Текст книги "Демон моих желаний (СИ)"
Автор книги: Елена Игги
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)
– Томми это было восхитительно, – промурлыкала Саманта.
В ответ он ее чмокнул в волосы.
– Но знаешь, мне надоело то, что ты все время околачиваешься с этой замухрышкой, – тонким голосом заявила она.
– Джесси милая, – пожал плечами Томми. – И я люблю ее.
Саманта рассмеялась.
– Тогда почему ты сейчас со мной, а не с ней? – она мягко дотронулась своим указательным пальцем до его носа. – Я вот знаю почему. Потому, что ты любишь меня.
– Потому что Джесс, чертова недотрога, – грубо сказал он.
– Это и делает меня еще лучше ее, правда же? – она потерла своей пышной грудью о его руку.
– Да, милая, – он провел по ее очертаниям своей рукой. – Но я не могу пока ее бросить, ты же знаешь.
– Эх, тогда быстрее уже женись на ней, – она надула свои коралловые губы.
– Не сердись, как только я найду дневник, сразу же брошу ее, обещаю.
Томми начал страстно целовать ее шею, а Саманта также страстно ласкала его тело. Она закрыла глаза и отвернулась. В ее маленькое сердце словно вонзили нож, а вытащить забыли, и она медленно начала истекать кровью. Ее смех еще долго звучал в голове у Джесси, а она все никак не могла его заглушить. Слезы душили ее, но она не могла позволить ем пролиться вместе с болью. Она вырвала свои чувства и бросила к его ногам. И теперь Джесси решила для себя, что ни один мужчина в мире не заслуживает ее слез.
«Томми». Он был всем для Джесси.
«Томми». Он предал ее любовь.
________________
Олони (англ. Ohlone) – индейское племя, проживавшее в районе залива Сан-Франциско и залива Монтерей с VI века, расселяясь далее на юг в долину Салинас. Олони были охотниками, собирателями, рыбаками.
Глава 14
– Не очень тактично с вашей стороны, лежать в объятиях одного мужчины, а грезить о другом, – ее разбудил хриплый, гневный голос.
Джесси медленно открывала глаза, прогоняя остатки горького сна. До ее сознания дошло, что она уснула, согнувшись рядом на плече у Киллара. Она медленно поднялась, растирая затекшее плечо.
– Я кричала? – осведомившись, спросила Джесси.
– Что вы, просто звали во сне своего любовничка, – объяснил он.
– Он не любовничек, – сонно ответила она. – Вам уже лучше?
– На столько, насколько это возможно, – буркнул он.
Джесси быстро перескочила через него, набрав в кружку воды, она поднесла ее к его губам.
– Вам необходимо пить больше воды, – она приподняла его голову, аккуратно вливая жидкость.
Джером осушил все до последней капли, наслаждаясь, как прохлада разливается по его горлу.
– Сколько я был без сознания? – поинтересовался Джером.
– Всю ночь. Это чудо что вы та быстро очнулись, – заверила его Джесси. – Жар был невыносимым.
– Почему? – его взгляд заострился на ней.
– Что, почему? – недоумевала она.
Он, молча, смотрел на нее, словно хотел залезть ей в голову и прочесть ее мысли.
– Почему та, которая больше всех на свете, должна желать мне смерти, спасла меня? – спросил ее Джером.
– Я не желаю вам смерти, – спокойно ответила она.
Джесси пошла, возиться с готовкой. Джером лишь молча, наблюдал за ней. Его удивило то что, открыв глаза, он увидел свет. Такой яркий, бьющий в глаза и наполняющий его душу теплом. Он уже отчаялся когда-либо увидеть его. Ведь манящая бездна затягивала его в свои темные недры. Он бродил по темным коридорам в поисках выхода, но, сколько бы он не старался, он всегда оказывался в тупике.
Пока не услышал голос. Такой тихий и зовущий его. Этот голос просил его жить. Он умолял его сражаться. И Джером не сдался. И сейчас он понял, что это был ее голос. Нежный и в то же время требовательный. Это он спас его.
Он и подумать не мог что, очнувшись, обнаружит ее сладко спавшую в его объятия. И то, какие чувства у него это вызовет. Хоть Джером был слаб, но его тело незамедлительно отреагировало на нее. Не удивительно, ведь у него уже давно не было женщины. Но это далеко не все. Все дело было в этой женщине. Только она пробуждала в нем новые чувства. Только ее поцелуи так будоражили кровь.
Она протянула ему горячий кофе, которое ароматной струйкой наполнило его лёгкие.
– Спасибо, – поблагодарил её Джером.
Джесси мягко ему кивнула. Не часто такое услышишь из его уст. Видно было, что он не привык такое говорить.
– И за кофе тоже, – добавил он.
Она подала ему завтрак, который приготовила на скорую руку и они принялись есть. Покончив с завтраком Джесси села рядом с Килларом и начала разматывать его рану. Он пристально за ней наблюдал. Джесси нервничала под его взглядом, и не находила себе места. Ей было неудобно это делать, так как он лежал.
– Не могли бы вы приподняться немного? – попросила она его.
Джером, молча, выполнил просьбу. Видно было, что это давалось ему не просто. Взяв его под плечо, она немного помогла ему. Сейчас было намного проще разматывать лоскуты. Но теперь проблема была в другом. Каждый раз ей приходилось, наклоняется к нему практически вплотную, и каждый раз её сердце билось сильнее.
Полностью размотав, Джесси полюбовалась проделанной работой. В его плече зияла дыра, но она не кровоточила, что было хорошим знаком. Джером от удивления присвистнул.
– Неплохо продырявили, – оценил он старания дикаря.
– Вам повезло, что у индейца, который в вас стрелял, туговато с точностью.
Он усмехнулся. Джесси промыла рану и начала бинтовать обратно.
– Но не у вас, – проговорил он, глядя на неё.
Джесси на миг застыла, и молча, продолжила свою работу.
– Пожалуйста, давайте не будем об этом, – её руки немного трясло.
– Не нужно, – тихо попросил он. – Не вините себя.
– Нет, вы не понимаете, – возразила она и ее голос дрогнул.
– Джесмин, – она посмотрела в его медовые глаза. – Вы спасли мою жизнь.
– Да, спасла. Отняв её у другого человека, – она готова была разрыдаться, вспомнив, что она отняла чужую жизнь. Чувство вины съедало её изнутри.
– Жалеете? – прищурил он глаза.
– А вы как думаете? Конечно же, мне жаль.
Джером сжал от гнева кулаки. А чего он ожидал? Он её похитил и мучил. Он тот, кого она яро ненавидит. Что он хотел услышать? Он не знал. Но точно не слова сожаления. Джером хотел верить во что-то. Вот только во что?
– Жалеете, что спасли мою жалкую жизнь? – его ноздри, вздымались от злости. – Такого не достойного человека как я?
– Дело совершенно не в вас, – спокойно ответила Джесси на его выпад. – Каждый достоин жизни. Даже вы.
Джером был, что огорчен таким ответом? Что-то неприятное кольнуло внутри. Его злость поостыла. Он не имел права злиться на неё. Не важно, что ей двигало, она спасла его. И он в долгу перед ней. Джесси уже заканчивала перевязывать Джерома, как он спросил:
– Тогда зачем вы так поступили? Зачем вернулись? Могли бы спастись.
– Думаете, я этого не знаю? – разгневалась она. – Думаете, я не понимаю, что это был единственный шанс на спасение?
Он смотрел в ее зеленые глаза, пытаясь, найти ответы.
– Я не понимаю, – и он действительно был в непонимании.
– Вернулась, что бы спасти вас, – она со злостью ткнула пальцем ему в грудь. – Разве я могла бы бросить вас в беде? Причём с таким ранением.
Джером был крайне удивлён. Эта нежная девушка рушила все его предубеждения о женщинах. Ломала ту стену, что он с таким трудом воздвиг перед собой. Это, конечно же, ему крайне не нравилось.
– Вы были полностью в крови, и я не знала что делать, – она не могла остановить этот поток слов. – Вы хоть представляете, какой вы тяжёлый? Бедному Деамониуму пришлось вас тащить.
Джером слабо усмехнулся. Он, не отрываясь, слушал её. Джесси будто вернулась в прошлое. Её глаза были полны слёз, и в них стоял ужас пережитого. Джесси отрешенным взглядом сверлила свои руки, ей казалось, что до сих пор они все в крови. Все так и было. Только эту невидимую кровь невозможно было смыть. И Джесси это понимала и корила себя.
– Я сожалею, что доставил вам столько хлопот, – мягко проговорил Джером. – Могу спросить, откуда бинты?
– Эм, нижние юбки, – замешкалась она и немного покраснела.
– Тебе не кажется эта ситуация немного странной?
– Дайте подумать, – Джесси сделала задумчивый вид. – Вы о том, что девушку, которую вы похитили, издевались, мучили и швыряли, спасла вас и сейчас ухаживает за вами?
– Ну, в целом вопрос ты поняла.
– Да, кажется, – согласилась она. – Наверно в каком-то из многочисленных падений я сильно повредила голову.
Джером расплылся в улыбке.
– А ты знаешь, Джесмин, что в тебе оказывается все прекрасно? – пробормотал он.
Джесси чуть не подпрыгнула на месте от его заявления. Пульс участился, а дыхание сбилось. Почему одно его слово, может так повлиять на ее чувства?
– Кажется, у вас снова начался жар, – она пыталась скрыть свое смятение.
– Да, – согласился он. – Видимо уже давно.
И через мгновение прижался к ее губам. Одной рукой он обхватил ее за талию, а другую запустил в огненное покрывало волос. У Джесси не было возможности отстраниться от него. Да она, и не делала никаких попыток к этому. Его губы нежно прижались к ее губам в сладостном поцелуе. Джером вложил в него всю свою нежность, на которую был способен. Он кружил ее в танце, прижимая свои губы то сильнее, то мягче. И Джесси тонула в этом поцелуе. Она заметила, что он чем-то отличался от предыдущих. Но чем? В этот раз все было иначе, он не подавлял ее, не завоевывал. Он отдавал ей, свою нежность, позволяя ей насладиться им.
И она желала его. Отчаянно. Не важно, что она постоянно повторяла, как ненавидит его. Не важно, что она утверждала: ей отвратительны его прикосновения. И все, то что может за этим последовать. А сейчас она как воск таяла в его объятиях, наслаждалась каждым движением его губ. Джесси медленно приоткрыла рот, впуская его горячий язык, и вздрогнула, когда он коснулся ее языка.
Он притянул ее к себе, так что бы она была вплотную к нему. Джесси оказалась лежа на нем. Она не понимала, что происходит, весь ее мир, рухнул. Этот человек разрушил его. А сейчас она позволяла ему целовать его. Но этого почему-то было мало. Она хотела чего-то большего. Ей теперь хотелось по-настоящему узнать вкус любви, полной грудью вдохнуть ее аромат, погрузиться в нее до головокружения. Что поделать, этот Киллар завоевал ее сердце и душу. Ее ладони лежали на его груди, и она отчетливо чувствовала бешеный ритм его сердца. А может это ее сердце так колотилось?
Его теплая ладонь легла на ее лицо и начала нежно ласкать. Затем спустилась к гладкой шее, проводя по ней. За каждым его движением следовали маленькие искры, и Джесси хотела взорваться вместе с ними. С его губ сорвался протяжной стон. И Джесси немного напряглась. Но он не прекратил свои действия, а наоборот усилил натиск губ и его ищущие руки оказались на ее бедрах. Джесси плыла в этих ощущениях как листок на поверхности воды, наслаждаясь и подстраиваясь под ее течение. Только когда его рука коснулась напряженного и жаждущего соска, Джесси поняла что происходит.
Страх прокрался в ее разум. Она уже любила когда-то мужчину, и это закончилось болью. Больше она не хотела это пережить. Джесси была абсолютно уверенна, что с этим мужчиной ей будет намного больнее. Собрав всю свою жалкую силу воли, она отпрянула от него.
Его грудь тяжело вздымалась, а в глазах горел огонь. Огонь желания, который переполнял и ее. Он, недоумевая, на нее взирал. Секунду назад она отвечала на его поцелуи, а сейчас отстранилась. Но того что последовало после, но совершенно не ожидал.
Быстро опомнившись, Джесси зарядила ему звонкую пощечину. Она хотела, что бы он больше не приближался к ней. Хотела дать понять, что его поцелуи табу. Хотела его разозлить, что бы он снова стал ее жестоким похитителем. Она хотела снова его ненавидеть.
Но у Киллара были, конечно же, свои планы на это. Притянув ее к себе, он снова припал к ее губам, но уже чуть жестче. Джесси со злостью оттолкнула его от себя и снова влепила пощечину.
– Запомни, ты бьешь, я целую, – заявил он и впился в ее губы.
Теперь он ее отстранил и заглянул в глаза. Растерянная, Джесси замахнулась, но до нее начал доходить смысл сказанного. Сжав руку в кулак, она медленно ее опустила.
– Очень жаль, – проговорил он.
– Ненавижу вас, – выпалила она ему в лицо.
Поднявшись, она вышла из хижины. Джером остался в одиночестве, разглядывая то место, где она только что сидела. Она, конечно же бы не поверила, но в этот момент Джером тоже себя ненавидел. За то, что хотел ее больше всего на свете. За то, что обещал ей, что не причинит ей зла. Но обещание не смог сдержать. Себя, он не смог сдержать. Джером ощущал, что эта женщина к нему что-то чувствует, и судя по поцелуям это отнюдь не ненависть. Каким бы жестоким он не был, он не мог воспользоваться девушкой. Как бы сильно он ее не хотел.
Ей срочно нужен был глоток свежего воздуха. Она должна была взять себя в руки. Нельзя было поддаваться искушению. Но как нежны были его поцелую. Ей тяжело было совладать со своими мыслями. Она не могла себе позволить любить мужчину, которому ничего не стоит ради денег убить человека. Так что нужно глянуть реальности в лицо.
Но ведь он не такой эгоистичный и твердолобый, каким она его считала. Он отважный человек рискнувший жизнью, что бы её спасти.
«Нет, нет, Джесси, ты разве забыла, что он наемник, похитивший тебя?» – говорил ей голос разума.
Но как ни крути, он хорош собой с головы до пят.
«Красота – понятие субъективное».
Невозможно отрицать, что у него красивое лицо, словно высеченное резцом скульптора. Высокие скулы…
«Упрямая челюсть» – перебил голос.
Неимоверно чувственный рот, приносящий наслаждение.
«Перестань глупая девчонка!» – обругала она себя.
Сейчас Джесси как никогда хотела сбежать от этого человека. Но почему-то не могла его бросить в таком состоянии. Сделав три глубоких вдоха, она постаралась успокоить колотившееся сердце, и пошла обратно.
Вернувшись, она застала Джерома пакующего сумки. На нем так же не было рубашки, и Джесси залюбовалась игрой перекатывающих мышц. Опомнившись, она подбежала к нему:
– Что вы делаете? – встревожено спросила она. – Вам нельзя двигаться, ведь рана может открыться.
– Мы едем, – сухо бросил Джером.
Джесси вытаращила на него свои зеленые глаза.
«Ну а чего милая ты ожидала?» – спросил у нее голос. Она лелеяла какую-то надежду, что все-таки он сжалиться над ней. Что отпустит ее в благодарность за спасение его жизни. Но очевидно этому не бывать. Он настолько алчен и отвратителен, что готов и дальше ее продать. Сейчас она не ощущала себя живым человеком. Сначала он вдохнул в нее жизнь, а затем скинул с утеса скалы. И теперь Джесси медленно падала вниз, ожидая, когда же придет ее конец.
– Но в вашем состоянии это опасно, – попыталась она убедить его.
– Признателен за вашу заботу, – проговорил он, выходя из хижины. – Но мы и так слишком задержались.
Последние надежды рухнули. Теперь ей нужно было решить: броситься в лапы дикарям, которые встретятся на ее пути, или же принять безысходность своего положения. Джесси чувствовала себя пташкой в клетке. Больше не говоря ни слова, он посадил протестующую Джесси на коня и умостился рядом.
Ехали они, не спеша, так как каждое движение лошади, болью отдавалось в плече Джерома. Нестерпимо было терпеть ноющую боль, но его радовало, что оставалось всего пару часов пути.
Джесси же была вся на иголках. Она не хотела касаться его обнаженной груди. Иначе все эти противоречивые чувства снова бы вернулись. Она неустанно злилась на себя, что в такой прискорбной ситуации, она не могла не думать об этом широкоплечем мужчине, который сидел позади нее. Ее спина ныла от напряжения, находясь в одном положении, но гордость – вернее то, что от нее осталось – не позволяла ей облокотиться на него. Да и она могла случайно задеть его рану, а ей этого не хотелось.
Солнце уже было в зените, когда они выехали на открытую местность, где посредине стояло небольшое ранчо. Скалистые горы круто поднимались над домом, словно оберегая и прикрывая его. Перед домом по обе стороны возвышались загоны для лошадей. Джесси в жизни не видела столько лошадей различных мастей. Коричневые, рыжие, белые, черные, пятнистые, у Джесси глаза разбегались. За крышей дома виднелись пушистые фруктовые деревья. Скорее всего, там находился сад.
Раздался оглушительный выстрел, и Джесси вскрикнув, прижалась к Джерому. Ну сколько можно? У нее будет хоть один спокойный день без выстрелов? На крыльце дома она увидела фигуру мужчины целившегося в них ружьем.
– Я тоже рад тебя видеть, – прогремел над головой голос Джерома. Они знакомы?
– Джером? – послышался удивленный голос.
Они уже достаточно близко подъехали к дому, и Джесси могла рассмотреть мужчину стоявшего у дверей. Она была удивлена, так как перед ней стоял второй Киллар. Она перевела взгляд с одного на другого. Они были очень похожи, но все-таки отличались.
– Здравствуй брат, – соскочив с коня, Джером протянул ему руку. Тот не реагировал.
– Ты жив, – голос брата дрогнул. По всей вероятности он не верил своим глазам.
– Как видишь, – он развел руками в стороны. – Почти. Ты разочарован?
Как только этот вопрос слетел с языка, его лицо радостно встретило кулак. Удар пришелся прямо в челюсть, и Джером свалился с ног. Джесси смотрела на все происходящее в оцепенении.
– Какого черта ты делаешь, Курт? – еле волоча языком, промямлил Джером. Он потер ноющую челюсть.
– Какого черта делаешь ты, Джер? – прокричал взбешенный Курт. – Где ты был все это время, черт тебя дери?
Джером не хотел отвечать. Да он и не знал, что ему ответить.
– Давай мы обсудим мои похождения за чашкой кофе? – предложил Джером. Он перевел взгляд на Джесси. Курт последовал за ним. Его глаза расширились. Затем он осуждающе посмотрен на Джерома.
– Долгая история, – отмахнулся Джером.
– С удовольствием послушаю, – заявил Курт.
Он подошел к притихшей Джесси, и протянул к ней руки, предлагая свою помощь. Поколебавшись, она ее приняла.
– Меня зовут Курт, – представился он. – Может я смогу вам чем-то помочь?
– Джесмин, – ответила она ему. – Так, как вы брат этого демона, то полагаю, вы ничем не сможете мне помочь.
Курт принялся готовить кофе, а Джером поставил греться воду. Все это время Джесси просто наблюдала за ними. Мало ей было одного, так теперь их стало двое. С двумя Килларами ей никогда не справиться. Братья кардинально отличались характерами. Курт был мягче и добродушнее. И красивее.
Его лицо было гладко выбрито и по-мальчишески милым. Мягкие очертания не портили суровые брови и злостный взгляд как у Джерома.
– Это пока все что есть, на ужин приготовлю больше, – Курт поставил на стол тарелку с кашей из бобов и кукурузными хлебцами. Он посмотрел в окно на Джерома, распрягающего коня.
– Что он с вами сделал? – серьезно спросил Курт, присаживаясь за стол. Джесси замялась.
– Ничего особенного, – она пожала плечами. – Просто похитил.
– Что? Похитил? – он был удивлен.
Джесси кивнула и принялась есть.
– Но зачем ему это понадобилось?
– А зачем он убивает людей? Зачем похищает их? Может, вы мне ответите? Я вам помогу. Он негодяй без чести который ради выгоды готов пойти на все.
Курту нечем было возразить. Как печально осознавать, но она абсолютно была права. Ему нестерпимо стало жаль эту бедную девушку. Он подумать не мог, что Джером мог так пасть.
– Мне так жаль.
– Что вам жаль?
– Что я его брат, – послышался властный голос Джерома.
Он стоял в двери, возвышаясь над ними.
– Черт, Джер, я тебя не понимаю. Я с трудом тебя узнаю.
– Я хочу, есть, – перебил он брата, садясь рядом за стол.
Покончив с едой, Джером встал:
– Твоя комната справа, – обратился он к Джесси.
– Сколько я тут пробуду?
– Все зависит от тебя. Чем хуже будешь себя вести, тем скорее двинемся дальше в путь. Что тут хитрить, Джесси хотела как можно сильнее оттянуть ее смертный приговор.
– Иди в комнату, я сейчас принесу лохань, скомандовал он и вышел вместе с Куртом.
Джесси решила осмотреться. Дом был достаточно просторным, но пустым. Словно в нем никто не жил хотя было убрано. Она вошла в комнату справа. Большая кровать стояла посредине, а по обе ее стороны были тумбы. Самым красивым и массивным предметом интерьера оказался шкаф, почти на всю стену и до самого потолка.
Возле него красовался небольшой камин с полками. Комната была выдержана все в том же холодном стиле. Ну, по сравнению с её домом тут было в разы уютней. Наверно потому, что здесь ничего не напоминало об её утрате. Послышались голоса и вскоре в комнату занесли большую лохань. Джесси наблюдала, как двое мужчин по очереди вносили ведра с водой и заполняли её. Закончив, Джером положил рядом мыло и полотенце.
– Как закончишь, сообщи, – бросил он, закрывая дверь.
Джесси подошла к лохани, и окунула руку в горячую воду, наслаждаясь теплотой. Долго не раздумывая, она побыстрее разделась и погрузилась в воду. На её лице расцвела улыбка. Она закрыла глаза и расслабленно вздохнула.
За дверью доносился шепот, который со временем перешел в крик. Джесси могла и не прислушиваться, так как этого не требовалась, она и так прекрасно слышала спор мужчин. И предметом их ярого обсуждения, несомненно, была Джесси.
Я не узнаю тебя Джер, – его голос был полон грусти. – В кого ты превратился?
– Я поступил, так как считал необходимым, – сухо ответил Джером.
– Убивать людей это необходимо? А похищать несчастных женщин, скажи, это тоже необходимость?
– Прекрати Курт, мы уже обсуждали это более полугода назад. И помнишь, чем это кончилось?
Курт стиснул кулаки. Ему до жути хотелось вмазать своему старшому братцу, что бы он немного пришел в себя.
– Тогда скажи, когда ты стал одним из них? Из тех жалких воров и убийц, которые шастают как гиены, в округе выискивая новую жертву?
– Когда умер отец. Когда за ним последовала мать, – Джером плевался от злости. – Ты был еще совсем ребенком, когда они оставили нас. А что мне оставалось делать?
– Ты мог спокойно работать, как и все обычные люди.
– Тебе, как никому другому известно, как я работал. То, что платили на полях, едва хватало на жизнь. Я нес ответственность за тебя. Ты, это все, что у меня осталось. Я не мог позволить тебе голодать, – на его лице было мучительное выражение. – Все что мне оставалось, это стать наемником.
– Но сейчас я уже вырос Джер. Мы справимся вместе.
– Перед смертью матери я ей поклялся, сделать все возможное. Что бы ты не жил как они, и тем более как я. Пообещал, что отправлю тебя как можно дальше отсюда, куда-то в Нью-Йорк, например. Это новый город возможностей, ты закончишь там учебу и сможешь жить достойно. Это все что я хочу.
Джером видел, что Курту тяжело было вспоминать про родителей, и слышать то чего он совершенно не знал.
– А мама мечтала про свое большое ранчо и большой уютный дом. И я пообещал ей, что сделаю, как она хочет. И когда я так близок к этому я не могу отступить.
Джером опустил голову и зажал ее руками.
– А Джесмин? – осторожно спросил Курт, догадываясь ответ.
– Она мое последнее задание, – подтвердил он.
Курт тяжело вздохнул.
– Но я не могу позволить обменять деньги на жизнь человека.
– Это не тебе решать, – оборвал его Джером.
Джесси все это время не могла успокоить поток мыслей. Услышанное повергло ее в шок. Ей стало жаль его. Значит у этого человека тоже тяжелая судьба, но он не захотел с ней мириться и пошел по своему пути, хоть и такому жестокому. А вот Джесси не стала бороться, она как овечка приняла жестокость и не справедливость и жила по течению. Куда занесет ее река так и будет.
Он бросил вызов судьбе. Джесси невольно ему позавидовала. Ей нужно было тоже противостоять ее судьбе. И перед тем как ее все-таки отдадут в лапы смерти, она сделает все возможное, что бы жить.
Закончив с купанием, она насухо вытерлась и накинула на себя платье.
– Я закончила, – выходя из комнаты, заявила Джесси.
– Отлично, – проговорил Джером. – Пойдемте леди, мне нужна будет ваша помощь.
– Джер, ты же не…
– Нет, – рявкнул Джером, заходя в свою комнату.
Оставшись с ним наедине, Джесси начинала нервничать.
– Помоги мне снять рубашку, – попросил он, подходя к ней.
– Кажется, у вас есть руки, и если вы не знали, то ими тоже можно пользоваться, – ответила Джесси.
– Да, но так как у меня дыра в плече, мне затруднительно это сделать, – он показал на рану.
Джесси нервно вздохнула и начала расстегивать его рубашку. Руки дрожали, и она пыталась не смотреть на его золотистую кожу, которая с каждой пуговкой открывалась все больше и больше ее взгляду. Стянув с него рубашку, она увидела на повязке следы крови и ахнула.
– У вас открылось кровотечение, нужно перемотать рану, – забеспокоилась Джесси.
– Сразу после того как я приму ванну, – Джесси кивнула и развернулась для того что бы покинуть комнату. – В чем ты мне и поможешь.
Ее словно током пронзило. Нет, Джесси на такое не согласна.
– Вы с ума сошли? Я не собираюсь этого делать.
– А я говорю, что поможешь, – твердо заверил ее Джером.
– Я пленница, а не служанка.
– Вот как раз по этому, ты будешь делать то, что я говорю.
Больше не говоря ни слова, он принялся снимать штаны. Джесси резко отвернулась и вся покраснела. Уж больно хорошо она помнила, какое у него совершенное тело. Услышав всплеск воды, она нерешительно повернулась. Джером уже полностью сидел в воде. Ну, не совсем полностью. Лишь его бедра были скрыты водой. Джесси любовалась его длинными мужскими ногами. Плоским и твердым, как камень животом, массивной грудью и большими плечами. Он полностью погрузился в воду и сразу вынырнул. Его окутали маленькие капельки воды, и они плавно стекали по его телу словно не желая расставаться с ним.
Джесси глубоко вдохнула и подошла к нему. Взяв мыло, она принялась намыливать ему волосы. Ее тонкие пальцы нежно водили по его голове и Джером, не выдержав, издал грудной стон удовольствия. По телу Джесси пробежались волны. Ей было приятно прикасаться к его волосам. Мягкая пена окутывала ее пальцы, и она продолжала массировать его голову.
Ей захотелось почувствовать его кожу под своими руками, и Джесси спустилась к шее. Эти прикосновения к его упругой коже пробуждали трепет во всем ее теле. Рой каких-то диких бабочек порхали внизу ее живота, и от удовольствия она задержала дыхание.
Здравый смысл и буря страстей боролись в ней, приводя ее в смятение и трепет. Но любопытство росло с каждым невинным прикосновением к нему. С каждым его томным вздохом. Что будет если позволить пламени снедающего ее проникнуть в саму глубину?
Джером пошевелился и по воде пошли небольшие волны. Джесси бросило в жар, а кончики пальцев начали покалывать. Нужно было заканчивать с этой пыткой.
– Если ты будешь продолжать в том же духе, то мы переместимся на кровать, – улыбаясь, хрипло проговорил Джером.
Джесси отдернула руку. И услышала его мягкий смех.
– Я пошутил милочка, – успокоил ее он, а затем добавил. – Или нет.
– Я думаю, что горячая вода слишком повлияла на ваш мозг. Давайте помогу остудить ее, – взяв ведро с уже холодной водой, которое стояло возле лохани, она выплеснула все на голову Джерома.
Раздался злой рев и его голос прогремел на всю комнату:
– Ты поплатишься за это, маленькая заноза, – и быстро вскочив, он схватил ее и поднял на руки.
– Отпусти меня, – просила Джесси.
– Как говориться зуб за зуб, – не успела Джесси возразить, как оказалась полностью в воде прижатая к мокрому и обнаженному телу.
– Ты подлый негодяй.
– Кажется, тут нужно помыть чей-то грязный рот, – Джером потянулся за мочалкой, намылил ее и начал водить по ее лицу. Джесси возмущалась и плевалась пеной. Сейчас она сидела в воде полностью мокрая и вся в пушистой пене. Джером взял кусочек воздушной пены и посадил его на нос Джесси. Он сразу же залился веселым смехом. Он хохотал искренне и от всей души, что Джесси тоже передалось его веселье. Она подхватила его смех и принялась сама звонко смеяться. Как ей нравился чистый грудной смех Джерома. Он пробуждал в ней волны тепла, от которых на сердце становилось теплее. Что же он делал с ней?
Она стерла с лица пену и одарила его своей самой ослепительно улыбкой. Джером больше не мог сопротивляться её чарам. Не медля ни секунды, он приник к её губам. Этот поцелуй был полон страсти. Он говорил Джесси, как она желанна ему. И она в это верила. Потому что Джесси хотела быть желанной.
Он начал срывать с её промокшего платья пуговки не церемонясь с ними. Мысли Джесси снова путались, так всегда происходило от его поцелуев. Она жаждала почувствовать его руки на своём теле. Когда его горячая рука обхватила её грудь, Джесси издала стон, который шёл из самой глубины её желания. Её тело выгнулось навстречу его ласкам. Соски набухли и требовали прикосновений. Не отрываясь от её спелых губ, он освободил её тело от груза платья и отнёс на кровать. Джесси горела огнём. Такого, её тело никогда не испытывало. Джером умело разжигали в ней пламя. Он ласкал всю ее, каждую клеточку. Нежно очерчивал большим пальцем круги на её груди и плавно двигался вниз. Обхватил своей рукой её упругое бедро и мягко сжал, наслаждаясь ощущениями. Джесси извивалась под ним и метала головой. Его обжигающие поцелуи прошлось по влажной шее, а нежный язык слизывал оставшиеся капли воды. Его поцелуи сводили её с ума, ещё больше доводя до безумия. Она отрывисто слышал, как он шептал её имя.
– Джесмин, обними меня, пожалуйста.
Не думая она послушалась. Приятно было ощущать его тело на себе. И Джесси хотела полностью погрузиться в этот мир наслаждения. Она почувствовала, как её бедра раздвигает его рука и крепко сжала колени. Джером заметил перемену в ней и сразу припал к губам, успокаивая. Как только она немного ослабила хватку, его рука добралась до самого желанного потаенного места. Он легонько коснулся её напряжённого бутона, и Джесси застонала от удовольствия. Он поглаживал ее нежные, словно атлас лепестки чудесного цветка, и от каждого его прикосновения Джесси будто взрывалась. Она вся истекала соками желания, и Джером видел, что она абсолютно готова его принять.
– Посмотри на меня, – прошептал Джером.
Джесси не сразу поняла, что он говорил. Она была в плену чувств.
– Открой глаза, – повторил он.
Веки Джесси затрепетали и на него уставились две бездонные реки, которые затягивали его в свою трясину. Джером не мог оторваться от этих чарующих глаз, в которых нескрываемо читалось желание.
– Джесмин, – его голос дрожал, как и он сам. – Ты понимаешь, что сейчас произойдёт?
Джесси лишь кивнула.
– Ты хочешь этого? – Джером хотел, что бы она сама отдавала себе отчёт. Он клялся, что не воспользуется ее положением и теперь хотел хоть как-то себя оправдать.
Джесси краснела на глазах. Она понимала, что сейчас должно произойти, и к своему ужасу хотела, что бы это произошло.
Дождавшись кивка, Джером впился в её рот поцелуем, унося их обоих в мир забвения. Больше не медля ни секунды, он вошёл в неё. Джесси вскрикнула от боли и закусила губу. Джером весь напрягся в недоумении.
