Текст книги "Сердце василиска (антология)"

Автор книги: Елена Малиновская

Соавторы: Ева Никольская,Александра Черчень,Кристина Зимняя,Ирина Эльба,Франциска Вудворт,Марина Комарова,Ника Ёрш,Марго Генер,Татьяна Осинская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Вскоре доставили обед. Макс принял его, но сам есть не планировал. Попросив накрыть для меня на ближайшем столике, он проводил официанта и, все же сменив пиджак на пуловер, достал из шкафа пальто.

– Уже уходишь? – поняла я.

– Чем быстрее все сделаю, тем быстрее вернусь, – кивнул он. И тут же снова принялся меня наставлять: – Будь осторожна и внимательна. Не открывай никому. В номере есть все необходимое до вечера. К слову, когда приеду, тебя ждет сюрприз. Если дело выгорит, этот день ты запомнишь надолго.

– А если не выгорит? – из вредности уточнила я.

Макс посмотрел на меня, покачал головой и напомнил:

– Так не бывает. Увидимся часов в шесть, – он потянулся к ручке двери.

– Макс! – остановила его я. – Серьезно, как быть, если что-то пойдет не так? Может, поедем вместе?

– Никак, – он поправил теплое полупальто, улыбнулся и заверил: – Я продумал все до мелочей и должен сделать кое-что сам. Не волнуйся, ты не останешься безучастной. Без тебя моя задумка не сможет реализоваться. Но из номера ни ногой. Даже обслуживанию номеров не открывай.

– Настолько серьезное расследование? – я разволновалась еще сильнее.

– Дело всей жизни не может быть простым, – подмигнул Макс.

– Здесь наши магофоны не работают, – напомнила я. – Не хочу быть занудой, но как с тобой связаться в случае необходимости?

Подумав, Макс вынул из портмоне миниатюрную зеленую карточку:

– Вот визитка моего друга, – сказал он. – У Мизи́ра здесь свой магазин. Я загляну туда к пяти. Если тебя будет что-то беспокоить, позвони администратору гостиницы и попроси связаться с ним. Передай для меня сообщение.

Я мельком глянула на визитку, но из-за массы волнений, свалившихся за последнее время, название плохо отложилось в памяти. То ли «Рамнузис», то ли «Римазис»…

– Не будь такой трусихой, Анна, – Макс заулыбался и щелкнул меня по носу. – Тебе не идет.

Трусихой? Вот как? Я тут же вспомнила еще кое-о чем…

– Подожди! – попросила Макса, мило улыбнувшись. – У меня есть для тебя одна вещь.

Я быстро достала из чемодана приготовленный подарок. Хотела шуточно всучить его Максу в новогоднюю ночь, но раз он решил бросить меня здесь до вечера да еще принялся высмеивать обоснованные страхи, сюрприз просто обязан был перекочевать на его шею прямо сейчас!

– Это тебе, – я с самым серьезным видом протянула красный шарф с оленями. – Здесь холодно, а потому я хочу о тебе позаботиться, дорогой начальник. Не буду ждать сегодняшней ночи, бери и надень сейчас.

– Это что? – удивился он.

– Шарф, – ответила я. – Как ты мечтал, Макс. Люди дарят такие друг другу. С наступающим. С почти Новым годом.

Честно говоря, была готова к отказу. Но начальник широко улыбнулся и лихо повязал подарок на шею.

– Как я выгляжу? – спросил он, расставив руки.

Ну что сказать? Черное классическое пальто, такие же брюки, ботинки, галстук, кипенно белая рубашка, темно-бежевый пуловер и шарф с оленями…

– Превосходно, – рассмеялась я. Не удержалась и, протянув руку, расправила складки ткани на его груди, мимолетно погладив. – Все враги будут повержены, а деловые партнеры не смогут устоять. Носи и будь счастлив.

– Я тебе тоже припас кое-что, – прищурился Макс. – Чтобы носить и сражать всех. И для счастья, разумеется. Но я более терпелив и отдам подарок ночью у елки.

– У какой еще елки? – растерялась я.

– У нашей, конечно, – он неопределенно провел рукой, указав куда-то вправо от меня: – Поставят где-то здесь. Я распорядился установить и нарядить ее к полуночи.

– Даже так? – приятно удивилась я.

– Будем отмечать успех дела в праздничной атмосфере, – заверил Макс.

– Успех? То есть ты планируешь решить все уже сегодня? – улыбка слетела с губ, а сердце сбилось с привычного ритма. Неужели наше маленькое приключение закончится так быстро?

– Да, – твердо заверил Макс.

Что ж, значит, встретим Новый год и разойдемся. По возвращении в столицу я собиралась немедленно собрать вещи и съехать от Макса. Отступать и ждать дальше было глупо. И мучительно.

Но Макс всего этого не знал и, подмигнув, ушел.

Накинув полушубок, я вышла на балкон, проследила за его такси и какое-то время стояла, глядя вдаль с грустной улыбкой. Часть меня все еще глупо надеялась на счастье с этим замечательным мужчиной. Но он слишком свободолюбив, чтобы принадлежать одной мне.

Вдохнув холодный воздух, я печально опустила голову и… ощутила странное давление извне. Будто кто-то пытался проникнуть в мои мысли! Я встряхнулась и принялась осматриваться. Здание гостиницы было построено буквой «П», и наш номер находился в центральной части. А справа, с балкона, на меня неотрывно смотрел коротко стриженный бугай в обтягивающей синей рубашке. От моего внимания он не смутился, наоборот, подался вперед и странно усмехнулся, проговорив: «Он уехал. Наша птичка осталась одна».

Да, я умела читать по губам, и сегодня это умение чуть не сделало меня седой.

В спешке вернувшись в номер, я скинула полушубок и принялась расхаживать по комнате, решая, как быть дальше. Позвонить администрации и потребовать охрану? Оснований пока не было. Все, что я имела, – слова Макса об опасности и прочитанное по губам незнакомца. Слишком мало для паники. Но ситуация мне совсем не нравилась.

Подумав, я снова вышла на балкон. Бугая нигде не было.

– Может, он мне вообще привиделся? – пробормотала я. – Переутомление, и все такое… Мало ли.

В желудке предательски заурчало. Так всегда случалось от нервов. Хорошо, что Макс все предусмотрел и заказал еду. На этой прекрасной мысли я вернулась в номер и села за стол, где меня уже ждал шикарный обед из самых любимых блюд. Макс отлично меня изучил и, как всегда, позаботился.

Не влюбись я в него, так бы и работала в удовольствие. Но все испортила василискова харизма. Теперь я должна уволиться, рыдать в подушку и искать себя заново. Отвратительно, когда начальник – идеальный мужчина.

Хоть бы иногда кричал на меня без причины из-за плохого настроения, лишал премий или требовал лучше работать! Неужели этому змею так сложно быть хоть немного обычным человеком?

– Пози-тив, приди, – прикрыв глаза, простонала я. – Боги, если вы есть, укажите мне верный пу-у-уть.

Только договорила, как в ушах мерзко зазвенело: громко, звонко, дребезжаще! Сработала пожарная сирена. И хоть я маг-стихийник, с пожаром в одиночку не справиться. Еще и нервы на пределе, и… я просто привыкла за этот год во всем и всегда полагаться на Макса. Мне кажется, своей заботой он с продуманным коварством превратил меня в неженку, так быстро забывшую годы учебы в Высшей академии магии. Только на это я могу списать страх, с которым я ринулась к входной двери и прислушалась, что там происходит. А там раздавались взволнованные громкие голоса и топот множества бегущих ног. Еще и сирена не утихала ни на секунду, подгоняя и не позволяя рационально и взвешенно подумать.

– Никуда не пойду, – я неуверенно отступила от двери и, глянув в зеркало, напомнила себе: – Макс же велел не поддаваться на провокации.

В коридоре завизжала женщина. Кто-то стукнулся о мою дверь. Снова послышался топот. Я продолжала нерешительно стоять на месте. Секунда, две, три… И тут воображение нарисовало сгоревшую гостиницу и моего начальника, с ухмылкой смотрящего на остатки меня. «Зря ты хотела уволиться, – сказал Макс в моей голове. – От меня еще никто не уходил безнаказанным, Анна!»

Опомнилась я уже в коридоре, бегущей вместе с толпой. В руках сжимала сумочку и полушубок. В голове царил полный хаос.

Гарью не пахло, огня нигде не было, но общая паника подхватила меня в свои сильные объятия и вынесла прямо на улицу. Там уже стояли три наряда пожарных машин и один тощий уставший мужчина в черной униформе с золотыми и серебряными нашивками – штатный маг от Министерства. Как только наша толпа вывалилась из здания, ему подали знак, чтобы начинал создавать над гостиницей защитный купол.

– Внимание! Ничего страшного не произошло! – объявил служащий, которого я до этого видела на ресепшене. – Пожарные вот-вот начнут осмотр здания и потушат очаги возгорания, если таковые имеются. Придется немного подождать.

– Что значит «если имеются»? – громко спросил мужчина рядом со мной. – Так есть пожар или нет?

– Мы точно не знаем, – отозвался служащий. – Сейчас выясняют, из-за чего сработала сирена.

Не знают?

Я округлила глаза и затравленно осмотрелась. В голове шумело, в груди учащенно билось сердце. «Нельзя было покидать здание», – подумала я, и тут же в подтверждение своих мыслей наткнулась взглядом на громилу с соседнего балкона. Он стоял бок о бок с миловидной полненькой брюнеткой. Ростом она была ему по грудь. И оба смотрели прямо на меня. Нехорошо так, с угрозой!

Попятившись, я быстро развернулась и рванула прочь. К дороге. Необходимо поймать такси и уехать к другу Макса. Немедленно! Не станут же меня ловить на глазах у стольких свидетелей?

Но я просчиталась. Верзила бросился следом, даже не пытаясь изобразить простого пробегающего мимо спортсмена. Крикнув: «Стоять!», он практически меня догнал, но я успела перебежать дорогу перед огромным магобилем, а потом свернуть в подворотню и метнуться за угол, где замерла, старательно успокаивая дыхание и гадая, продолжится ли преследование.

Увы, судьба не давала вздохнуть спокойно.

– Ну что, Гай? – услышала я женский голос совсем рядом.

– Она побежала сюда, зуб даю, – хрипло отозвался мужчина.

– Наверное, рванула в торговый центр, – предположила женщина, а потом спросила обеспокоенно: – Как твоя нога?

– Побаливает, – признался мужчина.

– Нужно вернуться и позвать лекаря. Не морщись! Ты прокатился на капоте магобиля, а не просто споткнулся, Гай. Убедимся, что с ногой все в порядке, а потом поищем госпожу Рэ́йвис. Никуда она не денется. Тем более, нас много, а она одна.

Мужчина что-то негодующе пробормотал, но пошел прочь.

А я сползла по стене, с ужасом глядя на кирпичную стену напротив.

«Их много, – думала я. – И они точно ищут именно меня! В гостиницу возвращаться нельзя. Так что же делать?»

Поднявшись, я дрожащими руками натянула полушубок, с досадой осознав, что так и выбежала в домашних розовых туфлях с веселенькой меховой опушкой. Нужно было срочно поймать такси, чтобы не замерзнуть.

Заглянув в прихваченную сумку, я тихо выругалась. Степень досады на себя значительно выросла: визитки друга Макса в ней не было. Прикрыв глаза, я постаралась припомнить название магазина, в котором мы могли встретиться. «Рамесис»? Что-то такое…

Собравшись с силами, я рванула по подворотне к другой стороне улицы. Там остановилась у дороги и, вытянув руку, принялась ждать то ли нападения, то ли остановки сердца, то ли такси. В этот раз судьба смилостивилась: транспорт подъехал раньше, чем «отъехала» я.

– Куда уважаемой надо? – спросил улыбчивый незнакомец, выглядывая из окна притормозившего магобиля.

– В «Рами́пис»! – бросила я, садясь в салон. – И поскорее.

– «Рамипис»? – удивился мужчина и поехал на разворот. – Уверены?

– А что не так? – нахмурилась я.

– Нет-нет, все так, – отмахнулся он и больше ни о чем не спрашивал. Только включил музыку погромче и иногда оглядывался, одаривая меня подозрительным взглядом.

Накрутив себя, я нашла в сумке баллончик для самозащиты. Он отправлял жертву в недолгий, но полный стазис. Макс подарил мне эту штуку в первые дни работы. Использовать ее рекомендовалось лишь в крайнем случае, ведь после попадания магического состава на человека тот мог приходить в себя больше двенадцати часов. У василисков и драконов эффект был иной: они на несколько часов теряли зрение.

Однако таксист агрессии не проявил, так что баллончик проверить не получилось. Доехав до места, мужчина взял деньги и, пожелав успехов в делах, какими бы они ни были, умчался.

Странный тип, но мало ли таких в курортном городке?

Пожав плечами, я с облегчением направилась в магазин, где меня должен был встретить друг Макса. В какой-то момент показалось, будто за мной следят. Но нервно обернувшись, я увидела лишь идущую вдалеке брюнетку, совершенно не обращающую на меня внимания.

Снова посмотрев на магазин, удивилась витринам, закрашенным черным, а еще – пудовой на вид двери с едва заметной надписью названия. Потянув на себя, я с кряхтением ее открыла и вошла в помещение, тонущее в сумеречном свете. Пахло травами и горячим воском. По стенам были развешаны амулеты всех видов, а по центру стоял дубовый стол с большим круглым кристаллом.

– Зачем ты пришла к Ра́мипис? – хрипло спросили меня из ниоткуда.

Значит, Ра́мипис не название, а имя? Я вздрогнула и принялась искать говорившего.

– Не стыдись естественного желания отомстить или дать сдачи, путница! Чего хочешь? Привороты, отвороты? – принялся перечислять голос. – Хочешь вернуть любимого? Проклясть врага? Отнять чужое богатство? Излечиться от недуга, передав его родне? Любые виды темной магии доступны Рамипис, и я готова сделать все за звонкую монету. Но помни: даже если просьбы нет, платить придется, ведь ты вошла сюда, а значит, согласилась на договор, прописанный под черной краской на внешней стене! ЧЕГО ХОЧЕШЬ?

С последним вопросом некто коснулся моего плеча, дернув на себя. И совершил тем самым роковую ошибку. Потому что я была напугана и все еще держала в руках баллончик. Естественно, он сработал!

Рядом со мной замер очень-очень удивленный крепко сбитый парень. Интеллект на его лице отсутствовал, что компенсировалось огромными мускулами. Накачанным было все: руки, ноги, спина, шея… Даже нос смотрелся большим и мускулистым. Страшный мужик – от одного взгляда на него жизнь начала быстро-быстро прокручиваться в голове. Прощаться.

А следом запричитала женщина:

– Что ты сделала с Патриком? Ты от Грязного Джо?! Я же сказала, что в среду верну долг! – из глубины помещения на меня выскочила миниатюрная дама неизвестного возраста. В длинных черных одеждах, с обильным макияжем, со множеством украшений в виде скелетов на руках и шее. Ее высокая прическа тряслась от каждого движения, а в словах сквозило отчаяние: – Сейчас у меня нет всей суммы, но я могу дать половину!

Я покачала головой и попятилась. Потом остановилась и на всякий случай уточнила, не она ли тот самый друг Макса:

– Мизи́р?

– Что? – не поняла женщина. – По-вашему, полсуммы – это ми́зер? Знаете, как тяжело в моем бизнесе? Сколько рисков и неудач? Патрик каждый день вынужден применять силу! Я не могу дать больше. Так и передайте своему начальству. О, мой Па-атрик…

– Ладно, – кивнула я, разворачиваясь и мигом открывая тяжеленную дверь. Видимо, на адреналине появились силы, о которых я не знала.

Покинув жуткое заведение, ринулась налево. Нужно было пройтись, чтобы подумать. Вскоре свежий воздух подействовал, и до меня дошло важное: я явно ошиблась с названием магазина. Но как было вспомнить правильное?

Заметив рядом милую кофейню, свернула туда и заказала себе чайник мятного чая с круассаном. За едой мне всегда думалось хуже, зато на душе спокойней. Пока не спеша ела, размышляла о важном: о жизни, которую пустила под откос из-за привязанности к начальнику. Нужно было бежать от него, еще когда появились первые «звоночки» о любви. Но как уйти от того, с кем сердце поет?

Я ведь понимала, что тогда больше не смогу жить рядом, видеть сонного Макса по утрам, обедать и ужинать с ним; не смогу засыпать, зная, что он за стеной – в гостиной – читает любимые детективы… Ходить с ним по магазинам, вести с ним расследования, обсуждать общих знакомых, которых появилось немало… Даже напрягать фантазию, чтобы приготовить ему новые вкусные и разнообразные блюда. Помогать завязывать галстуки… Я полюбила все это и не готова была прощаться. Пока не поняла беспросветную безнадежность своего положения.

– Глупая, глупая Анна, – пробормотала я.

Чай уже остыл, и я призвала стихию, чтобы вскипятить воду в чайнике. Уже хотела налить себе чай, когда напротив меня на свободный стул села та самая женщина, что недавно прогуливалась рядом с тем жутким магазином! Сверкнув глазищами, она повесила на спинку стула зонт-трость и заговорила знакомым по подворотне голосом, только с изрядной долей злости и презрения:

– Думала, мы ничего не узнаем, птичка? О твоей страсти к особой магии и запрещенным напиткам? Теперь у меня есть подтверждение. Я видела тебя у черной ведьмы. Что, запасы зелья кончились? Твоя песенка спета, и Макс больше не сможет помочь.

Женщина была красивой. Легкая полнота ей даже шла, а круглое личико могло бы излучать добро и радость, но… сейчас полные губы искажал нехороший оскал, а большие карие глаза обливали меня презрением.

– Меня зовут Ари́ция, и я менталист. Знаешь, на что мы способны? Я уничтожу твои воспоминания и поставлю точку в этой гнилой истории! – со зловещей снисходительностью сообщила женщина, подхватив мой чайник. Затем завершила монолог, угрожающе протянув по слогам: – Конец.

Ариция усмехнулась, заметив на моем лице неприкрытый страх.

Увы, за год рядом с опекающим Максом моя храбрость, если таковая и была, улетучилась. Дело в том, что боевой факультет я окончила весьма посредственно, потому что в физических навыках и боевых искусствах так и не преуспела. До третьего курса мне прочили карьеру перспективного стихийника, но куда дальше идти с таким образованием, не имея жилья, связей и стабильного дохода? То ли дело – диплом боевика. С ним легко принимали на работу в полисмагию, где давали служебные квартиры, платили отличное жалованье и полагались различные приятные привилегии. Так что при распределении на четвертом курсе я решила действовать с умом и выбрала боевой факультет.

И просчиталась.

«Слишком худая», «слишком мелкая», «слишком молодая», «да в чем там вообще душа держится?» – это лучшее из услышанного мной при попытках устроиться на вакантные места после выпуска. Оставалось вернуться в родной городок и попытать счастья там. Перед самым отъездом мне и попалось объявление Макса. Он искал помощника. С опытом и стажем, конечно. Но я как-то смогла убедить его принять именно меня. Вообще, подозреваю, что дело в жалости. Я ворвалась в кабинет Макса без стука и с ходу начала тараторить, рассказывая, как великолепно стану ему помогать. Вот просто во всем! Хотя практических навыков и опыта у меня нет, но с каким рвением буду учиться – он увидит и обалдеет. По мере моей речи лицо Макса вытягивалось все сильнее, а к концу он поднялся и заявил:

– Вы приняты. Без испытательного срока.

Он поверил в меня, и я старалась обучиться всему как можно быстрее. Макс оказался невероятно терпеливым и спокойным, как удав. Вернее, как василиск. Наша встреча стала подарком небес для бедной студентки. Так я думала до сегодняшнего дня. Пока все не закончилось побегом от безумцев.

Сначала меня преследовал громила, теперь менталистка, угрожавшая уничтожить память. И за что? За любовь к мятному чаю?

Я собиралась спросить ее, что именно сделала не так, но в этот момент Ариция с апломбом победительницы налила себе в кружку только что вскипяченного мною чаю и махом глотнула. Выпучив глаза, она закашлялась и захрипела, попутно опрокинув остатки кипятка на себя.

Дальше раздался жуткий визг. Ариция вскочила и принялась оттягивать платье, видневшееся из-под расстегнутого пальто. И пока я оторопело таращилась на нее, к пострадавшей бросились люди, стремясь помочь.

Я же, подхватив упавший зонт, малодушно сбежала, воспользовавшись суетой. Все равно помочь в этой ситуации ничем бы не смогла. От пережитого стресса по пути вспомнила название, увиденное на визитке. Резко остановившись, развернулась и метнулась к дороге, где снова поймала такси и попросила отвезти меня в «Рама́зус».

– Центр перекрыт – там наряжают елку для ночного торжества, – смерив мои милые туфли с меховушками добродушным взглядом, предупредил водитель, на голове которого красовался красный колпак с белой кисточкой. – Так что вам придется немного пройти пешком, госпожа. Подвезу вас к памятнику Великого Уоллеса, оттуда спуститесь по лестнице и сразу направо. Не заблудитесь.

– Благодарю, – кивнула я, усевшись в салон.

«Вот вам и чудесная поездка с начальником, – думала я, с грустью глядя в окно. – Хотела признаться Максу в чувствах под елкой. Мечтала, что случится что-то волшебное, меняющее всю жизнь. И пожалуйста, сбывается! Жизнь уже понеслась под откос. Осталось найти Макса и признаться, что хочу придушить его за эту подставу!»

Магобиль остановился спустя четверть часа. Таксист указал мне на высокое здание местного палеонтологического музея и велел обойти его справа, а потом спуститься к Центральной улице. Там ожидал нужный магазин.

– Возьмите! – добавил он, когда я уже вышла из салона. – Это должно поднять вам настроение. Не стоит грустить в такой день. И, тем более, морозить уши. С наступающим!

Он протянул мне новогоднюю красную шапку с белым помпоном. Не свою, а новую, упакованную в пакет.

Я улыбнулась и приняла подарок, поблагодарив добряка. Шапку надела тут же. Во-первых, для настроения, во-вторых, чтобы согреться: погода и правда испортилась, прилично похолодало и начался мелкий дождь. Тут-то и пригодился чужой зонт.

К музею почти побежала, искренне надеясь, что на этом злоключения на сегодня закончатся. Какую жуткую организацию пытался разоблачить Макс – оставалось только гадать.

Пока неслась вперед, представляла, как встречу своего василиска и расскажу, что он заставил меня испытать из-за своего «дела всей жизни»! Мне было ужасно обидно. Никогда раньше начальник не рисковал моей жизнью и не подвергал опасности. Напротив, он был опорой, поддержкой и стеной, за которой я укрывалась от любых невзгод. И вдруг такое…

«А если Макс решил, что проще подставить помощницу, решившую его бросить? Мысль, конечно, странная, но кто знает этих василисков?»

У-у-у-у, змеюки!

От гадкой мысли и незаслуженного подозрения настроение окончательно испортилось. Теперь я шла, припоминая все, что Макс говорил о сородичах. И выходило почти ничего. Все они в основном селились на западе, за Ложным Хребтом – величественной цепью гор протяженностью в несколько огромных городов. В гости не приезжали. В столице вообще было очень мало василисков, и в основном – проездом по делам. Все носили защитные линзы и держались особняком.

Макс же любил жизнь в Ардисте, где долго служил следователем, а потом стал востребованным частным сыщиком. У него было много полезных знакомых, и общения он не избегал. Это не касалось лишь тем про его сородичей и родных. В гости Макс тоже никогда никого не приглашал и меня просил этого не делать, ведь я жила под его крышей.

Если подумать, я вообще не видела других людей в его ближнем кругу. Только передо мной Макс мог снять защитные линзы, расхаживать в домашнем костюме и, затопив камин, сидеть в любимом кресле с книгой. Только мне разрешал работать в его кабинете и пользоваться архивом. И лишь за мной ухаживал, когда я сильно заболела осенью. Тогда Макс вообще проявил чудеса терпения и заботы, а потом на неделю вывез меня в санаторий и подарил день «разгрузочного шопинга» за его счет. Как компенсацию за потерю здоровья в столь сложных условиях труда. Не начальник – золото.

Но… с каждым новым проявлением его открытости и щедрости я становилась все большей жадиной. Последний месяц стал совсем невыносимым! Зная, что Макс за стенкой, я засыпала с огромным трудом. Ужасно хотелось выйти и обнять его, признаться в чувствах. И будь что будет! Мое терпение истощилось и… лопнуло на прошлой неделе.

В тот вечер я вышла из спальни в короткой сорочке с откровенным вырезом. Демонстративно потягиваясь и зевая, прошла в кухню мимо гостиной, где сидел Макс. Там налила себе стакан воды и принялась пить, отсчитывая секунды и гадая: придет или нет?

Он пришел.

Сначала я почувствовала на себе его взгляд, потом услышала тяжелый вздох. Обернувшись, успела заметить жадный голодный взгляд и, постаравшись добавить в голос наивного удивления, спросила:

– Что-то случилось? Тоже хочешь воды?

Клянусь, несколько секунд казалось, что сейчас соблазнение удастся и начальник набросится на меня с поцелуями.

Но Макс потер пальцами подбородок и задумчиво выдал:

– Твое платье цветом напоминает брусничный соус, который обычно подают к стейку. Увидел – и вдруг так есть захотелось… Может, сделаем заказ? Ты как?

«Вот тебе и голодный взгляд, Анна!» – подумала я, окончательно теряя надежду. И отправилась к себе. Но, проворочавшись в кровати до рассвета, поняла: пора уходить. Я больше не могла оставаться помощницей для Макса. Настало время перемен и избавления от глупых мечтаний.

– Нужно было прямо с утра одеться и уйти, – пробормотала я, шагая по старинной брусчатке к лестнице, на которую указал водитель такси, и продолжая размышлять о глупой привязанности к ничего не подозревающему начальнику. – Зачем он взял меня с собой? Куда ввязался? Возможно, следует просто обратиться в полисмагию?..

– Стоять! – раздалось одновременно с моим последним словом.

Дорогу мне преградил высокий крепкий мужчина в широкополой шляпе. Солнце светило ему в спину, и это сыграло с моим воображением злую шутку: показалось, что впереди Макс. Я даже дернулась навстречу и тут же натолкнулась на невидимую преграду. Тогда же рассмотрела мужчину подробнее. Оказалось, мы незнакомы.

Вероятно, с Максом я его спутала потому, что… передо мной стоял василиск. Отличить их от людей не так просто, но этот даже таиться не стал, наоборот, пустил по скулам и вискам дорожки изумрудной чешуи, явно рассчитывая напугать меня до икоты.

– Последнее предупреждение, госпожа Рэйвис! – бросил он грозно. – Или следующий год проведете в виде каменного изваяния. Понимаете, о чем я? Без фокусов.

Я сделала шаг назад.

Мужчина покачал головой и, сощурившись, с угрозой поманил меня пальцем.

Я испуганно осмотрелась. Неподалеку – ближе к зданиям – проходили люди, но никто не обращал на нас внимания. Все спешили по своим делам.

– Даже не думайте кричать, госпожа Рэйвис, – низким рокочущим голосом проговорил незнакомец.

Пока я взглядом рыскала по округе в поиске защиты, незнакомец оказался совсем близко. Это сбило с толку и сильно напугало. А потом… потом сработала выработанная за время учебы реакция. Я вскинула руки и произнесла заклинание, концентрируясь на внутренней силе.

Это стало неожиданностью даже для меня, что уж говорить о незнакомце? Его глаза распахнулись шире, шляпа слетела, а ноги сделали шагов пять назад.

И все. Мое заклинание молота, призванное отбросить противника в сторону, просто ткнуло его в грудь. И разозлило.

– Значит, по-хорошему не хотите, госпожа Рэйвис-с? Тогда придется вас усыпить, – незнакомец слегка зашипел и, подобравшись, сделал всего один пасс рукой.

Все произошло быстро. Так быстро, что я успела лишь приоткрыть рот, выставить перед собой руки и выдать испуганное писклявое: «А». Даже закричать как следует не смогла. Увидела сгусток силы, несущийся на меня, зажмурилась и отлетела назад. На участок, где летом явно высаживался газон, а теперь лежал ворох грязных мокрых листьев. Падать было даже мягко. Если бы еще не протащило по земле, а потом не приложило плечом о небольшую клумбу, вообще отделалась бы лишь испугом.

Несколько секунд я лежала, приходя в себя и думая о том, что совсем не так представляла «усыпление» магией. Насколько помнила из обучения, мне предстояло застыть на пару часов, после чего медленно прийти в себя. А тут – такой эффект! Или расчет был на удар головой и усыпление навсегда? Тогда конечно…

Пока моргала, глядя в небо, пошел первый снег. В Оарзисе это редкость даже в середине зимы. Волшебство. И я бы полежала, наслаждаясь зрелищем, но больше оставаться на месте не могла. С кряхтением приподнявшись на локтях, испуганно посмотрела в сторону места стычки. Однако из-за лестницы не увидела нападающего. Но к месту стычки сбегались люди.

Собравшись с силами, я встала, понимая: нападение может вот-вот повториться. Повела плечами и переступила с ноги на ногу. Поморщилась от боли. Плечо ныло из-за ушиба. В остальном чувствовала я себя довольно сносно. Чего нельзя было сказать о внешнем виде. Платье оказалось испачканным в грязи. Полушубок тоже. Грудь почему-то пекло огнем, а у туфли надломился каблук. Он был небольшим, но идти все равно стало неудобно. Снова пригодился зонт: сложив его в трость, я получила сносную опору.

Свою сумку нашла чуть поодаль, в ворохе листьев на клумбе. Постояла немного, пожалела себя и… пошла к лестнице. Убегать дальше было некуда. И, как выяснилось, незачем. Моего нападающего – явно пребывающего без сознания – как раз грузили в один из магобилей, чтобы довезти до больницы.

На меня тоже обратили внимание. Спросили, не нужна ли помощь и не вызвать ли полисмагов? Я отказалась, ведь была совсем близко от цели. Поэтому гордо покачала головой. По крайней мере, мне хотелось верить, что это было именно гордо. Однако хромота и упавший на лицо кончик красной шапки с белым помпоном посеяли во мне некоторые сомнения… Впрочем, все негативные мысли разбежались, как только я увидела название нужного магазина на противоположной стороне улицы.

Я быстро поковыляла к нему. Нужная витрина светилась и переливалась, уже украшенная к наступающему празднику. А внутри было тепло, уютно и многолюдно. Шагнув в помещение, я осмотрелась. Сперва заметила красивую высокую женщину в длинном белом пальто. Она тихо переговаривалась с лысым мужчиной в элегантном черном костюме. Но мое внимание быстро перенеслось дальше. Там, у стеклянного прилавка, стояли двое: прекрасная миниатюрная брюнетка в обтягивающем красном платье до колен и… Макс. Мой начальник. Мужчина, которого я тайно любила. И который в этот самый миг делал предложение другой!

– Выходи за меня замуж, – обратился он к брюнетке. – И я обещаю, что у нас все будет хорошо.

– Какая глупость! – она закатила глаза. – Думаешь, это те самые слова, Макс? Отвратительно. Ну честно. Я хочу слышать о любви. О страсти. О том, как ты пылаешь и ждешь согласия. А не классическую нудятину.

– Найра, у меня в руках бриллиант в три карата. Я думаю, он говорит о страсти, любви и всех остальных вещах, о которых я умолчал, – возразил Макс со своей привычной улыбкой. Чуть насмешливой, мягкой и спокойной. Которую дарил весь этот год только мне!

С клиентами и знакомыми Макс всегда общался благосклонно, но на грани равнодушия. А тут такое.

Я почувствовала, как внутри начал разрастаться шар обиды. Он раздувался, грозя лопнуть и разорвать меня на тысячи частиц. А заодно и всех присутствующих. Ибо вместе с шаром рос мой гнев.

– Значит вот так?! – рявкнула я, наступая на счастливую парочку.

Они резко обернулись и одинаково удивленно уставились на меня.

– Анна? – брови Макса приподнялись. – Ты как здесь?..