Текст книги "Развод. История одной мести (СИ)"

Автор книги: Элина Витина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 39

Глава 39

– Я же просила дать мне время, – говорю понуро, но все-таки заставляю себя скромно улыбнуться. Будто все еще злюсь, но мужа продолжаю любить. Всем, мать вашу, сердцем.

Илья таращит на меня глаза и лишь беспомощно открывает рот. Однако капельки подозрения в его глазах все-таки мелькают и я выпаливаю:

– Можешь не делать вид, что встреча случайна, Мила уже во всем призналась.

– Призналась? – он бледнеет, а я едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. До того комично он сейчас выглядит! Впрочем, судя по напряженным канатам нервов – максимум на что я буду способна это злобный хохот гиен.

– Дина сразу поняла, что это я тебе сказала, что мы будем здесь, чтобы ты пришел извиниться, – тараторит подруга и несмотря на то, что она стоит за моей спиной, я готова поклясться, что в этот момент она усиленно подмигивает своему любовнику, чтобы получше донести до него смысл своих слов.

– Ах, да, – неуверенно тянет он и так странно дергает плечом, что я начинаю подозревать у него нервный тик. Да и в целом он выглядит не то чтобы на пять баллов.

Можно, конечно, предположить, что темные круги под глазами это следствие бурной ночи с моей подругой, но лично мне приятнее верить, что проблемы со сном у него начались из-за меня. Бедняга, наверняка, измучился мыслями о том, что наследство может уплыть от него. Ну ничего, пусть понервничает. Говорят, периодические встряски и потрясения даже полезны для здоровья.

Я же изображаю из себя саму нерешительность. Не уверена, что Илья сейчас в состоянии оценить мою актерскую игру, но на всякий случай продолжаю делать вид, что жутко смущена. Нервно переминаюсь с ноги на ногу и незаметно бросаю взгляд на прозрачные дверцы камер хранения. В нужной ячейке лежит белая коробка и несмотря на то, что я не могу позволить себе улыбку, внутри ликую. Илья принес деньги! С точностью выполнил указания шантажиста.

– Мы кофе собирались попить, – говорю тихо и великодушно предлагаю: – Можешь присоединиться.

– Спасибо, – выдавливает из себя Илья и я с каким-то ужасом понимаю, что еще пару недель назад я бы сейчас висела у него на шее. Та наивная дурочка, которой я тогда была, наверняка бы восприняла его состояние как следствие чувства вины. Смотрела бы на угрюмое выражение лица, синяки под глазами и тонкие морщинки на лбу, а сама корила бы себя за то, что настояла на разлуке. Вон как страдает, любит меня безумно! Поэтому и пытался изнасиловать, ага…

Мне остается лишь мысленно закатать глаза и врезать себе смачную пощечину. Тоже мысленно, конечно. Но даже в такие моменты у меня язык не поворачивается винить прежнюю себя. В чем моя оплошность? В излишней наивности? Что плохого в том, чтобы доверять своим близким?

– Я не обижаюсь, не переживай, – говорю Миле, хватая ее за руку. – Понимаю, что ты хотела как лучше.

Не то чтобы мне нужно было успокоить подругу, но таким образом я даю мужу шанс выполнить требование шантажиста. Не только положить деньги в ячейку, но и бросить ключ от дверцы в огромную кадку с искусственной пальмой. Именно там он его и взял пять минут назад, как никак я сама его незаметно туда положила, когда только приехала в торговый центр.

За столиком в кафе мы почти не разговариваем. Мила даже не пытается сделать вид, что действительно хочет нашего примирения и не дает нам ни секунды побыть наедине. Даже за кофе к барной стойке они идут вдвоем с Ильей потому что в одиночку три стаканчика никто не унесет. Но меня это, естественно, не смущает. Прекрасно понимаю, что любовничкам не терпится обсудить нашу ситуацию. Илья наверняка выговаривает Миле за то, что та позволила мне увидеть его, а она оправдывается и заверяет его, что это чистое совпадение.

В принципе, на этом можно закончить игру… Забрать деньги, сказать им, что прекрасно знаю об их похождениях и уйти. Просто исчезнуть.

Но я продолжаю сидеть и даже умудряюсь влить в себя безвкусный кофе. Впрочем, думаю даже божественная амброзия показалась бы мне сейчас обычной водой. Нервы на пределе. И несмотря на то, что пока все идет по плану, вживую все намного волнительнее, чем в моей голове.

Да, я четко выверила каждый свой шаг, попыталась предсказать действия Милы и Ильи тоже. Но вот что я упустила, так это эмоции. И сейчас мне приходится сглатывать их, давясь и задыхаясь, потому что уверена – стоит хоть на секунду задуматься о том, что чувствую в этот момент, меня просто смоет.

– Ох, у меня же встреча! – спохватываюсь, бросив взгляд на часы. – Не хватало еще опоздать!

– Что еще за встреча? – хмурится муж, а Люда поясняет:

– Дина принесла свои арома саше для магазина мужской одежды.

– Для Делюкса и Эгоиста, – хвастаюсь, выпячивая грудь. – Вы знали, что у них один хозяин? Вроде весь этот торговый центр ему принадлежит даже.

– И откуда у тебя такие знакомства? – удивляется Илья вместо того, чтобы искренне порадоваться.

– Сарафанное радио, – отмахиваюсь беззаботно. – Помнишь, я весь убойный отдел и прокуратуру снабдила подарочными наборами? Вот они как-то и узнали про мои саше и захотели заказать их как комплимент к покупке.

– Офигенно нынче прокуроры и менты получают, если в Делюксе одеваются, – хмыкает муж. – Вообще уже ничего не стесняются со своими взятками!

– С чего ты взял, что они там одеваются? Может, просто дружат. Или вообще, рейд там делали, пытаясь уличить тех в контрафакте? – внутри зреет протест и непреодолимое желание броситься на защиту всех прокуроров и полицейских страны. Ну ладно, одного прокурора в частности. – В любом случае, мне пора. Я так поняла, там администратор не целый день находится. Не хочется заставлять ждать человека.

– Да, конечно, – с готовностью кивает Илья.

Судя по всему, ему не терпится уже отделаться от меня и нормально обсудить с Милой дальнейшие действия.

– Мил, ты не помнишь, куда я номерок дела? – снова делаю вид, что активно ищу в сумке ключ. – Господи, какая же я растяпа. Неужели потеряла? А нет, вот он!

– Что за номерок? – он смешно сдвигает брови, глядя на ключ в моей руке. Идентичный тому, которым он и сам воспользовался недавно. Правда, на моем другая цифра. Соседняя с той, что была у него.

– От камеры хранения. Представляешь, я час таскалась с коробкой по всем магазинам пока Милка не предложила мне оставить ее в камере хранения. Сама бы так и не додумалась, дурочка.

То, каким взглядом мой муж награждает любовницу, сложно описать одним словом. Впрочем, как и двумя. Это просто непередаваемая гамма эмоций. Возмущение. Недоумение. Разочарование. И злость. Естественно, злость…

Людка наверняка взяла для него кредит, помогла собрать такую огромную сумму в кратчайшие сроки, но он все равно злится на нее, обвиняя во всех смертных грехах. Не удивлюсь, если и изначально в том, что они попали в такую ситуацию он винит тоже ее. Подлая подруга жены совратила и поставила ни в чем неповинного мужа…

Пользуясь его ступором, я встаю из-за стола и иду к стеллажу с ячейками. Спиной чувствую его взгляд, но вслед за мной он не бросается. Тем не менее, ту самую пальму я специально обхожу стороной. Будь спокоен, дорогой, ключ меня совсем не интересует. Не зря же мы с Юлькой еще в воскресенье сделали дубликат.

Сестра предлагала мне помочь и сегодня, но я не стала подвергать ее такому риску. Куда легче было бы ее попросить забрать деньги из ячейки пока я отвлекала Милу с Ильей в кафе. Но я не могла ее так подставить. Умом понимала, что вряд ли муж пойдет в полицию с вопросом шантажа, но на сто процентов ни в чем не была уверена. Месть нужна мне, а значит и все риски на себя тоже должна взять я.

Присаживаюсь рядом со своей ячейкой, и на всякий случай закрыв обзор спиной, открываю обе дверцы сразу. Мысленно прошу прощения у дедули в метре от себя, который открывает одну из верхних камер и уронив цепочку золотого цвета на пол, спрашиваю у него:

– Это не вы потеряли?

– Что это? – его взгляд скользит по украшению, оценивая стоимость.

– Да вот, на полу нашла, думала, может вы обронили.

По-хорошему, мне бы конечно, встать и подать браслет ему поближе, но я продолжаю сидеть на корточках и дедуле самому приходится наклониться ко мне. Теперь мы точно закрываем обзор и передав цепочку ему в руки, я быстро перекладываю завернутые в газету деньги к арома саше. Пустую коробку оставляю в том же ящике и плотно захлопываю дверцу.

– На золото не похоже, – протягивает дед и кряхтит поднимаясь. – Не мое это.

– Может, хозяин вернется, – пожимаю плечами. – Даже если это дешевая побрякушка, она может быть дорога кому-то как память. Положите на стол.

– Может, и вернется, – философски заявляет мужчина и идет к столику, чтобы сложить свои покупки в цветастую авоську.

Я же распрямляюсь и подхватив свою заметно потяжелевшую коробку, иду к мужу и подруге. Всеми силами стараюсь выглядеть расслабленной, но внутри все звенит от напряжения. Заметили или нет? Подозревают меня в чем-то или продолжают считать наивной дурочкой, которую очень легко водить за нос?

Выглядят хоть и серьезными, но кажется, ни о чем не догадываются. Однако, на всякий случай, я снимаю крышку со своей коробки и сую ее под нос Люде:

– Как тебе? Илья-то в курсе, у него у самого такие в шкафу висят, а ты же не нюхала мужскую линейку.

– Ммм… вкусно, – тянет она носом.

– Здесь два вида, – я приоткрываю один из пакетиков, позволяя ей насладиться ароматом, который она не раз вдыхала, целуя моего мужа. – Только аккуратно, это же на продажу.

Илья лишь мельком взглянул на содержимое коробки с плотно уложенными саше и снова начал гипнотизировать взглядом камеру хранения.

– Ну что, я пошла? Пожелайте мне удачи! Пусть это будет первым, но не последним их заказом!

– Удачи, – натянуто произносит Мила, а Илья даже на это не сподобился. Не сводит взгляд с ячеек и разве что носом не ведет, пытаясь вынюхать следы шантажиста по запаху. В итоге он все-таки не выдерживает и шагает в ту сторону, но увидев сквозь прозрачную дверцу, что коробка все еще там, хмурится и наконец обращает внимание на меня:

– Я с тобой схожу, все равно домой потом вместе.

– Вместе? Ты разве не у Марченко будешь ночевать?

– Мы на один день договаривались, Дин, – напоминает он. – Давай уже заканчивать эту фигню, ладно? Идем, отдадим эти твои шарики в магазин, а потом поедем домой. Как семья, ладос?

– Как семья, – киваю с тревогой и на ватных ногах двигаюсь к эскалатору.

Глава 40

Глава 40

Как я могла так просчитаться? Была уверена, что Илья с радостью спровадит меня на встречу с заказчиком, а сам останется караулить шантажиста. Поэтому и коробку в ячейке специально оставила, чтобы он был уверен, что деньги все еще там.

Но мой муж, судя по всему, уже успел смириться с потерей такой суммы и сейчас всячески пытается сохранить единственное, что у него осталось – меня.

Правда, вместо того, чтобы хоть как-то наладить связь и завести разговор, он преимущественно молчит. Оборачиваюсь в надежде, что он хотя бы на зад мой пялится по старой памяти, пользуясь тем, что на эскалаторе я стою на две ступеньки выше, но замечаю, что его внимание приковано к телефону. Он поспешно что-то набирает, водя пальцами по экрану.

Я даже не пытаюсь свернуть шею, чтобы прочитать что он там пишет. Руку готова дать на отсечение, что мой благоверный строчит инструкции своей любовнице и строго настрого велит не сводить глаз с ячейки.

Бедная Милка. Она и так тряслась, как осиновый лист, а тут вообще в обморок хлопнется от возложенной ответственности. Наверняка, вступая в интимную связь с моим мужем, ее будоражила мысль о том, что нужно будет скрываться. Тайные встречи, секретная переписка… Зная Люду, она представляла себя высококлассной шпионкой с важной миссией. Что ж, будем считать, что ее повысили. Теперь в ее задачи входит не только трахаться с Ильей за моей спиной, но и сидеть в засаде среди искусственных пальм и выслеживать шантажиста.

Вдоволь насладиться этой иронией мне не позволяет щемящее чувство тревоги. Почему муж потащился за мной? Неужели в чем-то подозревает? Но нет… он даже не пытается заглянуть в коробку, хотя обнаружить под слоем саше завернутые в газету деньги было бы легко.

Сумку я специально взяла сегодня небольшую, туда едва телефон и ключи умещаются. А вот на футболку оверсайз и специальный “карман” как у торгашей в девяностые у меня большие надежды. Зря я видимо смеялась, когда Юлька предложила мне “трусы с секретом” купить. Надо было брать!

Хотя, понятия не имею как бы я посреди ТЦ засовывала деньги в нижнее белье. Впрочем и под футболку их будет нелегко спрятать, если он вознамерится ходить за мной по пятам. Как же мне от него избавиться…

– Дед такой странный, – бормочу задумчиво.

– Какой еще дед? – переспрашивает Илья, оглядываясь по сторонам.

– А? – пожимаю плечами. – Да это так, мысли вслух. Просто дед не идёт из головы, странный какой-то.

– Это который возле камеры хранения рядом с тобой ошивался? – настороженно тянет он, подтверждая тем самым мои догадки, что они с Милой не сводили с меня глаз.

– Да, пристал с какой-то цепочкой, якобы я обронила, а сам чуть в мою коробку носом не нырнул, так ему было интересно что у меня там.

– В какую коробку? – глупо блеет.

– Ну в эту, в какую ещё? – трясу перед его носом своей ношей.

– И что он хотел?

– Познакомиться, – хихикаю и вздыхаю: – Да ничего он не хотел, просто странный какой-то. Скучно ему наверное, вот во все ячейки и заглядывает. Может у него склероз и забыл куда свои вещи засунул вообще. Вот и любопытствовал.

– А куда он ещё заглядывал? – хмурится муж.

– Да никуда вроде, – отмахиваюсь. – Забей. Просто странный дед. Нам что, поговорить больше не о чем?

– Да нет, конечно, – изображает беззаботность, но судя по повисшей паузе, общих тем для разговоров у нас действительно не осталось.

До третьего этажа мы добираемся в полнейшей тишине и когда я уже отчаиваюсь найти причину, чтобы попросить Илью подождать меня в холле, он сам выдает:

– Ты же недолго там? Я в туалет пока сгоняю, ладос?

– Ладос, – киваю, мысленно вознося молитву Всевышнему. И пусть я на сто процентов уверена, что он сейчас побежит не в уборную, а снова к камерам хранения, я искренне рада его очередной лжи. Пусть выслеживает деда, дырявит взглядом ячейку и ссорится с Людкой из-за того, что та упустила шантажиста. Лично мне уже наплевать. Пусть хоть отымеет ее под той пальмой. Главное, что я, наконец, могу перепрятать деньги и выдохнуть наконец. Потому что несмотря на всю браваду и легкомысленную улыбку, что я так тщательно изображаю, внутри я трясусь как алкаш со стажем. Вроде бы ни Илья, ни Мила ничего не подозревают, но в то же время я не могу расслабиться и поздравить себя с победой. Далеко еще до нее. Четыре долгих дня. И пережить их будет крайне сложно. Особенно, если учесть, что Илья собрался вернуться домой…

– Добрый день! – здороваюсь с продавцом-консультантом. – У меня назначена встреча с Маргаритой Макаровной.

– Вы по поводу ароматизаторов? – уточняет девушка.

– Да, арома саше ручной работы.

Помнится, мой собственный муж не раз называл их “вонючка для шкафа”, аргументируя это тем, что все автомобилисты так величают ароматизаторы для салона. Так что на девушку я не обижаюсь. Наоборот, улыбаюсь еще сильнее и вкрадчиво прошу:

– Можно воспользоваться вашей примерочной на секундочку? У меня лямка бюстгальтера так перекрутилась неудобно, полдня мучаюсь.

– Конечно, – кивает девушка. – Маргарита Макаровна все равно еще занята. У нее там с поставщиком встреча, но она велела предложить вам кофе или чай.

– В этом нет необходимости, спасибо, я только что из кафе, – киваю и направляюсь к ближайшей примерочной за белоснежной шторкой. Достаю из коробки сверток с деньгами и аккуратно, чтобы не выронить все к чертовой матери из-за трясущихся рук, распихиваю пачки в пояс вокруг талии. Даже в лифчик немного засовываю, благо сегодня я отдала предпочтение спортивному топу. Дернул же меня черт попросить наличку. В следующий раз надо требовать выкуп в биткоинах!

Придирчиво рассматриваю себя в огромное зеркало и подмигнув собственному отражению, выхожу из примерочной. Самое сложное позади. Можно начинать дышать. Или хотя бы перестать дрожать. Да, нужно начать с малого.

Встреча с помощницей Разумовского проходит гладко. Я отдаю ей товар, подписываю несколько бумаг и беру их электронный адрес, чтобы прислать потом чек после того как проведу оплату через налоговый кабинет. Проще простого! Может, еще несколько дней я бы и нервничала, заключая такую крупную сделку, сейчас я просто радуюсь мелочам. Не делаю ничего противозаконного – уже плюс.

Жаль только, что расслабилась я рано. Мало того, что на выходе из магазина я встречаю самого Разумовского, который улыбается мне, словно родной сестре, так еще и Илья в этот момент подходит к нам и нетерпеливо интересуется:

– Дин, ну мы домой едем или как?

Глава 41

Глава 41

– Ты на работе? – голос Разумовского звучит предельно напряженно.

– Да, а что?

– Дело есть, – загадочно выдает и тут же добавляет: – Я подъеду?

– Паспорт только не забудь, – бурчу в трубку и отключаюсь.

Что ему понадобилось, интересно? Решил в десятый раз обсудить сколько мяса для шашлыка брать на выходные? Или снова будет уговаривать подарить Шестакову не часы, как договаривались, а девку в торте… С него станется!

Однако, вместо обсуждения предстоящего юбилея нашего общего товарища, Дима, как выяснилось, больше беспокоится о своей личной жизни.

– Ты, короче, прав был, – заявляет понуро.

– Естественно, – киваю самоуверенно. – Но не мог бы ты уточнить в чем именно? Я знаешь ли, всегда прав, поэтому всего и не упомнить.

– Насчет Линды, – вздыхает он.

– Это та эскортница? – усмехаюсь, вспоминая девушку из ресторана.

– Сам ты эскортница, Рокотов! – Огрызается он.

– Так а в чем я прав тогда? Давай уже, выкладывай. А то мнешься, как барышня на первом свидании.

– Прав был, что имя не настоящее, – роняет он, сверля меня взглядом. – Видимо, чуйка твоя прокурорская сработала.

– Чуйка? – даже не пытаюсь сдержать смех. – Линда, чувак! Она представилась Линдой! Ты хоть одну настоящую Линду в своей жизни встречал? Ладно там Снежаны и Анжелики, но Линда…

– Понял я, понял. Впредь буду только Маш искать, идет? А пока найди мне все-таки эту Линду.

– И как я тебе ее найду? По описанию ее прелестей и родинок на интимных местах? Или ты там ее ДНК на память прихватил?

– По номеру телефона, умник, – угрюмо бросает. – Она меня в чс походу кинула. Сначала просто не отвечала, а сейчас сразу короткие гудки.

– А деньги-то взяла? Может, ты мало дал?

– Иди к черту, Рокотов, – он устало трет виски. – Имя мне раздобудь, а дальше глумись сколько хочешь, договорились?

– Эко тебя зацепило, друг. – тяну удивленно. – Раньше бы ты только порадовался, если бы девушка сама исчезла утром без напоминания о том, что тебя не интересуют серьезные отношения.

– А теперь не радуюсь, – хмыкает он. – И поверь мне, я сам в шоке. Но девушку ты мне все-таки найди.

– Так а чего она заблочила тебя? Не оправдал ожиданий?

Разумовский поднимает со стола пресс-папье из натурального камня и замахивается, прицеливаясь в мою голову.

– Молчу, молчу, – поднимаю руки в примирительном жесте. – Диктуй номер давай.

Смотрю на монитор и снова начинаю ржать. Вот вам и Линда.

– Что ты там говорил по поводу имен? – спрашиваю сквозь смех. – Будешь теперь исключительно Маш искать? Поздравляю, первую ты уже нашел. Левадная Мария Игоревна. Двадцать пять лет. Проживает на Юных Ленинцев… замужем.

– Чего? – тянет он оторопело и буквально на колени ко мне присаживается, чтобы самому взглянуть на монитор.

– Полегче, дружище, – толкаю его в бедро, чтобы хоть немного увеличить расстояние. – Я конечно понимаю, что с Машей Линдовной у тебя не срослось, но я это… занят. Как там у Пушкина, я другому отдана…

– И буду век ему верна, – заканчивает за меня фразу. – Вот же черт. Замужем! Ты как в воду глядел!

– А чего я сразу? – возмущаюсь от такой несправедливости. – Я в ней эскортницу заподозрил, это ты там насчет мужа накаркал.

– Ну да, ну да… давай, добей меня, скажи мне, что я сам виноват.

– Да причем здесь ты? Девушка тебе соврала! Точка. Мало того, что мужу рога наставила, так еще и тебя дураком выставила.

– Может, она разводится?

– И? Все равно должна была тебе сказать. А она мало того, что имя придумала, так еще и мужа скрыла. Кольцо хоть сняла?

– Думаешь, кольцо бы я не заметил?

– Да откуда ж я знаю на что ты там смотрел…

– И что делать-то теперь? Найти и поговорить?

– Чувак, она замужем, – напоминаю по слогам.

– То есть, она изначально не рассчитывала на что-то серьезное, раз чужим именем преставилась, – Дима продолжает размышлять, будто и не слышит меня. – Просто развлекалово на одну ночь?

– Что-то серьезное в нашей стране при наличии живого мужа запрещено на законодательном уровне, – напоминаю угрюмо. – Это тебе не Швеция, семью на троих не создашь.

– Но она… черт, ты не понимаешь. Ты просто не знаешь ее, Мот. Должны быть причины. Может, там папик старый и сам уже вообще ни на что не способен?

– И что? Ты согласен на роль молодого и прыткого любовника? – таращу на него глаза. Вот уж не думал, что мой вполне себе адекватный друг будет пытаться оправдать измену.

– Может, он ее не отпускает? Не дает развод?

– Нет такого понятия, как не дает развод, – вздыхаю устало. – Если один из супругов против, то второй идет к мировому судье и всё. Исключение только беременность и наличие ребенка до года, но и то, только в том случае, если развестись хочет супруг. Женщина спокойно может подать на развод и при таких обстоятельствах.

– Но тогда что? – разводит он руками. – Зачем она соврала?

– Потому что захотела? – предлагаю слабо. – Понятия не имею, Дим. Просто надо смириться, что есть вот такие люди… не особо честные.

– И где честных искать? Где нынче с нормальными знакомиться?

– А хрен его знает, – пожимаю плечами. – Дина вот меня в кафе унюхала, ты же знаешь. У нее сестра есть, кстати. Тоже вроде незамужняя.

– А братья у нее есть? – хмурится он, прикусывая нижнюю губу.

– Да нет вроде, а что?

– А то, что я бы на твоем месте и Дину свою проверил. Ее вчера какой-то мужик настоятельно домой звал. По-хозяйски так, собственнически.

– Что за бред? – закатываю глаза, но видя что друг не шутит, пальцы сами тянутся к клавиатуре.