Текст книги "Я так долго тебя ждал. Довольно (СИ)"
Автор книги: Эми Лия
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)
12 глава
Идем. – он схватил меня за руку и дёрнул на себя. Я перелетела через порог и уткнулась носом в его широкую грудь, а он тут же прижал ладонь к моему затылку. Другую руку, со сбитыми костяшками, устроил на моей талии. Его медвежьи объятия, болезненно сдавили мое тело.
Стало жутко.
Ещё недавно, он до крови избил парня ни за что! А сейчас этими же руками перебирает мои светлые пряди, оставляя бардовые липкие следы на моих волосах.
Я уперлась в его грудь, толкнула от себя со всей вложенной обидой на парня. Но он даже не покачнулся!
Я всегда боялась узких помещений, и сейчас ограниченная в движениях чувствовала, как изнутри подкатывает истерика, грозясь вылиться в нечто не хорошее.
Его ноздри сужались и расширялись, от тяжёлого дыхания. Губы приоткрылись, в желании что-то сказать, но он быстро передумал и потащил на выход, не забыв переплести наши пальцы.
– Куда ты меня тащишь? – поджала губы, увидев в каком состоянии мелкие, радужные цветочки. Возможно они ещё обретут новую жизнь в руках дворника, но на большее, рассчитывать не было смысла. – Отпусти немедленно, ты перегибаешь уже!
– Отвезу домой.
– Я сама могу доехать, когда захочу. – остервенело начала вырывать руку из захвата, больно выкручивая пальцы, но освободиться не получалось.
– Сама. Но в моей машине! Или ты уже вызвонила своего уебка? Думаешь сможешь гулять с ним у меня под носом?
Марк обернулся через плечо и кинул яростный взгляд на меня. Горячее дыхание обожгла лицо и я отпрянула назад, на сколько это позволили наши сцепленные руки.
– Ты сошел с ума! Какой машине? У меня еще несколько пар, я не собираюсь ехать домой сейчас!
Моим словам он не придал ни малейшего значения. По его напряжённым плечам, я поняла, что он не собирается менять свои планы и на пары он меня точно не отпустит.
Черт. Я взрослая девушка! Почему вообще должна отпрашиваться у него? Ощущение, что мой характер сейчас пытаются надломить, обрушилось словно ушат ледяной воды.
Почему он меня не слушает?
Мы прошли ещё один лестничный пролёт, в котором к нам ещё пытались подходить друзья парня, но одного брошенного взгляда было достаточно, чтобы понять, Марк не в духе, а значит – быть беде.
Первая пара только началась, коридоры были пусты, так что мы без проблем оказались на первом этаже.
Марк расцепил наши руки, но только для того, чтобы упереться по обе стороны турникета и перепрыгнуть через железные ставни. Во время пар они были заблокированы и пройти можно было, только заранее договорившись с преподавателем.
А мы ни с кем не договаривались.
Ему за это ничего не будет, а мне не хочется краснеть перед ректором, который с большой вероятностью, будет сидеть в компании моих родителей.
Марк потянулся ко мне, чтобы так же легко приподнять через ограду и мрачно нахмурился, когда я сделала шаг назад.
Карие глаза пронзают насквозь. Я развернулась в противоположную сторону и только на инстинктах смогла ускользнуть в бок, но Марк уже позади и следующим движением припечатывает к себе. Секундный полёт и я повисла вниз головой на уровне его… спины.
– Маров? Ты чего здесь расхаживаешь? Лекция в самом разгаре. Меня снова из-за тебя выдернули с совещания.
Я испуганно выглянула из-за Марка и тут же поежилась. Напротив парня застыл невысокий лысеющий мужчина, в дорогом костюме. Марк возвышался над ним на две головы, но мужчину это ни грамма не смущало, наоборот, недовольство от того, что замечание не возымело должного эффекта на Марова, и, парень тут же не бросился в кабинет, на своё место за смежной партой, только сильнее выводили из себя нашего ректора.
– Что вы здесь устроили? Забыли где находитесь? Так я напомню, это не притон и я не позволю в своём учебном заведении устраивать разборки! – Сквозь нахмуренные брови, Анатолий Георгиевич, выразительно осмотрел мою, обтянутую юбкой, попу и проскрипел сквозь зубы:
– В мой кабинет, Маров!
Марк нехотя опустил меня на пол и касаясь кончиками пальцев зафиксировал мое лицо перед собой.
– Не смей. Без меня. Уходить. – каждое его слово подавляло меня, вынуждало уступить его силе и согласиться.
Я облизнула пересохшие губы и не разрушая зрительный контакт, прошептала:
– Иди. У тебя будут проблемы.
Я не дала согласие, перевела тему.
Идиотка.
Уже поднимаясь на свой этаж, я поняла, что не хочу туда идти.
Щеки горели, рубашка неприятно липла у телу, а внутри засело пульсирующее чувство тревоги, которое засело в желудке, сводя внутренности в узел.
Спустила в столовую, проигнорировала наш столик у широкого окна, за которым мы обычно сидели большой компанией Марка и пошла в дальний, неприметный угол.
Горячая кружка кофе обжигала ледяные руки. Большие глотки не согревали, продрогшие мышцы. Тело была мелкая дрожь и виной всему вовсе не низкая температура в аудиториях. Нет. Я сама! Моя беспомощность. Боже, на что я объекта Кира.
В отчаянии прикрыла лицо руками, скрываясь от внешнего мира за плотно сжатыми ладонями.
Я впервые не знала как мне поступить. Я знакома с Марком много лет и то, кем он стал в итоге, меня не на шутку пугало. Бесчеловечные поступки. Безнаказанность. Уверенность, что все должны ему подчиняться. И никакой верности. Гремучая смесь для того, кто был для меня подобен воздуху.
Черт, мой мозг отказывался понимать мотивы его поступков, ведь ничто не могло их оправдать, кроме самого Марка.
Чем больше я тяну, тем больше недосказанности. Я не вправе морочить ему голову, подвергая риску окружающих меня людей. Мне нужно с ним поговорить, высказать, что наши отношения больше невозможны и ничто более, этого не изменит.
Но черт, я боялась. Боялась того, что могу поверить ему.
Снова.
Поддаться искушению вновь надеть розовые очки и прибывать в удобном мире, где обо мне заботятся и ненавязчиво оберегают.
Тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Это не забота, это тотальный контроль и я чуть не угодила в его золотую клетку.
Прошло много времени. Столовая начала заполняться криками студентов, снующих туда-сюда.
Марка нигде не видно, возможно он ещё у ректора.
Напротив меня села Амина.
За последние два года, мы сильно подружились, что решили даже поступать в один вуз. Её общество для меня ближе, чем сестры. Возможно это объясняется тем, что Рита отдалилась от меня, а мне нужен был друг, с которым я могла бы говорить часами напролёт. И я нашла его в лице Амины.
Девушка легко сбросила с плеча ремешок сумки и перекинула её на свободный стул. Сама же перегнулась через стол, спросила:
– Что это было? Ты меня не на шутку напугала, подруга. Ты же обещала, что между вами с этим парнем ничего нет.
– Так и есть. – потянулась за кружкой, но её перехватила Амина.
– Нет! Девушкам, которые не заинтересовали, цветы не дарят. А он ещё и знает твои предпочтения.
– Просто совпадение. Ты ищешь подвох там, где его нет!
– Ох Алинка, зря ты Марка за усы дергаешь. Не тот он человек, который позволит делать из себя идиота. Ты о будущем подумала? Ты как здесь учиться собралась, с таким бывшем? – Амина грозно впилась острыми зубами в булку и продолжила говорить с полным ртом. – Не будь дурой. Возвращайся к нему. Устрой романтик, прикупи белья, и встреть его во всеоружии. Поверь, тебе вся группа спасибо скажет. Пустые яйца Марка сохранят нам тысячу нервных клеток.
13 глава
Я устало потерла лицо. Об измене, я Амине не рассказывала. Не знаю, изменила бы эта информация её мнение относительно парня, зная она правду? Возможно.
Однажды, Амина несколько часов убеждала меня, что в моей плохой оценке, виноват сам препод, а не я, которая не выучила предмет. Поэтому я не сомневалась в лучшей подруге и знала, чуть что, женская солидарность не позволила бы ей говорить подобные слова.
Мы ещё немного поговорили. Темой был только Марк, поэтому я была в роли слушателя. Я и не против. Мыслями все равно была далеко отсюда. Делится с подругой своими переживаниями не хотелось. Нужно проработать все в себе самостоятельно, и позже, рассказать об этом, как о чем-то незначительном. Это позволило бы мне сохранить лицо и не чувствовать себя ущербной. Той, которую променяли на более доступную.
К концу третьей пары, в аудиторию зашел студент и передал, что ректор также хочет видеть меня в своём кабинете.
Вещи с собой брать не стала, только заблокировала телефон и убрала в пенал.
Анатолий Георгиевич не стал меня отчитываться за произошедшее, но впредь, велел не разжигать конфликты среди парней. Да-да, так и сказал. Словно это я была инициатором драки и собственно, яблоком раздора.
Перед уходом, напутственно предостерег на счет Марка, велев держаться от него по-дальше.
Спасибо Анатолий Георгиевич, но это я и сама знаю.
В аудиторию я зашла уже после звонка, и, застала Амину копошащуюся в моих вещах. Точнее, она складывала мои вещи в сумку.
Я не придала этому значения, ведь после окончания пары, нам следовало покинуть кабинет, иначе бы его закрыли и пришлось бы искать преподавателя по всему универу, чтобы забрать свои вещи.
Спускаясь по лестнице под веселую историю подруги, в широком окне, на парковке, я заметила знакомую фигуру.
Марк стоял, прислонившись к своей машине и нетерпеливо поигрывал ключами. Парни, окружившие его, пытались с ним заговорить, но он будто их не слышал. Его острый взгляд был направлен на центральный вход и внимательно кого-то высматривал.
– Извини, Амин. Забыла отдать тетрадь с лекциями Семёновой. Она давно их у меня просила. Увидимся завтра.
Чмокнула подругу в щеку и легонько приобняла.
Снова я брела к запасному выходу, но он оказался закрыт.
Я вылезла через окно на первом этаже, а вот с железной изгородью, дела обстояли сложнее. Забор три метра высотой, а единственные ворота там, где поджидал меня Марк. Поэтому, сцепив зубы, я с трудом забралась наверх и со звуком мешка от картошки, рухнула вниз. Без потерь не обошлось.
Я критично осмотрела порванную юбку. Вертикальная полоса устремилась от подола и приоткрывала ужасный вид на край нижнего белья.
Что за день? И мне в таком виде ещё в автобусе ехать.
Неуклюже оттянула юбку вниз, но это все равно не помогло. Может вызвать такси? Так я буду чувствовать себя увереннее, чем прижатой к толпе незнакомых людей, где сидящие пассажиры будут обращены лицом к кхм… к моей провокационной юбке.
Достала телефон. На главном экране, игнорируя пароль, высветилось сообщение.
*Кир*
«Сегодня не получится увидеться, прими от меня извинения. Надеюсь, тебе понравился букет.»
Я воровато оглянулась по сторонам и прикрыла экран телефона рукой. Кажется я начала опасаться Марка уже на расстоянии.
Хотелось выругаться, грязно. И только сцепленные зубы до боли в скулах, остановили поток эмоций.
« Замечательные цветы, я приму их в качестве твоей благодарности, рада была с тобой познакомиться. Прощай!»
Палец застыл над словом отправить. Может я грубо выразилась. Кирилл ничего плохого не сделал, хотел как лучше. Он же не виноват, что у Марка пелена перед глазами и он перешёл в стадию Халк-крушить.
Сердце дрогнуло и я удалила последнее слово, оставив так. Думаю из сообщения ясно, что я хочу прекратить наши встречи и общение.
Параллельно набрала номер такси. Женский механический голос сообщил, что через пару минут подъедет зелёная Хонда.
После того, как бизнес отца разорился, деньги у нас под строгим контролем. Конечно на последнюю буханку мы не наскребаем, но и такси для нас стало дорогим удовольствием, учитывая, что наш дом находится в элитном поселке, за городом.
Посчитала карманные деньги, выделенные мне мамой. Не густо. Но на озвученную цену хватит.
Прикинула сколько времени уйдет на дорогу. Родителей ещё не будет дома. Отец пропадает на работе, старается закрыть долги и отбить фирму у конкурентов. Многие твердят, в том числе и мама, что пора продать свою корпорацию или расформировать её. Но тогда тысячи людей потеряют работу. Люди, в кредитах, со своими трудностями и мечтами и, оставлять их без работы – кощунство! С другой стороны, если продать фирму, то каждый из них останется на своём месте, но зная моего отца и с каким рвением он трудился на благо и процветание, я понимаю, любой другой, просто развалит семейное дело.
Уже сидя в такси, я ломала руки и приложила голову к прохладному стеклу. Я боялась, что приеду немного раньше, чем моя мама успеет уйти с подругами в ресторан.
Это их каждодневный ритуал. Каждый день, мама должна красоваться в дорогих нарядах перед своими подругами и заказывать изысканные блюда, только так они убедятся, что наша семья все ещё на плаву. Для этого, основное распределение финансов на месяц, она делит преимущественно в свою пользу.
Маме сложно смириться, что как раньше, уже не будет и та пыль в глаза, которую она пускает, развеется как облако.
Моя же головная боль, заключалась в том, что её прекрасные очи, лицезрят мое появление на такси. Это непозволительная роскошь, на которую мы не имеем право тратиться, сказала бы она.
«У тебя есть парень, девочка моя. Все твои проблемы должен решать он! Не может тебя отвезти домой? Пусть нанимает тебе бизнес-класс. Хочет провести вечер с друзьями? Пусть увлекает тебя другими делами, например походом по магазинам, естественно, с его картой.
Исключения есть только у Риты. Но ей позволительно. Поздно ночью, из клуба, автобусы не ходят. Но мама уже злится, что сестре не удаётся завести выгодные отношения.
Вышла из такси, с карты автоматически списались деньги. Ворота открыты настежь, что меня немного удивило.
У нас гости.
Что-то едва уловимое, привлекло мое внимание на втором этаже. Штора в моей комнате едва заметно колыхалась. Но окно оказалось закрытым.
Не припомню, чтобы закрывала его.
Входная дверь не поддалась. Закрыта на ключ, но я уверена, что дома кто-то есть. Зачем тогда запираться.
Полная тишина. Матери дома нет. Но это не радует. Обычно гости приезжают именно к ней, нам она не разрешает приводить подруг, если только это не…
Не знаю почему, дыхание сперло. Не сразу поняла, что шла на носочках, стараясь не издавать лишних звуков.
Мой этаж.
Комната Риты плотно закрыта, а вот моя нет. Тонкий луч света прорезался наружу, сквозь приоткрытую дверь.
Как мне это не нравится. В коридоре стояла напольная, узкая ваза, с искусственными декоративными цветами. Взяла её в руки. Думаю, мне в комнате она пригодится больше, что бы я там не увидела.
Схватилась за основание обеими руками. Со стороны можно было решить, что я собралась играть в бейсбол вазой. Но мне уже было плевать.
Ногой плавно распахнула дверь, которая с противным скрипом распахнулась, являя передо мной Риту.
Ух. Как камень с плеч.
– Какого черта ты тут забыла? В моем гардеробе не осталось вещей, которые могли тебе пригодится, хватит уже сюда шастать! – хотела сказать грубо, но пережитые эмоции придали моему голосу сиплость и нервную дрожь.
– Она права. Проваливай отсюда. – от грубости его голоса немеет все тело и колени пружинят, не выдерживая возложенный на них вес. К счастью, я не упала, но была близка к этому.
Только сейчас, я замечаю Марка, собственной персоной. От него незримо корёжится воздух, словно от пламени. И он зол как сам дьявол.
За последнюю неделю, я вижу его в таком состоянии чаще, чем за все наше общение. И меня это раздирает на куски.
Ещё недавно, Рита, стоящая в кроп топе надетом задом наперёд, лукаво улыбалась, но теперь она неверующе переводила взгляд с него на меня и снова на него.
– Ты оглохла? Съебалась.
– Не нужно с ней так разговаривать. – посчитала нужным заступиться за сестру.
Мой милый и нежный бывший парень, оказался, о чудо, нетерпелив и просто подхватил Риту за предплечье и швырнул в открытую дверь, отчего та летела до тех пор, пока на её пути резко не возникла стена коридора. После чего, он захлопнул дверь с такой силой, что где-то что-то посыпалось.
Не думала, что скажу это, но очень захотелось так же. Вылететь в открытую дверь и оказаться как можно дальше от взбешенного парня. Даже руки зачесались огреть Марка вазой и надеяться, что это даст мне фору во времени.
Медленно, словно в немом кино, он повернулся ко мне лицом. Его взгляд оценивающе прошелся по моему телу, особое внимание, он уделил юбке и тонкой резинке нижнего белья.
Заметил все же, даже моя поза, в пол оборота, не смогла это скрыть от его прозорливых глаз.
Его шаг навстречу– я отступила.
О ваза, помоги!
Мы обошли комнату по кругу, осталось ещё немного и я снова окажусь рядом с дверью. Совсем чуть-чуть. Марк, проследив за моим взглядом, перехватил меня, раньше, чем я добралась до выхода.
Не успев среагировать, он перехватил меня твёрдой рукой поперёк моего живота и с размаху опрокинул на помятую кровать.
Я хотела закричать, но он заткнул мне рот ладонью. Не думая, я вонзила в неё зубы, но он продолжал удерживать. Силы были на исходе. Он сел на мои бедра и пригрозил одной рукой сразу обе мои кисти.
После того, как я перестала вздрагивать и пытаться его скинуть, он наконец убрал руку с лица.
Чернота его глаз разлилась по радужке.
Смяв мое лицо за щеки, указательным и большим пальцем, от него сквозило огромное пренебрежение.
Что в его голове, мне было даже страшно представить. К счастью, я не читаю мысли.
– Нагулялась, малинка. – оскалился парень.
Так он называл меня ещё до отношений, никому не позволяя называть меня также.
Я не сводила с него глаз, но и отвечать не спешила и вовсе не потому, что он жестко, причиняя боль, фиксировал мою челюсть, а потому, что боялась его таким. Каждое мое слово, может вывести сильнее его из себя.
– Нищего ты себе ушлепка выбрала или похуй было с кем ебаться, лишь бы мне на зло?
Я хотела отвернуться, но он не позволил, вернув мое лицо в прежнее состояние.
– Молчишь? Забавно. Блять, я тебя так берег, а ты с первый встречном успела поебаться в тачке. Но шлюхе же похуй где, не так ли?
– Это твои больные фантазии. – говорить утиными губами было сложно, но больше выслушивать ерунду я не могла.
– Да что ты? Твоя юбка говорит громче слов. Как ты там говорила? Деньги не главное. – он горько усмехнулся. – Не думал, что эти слова обретут иной смысл.
Рывком он поднял меня на уровне его глаз, теперь ещё придерживая меня за волосы.
– Блять, я даже сейчас тебя хочу. Хоть ты и шлюха. Раз ему дала, то и я тебя выебу. Но перед этим…
Он поднялся с меня, но не успела я обрадоваться, как он потянул меня за собой, в сторону ванной.
Включив горячую воду, он ополоснул руку и полез мне между ног.
Легкие сжимаются. Мне трудно дышать. Я неумело отбивалась от его руки, чем делала только хуже себе.
Он порвал мою юбку по разрезу и нацелил свою ладонь мне между бёдер.
– Стой. Убери от меня руки. Марк, я приехала на такси, это частники возможно, поэтому нет опознавательных знаков. А юбку я порвала ещё в универе, не хотела ехать в таком состоянии домой.
Боже, как мне было стыдно оправдывать свои действия. Я будто выстрелила себе в голову, намертво сшибая свою гордость.
Почему? Почему я должна оправдываться перед бывшем парнем. Почему он не посчитал нужным оправдаться за свои дела с той девушкой. Для него это естественно, а я не имела право даже на общение с противоположным полом.
Думала ли я, что Марк зайдет так далеко, как говорил? Раньше бы я ответила твёрдое: «нет», но после того, что произошло в спальне, я начала сомневаться.
– Думаешь я поверю в эту херь?
– Я вызвала такси через оператора, у меня есть звонок и снятие средств после поездки. Я могу показать.
Достала телефон и на секунду взмолилась. Лишь бы Кирилл не решил ответить. Как я докатилась до такой жизни. Все мое благополучно, сейчас на кончиках пальцев незнакомого парня. А не в моих!
Марка бесили мои копошения и он вырвал телефон из моих рук, безошибочно набирая витиеватый графический ключ, который он не должен был знать. Как?
Он хмурился, Что-то щелкал, перелистывал. Если Кир не ответил, то в моем телефоне нет ничего, что подтвердило бы глупые мысли Марка. Переписку с Киром я удалила ещё в такси.
– Это ничего не доказывает. Я хочу проверить.
– Что ещё ты собрался проверять, найдешь таксиста и спросишь с него?
– Нет, проверю, не кончил ли он в тебя.
14 глава
Я покраснела. Жар прилил к щекам, а по спине, наоборот, ощутились ледяные капли, заставляя рубашку неприятно липнуть к телу, отчего захотелось сменить её на другую, свежую.
– Что он сделал? – я прочистила горло, но голос все равно получился надорванным. Теоретически, я знала, что такое кончить, но разве это было возможно в моей ситуации? Я никогда прежде не была с мужчиной в такой близости, чтобы в полной мере осознавать каково это, заниматься любовью и достигнуть самого финала.
В моем представлении, чтобы такое произошло нужно как минимум, хорошо знать человека, доверять ему, чувствовать симпатию.
А не так. В такси, в перерыве между учебой и домом, с первым встречным.
Марк прищурился, но отвечать на мой вопрос не захотел, вместо этого, подхватил под бедра и усадил на раковину, которая все еще была влажной после его манипуляций с водой. Оперся на её бортики, в опасной близости от моих ног и внимательным взглядом впился в мое лицо.
Я вцепились в его плечи. Не столько, чтобы удержать равновесие, сколько оттолкнуть. Но вызвала противоположную реакцию. Марк коленом раздвинул мне ноги и протиснулся между ними, сокращая расстояние до минимума. Руками закинул мои голени себе за спину, вплотную вколачивая меня в себя и вызывая мой громкий крик, от неожиданности его действий.
– Я скучал по тебе. – перекинул густую прядь волос мне за спину и провёл носом вдоль чувствительного места под ушком. Нетерпеливо потерся своей ширинкой о чувствительное место, но пока ещё сдерживался. Я это поняла по побелевшим костяшкам пальцев, которыми он впился в края раковины. Но борьба была не долгой и вскоре его руки потянулись к моим бедрам, щекоча подушечками нежную кожу. Его пальцы содрали мою юбку, которая являла собой последнюю преграду между нами.
Меня трясло от неправильности происходящего, от его грубых действий, настырных рук и порочного взгляда победителя.
Следующим движением, он протянул меня за шею и приник к моим губам жестким поцелуем, переходя все установленные мной границы. Создавалось ощущение, что он и вовсе на них наплевал. Его язык исследовал мой рот, наказывая за плотно стиснутые зубы, болезненными укусами губ. Скользя по шее дикими, жадными поцелуями, оставлял после себя тупую боль, которая цепочкой, вслед за поцелуями следовала вниз.
Я съёжилась, перекрестила руки и плотно обхватила свою грудь, лишая его доступа к моему телу.
Отвали! – уворачиваясь от очередного поцелуя проговорила сквозь зубы. Размыкать челюсть было опасно, ведь Марк воспользуется шансом и засунет в меня свой…
Его поцелуи казались подобно обжигающему яду, который распространялся по телу, отравляя своими парами разум и заставляя мучиться в агонии, состоящим из призрения к нам обоим. К себе, за то что дала слабину и сижу напротив него совершенно раскрытая, отделяемая от его члена тонкой полоской моего белья и его брюк. А к нему, за поцелуи, которые теперь были противны мне.
Я не могла объяснить почему. Я никогда не видела Марка ни с кем из девушек целующимся. Даже когда он был в отношениях с другими, они могли лишь вскользь пройтись по его скуле, но в губы, он не целовал ни одну. Не знаю, что за этим стояло. Ему ничего не стоило, нагнуть заигрывающую с ним девушку, заломить ей руки и хорошенько пощупать за мягкие места.
Но поцелуи, для него были под запретом.
Думаю, главным катализатором наших отношений было как раз-таки то, что Марк меня поцеловал. Не так как сейчас. Тот поцелуй был мягок. Если мягкость можно ассоциировать с этим парнем.
Тогда я думала, что сойду с ума. Если бы не его руки, я бы точно упала или повисла у его ног растекающийся лужицей. За те годы дружбы, он смог плотно меня привязать к себе приучить к своему присутствию рядом. Целиком и полностью завладел моим сердцем, становясь для меня поистине родным и нужным человеком.
Но сейчас все иначе. Даже зная, что он прежде не целовал других девушек, стало мерзко. Залило, что он после моего отказа, позволил себе меня касаться.
– Блять, какая ты сухая. – его ладонь скользнула по обнажённому животу и спустилась ниже. Это короткое прикосновение вызвало во мне взрыв неконтролируемой экспрессии.
Я била его кулачками по груди, торсу. Целилась в лицо, но он неожиданно больно перехватил мои руки и завел их за спину, словно я была для него гимнасткой и перекинуть сцепление руки через голову, для меня привычное дело.
Я кричала, вырывалась, пыталась ударить головой. Все бесполезно. На краю сознания мелькнула мысль ударить ногой туда, каким местом он думал все это время, когда изменял мне и предавал снова и снова, в то время как я готова была разделить с ним свои ночи и подарить всю себя без остатка.
Его прервал стук в дверь и по моей комнате раздалось цоканье каблуков.
– Ни звука. – шепнул Марк, касаясь губами моего ушка, прикусывая его.
С человеком, который зашел в мою комнату, нас разделяла тонкая перегородка и при желании, можно было заглянуть за косяк и увидеть нас здесь, сидящими в такой провокационной позе.
Если бы я была в универе, или на вписке, то я бы ни за что не привлекла к нам внимание. Не дала бы почву для обсуждения в чёрных пабликах, моей личной жизни и степени развязности. Не пикнула бы, если хоть кто-то мог стать свидетелем нечто сокровенного, даже интимного для меня, но я дома. В моей комнате, может находится только Рита, и если она вернулась, значит для этого есть повод, а для меня шанс – избавится от общества Марка и выпроводить его к черту из моей комнаты, навсегда.
Внимательно вглядываясь в карие глаза Марка, я без зазрения совести оповестила о своём местонахождении сестру.
Взгляд Марка мгновенно обжег и прошелся по мне испепеляющим катком. Но я не жалела. Между нами все кончено. И скрываться нам больше не имело смысла.
– Забыла ключи дома и сменную одежду. Мы с девчонками, решили съездить на Бали на пару дней и мне нужен купальник. Возьму твой, ты все равно дома сидишь целыми днями. – это был не вопрос. Мама, а этом была именно она, ставила меня перед фактом и спокойно разбирала мои вещи, на пригодные для отпуска и нет.
Почему именно мои? Ей хотелось одеваться молодёжно. Комплименты по типу: « Ой, извините, перепутал вас со студенткой» невероятно льстили моей матери. Даже несмотря на то, что повернувшись лицом, морщины выдавали её естественный возраст, который не могли скрыть многочисленные операции и филлеры. Но её и это не останавливало, поэтому она не гнушалась пользоваться моими вещами для такого рода ошибок.
Гардероб Риты крайне не подходил для маминых махинаций. Хотя бы потому, что его ей подбирала сама мама и с учётом : чем откровеннее, тем лучше. Рита, в её понимании подавала надежды, ей светила карьера модели или дизайнера. А я слишком обычная, без выдающихся внешних данных. Пустышка, без изюминки.
– Не могу найти твой кулон. Тебе его Марк подарил, золотой с красивым камнем, изумрудом. – из под опущенных ресниц, я глянула на Марка. Крылья его носа с шумом вдыхают воздух, губы поджаты, а взгляд… словно я за каждый потерянный карат, должна отработать. Эх, знал бы ты, что этот кулон, в тот же день забрала себе Рита и он давно уже обрёл новый дом в её шкатулке. – Алина? Я опаздываю! Куда ты его дела?
Она недовольно сделала ещё круг по моей комнате. Уверена, она уже переворачивает все вверх дном и после этого, быстрым шагом направилась туда, где по её мнению слышался мой голос.
Сейчас она ему устроит. Водить парней домой строго запрещено. А уж заниматься с ними любовью тем более.
Мысленно, я злорадно потирала ручки и ждала, пока мама влетит в ванную и под её праведным гневом, парень слетит с лестницы и навсегда лишится входа в наш дом.
Оцепенение. Первое что пришло мне в голову, увидев, замершую в дверном косяке, маму. Злое выражение лица плавно перетекло в… нет, не в бешенство, как мне бы того хотелось, а в доброжелательную маску. Искусственная улыбка приклеилась к её губам, а напряженный взгляд выдавал ликование, которое ей не удалось вовремя скрыть.
– Марк, ты приехал к Алинке. Вижу применение идет полным ходом. Я забежала на пару минут, но уже ухожу.
– Мама! – окликнула ее. – Стой, я хотела с тобой поговорить.
Завозилась в руках парня, который кажется понял, что мать вовсе не против его развлечений за мой счет, но все же неохотно разжал руки, выпуская меня из своего плена.
Я отлетела от парня и поплелась за мамой в сторону двери.
– Можешь меня не провожать, я знаю выход. А поговорить мы всегда успеем. – она приободряющее похлопала меня по плечу и снова попыталась уйти. Тяжёлый взгляд парня, ей было сложно выносить, особенно после всего того, что она успела наговорить перед тем, как обнаружила нас. Поэтому её бегство было очевидным, но бросать родную дочь с тем, кто её предал, было выше моего понимания.
Дверь захлопнулась, и я просто физически ощущала пронизывающий взгляд, вызывающий покалывание в мышцах.
Нехотя развернулась и произнесла:
– Нам нужно поговорить.
– Говори. – он лениво откинулся в моем компьютерном кресле, поигрывая сигаретой между пальцами и словно хищник, наблюдал за моими трепыханиями.
Легко сказать « говори», учитывая, что и так было много чего сказано и все, по большому счету, прошло мимо его ушей и понимания. Все твердили о том, что для себя он все решил и что бы я не сказала, он вывернет наизнанку и примет за согласие быть его. Как делал уже множество раз.
Не находя нужных слов, я опустила голову и дотронулась до серебряной полоски, на своём запястье. Это был подарок, самый первый и невероятно дорогой для меня. Я хранила его как знак нашей дружбы. Пять лет назад, когда мы только начали общаться более тесно. Я была для него очередной из множества лиц, которыми он был окружён всю жизнь. Вряд ли я могла тогда его зацепить. Просто подруга. Так я думала, хотя уже сейчас понимаю, что не была и ею для него.
Тогда он не обращал на меня внимания, не смотрел в мою сторону, не забирал с учёбы, для него я не существовала. И это несмотря на то, что наши семьи дружили много лет, находя опору в вопросах бизнеса друг у друга.
У меня не было отношений, как у множества моих сверстниц, не было внимания противоположного пола. Если находился тот, кому я могла понравится, то на следующий день, я уже была в чёрном списке или просто игнорируемая при наших личных встречах.
В какой-то момент, я даже смирилась с тем, что являюсь квазимодо для парней и никто никогда не захочет встречаться со мной. Пока однажды, я не уехала к дальним родственникам в деревню и там познакомилась с забавным парнем.
Это были мои первые эмоции от бесконечно долгих ночей, которые в его присутствии пролетали как одно мгновение. Наши длительные разговоры, обо всем подряд. Его пальцы, заправляющие мои волосы за ухо и робкие касания, со страхом быть отвергнутым и не понятым.
