Текст книги "Смотри. На. Меня. (СИ)"

Автор книги: Екатерина Юдина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 25 страниц)

Глава 18 Решение

Ливень хлестал о стекла кофейни, стекая по ним потоками воды. Собой заглушая шум улицы и словно бы искажая реальность жуткой мрачностью. Пропитывая атмосферу тяжестью и сыростью. Ощущением холода на коже.

Но я этого практически не замечала. Все еще не моргая, смотрела на Ариго, со все той же идиотской улыбкой на губах. Что-то внутри сильно, тревожно натянулось, сжалось, начало рваться. Под кожей задребезжало то напряжение, которое казалось инородным и настолько мощным, что, создавалось ощущение, тело его просто не выдержит.

Но мне даже захотелось издать несколько смешков. Посмеяться над собой из-за того, что такая короткая и явно нелепая шутка Ариго сумела вогнать меня в настолько сильный ужас. Все-таки имя Дарио Де Лука до дрожи пугало. Даже меня. Ту, которая с ним никогда и не виделась. Чудовище есть чудовище. Одно упоминание о нем, как нож проходящий по горлу.

Вот только, сколько бы я не смотрела на Ариго в ожидании, что он сейчас тоже посмеется, с издевкой скажет, что я еще та трусиха, внук моего Бога оставался не просто серьезным – у него на ладонях проступили вены. В глазах появилось то, от чего мне самой стало жутко не по себе.

– Ты ведь это не серьезно? – мои губы еще сильнее растянулись. Черт, зачем я об этом спрашиваю? Конечно, он не серье…

– Ты думаешь, я с таким стал бы шутить?

Я выдохнула так, словно кто-то ударил меня в спину, а впереди была пропасть. И я в нее полетела.

– Это не правда, – сказала, стиснув зубы. Сильно качнув головой, так, что распущенные волосы растрепались и упали на лицо. – Это не может быть он. Ты что-то путаешь.

– Его невозможно ни с кем перепутать. Это Дарио Де Лука, – Ариго опять показал мне экран телефона. – Только, если ты сама ошибаешься и человек, который к тебе приходит, выглядит не так.

Судорожно соображая, или, вернее, пытаясь это делать, я вновь посмотрела на фотографию. Кажется, несколько раз размыкала губы, но, не в состоянии что-либо сказать, больше была похожа на рыбу выброшенную на берег. Тем более, я точно так же задыхалась.

Это точно он. Волосы короче. Возможно, снимок не совсем свежий, но это точно тот Дарио, который приходил ко мне.

Я закрыла глаза. Сильно зажмурилась и дрожащие ладони сжала в кулаки. Меня не просто накрыло паникой. Я начала ею захлебываться.

– То есть, ты хочешь сказать?.. – начала я, открывая глаза. Чувствуя, как эмоции на лице сменялись так, словно я вообще перестала его контролировать.

– Я хочу сказать, что ты попала, – повторил Ариго уже ранее сказанную фразу. Он откинулся на спинку стула и ладонью потер лицо. Напряжение в комнате стало таким, словно весь воздух в одно мгновение исчез. Даже взгляд Ариго стал таковым, будто нам двоим к головам приставили пистолет.

Я опять закрыла глаза. Пальцами зарылась в волосы. Сильно сжала пряди и мысленно так закричала, что все сознание сотряслось.

Этот Дарио и есть Дарио Де Лука… Этот Дарио… Дарио Де Лука… Дарио… Де… Лука…

Чудовище Неаполя. Сын своего отца. Кровавый монстр, прекрасно знающий, что такое пытки и кровь на руках.

У меня сознание начало ломаться. Понимание вторгалось в него примерно, как апокалипсис. Я уже даже себя не ощущала.

– О, боже, – я это практически простонала, дрожащими ладонями закрывая лицо. – Боже… Боже… Боже…

– Что? Ты еще что-то натворила? – Ариго спросил это настолько напряженным голосом, словно он принадлежал другому человеку.

– Нет. То есть, да, – я убрала ладони от лица и подняла на парня лихорадочный взгляд, полный паники. – Когда мы вчера с ним были на набережной, я сказала ему… – я шумно сглотнула. – Я сказала ему, что у него такое же имя, как и у наследника Каморры. И что… я соболезную ему, ведь Дарио Де Лука еще тот моральный урод и даже просто такое же имя, как и у него это…

Я не договорила. Не смогла. Саму захлестнуло ужасом и я сейчас вспоминая наш вчерашний разговор, чувствовала себя так, словно себе же смертельный приговор написала. При чем настолько глупо, словно у меня в голове было совсем пусто. Да чего же я рот не закрываю, когда это нужно?!

Ариго некоторое время молча смотрел на меня. Словно даже не знал, что сказать, но черты его лица сильно перекосило.

В кофейне повисла тишина, но я все равно чувствовала себя так, словно рядом кто-то оглушающее кричал. Это голос в моей голове? Возможно, он даже принадлежал мне.

– И… Что он с тобой после этого сделал?

– Ничего, – я кое-как качнула головой. Попыталась убрать пряди с лица, но они лишь спутались в пальцах. – Он… пообещал, что не расскажет Дарио Де Лука про мои слова.

Мне захотелось головой удариться о стол.

О чем сейчас думал Ариго, я не понимала. Возможно, сомневался в моих умственных способностях. Или предполагал в насколько огромной заднице я оказалась, а она, несомненно была размером со вселенную. Если не больше.

– Расскажи мне еще раз, что между вами произошло и то, что он тебе говорил. Абсолютно все, Мелочь.

Сделав несколько глубоких вдохов, я наклонилась и лбом прикоснулась к холодному столу. Уже теперь, осознавая то рядом с кем я находилась, мне стало намного тяжелее рассказывать о том, что происходило. Или же страшнее. Но я все-таки попыталась это сделать. Пусть и судорожно. Сумбурно. Пытаясь до мелочей вспоминать фразы Дарио. Концентрируясь на том, что могло меня насторожить.

Но все равно, когда я закончила, ни у меня, ни у Ариго не было никаких мыслей о том, что вообще происходило.

– Зачем я могла понадобиться наследнику Каморры? – спросила, сильно закрывая глаза. До бликов. Дарио не просто наследник Каморры. Он там главное чудовище. А ведь речь о самом кровавом клане Италии. Про тех, перед кем человеческая жизнь перестает иметь какую-либо ценность.

– Понятия не имею, – кажется, Ариго смотрел на меня. Он тот, кто скрывал свои эмоции, но даже они у него сейчас проявлялись страшной тяжестью. Чем-то рвущим на части. – Тебе сейчас лучше уехать на пару дней, а я пока попытаюсь разобраться в том, что вообще происходит.

Первым порывом было тут же отрицательно качнуть головой. Сейчас будние дни. Я не могу пропускать учебу, иначе это очень плохо закончится. Тем более, мои приемные родители категорично относятся к любым моим поездкам. Даже на экскурсии с одногруппниками не отпускают. По какой-то причине они паршиво относились к самой моей возможности выехать в другой город. И за все годы никуда за пределы Неаполя не выпускали. Да и даже в нем не везде я могла ходить.

Но… Когда речь касается Дарио Де Лука все остальное начинает меркнуть. Тут уже речь про выживание.

– Думаешь, мне нужно уехать? – спросила, напряженно поерзав на стуле.

– Хотя бы на пару дней. Я найду тебе квартиру в Равелло. Побудешь там пару дней, а я очень осторожно попытаюсь хоть что-нибудь узнать. Каморра это далеко не те, с кем даже мне стоит соприкасаться, но я попробую.

От этих слов по спине скользнул еще больший холодок. Вот чего я не хотела, так это того, чтобы Ариго рисковал. Я начала убеждать его, что можно поступить как-нибудь иначе, но он заверил, что это самый безопасный вариант. Мы немного поговорили и лишь после того, как я добилась от Ариго обещания, что он ничем не будет рисковать, я согласилась уехать.

Глава 19 Разрешение

С трудом, но все-таки мне удалось упросить владелицу кофейни отпустить меня на пару часов раньше. Когда я вызывала такси, Ариго уже уехал. Изначально он говорил, что сам отвезет меня в Равелло, но имелся шанс того, что люди Дарио следят за мной. В этом я не была уверена, но не просто же так он нашел меня у Винсы.

Поэтому, ради безопасности и во избежание проблем, нам с Ариго было лучше пока что открыто не контактировать.

Ливень лишь усугубился и, пока я добежала до такси, практически полностью промокла. Когда же я подъехала к особняку Леоне и, наконец-то оказалась в холле, дождевая вода с меня буквально стекала. Пришлось снять толстовку и уже с ней в руках, бежать на второй этаж, стараясь оставлять после себя как можно меньше мокрых следов.

Приемных родителей не было дома, зато я увидела старшую сестру и брата. Они были на втором этаже в гостиной вместе с еще какими-то парнями и девушками. Возможно, у них намечалась очередная вечеринка и, пока меня никто не заметил, я быстро скользнула в коридор, а затем и в свою комнату.

Быстро собрав кое-какие вещи, я переоделась в рванные джинсы и в свитер, после чего выбежала из дома, садясь в уже ждущее меня такси.

Сердце грохотало. Я чувствовала себя так, словно совершаю какой-то особо опасный побег и, почему-то инстинкты вопили о том, что я о нем пожалею.

Но уже это, возможно, от того, что я всегда пыталась быть тихой. Послушной. Не нарушать никаких правил, иначе бы жизнь в семье Леоне стала для меня куда хуже, чем адской.

Думая об этом, я наклонилась и, тыльной стороной ладони прикасаясь ко лбу, тихо выругалась.

Черт. Мне еще нужно предупредить приемных родителей о том, что я уеду на пару дней.

Вернее, не предупредить, а выпрашивать, или даже вымаливать у них разрешение.

Достав из сумки телефон, я нервно покрутила его в ладонях. Может, не звонить им? Возможно Жермано и Консетта вернутся не скоро и не заметят того, что меня нет? В отличие от их родных детей, мне они никогда не говорили куда и на сколько уезжают. Я лишь знала о том, что иногда они это делают для того, чтобы встретиться с какими-то людьми. Завести выгодные знакомства. Порой вовсе создавалось ощущение, что мои приемные родители пытаются попасть чуть ли не на все званные ужины в Италии. Во всяком случае, в те семьи, куда позволял попасть их статус.

Мысль о том, чтобы не звонить Жермано и Консетте, казалась слишком заманчивой. И я даже практически поддалась ей, но сразу же, через силу, отдернула себя. Даже если мои приемные родители и не заметят, что меня нет дома, моя старшая сводная сестра, Мичела, сразу же доложит им об этом.

Мне было позволено время от времени оставаться на ночевку у Винсы, если я заранее предупреждала об этом. Но, если приемные родители решали, что я это делаю слишком часто – они мне отказывали.

А если я вовсе переступала через правила – Мичела тут же доносила на меня. Даже про самую мельчайшую провинность. В том числе и в тех делах, которые касались университета. За этим всегда следовало строгое наказание.

Возможно, по этой причине Жерманно и Консетта редко интересовались моим существованием. Иногда, наверное, вовсе забывали про него. Они прекрасно знали, что я загнанна в рамки. Любой неверный шаг за пределы позволенной грани и они об этом узнают от Мичелы.

За это я особенно сильно ненавидела старшую сводную сестру. За прошедшие годы уже перестала даже сомневаться в том, что ей нравится, когда меня наказывают. До такой степени, что порой Мичела готова жертвовать своим временем лишь бы выявить у меня что-нибудь неправильное.

Откинувшись на спинку сиденья, я немного сползла вниз и наконец-то собрала свои моральные силы для того, чтобы набрать номер Консетты.

Моя приемная мать ответила не сразу. Лишь когда гудки уже подходили к концу.

– Что ты хочешь, Романа? – в казалось бы приятном, мелодичном голосе послышалось раздражение.

Я тут же выпрямилась. Понимала, что если скажу что-то не так, тут же получу запрет на поездку, из-за чего нервозность стала лишь сильнее.

Я в любом случае уеду. Ариго дал понять, что другого варианта у меня сейчас нет, но не хотелось, чтобы после этого у меня возникли проблемы с семьей Леоне.

– Добрый вечер, – Консетта меня не видела, но я попыталась улыбнуться. Получилось натянуто.

Мне требовалось обращаться к ним исключительно на «вы». Жермано и Консетта уже давно расчертили для меня эти правила. К счастью, хотя бы разрешили обращаться к ним по именам. Хотя, наверное, это уже было вынужденно, ведь иначе подобное казалось бы странным. А мои приемные родители перед другими не хотели выглядеть странно.

– Я хотела спросить могу ли я провести пару дней у своей подруги?..

– Нет, – тут же послышался резкий ответ. Консетта меня даже не дослушала, словно мои слова итак вызвали у нее острое негодование. – Ты и так в последние несколько недель слишком много ночевала у этой своей Винсензы. Куда еще?

«Много» – это четыре раза за три недели. Но, правда, последние две ночевки выпали буквально на прошедшие дни. Может, поэтому Консетта так негодовала.

– Речь не про Винсензу, а про мою одногруппницу. Нам дали одно задание на двоих и мы не успеем сделать его, если…

– Романа, ты знаешь правила, – голос Консетты стал жестче и я тут же представила ее, из-за чего по телу разлилось что-то неприятное. Словно меня в грязь окунали. Вот прямо брали за макушку и в луже топили.

Моя приемная мать невысокая, казалось бы даже хрупкая. Будучи одержимой своим весом, она практически не ест. Это кое-как, но работает. У Консетты достаточно не плохая фигура, но вот характер у нее до жути властный. Это ощущается, даже когда ты просто стоишь перед ней.

– У тебя есть дом и спать ты должна в своей кровати. Иначе, как мы будем присматривать за тобой?

«У тебя есть дом» – ага. Конечно. Даже я чувствовала, что Консетте до сих пор принять не могла, что в ее доме чужачка.

А насчет «Присматривать» – почему-то у моих приемных родителей была мысль, что если дать мне хоть немного свободы я тут же превращусь в подзаборную шваль. Или же они просто не желали усложнять себе жизнь.

– Ты сама виновата, что у тебя не хватает времени на учебу. Тебе не следовало устраиваться на подработку. Так, что ты вообще говоришь, если сама обязана платить за свои ошибки?

Боже, какой же грандиозный цирк лицемерия. Они постоянно попрекают меня подработкой, но до того, как у меня появились собственные деньги, каждый цент выдавали мне с таким трудом, словно я у них руки отгрызала. Хотя это были даже не их деньги, а то, что моим приемным родителям выплачивает дон Моро.

– Я запрещаю, Романа. Хватит ночевок. Ты себе в последнее время и так слишком много позволяешь.

Я убрала телефон от уха. Сделала глубокий вдох и попыталась пробудить в себе богиню лжи. Она у меня была неказистой, но все-таки, когда знаешь слабости человека, можно попробовать на них надавить. Хоть и я не любила это делать.

Но сейчас я уже была практически в отчаянии. Консетта мне голову оторвет, если узнает, что я все равно без ее разрешения уехала.

Поэтому я солгала о том, что этот университетский проект очень важен. А еще о том, что у моей одногруппницы отец очень близок к меру. То, что они чуть ли не лучшие друзья и, если я ее подведу, отец этой одногруппницы будет очень недоволен.

Пытаясь формировать очень убедительные фразы, я почувствовала то, что голос Консетты меняется. Она любит уважаемых людей, а то, что фамилия Леоне у таких влиятельных личностей может вызвать негатив, ей уж точно не нравилось.

В итоге, задав несколько вопросов касательно отца моей одногруппницы, моя приемная мать хоть и с неохотой, но все-таки согласилась.

Но желчь в последних ее словах я все же почувствовала. Это то с чем Консетта все никак не могла смириться. То, что я ношу их фамилию и могу опозорить семью.

После того, как разговор с моей приемной матерью был окончен, я сползла по сиденью и закрыла глаза. Хотела облегченно выдохнуть, но пока что не получалось.

Вскоре такси остановилось на площади Пьяца около автовокзала и я, расплатившись, вышла на улицу, пытаясь сразу же открыть зонт. Несмотря на ливень, тут ярко горели огни и часть крытых кофеен были более-менее заполнены.

Я быстро нашла автобус, села в него и уже вскоре мы покинули Неаполь. Ехать до Равелло немного больше часа. Может, полтора. И все это время я гипнотизировала телефон. Волновалась за Деимоса и все думала, может мне стоит ему позвонить? Его самолет уже должен был приземлиться.

Черт, я волновалась. Хотела узнать все ли с ним в порядке и, что с его отцом, но понимала, что Деимосу сейчас явно не до меня. Может, он еще даже не прилетел.

В итоге, борясь с внутренней дрожью и тревогой, я решила просто написать ему сообщение. В нем спросила у Деимоса, как он и попыталась приободрить. После этого решила смиренно ждать ответа. Настолько, насколько у меня получится делать это смиренно, а не утопая от тревоги.

После этого я позвонила Ариго. Наш разговор не был длинным. Я лишь убедилась в том, что с ним все хорошо, попросила быть осторожной и заверила в том, что сама сниму себе гостиницу. Вернее настояла на этом.

После разговора с Ариго я вошла в сеть и достаточно быстро нашла отель. Приемлемый по деньгам и, кажется, не плохой. Хотя, для меня сейчас было важно лишь чтобы имелась крыша над головой, чтобы под ней спрятаться от ливня.

Глава 20 Номер

Поставив сумку на пол, я села на край кровати и взглядом окинула номер. Он небольшой, но для одного человека места более чем достаточно. Одноместная кровать, небольшой шкаф, кресло, стол. Дверь ведущая в ванную комнату. Шторы персикового цвета и красный ковер на полу. В сочетании с тем, что кресло тут зеленое, а покрывало на кровати оранжевое, цветовая гамма номера выглядела странно, но все равно мне нравилось. Безумно. Возможно, это по той причине, что мои приемные родители были кардинально против того, чтобы я выезжала в другие города. Даже в ближайшие. Абсолютно все время я должна была находиться исключительно в Неаполе и, если бы Консетта узнала, что я сейчас в Равелло, она бы точно мне оторвала голову.

Это первая моя поездка с тех пор, как я оказалась в семье Леоне и, если бы не обстоятельства, я была бы счастлива. А так, я с трудом боролась с нервозностью. Внутри все натягивалась и я сейчас даже на одном месте сидела с трудом.

В итоге, не выдержав, я начала расхаживать по номеру. Постоянно смотрела на телефон. Ждала ответа от Деимоса и звонка от Ариго.

Вот только, телефон молчал и нервозность нарастала. В голову лезли очень плохие мысли и, чтобы хоть как-нибудь упорядочить их, я стала осматривать номер. В шкафу нашла дополнительные подушки и одеяла. В остальном, совершенно ничего интересного.

Шумно выдохнув, я пошла к окну. Вид из него был не совсем примечательный. Напротив отеля находилось заброшенное здание. Частично разрушенное, но все-таки, кое-что примечательное в нем имелось – старая постройка. Гаргульи закрыты сетками. Возможно, будет реконструкция.

Садясь на подоконник, я посмотрела вниз – на дорогу, по которой редко, но проезжали машины. Все еще шел ливень и тротуары были совсем пустыми. Ни одного прохожего.

Снимая с запястья резинку, я собрала волосы в хвост, думая о том, что даже в подобной промозглой погоде есть что-то чарующее. Как и в том, чтобы находиться в другом городе. Оказывается, это даже волнительно. Новые места, другая атмосфера.

Наверное, если бы не обстоятельства, я бы действительно радовалась бы этой поездке.

Я опять посмотрела на телефон. Но он молчал. Ни новых сообщений, ни звонков. Я с трудом удержалась, чтобы не позвонить Ариго и вновь не написать Деимосу.

Ариго сказал, что сам свяжется со мной, когда у него будет хоть какая-нибудь информация и так просто отвлекать его я не имела права. Как минимум, мне сейчас не стоит становиться для него еще большей обузой.

И у Деимоса сейчас очень тяжелая ситуация. Ему нужно ехать к отцу в больницу и встретиться с матерью. Единственное, что мне оставалось, это ждать его ответа.

Взяв телефон, я решила посмотреть в сети, есть ли поблизости маркеты. Я даже не помнила, когда в последний раз ела, а голод уже значительно давал о себе знать. Страх и нервозность значительно их притупливали, но, может, мне даже эмоционально полегчает, если я возьму зонт и прогуляюсь к ближайшему магазину.

Вот только, стоило мне войти в сеть, как мой телефон ожил входящим звонком. Я встрепенулась и быстро взглядом окинула экран, ожидая там увидеть имя Ариго или Деимоса.

Но номер был неизвестен.

Некоторое время смотря на него, я поняла лишь то, что, кажется, раньше его не видела. Да и я привыкла подписывать номера. Может, конечно это кто-то из книжного магазина. Или одногруппники, с которыми я практически не общаюсь. Когда приближается время сессии это привычное дело. За конспектами начинают охотиться.

То есть, я не впервые получаю звонок с неизвестного номера, но именно сейчас он почему-то вызвал у меня острый холодок пробежавший по коже. Даже нервозность сначала сжалась, а затем начала разрастаться.

Затаив дыхание, я решила не отвечать.

Но, когда звонок закончился, он сразу же повторился.

После второго звонка пошел третий и я нервно пальцем постукивая по подоконнику, уже не знала, что думать. Отвечать не хотелось, но вдруг это что-то срочное? Может, это вообще Ариго, вынужденный позвонить мне с другого номера?

Сильно пальцами сжимая ткань своей толстовки, я нажала на зеленый значок, после чего приложила телефон к уху.

– Да? – спросила, начиная вновь пальцем нервно постукивать по подоконнику.

– Ты пораньше ушла с работы и сейчас тебя нет дома. Где ты?

Моя ладонь замерла и тело окаменело. Сердце же сначала пропустило несколько ударов, затем вовсе рухнуло вниз.

Я прекрасно узнала голос. Дарио.

Паника захлестнула с такой силой, что у меня горло сдавило. Я дышать не могла, ведь уже теперь прекрасно понимала, с кем разговариваю.

Телефон в ладони начал жечь, словно уже теперь состоял из раскаленной стали.

– Почему молчишь, Романа? – голос у Дарио был спокойным. Даже ленивым, но все таким же тяжелым и пробирающим.

– Я… у подруги, – каких же усилий мне стоило произнести даже эту короткую фразу. Я буквально вырывала ее из своего испуганного сознания. – Откуда… Откуда у тебя мой номер?

– У какой подруги? Твоя Винсенза сейчас с парнем. Тебя у нее нет.

– Ты… опять приходил к ней? – я сильно зажмурилась и до боли стиснула зубы. Боже, как заставить себя говорить без этих запинок? Как создать хотя бы видимость отсутствия страха?

Но меня и так мощной дрожью побивать начало, а от мысли, что Дарио опять приходил к Винсе, паника сковала из-за переживаний о подруге. Она ведь даже не знает, что Дарио за человек. А вдруг Винса сказала ему что-то не то?

– Мне не нужно приходить к ней, чтобы знать, что тебя сейчас нет в ее квартире.

Мне хотелось выдохнуть. Значит, Винса сегодня не соприкоснулась с этим чудовищем?

Вот только выдохнуть не получилось. Что, черт раздери, значат его слова?

– Ты так и не ответила. У какой ты подруги?

Спрыгнув с подоконника, я начала нервно расхаживать по номеру. Что мне ему ответить?

Еще вчера я бы сказала Дарио, что это не его дело. Опять попросила бы оставить меня в покое, после чего, возможно, вообще заблокировала бы его номер.

А теперь я понимала, что он наследник кровавой Каморры и за такое может в подвале меня пыткам подвергнуть. Господи, как я вообще до сих пор осталась жива?

– Я у своей одногруппницы, – попыталась произнести как можно более осторожно, но чертов голос все равно дрожал. – Прости, я сейчас не могу разговаривать. Нам нужно готовиться к совместному проекту.

– Даже десять минут мне не уделишь? Скажи, где находится дом твоей подруги, я приеду. Ты выйдешь ко мне. Поцелуешь, после чего, так и быть, я оставлю тебя с твоей одногруппницей. Но, Романа, я должен остаться доволен твоим поцелуем.

Я застыла рядом со столом и сжала телефон с такой силой, что пальцы занемели. Но при этом мои руки подрагивали.

– Я… Не могу, – произнесла, на прерывистом выдохе. – Давай… завтра поговорим. Мне правда уже нужно заниматься проектом.

– Что на тебе сейчас надето?

Этот вопрос вообще вогнал меня в ступор. Я даже не сразу поняла, правильно ли его расслышала.

– Джинсы и толстовка, – произнесла, опуская на себя растерянный взгляд.

– Как скучно.

– Ты же не думал, что я буду одета во что-то более откровенное в доме своей одногруппницы? – я ладонью накрыла лицо и потерла его. – Я вообще никогда и ничего откровенного не ношу. А делать что-то подобное в чужом доме… вообще было бы неприлично.

– Но ты ведь сейчас не у одногруппницы, а в номере отеля.

Я собиралась сесть на край кровати, но так и замерла. Ладони дрогнули. Сердце загрохотало так, что его безумное биение целыми взрывами отозвалось в ушах. Что он только что сказал?

– Что ты?..

– Открой дверь, Романа. Я хочу лично посмотреть во что ты одета.

– Ты… Ты ошибся, я не… – дернувшись, я отошла к стене. Мысли путались. Паника прошла по сознанию, хуже апокалипсиса и этот номер мне внезапно показался слишком маленьким. Так, словно стены начали надвигаться.

– Открывай, – вместе с этими словами, раздался короткий, ленивый стук в дверь. – Меня уже достало стоять в коридоре.

От автора: Дорогие девчонки, я вас обожаю)) Вы самые лучшие))