Текст книги "Герой (не) её романа (СИ)"

Автор книги: Елена Соловьева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Глава 29

Анна все еще смотрела в окно, когда к крыльцу подошли Полина и Роман.

– Бабушка, кто это? – спросила она. Высунулась из окна чуть ли не по пояс, и мелкий дождик настучал ей по любопытной макушке.

Аркадий тоже всматривался в незнакомого мужчину. Хмурился, как делал всегда, когда к его матери подходили посторонние. Мальчик оберегал Полю как мог, все еще боялся, что его вернут в детдом.

Сохранились в памяти рассказы о том, как других детей отдавали обратно, когда приемные родители заводили своих или меняли супругов.

– Как будто я его видела, – задумалась Анна. – Вот только не помню где.

– Кого черти принесли в такую темень?.. – забеспокоилась Антонина. Накинула не плечи шаль и тоже подошла к окну. – Ох!..

Только и смогла произнести. Приложила ладонь к сердцу и ринулась на крыльцо. Забыла и о ревматизме, и о недавней травме. Не чувствуя под собой земной тверди, неслась, летела навстречу сыну.

– Мама! – он приветливо распахнул объятия.

Поля отошла в сторонку, чтобы дать свекрови возможность испытать то счастье, какое переживала сама.

– Вернулся, вернулся… – шептала Антонина. Касалась дрожащими пальцами лица сына, его лба, плеч. Точно не верила, что пред ней живой человек. Хотела убедиться, что видит не призрак и не выдает желаемое за действительное. – Поверить не могу. Поля тебя так ждала… так звала… А я уж было сдалась. Прости меня, родной мой.

– Полно тебе, мам, – утешил ее Роман. Обнял за хрупкие плечи. – Я и сам перестал верить. А кто это у нас там?

Он посмотрел на детей, нерешительно мявшихся на крыльце. В одинаковых темных плащах с капюшонами они походили на маленьких гномиков, только что спрыгнувших со страниц сказки.

– Идите, не бойтесь, – позвал Роман. – Как подросла, дочка. Какая стала красавица – совсем как твоя мама.

Роман подхватил Анну на руки, закружил. Ее переливистый смех казался журчанием ручейка. Того самого, серебристые воды которого, способны оживлять мертвых и вселять надежду в окаменелое сердце.

– А тут кто? – Роман подошел к Аркадию.

Тот привычно опустил голову и сжал кулаки, готовый в любой миг дать отпор. К незнакомцам мальчик относился настороженно, особенно к мужчинам. На то были веские причины.

– Аркаша, это твой отец, – представила Анна.

А сама замерла, закусив нижнюю губу. Боялась реакции Романа. Вернуться домой и узнать, что без его ведома усыновили ребенка. Примет ли? Проникнется ли к мальчику той глубокой, безоглядной любовью, что испытывает сама Полина?

Роман протянул руку мальчик

– Здравствуй, сынок. Я рад, что ты тоже меня дождался.

В обращенных на отца глазах читалась смесь страха и затаенной надежды. Аркадий протянул руку и пожал крепкую ладонь. Шмыгнул носом. Ощутил силу мужской руки и ее надежность. Такими руками не дают затрещин, не оставляют синяки на скулах. Ими даруют защиту и ласку.

Роман коснулся кудрей Аркаши, выбившихся из-под капюшона.

– Ого, так ты у нас рыженький!

– Золотой, – хором возразили Полина и Антонина. Переглянулись и облегченно вздохнули. – Только он не разговаривает. Пока.

Роман признал мальчика. И, кажется, прикипел к нему с первого момента знакомства.

– Да что же мы на улице стоим, – засуетилась Антонина. – Идемте в дом. Чаю попьем, поговорим.

За столом вспоминали прошлое, много смеялись и, кажется, совсем не хотели спать. Дети, и те ушли в кровати лишь тогда, когда стали клевать носом. Полине пришлось идти и укладывать их.

– Я с вами, – поддержал Роман. С любимыми не хотел расставаться ни на секунду. Столько пропустил, еще наверстывать и наверстывать.

– Как хорошо, что ты на Поле женился, сынок, – неожиданно заявила Антонина. – Какой я дурой была, что не видела правды. Вы словно связаны невидимыми нитями. Так крепко, что никому не разорвать. Простите мне мою слепоту.

Она расплакалась.

Роману, Поле и детям пришлось успокаивать. Сегодня на пожилую женщину свалилось слишком много благодатных вестей. Антонина переутомилась и разнервничалась.

– Что ты сделала с ней? – спросил роман у женушки, когда остался с ней наедине.

– Заколдовала, – рассмеялась Полина.

– Ах ты, моя добрая волшебница, – улыбнулся Роман. – Иди ко мне. Зачаруй так, чтобы я забыл те пять лет, что был без тебя.

Он обнял ее за талию, поднял на руки и бережно уложил на кровать. Она закинула руки ему на шею, зовуще улыбнулась. Смотрела и не могла наглядеться. Его глаза светились любовью. Было в них столько страсти, столько глубины, что не оторваться.

– Не верю, что это не сон, – прошептал Роман. – Ты мой потерянный и вновь обретенный рай.

Она расстегнула две верхние пуговицы его рубашки. Опустила руку на твердую, горячую грудь. Почувствовала, как под ее тоненькими пальчиками гулко бьется мужественное сердце.

– Ты никогда не терял меня, – произнесла подрагивающим от желания голосом. – Я всегда твоя, что бы ни случилось.

Счастье обрушилось на них штормовой волной. Захлестнуло с головой, заставило задыхаться от восторга. Все позади, они снова вместе. Облегчение, смешанное с пробуждением так долго сдерживаемого желания, несло их на бурливых волнах прямиком к эдемскому саду. Их личному безмятежному острову счастья, затерянному среди страстей, пороков и несовершенства мира.

Утолив первый чувственными голод, они еще долго лежали, не размыкая объятий. Роман боялся заснуть. Боялся вновь проснуться в плену и раненым зверем завыть от того, что позволил разыграться фантазии.

Полина ласкала его обнаженные плечи, зарывалась пальцами в густую шевелюру. Вспоминала и изучала вновь.

– Я так давно не говорил, как сильно люблю тебя, – вдохновенно произнес Роман.

– У тебя есть шанс исправиться, – подзадорила его Полина. Поцеловала в шрам на щеке, точно накладывая нежную печать на собственность. – И я тебя люблю. Буду повторять так часто, как только смогу.

– Расскажи, как ты жила? – попросил Роман. – Столько всего изменилось.

Полина начала историю с того момента, как осталась одна. Передумала ехать на отдых и решила пожить с Гриппой. О том, что свекровь выгнала из квартиры, умолчала. Не сказала и о том, как поступили бывшие друзья и сослуживцы супруга.

Получилось что-то вроде сказки на ночь. О том, как у маленькой женщины получилось сделать большое дело.

– Ты говоришь не все, – почувствовал подвох Роман.

– Остальное расскажу после, – согласилась Полина. – Не хочу омрачать этот день плохими воспоминаниями.

Убаюканный ее голосом и тихой лаской, Роман все же уснул. Полина прильнула рядом, прикрыла глаза.

Не прошло и часа, как Роман закричал, что их окружают. Дернулся во сне. Стал звать товарищей и отдавать приказы.

– Тише, тише, – успокоила его Полина. Погладила по голове, как Аркашку, когда тому плохо спалось.

Роман пробудился и ошалело уставился на жену. Кажется, еще не мог отделить реальность от дурных воспоминаний.

– Все позади, – произнесла Полина, боясь разреветься.

Сколько еще его будут преследовать ужасы прошедших боев? Как скоро он забудет плен, страх и надежду, с трудом пробивающуюся сквозь боль?

– Прости… – прошептал Роман, устраиваясь поудобнее. – Не хотел тебя разбудить.

– Ничего, я и это переживу, – пообещала Поля.

Вспомнила о Гриппе. Ее Петрушенька тоже вздрагивал и кричал ночами. Дом, что ли, заговоренный, или всем сильным мужчинам достается столь непростая судьба?

С этой мыслью Полина погрузилась в объятия Морфея. А утром первым делом бросилась разыскивать Романа.

Ему не сиделось на месте. Тем более не собирался он становиться обузой своим женщинам. На рассвете отправился колоть дрова и знакомиться с хозяйством. Проследил за выгоном, побеседовал с работниками.

– Отдохни немного, – попросила его Полина. – Позавтракай хоть.

– Отдыхать некогда, – возразил Роман и широко улыбнулся. – Поработал на чужих дядей, надо и о себе подумать. Пора в часть возвращаться. Как дела налажу, так сразу отпуск возьму. Поедем, наконец, на моря.

Поля вздохнула и заметно погрустнела. Но Роман знал, как ее утешить и отвлечь от тягостных мыслей. Поцелуем.

– Дети из окна смотрят, – заметила Полина, отстраняясь не слишком убедительно.

– Пусть знают, как сильно мы любим друг друга, – отозвался Роман. – Тогда и себе пару будут выбирать сердцем.

Поцелуй длился не меньше десяти минут. Бабушке Антонине даже пришлось отгонять деток от окна, чтобы те не увидели чего лишнего. Не на шутку разошлись Роман с Полиной.

– Завтрак стынет! – не выдержала Тоня.

Сноха и сын простили ей это небольшое вмешательство. У них еще много дней впереди. И ночей.

– Ты сегодня же хочешь вернуться на должность? – осторожно поинтересовалась Поля.

– Именно, – согласился Роман. – Хочу вернуть все, чего чуть было не лишился. Хватит Петрову протирать мое кресло.

Сказал он с шуткой. Но в этот момент заметил, как занервничала Полина. Потерла кончик носа. Вздохнула, думая, что незаметно.

– Говори, – привычным командным тоном произнес Роман. – Ничего от меня не таи. Хочу знать все, что произошло, пока меня не было дома.

Поля рассказала. И о должности, которой ее лишили. И о поведении Петрова с Ивановым.

Роман пришел в ярость. Поведение подчиненных расценил как предательство. И принял все меры, чтобы справедливость восторжествовала.

Воинскую часть ждала грандиозная зачистка кадров. Полковник Казанцев огласил замам «приговор»:

– Увольняйтесь, либо ищите другое место. Я с предателями не служу. Тем, кто готов всадить нож в спину ближнему, солдат не доверю.

– Полно те, Роман Николаевич, – попытался оправдаться Петров. – Разве стоит мужская дружба каких-то бабских сплетен?

Роман приподнялся из-за стола, навис над замами, подобно скале. Готовый в любую секунду обрушить на головы предателей камнепад.

– Роман Николаевич я для друзей! – объявил он. – Для вас – товарищ полковник. За пять лет вы тут таких дел натворили. Не дайте мне закончить вашу карьеру. Я, так и быть, дам вам шанс исправиться и начать службу с незамаранными характеристиками. Но не здесь. Не в этой воинской части. И не на таких высоких постах.

Много времени у Романа ушло, чтобы восстановить воинскую часть. Как живой организм, она прошла немало операций. Пришлось удалять болезненные нарывы и гниль, чтобы задышалось спокойно.

Еще больше времени ушло у Романа на то, чтобы приручить Аркашку. Он, как дикий зверек, прятался в норку, едва отец возвращался домой.

– Смотри, что я тебе принес, – говорил Роман, стараясь, чтобы голос звучал мягко.

Дарил мальчишке учебные пистолеты, фуражки, покупал игрушки. Сводил на экскурсию в воинскую часть. По выходным вместе со всем семейством на карусели.

Аркадий радовался, но все еще сторонился так внезапно появившегося отца.

Глава 30

Через месяц после возвращения Роман устроил для любимой сюрприз. Пришел домой с цветами и большой коробкой под мышкой.

– Надеюсь, там не конфеты, – пошутила Полина, окинув взглядом приличных размеров подарок. Притворно похлопала себя по талии. – Есть много сладкого вредно.

Роман подарил ей поцелуй – легкий, почти невесомый. Только лишь аванс к предстоящей ночи. Вручил коробку со словами:

– Этого угощения много не бывает.

В коробке, под золотистой фольгой, оказалось вечернее платье. Длинное, цвета спелого граната, с вырезом «сердечко», оно обнажило хрупкие плечи Полины, подчеркнуло изумительные изгибы тела.

– Действительно, таких «вкусностей» можно съесть много и не поправиться, – улыбнулась Антонина, глядя на невестку.

– Не ревнуй мама, я и тебе платье куплю, – пообещал Роман. – Или путевку в санаторий.

– Вот еще, у меня ничего не болит, – заявила она в ответ. – Наверное, деревенский воздух благотворно влияет. А наряды?.. Коров мне в них, что ли, пасти или кур кормить? Я и так половину вещей выбросила. Ах да, вот еще что.

Антонина полезла в свой шкаф и достала из ящика маленькую коробочку, в которой хранила украшения. Достала трепетно любимую позолоченную брошь с сердоликом. Приколола на платье невестки и залюбовалась.

– Очень идет к твоим волосам.

– Спасибо… мама, – Поля так давно не произносила этого слова, что почти забыла. – Даже не знаю, как вас благодарить.

– Полно те, – притворно нахмурилась Антонина. – Достаточно сантиментов, а то я сейчас разревусь.

Дети посмотрели на мать с немым восхищением. Аркадий поднял вверх большой палец. Анна высказалась и за себя, и за брата:

– Мамочка, ты похожа на принцессу из сказки.

– И как настоящей принцессе, ей полагается карета и бал, – добавил Роман. – Я заказал столик в одном из лучших заведений города. Правда, не уверен, что сойду за прекрасного принца. Скорее за чудовище…

Полина обняла его за шею и потерлась носом о грудь. Подняла голову и посмотрела сияющим взглядом:

– Ты самый любимый, самый прекрасный мужчина на свете.

– Тогда идем, – позвал ее муж. – Давно мы никуда не выбирались вдвоем. Пора исправить это досадное недоразумение. Мама, уложишь детей спать?

Антонина прижала к себе внуков и помахала детям. Украдкой смахнула слезу радости носовым платочком.

– Идите уже, – улыбнулась счастливо. – Иначе все вкусное съедят без вас.

Роман привел Полину к «Берендею», усадил за столик для особых гостей. Заказал лучшее шампанское, икру, фрукты, нарезки.

– По какому поводу шикуем? – уточнила Полина.

– Возмещаю тебе то, что не додал за прошедшие пять лет, – отозвался Роман. – Даже больше, чем за пять. Мы с тобой так редко куда-то выбирались. Свиданий, и не было. Так что будем наверстывать упущенное.

Как обычно, в разгар ночи к гостям вышел сам Берендей. Пожелал отличного отдыха, спросил, все ли устраивает в заведении. Рассказал несмешную шутку, на которую гости отреагировали вежливыми аплодисментами.

– Мне показалось, или он на тебя как-то странно посмотрел? – спросил Роман. – С такой жадностью, точно сам хотел быть на моем месте.

– Тебе показалось, – не стала задорить мужа Полина. – На месте моего мужчины можешь быть только ты.

Был и еще один гость, которого Роман и Полина узнали. Степан Одинцов пригласил на свидание хозяйку небольшой кофейни, куда он забрел вечером после встречи с Романом. Алиса, миловидная пышная дама тридцати с небольшим лет, сумела развеять сердечную тоску бизнесмена.

– Поедем домой, – попросила Полина, когда часы пробили полночь. – Ты задолжал мне не только рестораны.

Роман понял намек с полуслова. Повез женушку домой, любил долго, страстно и нежно, точно в первый раз. Осыпал поцелуями и комплиментами, всерьёз вознамерившись наверстать упущенное. И даже взять немного взаймы.

– Неужели у нас наконец-то наступил медовый месяц? – спросила Полина, ласково глядя на мужа.

– Я надеюсь, медовой будет вся оставшаяся жизнь, – сказал он на полном серьезе.

Ближе к рассвету начался ураган. Полина, как заправская хозяйка, побежала закрывать наглухо курятник и кормить живность, пока не начался ливень. От наемных работников такой прыти не дождешься, приходится многое успевать самой.

Романа будить не стала. Он так мило спал, подложив руку под щеку. Ураган не беспокоил его, ведь слуховой аппарат лежал на тумбочке.

– Спи, милый… – Полина отправила ему воздушный поцелуй и на цыпочках вышла из спальни.

Накинула старый пуховик и выбежала на улицу. Сильный ветер принялся испытывать ее на прочность. Дергать в разные стороны и пытаться уронить на землю.

– Так, самой тут не справиться, – решила Полина.

Направилась к дому, в котором жили работники. Пока не разбудишь и не скажешь, что следует сделать, сами не догадаются. Кому же охота высовывать нос в такую непогоду?..

– Мама, мы с тобой! – послышался хриплый спросонья голосок Анны.

– И не вздумайте! – предупредила она. – Марш в постели! Сейчас работников отправлю кормить скот, и сразу вернусь.

Дети совета не послушались. Спрятались за углом и наблюдали за матерью.

Далеко Полина уйти не успела. Старый кряжистый дуб не выдержал испытания на прочность. Резкий порыв ветра оторвал трухлявую ветвь как раз в тот момент, когда под ней проходила хозяйка.

Не зря не любила старое дерево Агриппина. Как чувствовала, что принесет несчастье.

– Мама! – испугались дети.

Метнулись к Полине, но силенок не хватило, чтобы сдвинуть ветвь. Полина глухо стонала, готовая в любую секунду потерять сознание. Боль оглушила, залепила глаза мутноватой пеленой.

– Папу позовите… – попросила Полина. – Самим нам не справиться.

Анна осталась с ней, плакала и не находила сил отойти. Аркаша оказался сильнее духом, сжал кулачки и побежал за отцом.

Ворвался в родительскую спальню, принялся тормошить Романа. Потряс его за плечо, похлопал по лицу.

– Что стряслось?.. – Роман подскочил на месте. Точно и не спал вовсе.

– Маму задавило! – всхлипнул Аркаша. – Иди скорее, ты же герой?..

На сборы Роману потребовалось не больше сорока секунд. Примчался к любимой, откинул тяжелое дерево, точно оно весило не больше спичечного коробка.

– Грудь болит, – шепнула Полина. – Дышать трудно.

– Ребро сломано, – констатировал Роман. – Ничего, это дело поправимое. Главное не волнуйся и дыши маленькими вздохами.

– Ма-ма-а-а!.. – заревела Анна.

Вцепилась в руку матери и не хотела отпускать ни на секунду.

– Отставить панику! – скомандовал Роман. – Надо уложить маму на что-то теплое, но твердое. И дать обезболивающее. Анна, дуй за аптечкой. А ты, сынок, мне помогай.

Оказав первую помощь, Полину доставили в больницу. Рентген действительно показал закрытый перелом ребра.

– Не смертельно, – авторитетно заявил врач. – Жизненно важные органы не задеты, смещения нет. Через месяц будет как новенькая.

Поговорив с врачом, Роман прихватил детей и направился в палату. По его просьбе Полину поместили в отдельный бокс и обеспечили максимальный комфорт. Она лежала на белоснежных простынях и беседовала с медсестрой.

– А вот и гости пожаловали, – пропела та. – Сейчас установлю капельницу и удалюсь. Не стану вам мешать.

– Доктор сказал, что ты быстро поправишься, – заметил Роман. – Что же ты меня не позвала? Я же не немощный, что мне нужно в кровати отлеживаться, пока ты хозяйством занимаешься.

Поля вяло улыбнулась и посмотрела на Романа с любовью.

– В следующий раз обязательно позову, – пообещала и вздохнула. – Хотя искренне надеюсь, что больше ничего подобного не случится.

– А ведь у нас новость, – заметил Роман. Кивнул на сына: – Аркадий заговорил. Это он разбудил меня, заставил бежать к тебе на помощь. Иначе бы я ничего не расслышал без аппарата.

– Это правда? – обрадовалась Поля. – Аркашенька, ты снова разговариваешь?

– Да, – смущенно признался он. Глянул на отца с нескрываемым обожанием. – Он, правда, герой. Я хотел убедиться.

Роман покачал головой и растрепал золотые волосы мальчугана.

– Выходит, меня проверяли на прочность?

Полина согласно покивала. Радость до краев наполнила ее сердце. Сбылись самые сокровенные мечты. Она рядом с любимыми, а ребро? Да это пустяк в сравнении с тем, что сынок стал разговаривать.

– Не было бы счастья, да несчастье помогло, – вспомнила она поговорку. – Аркаша долго отца ждал. Верил, что ты настоящий герой. И не прогадал.

Полина быстро восстановилась – еще бы, ведь дома ее так ждали. Возвращение к любимым стало настоящим праздником. Роман, свекровь и дети накрыли стол на улице, приготовили любимые блюда Поли.

Даже погода порадовалась возвращению хозяйки – подарила безветренный солнечный денек.

– Зачем ты наколол столько дров? – спросила Поля у мужа, увидев вполне приличную поленницу. – Мы, вроде бы, запаслись на зиму.

– Это сынок дуб старый спилил, – разоткровенничалась Антонина. – Спилил и выкорчевал. А на его месте посадил новое молодое деревце.

– Давно пора было это сделать, – улыбнулась Поля. – Наконец-то в этом доме появился мужчина, настоящий хозяин.

В награду за признанье она получила от мужа восхитительный поцелуй. И обещание чего-то большего.

– Хочешь, затопим баньку дубовыми дровишками? – предложил Роман, озорно сверкнув глазами.

– И веник запарим, – обрадовалась Поля. – Можжевеловый, как Гриппа любила. А на выходные пригласим на шашлыки Матрену с семейством и Степана с его девушкой?

– Для тебя что угодно, родная, – легко согласился Роман. – Хоть звезду с неба. Только бы видеть твою улыбку, засыпать и просыпаться рядом. Ярким фейерверком ты ворвалась в мою бесцветную жизнь. Подарила радостное будущее. Ты лучший подарок судьбы, который можно представить.

Его вдохновенная речь заставила Полю просиять от счастья. Детей –  многозначительно переглянуться. А Антонину –  всплакнуть от счастья за детей. Никто не сомневался, что сказанные Романом слова –  чистая правда. И союз их будет долгим и прочным, как алмаз. Таким же многогранным, ярким, ценным.

КОНЕЦ