанс сбежать от семьи, мне также нужно будет покинуть Россию и пересечь море. Желательно уехать как можно дальше.
Инга переворачивает следующую карту.
– Шут. Новые начинания. Эта карта призывает тебя совершить прыжок веры.
Она снова изучает меня, но я сохраняю лицо бесстрастным. Я всегда была с ней немного честнее, чем было позволено, но все же не позволяю ей видеть свои глубинные мысли. Нет гарантии, что она не работает на моего брата.
Последняя карта заставляет ее тонкие брови приподняться.
– Перевернутая четверка жезлов.
Я хмурюсь. Никогда не видела эту карту перевернутой.
– Что это означает?
– Возвращение домой. Но не так, как ты ожидаешь. Это прибытие в новый дом. В обретенный дом. Тот, где ты можешь быть в безопасности. Возможно, карты говорят тебе довериться этому договорному браку и твоему будущему.
Я опускаю взгляд на свои руки, сцепленные на столе передо мной.
– Спасибо, Инга.
– Ответило ли это на твой вопрос, принцесса?
Я прячу любые эмоции на лице, когда говорю.
– Да. Спасибо. Думаю, да.
Мы завершаем звонок, но вместо того, чтобы одеваться к ужину, я нахожу пальто и перчатки и заказываю машину.
Нет никакого способа, чтобы новый безопасный дом означал что-либо связанное с Дмитрием. Карты, должно быть, указывают на мой побег.
– Мне позвонили из американского посольства, – говорю я Якову перед уходом. – Возникли проблемы с моей визой. Мне нужно вернуться, чтобы они выдали новую. Они сказали, что примут меня сегодня вечером, но я пропущу ужин.
Выражение его лица темнеет, но он кивает.
– Хорошо. Не допусти, чтобы эта сделка сорвалась, Вера. Позвони мне, если эти американцы создадут трудности с визой. Я знаю одного человека.
С этим леденящим напоминанием, что безопасного места нет, я плотнее закутываюсь в пальто и выхожу на уже темную улицу. Мое дыхание вырывается изо рта маленькими облачками, пока я иду от дома к ожидающей машине. Оказавшись на заднем сиденье, я засовываю руки в карманы, чтобы водитель не увидел, как они дрожат.
Любая ошибка теперь будет стоить мне дорого.
В посольстве я произношу кодовые слова даме за стойкой регистрации. Она кивает, не меняя выражения лица, и предлагает мне подождать в переговорной комнате в стороне от приемной. Двадцать минут спустя ко мне присоединяется небольшого роста худощавый мужчина, который проводил со мной собеседование при первом запросе на визу.
– Госпожа Бореева. Благодарю, что вы вернулись. Могу ли я надеяться быть вам полезным?
Вот оно. Момент выбора.
Когда он впервые отвел меня в сторону и сказал, что ФБР ищет информацию о связях моей семьи с США, я притворилась глупышкой. Ничего не сказала. Как и положено хорошей маленькой принцессе. Он проявил терпение. Возможно, это игра, в которую он уже играл раньше и выигрывал.
Он просил мне вернуться, если я когда-нибудь захочу поговорить, и сказал фразу, которую нужно было произнести у стойки.
Теперь он складывает руки на столе перед собой и дарит мне широкую, нелепо американскую ухмылку.
– Не торопитесь, но если вы ничего не расскажете, боюсь, я мало чем смогу вам помочь.
Что еще могла означать карта Шута, как не призыв совершить этот прыжок веры?
Так что я прочищаю горло и прыгаю.
– Предположим, существует некая информация, которую я могла бы вам предоставить, – начинаю я.
Агент выпрямляется.
– Какую защиту могло бы предложить ваше правительство? Вы должны понимать, какой риск я принимаю на себя, даже просто придя сюда сегодня вечером.
Он мрачно кивает.
– Разумеется. Будьте уверены, я полностью понимаю. Я мог бы предоставить вам новую личность и проезд в Америку, где вы были бы в большей безопасности… – когда я открываю рот, чтобы возразить, что безопасного места нет, он поднимает руку и продолжает. – И я знаю, что ничто не даст абсолютной безопасности. Так что вам предстоит сделать выбор. Будет ли жизнь под защитой американского правительства, но в относительной свободе, лучше той жизни, которую вы будете вести, если пойдете на этот брак?
Я проглатываю ответную реплику.
– Да.
– Тогда, если вы можете дать мне еще двадцать минут, у меня есть бумаги для подписи, и мы организуем дачу ваших показаний, как только ваша безопасность будет обеспечена в меру наших возможностей.

По дороге домой я не могу отделаться от чувства беспокойства, которое преследует меня, как паршивая уличная собака. Все это было слишком просто. У меня будет новый паспорт, новая виза. Виза, позволяющая оставаться в США неограниченное время. Единственная загвоздка: я должна выйти замуж за кого-то другого.
Агент заверил меня, что это безопасно.
Лучше того будущего, с которым я столкнулась, но я сомневаюсь. Что, если меня предадут? Что, если это сложная уловка, чтобы поймать меня на предательстве и позволить брату наказать меня?
Во всем этом есть что-то не совсем правильное, но выбора у меня нет. Даже сегодняшняя встреча с этим мужчиной была риском. Есть все шансы, что Яков о ней узнает.
Время истекает, и мне нужен этот билет из России.
Хотя весь следующий день я нахожусь на грани, моя маска едва держится. Я хожу по магазинам, выбираю свадебное нижнее белье и новые наряды, будто и вправду планирую пойти на брак с Дмитрием. Я собираюсь в примерочную пятого магазина, который посетила. Собственно, я жду, когда продавщица отодвинет тяжелую занавеску, когда ко мне подходит молодая женщина с веснушчатым лицом и приветливым деревенским обликом, протягивая приталенный пиджак.
– Простите, вы это обронили? Мне показалось, я видела его у вас в руках.
Я разглядываю ее пристальнее. В ее голосе – намек на иностранный акцент, хотя и очень хорошо замаскированный. Настолько, что я не могу определить, какой именно. Она терпеливо ждет, просто протягивая мне пиджак, и, хотя я никогда раньше не видела эту вещь, что-то заставляет меня протянуть руку и взять его.
– Спасибо.
Она поворачивается и уходит, а я вхожу в примерочную. Когда занавеска падает и я скрыта от посторонних глаз, я вешаю пиджак на крючок и просовываю пальцы в карманы. Как и ожидалось, в левом лежит сложенная записка.
Как вы отнесетесь к мужу-монстру? Это позволит уехать на этой неделе. Нам нужен ваш ответ сегодня. Оставьте пиджак на полу, если согласны.
Она адресована мне. Несмотря на отсутствие имени, я знаю, что она от агента из посольства.
У меня кружится голова, и я жалею, что у меня нет больше времени на размышления.
Монстров в Москве не так уж много видно. Они держатся особняком, обычно в удаленных сельских общинах. Я никогда не встречала монстра лично. По крайней мере, насколько мне известно.
Но ничто не может быть хуже того человеческого мужчины, за которого мне придется выйти замуж, если я позволю брату настоять на своем.
Не позволяя себе задержаться на решении и передумать, я снимаю пиджак с вешалки и роняю его на пол к своим ногам. Затем покидаю магазин, не примерив ни одну из взятых с собой вещей.
Когда я скольжу на заднее сиденье машины и водитель отъезжает от обочины, я задаюсь вопросом, не совершила ли ошибку.
Полагаю, покажет только время.
Тем не менее, это всего лишь еще одно препятствие в моей гонке за свободой. Еще один барьер, который нужно преодолеть. Было бы куда тревожнее, если бы все было слишком просто. Тогда я бы точно знала, что что-то не так.
Я откидываюсь на прохладную кожу сиденья и говорю себе, что все будет хорошо.
2

Эрик
Твикси тянет за поводок, когда мы приближаемся к собачьей площадке. Крохотный хвостик бешено виляет, и она издает взволнованные поскуливания.
Неважно, как сильно я ее ругаю, она не может спокойно идти на поводке, как другие собаки.
Как только мы оказываемся за воротами, и я отпускаю ее, она несется, как маленькая шоколадная молния, прямиком к самой крупной собаке на площадке, огромному доберману. С проклятием я бросаюсь за ней, но она быстра, что не предположишь, глядя на ее короткие лапки таксы, но мне действительно приходится бежать, чтобы поспеть, несмотря на мой размер и длину шага. Я нагибаюсь и подхватываю ее одной огромной зеленой рукой как раз в тот момент, когда ее челюсти щелкают в сантиметрах от носа добермана, который смотрит на меня так, будто не понимает, что произошло.
Вряд ли могу его винить.
Вот примерно так я и чувствую себя с тех пор, как взял Твикси из приюта три недели назад.
Мой друг-человек Лорен говорит, что это моя вина, что я балую свою собаку. Кажется, я не могу с этим ничего поделать! Каждый раз, когда я пытаюсь разозлиться на нее, она смотрит на меня таким сладким, печальным взглядом, что я просто таю.
Я поворачиваю ее в руке, чтобы погрозить ей пальцем перед самым носом.
– Твикси! Нужно вести себя хорошо с другими.
Ее темно-карие брови приподнимаются, и большие глаза моргают, глядя на меня. Она вываливает язык, чтобы лизнуть мой палец, и я закатываю глаза.
– Ох, да ладно. Я знаю, ты не хотела быть злой, знаю. Но нельзя кусать других собак.
Я провожу следующие тридцать минут, останавливая ее от создания проблем со всеми остальными собаками, пока она не плюхается у моих ног, вымотанная. Хозяйка добермана бросает на нас сердитый взгляд, когда уходит, а доберман послушно идет за ней по пятам.
– Посмотри на это, – говорю я Твикси.
Одно ухо дергается, но она не поднимает голову.
– Вот как все должно выглядеть. Ты же умная девочка, да? Будешь хорошей девочкой для папочки?
Ее маленький хвост лениво постукивает по земле.
Ободренный, я медленно наклоняюсь, чтобы пристегнуть поводок к ее ошейнику. Но когда я встаю, она не двигается. Она лежит, и я делаю шаг вперед, пока поводок не натягивается, и я тащу ее.
Я останавливаюсь.
– Твикси! Давай же, девочка. Пойдем.
Она виляет хвостом.
– Давай.
Ничего.
Со вздохом я нагибаюсь и беру ее под мышку. Бедняжка, наверное, вымоталась.
Однако, как только я ставлю ее на пол в квартире, она носится вокруг, грызя подлокотник дивана и пиная свою миску с едой.
Я не уверен, что завести собаку было такой уж хорошей идеей. Не уверен, что создан быть хозяином собаки.
Я плюхаюсь на тесный диван и включаю телевизор просто для фона.
Правда в том, что мне все еще одиноко.
Конечно, я могу разговаривать со Твикси, но она не слушает по-настоящему. Не так, как другой человек. Не так, как пара, если бы она у меня была.
Конечно, я мечтаю. Монстры вроде меня, может, и живут среди людей, но это не значит, что люди хотят с нами встречаться, не говоря уже о том, чтобы создавать пару. По крайней мере, ни один из встреченных мной людей не захотел встречаться со мной. Я искал.
Я пробовал приложения для знакомств.
Я пытался подходить к людям, которых встречал.
Ничего не работает. Они бросают один взгляд на мое огромное, мускулистое тело и на клыки, торчащие из нижней челюсти, и бегут прочь.
Полагаю, я мог бы вернуться домой и попросить маму свести меня с хорошей девушкой-орком, но меня всегда больше привлекали люди.
Единственное, чего я не пробовал, – это платить за компанию. И, честно говоря, я не раз обдумывал эту идею. Но как-то не могу переступить через мысль, что даже если бы мне понравилось – даже если бы я нашел того, с кем сошелся бы характером, – это все равно были бы временные отношения, а я такого вовсе не хочу.
Я хочу, чтобы кто-то принадлежал мне.
Я все равно открываю приложение Чудовищные Сделки и пролистываю список сопровождающих, специально отобранных для работы с клиентами-монстрами.
Я имею в виду, мне же можно просто посмотреть, да? И помечтать.
Новая девушка привлекает мое внимание, и я перестаю листать. У нее пепельно-русые волосы, пухлые губы и решительное выражение лица. На самом деле, ее суровое выражение настолько отличается от мягких улыбок других сопровождающих, что сразу приковывает внимание. Затем, конечно, я продолжаю смотреть, потому что нет сомнений, что она красива.
Мой взгляд скользит к подписи под ее изображением: Не доступна для случайных бронирований. Только невеста по почте.
Невеста по почте!
Почему я никогда не рассматривал этот вариант? Мог бы дать себе пощечину.
В этот момент Твикси запрыгивает ко мне на колени и сует свой холодный мокрый нос мне в лицо, и я роняю телефон. Твикси скулит.
Я глажу ее по голове, чтобы успокоить, и хватаю телефон с того места, куда он упал, но как только я снова разблокирую экран, она извивается у меня на пути.
– Твик! Что ты делаешь?
Ее маленький хвост мечется из стороны в сторону.
– Твикси!
Она тявкает.
– Может, перестанешь?
В конце концов мне приходится держать ее в одной руке, а телефон – в другой, на противоположной стороне тела. Я еще долго разглядываю женщину на фотографии.
Невеста по почте. Значит, она останется навсегда?
Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, наверняка.
Я все равно нажимаю. Ее имя русское. Не уверен, как его произнести.
Она ищет мужа здесь, в Хартстоуне! Ей неважно, какой именно монстр.
Мое сердце колотится в груди, как Твикси, носящаяся по линолеуму на кухне. Затем я вижу цену, и сердце, как и Твикси, врезается в воображаемый бок холодильника.
Я мог бы позволить себе ее, но только-только. И это будет стоит каждого цента, который я откладывал на хороший дом для моей пары, чтобы она могла в нем обустроиться.
Ей пришлось бы приехать и жить здесь, в моей слишком маленькой квартире над железной дорогой. С моей избалованной собакой. В этот момент Твикси начинает грызть мою руку в надежде, что я ее опущу. Что красивой человеческой женщине вроде этой может понадобиться от большого неуклюжего орка вроде меня? Я не тот тип монстров, на который они западают. Я знаю.
Последнее свидание с человеком закончилось плохо. А Лорен в итоге сошлась с тем драконом. Стройным, красивым и чертовски злым.
Никто не выбирает больших, глупых хороших парней.
Со вздохом я кладу телефон и ставлю Твикси лапами на ковер. Она срывается с места, чтобы учинить разгром в моей спальне, а я провожу руками по лицу. Почему я не отложил больше денег? Не копил усерднее?
Ответ – потому что не мог. Я и так пропускал приемы пищи и работал сверхурочно, чтобы накопить столько, сколько есть. Мечтая, что однажды у меня будет та, на кого их потратить.
Но это же глупо, правда? Потому что я никогда никого не найду, если не рискну. Так для чего я коплю?
Я расхаживаю по комнате десять минут, набираясь смелости позвонить.
Когда я наконец снова беру телефон и набираю номер, женский голос на другом конце – не тот, что я ожидал. Я ожидал чего-то похабного. Ожидал игривого. Не ожидал кого-то, кто звучит как моя любимая тетушка.
– Добро пожаловать в Чудовищные Сделки, где мы воплощаем ваши мечты в реальность. Чем можем помочь сегодня?
Я замираю. Может, она и впрямь воплотит мои мечты?
Богиня, как я на это надеюсь.
– Алло? Вы здесь?
– П-привет! Да. Я здесь. – Неловкая пауза, пока я пытаюсь сформулировать слова. – Я, эм, я позвонил насчет невесты по почте. На вашем сайте. На сайте Чудовищных Сделок.
3

Вера
Я запираю за собой дверь и смотрю на свое лицо в маленьком зеркале самолетного туалета. Я выгляжу бледной. Темные круги под глазами намекают на бессонные ночи, которые у меня были с тех пор, как я приняла решение бежать.
Я пытаюсь разглядеть в отражении Инессу. В конце концов, я больше не Вера. Вера мертва. По крайней мере, согласно официальным записям.
Но за моими более светлыми, короткими волосами и контактными линзами, которые я ношу, я все еще чувствую себя Верой.
Трудно поверить, что моя новая жизнь будет лучше, чем ощущение, если бы я сейчас вышла из этого чертова самолета и бросилась в свою большую мягкую кровать в своей уютной комнате.
Почему парень на соседнем кресле должен так громко дышать? И занимать так много места локтями?
Люди что, не понимают, как они себя ведут?
Интересно, смогу ли я просто остаться в туалете до конца полета. Не хочу возвращаться туда.
Еще через несколько минут раздается стук в дверь. Там что-то говорят по-английски, но я понимаю лишь половину.
Игнорирую.
Есть и другие туалеты.
В конце концов стучат сильнее. Женский голос говорит. Сначала по-английски, затем по-русски.
– Мадам, с вами все в порядке там? Капитан попросил всех пассажиров вернуться на места и пристегнуть ремни. Вам нужна помощь?
С проклятием я отодвигаю задвижку и открываю дверь. Стоящая с другой стороны стюардесса отскакивает.
– Нет. Помощь не требуется, – я шагаю обратно на свое место и тычусь локтем в мясистый локоть толстяка рядом, пока он не убирает его.
Я выдерживаю еще тридцать минут пытки, пока самолет не приземлится и я наконец не смогу выйти. По коже ползут мурашки, когда я ступаю на взлетную полосу и спешу к терминалу. Почему эти люди не могут дать мне немного личного пространства?
Я стою в очереди на паспортный контроль непозволительно долго. Мужчина за окошком столько раз смотрит то на меня, то на мой поддельный паспорт, что я уверена – он сейчас объявит его фальшивым. Однако в конце концов он пропускает меня, и я окидываю его заслуженным взглядом, выхватываю паспорт и направляюсь к выдаче багажа. Когда моя сумка наконец появляется, я сдергиваю ее с ленты и иду в зал прибытия.
Вот оно.
Вот момент, когда я встречаю монстра, за которого согласилась выйти замуж.
Лишь легкое трепетание начинается в животе, когда я представляю, как окажусь с ним лицом к лицу.
Я никогда раньше не встречала орков. Я видела монстров только на картинках.
Здесь, в США, они, по-видимому, свободно ходят по улицам и даже баллотируются в президенты.
По крайней мере, я так слышала.
Но ничто не может быть хуже участи, от которой я сбежала. Я уверена в этом. Неважно. Это лишь временно. Последний барьер, который нужно преодолеть, прежде чем я наконец ухвачу свободу, ради которой рискнула всем.
Откинув назад свои светлые волосы, я вхожу в зал прибытия и оглядываюсь. Огромная зеленая фигура торчит, как больной палец, среди толпы людей в аэропорту. Для начала, он возвышается над большинством из них. Но дело не только в этом. Он занимает вдвое больше места. Его массивные плечи широки, даже несмотря на то, что он держит руки близко к телу, словно пытаясь втиснуться в как можно меньшее пространство. Затем он задевает женщину рядом, когда на его лице расплывается глупая ухмылка, и он поднимает картонный знак с надписью «Инесса Бычкова».
Мне требуется момент, чтобы вспомнить, что это мое имя.
Мое новое имя.
Не уверена, что когда-нибудь к нему привыкну.
Он машет, и женщина рядом отступает на шаг. Я колеблюсь мгновение, но избежать этого невозможно. У меня нет денег. Я оставила почти все, чем владела, в Москве. У меня нет выбора, кроме как положиться на этого громилу, который отвезет меня домой и позволит где-то жить.
Со вздохом я расправляю плечи и тащу сумку по плитке, пока не оказываюсь прямо перед ним.
– Инесса? Привет, – он расставляет руки, будто собирается обнять, поэтому я протягиваю ему свою сумку.
– Да.
Ухмылка слетает с его лица.
– А, ты, наверное, устала, – он говорит что-то еще, чего я не улавливаю, и я просто киваю.
– Да.
– Я, эм… Полагаю, ты не очень хорошо знаешь английский, да? Ну ничего. Время есть. А я выучил немного русских слов, – он прочищает горло. – Дуб-рэй-дэ-на.
Он так ужасно коверкает слова, что я смотрю на него почти целую минуту, прежде чем понимаю, что он пытался сказать.
Вместо того чтобы удостоить это ответом, я поворачиваюсь к двери.
– Машина в эту сторону?
– О, эм. Да. Я вызову такси. Уверен, ты не можешь дождаться, чтобы оказаться дома и лечь в постель.
Он болтает всю дорогу до такси, а я делаю вид, что это меня не касается, пока смотрю по сторонам и пытаюсь понять, какой будет жизнь здесь.
Я видела множество фильмов, действие которых происходит в Америке. Не представляю, будет ли реальность хоть немного похожа на вымысел.
В маленьком, потрепанном такси его плотное бедро и громоздкая рука вторгаются на мою половину автомобиля. Даже его резкий мужской запах заполняет тесное пространство. Я поворачиваю голову к окну, но не могу избавиться от осознания его присутствия. Это сжимает мышцы в животе и заставляет пульс отдаваться в основании шеи.
Меня тревожит моя реакция на него. Я так не реагировала ни на одного мужчину с первой встречи с Дмитрием. Это воспоминание накрывает меня на мгновение, и приходится сглатывать тошноту, подкатывающую к горлу.
Это своевременное напоминание о том, почему я приняла это решение. Все что угодно лучше, чем снова позволить Дмитрию прикоснуться ко мне.
Мясистая рука орка ложится мне на бедро, и я вздрагиваю.
– Вот мы и приехали.
Я поворачиваюсь, чтобы бросить на него взгляд.
– Не трогать.
Болван тут же убирает руку, слава богу. Мы молча выходим из такси, он расплачивается с водителем и поднимает мою сумку.
– Ах, прости за это. Я понял. Не нужно торопить события. Подождем, пока ты не почувствуешь себя комфортно.
Когда он открывает дверь в здание и придерживает ее для меня, я отрывисто киваю. Мне стоит приложить больше усилий, чтобы быть дружелюбной. Хотя бы какое-то время.
Но втайне я рада предлогу сохранять дистанцию между нами.
Интересно, как долго мне удастся этим пользоваться.
