Текст книги "Куда Уехал Цирк. Дорога-4 (СИ)"

Автор книги: Елена Лоза

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

– А мне его жену жалко, она такая уставшая была… – судя по мягкому выговору, это сказала китаянка.

– Еще бы с таким-то животом, да верхом… – голоса стихли, видимо женщины повернули за скалу, которую огибала тропа.

Лицо мужчины побледнело от возмущения, он даже дернулся вслед ушедшим женщинам. Но остановился, медленно подошел к самой воде и сел, поджав под себя ноги. Он вспоминал, что же он сейчас видел, и что в этом виденном его так «царапало» своей неправильностью. Да, в общем-то, все было неправильным. Женщины не испугались появления незнакомца. Да, они обернулись и очень быстро, но была в этом какая-то собранность, а не испуг. Вчера он зашел на территорию того, другого цирка, где на него тут же, очень «случайно», натолкнулась девица. Корсет, с выпирающей из него грудью, пышная, но практически прозрачная юбка. Сквозь нее прекрасно видны ноги в чулках. Молодая шлюха, делано смущаясь, извинялась, при этом приседая, демонстрировала свои прелести. Приглашала в искупление своего промаха выпить чаю или кофе в ее фургоне. Вот это было обычным явлением. А эти?! Короткие, даже выше колен, полотняные штаны и цветные, наверное, рубашки. Хотя как назвать это безобразие без рукавов, даже не достающее бедер, он не знал. Когда старшая женщина подняла руки к волосам, открылась спина, покрытая золотисто-бронзовым загаром. Загар был на всех открытых частях тела и, кажется, под одеждой тоже! Поджарые, хорошо тренированные тела, никакой пикантной пухлости, как и никакого смущения своей непристойной раздетостью. Спокойно-холодные лица как у дам, которым помешал пить утренний чай какой-то нахал. Разве что китаянка поначалу слегка смутилась. По-настоящему смутилась, но быстро успокоилась. Обошли его, как столб у дороги, да еще и посмели обсуждать, прекрасно зная, что он их слышит! Правильная речь, а уж лексикон… Гендерная принадлежность, аргументация, априори, логика?! Да откуда этим…

Аналитический разбор прервали крики, шлепанье по воде и смех. Из-за скалы, разделяющей берег на пляжные секции, буквально вылетела компания мужчин. Они, плывя, перебрасывались мячом. Мелькали мокрые разноцветные руки в попытке перехватить легкий снаряд, вода текла по мокрым волосам и вылетающим из воды телам. Рядом мелькали чешуйчатые тела ящеров. Добрались до мелководья и, не сбавляя темпа, вырвались на берег. Сидящий мужчина вскочил и отпрянул в сторону, чтобы не затоптали. Возле него притормозил молодой паренек, удивленно хлопнул глазами и поздоровался. Как по команде все остановилось, люди старались успокоить дыхание, мяч шлепнулся на песок.

– Хорошее утро, Франц! – поприветствовал незнакомца сын Токей Ито.

– И тебе, Маленький Волк, – вежливо, но слегка растерянно ответил ему блондин, он явно не ожидал встретить парня в такой компании. Коротко кивнул остальным и представился: – Франц Мозер, – выслушал ответные представления, наблюдая, как мужчины, не смущаясь, раздеваются догола. Ребром ладони сбрасывают с кожи капли воды, совсем так же, как это делают индейцы. Одевают точно такие же свободные штаны, какие были на женщинах, что по цвету, что по длине. Торсы остались обнаженными, у белых такие же светло-брозовые загорелые как и у женщин.

– Я застал здесь женщину и двух девушек, – сообщил новый знакомый.

– Они успели одеться к вашему приходу? – встревожился Ник.

– Да, – хмыкнул неодобрительно. – Если это конечно можно назвать одеждой, да еще и на мужском пляже.

–А это что мужской пляж?– удивился белый паренек.

– Хм… Мы на тропе указателей не заметили, – пожал плечами Оле. – Типа девочки направо, мальчики налево.

– А даже и заметили бы, я племянницу одну не отпустил бы, не пойми куда, – выдал Ник.

– За своей сестрой и женой предпочитаю приглядывать сам, – холодно добавил Кианг, вот не нравился ему этот индюк. Хотя эти три «беззащитные» девушки в присмотре не нуждались.

– Насчет одежды вы правы, мы не учли, что кто-то может быть такой же ранней пташкой, как и мы, – повинился Ло. Взглянул на солнышко, поднявшееся довольно высоко. – Да и заигрались мы немного.

– Вы хотите сказать, что эти особы умеют плавать? – изумился Франц.

– Конечно, умеют, что тут такого?– не понял чужого удивления Дени, но за девушек обиделся. – И они не особы…

– Проявлять уважение к женщинам, столь неподобающе одетым, нагло обсуждающим мою способность логически мыслить и наши отношения с женой? Увольте… – возмутился Франц.

– Что, вот так взяли и просто начали обсуждать, прямо при вас?– изумился Джонатан.

–Нет, они шли по тропе. Но прекрасно понимали, что я их слышу! – фыркнул блондин.

– Может и не понимали,– задумчиво протянул Ло.

– А если даже и так! Вы считаете, это дает им право говорить, что я замучил жену поездкой? – голосом Франца можно было замораживать воду. – Она индианка, а не изнеженная белая леди.

– И поэтому вы потащили беременную женщину в Европу? – Ло широко распахнул глаза. – От экологически чистой еды, воды и воздуха, из привычного и психологически комфортного окружения, в жуткую эпидемиологическую обстановку Европы? В полную антисанитарию? В постоянную стрессовую ситуацию нахождения в незнакомой и уверен, часто враждебной обстановке. Где на нее смотрели как на обезьяну в зоопарке, и это в первый триместр беременности, когда закладываются основы развития плода? А потом назад, на корабле, потом сидя в поезде. Сидя сколько суток?! Да и тут верхом…

– Моя жена индианка, они ездят верхом до родов, – уже не так уверено, повторил Франц, от тирады китайца он просто обалдел. – Не верите? – и неожиданно обратился к молодым индейцам. – Вот они подтвердят, что я прав.

Парни переглянулись растерянно. Сонк, потому что просто не знал этого вопроса, современные ему женщины на лошадях ездили редко. Маленький Волк наоборот, вопрос знал хорошо, но указывать, при мало знакомых людях, на чьи-то ошибки был не склонен.

– Чего вы молчите? – не въехал в ситуацию мужик.

– Когда моя старшая сестра была такая же, как твоя жена, – начал молодой воин, явно подбирая слова. – Нам нужно было сменить стоянку. Все уехали вперед, а семья осталась с сестрой, и ехали медленно. Она сидела на лошади впереди мужа и опиралась на него спиной. А их типи разбирали в старом лагере и собирали в новом ее подруги и сестры. Еще тетя Уна заставила сестру лежать два дня и поила ее травами, – и тут же пояснил остальным. – Уна, значит Помнящая, она очень хорошо знает травы.

– А родила твоя сестра когда? – тут же уточнил Ло.

– Через луну.

Блондин стоял и переводил взгляд с молодого индейца на пухлого китайца и обратно, пребывая в полном охренении.

– А вы что, доктор? – растерянно спросил он, видимо только сейчас до него дошло, как все было сказано.

– Я врач, и диплом у меня-таки есть,– кивнул Ло. – Об этом все спрашивают, поэтому сообщаю превентивно. Насчет сестры Маленького Волка, если она родила через месяц, то на момент переезда срок был, тридцать четыре недели, – высчитал док. – Ваша тетя мудрая женщина, она все сделала очень верно, – повернувшись к Францу, серьезно предупредил: – У вашей жены срок меньше, но ей нужен покой, иначе, допрыгаетесь до преждевременных родов, а интенсивной терапии тут нет!

На лице блондина недоумение сменилось на испуг, до него, наконец, дошла степень его неправоты. Он развернулся и кинулся бегом прочь с пляжа.

– Франц, Уна напоила твою Иоки укрепляющим отваром, и она отдыхает… – крикнул ему в след Волчонок.

– Иоки… – покатал на языке чужое имя Дени.

– Это значит – Дождь, – улыбнулся Сонк.

– Зовите меня Волчонком, – предложил сын вождя. – Маленький Волк это для церемоний. Но я не понимаю, почему Франц так говорил с вами обо всем. Обычно он не такой разговорчивый.

Парень не увидел, как за его спиной понимающе переглянулись Ло и Джонатан, и возмущенно сжал зубы Ник.

ГЛАВА 13

Завтрак, как и предполагала Марья, был сметен быстро и качественно. Оле, не глядя, даже крошки с тарелки из-под пирога смел в ладонь и закинул в рот. Чужих за столом не было, Волчонок от приглашения вежливо отказался, а миссис Флору еще вчера препроводили в индейский лагерь и поселили рядом с белой парой – Кэтрин и Лем Смит (услышав фамилию семейной пары, народ тихо поржал). Они обрадовались возможности вновь увидеться с чернокожим семейством. Их собственные дети уже выросли, но внуками еще не порадовали, и беспокойные мальчишки их вовсе не раздражали. Пара была, по словам миссис Флоры, весьма примечательной. Мистер Лем, коренастый блондин, в шевелюре которого замаскировалась солидная седина, был основательным мужчиной, фермером до мозга костей. Его жена Кэтрин, напротив, стройная, с тонкими чертами лица и копной непослушных кудрей, в которых солнце зажигало рыжие сполохи. Женщина давно устала бороться со своевольными волосами и просто связывала их в низкий хвост. Смиты были совладельцами большого скотоводческого ранчо, второй стороной во владении был род Токей Ито. Индейцы жили и работали там всю зиму и только летом по очереди отправлялись в привычную кочевку и на охоту. Все это миссис Флора рассказала вчера за ужином, а сегодня они остались завтракать в поселке. Поэтому за столом разговаривали совершенно свободно.

– Ник, ты можешь хоть обшипеться, но ребята поступили правильно! – Марья неодобрительно посмотрела на профа. Мужик просто как паровой котел бурлил, вот-вот взорвется…

– И поэтому вы уголька в топку подкинули своими репликами? – Ник выгнул вопросительно бровь. – Чтобы скорей рвануло?

– Да кто же знал, что там такая слышимость, – потупилась с раскаянием Эни. Хотя все понимали, что раскаяние там и на ближайшей полке не лежало. – Зато он пар спустил, и ценные указания получил, и к жене внимательней будет относиться.

– Ой, мы тут с девочками посчитали статистику нашего путешествия, – вдруг рассмеялась Марья. – Посчитали, сколько свадеб расстроили и сколько устроили. Сколько пожаров предотвратили, но от одного убежали, и сколько Зара диагностировала и предсказала беременностей.

– На десять лет вперед… – буркнула Зара. – Хоть на баб не смотри.

– А вообще, зря вы на Франца из-за жены въелись, – покачал головой Ло, посмотрел на вылупившийся на него народ, усмехнулся и пояснил. – Даже у нас среднестатический мужчина ничего не знает о протекании беременности. Тут же даже врачи такую хрень несут! Например беременным прописывают купить табак для успокоения нервов, а при перепадах настроения покуривать уже канабис медицинский, он же марихуана.

– Гонишь? – недоверчиво округлила глаза Марья. Ее молча поддержали все присутствующие.

– Не-а! Не знаю как тут, а у нас, в этом времени, кокаин работал лекарством от кашля! – Ло сделал паузу и добил. – Для детей! Для взрослых его считали слабоватым! – посмотрел удовлетворенно, развел руками. – Вот так вот, австриец конечно сноб, но во всем остальном…

Помолчали, переваривая инфу, и выступление Ника оказалось неожиданным:

– Мы все эгоисты, – вдруг припечатал он. – Нужно было хоть попытаться предупредить мэра Чикаго о пожаре!

На него уставились круглыми глазами.

– Эмм… А как ты это представляешь? – осторожно, как буйного, спросил Ло. – Пришли бы и стали говорить, что мы вот циркачи, и наша гадалка предсказала большой пожар…

– И куда бы нас послали? – поддакнул Оле.

– К психиатру, без вариантов, – хмыкнул Джонатан. – Как только отсмеялись, так и послали…

– Ро-о-о-бин! Ты чего инфу зажал?! – ходоки смотрели на фонившего гаммой чувств полисмена. – А ну колись!

– Лейтенант Роузи попробовал предупредить хотя бы своих сослуживцев, – Робин подпер кулаком щеку. – После того как все отсмеялись, его отстранили и отправили в отпуск…

–И?

– Он застраховал дом от пожара, вывез из дома все, что возможно на другой берег. Потом купил пустырь на берегу озера, между бойнями и кожеварней. Пустырь, заваленный такой дрянью, что туда подойти было страшно и, стоил ну очень дешево.

– Теперь уже не смеются, как я думаю, – покивал Джонатан.

– Хватит языками молоть, – хмуро оборвал разговор Федор Артемьич. – Арену на поляне нужно выкладывать, думаете, просто будет?

То, что не просто, поняли еще вчера. Хотя поляну им подыскали довольно ровную, но, и еще раз но…

– А пока, девушки, думайте, в чем тут ходить будете, – Ло указал пальцем на Марью. – Это тут не прокатит. Доставайте свои платья и ходите в них!

– Я на пытки не подписывалась, – буркнула завхоз, и Эни горячо ее поддержала.

– Помнится, когда модистка вам их шила, вы были весьма довольны, – насмешливо напомнил Ник. – Ох уж это женское непостоянство.

– Ник, а объясни, почему ты в Чикаго в тройке ходил, а сейчас в шортах? – голос Марьи был так же насмешлив. – Может потому, что лето настало и солнышко шкварит не по-детски?

– Теть Марь, а может, мы сошьем сарафаны в стиле бохо? – Глаза Эни загорелись азартом. – Там же простой крой, два шва и пройму тесьмой отделаем, – пошарила глазами по двору и крышам фургонов. – Шила я один раз такое платье, нужно только вспомнить, – и позвала по связи. – Невси-и-к, там, в моих заначках, вроде была папочка с названием «выкройки»?

– Она по тем выкройкам костюм на новый год шила – ведьмы! – взвился Дени. – Жуть была полнейшая. Невс! Не смей папку искать!

– Сам ты жуть,– надулась сестричка.– Я тогда приз получила за самый оригинальный костюм. И вообще мне тогда двенадцать было…

–Та-ук искать или не-ут?

– Ищи, солнышко, ищи… – Марья вздохнула. – И почем сыр-бор? Ну, испортим кусок ткани, в чем беда-то?

Разбрестись по делам не успели, во двор торжественно вошел Токей Ито и еще один воин, в котором явно прослеживались чернокожие предки. Мужчины, одетые в костюмы, вышитые бисером и крашеными иглами дикобраза, смотрелись весьма колоритно. Однако корон из перьев на головах не было. Индейцы степенно подошли к Нику, к ним присоединились Ло и Джонатан, завязалась тихая беседа.

– Одежда на них не самая праздничная, – дал справку Сонк, как эксперт-индеанолог.

–Вай мэ! Шо то за праздник? Всего-то дочь замуж отдаем… – фыркнула Марья. – Помнится, у лакота как сошлись, так разошлись, все просто и буднично. Французские попы были два раза в шоке.

–А почему два раза? – полюбопытствовал кто-то из молодежи.

-Так женщина же, равноправный партнер в браке! И она может инициировать развод! Во где ужас для просвещённой Европы! - улыбнулся Сонк.

–Оба не пра-увы, – вклинился Невс. - Когда-у за своего соседа замуж, таки да-у, а ко-угда за сына вождя пауни, таки пра-уздник. Хоть и скро-умный, всего человек сто-двести...

Марья с девочками рассматривали на экране представленные на выбор выкройки. И маленькие фотки готовых платьев. Переглядывались и морщились. Почти все модели походили на мешки.

– Девочки, что приуныли? – вопрос Ло прозвучал за спиной до того неожиданно, что девочки подпрыгнули.

– Шеф, ты что, решил сам до инфаркта доведешь, сам и вылечишь? – Марья держалась за сердце.

– Да ладно придуряться, – док отмахнулся ничуть не впечатлившись. – Плюньте вы на эти чертежи, а просто возьмите ткань, вот так на угол сложите, а тут по радиусу, на себе булавочками скололи… – Ло быстро рисовал на листе схемку, показывая, где на себе скалывать. – И лишнее подкроили. Эни, рот закрой, гланды у тебя нормального цвета.

– Эм-м-м, – только и выдавила девушка, во все глаза глядя на доктора.

– Вон, Ю даже не моргнула, она знает, что такое оперная школа, и чему там учат.

– Всему, – очень информативно подтвердила Ю.

– Вот! И костюмы делать быстро и из всего до чего руки дотянутся, тоже учат, – оглянулся, потер пухлые ладони и вздохнул.– Как мы арену выкладывать будем, ума не приложу… – И уже в дверях спохватился. – Да! Я ж пришел огласить расписание мероприятий! Сегодня нас пригласили на освещение новой типи, потом возле нее народ будет подарки складывать. Так что оделись красивенько, взяли, что приготовили на подарить и пошли. А завтра будут танцы!

– Ну, уж извини – подвинься, мы ничего дарить не будем! – категорически отрезала Марья.

– Марь, ты чего? – Ло даже завис в дверях.

– Зачем мы тогда подарки готовили?– растерянно моргнула Эни.

– Так старались… – протянула Ю.

– Мы для новобрачных старались! Хотя… Мож, я чего путаю? – засомневалась Марья и позвала по связи. – Сонк, подарки, которые сегодня к новой типи сложат, куда пойдут?

– На отдарки гостям, кто победней. Раздадут их молодожены, чтобы вспоминали гости о свадьбе, – помолчал секунду и попросил: – Тут называйте меня Рысью.

– Да нам не сложно, только и ты, будь добр, отзывайся на Рысь, – чувствовалось, что Джонатан улыбается.

– Тебя вчера Рысили, Рысили, а ты стоишь как пень с ушами и глазом не моргнешь!

– Прекратить треп! Через десять минут выходим! – приказал Ло и сделал девушкам страшные глаза. По крайней мере, подразумевал страшными. – Ящерки дома, а Невса на сворку!

– За-у-учем?!! – заорал кошак. – Я лау-герь сторожить оста-у-нусь. Вон ящерок на по-у-водки берите!

– Вот ящерки и посторожат, а ты будешь кино снимать.

– Документа-у-льное?

-Игровое! Прибью заразу…

В индейский лагерь вошли чинно. Дамы шли, положив ладони на согнутые руки мужчин, и придерживали подолы платьев, переживая, чтобы ветер не сорвал с их голов не особо привычные шляпки. Диссонанс в чинность вносил Кианг, неся в свободной руке стул. Крепкий такой стул с высокой спинкой. Он, кажется, привлекал внимания больше, чем все циркачи вместе взятые. Даже Токей Ито, подошедший поздороваться с гостями, сначала покосился на сей предмет мебели. Радушное приветствие хозяина подтвердило в глазах всех присутствующих высокий статус гостей. Хотя на мероприятие пришли только ходоки с Робином и Киангом. Все, кто не захотел, остались, а Сашку и Стаси дед задержал дома в приказном порядке. Возмущенное бурчание Федора Артемьича на тему: кому гулянка, а кому арену выкладывать, подпортило торжественный выход делегации.

Токей Ито препоручил цирковых индейцу в яркой рубахе, и тот проводил гостей к предназначенным для них местам. Робин, осмотревшись, ушел к своей ненаглядной миссис Флоре. Кианг поставил стул, помог Марье усесться, забрал из рук Оле зонт, открыл и вставил так, чтобы тень падала на жену. Второй зонт открылся над Эни и сестренкой Ю, хотя стульев им не досталось. Среди зрителей пронесся вздох. Когда-то нарисованные Маринкой на куполе зонта косящие в разные стороны глаза произвели неожиданно сильное впечатление. Рыжий кошак, хоронясь по всем правилам ниндзюцу, подобрался к стулу и занырнул под юбку Марьи. Повозился, устраиваясь, и высунул наружу морду, верней нос и глаза, уши остались спрятанными в складках подола.

На небольшой свободной площадке стоял каркас типи, внутри был виден очаг с разложенными вокруг него сидушками, аккуратно сложенная утварь. На земле впритык к жердям лежали сложенные шкуры. Чуть в стороне суетился Джоди со своей треногой. Ему помогал еще один, столь же ярко одетый индеец.

– Ло, а Джоди не влетит за его съемку? – обеспокоенно спросила Марья у стоящего рядом командира.

– Вы со своими платьями все на свете пропустили, – улыбнулся Ло. – Его Токей Ито лично забрал, приставил к нему распорядителя, чтобы помогал и попросил снимать все, что ему понравится. А если нельзя снимать, распорядитель скажет.

– Начинают уже, – Оле с высоты своего роста разглядел что-то в проходе за дальними палатками.

С той стороны шел высокий индеец в сопровождении двух барабанщиков. Барабаны были небольшими и рокотали тихо, но торжественно. Мужчина был высок и худощав, праздничную одежду довершала корона из перьев, охватывающая голову. К ней свободно крепились два бизоньих рога, раскачивающиеся при каждом его шаге.

– Вишача вакан Далеко Летящая Птица, – тихо пояснил стоящий рядом с ходоками распорядитель. – Вы называете таких людей шаманами, мы людьми силы,– говорил индеец без малейшего акцента и, судя по лексикону, получивший хорошее образование.

– В нашем народе таких людей называли ведунами, от слова ведать, то есть знать многое, не доступное другим людям, – совершенно неожиданно для всех сказал Ник.

И индеец уставился на него с изумлением.

– Чет я себе шаманов не так представлял,- разочарованно протянул по связи Дени. – Ни фенечек, ни погремушки из черепа! Даже не подтанцовывает, идет себе важно.

-Ты такую хрень только вслух не скажи! – оборвала брата Эни. – Капец! Это ж Сонк, лет через сто!

Они и правда были похожи как отец и сын. У старшего лицо было обветренным и суровым, но и жизнь у него отличалась от учебы в академии и недолгой работы в спасслужбе. Это сходство являлось большой проблемой, как объяснить эту странность, было совершенно неясно.

Далеко Летящая Птица тем временем подошел к остову нового дома, повернулся лицом к востоку, поднял руку вверх к небу и заговорил: "Сегодня день, когда я построил свой дом. Я оставлю тебя на попечение четырех ветров. Сегодня день, когда ты увидишь себя в моей типи, где ты сможешь делать что хочешь. Мы не можем сказать тебе: делай это или то; мы – люди. Ты, наш создатель, научи нас – хорошо это или плохо; это твоя воля. Помоги нам думать о тебе каждый день, что мы проживем в этой палатке. Проведи нас в свой сон; пробуди нас утром с чистым разумом на весь день и отведи от нас несчастье".

Никаких имен названо не было, но все и так поняли, кого приглашают в гости. Как только мужчина опустил руку, новостройку окружили женщины и стали споро натягивать кожаную покрышку на жерди каркаса. Не прошло и десяти минут, как жилище можно было сдавать «под ключ», что и было проделано. Первым в типи вошел шаман, за ним еще трое старых воинов, Токей Ито с незнакомым индейцем. Последним туда нырнул будущий хозяин.

Ходоки вопросительно обернулись к прикрепленному к ним гиду, и тот поспешил дать справку:

– Теперь все будут складывать свои подарки возле входного клапана, а завтра женщины и дети будут танцевать…

– А нам можно танцевать с ними? – вежливо спросила Эни.

– Конечно. Хотя кроме миссис Кетрин еще никто из белых не танцевал с нами.

– А мы не все и не совсем белые, – улыбнулась Ю.

– Как мне найти Лазоревую Птицу, жену Желчи? – поинтересовалась Марья. Ей нужно было выяснить очень важный вопрос.

****

В цирковом лагере, по словам Изи, все делали друг другу нервы, потому как арена не желала выкладываться. Федор ругался, но это мало помогало, сегменты «играли» под ногами, прыгающих по ним проверяльщиков. Все же выделенная цирку поляна была каменистой и не настолько горизонтальной, как хотелось бы. Хотя удивительно уже то, что в горах нашлась даже такая. Помучились еще немного расширенным составом и обрадовались подошедшему обеду. На входе во двор цирка столкнулись с Лазоревой Птицей и молоденькой индианкой. Женщины были нагружены как мулы, тючками, свертками и ларцом с бисером. Выглядели они при этом очень довольными, особенно младшая, у нее на щеках просто цвел румянец от возбуждения.

– Так что, торжественного вручения подарков не будет? – уточнил Дени, отодвигая пустую тарелку из-под супа.

– Частично будет. Я у Доли спросила… Доли это Лазурная птица, ее и белые гости так зовут, и Флора, – пояснила Марья. – Кстати, Робин у своей невесты остался обедать… Так вот, Доли и предложила, взять невесту за шкварник, привести ее к нам и предъявить подарки. Что захочет себе оставить – отдать, а что на раздачу – подарить торжественно.

– И что она захотела себе оставить? – усмехнулся Ло.

– Да все! У девочки глазки так разгорелись, что ой, – вернула усмешку Марья. – Это раньше лакота не особо обрастали имуществом, имели только самое необходимое, потому как при перекочевке все это добро надо было тащить.

– Волокуши даже на собак надевали и грузили вещами,– подтвердил Сонк. – Телег же у них не было. А богатство мерялось количеством лошадей.

– У этих есть, – сообщил Джонатан. – Самые простые, стоят рядком недалеко от цирка мадам Таис. Они же теперь полуоседлые, кочуют только летом, и то, вот сюда на праздник, да ягод заготовиться и осенью поохотиться. Да еще молодежь по горам погонять.

– И кого ты успел допросить, что все это узнал? – полюбопытствовал Оле.

– Робина. А ему Флора рассказала, потому как…– аналитик выдержал театральную паузу, – наш жених, Хромой Медведь, живет в индейском поселке рядом с ее ранчо! И у него там не маленький такой дом, и вообще, он там за старшего.

– А чего мы его на представлении не видели?! Когда в сыроварне выступали, – изумилась Эни.– Уж такого мужчинку мы бы запомнили!

– Уезжал он по делам, они же на ферме у Флоры не все работают. Еще быков разводить начали пару лет как…– Джонатан посмотрел на Кианга.– Так что не волнуйся за сестру, не будет она зимой в типи мерзнуть!

–Погодите! – Марья уставилась на Ю. – Тебе твое Медведище что, не рассказывал, где и как вы будете жить?

– Рассказывал, – молодая китаянка потупилась.

– И ты молчала и не говорила-а-а-а… – обиженно протянула Эни.– Подруга называется.

– Нельзя о таком хвастаться! Злой дух подслушает и украдет! – Ю смотрела твердо, уверенная в своей правоте.

– Да, как все запущено-то, – покачал головой Дени.

– Правильно, девонька, делаешь! – вдруг вступилась за Ю Зара.– Это вам все нипочем, ни во что не верите! А иногда и промолчать не грех. Тем более, здесь!

– А что здесь-то?– не понял Сашка, хотя цыганке верил по умолчанию.

– Места здесь не простые,– вздохнула Зара. – Тут-то еще ничего, а вот с той стороны силой так и прет,– цыганка потыкала пальцем указывая направление. – И ночью кто-то вздыхал, протяжно так. Я даже выглянула, на Потапыча погрешила, но он тихо спал.

– И шо у нас тамычки? – Изя даже привстал поглядеть, куда показывает цыганка, но, кроме близкого фургона и крон сосен, ничего не увидел. – Шо по ночам тебе спать не дает.

– Сонк, ты у нас вроде тоже приобщенный к миру духов, ты чего слышал?

– Я крепко спал и никуда не приобщен, – мотнул отрицательно головой индеец. – А там священная гора Стонущий Медведь, место силы.

– Что, прям так и стонет? – сделала большие глаза Стаси.

– Нет, белые долго удивлялись, почему у горы такое название, – Сонк вздохнул, опять лекция. – Потом уже, когда приборы появились, выяснилось, что гора и правда издает звук, только он вне диапазона слуха людей.

– А как же тогда индейцы узнали?! – уже неподдельно удивился Дени.

– Да откуда мне знать? – возмутился Сонк.– Это у нас там настоящих людей силы почти нет, а тут вишача вакан настоящие! Может, они инфразвук ушами воспринимают!

– Конечно-конечно! И ультразвуковой диапазон им тоже не чужд! Как на прием, так и на воспроизведение…

– Вот хотел бы я знать, о чем они сейчас гутарят? – задумчиво протянул Федор Артемьич. – Мы про подарки говорить начали, а теперь про не знама что!

– А что с подарками?! Да ничего она не хотела никому отдавать! И все шали, что остались, хотела прикупить. Пришлось напомнить, что у нее мама есть и тетя, которая Уна. Им тоже приятно будет подарок получить, – вернулась к началу темы разговора Марья.– Тогда девушка возжелала такое покрывало, как у нас на кровати.

– Это которое с кружевными вставками? – уточнила Эни и, получив подтверждающий кивок, хмыкнула. – У девушки хороший вкус!

– И тут ей тоже обломинго прискакал, тогда она вцепилась в брабант, так тетушка Доли тоже не промах, чуть не разругались дамы. А под типи мы одно одеяло положим, и отрез ткани метров шесть, или три по два, – Марья расхохоталась.– Вы бы видели, как она это одеяло выбирала! Жаба пупырчатая на пару с толстым хомяком, чуть не удавили. Ну, вот все же жалко!

– Себя узнала?– съехидничал Ник.

– Точно! Как в зеркале увидела… – но договорить она не успела.

– СА-А-А-А-А!!!! ОНО ПОКАЗЫФАЕТ!!!!– проорали по связи отсутствующие за столом ящерки. – Идите скорей!

Народ не пошел, народ понесся, по дороге обещая хвосты открутить по самые гланды, если это очередная шуточка. Но это была не шутка, оно, и правда, показывало! Вместо «банта» посредине палатки стояло окно в другой мир. Яркий, солнечный и объемный. Разноцветье растений, голубизна воды и неба и постройки диковинные, и в тоже время знакомые!

-Терминал орбитального лифта!

-С-старый город!

– Перфые фысотки!

– Афапарк!

Ящерки попытались объяснять, что, где и как, но их попросили пока помолчать. Обязательно расскажут, но потом, а сейчас хочется просто посмотреть. Картинки медленно сменяли одна другую, а люди опустившись на пол смотрели.

– Эй! У нас тоже есть эко города и природа! – воскликнула Эни.– Тоже красивые и зеленые!

Ее заявление перебил вопль Неса:

– Ур-р-р-рою пис-с-сателей!

Он выскочил из палатки ящерок, на ходу превращаясь в рыжего ежа.

МИР ЯЩЕРОК

БУДЕМ СЧИТАТЬ,ЧТО ЭТО ВИДЫ СОПРЕДЕЛЬНОГО ПРОСТРАНСТВА, ( хотя это проекты земных архитекторов)

ВОТ!

ГЛАВА 14

Люди только успели вскочить, как снаружи донесся собачий визг полный боли и громкий разъяренный рык. Визжала крупная собака, а рычала еще большая, что придало эвакуации из фургона повышенной скорости. Однако, подскочив к кругу арены, люди остановились, не понимая, что делать. На дощатом помосте друг напротив друга кружились большой, абсолютно черный кобель, и Невс. У собаки шерсть стояла торчком от носа до кончика хвоста, а Невс был похож на игольчатый рыжий шар. На траве возле арены, тяжело дыша, лежала сука с заметно округлым животом. Она, повизгивая, с трудом села. На арене между тем началась полномасштабная драка. Кобель кидался вперед, щелкая мощными челюстями, пытаясь схватить кота. Невс взвивался в прыжке, уходя от столкновения, и мгновенно выбрасывал лапу, полосуя до чего дотянется. Обычно собаки не могут терпеть боль и при повреждениях громко визжат. Однако этот черный кобель только рычал.

– Сапа! Сапа! – громко крича, от индейского поселка бежал мальчишка лет восьми, мелькая голыми ногами.

– Черный, собаку так зовут, – перевел Сонк, для не знающих языка лакота цирковых.

Федор Артемьич, держась за сердце, смотрел на кровь пятнающую святая святых – арену. Животные на мгновение разошлись, готовясь к продолжению боя. Черный, с разодранным боком, порванным ухом и длинной царапиной под глазом, отступать не собирался. Его глаза налились кровью от ярости, и на крик мальчишки он даже ухом не повел. Мгновение, и опять по арене носился черно-рыжий вихрь.

–Невс, ты тоже слегка повредись, – попросил Ло.

– Уже-у – прозвучал короткий ответ.

Дерущиеся опять отскочили в стороны. Невс поджимал заднюю лапу, испачканную кровью. Тяжело дышал, но, оскалившись, рычал не хуже собаки. Стаси вскрикнула. Мальчишка, наконец, добежав, даже не притормаживая, ринулся между дерущимися животными, расставив руки:

– Сапа… – он встал лицом к собаке, растопырив руки. Пес ощерился и внезапно прыгнул, явно целясь мальчишке в горло. Невс, «случайно» качнулся под ноги пацану, толкнув его под колени. Мальчик опрокинулся, и кобель пролетел над ним, вхолостую лязгнув зубами. Приземлившись, мгновенно развернулся и снова прыгнул, повторяя попытку достать. Нож, ударивший пса под лопатку, и пуля в голову прилетели одновременно, с разных сторон. В звенящей тишине мальчик полз на четвереньках к любимцу, еще один выстрел прозвучал уж совсем неожиданно. На арену, заливая ее очередной порцией крови, упала мертвая сука, сбитая пулей в прыжке. Ни индейцы, ни жители сводного лагеря не знали бородатого анекдота, поясняющего, почему генералам не рекомендуется бегать. Наверное, поэтому забег Токей Ито вызвал не панику, а любопытство, к арене с двух сторон подтягивалась толпа народу.