Текст книги "Влюбиться в босса за 13 секунд (СИ)"

Автор книги: Эллин Ти

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 15. Арина

Кажется, я совершенно точно сошла с ума, раз позволяю себе целоваться с незнакомцем в баре, сняв какую-то вип-комнату на ночь.

Кажется, мне обязательно нужно будет сходить к психиатру, чтобы проверить, в своем ли я уме, или точно им давно уже тронулась, раз я первая попросила меня поцеловать и как остервенелая на эти поцелуи отвечала.

Кажется… Хотя, нет. Не кажется. Я абсолютно точно пожалею об этом. Об этих поцелуях, просьбах, руках. Крепких, сильных, таких теплых руках, от касания которых на коже остаются толпы мурашек. Я тысячу процентов пожалею об этом, но совершенно точно мне на это плевать.

Выносить себе мозг, плакать в подушку и орать на зеркало я планирую завтра, а сегодня я так хочу запомнить каждую клеточку этого мужчины, что мне плевать на все, главное, чтобы у него был презерватив. В целом, это и правда единственное, что меня волнует.

Я уже пала ниже плинтуса, или пока еще нет?

Не понимаю, где та самая грань, после которой слова моей мамы о “позоре семьи” резко станут правдой?

Хотя…

Сейчас мне плевать. Все еще.

Наш танец зажег во мне искры, которых я не ощущала долгих несколько лет. Меня никогда так не тянуло к мужчинам, клянусь, как к этому. Я сразу рассказала ему, что надела браслет “на одну ночь” по ошибке, а в конечном итоге уже через час я просила его поцеловать меня, потому что от его “Хочу тебя” мне окончательно сорвало крышу.

Я выпила всего-ничего, но я пьяна в щепки. От вкуса губ этого мужчины, от запаха его парфюма, от сильных рук и очень проворных пальцев.

Он проникает ими под ткань платья, я не собираюсь его останавливать. Касается кружева белья, съедает стон, сорвавшийся с моих губ своими, ухмыляется и касается еще наглее.

Убивает. Не дает прийти в себя ни на секунду.

Я, кажется, таких никогда не встречала. Мне плохо от одной мысли, что нам придется расстаться – так сильно я в данную секунду нуждаюсь в нем.

– Что ты медлишь? – стоны не прекращаются. Спрашиваю, когда уже чувствую дрожь в коленях. Его губы на моей шее, одна рука под платьем касается меня через трусики, другая – сжимает грудь поверх платья. На мне такое тонкое кружево, что оно почти не ощущается преградой.

– Мне нравится тебя мучить, – слышу усмешку в его голосе, и… и слышу голос. Он впервые говорит не шепотом, а еще на эту секунду как раз затихает музыка и я на пару секунд зависаю, пытаясь понять: на кого похож этот голос?

Мне совершенно точно кажется, что я его где-то слышала, но его пальцы отодвигают ткань моих трусиков и мне снова становится совершенно плевать. Ну, слышала и слышала… Какая к чертям разница!

Голова кругом, я ничего не вижу, кроме ярких вспышек перед глазами от сумасшедших эмоций. Не слышу ничего, кроме своих же стонов, тяжелого дыхания мужчины и наших очень громко стучащих сердец. Я могла бы, как в красивых романах, сказать, что они стучат в унисон, но… Это все на одну ночь. Мы даже не знаем имен друг друга. О каком одновременном сердцебиении может идти речь?

– У тебя есть защита?

– Конечно, – отвечает он, и я расслабляюсь окончательно, отдаваясь его рукам на две двести процентов.

Я на каблуках, но он немного выше. Широкоплечий, вкусно пахнущий, до ужаса сексуальный!

Пульс шкалит под двести, сознание затуманивается, его поцелуй действует как транквилизатор, а то и что-то похлеще.

Я толком не успеваю соображать, где мои руки, а где его. Кто из нас стонет, кто кусается и рычит, кто срывает с меня платье… Он? Или я сама тянусь руками и срываю чертову ткань?

– Какая охренительная, – доносится шепот до уха, теряю связь с реальностью окончательно, зарываюсь пальчиками в волосы мужчины и сама целую, параллельно срывая с его плеч рубашку, которая ему нереально идет.

А под ней… В полумраке видно плохо, но сексуально очерченные мышцы я отлично нащупываю и пальцами. Плечи, грудь, торс и эти чертовы косые мышцы… Провожу по ним ноготками и хватаюсь за пряжку ремня.

Все как в тумане, его брюки опускаются вниз, и… и я.

Присаживаюсь на корточки и обхватываю член ладошкой, пока сам мужчина достает из кармана презерватив.

Он большой, горячий и вкусный, я уже предвкушаю, как буду чувствовать себя с ним внутри.

Покачиваюсь на неустойчивых каблуках и хватаюсь за бедра мужчины, чтобы не упасть. Мышцы под пальцами ощущаются каменными, и… и что-то большое, совсем грубое, как… шрам. Огромный, по всей задней поверхности бедра.

Меня отбрасывает в сегодняшний вечер. В поездку в машине с Ильей Александровичем. Его рассказ о большом шраме и о том, что он совершенно уродливый, потому что его не зашили.

Да ну.. бред какой-то.

Он совершенно другой. Другие часы, другой стиль одежды, другая прическа и запах! Глупое совпадение! Или…

Я вспоминаю, что сегодня сама на себя не похожа и мне становится страшно.

В мою секундную заминку мужчина уже справляется с защитой и поднимает меня за руку. Он предлагает мне развернуться лицом к стене, но… Там шрам. О котором он знает. Почти незаметный, но вдруг? Я не готова рисковать, если этот горячий красавчик все-таки окажется моим начальником.

Я точно сошла с ума, но я не ухожу. Я позволяю ему себя целовать и ласкать, я позволяю ему все и даже чуть больше. Потому что, даже если это и он: он все еще меня чертовски заводит, сексуальное напряжение только растет и я не собираюсь сбегать отсюда из-за каких-то глупых догадок. Я все еще на триста процентов уверена, что пожалею обо всей затее уже завтра, так зачем пытаться улучшить и без того худшее положение? Просто буду жалеть обо всем сразу.

Именно поэтому…

– Иди ко мне.

И я иду. Он обхватывает мое бедро, держит крепко, приподнимает вверх, прижимает меня к стене и прижимается ко мне сам. Горячо так, что обжигает, кровь кипит в венах, сердце не справляется.

Его поцелуи на шее кажутся слишком правильными, а еще чертовски мешают маски. Хочется сбросить, но… Нет.

– Стой! – шепчу громко, чувствуя его член между ног. Он тормозит в замешательстве. – Как тебя зовут?

Он хихикает. Думает, что знакомлюсь.

– Илья. А тебя?

Твою чертову мать…

– А… Алина, – вру ему и стону от плавного, но глубокого толчка внутрь.

И все снова неважно. Абсолютно. Я улетаю куда-то за пределы стратосферы, кажется, где банально, но нет никого больше, кроме нас двоих.

Он нежен, безумно! И при этом резкий, страстный. Такой, как нужно мне.. Словно он спрашивал о моих предпочтениях!

Руки, губы, толчки, стоны. Я царапаю его спину от сумасшедших ощущений, хныкаю в его шею, целую, оставляя следы помады. Мы переплетаем пальцы, я едва стою на ногах, но Илья поднимает меня на руки и вбивается в меня с новой силой, заставляя во весь голос кричать!

Что-то падает, я слышу звонкий звук, но, возможно, это мое самообладание или адекватность разбивается вдребезги от сумасшедших поступков.

Но я все еще стону и целую мужчину в губы, прошу глубже, прошу жестче и не могу контролировать уровень своих ощущений, когда он выполняет все на сто один процент!

– Еще… немного… господибоже…

– Держись, малышка, – шепчет на ухо. И именно этот шепот и поток мурашек от горячего дыхание бросают меня в океан. На самое дно.

Я дрожу как никогда до этого, от сильного оргазма даже слезятся глаза. Хорошо настолько, что даже немного плохо. Спустя пару особенно сильных толчков Илья замирает внутри и упирается носом мне в шею.

Мы молчим и громко дышим. Я думаю о многом, а еще о том, что он точно меня не узнал и это явно сыграло мне в плюс.

– Поехали ко мне? – спрашивает он спустя минут пять молчания.

Он опускает меня на ноги, я с трудом стою. Колени дрожат, каблук слишком высокий. Боже…

Что я натворила?

Я начну неавидеть себя за это не завтра, а уже сегодня.

Полумрак и маска скрывают его эмоции, но я почти кожей ощущаю смятение, когда я молча начинаю одеваться и не отвечаю ему на вопрос.

– Алина? – он хватает за руку и притягивает к себе. Опускаю голову сразу же, хотя и понимаю, что не узнает сквозь маску. Страшно… – Поехали? Я тоже не большой поклонник быстрого секса. Поехали. Я не выпущу тебя из постели до конца выходных. Познакомимся поближе, закажем вкусной еды, будем смотреть на город через панорамные окна на самом верхнем этаже высотки, и…

– И трахаться с таким видом? – горько усмехаюсь.

– Любой каприз, – шепчет в ответ, кусая меня за шею.

Вздрагиваю. Я уже проклинаю этот день.

– Прости, – шепчу снова, тянусь к его губам – зачем?! – и крепко целую. – Но это все было большой ошибкой. Мне надо бежать!

И, пока он не опомнился и не успел одеться, я убегаю из этого чертового бара и на ходу вызываю такси, совершенно не понимая, как буду теперь с ним работать и смотреть ему в глаза после всего, что между нами было.

Глава 16. Илья

“Прости. Но все это было большой ошибкой. Мне надо бежать”, – сказала она сразу после секса, и… и сбежала! Неожиданно, да? Сделала то, о чем говорила.

Упорхнула так быстро, что я даже неу спел опомниться и одеться, чтобы выбежать за ней и уговорить остаться.

Что случилось, черт возьми? Все было хорошо.

Нет!

Все было идеально, пока не произошло что-то, о чем я даже понять не успел.

Все было по обоюдному согласию, я не конченый идиот и знаю, как это важно для девушек. Мы оба этого хотели и во время секса она совершенно точно ни о чем не жалела. Ее поцелуи… она сама была без ума от всего происходящего, я уверен!

Но что в итоге случилось-то?

Ни внешности, ни номера телефона, ничего о ней не знаю вообще. Алина. А мало Алин в городе? Я на сто процентов уверен, что если вдруг увижу ее в толпе в джинсах и кедах – пройду мимо, потому что ни за что не узнаю ее. Невозможно будет понять, что это именно она, ведь вряд ли она по улице ходит в чарующе коротком платье, на шпильках и в маске, полностью скрывающей лицо.

А, ну еще с браслетом неоново-зеленого цвета, который означает, что она не против секса на одну ночь.

Или все-таки против?

Она изначально сказала, что надела его по незнанию, но я повторюсь: она не была против! Она тоже меня хотела! Просила поцеловать!

Но сбежала… Поняла, что это чересчур для нее, или что?

Ни черта не понимаю.

Всю ночь не спал, думал, думал, думал… Мне бы чертовски хотелось не спать этой ночью по другой причине, но, увы, моя причина сбежала не оставив ни единого шанса ее найти.

Все, что оставила – след от помады на губах, головокружение, пару царапин на щеках и… сережку.

Когда она ушла и я не смог найти ее, хотя выбежал сразу, как оделся, я вернулся в вип-комнату хрен знает зачем, но в итоге вернулся не зря: я нашел сережку. Не уверен, что это не оставил кто-то из прошлых посетителей, конечно, но мне обещали, что комнаты тщательно убираются, поэтому вряд ли они пропустили бы ювелирное украшение, которое лежало прямо посреди комнаты.

Очевидно, серьга слетела с моей очаровательной и горячей незнакомки, но она так спешила убежать от меня, что даже не заметила этого.

Я поднял украшение и забрал себе, а администратору оставил свой номер и попросил, если вдруг кто-то вернется за сережкой – пусть он отдаст мой номер.

Да, я хитрил, но почти впервые в жизни я не был готов отпустить эту девушку, несмотря на то, что мы просто переспали в баре и даже не познакомились.

Хотя, вру, имена друг друга мы все-таки узнали.

Но это не отменяет того факта, что незнакомка в изумрудной маске, закрывающей все лицо плотно засела в моих мыслях. Я всю ночь думал только о ней и вообще не мог переключить свои мысли на что-либо другое. Ну…или не хотел.

Раз за разом я возвращался воспоминаниями к ее стонам, изгибам и такому соблазнительному хныканью. Я еще меня поражала ее способность меняться: он той неуверенной девчонки, которая на танцполе рассказывала мне про браслет она стала самой настоящей соблазнительницей. Кошкой, которая мягкими лапками ступала по моему самообладанию и не давала сделать лишний спасительный вдох.

***

Я не выпускаю сережку из рук весь день. В дверь звонит курьер и я кладу ее в карман, забираю завтрак и достаю снова. Словно от того, что украшение находится в моей руке девчонка может появиться прямо тут в любую секунду.

Да уж.

У меня явно поехала крыша.

Впереди выходные – желания отдыхать нет вообще. Я попытался вчера, и во что все это вылилось? В новую проблему, с которой я пока вообще не понимаю, как справляться.

В целом я вообще не влюбляюсь, это не мой стиль жизни. Отношения – это сложно и занимает много времени, которым я не располагаю особо. По большей части.

Но тут меня без шуток повернуло на какой-то девушке, у которой, по сути, я видел только лишь силуэт!

Чувствовал многое, но не видел.

Как это возможно? Мы провели вместе часа три в совокупности начиная от танца и заканчивая сценой, где она убегает и хлопает дверью, а я ни на секунду не могу перестать о ней думать. Как это вообще работает? Когда мы с моей прошлой секретаршей трахались несколько раз в неделю и я узнал про ее работу с моими конкурентами – я чувствовал себя гораздо спокойнее, чем сейчас, когда от меня сбежала девушка, которую я знал пару часов. Да что там. Которую я даже не знал!

Это все выглядит как какой-то абсурд, но совершенно точно я впервые за долгое время просто сижу дома и пялюсь в окно, пытаясь поесть еду из доставки, а не ищу семьсот выдуманных дел, чтобы просто не слушать тишину и не ощущать такое ненавистное мне одиночество.

Она точно во мне что-то сломала. Если бы приехали ко мне, познакомились нормально, еще пару раз потрахались и все еще никогда больше не увиделись – это ощущалось бы иначе! Приятные дни в хорошей компании по обоюдному согласию.

А она сбежала. Улетела так, словно через минуту после оргазма пожалела о том, что наделала.

А я не хочу, чтобы девушка жалела о сексе со мной. Мне автоматически хочется извиниться. Вдруг я надавил?

Господи, какой кошмар. Она точно во мне что-то сломала. Я никогда не опускался в своих рассуждениях до уровня сопливого школьника, принимал все как данность и с легкостью решал поступившие задачи. Да я на своей хладнокровности построил бизнес и вырастил его в большой и стабильный доход, но сейчас вся рациональность испарилась, заставив меня буквально сходить с ума.

Потому что спустя час я сижу за ноутом и по фото серьги ищу, какая ювелирка такие делает и где их можно купить.

В Германии, супер!

Она не была похожа на немку, русский у нее вполне себе четкий, но… Может, недавно туда переехала? Приезжала по работе или к семье, забрела в бар, случайный секс, а дома вообще муж ждет, завтраки ей готовит.

Короче, на хрен все!

Захлопываю ноутбук, убираю украшение на комод и ухожу в зал. Надо выкинуть всю эту чушь из своих мыслей, а на выходных, когда нет работы, с этим помогает мне тренажерка.

Было и было. Надо забыть.

Глава 17. Арина

Я не спала две ночи. Вообще. Иногда отрубалась днем на пару часов, но из-за постоянных ужасных мыслей просыпалась снова и ходила по квартире точно зомби, заламывая пальцы и думая-думая-думая…

Я что натворила вообще? Расслабилась, блин, после работы… Так расслабилась, что вообще теперь не понимаю, как на ту работу вернуться. По-хорошему уволиться бы, пока никто не узнал о том, что произошло, но с другой стороны: начальник не в курсе о том, что в том клубе с ним была я, а меня моя должность и зарплата вполне себе устраивают.

И вот что делать?!

С этим вопросом я живу уже двое суток. Чертово утро понедельника вообще не облегчает моего состояния, напротив, делает его только хуже. Потому что надо собираться на работу, а я не в ресурсе от слова “совсем”. Просто не понимаю, как я могу спокойно смотреть ему в глаза, вспоминая все, что там было…

Надо быть круглой идиоткой, чтобы сказать, что мне не понравилось, а я точно не идиотка. Это было слишком хорошо и это тоже меня убивает, даже сильнее самого факта нашего секса. Потому что повторить у нас уж точно не получится…

Черт. Я что несу вообще? Надо выпить кофе покрепче, бессонные ночи на меня однозначно хреново влияют.

Выливаю на себя половину тюбика тонального крема и еще столько же консилера, чтобы скрыть синяки под глазами. И помаду поярче, чтобы искусанных губ не было видно. Выгляжу, как помойка… Довела, блин, себя. А сегодня куча работы! У Ильи Александровича встречи, придут люди, а тут я в образе побитой жизнью и несчастной секретарши. А причина? У меня был секс. Господи, мне точно пора в психушку сдаваться с поличным, в моей голове явно происходит что-то не то.

Юбку сегодня надеваю подлиннее. Вряд ли, конечно, это поможет мне спрятаться или стать невидимой, но неосознанно теперь хочется прикрыться!.

Самое обидное в этой ситуации то, что расслабление после работы, о котором я так мечтала, принесло мне еще больше моральной тяжести. Лучше вообще никогда не буду расслабляться больше… Работа, работа и еще раз работа. И не думать о том, что произошло!

Выбегаю из дома и почти сразу натыкаюсь взглядом на уже знакомую машину. Костя. Черт… Чего его сюда принесло? Он же не собирается каждое утро приезжать за мной?

Очень хочется проигнорировать и просто пройти мимо, но вовремя вспоминаю, что он такой же начальник, как и Илья Александрович. Хотя… после вечера пятницы уже не совсем “такой же”, конечно.

Я идиотка. Как я собиралась просто забыть о том, что произошло, если все напоминания буквально на каждом шагу?

– Утро доброе, – говорит Костя, выходя из машины. В его руках два стаканчика с кофе и я уже почти готова его простить за настойчивость, при условии, что там раф или латте со сладенькими сиропами. – Раф с карамельным сиропом для прекрасной дамы, – он протягивает мне стаканчик и я тут же прощаю его за всю настойчивость. Так и быть.

– Доброе утро, – стараюсь быть вежливой и улыбнуться в ответ. Но сложность в улыбке заключается не в Косте даже, а в самом факте моего состояния. Я, на самом деле, изнутри трясусь вся точно маленький котенок, который сидит на обочине дороги под проливным дождем. Вот так ощущаю себя. – Спасибо за кофе.

– Что с настроением? – спрашивает сразу. Открывает мне пассажирскую дверь и я без раздумий сажусь в машину. Что уже бегать? Все равно в одну сторону.

– Просто понедельник, – отмахиваюсь. Не буду же я ему рассказывать ничего. – Кто вообще любит понедельники?

– Я, – посмеивается, присаживаясь за руль. – Но только потому, что в понедельник снова могу себе позволить лицезреть такую красоту в лице тебя после ужасно длинных выходных.

– Ой, – хихикаю и отмахиваюсь, – можно подумать у вас мало таких красоток.

– Все еще настаиваю на том, что ты одна неповторимая и я поражен в самое сердце!

– Я, конечно, и вправду такая одна и неповторимая, но все еще настаиваю на том, что вы – мой начальник, а интрижки с начальством для меня табу.

Мне становится так стыдно от этой фразу теперь, что я искренне надеюсь, что он не видит моих алеющих щек и бешено стучащего от вранья сердца.

– Твой начальник – Илюха, бегай от него! А я просто…

– Просто такой же начальник, и вообще вы мне не нравитесь, – выдаю как на духу, прикусывая губу. Мне хохотать хочется от выражения его лица.

– Совсем?!

– Вы классный, но не в роли моего молодого человека, я, кажется, так прямо вам об этом не говорила, но лучше поздно, чем никогда. Искренне надеюсь, что вы не уволите меня после этого, но, честно, настроение и так на дне, так что хуже уже не будет. Я бы предпочла с вами дружить, но дружба с боссом вряд ли реальна, а еще очень вряд ли это интересно вам, так что спасибо за кофе, но можете больше не тратить деньги на напиток и бензин по утрам, ваши поездки сюда не принесут никакого результата.

Ох…

Я это вслух сказала?! Впервые не про себя, а по-настоящему вслух?

Мамочки мои, что я наделала…

Я, конечно, понятия не имела, как работать дальше и все такое, но вообще ведь не повод был самой себя так подставлять! Он же уволит меня за то, что я идиотка такая и все…

Боже. Мой.

Подарите мне кто-нибудь маховик времени, как в “Гарри Поттере”. Я вернусь в вечер пятницы и не натворю больше ни единой ошибочки!

Но…

– Вау, – вздыхает Костя. – Это было круто. Никто еще ни разу мне такого не говорил и я приятно удивлен таким заявлением.

– Шутите? – удивляюсь. Не думала, что мужчине может быть приятен отказ. Это странно, нет?

– Ни секундочки! Ты интересная девушка и я рад, что даже понимая, что можешь лишиться работы, ты сказала мне всю правду. Я, конечно, увольнять тебя не буду, вообще не понимаю, с чего такие мысли у тебя. Но мне категорически нравится предложение дружить! Если ты, конечно, не ради приличия это сказала.

Он снова посмеивается, и почему-то словно один небольшой, но все-таки камень падает с моей души. Мне было напряженно от его излишнего внимания, а тут так просто все решается. Не знаю, насколько и дальше все будет гладко, но мне становится легче даже от простого разговора!

– Ума не приложу, как дружить с директором фирмы, где я простой секретарь, – неловко посмеиваюсь.

– Но-но! Как простой секретарь? Личный помощник начальства, вообще-то.

– Да уж… личный…

– Что?

– Нет-нет. Говорю, буду рада с вами просто общаться.

Ох, господи… Может, все-таки ну ее, эту работу, а?!

В офис мы приезжаем быстро, как и в прошлый раз Костя высаживает меня у главного входа, а сам едет на парковку. И с каждым шагом я все ближе к пропасти. Честное слово, у меня полное ощущение того, что Илья Александрович раскусит меня сразу же, с первого же взгляда! Публично унизит (не знаю, с чего я взяла, что он на такое способен), и выгонит с позором. И что я тогда буду делать? Пойму к маме сдаваться и принимать факт того, что я бездарность и позор семьи? Или искать еще одну должность секретаря?

На автомате здороваюсь со всеми, ноги несут на автопилоте в мою приемную, тогда как все внутренности сопротивляются!

Прихожу и почти не дышу, Ильи Александровича все еще нет, но это вообще не помогает моему спокойствию. Его просто нет уже давно, какое, к чертям, спокойствие?

Два выходных я провела в раздрае и ужасе, представляя, как вообще буду смотреть в глаза начальнику после всего случившегося, а сейчас мне через несколько минут и правда предстоит в них взглянуть. Счастье, что он не знает все то, что знаю я, но легче от этого вообще не становится!

Раскладываю свои вещи по местам, заказываю себе вкусный лимонад, чтобы успокоить нервы хоть немного, заламываю пальцы и хожу из стороны в сторону, когда…

– Доброе утро, – звучит уставшим и хрипловатым голосом. Боже, что этот голос шептал мне на ухо, умереть можно…

– Доброе утро, Илья Александрович! – выпрямляюсь по стойке смирно и стараюсь не смотреть ему прямо в глаза. Ну, я не готова! Пощадите! – Кофе?

– Да, пожалуйста, как обычно, – кивает он. Выглядит хреново, к слову сказать, мне от этого почему-то грустно становится. Вряд ли это как-то связано с вечером пятницы, конечно, но мало ли.

– Как себя чувствуете? Выглядите невыспавшимся.

– Не выспался, – хмыкает он, пожимая плечами, – много думал, думал, и… Неважно. Жду у себя, – кивает он и скрывается за дверью, а я шумно выдыхаю и падаю на стул, пытаясь не умереть от разрыва сумасшедше быстро бьющегося сердца.

Это всегда теперь так будет?!