Текст книги "Спасти графство и законного короля! (СИ)"

Автор книги: Елена Милютина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 23.

Позвала мужиков, попросила отнести Оливера в комнату, к выздоровевшим мужикам на ту же самую кровать «писца» Эверта. Передала просьбу помочь раненому. В замке гостит король, выделить раненому отдельную комнату нет возможности, да так и лучше, и воды соседи поднесут, и до уборной проводят. Нельзя сейчас к нему внимание привлекать. Закончила с ним, решила посмотреть, что там с королевским ранением в не деликатную часть тела. Четверо мужиков вокруг стоят, а воз и ныне там! Подхожу, и что я вижу! Вопиющая безграмотность. Даже я, специалист по прямо противоположенной точке человеческого тела, понимаю, какую глупость они делают. Ладно, мой алхимик. Ну не хирург он, не хирург. Терапевт, кстати, не плохой. И химик, простите, алхимик приличный. Вон, обеспечил мне карболку. Хоть что-то простерилизовать могу. Но что они творят с королевской задницей, это просто невозможно! Осколок вошел в большую ягодичную мышцу почти вертикально. Король-то лежал. Кончик его так и торчит из отверстия. Они за него ухватили пинцетом, даже не щипцами, и тянут. Он не идет, они тянут. Зигурт сначала кряхтел, косился на Оливера, который за весь час мучений не пискнул, только зубами скрипел. Потом Оливера унесли, я настояла на носилках, ясно было, тяжело ему, голова кружиться, отвар мака тоже не простая штука. Так вот, Оливера унесли, Зигурт постанывать стал, потом покрикивать, под конец уже орал, как резаный. Вернее, не разрезанный. Подошла. Эскулапы на меня смотрят, будто ждут, что я их сейчас спасу. Я руки вымыла, спиртом облила, так всю кожу сожгу. Начала щупать. Сама анатомию совершенно не моей области вспоминаю Так, осколок в нижне-наружном квадранте ягодицы. пробил большую ягодичную мышцу, имеет удлиненную форму. Нижне-наружный квадрант, это плохо, близко тазобедренный сустав и там, прикрытые ягодичными мышцами проходит много сухожилий. Кровоснабжение всех отделов ягодиц хорошее, не хуже, чем на лице, поэтому туда все внутримышечные инъекции и делают. Значит, может быть осколок неровный и зацепился за какое-то сухожилие. Значит, надо повернуть, и он отцепится. Резать ягодичные мышцы совсем не хотелось. Утонешь в крови, да и масштаб для меня совсем не тот. Щупаю уже осколок. С одной стороны ровный, даже скругленный, с другой зазубрен, как пила и эта зазубренность точно вверх, если вертикальное положение туловища рассматривать, смотрит. И изогнут дугой немного. Видимо, край отверстия для фитиля из пакли. Вспоминаю ход сухожилий. Идут от мышц, крепящихся на подвздошных костях и крестце, все к тазобедренному суставу. Такой веер получается. Если эта кривуля туда врезалась, по глубине большая ягодичная мышца, судя по длине сколка насквозь пробита, то эта кривуля концом прошла между сухожилиями малой ягодичной мышцы и грушевидной. Или, что хуже, одной из близнецов и грушевидной. Тогда может быть нерв перебит. Спрашиваю:

– Зигурт, – не до титулований, не дурак, понять должен, – у вас нога что-нибудь чувствует, не в месте ранения, а ниже?

– Не понимаю! – сквозь зубы.

– Хорошо, в вот так? – Колю его по наружной боковой поверхности бедра кончиком стилета.

– Ой! больно!

– Отлично, значит, скорее всего, нервы целы. Сейчас будет чуть-чуть больно, но, постараюсь, что бы в последний раз.

Зажимаю крепко кончик осколка самым большим зажимом, рукоятки свожу, ура! Удалось закрыть замок. Значит, есть небольшая гарантия, что не соскользнет, и у меня свобода маневра появится. Подталкиваю осколок пониже, что бы, если эти умельцы подцепили, как рыбу на крючок какое-нибудь сухожилие, а это скорее всего, сухожилие, мышечную ткань они при всех своих усилиях давно порвали бы, то я дам ему шанс соскочить с крючка. Потом останавливаюсь, надо точно вспомнить, как идут сухожилия в этом месте. Прошу ребят принести чернила и перо. Карандаш здесь не годится. Приносят. Нащупываю мыщелок бедренной кости, обвожу его кружком – место крепления всех сухожилий. Потом, гребень подвздошной кости. Размечаю, примерно, расположение малой ягодичной мышцы. Провожу линии возможных проекций сухожилий. Примерно. Не мое это место! Последний раз схему видела на уроках топографической анатомии. На шестом курсе. И то смотрела так, не особо вдаваясь. Распределение прошло, знала уже что моя область в противоположенной части человеческого тела. Но схему худо-бедно на заду начертила. Взялась за зажим и поворачиваю осколок, что бы его зазубренный край примерно в проекции расстояния между сухожилиями был. Тянув верх. Он выскакивает без всяких усилий, как пробка из бутылки.

Повезло! Резать не пришлось Засовываю в рану тампон, смоченный спиртом. Что бы кровотечение остановить. Тут опять один из троицы про железо и масло напоминает. Короля перекорежило.

–Лекари, – спрашиваю, – кто помнит, что под ягодичными мышцами проходит!

Молчат. Продолжаю лекцию.

– Там один из самых крупных нервов проходит, седалищный. И пара артерий, из них одна подходит к детородным органам. А вы мало того, что все разворотили, так хотите вашим железом и маслом все это сжечь!

Зигурт задергался. Продолжаю.

– Когда осколок влетел в ткани он был и так раскален, а значит, стерилен. Нагноиться может только из-за кусочков одежды, что в рану с осколком попали. Сейчас кровь сильно идти перестанет, рану осмотрим, все удалим. Вы, Донован на всякий случай разведите наш вонючий раствор в два раза, мы с ним тампон заложим на сутки. Потом будем менять на отвары трав. Постепенно рана изнутри зарастет. Зашить нельзя, образуется полость без оттока жидкости, она и нагноится.

И тут вопрос:

– Тогда зачем вы на лице полость зашили?

– На лице кровоснабжение лучше. Это раз. Во-вторых, это лицо, там грубые шрамы нежелательны. А в третьих, я оставила маленькое отверстие в нижнем углу раны, если вы заметили. И потом, сшила внутренние мышцы внутри раны. Завтра на перевязке посмотрим результат.

Вытащила тампон, сухо. Вместе с ним выдернулся кусочек шелка и кусок бархата, видимо, от королевских штанов и подштанников. Затампонировала уже рыхло, с карболкой. Ее уже в 19-м веке для этого применяли. Положила сверху свернутый несколько раз бинт, и отдала в руки эскулапов, пусть наклейку делают.

Устала, как собака. С утра на ногах, война, вся на нервах, две операции, а у нас еще десяток раненых. Сказала алхимику:

– Остальных перевязать чистым материалом, уложить во второй комнате ,что рядом с поправляющимися. Отделить тех, кому операция срочно нужна. Оперируем завтра. Все равно чистых инструментов нет.

– Как нет? – подхватился эскулап, – вот, полный ящик!

Открыла, посмотрела, действительно, полный ящик. Все грязные, в старой крови, ржавые!

– Этими инструментами только на тот свет дорогу отворять. Тони! Инструменты перемыть, в щелоке, грязь отчистить, и замочить на двенадцать часов в не разведенной карболке. Потом промыть и прокипятить. Мила бинты готовит. Оперируем, кого надо, завтра. Да, наши инструменты обработать так же, но отдельно. Все-таки они чище.

Пошла к себе, немного отдохнуть и переодеться. Все-таки ужинать придется с королем. А я особо застольного этикета не знаю. Знаю, конечно, кое-что, не от сохи, но тонкостей королевского, увы! Надо было Оливера попросить поучить меня, но некогда было. Ничего, спишем на крайнюю усталость. Все-таки бой, потом дорога, потом хирургия. А я слабая девушка после болезни. Перед ужином все-таки заскочила к Оливеру. Спит. Маковый отвар еще действует. Это хорошо. Но больше не дам. Не хватало еще привыкание получить. Надо будет простые травяные отвары приготовить. Забыла! У меня же целый травник бока пролеживает, отъедается. Ну и что, что дар утрачен, знания-то никуда не делись. Пусть поработает. Тут как раз они вместе с алхимиком входят. Приносят отвар. Оказывается, спелись. Лекарь маг слабый, но для приготовления отвара, как я понимаю, особая сила не нужна. Вот, скооперировались, и сотворили. Говорят, против воспаления и нагноения. И желудку после болезни не повредят. К королю Зигурту заходили, жив, жалоб куча. Вредный он все-таки мужик. Ладно, я их с нашим королем, попозже, как Оливера спрячу, сведу вместе. Пусть ему жалуется. На завтра трех тяжелых отобрали, для операции. Один, Господи, пронеси! С осколком в теменной части головы! Хорошо одно, нейрохирурги наши соседи. Часто вместе оперировали, их приемы знаю. Но без рентгена! На ощупь! Посмотрим, паниковать рано. И все-таки, случись большая заварушка, мне одной не выдержать. Надо местных учить. Анатомию знают плохо. Понятий об асептике – антисептике никаких. Придется курсы организовывать. Вот об этом с королем аккуратно поговорю за ужином. В анатомии я, конечно, слаба, в том смысле, что общую анатомию только на первых двух курсах изучают. Вот, с трудом про ягодицы вспомнила. Зато голову-шею назубок! Даже стоматологические области. Уж больно часто туда залезать приходилось. Интернета нет, так что выуживай из своих мозгов, что помнишь. Но надо анатомов поискать. В это время анатомия в почете была. По крайней мере, у нас. «Урок Анатомии» Рембрандта вспомним! И ребят молодых учить, кто заинтересуется. Типа медицинского колледжа открыть. До врачей не дотянуть, но медсестры, акушерки и фельдшера вполне выйдут! Надо только еще преподавателей по смежным специальностям найти. О гигиене – вон, Тони сто очков любому врачу даст. Подучу его, и пусть взрослым дяденькам преподает, что врачу руки мыть каждый раз, перед подходом к пациенту нужно, и после него тоже. Первый раз – для пациента, второй для себя. Алхимика подключим. Как-никак, карболку изобрел в этом мире! Травника, курс травоведения читать. С такими мыслями пришла на ужин с Его Величеством.

Король выглядит озабоченным и разочарованным. Надеюсь, не мной. Извинилась, что ужин из простых блюд. Пояснила, что Марьяна много времени тратит на готовку диетических блюд для больных и выздоравливающих. Так как при выздоровлении важна именно диета. Привела пример незадачливого Рода, который на радостях, что я его отпускаю отметил это с родными. Итог: эрозивный гастрит, кровотечение и смерть. Его-то я вскрыть не поленилась. Так что это точно. Много трезвенников в замке после того случая прибавилось! Перед королем извинилась, что вино пить вместе с ним не буду, только лечебный отвар. Король не привередничал, ел с аппетитом, под конец, приказал позвать Марьяну, выразил ей свое удовольствие ее готовкой, спросил секрет, почему ее простые блюда оказались вкуснее самых изысканных дворцовых. Марьяна не подвела, пришла, как всегда, в белоснежной блузе, чепце, черной юбке, только передник сменила на парадный, с кружевами, присела, руку пожалованную поцеловала и объяснила, что главный ее секрет – в чистоте. И в свежести продуктов. Что готовит она или свежепривезенные продукты, мясо, например, выдерживает на леднике не более 3-хдней, для ферментации. Птицу не держит более суток, ощипанную и выпотрошенную. Все перед готовкой моет. И воду только свежею. Даже кипяченую, а сейчас они всю воду из колодца кипятят, на второй день греют, и используют только для мытья посуды. И готовят в разных частях кухни. Мясо в одной, овощи в другой, выпечку в третьей. И доски никогда не путает. Монарх покивал важно, и попросил меня, конечно, как эпидемия закончиться, отпустить Марьяну на королевскую кухню, на пару месяцев, порядок навести. И перстень со своей руки пожаловал. Так что к десерту король совсем разомлел, и стал меня расспрашивать, как я, в свои годы умудряюсь графство в таком порядке в такое трудное время содержать?

Я скромно потупилась, и сказала, что отец мой оставил мне наследство в полном порядке, и помощников хороших. Вот и справляюсь. Попросил мне представить главных помощников. Марьяну он уже видел, Теперь хотел бы поблагодарить управляющего, экономку, капитана стражи, коменданта. Я замялась, и говорю, что еще одна персона мне помогает, но боюсь рассердить вас, Ваше Величество. Это мой брат Густав. И намекаю, не пора ли его простить, особенно после победы. Он будет гораздо лучшим графом, чем я. Король кивнул, и приказал всех призвать. Хорошо, что я, сразу по возвращении Летти экономкой назначила. Надолго не соглашалась, но уговорила. И попросила Милу мне подготовить в качестве камеристки. Она себя во время операции плохо почувствовала, так что сама поняла, что медицина не для нее. Хотя, в бараке работала отлично.

Король всех поблагодарил, Капитана особенно, за выполнение его просьбы. Старый вояка покраснел, но бодро рявкнул: – «Рад стараться»! С Густавом король пообещал поговорить завтра. Всех поблагодарил, и только собирался отойти ко сну, как в столовую влетел гвардейский лейтенант, и сообщил, что в стогу сена, купленного у трактирщика в трактире, около городских ворот Рисса, нашли труп благородного человека, убитого, с ножом в сердце!

Дорогие читатели, книга движеться к концу, осталось не более 3х глав, возможно, эпилог. Помните,что она участвует вконкурсе! Не забывайте ставить лайки, особенно те, кто добавил в библиотеку, а значит, книга нравится! Помогите авторувойти в шорт-лист конкурса!

Глава 24.

Нелли.

Обский всплыл! Как не вовремя! Но кто же знал, что сено так рано понадобится? Густав положил руку на плечо. Мол, спокойно, никто ничего не узнает! Король не особо заинтересовался происшествием. Спросил только, опознали или нет труп постояльцы трактира. Привели испуганного парнишку, со старым синяком под глазом. Трясется, как заяц. Заикаясь сказал, что это его хозяин, барон Обский, младший. Сообщил, что барон ехал в замок к графине, по приказу своего отца, с извинениями. Нахамил графине, а от нее зависит, дадут ли барону титул графа. Очень был зол. Дал серебрушку и велел снять комнату в трактире, поближе к замку. И ждать его. Так как он не оставил парню ничего на еду, мальчишка снял комнату в трактире у городских ворот, невзирая на его плохую репутацию, так как там было дешевле. Перед там, как уйти ударил его за плохо вычищенную шляпу, и пообещал выпороть, когда вернется. Поэтому парень его и не искал. Решил, что графиня оставила хозяина ночевать в замке, тем более, он мужчина видный, интересный, а графиня одна. Заскучала. Подумал, что пусть погостит подольше, может забудет об обещанном наказании. Так почти четыре дня и прождал. Осмотрел тело, отметил, что нет шляпы, шпаги, а она у хозяина была дорогая, и кошелек с пояса пропал.

Я сказала, что последний раз видела Обского вовремя визита к его отцу. Он мне нахамил, и я, не завершив визит, уехала, сообщив барону, что бы на графство не рассчитывал! Мало того, что сын хам, так еще баронство плохо управляется. Доход тратиться не на улучшение разоренного хозяйства, а на прихоти семьи барона. И, подозревая, что он приедет ко мне сам, извиняться за сына, приказала никого из Обских не пускать. Видимо, он или не пошел в замок, либо ему сказали, что графини нет, а я действительно, в тот день посещала кузницу, там запустили новый паровой молот. Так что барон пошел в Рисс, решив отложить объяснение, и напоролся на грабителей. Решили, что так и было. Король велел сообщить барону, и на том дело закрыли. Он сразу же потерял к нему интерес. Обратился ко мне и попросил проводить его к больному сыну.

Отправились в госпиталь в моей коляске. Удивился, что принц лежит не отдельно. Объяснила, что так надежнее. К отдельно лежащему больному нужно приставлять специального человека, сидящего с ним день и ночь. Такого человека надо еще и обучить специально. А здесь все на виду, персонал постоянный, опытный, и соседи в случае чего, присмотрят и тревогу поднимут. Впрочем, Аврилл почти здоров, и можно его забрать в замок, осталось только соблюдать диету. Так и решили. По дороге обратно, король и спросил меня, не хочу ли я провести помолвку в ближайшие дни, раз уж все здесь собрались. Меня в пот холодный бросило. И тут я решилась на обман. Сказала, что боги дали мне волшебный амулет, который подсказывает правильные действия. Давайте, Ваше Величество, я спрошу у него. Так как сомневаюсь, можно ли праздновать в то время, когда народ еще не оплакал погибших родственников, а у меня траур по родным! Вытащила амулет и мысленно спросила, казнить ли мне короля Дамбрии, или нет. Естественно, амулет вспыхнул красным. Боги выразили свою волю. Король засомневался, правильно ли я толкую его знаки. Я тут же, при нем, спросила вслух, стоит ли нам вернуться в замок и лечь спать. Зеленая вспышка! Король поверил. Но предупредил, что по окончании траура помолвки не миновать! Отлично, траур шесть месяцев, время выиграно. Вернулись в замок довольные друг другом. Наконец-то собралась спать, но не выдержала, пошла проведать Оливера. Проснулся, даже поел немного. По левой половине лица растекается кровоподтек. Начнет перецветать, живописно будет. Отек щеки небольшой, меньше чем ожидала. Болей, говорит, почти нет, глотает свободно. Жевать не пробовал, нечего было, все протертое. Тут я заметила, что все соседи из комнаты куда-то испарились. Надо же, какие деликатные и наблюдательные! Оливер мою руку взял, пальцы перебирает.

– Волшебные у тебя ручки, – тихо так, почти шепчет.

– Ну, конечно, по сравнению с теми коновалами королевскими, то да. Но я впервые сознательно боль человеку причиняла. Хоть и во благо. Причем, дважды за день!

– Ты что? Этой королевской заднице тоже помогла?

– Ревнуешь? Свое лицо к заднице? Зря. Там выхода не было. Эти коновалы Зигурта чуть без ноги не оставили. Повредили бы один нерв и усохла бы. Хоть и гад, но тоже человек все-таки. А задницу я не трогала. Правда, картину на ней нарисовала, по памяти. Приличную. Как мышцы проходят. А осколок удалила даже без разреза. Постараюсь как можно дольше короля к нему не пускать. Ты же у него шпагу забирал под своим именем. Сдаст тебя этот гад!

– Не страшно. Все равно с королем, с дядей, говорить нужно. Отречение ему вручить. Что бы от клятвы освободить. Вот, думаю, может на твоей территории лучше? Все он не так уверенно себя чувствовать будет!

– Может. «Бронепоезд» Сэма помнить будет. А ну как долбанем по гвардии! И потом Зигурту сдадимся. Он как раз здесь, под рукой. Ему же не я, ему Рисс нужен.

–Нет, Рисс отдавать Дамбрии нельзя! И перестань звать его Зигуртом! Именуй по титулу, а то Зигурт слишком интимно.

Улыбнулась: – Слушаюсь, Ваше Высочество! Впредь буду именовать Зигурта Его королевским Величеством, королем Дамбрии! Ревнивец! А теперь давай-ка спать. И твоим соседям мешаем, и я с ног валюсь. Да, важное не сказала, из-за этого сюда и шла. Обского нашли. В сене. Гвардейцы сено у трактирщика купили, а он там!

– Ну, хоть что-то хорошее в жизни сделал. Повод дал тебе ко мне зайти! Хорошо, до завтра!

Но лечь спать, нам сегодня было не суждено.

Дверь распахнулась, и в комнату влетел король. Глаза молнии мечут. Уставился на Оливера, и вдруг вздохнул с облегчением и сел прямо на ближайшую кровать. Меня увидел, удивился, и говорит, – Не думал, что вы, Нелли так поздно пациентов навещаете!

– Приходится. У вас что-то случилось, Ваше Величество?

– Случилось. Обсудить надо. Только не здесь. Там под дверью куча народа мается. Графиня, ваш пациент до кабинета в моих покоях дойдет?

– Может, лучше до моего? Ближе.

– На своей территории разговаривать легче?

– Так все графство моя территория.

– А вся Венидия пока что моя! Не будем считаться, Нелли. Если вам легче у себя, пойдем к вам! Все равно переговорить надо, иначе к завтрашнему утру вы этого молодого человека куда-нибудь спрячете, а мне скажете, что он мне привиделся! Я прав?

– Почти, Ваше Величество. Вер, встать сможешь? Или мне слуг вызвать, перенести?

– Смогу, уже вставал.

– Без моего разрешения? Куда?

– Куда, куда до удобств. Меня же в лицо ранило, а не то, что некоторых. – Говорил Оливер совершенно спокойно, Так что и я начала успокаиваться, что этот разговор закончится хорошо.

– Хорошо, Только медленно, пошли. Ваше Величество, я девушка слабая, подстрахуйте, если что.

– Подстрахую. Показывайте, куда идти.

Доползли до кабинета. Соседи Оливера проводили странными взглядами. В кабинете Оливер, с явным облегчением, опустился на тот самый диванчик у двери. Король сел в мое кресло. Я посчитала не приличным, но безопасным сесть рядом с Вером. Дерева в кабинете много, в случае чего…

– Нелли, будь добра, вызови Густава, что бы уже все действующие лица были в сборе.

Я выглянула за дверь, вызвала из соседней комнаты дежурную горничную, Мила пока с бинтами возится, и приказала сообщить Густаву, что бы срочно пришел в кабинет.

Вернулась на свое место, король сверлит Оливера взглядом, но, чувствую, настроен доброжелательно.

– Извините, Ваше Величество, – решилась я, – кто из слуг нас сдал? Поймите правильно, я не смогу больше держать предателя в замке. Лишиться доверия можно только один раз.

– А это к вам тоже относится, графиня? – ехидно так спросил король.

– А я вас не предавала. Меня вы об Оливере напрямую не спрашивали. О бродягах на дорогах, о странных личностях, о ком угодно, но не о нем. И капитана моего не вините. Вы его отправили карантины проверять, бараки с заболевшими. И он честно отчитался, что там никого с такими приметами нет. Про замок разговора не было.

– Туше! Я очень рад, что выбрал для моего оболтуса такую умную жену.

Оливер потемнел весь. Сейчас взовьется, и вместо спокойного разговора выйдет ругань. Решила идти ва-банк. Терять уже нечего.

– Простите, Ваше Величество, но при заключении этого сговора, помолвки ведь, как таковой не было, и вы, и мой отец, забыли спросить некоторых особ, имеющих к нему непосредственное отношение. Вашего сына и меня. Ваш сын тайно пробрался ко мне со слезной просьбой отвергнуть его, так как он намерен хранить целибат, что бы стать высшим жрецом. Имевшие контакт с женщиной, могут рассчитывать только на низший уровень. Про себя скажу честно. До определенного времени я относилась к этому соглашению нейтрально. Но потом случилось то, что коренным образом изменило мои взгляды. И теперь я солидарна с вашим сыном.

–Так ваши слова о трауре, были всего лишь уловкой?

– Нет, не уловкой, но сознательным ходом. Мне нужно было выиграть время. Оливер был ранен, я считала, что ему сейчас говорить с вами опасно и преждевременно.

– Оливер-то тут причем?

– Очень даже причем, дядя! – впервые подал голос принц, – Нелли, покажи руку!

Мы синхронно вытянули руки, метки засветились, слились в один узор. Король склонился, рассматривая его.

– Слышал, читал, но вижу впервые. Думал, что это просто легенда! И как вы умудрились это заполучить?

– В храме, когда пришли просить удачи перед сражением с Зигуртом. Простите, с Его Величеством королем Дамбрии. Благословление получили, но весьма своеобразное.

– Спасибо, Нелли. Давай я продолжу. Дядя, что я должен сделать, что бы твоя клятва отцу потеряла силу? Просто отречься, или что-то еще?

– Принять корону, или умереть. Другого пути нет. Причем твоя смерть не должна быть даже косвенно связана со мной, либо с кем-нибудь из моих близких родственников. То есть, если я в разговоре с кем-то Имярек упомяну, что мне было бы лучше, если бы ты не существовал на земле, а этот Имярек тебе устроит гадость, то умру я, и все мои дети и дети детей, которых пока еще нет. Твой отец умел брать клятвы. То же будет, если это сделает, например, Родриг.

– И что, выхода нет?

– Нет.

– Но я не хочу надевать корону. Я ничего не понимаю в управлении страной! И я не кокетничаю и не прибедняюсь. Я НИ-ЧЕ-ГО не понимаю в том, в чем заключается работа, а это именно работа, короля. Надев корону, я стану этакой статуей на троне, тупым болванчиком, марионеткой в чужих руках! Я этого не хочу! Мы с Нелли планировали уехать, перебраться в чужую страну и жить там под чужими именами. И, поверь, неплохо жить. Я сам хотел переговорить с тобой на эту тему, освободить тебя от клятвы и уехать! А теперь выходит, это невозможно!

– Невозможно. Более того, роковые слова, делающие мое семейство причастным к твоей смерти, уже произнесены. Не мной. Родригом. И за ним стоит кто-то очень умный, кто получит пользу от такой ситуации. Представь, умираешь ты, умираю я, умирают оба мои сына и дочь! Я так подозреваю, что Родригу внушили, что клятва затрагивает только меня. У него все в ажуре, кузена нет, отца нет, он король. К тому же женат на дочери моего брата, на кузине.

– Ничего себе, так это заговор!

– Вот именно. Тебя учили, я просил, генеалогии и геральдике. Кто ближайший претендент на престол, если пресекается наша династия?

Оливер задумался: – Герцоги Северинские!

– Молодец! А его сын нацелился на твою кузину. Совсем задурил ей голову! И станет ее вдовцом. И утешит вдову Родрига.Это сейчас твоя мать настраивает дочь против маркиза. А когда он станет сыном претендента на престол, она быстро заставит ее изменить свое мнение.

– И маменька сюда влезла!

– Втянули. Сейчас она считает, что ты все равно погибнешь, а дочка пусть станет королевой! С Родригом. Но не выйдет. Теперь понял, почему я держал тебя подальше от этого гадючника, создал мнение, что ты на престол не взойдешь. Больше для того, что бы думали, что принимать в расчет тебя не надо. Так сказать, ты заранее покойник. Что бы в покое оставили. Так что корону тебе принимать придеться. Выхода ни у тебя, ни уменя нет.

Тут мне в голову пришла одна мысль.

– А что будет, если Оливер примет корону, то есть вы выполнили клятву, а он умирает потом?

– Я же говорил, что Нелли очень умная девушка!

!