Текст книги "Няня для рябинки босса (СИ)"

Автор книги: Елена Верная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

Глава 22

Степан

Уезжаю с неспокойным сердцем. Вроде и отвлекли Стешу от мыслей про маму, но все равно как-то тревожно. Еду и понимаю, что, кроме мыслей про дочь, в голове все время образ ее няни. Та словно преследует меня. Я даже головой встряхнул, чтобы избавиться от картинки у меня в голове, но это слабо помогло.

Решил позвонить Владу, узнать, как у девочек дела, и поймал себя на том, что мысленно называл их своими девочками. Даже как-то тепло стало от таких простых слова.

Водитель ответил, что Стеша и Элла дурачатся в игровых автоматах, и даже фотографии прислал, явно сделанные тайком. Элла улыбается и с теплом и азартом смотрит на Стешу. Если бы я не знал, что это всего лишь няня с воспитанницей, то подумал бы, что это мама с дочкой. Просто мама юно выглядит.

А еще я заметил, как Влад посмотрел на Эллу. По-мужски заинтересованно. И мне это тоже не понравилось. В груди горечь разлилась от мысли, что Элле понравится Влад, и злость, когда представил, как Влад шарит взглядом по Элле.

Пытаюсь прийти в себя, но мысли о девушке не дают покоя и на встрече, не позволяя полноценно вникнуть в работу. Наваждение какое-то. Решил позвонить Михалычу и узнать кое-что про свою няню. В рассказе девушки меня кое-что заинтересовало.

– Привет, сильно занят? – я набрал номер подчиненного.

– Слушаю, – без предисловий спросил начальник службы безопасности.

– Нужно разузнать кое-что, – появилось чувство неловкости. Я который раз прошу уже навести справки на Эллу? Третий?

– О ком? Что именно? – сразу включился в работу мужчина.

– Про няню, – я недовольно морщусь.

– Про ту же или новая какая появилась? – даже не видя собеседника, я понимаю, что он, мягко говоря, удивлен.

– Все про ту же самую, – я ерошу волосы пятерней и прикрываю глаза. Может, она мне что в еду подсыпала? Приворожила?

– Что-то конкретно нужно узнать? – не знаю, что думает Михалыч, но вслух он ничего не говорит. И правильно делает.

– Все! – я понимаю, что начинаю напоминать влюбленного школьника, который ищет в сети все, что может найти про объект своей влюбленности. – Где жила? С кем жила? Кто воспитывал? Что стало с родителями? Как училась и где? – я озвучивал вопросы, ответы на которые хотел бы услышать от Эллы. Но мы с ней совершенно чужие друг другу люди. И я отчетливо понимаю, что, несмотря на то что она моя подчиненная, она и послать меня может. Не посмотрит, что я ее работодатель. – В общем, все, что нароешь, вплоть до номера роддома и фамилии акушерки, которая роды принимала.

– Даже так? – Михалыч на той стороне трубки, кажется, подавился чем-то.

– Именно так, – я сжал губы в тонкую полоску.

– Повод есть? Подозреваешь в чем-то? – Михалыч думает шире, ища причины моего интереса к девушке. – Думаешь, конкуренты подослали?

– Нет, маловероятно, – я на мгновение задумался, но сразу же отмел эти мысли. – То, как она появилась в моем доме, исключает возможность подсылания.

– Ну, всякое бывает, – хмыкнул СБшник. – В чем причина такого интереса? – Михалыч пытается докопаться до истины.

– Личный интерес, – выдавил из себя эту фразу, и словно все встало на свои места. Девушка мне нравится, и глупо это отрицать, тем более перед самим собой. Стеша в ней души не чает. Не мешало бы узнать, что об этом всем думает сама Элла. Хотя как-то все слишком быстро. Я бы даже сказал, скоропалительно. Или это у меня так выглядит «бес в ребро»? Хотя седины в бороде у меня еще и в помине нет.

– Я все понял, – и снова Михалыч не комментирует ничего, и я облегченно выдыхаю. – На этом все?

– Нет, – я снова замолчал, а подчиненный ждет, не торопит. – Водила твой, Влад который, ты бы его убрал куда подальше.

– А что он сделал? Накосячил что-то? – чувствую, мужчина сразу встал в стойку. Он за своих ребят головой отвечает, как, впрочем, и ручается тоже.

– Не совсем, – я колебался пару мгновений, но решил, что не стоит наводить тень на репутацию парня, а сказать как есть, что это я чертов ревнивец. – Мне кажется, ему Элла понравилась.

– Убираешь конкурентов на подлете к цели? Разумно, – не смог промолчать Михалыч.

– Сергей Михайлович, я бы вас попросил оставить шуточки при себе, – я нахмурился, смотря перед собой, но ремарка подчиненного была, что говорится, не в бровь, а в глаз.

– Прошу прощения, – ответил мужчина, но по голосу слышно, что он ни капли не обиделся на мое замечание, даже, кажется, посмеивается. – Влада я заменю. Савелий Тимофеевич подойдет?

– Подойдет, – бурчу недовольно. Савелий Тимофеевич – это один из старейших сотрудников отдела по охране объектов. – А женщин-охранников у нас нет?

– Эка тебя торкнуло! – рассмеялся уже в открытую Михалыч. – Нет, женщин нет, но на будущее, видимо, придется немного расширить штат.

– Хорошо, тогда пусть будет Савелий Тимофеевич, – я хотел поскорее завершить разговор и поехать к тому торговому центру, где меня ждали мои девочки. Теперь я их так назвал совершенно намеренно и осознанно. И снова на душе стало тепло, словно сделал глоток теплого шоколада.

– Добро, – бросил в трубку Сергей Михайлович, и в динамике раздались короткие гудки. Покрутил в руках телефон и, скривившись, убрал его в пиджак. Михалыч раскопает всю подноготную девушки, и тогда я пойму, что мне делать дальше. Как человек, который уже обжегся в прошлых отношениях, я боюсь новых. У меня дочь, и в первую очередь я должен думать о ней и ее чувствах. Сейчас она воспринимает Эллу как няню-подружку. Но что она скажет, если Элла станет кем-то большим? Да и захочет ли сама Элла стать кем-то большим?

Глава 23

Элла

Веселье закончилось, когда приехал Степан Александрович. Он бросил хмурый взгляд на меня, на водителя-охранника, и лишь дочери улыбнулся. Та подскочила к нему и запрыгнула на руки.

– Ну как ты повеселилась? – он чмокнул ребенка в нос, и Стеша потерла его, а потом, нахмурившись, отстранилась, заставив поставить себя на ноги.

– Я вообще-то взрослая уже, – заявила девочка, чем вызвала удивленный взгляд у всех присутствующих.

– Да? – мой босс бросил беглый взгляд на меня, словно хотел уточнить, что же такого произошло за пару часов, что ребенок вырос и повзрослел.

– Да, – кивнула девочка. – Мне это тетя сказала в игровых автоматах. Сказала, что я взрослая для одной игры.

– А-а-а – а-а-а, – мне показалось, что мужчина произнес это как-то облегченно. – Влад, ты свободен. Жди нас в машине, – и мужчина отдал водителю ключи, при этом посмотрел как-то недобро на него. Может, парень провинился в чем-то? Я проводила его взглядом, а когда повернулась к семейству, то наткнулась на тяжелый взгляд босса. Судя по его взгляду, и я в чем-то провинилась. – С завтрашнего дня у вас будет другой водитель, – произнес Степан Александрович сухо, сверля при это меня взглядом.

– Хорошо, – я безразлично пожала плечами.

– Он старше и опытнее, – произносит босс с нажимом. А я не понимаю, что он хочет мне донести, кроме того, что уже сказал. Слишком он выразительно на меня смотрит, словно ждет какой-то еще реакции, кроме той, что я уже дала.

– Хорошо, – я повторила и вопросительно на него посмотрела. Что еще я должна сказать? В ладоши захлопать от счастья?

– А Элла не слушается, – вдруг жалуется на меня Стеша и, хитро прищурившись, смотрит на меня.

– Очень интересно, – вижу, что Степан Александрович подыгрывает дочери, и закатываю глаза. То же мне, артисты.

– Мы были в игровой и в кафе были, и мне пижаму купили и Элле, – начала рассказывать девочка все, что мы делали, а я с улыбкой смотрю на ребенка. Самой даже стало интересно, когда это я не слушалась и что имеет в виду девочка.

– Так-так, – подбадривает отец дочь, и та продолжает перечислять все, что мы успели сделать за время отсутствия ее отца.

– Еще мы ходили пробовать жевательный мармелад, мороженное и лимонады на фудкорте. Но она наотрез отказывается покупать себе новые вещи! А ведь ты ей сказал об этом! – и Стеша с довольным лицом посмотрела на меня. Весь ее вид говорил о том, что она довольна своими действиями.

– Непорядок, – согласился с дочерью мужчина. Я ожидала, что он хоть слово скажет по поводу того, что ябедничать нехорошо. Но он проигнорировал этот факт, лишь ухватился за возможность отправить меня по магазинам. А мне неловко оттого, что мой работодатель будет покупать мне одежду. Это как-то слишком. Вот если бы у всех в его доме была форма, и он бы оплатил мне такую же – это одно. А так покупать мне джинсы и свитера, платья и рубашки – как-то слишком по-семейному, что ли. Или это у нас было так заведено в семье, что мы ни у кого ничего не просили и даже подарки принимали лишь такие, на которые могли ответить равнозначно? Бабушка очень гордая, подачек ни у кого не брала. Даже когда ей отказали в каком-то пособии в связи с гибелью родителей, она не пошла ругаться и требовать, просто сказала, что унижаться не будет и мы сами вытянем все.

– Это необязательно. И за пижаму спасибо, – я натянуто улыбнулась. Пижаму Стеша практически заставила меня купить. Сама выбрала, нашла консультанта и попросила, что бы нам дали мой размер. Она же и заставила меня это все оплатить. А это разговор на кассе? Мне действительно стало стыдно за свою потасканную пижаму, в которой я спала.

– У девушки для дома должна быть красивая одежда, – учит жизни меня пятилетка. Вот откуда она это все взяла?

– Это кто сказал? – я качаю пораженно головой. Если честно, я не думала, что дети такими вещами сейчас интересуются. Хотя дети, наверно, сейчас всем интересуются, такой поток информации, что невозможно их от него изолировать.

– Тетя в телевизоре, – девочка берет меня за руку и ведет на выход из магазина.

– А что еще эта тетя говорила? – я нахмурилась. Неужели Стеша смотрит что-то, кроме мультиков?

– Много чего, я точно не помню. Я потом уснула, – призналась девочка. – Это Елизавета Семеновна смотрела какой-то магазин в диване. А как может быть магазин в диване? – девочка постучала себя пальцем по подбородку. – А-а-а-а, на диване! – вспомнила она правильное название, но, несмотря на это, смысл фразы от нее все равно ускользал.

– Это когда сидишь на диване, а сам словно ходишь по магазинам, – попыталась объяснить я. И я заметила спешащего к нам Степана Александровича.

А теперь они хотят уже вдвоем заставить меня покупать вместе вещи. Это вызывает румянец у меня на щеках. Как представлю, что мужчина будет смотреть на меня, когда я выйду из примерочной, то какое-то непонятное волнение возникает в теле.

– Ничего не знаю, мы идем в магазин, – сказал как отрезал мужчина. Все мои возражения были отметены еще на подступах.

– Как скажете, – гордо прошла мимо босса, взяла Стешу за руку и направилась в сторону выбранного ребенком магазина. Пусть покупает, потом их новой няне подарит. Я ничего из купленного мне сейчас не возьму, а оставлю в шкафу, когда покину этот дом.

Глава 24

Элла и Стеша

Никогда не думала, что покупки могут так вымотать и физически, и морально. Мы приехали домой, и я просто валилась с ног от усталости. Степан Александрович ушел к себе в кабинет жутко недовольным, а Стеша скакала по мне и кровати, на которой я прикидывалась ветошью, но у меня плохо это получалось.

– Элла, ужин будет через час, – в комнату заглянула Елизавета Семеновна, предварительно постучав и дождавшись моего разрешения войти.

– Спасибо, – я кивнула женщине с благодарностью. Несмотря на то что мы перекусили в торговом центре, я смертельно хотела есть.

– К ужину нужно будет переодеться и переодеть Стешу, – сделала тактичное замечание домработница. Я снова кивнула, пытаясь скрыть смущение.

– Что ты наденешь? – Стеша пыталась допрыгнуть на кровати до потолка, за что получила от меня строгий взгляд.

– Не знаю, надо сперва в душ сходить, – я с тоской посмотрела на гору пакетов, лежащих на кресле. Там были вещи, кажется, на все случаи жизни, в том числе и белье. Одежда была такая классная, что я уже заранее расстроилась, что мне придется такую красоту оставить, когда буду уезжать. Вспомнила процесс покупки, и щеки снова залил румянец. Степану Александровичу не надо было настаивать на покупке вещей, за него это сделала Стеша. Она словно бронепоезд проносилась по магазину, тащила в примерочную все, что ей нравилось, а ее отец уже оценивающе хмыкал, когда я выходила из примерочной. Единственное, когда мне принесли белье, я наотрез отказалась показывать его кому бы то ни было, даже Стеше. Побоялась, что девочка что-то скажет такое, что смутит меня и заставит сгореть от стыда. Все-таки девочка очень разносторонне развита. А еще малышка сказала мне, что я очень непритязательна в вещах и что ее мама в такие магазины не ходила. Только в те, где приносили шампанское, пока консультанты приносили вещи из новых коллекций. Я так и не поняла, это была похвала мне со стороны ребенка или, наоборот, девочка хотела показать, что ее мама была выше статусом. В общем-то, что Стеша меня сравнивает со своей матерью, странно кольнуло где-то в груди. И, видимо, не только меня, так как именно в этот момент ее отец снова стал темнее тучи, хотя до этого его настроение явно было получше. Он и улыбался, и даже шутил то надо мной, то над дочерью. А потом просто одернул ребенка, чтобы она не говорила ерунды, и вышел из магазина. Мы лишь со Стешей переглянулись, и я убежала переодеваться. На этом, в принципе, наш шопинг и завершился. Консультант унесла на кассу все, что было нами выбрано, я переоделась в свое. А когда вышла из примерочной, мой босс уже ждал нас у выхода, обвешанный пакетами. Я еле сдержала улыбку, так как выглядела эта сцена комично. Словно муж недоволен, что накупил жене и дочери всего, что они попросили, и теперь еще и тащит все это богатство к машине.

Ехали мы домой в полной тишине. И вот сейчас мне надо надеть что-то из приобретенных вещей.

– Стеш, а может, я свое что-нибудь надену? – я с надеждой посмотрела на ребенка, но девочка была непреклонна.

– Неа, а то папа обидится, – покачала отрицательно головой девочка. – Он и так расстроился из-за мамы.

– Из-за мамы? – я решила, что это идеальная возможность узнать чуточку больше, раз девочка сама заговорила.

– Ну да, – кивнул ребенок. – Он всегда хмурится или сердито смотрит на меня, когда я говорю про маму. Но я же скучаю, – приуныла девчушка.

– Думаю, и мама по тебе скучает, – я прижала к себе ребенка, и та обняла меня за шею, стараясь крепостью своих объятий показать всю силу эмоций.

– Я очень рада, что ты есть у меня, – призналась, немного смутившись, девочка. – Вот бы папа на тебе женился! – в тоне ребенка присутствовали какие-то мечтательные нотки, а я чуть не подавилась своими мыслями от ее слов.

– А твоя мама? – я удивилась. Обычно дети у разведенных родителей мечтают, чтобы родители снова сошлись.

– Я же уже большая, – вдруг посерьезнел ребенок, и даже тон ее голоса изменился. – Я же понимаю, что у мамы другая семья и другой муж, а скоро будет и ребенок, – на глазах ребенка заблестели слезинки. – Папа никогда не простит маму, – и слезинка скатилась по детской щеке. – Я сама слышала, он с кем-то по телефону говорил, – объясняет, откуда она располагает такой информацией. – Он сказал, что предателей не прощают.

– Не плачь, – я снова прижала к себе девочку. Я понимаю, что ребенок верит всему, что говорят взрослые. А взрослые не понимают, что дети все слышат и запоминают, но переваривают все под своей призмой детского восприятия. – Все будет хорошо, – я чмокнула девочку в макушку.

Отчего-то эти слова ребенка заставили тем трепетным лепесткам симпатии, которые распускались где-то внутри меня, задрожать от предвкушения. Может быть, Стеша права, и Степан уже не любит свою жену, и у моей симпатии есть шанс? Даже страшно представить, И потому я не представляю. Я отправляю Стешу переодеваться в свою комнату, а сама бегу в душ. Водные процедуры я закончила раньше запланированного времени, так как позвонил телефон, и я выскочила из ванной комнаты, обмотавшись полотенцем. Звонила Сашка, моя младшая сестра.

Глава 25

У меня такого состояния не было со школы, когда меня штормило от одного присутствия понравившейся девушки рядом. Когда это щелкнуло во мне? Я не знаю.

Знаю одно, что это состояние мне очень не нравится и с этим надо что-то делать.

Я только собрался выйти из кабинета, как зазвонил телефон.

Марина? Ей-то что надо?

– Да? – не взять трубку я не могу. Теплится надежда, что эта стерва возьмется за ум и начнет нормально общаться с дочерью. Сегодняшний день подтвердил, что, несмотря на то что Стеша полностью погружена в общение со своей няней-подружкой, она нет-нет да вспоминает про маму.

– Привет, а что так грубо? – Марина не изменяла своим привычкам. Слащавая и наигранная интонация, от которой просто тошнило уже.

– Что ты хочешь? – я скривился от звука ее голоса.

– Ничего особенного. Просто хотела узнать, как у тебя дела? Как Стеша? – чувствую, что за этим вопросом что-то да скрывается.

– У нас все хорошо, – я четко проговаривал каждое слово, чтобы бывшая жена поняла, что просто так у меня нет желания трепаться. – Что ты хотела? Зачем звонишь?

– Ну что я не могу позвонить просто так? – Марина играет голосом, изображая обиду.

– Дай-ка вспомнить, когда ты звонила просто так, – я сделал паузу, словно реально вспоминаю. – Никогда. Всегда, когда ты звонила, тебе что-то да было нужно.

– Ну а сейчас решила позвонить просто так, – слышно, что у женщины недовольный голос.

– Хорошо, – я не стал спорить. – Ты узнала, как у нас дела. Значит, можно прощаться?

– Подожди! – всполошилась Марина, предполагая, что я сейчас нажму «отбой».

– Марина, хватит играть, – я недовольно поджал губы. – У меня в этом спектакле нет ни желания, ни времени участвовать. Либо говори, что ты хотела, либо до свидания.

– Что это была за девка сегодня у Стеши в детском саду? – бывшая жена взвизгнула на последнем слове.

– Твое какое дело? – за всей этой дневной суетой я даже забыл про спектакль, что мы разыграли для Маргариты. Быстренько она известила обо всем Маринку. И дня не прошло даже.

– Я должна знать, кто ошивается рядом с моей дочерью! – и снова этот истеричный тон, от которого режет уши.

– О как, – внутри все затопило злорадством. – Мамашка вспомнила про дочь.

– Я всегда про нее помнила! – огрызается Марина.

– Да что ты говоришь! – слова сочатся сарказмом. – Всегда помнила. А что ж тогда звонишь ей раз в месяц? Почему я напомнил тебе о дне рождения дочери, когда ты про него забыла? А! И о подарке, который так неожиданно задержался. Вот только ты не учла, что мне выдали сопровождающие документы на доставку, и там указана дата заказа.

– Забегалась! Но Стеша же даже не обратила на это внимания, – оправдывается бывшая жена.

– Конечно не обратила внимания, потому что я подарил ей подарок от тебя. Она просто и не знает, что ее собственной матери на ее плевать, так как она занята устройством новой семьи, – я говорил, словно выплевывал слова.

– Нет у меня боьше семьи! – вдруг крикнула в трубку женщина, и повисла тяжелая пауза.

– Мне от этого ни холодно ни жарко, – я думал, что мне будет приятно, когда справедливость восторжествует. Но мне плевать. Мне глубоко и полностью плевать на бывшую жену. Я даже радостно улыбнулся. Как же я давно ждал этого. Чтобы не чувствовать к ней ничего, и вот оно наступило. А может, я переключился? Переключился на Эллу? Нет, я не заменяю одну другой. Нет. Жену я разлюбил еще давно, просто я ждал, когда мне станет на нее полностью все равно. Когда меня даже злость отпустит.

– Ты врешь, – раздается тихий голос Марины. – Ты меня еще любишь, я уверена в этом.

– Нет, Марина, не люблю! А сейчас я понял, что мне вообще на тебя плевать, – говорю равнодушным тоном.

– Ты специально мне это говоришь, – Марина спорит со мной, а я лишь усмехнулся, – чтобы обидеть и зацепить.

– Марина, если на этом все, то я пойду, – я невольно скривился. Переливать из пустого в порожнее не было никакого желания.

– Ты не мог меня так быстро разлюбить! – уже практически кричит в трубку женщина. – Значит, ты меня никогда и не любил!

– Ну, значит так, – я не хочу спорить с ней. Это просто бесполезно.

– Я хочу вернуться, – вдруг ошарашивает меня новостью Марина. – У тебя есть шанс выгнать эту девку, которую ты успел притащить в наш дом, пока я не приехала.

– Я не хочу, чтобы ты возвращалась, – я сжал зубы. – Прошу тебя, подумай о Стеше. Она не заслужила быть игрушкой в твоих манипуляциях.

– Я и думаю о дочери! – презрительно фыркает бывшая жена. – Ей нужна мать, – продолжает настаивать Марина. – Мне Маргарита рассказала все, что произошло в детском саду. Стеша стала невоспитанной и совершенно неуправляемой. Ты ею не занимаешься. Скинул ее на свою малолетнюю любовницу и умыл руки. Сегодня она подвела всю группу в детском саду, представление было сорвано. Дети расстроены, родители тоже. Ты не представляешь, как мне было стыдно, когда мне все это рассказывала Маргарита.

– А ты своим куриным мозгом не задумалась, почему Стеша так сделала? – кажется, я погорячился, когда сказал, что безразличен к бывшей жене. Я её начинаю ненавидеть.

– Потому что она чувствует вседозволенность, – отвечает Марина. – Ты должен был заставить ее выступить на утреннике. Она избалованная эгоистка!