Текст книги "Стажер (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Глава 17

Я пустила юриста за свой стол, когда он попросил, чтобы набрать на своём ноутбуке соответствующие документы, и через десять минут, убедившись, что считать княжич умеет (и даже правильно), с максимально невозмутимым лицом приняла из его рук все необходимые бумаги с его подписями, где значилось, что я больше ничего и никому не должна, а дом мой и только мой. Ну и немного Юлин.

Этого времени мне вполне хватило, чтобы невидимой, юркой (и очень подлой!) змейкой проскользнуть в его организм нужной мне заразой, миновав на диво плохонький энергетический щит, и слегка подкорректировать выработку тестостерона, снизив его до минимальных значений, навести бардак в яичках и сосудах кое-какого органа, который мужчины иногда считают самым главным в своём организме.

В общем, сделала всё, чтобы данный товарищ стал импотентом.

Ибо нехер угрожать Ржевским!

При этом княжич, даже не догадывающийся, что с ним сейчас происходит, сумел удивить тем, что продержался до конца, не начав никого оскорблять, хотя я прекрасно видела, как его корежит, а Стужеву достался далеко не один косой взгляд. Но то ли присутствие адвоката Игоря останавливало, то ли в принципе он имел в голове процент мозга, никакую новую глупость или подлость он так и не выкинул, просто молча подхватив коробку и с независимым видом удалившись прочь.

Даже дверью не хлопнул.

Хотя и «до свидания» я от него тоже не услышала.

Пф! Да и не хотелось.

– На диво заносчивый молодой человек, – с нескрываемым неодобрением произнес Алещугов, качая головой, и с добродушной улыбкой обратился ко мне: – Ваше сиятельство, поздравляю с бескровным разрешением конфликта. Вы повели себя просто блестяще. Скажите, нужны ли вам мои услуги ещё?

– Да, знаете, мне бы хотелось получить консультацию вот по какому вопросу, – воодушевилась я сразу, решив ковать железо, пока горячо.

И рассказала Семен Семенычу о желании открыть реабилитационный центр. Стоило понять, какую форму юридического лица лучше всего оформить на такой центр, а ещё на кого и как получить лицензию на ведение медицинской деятельности.

Проконсультировали меня от и до, причем невероятно грамотно, словно Алещугов готовился к этому разговору заранее. После этого мы договорились, что он начнет оформление документов от моего имени, потому что дело это не быстрое, и только лицензию будут оформлять от трех недель до двух месяцев (но он посодействует, где получится). Под конец мужчина снял все необходимые копии моих документов, мы оформили договор на услуги, доверенность, он оставил мне свою визитку и распрощался, покинув мой кабинет с довольным видом.

Когда Алещугов ушел, Стужев спросил:

– Значит, центру быть?

– Быть, – кивнула. – Я всё обдумала и поняла, что это мой шанс действительно помогать людям. Хорошим людям. Не знаешь, Док уже что-нибудь проработал?

– Не знаю, не интересовался. Позвать его?

– Да, если не сложно.

– Не сложно, – усмехнулся Егор и просто набрал Савелия по телефону.

Пара фраз, три минуты – и Док уже в кабинете, потрясая кипой бумаг и сияя глазами, отчего мне сразу становится ясно – он только этого и ждал.

Следующие несколько часов прошли в бурных обсуждениях обо всём, причем никто бестолково не кричал и все слышали друг друга, хотя с персоной главного врача случился затык: Док не собирался оставлять работу в команде, соглашаясь лишь на должность врача-травматолога и вообще приходящего консультанта, аргументируя это тем, что главный врач должен быть доступен всегда, а он гораздо больше пользы приносит будучи «Витязем». С этим я спорить не собиралась, да только и сама по документам могла быть максимум процедурной медсестрой, а с этим шутить не стоило – подобные реабилитационные центры довольно жестко курировались военными ведомствами и проверки там устраивались ежегодно. Вылететь за несоответствие должности и попасть под статью о нецелевом расходовании средств – проще простого.

В итоге, составляя предварительное штатное расписание, мы заочно оформили меня именно ведущим специалистом, причем Док поклялся, что поможет мне с оформлением лицензии именно по магическому профилю «целительство». Пускай это было слишком размыто и без образования-опыта, но в случае проверки этого хватит.

– А образование, Полиночка, лучше получить, – всё-таки уговорил меня Док. – Оформляйтесь заочно, как раз сейчас лето, успеете на новый учебный год. База у вас медицинская есть, отучитесь три года на специалиста общего магического профиля, а там видно будет. Тут как раз такой случай, когда корочки нужны ради корочек и ничего более. Университет у вас тут в Твери есть, никуда далеко ездить не надо. Уверен, если поднять связи Бати, у него и там свои люди найдутся. Кое с кем из старых товарищей я уже созвонился. Невролог ждет отмашки в Оренбурге, психиатр согласился к нам приехать из Сыктывкара, надоело ему задницу на северах морозить, а толкового инструктора из Новокузнецка сманиваю. Пока думает. Медсестричек, думаю, тут найдем, достаточно дать объявление в центр занятости, сейчас как раз очередной выпуск созрел, будет из кого выбрать. На первое время хватит. Оборудование я тут уже всё расписал, сами видите. Есть небольшой затык по зданиям…

Передо мной положили карту – распечатку с экрана ближайшего к нам района. Причем особняк на нем тоже значился.

– Вот тут. Оптимально из всех, что я смотрел. Соседи наши практически. Чуть дальше по улице через три дома. Жилой дом образца середины прошлого века. Два этажа, один подъезд, десять квартир. По габаритам примерно как ваш особняк будет, плюс-минус. Сам дом старый, но крепкий, я уже смотрел. При этом самое смешное – крыша в аварийном состоянии и управляющая компания не чешется – проворовались знатно, сейчас там судебные тяжбы идут. Жильцы и рады бы съехать, да продавать квартиры за копейки никому не хочется, а нормальные деньги за них уже не выручить, особенно те, что на втором этаже. Вот было б у нас миллионов тридцать лишних…

– Допустим, – кивнула, когда напрягла память и вспомнила, что не так давно сама проходила мимо этого дома и мне понравилось, какой там большой внутренний двор, славный фасад, большие балконы с торцов, а вот с крышей действительно беда. – Почему тридцать?

– Ну так, – хмыкнул Савелий. – Не наживаться же на людском горе, да? Это же квартиры выкупить у каждой семьи, расселить, да потом ещё ремонт в копеечку обойдется. Старый фонд – он прям как ваш особняк до ремонта. Сколько вы сюда уже вбухали?

Мысленно подсчитав, кивнула. И впрямь, если выкупать в среднем по два-три миллиона за квартиру (плюс ремонт), то так и получится. Но если подумать… Вариант не самый плохой. Своё здание – намного лучше, чем аренда. Попадется идиот наподобие княжича, куда съезжать будем?

– Деньги есть, – кивнула, обдумав всё от и до. – Предлагаю сходить на место и всё изучить предметно. Особенно документы на собственность. Как насчет того, чтобы заняться этим прямо сейчас?

– С удовольствием!

К сожалению, «прямо сейчас» не получилось. Сначала Док кому-то позвонил и договорился на толкового оценщика. Затем мы пообедали. Подъехал Вадим с огнетушителями, аптечкой по ГОСТу и планом эвакуации (я всё оплатила), а потом подошла и Ирина. Знакомая Алевтины, желающая устроиться ко мне горничной.

Женщине было к тридцати, у ней была дочка шести лет. В школу только в следующем году, но в садик девочка толком не ходила – была довольно болезненной и постоянно простывала, плюс аллергия практически на всё. Сама женщина работала продавцом на кассе, за ребенком присматривала соседка. Муж-алкаш допился в прошлом году и Ирина тянула ребенка одна, тратя большие деньги на дорогостоящие лекарства для дочери Маши.

Сама женщина мне понравилась – не опустившаяся, не агрессивная. О дочери говорила с грустной улыбкой и была готова работать от заката до рассвета, особенно если с проживанием – жила Ирина в коммуналке и особых условий для ребенка-аллергика там не было.

В общем, добро я дала, договор мы заключили и сразу с условием: попутно лечимся и ни единого слова против. Деньги за лекарства отработает.

После этого неожиданно нагрянул Альберт Константинович, мой финансовый аналитик, и ему тоже пришлось уделить время. К счастью, нагрянул мужчина с великолепными новостями – только по акциям имперского банка он уже выручил мне более десяти миллионов рублей, передав бумаги и выписку со счета, причем это были далеко не последние деньги по этим акциям, а только за последние двадцать лет. Прошлые годы находились ещё на рассмотрении у руководства банка и их специализированных служб. Деньги по облигациям (чуть больше пяти миллионов) должны были поступить на счет в конце следующей недели – это уже точно, резолюцию по ним мне тоже передали. С остальным акциями работа ещё шла, но тоже в положительном ключе. Всё-таки прошлые периоды – это не так просто, это людям напрячься надо, а они этого не любят.

В итоге к дому номер восемь мы подошли только в районе четырех дня и вчетвером: я, мой телохранитель Тимур, Док и Эдуард Евгеньевич – оценщик.

День был теплым, солнечным, во дворе интересующего нас дома сидело несколько женщин и играли ребятишки, так что Док, даже несмотря на свой пугающий шрам, мигом завладел их вниманием и разговорил, выяснив всё самое главное, отчего нас чуть ли не под белы рученьки провели по всем квартирам, рассказали обо всех проблемах, на удивление не скрывая своего бедственного положения (показалось, что эти люди уже просто отчаялись), но главное я увидела – несущие стены тут крепкие, расположение отличное, двор прекрасный, а остальное поправимо.

Спонсор доброго дела: клан Абашидзе!

При этом в одной из угловых квартир нам не открыли, по словам соседки там жил Мишка-алкаш, старый бездельник и просто маргинал, но стоило мне прислушаться и принюхаться, а так же поинтересоваться, когда его видели в последний раз, как стало ясно, что уже дня три назад.

И я честно сказала:

– Он мертв. Пахнет разложением.

– Да вы што⁈ – ахнула Марина Петровна, бледнея и хватаясь за грудь. – И что теперь?

– Вызывайте МЧС, уважаемая, вскрывать будем, – посочувствовал ей Док, тоже качая головой. – Эх, не было печали… Полиночка, а в остальном что думаете? Будем заморачиваться?

– Будем, – кивнула с полной уверенностью. – Займетесь? Бригада Соловьева заканчивает у меня уже на днях, было бы удобно озадачить их сразу. Я всё оплачу.

– Не извольте беспокоиться, ваше сиятельство! Сделаем в лучшем виде, – просиял Савелий и пока Эдуард Евгеньевич вызывал бригаду спасателей, чтобы вскрыть дверь и зафиксировать факт смерти, увел прочь впечатлительных кумушек, которые уже успели сообщить всем соседям, что в доме труп.

Я же, убедившись, что в моём присутствии необходимости больше нет, вернулась домой (естественно, под присмотром Тимура) и занялась самыми разными домашними делами. Для начала поужинала – время было уже к семи и Дарья в очередной раз расстаралась, приготовив тазик оливье и рыбные котлетки.

Затем познакомилась с очаровательной девочкой Машенькой, настолько худенькой и даже местами прозрачной, что аж оторопь брала. При этом у ребенка оказалось столько болячек (включая слабое сердце), что я ужаснулась уже всерьез и поблагодарила провидение, что оно привело ко мне этого ребенка именно сегодня – я ещё могла ей помочь, чем и занималась целый час, уложив ребенка под капельницу и в первую очередь укрепив сердечко, а затем расшатанную иммунную систему, которая умудрялась выдавать аллерген буквально на всё.

Не надо так!

После моих манипуляций внешне ребенок никак не изменился, но когда перед сном она с аппетитом съела целую миску творога со сметаной и малиновым вареньем, Ирина сидела рядом и тайком вытирала слезы, ведь хорошего аппетита по её словам у Машеньки не было уже давно.

Саму Ирину я тоже осмотрела и не стала скрывать информацию ни о язве, ни о грыже, ни о кисте в яичнике, ни ещё десяток относительно мелких, но нехороших проблем, включая запущенный кариес в трех зубах, так что сразу выдала небольшой аванс на стоматолога, к которому женщина клятвенно пообещала сходить уже завтра (боль в зубе я ей купировала, но требовалось и лечение), и расписала остальное лечение и лекарства. Лекарства дала задание купить Алевтине, у неё это отлично получалось.

Остаток вечера я посвятила самой Але и её маме, приняв из рук в руки несколько старинных книг о редких видах магии, и поняла, что жизнь на самом деле прекрасная штука. Главное, окружать себя правильными людьми!

В субботу с утра мы со Стужевым снова провели тренировку, но уже только с оружием, причем не тупое избиение младенца в моем лице, а со смыслом – мы разучивали связки и блоки. После обеда Евгеньич отчитался, что второй этаж полностью в моём распоряжении и мы подсчитали промежуточные итоги, я честно расплатилась с бригадиром за работу, и остались лишь некоторые комнаты первого этажа, где пока жили Ульяна, Дарья и Прохор.

Ближе к вечеру привезли кое-что из мебели – это Уля дала добро фирме, где делала заказ ещё на прошлой неделе, и мы с энтузиазмом обставили центральную гостиную, а так же перевезли наверх вещи самой Ульяны, её дочери, и Алевтины с сынишкой. Рабочие собрали новую мебель в кабинете нашей знаменитой писательницы, диваны и стеллажи в детской, а женщины отмыли всё дочиста. Так как комнат наверху хватало, то в одну из них отправились и вещи Ирины, естественно, вместе с Ириной и Машенькой, а Светлану Прокопьевну я отправила в комнату, где раньше находился учебный класс. Чуть позже в бывшей библиотеке по соседству можно было оборудовать секретарское рабочее место, а пока у меня на первом плане стояло всеобщее оздоровление. Тем более жить с нами на постоянной основе Светлана Прокопьевна не планировала, ведь в городе у неё была своя квартирка и соседки-подружки, но на время лечения и длительных вечерних капельниц, вызывающих сонливость, она согласилась оставаться на ночь, чтобы не ездить домой по ночи.

Порадовал и Вадим, который вернул мне машину, как и обещал: на станции техобслуживания её «переобули» и провели полную диагностику, поменяли масло и тормозные колодки, какие-то там ремни (я в этом не разбиралась), почистили-заправили кондиционер и проверили электронику от и до.

Осталась сущая ерунда – научиться водить.

Но и на этом день не закончился!

Мы уже ужинали, когда пришел грузовик с тренажерами и мускулистые ребята в спецодежде браво перетаскали коробки, распаковали, собрали и унесли с собой всё лишнее. Работу принимал Стужев, но я всё равно сунула в спортзал свой любопытный нос, с удивлением отмечая, что само помещение тоже отремонтировано, причем стены покрашены в стильный светло-серый цвет, на полу плотное ковровое покрытие от стены до стены, много зеркал, поменяно освещение и на окнах удобные рулонные шторы, а не обычные.

При этом я была далеко не первой, кто туда заглянул – остальные «Витязи» уже собрались там и возбужденно переговаривались, обсуждая качество и виды тренажеров, а Айдар с Денисом даже спорили, кто из них сейчас возьмет больший вес от груди.

Заметив меня, Стужев с улыбкой взмахнул рукой, было видно, у него тоже прекрасное настроение, но стоило мне сделать буквально пару шагов от двери, как реальность дрогнула, меня повело… И между нами засияла щель разлома загадочно золотистого цвета.

– Вашу ж Глашу! – выпалил Док и тут же заорал, спадая с лица: – Готовность ноль, разлом ментального типа!

Что такое «готовность ноль» я не знала, но, как и все присутствующие, поспешила облачиться в доспех. К сожалению, перчатка с оружием лежала в спальне, но сначала стоило вообще понять, по силам ли мне такой противник, или лучше отсидеться в задних рядах в качестве медсестры.

Прошло от силы три секунды – и меня снова повело, причем ощутимо. Я не удержалась и опустилась на колени, чувствуя, как невыносимо кружится голова. Ко мне подскочил Док и придержал, потому что Стужев, Денис и Айдар уже шагнули в портал, а Олег почему-то поторопился прочь из зала, как и Борис.

– Полиночка, ну что за дела? Что за коленопреклонение не по графику?

– Это… разлом… – прохрипела я через силу. Вроде бы и рассмеяться хотелось, да сил никаких. – Почему они на меня так… действуют?

– Запитываются, – вздохнул мужчина. – Я сейчас это отчетливо увидел. Что-то есть в вас такое, отчего они контрольный импульс открытия на вас выпускают. Но саму механику я не понимаю, хоть убей.

– Это ужасно.

– Согласен. И как этого избежать, я не представляю.

Мы посидели ещё немного, Док помог мне перебраться на лавочку подальше от разлома и поближе к выходу, а потом вернулся Олег. С ворохом амулетов, которые раздал нам с Доком, затем активировал артефакт рядом с разломом, отчего тот стал уже знакомым мне турником, а потом уверенно шагнул внутрь.

Док помог мне надеть амулет на шею и я приказала доспеху убрать его под защитный слой (у меня получилось), а Док рассказал, что эта вещица защитит меня от ментального воздействия. Долго носить такое не рекомендуется, может очень сильно разболеться голова, но четыре-пять (максимум шесть) часов в сутки можно.

– Как думаете, кто там? – полюбопытствовала, когда Док, убедившись, что я в порядке, собрался идти следом за командой, но мне пока приказал оставаться на месте.

– Не знаю, Полина. Честно. На моей памяти мы только три таких портала зачищали и каждый раз было разное. Глаза летающие, змеи, растения тоже были. Тут не угадаешь.

Оставшись одна, я какое-то время просто посидела. Потом поскучала. Потом повздыхала… Безумно хотелось глянуть на происходящее хотя бы одним глазком, но я помнила, что артефакт не пропустит меня внутрь, поэтому предпочла сайгаком сбегать наверх, за перчаткой и ещё более бодрой ланью спустилась вниз, натягивая и застегивая пространственный артефакт прямо на ходу.

И снова запаслась терпением.

Глава 18

Прошло ещё минут десять, когда первым из разлома появился Док, ведя за руку Айдара, причем это показалось мне очень странным – Хан шел так, словно спал на ходу. Безвольно.

– Что случилось? – Я тут же подскочила на ноги и поторопилась подойти.

– Словил лишнюю дозу, – поцокал Савелий, усаживая Айдара на лавочку и начиная аккуратно ощупывать голову мужчины, который никак на его действия не реагировал. – Будет овощем как минимум до полуночи, пока эффект оглушения не рассеется. Но это лучше, чем его агрессивный вариант, поверьте моему опыту, Полиночка. Хотите глянуть, какие нам сегодня кракозябры достались?

– А можно?

– А можно, – усмехнулся Савелий. – Сейчас, отведу нашего спящего красавца в кровать и вернусь. Оружие при вас?

– Да, я уже взяла.

– Хорошо, ждите.

Управился Док быстро, и пяти минут не прошло, вернувшись в зал сразу с кейсом, который пока оставил на подоконнике, после чего взял меня за руку и мы прошли сквозь иллюзию и портал.

Аномалия оказалась неприятно яркой, всё вокруг сияло и сверкало, причем больше всего это было похоже на соляную пещеру с бесконечными потолками и подтеками соли по стенам. Подозреваю, если бы я попала сюда без шлема, я бы в два счета ослепла, даже так почти сразу возникла неприятная резь в глазах, поэтому я постаралась сосредоточиться на фигуре Дока и он повел меня вперед. Пещера была огромной, извилистой, всюду находилось очень много сверкающих соляных столбов, но я почти сразу увидела «Витязей», ведь они были единственными черными пятнами в этом царстве света.

И бились они против… кхм, медуз.

– Медузы? Серьезно? – озадачилась вслух, во все глаза изучая полуметровые колыхающиеся желеобразные купола, спокойно плавающие в воздухе на высоте пяти метров и выше, тогда как их многочисленные щупальца колыхались до самого пола.

При этом периодически по ним пробегали электрические разряды и они хлестали ими по бойцам, словно плетками.

– Та ещё дрянь, – с умным видом покивал Док, не торопясь идти дальше, когда мы остановились на уже расчищенном участке метрах в двадцати от основного места событий. – Если захлестнет щупальцем вокруг шеи, то даже защиту амулета пробить сможет, Хан как раз три одновременно словил.

– И как их убивать? – озадачилась, глядя на то, как Стужев, намотав пучок щупальцев на кулак, тянет одну такую медузу вниз, но она, зараза сопротивляется и тащит мужчину наоборот, наверх.

И на первый взгляд даже непонятно, кто сильнее.

Щен в этот момент рубил агрессивно колышущиеся щупальца другой медузы на уровне своей груди, а Олег пытался заморозить третью, но все его ледяные шипы просто отскакивали от упругих боков колокола медузы и падали вниз.

Ага… А вот и пресловутый иммунитет к магии.

Хм. А есть ли у них иммунитет с инфаркту?

– Док, а если за одно щупальце схватить, оно меня не подчинит?

– Нет, амулет защитит.

– А давайте кое-что проверим? Доставайте меч. Я ведь правильно понимаю, что нужно добраться до ядра? Без него эти твари не живут.

– Всё верно. Что задумала?

– Хочу выяснить, где у них слабое место в плане здоровья. Помнится, у обычных медуз нет ни сердца, ни мозга, ни развитой нервной системы, а тело на девяносто пять процентов состоит из воды. А у этих?

– Думаю, примерно так же. Но можно проверить. – Азартно потерев руки, Док указал мне на одну такую тварь, отбившуюся от основной стаи немного справа. – Давайте попробуем с этой. Если не получится, просто притянем вниз и я её расхреначу. Других, более эффективных способов мы пока не нашли.

Самое забавное, что мы смогли спокойно подойти и медуза на нас почти никак не реагировала до последнего метра. Лишь в последний момент резко взмахнула практически всеми щупальцами разом, целясь половиной в меня, а второй в Дока, но лично я была уже достаточно подкована в уклонении, чтобы уйти с траектории её удара без особых усилий, а затем намотать на кулак одно из щупальцев, которое показалось мне крепче остальных.

И сразу запустила импульс вверх, пытаясь понять, что в этой твари вообще есть кроме желеобразной оболочки. Удивительное дело, но я не встретила особого сопротивления при сканировании и быстро выяснила, что это почти типичная медуза без сердца и мозга, но нервная система у неё всё же какая-никакая есть. Видимо, из-за ментальных способностей.

Торопливо перебрав возможные варианты воздействия, поняла, что их не так много, и начала с эпилепсии. Миг – и медуза начинает дергаться, как припадочная, словно на вечеринке хэви-метал. Хватило трех секунд, чтобы Док дернул её рывком на себя и дотянулся мечом, без видимых усилий разрубая желеобразный купол.

– Отлично, Полиночка! Каков предварительный диагноз?

– Эпилепсия, – ухмыльнулась я. – Идиопатическая. Продолжим?

– С удовольствием!

В общей сложности у меня получилось воздействовать на почти четыре десятка медуз, прежде чем я начала уставать. При этом мы с Доком шли от остальных мужчин с существенным отрывом, но и они на месте не стояли, втроем убив примерно столько же, сколько мы с Савелием. Не став скрывать, что устала, я отошла в сторонку и спокойно дождалась, когда Док сбегает за энергетиком, после чего продолжила с возросшим энтузиазмом, ведь видела, что мои (именно мои!) способности помогают работать быстро.

Понятно, что не так быстро, как в принципе хотелось бы, потому что медуз тут было под полторы сотни, но, как бы то ни было, мы справились со всеми, а потом увидели её.

Мегамедузу.

– Вот это хре-е-ень… – очарованно протянул Щен и я была с ним полностью согласна.

Купол – не меньше пяти метров в ширину, а щупальца тянутся вниз метров на двадцать! При этом она не летала, как более мелкие твари, а восседала на высокой, нестерпимо светящейся колонне, а десятки её толстых щупальцев колыхались вокруг.

– Слушайте, а это разлом какого уровня? – на всякий случай поинтересовалась я, уже примеряясь к медузе. – Если мы её сейчас убьем, он быстро закроется? Может, сначала всё вынести? Вот эти светящиеся штуки, например… Ну и ядра, само собой. Что это вообще за штуки? Оно ценное или нет?

– Селенит, – уверенно произнёс Стужев, касаясь ладонью ближайшей колонны. – Магически насыщенный минерал. Очень насыщенный. Используется в медицине и химической промышленности. В принципе его тут… много, да. Проблема в том, что обычных рабочих в действующие разломы с ментальным окрасом пускать нельзя, даже с амулетами есть риск попасть под ментальный удар твари. Нас дополнительно защищают доспехи, а у них такого нет. Не знаю, как вам, а мне проще закрыть, чем горбатиться каменщиком. К тому же снаружи обычная комната, тяжелую технику вплотную не подогнать. Если и будут выносить, то куски не тяжелее тридцати килограммов, а это не быстро. А разлом, думаю, уровня третьего, не выше. На это влияет размер, количество, дар и даже уровень агрессивности тварей, тут она умеренная, несмотря на опасность ментала самого по себе.

Я с досадой вздохнула (моя б воля, я бы вынесла всё!), но спорить с командиром не стала, ведь он был прав. Безопасность превыше всего, а мы давно не бедствуем.

– В принципе я могу уже дать отмашку, чтобы ребята подъезжали, – предложил Савелий, тоже осматриваясь, причем, как мне показалось, с очень даже хозяйским видом. Откровенно примеряясь к тому, что будет выносить лично. – Всё время сэкономим. Ну и начну собирать ядрышки, ага? Полиночка, как самочувствие?

– Пока бодрячком.

– Вот и славно. Пять минут, дам Боре команду.

Мы все терпеливо дождались, пока Док сбегает туда-обратно, решив обсудить план действий, потому что было видно – даже если медуза начнет дергаться, то не упадет, а просто опустится на столб. И добраться до неё мы… Сможем или нет? Двадцать метров вверх! Никто из нас не умеет прыгать настолько высоко. И почему у доспехов нет крыльев?

– В принципе, не проблема, – задумчиво пробормотал Стужев, как и все мы прицениваясь к колыхающейся туше мегамедузы. – Есть у меня в арсенале ледяная лестница, сил хватит. Главное, чтобы в этот момент тварь не начала бить конечностями по конструкции, она не особо прочная. Полина, а ты только эпилепсию ей можешь организовать или ещё что-нибудь не менее эффективное?

– Например? – озадачилась.

– Мышечная слабость, паралич?

– М-м… вряд ли. У неё нет толком мышц, тут немного другое. Там всего два тончайших слоя клеток, хм-м… – Я всё-таки задумалась и неуверенно дернула плечом. – Не знаю. Надо пробовать. Но ты прав, эпилепсия с этой тварью не сыграет большой роли, только паралич. Задачу поняла. Подстрахуете?

Я снова примерилась к медузе и пробормотала:

– Она ведь намного сильнее мелких, да? Сможет с одного удара пробить защиту амулета? Или нет?

– С одного точно нет. А вот с двух уже вполне возможно. В принципе можно провести первичную подготовку и слегка проредить ей стрекала… – Стужев кивнул сам себе. – Да, стоит. Щен, Жук, работаем. Зараза, жди команды.

Беззвучно хихикнув, когда услышала свой позывной, тем не менее я послушно осталась на месте, с нескрываемым интересом наблюдая за тем, как мужчины намного расходятся, чтобы покромсать чересчур длинные щупальца медузы с разных сторон, а потом молча и безжалостно набрасываются на неё и начинают рубить. Рубить и снова рубить!

Я видела, у них отлично получается и уже десятки обрубков летят в разные стороны, а медуза бесится, не в силах дотянуться до чересчур мелких и вертких противников, но потом… Потом она что-то сделала. Что-то очень нехорошее!

Даже я, стоящая в отдалении, ощутила, как дрогнуло пространство и в голове образовался некий секундный вакуум. Правда, он быстро прошел, я даже толком испугаться не успела, а вот мужчинам так не повезло – Денис моментально упал, как подкошенный, Олег заторможенно опустился на колени, и только Стужев, пошатнувшись, продолжил свою бешеную рубку, ускорившись, кажется, раз в пять.

А потом пространство дрогнуло снова. На этот раз сильнее. Жестче!

Упал Олег и пошатнулся Стужев, на этот раз не став продолжать бой один на один, а предпочтя отбежать назад и оценить ситуацию издалека. Кажется, он чертыхнулся, я толком не расслышала, пытаясь справиться с тошнотой и жуткой головной болью, так что предпочла присесть, опустив голову вниз и прижав ладони к вискам.

Потихоньку отпускало…

– Ну как так, а? Без меня! – взволнованно выпалил вернувшийся Док и, услышав моё приглушенное «я норм», поторопился к парням.

Вместе со Стужевым они оттащили ребят подальше и обсудили жесткий ментальный удар твари, которой даже касаться не надо было, чтобы вырубать бойцов, после чего Савелий убежал снова, на этот раз вернувшись сразу со своим волшебным кейсом, и начал мутить по двум бутылочкам что-то совсем ядреное, намешав туда чуть ли не десяток компонентов.

В итоге одна бутылочка досталась мне, вторая Егору. Деактивировав шлем, выпила её содержимое без лишних вопросов, понимая, что Док ерунду предлагать не будет, а секунду спустя по моим венам пробежала обжигающая лава первородной энергии, мозг заработал с десятикратным усилением, все до единого чувства тоже обострились, а я ощутила себя всемогущей.

Медуза, говорите? Ха! Сейчас мы покрошим её на бешбармак!

– Готова? – уточнил командир, взбодрившись, как и я. – Активируй шлем. Вперед!

Рванув именно туда, куда указывал Стужев и схватив крайнее щупальце обеими руками, пока Егор вырубал соседние, чтобы те не атаковали меня, я сосредоточилась и пустила вверх самый мощный импульс, воздействующий на нервы, какой-только могла. Туша медузы была огромна, навскидку один только купол весил под двадцать тонн, а то и больше, так что я сразу ощутила, как у меня из носа потекла кровь от перенапряжения – тварь оказалась не просто большой, но и сильной, имея энергетическую броню от внешнего воздействия.

Но я-то воздействую изнутри, верно?

Интуитивно отрастив на броне когти, я погрузила пальцы в желеобразную консистенцию, из которой состояла щупальце, и повторила снова. Неожиданно конечность дернулась, да так сильно, что меня мотнуло вместе с ним, словно я вцепилась в канат, который штормит в двенадцатибальный ураган, а потом навстречу понеслась колонна…

Мамочки-и-и!

Понимая, что Поля всмятку – это нехорошо, я шибанула её своей силой снова, на последних секундах просто отпуская щупальце и немного пролетая вперед ещё, по инерции. До колонны оставались считанные сантиметры, когда моё продвижение резко замедлилось, словно меня схватили за шкирку невидимой огромной лапой, а потом я просто свалилась на пол.

А рядом висело безжизненное щупальце…

– Жива? – Надо мной склонился обеспокоенный Стужев.

– Ага. Получилось?

– Как будто…

После этого командир крикнул Доку забрать меня от твари подальше, а сам, полыхнув мощной магией, с обманчивой легкостью создал прямо перед собой спиральную ледяную лестницу, по которой рванул наверх, достигнув вершины в считанные секунды и уже там набросившись на тварь с таким остервенением, словно она задолжала ему как минимум пару миллионов.