Текст книги "Смотри. На. Меня. (СИ)"

Автор книги: Екатерина Юдина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

Глава 33 Фамилия

– Ты можешь, пожалуйста, отпустить меня? – я ладонью нервно провела по скатерти, пальцами случайно зацепив вилку. – Мне нужно домой. И… Это ведь вообще ненормально – удерживать человека взаперти против его воли.

Я положила ладони на колени, которые из-за достаточно короткого платья были обнажены и немного опустилась на стуле. Мне было неуютно. Слишком. Вечер сегодня теплый. Безветренный, но под взглядом голубых глаз Дарио, меня пронзало льдом. Нервы сдавливали и каждый вдох я делала с такой осторожностью, словно от этого зависело абсолютно все.

– Кажется, мы уже разъяснили, что я держу тебя не в подвале и, более того, проявляю гостеприимство, – Де Лука расслабленно, вальяжно сидел на стуле напротив меня, но к еде не прикоснулся. Его ладони были в карманах брюк.

Я опустилась еще немного ниже. Отвела взгляд. Посмотрела на сад, сейчас подсвечиваемый фонарями. Тут красиво. Безусловно. Особняк семьи Де Лука – самое роскошное место, которое я видела в своей жизни, но сейчас его красота проходила сквозь меня и казалась уродливой. Опасной. Как ножи рядом с шеей.

Я понимала, что все могло быть намного хуже – физически мне ничего не сделали. И весь день я находилась в хорошей комнате. Мне приносили еду и воду.

Но критичным являлось именно ощущение отсутствия свободы. Оно холодило душу воспоминаниями о том, что произошло со мной в детстве.

Я ведь прекрасно помнила то ощущение, когда от тебя ничего не зависит. Когда тебя убивают и ты ничего не можешь сделать. Кричишь, плачешь, воешь, а тебе ломают кости и снимают это на видео.

Я опустила взгляд на свои дрожащие ладони. Господи, неужели я доказывала Ариго, что смогу справиться с теми мужчинами, которые будут приходить ко мне в салон? Что сумею остаться неприкосновенной?

А ведь я в это верила. Честно. Считала, что у меня нет никаких травм и я бояться не буду. Ага. Конечно. Но дело и не в травме вовсе, а в том, что некоторых людей стоит бояться и я это уже более чем отчетливо ощутила на собственном опыте.

Соприкосновение с Дарио слишком многое мне показало. Я не знала, по какой причине, но он почему-то напоминал мне тех мужчин, которые похитили меня и ломали на заброшенном заводе. Почему? Может, по той причине, что я понимала – они из одной среды. Те для кого человеческая жизнь имеет определенную ценность или же ее отсутствие. Криминальный мир. Кровь. Жестокость.

И я до дрожи боялась того, что сейчас я сижу тут за столом, а уже через пару минут могу быть заперта в каком-нибудь холодном, темном месте, где меня опять будут ломать. То, что судьба закончит то, что когда-то начала, но уже теперь сделает это по воле Дарио.

– Зачем ты держишь меня тут? – тихо спросила. – Мы же… Мы же с тобой встречаемся. Я это приняла. Больше не сопротивляюсь. Делаю все, что ты желаешь.

– Потому, что ты беременна от меня и я хочу проследить, чтобы с моим ребенком все было хорошо, – Дарио безразлично взял стакан с водой.

Я резко подняла голову, поджимая губы.

– Пожалуйста, прекрати. Я знаю, что мы не переспали.

– С чего такая уверенность?

– Я… Я видела твой член…

– И не только видела.

– … и если бы у нас был секс, ощущения точно остались бы. А их нет.

– Я был очень осторожен, – Дарио колыхнул воду в стакане. – Хочешь расскажу, как все происходило? Еще в клубе я разложил тебя на диване. Ты извивалась подо мной. Стонала. Оказывается, пьяная ты еще та грязная шлюшка, но мне понравилось. Знаешь, что ты для меня сделала? Что было перед тем, как я вошел в тебя и трахал пока ты стонала мое имя?

– Хватит, – я нервно сжала край скатерти.

Мы не переспали. Не переспали!

Но засосы на шее заставляли меня нервничать. Понимать, что кое-что все-таки произошло и я боялась услышать, что именно. Клянусь, я больше никогда и ни за что не буду пить алкоголь.

– Чтобы ты не говорил, я знаю, что мы не переспали. Пожалуйста, прошу, хватит. Умоляю, скажи честно зачем ты все это делаешь и говоришь. Я же… Не сделала тебе ничего плохого. Я была послушной. Поступала так, как ты хотел. Так почему… Зачем все это?

– Хочешь честности? – Дарио поставил стакан на стол и лениво вернул ладонь в карман.

– Да, – ответила, не раздумывая ни мгновения.

– Хорошо, но перед этим давай поиграем в одну игру. Ты покажешь мне, что ты честна со мной и я отвечу тебе тем же.

– Что за игра? – внутренне я сильно напряглась. Почему-то мне это не понравилось. Инстинкты окаменели.

– Ничего сложного. Я назову тебе две фамилии, а ты скажешь мне какая из них тебе нравится больше.

– Зачем это? – я села ровнее, не отрывая взгляда от Де Луки.

– Ты согласна на игру или нет?

Я помедлила. Ничего не понимала. Что за странная игра и при чем тут честность?

Но все же я кивнула.

– Да, согласна.

Дарио еле заметно наклонил голову набок, из-за чего черные, жесткие пряди волос упали на бездушные глаза.

– Карузо или Венес?

Я хотела взять свой стакан с водой, но рука замерла. Меня словно кипятком облило и сердце начало биться настолько гулко и быстро, словно собиралось разорваться.

Венес – это фамилия Деимоса.

Мое горло сдавило. Дышать стало трудно и тревога затопила сознание. Что… Что происходит? Почему Дарио назвал его фамилию?

– Так, что? Какая из фамилий тебе больше нравится?

– Не… знаю, – я буквально выдавила из себя эти слова. Пытаясь срочно успокоиться. Мысленно вопя о том, что это просто совпадение. Дикое, странное, ненормальное, но все-таки просто совпадение. – Обе фамилии неплохие, но не сказала бы, что одна из них мне как-то особенно понравилась.

– Ты побледнела, Романа. Тебе стало плохо? – в глазах Де Лука не было ни намека на волнение. Наоборот, они сейчас казались особенно бездушными. Или же я себя уже накручивала.

– Тебе кажется, – я все-таки взяла стакан и сделала несколько глотков.

– Это хорошо. Я бы не хотел, чтобы ты чувствовала себя, как-нибудь не так и, тем более, переживала. Так, что, Романа, какая фамилия?

– Не знаю, – нервно произнесла. Мой ошпаренный мозг только сейчас начал кое-что осознавать. Дарио ведь сказал, что это игра на честность и назвал фамилию Деимоса. О, боже… нет… Нет! Де Лука не мог узнать про него. Никак. Мы же тайно встречались. В последнее время лично вообще не виделись.

– Хорошенько подумай. Ты ведь даже можешь спроецировать эти фамилии на знакомых тебе людей. В твоей жизни есть и Карузо и Венес. Знаешь, что самое интересное? У них одинаковые имена. Обоих зовут Деимосом.

Мое сердце упало вниз и разбилось на миллиард чертовых осколков, которые изнутри впились в тело. Разорвали все к чертям.

О, господи.

Нет!

Я только сейчас вспомнила, кто такой Деимос Карузо – брат одной из девушек, с которой я посещаю клуб легкой атлетики. Мы иногда общались, когда он приходил за сестрой, но…

Я физически почувствовала, как вся кровь отхлынула от лица и осколки внутри уже начали разрезать на части.

– Откуда ты знаешь? – произнесла, еле шевеля губами.

– Что я знаю? – насколько же безжалостным казался этот вопрос.

И я замерла. Что именно ему известно? То, что у меня были отношения с Деимосом? То, что они формально еще не закончены? Знает ли Дарио с каким именно Деимосом и сейчас просто играет со мной? Или ему известно имя, но не в точности, что это за человек?

– Ты можешь не отвечать на вопрос. В этой игре ты уже давно проиграла.

Глава 34 Хороший

– Нет, подожди, – я резко наклонилась вперед, пальцами впившись в край стола. – Я… Я раньше встречалась с одним парнем, которого… звали Деимосом. Но это не имеет значения. Правда. Я рассталась с ним, как только… Как только ты сказал, что у нас с тобой отношения.

Дарио еле заметно наклонил голову набок и в свете ламп на террасе его глаза показались практически черными.

– Я поэтому и не рассказывала про него. Какой в этом смысл? Ты ведь не рассказываешь про девушек, которые у тебя были раньше. Господи, да у тебя же невеста сейчас есть и про нее ты тоже ничего не говоришь, помимо того, что это неважно, – все эти фразы я произнесла быстро. Чуть ли не на одном выдохе, еле разделяя слова, словно выплескивая те едкие эмоции, которые сейчас сжигали изнутри. – Вот только, это, черт раздери, важно, но я же молчу. Не задаю лишних вопросов и не делаю ничего плохого. Так почему ты?..

Мне пришлось сильно прикусить кончик языка, иначе, уверена, я бы сказала лишнего. Например, то, что Дарио вообще не имеет права меня ничем попрекать. У нас с ним не те отношения.

Я не желала конфликтов с ним. Я хотела просто, чтобы все это прекратилось.

Дарио медленно, лениво поднялся на ноги и я сильно вжалась в спинку стула, когда расстояния между нами стало значительно меньше.

– Есть одна огромная разница, Романа, – он поднял руку и я, прожженная инстинктами, к сожалению, не сумела среагировать, когда Де Лука вплел пальцы в мои волосы, сильно их сжимая. Заставляя поднять голову и посмотреть на него. – Сейчас я хочу только тебя. Я не собирался тебе изменять и смотреть на других женщин.

– Я тоже не… собиралась изменять.

– Неужели? – он сжал волосы сильнее и меня в дрожь бросало то, как Де Лука возвышался надо мной. Обычно он сокращал дистанцию между нами. Наклонялся ко мне, но сейчас почему-то держал расстояние. Вот только, почему-то именно это пугало сильнее всего. – Я не являюсь хорошим человеком и ты это прекрасно знаешь. Но я во многом себя сдерживал и ограничивал. Считал, что, раз ты такая невинная, значит, мне следует быть с тобой поосторожнее. Теперь я в этом смысла не вижу. Я развлекусь с тобой по-настоящему.

– Нет, пожалуйста. Ничего ведь не изменилось и…

– Твоим парнем является Деимос Венес. Трудно не догадаться, когда он полностью в твоем вкусе.

– Он был моим парнем. Сейчас мы не вместе.

– Как нехорошо лгать, Романа.

Я тяжело сглотнула, чувствуя, как порыв ветра растрепал мои волосы.

– Я встречаюсь с тобой. Других парней для меня не существует. Я… Я вообще не понимаю, почему ты злишься.

– Значит, тебе плевать на твоего Деимоса?

– Он уже не мой и… да. Мы же с ним расстались. Теперь он просто бывший.

– Просто бывший, – повторил Дарио, бездушным, холодным тоном. – Значит, ты не будешь против, если мои люди кое-что с ним сделают.

– Что?.. Нет, Дарио. Пожалуйста, не нужно. Зачем ты вообще такое говоришь?

– Потому-то, как я уже сказал, я не хороший и больше не собираюсь рядом с тобой таковым притворяться.

Он отпустил мои волосы. Я тут же отстранилась. Хотела многое сказать, но Дарио приказал своим людям отвести меня обратно в комнату. Я кричала. Вырывалась, но в итоге меня опять заперли.

* * *

Наверное, время уже близилось к полночи, а я все так же беспрерывно расхаживала по комнате. Ладони невыносимо болели от того, как я ими постоянно била по двери. Еще кричала, но абсолютно никакой реакции не получала.

Паника захлестнула сознание. Я находилась на грани, хоть и пыталась себя успокоить. Дарио ничего не сделает Деимосу. В этом нет смысла. Он же просто мой бывший парень. Еще и сейчас находится в Греции. Де Луке разве некому больше причинить вред?

Логически я понимала, что Дарио нет смысла напрягаться. Я даже не понимала, почему он злился.

Но все-таки, на душе было настолько неспокойно, что, казалось, я уже начинала сходить с ума.

Внезапно дверь открылась. Я резко обернулась, считая, что пришел Дарио. Собираясь броситься к нему с множеством слов.

Но на пороге я увидела не Де Луку. Там стояла незнакомая мне женщина.

На вид ей около тридцати пяти. Высокая. Утонченная. С безупречной фигурой и черными, как ночь волосами. Она была одета в юбку и блузку. Элегантно и в меру строго. Привлекательная. Я бы даже сказала, что очень.

Не зная, кто это, я замерла, а она окинула меня внимательным взглядом. Нахмурилась.

– Простите, вы можете, пожалуйста, передать Дарио Де Луке, что я хочу поговорить с ним? – быстро спросила, понимая, что мой голос дрожал.

– Дарио сейчас не дома. Он уехал, – сказала она, заходя в комнату. – А ты… Романа Леоне?

– Да, – я быстро кивнула. – А вы не знаете, когда он вернется? Мне очень нужно поговорить с ним.

Женщина тяжело выдохнула и, закрывая глаза, кончиками пальцев потерла переносицу. После этого обернулась к мужчинам, стоящим в коридоре и сказала им.

– Отпустите ее и отвезите домой.

– Госпожа, ваш сын приказал удерживать девушку тут. Мы не можем…

– Отпустите ее под мою ответственность, – перебивая громилу, женщина сказала это строгим, жестким тоном.

А я застыла на месте.

Госпожа? Ваш сын?

Это мать Дарио?

По моей коже скользнул холодок. Немного не так я себе ее представляла. Она выглядела слишком изящной и утонченной, как на ту, которая могла родить такого мрачного, кровожадного верзилу.

Мужчины напряглись, переглянулись, но в итоге кивнули.

– Пойдем, – она кивнула мне, после чего направилась к выходу. Я поспешила за женщиной, но, когда мы уже были в коридоре, быстро, нервно произнесла:

– Я… Спасибо за то, что отпустили меня, но я не могу так просто уйти. Мне нужно поговорить с вашим сыном. Он…

– Что он опять сделал? – она остановилась и обернулась ко мне. Я не знала, как выглядела и до какого состояния меня довели нервы, но женщина, смотря на меня, опять нахмурилась. – Дарио, непослушный мальчишка. Как так можно относиться к девушке?

Она ладонью прикоснулась к моему лицу, пальцами поддевая подбородок. И я не знала, чему удивляться больше – тому, насколько нежными и мягкими оказались прикосновения этой женщины или тому, что я только что услышала, как кто-то назвал Дарио Де Луку «непослушным мальчишкой».

Глава 35 Забавно

Я нервно замялась на месте, не зная, что сказать матери Дарио. А вдруг я произнесу что-то лишнее и потом мне за это влетит? Если не от нее, то от самого Дарио. И ладно, если влетит только мне – я сейчас за Деимоса боялась.

– Так, что сделал мой сын? – женщина убрала ладонь от моего лица, но на коже все еще оставалось тепло от прикосновения ее пальцев.

– Он… Практически ничего, но я боюсь, что, если я сейчас уйду, это его разозлит. Поэтому… Наверное, мне лучше дождаться Дарио.

Женщина, смотря на меня, вновь тяжело выдохнула и покачала головой.

– Если ты хочешь его дождаться, я препятствовать не буду, но не уверена, что тебе стоит это делать.

– Почему?

– Потому что, как я вижу – он тебя запугал, – она поджала губы. Казалось бы обычное проявление мимики, но в нем было столько недовольства и строгости, что даже мне стало не по себе.

Я пальцами поддела резинку на запястье и начала нервно ее дергать.

– Возможно, – произнесла, кусая нижнюю губу. – Но я же не просто так боюсь. И я… совершенно не понимаю вашего сына. Но… Мне кажется, что если я уеду, произойдет что-то плохое. Нам с ним… нужно поговорить.

Женщина еле заметно наклонила голову набок, а я лишь сейчас заметила у нее на скуле две родинки. Точно такие же были и у Дарио.

– Езжай домой, попытайся успокоиться и нормально поспи. Если тебе с моим сыном нужно поговорить, он сам приедет к тебе. Мужчина обязан приезжать к женщине, а не женщина должна в страхе ждать мужчину, в месте, где он ее запер.

– Но вдруг…

– Все будет хорошо. Пойдем.

Она взяла меня за руку и потянула за собой. Я внутренне очень сильно сжалась, но сопротивляться не стала. Последовала за матерью Дарио.

– Женщина должна себя ценить. Пожалуйста, помни об этом.

Мы спустились вниз, где она одному из верзил приказала приготовить машину, а, затем, окинув меня взглядом и спросила:

– У тебя были с собой какие-нибудь вещи?

– Да, – быстро ответила. – Рюкзак и одежда. Джинсы, футболка, толстовка.

Внезапно мне стало стыдно от того, что я перед этой женщиной стояла в таком откровенном платье. Хотя на меня его «надел» ее сын.

Она сказала другому верзиле принести все, что принадлежало мне и буквально через пять минут я это получила.

– Можно, пожалуйста, я где-нибудь у вас переоденусь? – неуверенно спросила. Вот чего мне не хотелось, так это в таком виде возвращаться домой.

Женщина кивнула и провела меня к одной из ближайших комнат. Переодевшись, я отдала платье ей, сказав, что оно не мое.

Уже когда я садилась в машину, поблагодарила мать Дарио. Все еще жутко нервничала, но благодарности говорила искренне.

* * *

Еще будучи в машине, я никак не могла усидеть на месте. До сих пор возникало ощущение, что я просто сбежала от нерешенного конфликта, который в итоге может очень сильно по мне ударить. И, опять-таки, ладно, если он ударит только по мне, но Деимос… Дарио ведь его не тронет?

Доставая свой телефон из рюкзака, я хотела проверить время, но так и застыла, увидев на экране множество пропущенных от моей приемной матери и сводного брата. Даже было около пяти пропущенных от Винсы. И сообщения от нее, в которых подруга писала, что мой брат наведывался к ней и спрашивал, где я.

Мне конец.

Это впервые, когда я вот так бесследно исчезла и без какого-либо предупреждения отсутствовала. Еще и сегодня в университет не пришла. По сути, я нарушила самое главное правило моей приемной семьи. Но все-таки я не ожидала того, что брат поедет к Винсензе.

Когда машина остановилась на улице рядом с домом Леоне, я вышла из нее и, забросив рюкзак на плечо, поплелась к воротам, пытаясь судорожно придумать, как объяснить мое отсутствие. Пока что в голову ничего не приходило. Может, сказать правду?

Ага. И потом Дарио снимет с меня кожу за то, что я кому-то призналась, что мы не встречаемся. Или после сегодняшнего у нас уже нет «отношений»?

Когда я проходила по небольшому саду, заметила, что в доме практически не горел свет. Только на первом этаже в гостиной и, стоило мне войти туда, как я увидела старшую сводную сестру. Мичелу. Она лежала на диване и, с кем-то переписываясь, смеялась. Фоном на телевизоре шел какой-то сериал.

По коже скользнул холодок. Столкнуться с ней все равно, что полезть в петлю и сразу вздернуться.

И, к сожалению, проскользнуть незамеченной у меня не получилось. Мичела, уловив движение, повернула голову в мою сторону.

– Да неужели. Кого я вижу? – она заблокировала телефон и села на диване. На пухлых губах сестры растянулась ухмылка. – Вернулась наша пропажа. Хорошо нагулялась?

– Я не гуляла. Завтра утром я позвоню госпоже Леоне и объясню, где была, – придерживая лямку рюкзака, я пошла к лестнице. Пока что я понятия не имела, как объясню свое отсутствие, но благодаря позднему времени у меня имелось хоть какое-то время.

– И это все, что ты мне скажешь? А как же извинения? – Мичела отбросила телефон на диван и последовала за мной. – Вижу, у тебя ожидаемо нет ни совести, ни сожаления.

Та гадкая ухмылка, с которой она это говорила, едко прошла по сознанию.

– Мне жаль, что я не смогла заранее предупредить о своем отсутствии, но что-то я не помню, чтобы ты хотя бы раз предупреждала меня, когда тебя сутками не было дома. Я тебе ничего не должна, а с госпожой Леоне я поговорю завтра.

– Ты вообще-то живешь в моем доме. Ты ешь еду нашей семьи. Носишь одежду, которую мы тебе покупаем, а в итоге, что? Надеюсь, мама тебя завтра хорошенько так на место поставит. Ну, или, может, доверит это мне, пока родители не вернутся. Хочешь, чтобы с тобой разобралась я? Уверена, что нет, но, уж поверь, твое мнение глубоко плевать.

– Я никогда не ела еду вашей семьи. Дон Моро за все платил. А сейчас я вообще сама себе все покупаю.

Я хотела ступить на лестницу, но Мичела перекрыла мне дорогу.

– О, так ты ни во что не ставишь то, что мои родители для тебя сделали? Это я тоже передам маме.

В этом я не сомневалась. Может, она даже скажет, что я вернулась пьяной. Мичела часто это делала – что-то добавляла от себя, чтобы мне сильнее влетело. И, естественно, мне никто не верил. Кто я по сравнению с ней?

– Я не говорила, что не ценю. Я сказала, что ты преувеличиваешь и опять пытаешься попрекать меня. Я понимаю, что это твое любимое дело, как и издевки любого рода, но, может, дашь мне пройти и свои развлечения отложишь до завтра? Я устала.

– Какие грубые слова. Как ты вообще можешь говорить обо мне что-то такое? – она оперлась локтем о перила и подперла голову кулаком. – Пожалуй, я расскажу маме и то, что ты наговорила мне всяких грязных слов.

– Да пожалуйста.

Я двинулась к лестнице, но Мичела, делая шаг вбок, опять встала передо мной.

– Так, где ты была?

– Я не обязана тебе докладывать, точно так же, как и ты мне ничего не рассказываешь.

– Не сравнивай меня и себя, – она пальцем ткнула меня в грудь. Даже через толстовку это было больно, так как ногти у нее острые. – Я член этой семьи. Дочь своих родителей, а ты прицепившаяся к нам пиявка, за которой нам еще и присматривать нужно.

– Боишься, что я семью могу опозорить? – я изогнула губы. – Или ищешь варианты, как сильнее меня подставить? Например, как ты в прошлом году сделала вид, что я у тебя браслет украла?

Мичела фыркнула. Эту тему мы раньше не затрагивали. Во-первых, в этом не было смысла. Во-вторых, эта ситуация была далеко не первой. И, если в прошлом, при первых подобных случаях, я еще пыталась судорожно достучаться до сводной сестры, чтобы понять, зачем она это делает и как упросить ее прекратить, то позже поняла, что мои попытки лишь больше ее забавляли. А я уж точно не клоун.

Меня за ее проделки хорошо так наказывали. За браслет сеньор Леоне впервые поднял на меня руку – под плачь Мичелы при всех влепил мне подзатыльник. Было не только больно, но и унизительно. Тем более, я тогда не только это получила. До сих пор, когда вспоминаю, в груди начинает неприятно жечь.

– Не понимаю, о чем ты говоришь, – Мичела острым ногтем провела по браслету. По тому самому за который мне влетело. – Ты украла мою вещь, а потом еще и пыталась на меня это спихнуть. У тебя вообще совесть есть?

Ожидаемо, даже, когда мы наедине, она ни в чем не признается. Именно это в прошлом разрушило мой план записать наш разговор на телефон.

– Отойди.

– Пока не скажешь, где была, никуда не уйду.

Я сильно поджала губы, затем вплела пальцы в волосы и растрепала их. Ей ведь и не требовался ответ. Я слишком хорошо знала Мичелу, чтобы понимать – она тянет разговор, так как ищет за что бы еще зацепиться. И соответственно спровоцировать конфликт.

– Я была в доме дона Де Луки, – ответила, снимая рюкзак и беря лямку ладонью.

Мне не стоило уточнять, что за дон Де Лука. Возможно, не каждый в Неаполе знал фамилию человека, стоящего за Каморрой. Все-таки он не публичная личность, но Мичеле она была прекрасно известна.

Сестра, изначально собираясь что-то сказать, замерла. Несколько раз моргнула, а затем растянула губы в такой ухмылке, что мне даже противно стало.

– Ага. Конечно. И там ты пила слезы девственных монахинь смотря на то, как танцуют слоны.

– Я говорю серьезно. Ты спросила – я ответила.

– Хватит нести ересь. Нормально отвечай. Или хотя бы лги более правдоподобно – что тебя туда взяли полы мыть. И то все равно такое себе. Черта с два ты бы прошла строгий отбор.

– Я там была, как девушка Дарио Де Луки. Мы начали встречаться.

Мичела засмеялась. Громко. На весь дом. При этом чуть ли не согнувшись.

– Господи, какой бред, – сказала она сквозь смех.

И меня это даже кольнуло. Неужели настолько трудно поверить, что мы с Де Лукой встречаемся?

Но был один плюс – видно, мои слова настолько позабавили Мичелу, что она все-таки отошла в сторону, при этом сказав, что я больная. Я смогла быстро скользнуть к лестнице, после чего, все еще слыша ее смех, подняться на второй этаж и наконец-то оказаться в своей спальне.

Бросив рюкзак на пол, я взяла телефон и опять попыталась дозвониться к Деимосу. Ответа не последовало и внутри все уничтожило тревогой.