Текст книги "О смысле и бессмысленности 1 (СИ)"

Автор книги: Елена Демина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 17. Лекция Аристарха

Немин читал лекцию очень энергично: ходил туда-сюда вдоль демонстрационного экрана и жестикулировал. Светозара внимательно слушала и с восторгом смотрела на Аристарха. Тема была интересная, да и в мужчине девушке нравилось все: и то, как он говорил, и то, как он выглядел… У Немина была отличная подтянутая фигура и густые русые волосы, которые он иногда небрежным жестом откидывал со лба. Прожитые полсотни лет практически не сказались на внешности мужчины, лишь несколько едва наметившихся мимических морщин и седые пряди на висках. В общем, не только Света не сводила глаз с преподавателя, другие девушки тоже поглядывали с интересом.

Аристарх обратился к студентам:

– Как вы думаете, чем современные люди больше всего отличаются от людей прошлого? Например, возьмем сегодняшних граждан нашей страны и сравним их… со среднестатистическими жителями любого государства 21 века. Речь идет о психологическом портрете. В чем основное отличие?

– Мы стремимся к развитию? – предположила худенькая брюнетка, сидевшая у окна.

– Это верно, Тильда, но многие люди прошлого тоже совершенствовались. Иначе бы нас с вами сейчас здесь не было, как вы понимаете – возразил преподаватель.

– Ну да, исчезли бы в кризисе реальности… – тихонечко согласился парень в другой части аудитории.

– Мы делимся на страты? – неуверенно выдвинул свою версию студент с длинной фиолетовой шевелюрой.

– Речь идет именно о психологических различиях! – подчеркнул преподаватель. – И, конечно же, социальные группы всегда существовали – решил пояснить Немин. От древних шумеров и по сей день, иногда явно, иногда скрыто люди распределялись на сословия по происхождению и роду занятий. Например, конфуцианские Ши, Нун, Гун, Шан в древнем Китае – буквально: служилые, земледельцы, ремесленники и купцы… Или древнеиндийская система... В ней каждый принадлежал к определенной варне. Брахманы – жрецы, учёные. Кшатрии – воины, правители. Вайшьи – земледельцы, ремесленники, торговцы. Шудры – слуги, наёмные рабочие. Кстати, кто знает, чем наша система страт отличается от индийских варн?

– У индусов варна определялась по родителям, а у нас для этого есть Видящие. Ведь в семье может появиться ребенок с совершенно другой душой. Не такой, как у папы или мамы! – громко и эмоционально сказала круглолицая кареглазая брюнетка.

– Раиса, тип души ребенка чаще всего совпадает с типом души одного из родителей – не согласился преподаватель. – Потом, правда, может измениться… И в древней Индии как раз тоже были Видящие…

Преподаватель задумался, повернулся к окну и начал рассказывать немного напевным голосом:

– Однажды Сатьякама Джабала обратился к своей матери Джабале: "Мать, я хочу вести жизнь ученика. Из какой же я семьи?" Она сказала ему: "Я не знаю, дитя, из какой ты семьи. В юности, когда я зачала тебя, я была служанкой, очень занятой, и вот не знаю, из какой ты семьи? Но мое имя – Джабала, твое имя – Сатьякама. Называй же себя Сатьякама Джабала". И, придя к Харидрумате Гаутаме, он сказал ему: "Я хочу жить учеником у тебя, почтенный, Могу ли я приблизиться к почтенному?" Тот сказал ему: "Дорогой! Из какой же ты семьи?" Он сказал: "Я не знаю, господин, из какой я семьи. Я спросил мать, и она ответила мне: "В юности, когда я зачала тебя, я была служанкой, очень занятой, и вот не знаю, из какой ты семьи. Но мое имя – Джабала, твое имя – Сатьякама". Поэтому я – Сатьякама Джабала, господин". Тот сказал ему: "Не брахман, не мог бы так объяснить. Принеси жертвенное топливо, дорогой, – я посвящу тебя в ученики. Ты не удалился от истины".

Сделав паузу, Аристарх пояснил:

– По этому отрывку из Упанишад можно понять, что хоть происхождение человека было и важно… Не зря же учитель сразу поинтересовался, из какой семьи будущий ученик… Но по факту Харидрумат Гаутама смотрит на того, кто перед ним, судит по поведению и Ви́дит.

Некоторое время студенты молчали, находясь под впечатлением истории из прошлого. Паузу прервала Светозара:

– У нас очень много категорий душ. Воспитатели и наставники возятся со всеми детьми, ищут подход, помогают развить способности. Человек не зафиксирован в своей страте, он может менять интересы и даже выбирать работу, которая не соответствуют типу его души. Никто ему не запретит… Просто, это… это трудно, заниматься тем, к чему нет предрасположенности… Душа может измениться в течение жизни, стать проще, или, наоборот, усложниться. И человеку снова придется искать гармонию с другими людьми…

– Да, вы правы, Светозара – улыбнулся Немин.

Внимательно следящие за ним студенты-психологи сразу заметили эту улыбку. Особенно девушки. Они поняли, что между преподом и этой… выскочкой определенно что-то происходит.

Тема занятия сразу выпала из фокуса, ведь для многих вопрос личных отношений намного интересней, чем какие-то там варны древней Индии.

Но были и те, которым все еще было важно узнать про психологические отличия современников от людей прошлого. И они вернули лекцию в правильное русло.

– Так все-таки, что с нами не так? Чем мы не похожи на людей 21 века? – настойчиво спросил высокий крепкий бритоголовый студент.

– У нас нет страха – очень серьезно ответил Немин.

– Да, ладно! – Не правда, я постоянно чего-то боюсь! – Ерунда! – послышались возмущенные выкрики со всех сторон.

– Чего вы боитесь, перечислите ваши страхи в общих чертах – предложил Аристарх.

Наступила пауза.

– Я боюсь, что не смогу реализоваться и стану плохим психологом – робко сказала Тильда.

– Я боюсь, что меня девушки не будут любить – с широкой улыбкой сказал бритоголовый.

Девушки засмеялись.

– Мы тебя уже любим. Не бойся – кокетливо успокоила парня Раиса.

– Я боюсь высоты – поделилась грустная девушка, которая тихонько сидела в самом дальнем конце аудитории.

Немин удивился, подошел поближе к ней и негромко спросил:

– Ингрид, что же ты не сделаешь психокоррекцию? Зачем тебе этот страх?

Девушка отвернулась и ничего не ответила. Преподаватель помолчал некоторое время в ожидании, но Игрид сидела, уткнувшись в свой планшет. Тогда Аристарх вернулся в демонстрационную зону и снова обратился к студентам.

– Кто-нибудь из вас боится умереть с голоду? Остаться без крыши над головой? Умереть в нищете? – с вызовом спросил Аристарх.

Студенты растерянно замолчали.

– С чего бы нам этого бояться? – удивленно пожал плечами бритоголовый – Думаете, бесплатный минимум куда-то денется? Вроде нет никаких предпосылок, чтобы отменили…

– Хм… «Нищета» – слово-то какое старое. Это что-то из учебников истории – задумчиво пробормотала Раиса. – Как можно остаться без крыши, когда столько домов в городе? – возмутилась она. – Даже если вдруг предположить, ну мало ли что… Допустим, я потеряю рейтинг, и придется жить в сером районе. А там квартиры тесные и с плохим дизайном. И бассейнов нет. И роботов-уборщиков. Да… пожалуй, я боюсь вылететь из своей страты. Привыкла жить в комфорте – улыбнулась девушка. – Ну, неудобства – не нищета же?

– В конце концов, можно взять подъемные у государства и поехать осваивать пустые территории – немного мечтательно сказал рыжий парень с «галерки» (дальняя часть аудитории).

– Если уж совсем все плохо, можно отдаться доминусам, они куда-нибудь пристроят – брезгливо добавил бритоголовый.

– Да, Федор, вы все можете себе позволить вообще ничего не делать. И вам за это ничего не будет. В крайнем случае, будете жить в серых кварталах и есть синтезированные продукты. Неприятно, но не смертельно – подтвердил преподаватель.

– Мне не понравилось в серых кварталах. Нас наставница туда водила – рассказала Раиса.

В этот момент прозвенел гонг, заканчивающий занятие.

***

Аристарх и Светозара подождали, пока студенты разойдутся, и вышли из аудитории вместе.

– Пойдем, пообедаем в «Высокую кухню»? – предложил преподаватель.

– Там же очень дорого! – возмутилась Светозара.

– Ну, так я же угощаю – промурлыкал Немин и улыбнулся.

И девушка тоже улыбнулась, глядя на него.

Аристарх со Светой шли по вестибюлю, и все еще не разбежавшиеся по домам студенты и преподаватели провожали их взглядами.

– Мы создаем тему для сплетен – грустно сказала девушка. – Никакой закон о приватности не помешает им на всю страну все растрезвонить в личных сообщениях…

– Тебя это беспокоит? – спросил мужчина.

– Ну, так… Немного… Ну не прятаться же, в конце концов?

– Определенно. Еще не хватало – высокомерно заявил Аристарх.

Навстречу им шла дама с высокой прической и планшетом в руках. Приближаясь, начала слащаво улыбаться.

– Аристарх Филиппович, как хорошо, что вы еще здесь! – проговорила она, игнорируя Свету. – Мне надо согласовать с вами расписание занятий! Это очень срочно!

– Тамара Георгиевна, мы можем сделать это онлайн. И мы всегда это делали удаленно, что-то изменилось? – сухо спросил Немин.

– Нет, ну что вы! Но вы же здесь, удобнее поговорить вживую! – продолжала настаивать дама.

– Я тороплюсь, простите – сказал маг, плотно взял под руку Свету и обошел по дуге настырную администраторшу.

– Хам! – очень тихо, но злобно прошептала Тамара Георгиевна. – Думает, раз член Совета, то ему все можно!

Но Аристарх услышал, повернулся к женщине и весело сказал:

– Да, мне можно!

Светозара не выдержала и рассмеялась, и парочка, хихикая, выбежала из здания университета.

Глава 18. Общественное мнение

В наше время практически отпала необходимость в офисных помещениях, гораздо удобнее стало общаться и работать по сети. Это освободило множество зданий в городах – их переделали, и увеличился жилой фонд. А еще изрядно опустели городские дороги, мало кто теперь каждый день ездил на работу. К тому же ИИ аккуратно рассчитывал движение транспорта, и часть грузов доставлялось по воздуху дронами. Почти полностью исчезли офис-менеджеры, специалисты по продажам и секретари – их заменили соответствующие ИИ-агенты. Многие производственные процессы стали выполняться роботами под управлением нейросетей.

В общем – человечество как-то умудрилось удержать на плаву цивилизацию после резкого падения своей численности в кризисе реальности.

Но не так давно, лет 30 назад, психологи все-таки бесспорно доказали, что общение «живьем» улучшает эмоциональное состояние и повышает продуктивность. Поэтому для своих сотрудников некоторые организации начали делать офлайн офисы в городе.

Как раз в подобной конторе и работала мама Светозары – Ольга Имировна Сурецкая. «Следующий шаг» – крупнейшее агентство по профориентации и поиску персонала. Да, в этой сфере важно было личное общение, чтобы почувствовать, чем соискатель живет и «дышит». И, как и в любой достаточно большой организации, в «Следующем шаге» выстроилась иерархия сотрудников, появились интриги и всякие подспудные движения.

Поэтому, когда утром Ольга Имировна пришла в офис, то сразу почувствовала изменившуюся атмосферу. Почти никто не вел себя с ней как обычно, одни здоровались преувеличенно приветливо, другие, наоборот, показывали свое презрение и недовольство.

Ольга зашла в свой кабинет, который она вот уже 7 лет занимала вместе с подругой Ингой Матариной. Хотела поставить сумку и сесть за стол, но Инга резко сказала:

– Иди к Софии, она тебя вызывала.

Такого тона женщина не ожидала от подруги, Ольге неожиданно стало горько и обидно. Она молча вышла и направилась к начальству.

София Ивановна – куратор отделов профориентации, вопреки ожиданиям, выглядела ненатурально радостной. И таким же фальшивым голосом поприветствовала Сурецкую:

– Олечка, здравствуйте! Очень хорошо, что вы пришли! Присаживайтесь!

«А какие были варианты, как будто могла не прийти» – подумала Ольга, придвигая стул. А вслух сказала:

– Здравствуйте, София Ивановна! Я тоже рада вас видеть.

– Тут такое дело – продолжила начальница. – У нас освободилась вакансия…

***

Ольге всегда нравилось работать с молодежью. Когда бывшие школьники приходили к ней, чтобы она помогла им понять, чем заниматься дальше, она чувствовала себя мудрой, нужной, авторитетной.

Естественно, в первую очередь подростки советовались со своими наставниками, но у профориентолога была эксклюзивная информация. Ольга тщательно отслеживала все изменения в сфере обучения: какие факультеты, курсы, модули есть в стране и в мире, сколько студентов туда могут принять в этом году, какие критерии отбора, какие преподаватели, на что нужно сделать акцент, что нельзя делать ни в коем случае…

Аналогичную информацию женщина собирала обо всех возможных работодателях. Она даже знала, каких работников не хватает в различных религиозных общинах, и в ком нуждаются феоды. Для особо предприимчивых женщина узнала все тонкости создания своей собственной организации, какие нужны документы, какие будут налоги. Профориентолог умела быстро понять по психологическому портрету человека, куда его лучше направить, где нужен именно такой специалист и типаж.

Сурецкая любила свою работу, но ей хотелось развития. Несколько лет она работала в основном с «бытовиками», «оптимизаторами» и «спасателями» – людьми с душами категорий «D-F» – помогала будущим хлеборобам, сварщикам, мерчендайзерам, пожарным и прочим необходимым специалистам найти свое место в обществе.

Но сама-то она была «мечтателем», с душой типа «К»! Ольга чувствовала, что часть ее способностей не востребована. Ей хотелось работать с более близкими ей по духу людьми, она думала, что сможет помочь им лучше, так как понимает, что им нужно.

В этой профессиональной неудовлетворенности Сурецкая совпала со своей подругой Ингой. У женщин было много общего: сходные категории душ, одинаковые обязанности и близкие стремления. Обе мечтали перейти в другой отдел организации. Но пока свободных вакансий не было, а менять в своей жизни что-то кардинально подругам не хотелось. Именно поэтому при словах «освободилась вакансия» женщину затопило противоречивыми эмоциями: надеждой и страхом разочарования.

***

– Да, так вот – после паузы продолжила София Ивановна, отметив про себя изменения мимики Сурецкой, – в отделе профориентирования «I-K» освободилось одно место… Лилечка Пименова уходит рожать…

Начальница опять замолчала и посмотрела на Ольгу в надежде, что та начнет просить. Но мать Светозары слушала молча. Куратор испытала досаду, но была вынуждена продолжить:

– У нас на совещании хотели это место отдать Гольдштейн… Розочке… Но я настояла на том, чтобы отдать это место вам, Олечка! – наконец-таки договорила фразу начальница, особенно подчеркнув интонацией «я настояла».

«С чего бы вдруг» – подумала Сурецкая, которая никогда не была с Софией в хороших отношениях. Потом спохватилась и пробормотала:

– Я вам очень благодарна, София Ивановна.

Начальница удовлетворенно кивнула головой. Потом снова заговорила:

– Мы с вами мало общались, но я всегда видела, что вы – хороший работник. Надеюсь, теперь мы подружимся – с совсем уж тошнотворным выражением закончила София.

Ольга смотрела на кураторшу в полном изумлении.

«Что произошло?» – вопрос казался написанным на лице профориентолога большими буквами.

– Я думаю, что не только я могу быть полезной для вас, но и вы для меня… Со временем… – продолжала усиленно намекать София Ивановна.

– Чем? – не удержалась от вопроса Ольга.

– Вы – прекрасная мать… Воспитали чудесную дочку! – куратор уже начинала откровенно злиться на тупость подчиненной.

И тут до Ольги, наконец, дошло: «Как будто этот Светкин, как его… Аристарх может что-то сделать полезного… Где он, а где мы… Какая вопиющая глупость!»

– Аааа… Да, конечно… Большое спасибо за комплимент… – растерянно ответила она начальнице. – Ну… я пойду?

– Переселяйтесь на новое рабочее место – облегченно выдала София.

– Хорошо, спасибо – ответила Сурецкая, вскочила и практически вывалилась из начальственного кабинета.

***

– Фуууу… Выдохнула Ольга, падая на свой стул.

Инга за соседним столом скривилась и ядовито спросила:

– Что, получила свою вакансию? Видишь, какая ты умная… А я – дура! Я тут сижу… информацию ищу… Социологию дополнительно изучаю… – лицо женщины скривилось в уродливой гримасе. – А надо было всего лишь дочку подложить под нужного человека! И – все!

Сурецкую затопило гневом.

– Что ты несешь!? – возмущенно спросила она. – Кто кого подкладывал!?

– А что, скажешь – нет? Я же знаю, ты из Светки веревки вьешь! Она же и живет до сих пор с тобой, уууужины у вас совместные, разговоооры по душам! Вот и внушила молодой дурехе идею! А она, небось, думает, что это она такая умная!

Ольга побелела. Встала, подошла и с размаха залепила «подруге» пощечину. Инга схватилась руками за лицо.

– Я тебя вызываю! – холодно и резко сказала Сурецкая в лицо Матариной.

«Подруга» неверяще смотрела на Ольгу.

– Ты это серьезно? Решила совсем от меня избавиться, чтобы не было конкуренции?

– Напишешь мне время и место – с отвращением сказала Сурецкая, схватила сумку и вылетела из офиса.

***

Света опять вернулась домой поздно, почти в полночь. Мама снова встречала ее у порога.

– Нам надо серьезно поговорить – начала Ольга Имировна, чем мгновенно испортила настроение дочери.

– Маа, может завтра, а? А то уже поздно!

– Нет, это завтра будет поздно! – резко сказала мать. Пошли на кухню, там звукоизоляция лучше.

Светозара тяжело вздохнула и отправилась вслед за матерью.

– Сядь – скомандовала Ольга.

Девушка послушно села на диванчик. Буквально из воздуха «сконденсировался» кот и улегся Свете на колени.

– Что у тебя с этом… твоим… преподавателем? – спросил мать.

Дочь вскинулась и гневно покраснела.

– Любовь у нас – с трудом сдерживаясь от резкости, ответила Света.

– Ах, любооовь! – насмешливо пропела Ольга. – Это ты по каким признакам определила, что у вас любовь?

Старшую Сурецкую несло. Она понимала, что творит глупости, но стресс на работе и обида на дочку напрочь лишили её здравого смысла.

Пушистый Бонус приподнялся на лапах и стал мяукать на Ольгу Имировну.

Света уже открыла рот, чтобы сказать гадость, но в этот момент на кухню зашел отец – Игорь Михайлович Сурецкий.

– Ааа, вы тоже не спите – как-то растерянно сказал он. – И я не сплю… Представляете, меня отправили в отставку…

Обе женщины в недоумении посмотрели на главу семейства.

– Почему, папа? – спросила Света.

– Да я сам не понял, если честно. Шварц ведет себя так, как будто я его чем-то обидел. Как будто я у него за спиной какие-то интриги плету… А я вообще не в курсе, что происходит… Так-то формально ни к чему не придраться, мне уже за 70… Но служил же? Все хорошо же было? У нас в полиции больше мозги нужны, чем физическая подготовка, возраст не помеха…

– Кажется, я догадываюсь, что происходит – зловеще сказала мать семейства и посмотрела на Светозару.

Отец тоже вопросительно глянул на дочь.

– Поняааатно – язвительно отреагировала девушка. – Я тут всем мешаю, похоже – сказала она резко, дернулась встать, но спохватилась и аккуратно сняла кота со своих коленей.

– Да что случилось, дочка! – тревожно спросил Игорь Михайлович.

Но ответила Ольга:

– Кое-кто тут у нас хочет во власть. Любовь у нее… С членом Этического Совета.

– Хм – в полном изумлении папа посмотрел на Свету. – Вот ты даешь, малышка!

– Я – не малышка! – выкрикнула Светозара. – Я уже взрослая женщина! Только вы никак это не поймете! Все, хватит! – закричала она, резко встала и почти бегом отправилась в свою комнату.

Там она достала походный рюкзак и начала лихорадочно собираться. Небрежно засунула все то, что ей показалось самым нужным, и поспешила к выходу из квартиры. – Ты остаешься здесь, Бонус! – по пути строго сказала она коту.

– Ну, ты куда, маленький? – беспомощно спросил отец.

– Оставь ее, пусть идет, – сердито отрезала мать – она сказала, же, что уже взрослая.

Ольга чувствовала себя ненужной и отвергнутой. Это было очень больно. И женщине хотелось, чтобы больно было не только ей.

Светозара молча надела куртку, подхватила рюкзак, гитару в чехле и вышла из дома.

– Оленька, ты абсолютно не права – категорично сказал Игорь, и его интонация противоречила ласковому обращению. Но за дочерью он тоже не пошел.

Глава 19. Дуэль на Куршской косе

Я сидел с компанией у костра и смотрел на оранжевое солнце, которое краешком уже опустилось в море. Красота заката завораживала. Разговор затих, и все молча слушали шелест волн.

Лишь когда светило ушло за горизонт, Матти спросил:

– Так почему лес, в котором мы днем гуляли, называется «танцующим»?

– Помнишь те три большие кривые сосны, которые там старше всех? – спросила Вика.

– Даа, очень необычные деревья – согласился Матти. Как будто их кто-то в узел пытался завязать…

– Говорят, там раньше много таких кривых стволов было. Но растения живут не бесконечно, остались лишь эти три сосны... Так вот, из-за них и назвали лес танцующим. Еще давно, когда изогнутых сосен было много – в книге по истории края написано – пояснила Вика.

– Интересно… – медленно заговорил Ёжик. – Почему они так искривились? И почему молодые деревья ровные выросли?

– О, там много предположений было – с удовольствием отозвалась Вика на любимую тему. – И, считали, что из-за ветров стволы погнулись, и движение песков причиной выставляли… И гусениц обвиняли, которые на молодом растении верхушки портят. И геомагнитные поля приплетали. Что только не придумывали!

– А на самом деле? – я тоже не удержался от вопроса.

– Да кто ж его знает… – загадочно ответила девушка. – Не проверишь теперь уже. Жаль, что новые сосны растут обычными.

– А мне ровненькие нравятся – вмешалась Люси. – Красивые, параллельные, как в тетрадке по геометрии.

Разговор опять затих. На землю опустились сумерки, стал громче комариный звон.

Таня веткой прогоняла комаров, но через некоторое время удивилась:

– А почему они не кусаются?

– А это комары-звонцы – пояснила всеведущая Вика. Они только пищат, но не жалят.

– Все равно достали – с раздражением отмахнулся Артур. – Здесь же культурное место, почти парк, почему не изведут эту пакость? – со злостью сказал он. И продолжил:

– Нет порядка, нет нормального хозяина земле. Общее – значит ничье!

– Ну, не общая эта территория. Государственная. Зона ответственности Правителя – не согласился я.

– Оно и видно… – пробурчал негромко Артур.

– Ты что-то имеешь против Правителя? – с вызовом спросила Люси.

– Ничего не имею… Но он мог бы и получше за порядком присматривать – из принципа настоял парень. – Развел тут… либерализм! Законы эти дурацкие… – опять вспомнил больную для себя тему наследник сеньора. – Вот почему любая дура может лезть в политику со своими законопроектами? Что она может понимать в жизни доменов? Она же никогда не жила там!

– Ты про кого сейчас говоришь? – медленно закипая, спросил я.

– Про эту… Бригитту Хёгтун! Ну не идиотка ли? – все больше распалялся Артур.

– Эта идиотка, как ты говоришь, вообще-то – моя мать! – сообщил я резко.

Собеседник немного смутился.

– Я не знал, извини… Но это не отменяет сути моей претензии! – снова разошелся наследник. – Она ведь действительно ничего не понимает в государственном устройстве, раз предложила такую глупость!

– Да почему же глупость! – не выдержал Ежи. – Совершенно логичный шаг в развитии. Нельзя, чтобы люди зависели от неадекватов! Да, рискованно, да, придется как-то расформировывать домен, если нет нормального наследника, зато будет стимул искать вменяемого!

– А решать, кто вменяемый, а кто – нет, будет кто? Подопечные? – Артур столько снисходительности, или даже презрения вложил в последнее слово, что мне стало обидно за людей его феода. – Вот эти самые, – с апломбом продолжал будущий доминус, – которые за себя не хотят отвечать, поэтому и приняли защиту? Или вообще те, которые родились, выросли в подчинении… Они же физически не способны совершать поступки, ими руководить надо! – продолжал возмущаться Артур.

– Ну, что поделать. Придется им поднапрячься и решить, кому передать ответственность за себя – язвительно ответил Ежи.

– А почему ты думаешь, что Бригитта Хёгтун ничего не понимает в политике? – стараясь быть спокойным, спросил я. – Она, между прочим, мастер социологии и политологии!

– Теоретик – презрительно отозвался Артур.

– Практик! – отрезал я. – Она регулярно ездит в экспедиции в дикие земли, контактирует с изолированными сообществами, которые остались еще с кризиса. И с теми, которые позже образовались, а там, знаешь, какие персонажи встречаются? И она им помогает влиться в наш социум, стать нормальными гражданами.

– С дикарями привыкла общаться – опять излил презрение наследник.

– Тьфу на тебя, – не выдержал я. – Индюк высокомерный! Ишь, в рабовладельцы ему хочется!

– Это ты мне сказал? – прошипел Артур. – А ты готов за свои слова ответить?

– Мальчики, не ссорьтесь – беспомощным голосом попросила Вика.

– Ребят, да ну не стоит оно того – Матти привстал и попытался меня обнять за плечи. Но я сбросил его руку.

Ежи криво улыбался, похоже, все происходящее его забавляло. А Люси стояла и смотрела на наследника, сжав кулаки.

Таня тоже встала между мной и Артуром.

– Уууу – сказала она. – Времена идут, а самцы не меняются. Лишь бы померяться…

– Отойди, Танюш – искусственно спокойным голосом сказал я. – Нам таки надо завершить наш разговор… Он мою мать оскорбил, и не извинился. И продолжает… Выделываться…

– Я сказал правду! Я вообще не понимаю, что эта женщина делает в большой политике! – гневно выкрикнул наследник. – Она – не доминус, она не управляла большим социумом, как она может решать что-то про нас?

– Она и не решает. Решает все общество – спокойно ответил Ежи.

Но внутренний бунт Артура продолжал изливаться:

– И это тоже очень и очень глупо! Вы тут все корчите из себя специалистов, голосуете, вот и за этот закон проголосуете, а ведь вы ничерта не понимаете в управлении, как и эта Хёгтун!

– Хватит! – я рубанул рукой по воздуху. – Ты слишком много говоришь!

– Действительно – голос Наследника внезапно стал спокойным и холодным. – У тебя есть рапира? Хотя о чем я спрашиваю… Конечно, нет. Возьмешь мою.

Ежи вздохнул, включил смартпасс и сказал:

– Кризисная ситуация пятого порядка, у меня рейтинг 138, беру командование на себя, все согласны?

Артур удивленно посмотрел на Георгия, видимо не ожидал такого высокого статуса у парня. Но согласно кивнул. Никто не протестовал.

– Дуэль на холодном оружии… – проговорил Ежи в свой браслет. – Артур, где твои рапиры?

– В машине – ответил тот. – Благородные люди всегда должны быть готовы разрешить свои конфликты… – добавил он менторским тоном.

Ежи продолжил заполнять реестр происшествий, наговорил еще информацию, а потом взялся управлять процессом:

– Сбегайте кто-нибудь… Артур, открой, пожалуйста, багажник, они же там у тебя?

Наследник согласно кивнул и тихо проговорил команду машине.

Вика побежала к внедорожнику, потом вернулась, держа в руках длинный и явно не очень легкий чехол. Георгий выбрал почти круглую утоптанную площадку и принялся давать указания:

– Вот здесь будет позиция Саши. А тут – он перешел на противоположную часть площадки – Артура. Кто к кому в секунданты? Я, понятное дело, к Саше – снова невесело улыбнулся он и перешел на мою часть поля.

Матти почесал затылок, посмотрел на меня и развел руки, извиняясь. Затем перешел на половину наследника. Вика тоже, глядя в землю, стала за спиной Артура. Люси перешла ко мне.

– А я соблюдаю нейтралитет – заявила Таня с вызовом.

Ежи хмыкнул.

– Включайте запись все, если у кого-нибудь есть штативы – ставьте камеры – приказал он.

– Ты так распоряжаешься, как будто для тебя это – обычное дело – заметила Таня.

– Приходилось участвовать – уклончиво ответил Георгий. – Тань, раз ты нейтральная, запиши новые данные в базу конфликтов, я уже создал там запись про нас.

– Ага, делаю… – ответила девушка. – Саш, у тебя какая фамилия?

– Сторонин – коротко ответил я.

– Хм… Знакомая… Физик Даниил Сторонин тебе не родственник, случайно?

– Отец – мне совершенно не хотелось разговаривать.

– О, как… Круто! – заметила девушка. – Значит ты – Данилович… Артур, а ты у нас кто?

– Барятинский. Гедеонович. – с глубокой гордостью ответил наследник.

– Ну, ничего себе! Очень древний род – восхищенно сказала Вика.

Артур задрал нос еще выше и промолчал. Потом все-таки добавил:

– Но мы – не основная ветвь…

– Это не важно – поддержала его Вика – все равно – такая Семья!

– До первой крови? – уточнила Таня, заполняя протокол дуэли в реестре.

– Ты удовлетворишься первой кровью, Александр? – спросил у меня Артур.

– Да – согласился я.

– Так и запишем… – пробормотала девушка, пока кто-нибудь не передумал.

В это время я взял в правую руку рапиру, включил ее мысленным приказом. Она тускло засветилась зеленым – цветом моей страты. Напротив меня в красивой позе расположился Артур, его оружие светилось бирюзовым. «А у него-то статус повыше» – отметил я про себя. Потом полностью переключился на изучение своей рапиры. Рукоятка-пистолет мне не очень нравилась, но в школе тренировался и такой. Взвесил клинок в руке – вроде привычный баланс, никакой экзотики. Взмахнул несколько раз, сделал несколько выпадов – на первый взгляд все хорошо.

Вопрос Ежи меня отвлек:

– Ну что, готовы?

Я огляделся. Уже было почти совсем темно, красным горели угли костра, ребята подсвечивали браслетами площадку. Поле боя было рыхловатое – все-таки пляж. Условия не очень удобные, ну да ладно.

– Я готов – подвел итог своим наблюдениям.

– Я давно уже готов – отозвался Артур.

Мы отсалютовали друг другу и всем. Я занял боевую стойку, наследник расположился напротив и немедленно атаковал. Он был напорист и быстр, и явно хотел сразу закончить схватку. Я стал в «железную дверь», чтобы выиграть время. Он пытался применять финты, но я, хоть и не без труда отбился. Я отступал, защищался и ждал, когда рисунок боя станет мне понятен.

– Да что ж ты убегаешь, как последний трус! – разозлился наследник.

Я был сосредоточен на восприятии, мне было не до разговоров.

В очередной раз отбив клинок я, наконец, стал чувствовать, что происходит. Как будто ниоткуда возникло понимание, каким будет следующее движение противника. Вот сейчас он целился в мое бедро, заметив, что моя рука слишком высоко, и я не успею парировать удар. Мне пришлось отскочить назад. Я заметил, что Артур стал чуть-чуть рассеяннее, видимо решив, что я не умею фехтовать нормально.

Я максимально сконцентрировался и чуть-чуть ускорил свое восприятие. Артур быстро перемещал острие клинка из позиции в позицию, вынуждая меня защищаться. Я сделал вид, что устал, и слегка опустил руку с рапирой. Наследник мгновенно решил воспользоваться моментом и сделал резкий выпад. Но я был готов к этому, переместился, скользнул клинком вдоль руки противника и уколол его в плечо. Однако мгновеньем позже и сам почувствовал боль. Барятинскому удалось достать меня, все-таки отсутствие практики офлайн сказалось. Вражеский клинок чиркнул по моему правому боку.