Текст книги "Магия Лизы (СИ)"

Автор книги: Екатерина Терешкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Карвиш говорил очень искренне и страстно, я слушала и почему-то легко проникалась этой философией.

– Я думаю, Маргарет, тебе нужно разбудить и принять свой дар. Когда ты его услышишь, ты поймешь, что тебе делать. А в Империи тебе этого не дадут.

Что ж, если Райан всего лишь хотел меня настроить на мирный лад, то у него получилось. В отличие от старшего брата, который шел напролом и не давал своей жертве выбора, младший – показал мне иные перспективы и намекнул на мою значимость. Возможно, у меня получится поторговаться за право выбирать.

Глава 13.

Судно причалило в порт, когда стемнело. Днем я дремала, Райан сказал, что ночь проведем в дороге, поэтому нужно хорошо отдохнуть. Я выбрала себе книгу на всеобщем языке, коих было очень мало в и без того скромной библиотеке кают-компании, и продремала до вечера, так как не смогла увлечься описанием ветров и подводных течений территориальных вод Ширтада. Стук в дверь привел в мою комнату Корду, которая подала мне мужской плащ, и мы вышли на палубу. Трап уже установили, матросы выносили на берег какую-то поклажу. Максур подошел ко мне и по-хозяйски схватил меня на руки. Не удержалась и съязвила:

– Это уже становится традицией, боитесь, что брошусь в воду, лишь бы не быть с вами?

– Ты флиртуешь со мной? Сладкая, дай мне шанс, и носить на руках тебя действительно станет традицией, – прошептал мне прямо в ухо Карвиш, против воли вызвав мурашки. Впрочем, впечатление он притушил сразу же, рассмеявшись, как будто сказанное для него самого было нелепым. Мне показалось, или он играет какую-то несвойственную ему роль?

Я поклялась больше не провоцировать мужчину – толку никакого, а ему только интереснее. Спустившись на пирс, он не отпускал меня, пока не поднес к экипажу на причале. Я поднялась в карету черного цвета, запряженную четверкой лошадей. Свет фонарей позволял рассмотреть, что часть мужчин готовились к путешествию верхом, в том числе и братья. Им привели двух огромных белоснежных коней, практически идентичных, но у Райана конь был с серым пятном на макушке. Никогда не видела таких массивных скакунов: сила точно искрила от их мускулистых лоснящихся тел, мне даже показалось, они немного сверкают в темноте. Через несколько минут в карету села Корда, она устроилась напротив меня и откинула голову на мягкое сиденье.

Наш отряд тронулся в путь. Чувствовала я себя, то ли пленницей, то ли королевой: мой эскорт выглядел очень внушительно. Спереди и позади кареты на серых конях ехали по трое всадников в темных костюмах из мягкой ткани и с шарфами, которые прикрывали голову и часть лица, оставляя только глаза. По бокам от кареты – Карвиши на своих белоснежных красавцах, также с ног до головы укутанные в темную ткань. Смотрелось это, на мой взгляд, очень экзотично. Карета передвигалась очень мягко, что меня не удивляло. С Карвишей станется оборудовать экипаж балансирующими артефактами, я уже видела пример на «Пустынном сердце». Покинув порт, мы как будто нырнули в темноту и исчезли в ней. Различимы остались только силуэты скакунов Максура и Райана. Я пыталась рассмотреть окружающий пейзаж из окна, но тщетно. Это не было похоже на наш Трокс, в нем из порта ты попадал в освещенный даже ночью город с праздношатающимися горожанами.

Я высунулась из окна, посмотрев на небо. Искала звезды, которые могли освещать наш путь, но небо, видимо, было затянуто облаками. Хотелось поговорить с Кордой, но та крепко спала. Спустя примерно час, я не выдержала и позвала младшего Карвиша:

– Райан! – И вздрогнула от того, что голос раздался тут же, но с другой стороны кареты:

– Да, сестренка.

– Почему так темно и где мы?

– Мы отъезжаем от береговой линии. Место, куда мы причалили, не входит в дорожную систему нашей страны. Для всех – нас тут нет и не было. Не волнуйся, когда рассветет, ты увидишь настоящий Ширтад, точнее, одно из его лиц.

Еще через несколько часов мне захотелось выйти из кареты и пройтись пешком: тело жаждало движения, давящая темнота и почти бесшумная поступь коней выводили из себя. Я держалась, мне не хотелось показать себя неженкой, но мое терпение было на исходе. Я уже почти решилась заговорить с братьями, но вдруг картина поменялась: карета остановилась, мужчины начали тихо переговариваться. Они зажгли факелы, похоже, с магическим пламенем, и начали спешиваться. Света факелов хватило, чтобы разглядеть вокруг низкорослую растительность, в основном кустарник. Деревьев не было или они не были видны. Максур подошел к карете:

– Маргарита, самое время размяться. Мы почти подошли к Талахи, дальше ты поедешь верхом, карета не пройдет по песку.

– Песку? Вы хотите сказать, что мы пойдем в пустыню? – я с ужасом уставилась на мужчину. Он усмехнулся и ответил:

– Почти весь Ширтад – это пустыня. Силой магии центр нашего материка мы сделали пригодным для жизни, но сейчас мы находимся в буферной зоне. Никакой внешний враг, в том числе ваш император, не сможет провести свои войска через пустыню к Амрату – сердцу нашей великой страны.

– И что, вот так каждый раз через пустыню? Не многие, думаю, у вас хотят путешествовать куда-либо, – с иронизировала я.

– Есть возможность проходить порталом, но не сейчас. Моя миссия должна сохраняться в тайне. С тобой это не связано, но придется тебе увидеть все прелести жизни в Ширтаде прямо в первый день. Тем сильнее тебе понравится все остальное.

Я не знала, что ответить на это. Мужчины расседлали коней и напоили из небольшого ручья. Видимо, этот водоем и определил место нашего кратковременного привала. Факелы воткнули в землю, осветив достаточно большое пространство. Я увидела, что все члены нашего отряда начали раздеваться, в том числе и Карвиши. Корда вышла из освещенного круга, поэтому увидеть, чем она занимается, я не могла; в дороге она вела себя как равная, не предлагая свои услуги служанки.

Максур прокомментировал все, что я наблюдала сейчас:

– У пустыни свои правила. В черном не выжить под палящим солнцем. Пошли, я провожу тебя в кустики, а потом ты тоже переоденешься.

Я не стала спорить и сделала то, что от меня требовали, пока мужчина, отвернувшись, ждал. Пытаясь вырваться из плена кустов, я зацепилась своим огромным плащом за какую-то ветку, поэтому Карвишу таки пришлось меня спасать.

– Я же говорил, что носить тебя на руках может стать традицией. Ну или гарантией того, что мы хоть куда-то доберемся, – сказал он, дергая плащ и вынося меня на траву. Потом протянул сумку и сказал переодеваться в то, что я там найду. Открыв сумку, я нашла там светлые легкие штаны и рубашку, а также длинную тунику, которую натянула поверх них. Выйдя на свет, и увидев, что в такой странный наряд здесь одеты все, я успокоилась. Райан, подойдя ко мне, накинул на меня еще и белый шарф, закрыв им голову и нижнюю част лица.

Я оглянулась, пытаясь понять, на чем буду перемещаться верхом. Мне подвели одну из лошадей, которую распрягли из экипажа.

– Я не знала, что лошади могут выживать в пустыне.

– Ты многого не знаешь. Это специальная порода, они могут долго обходиться без воды и стойко переносят высокие температуры, – сказал Максур.

Его не портил белый балахон, каким-то образом даже в этой хламиде он умудрялся выглядеть мужественно. Оглядевшись вокруг, я заметила несколько пока неприкрытых торсов мужчин, которые переодевались в светлый наряд. Мазнув взглядом по их мускулистым телам, я вспомнила Трокс и мой обморок на полигоне. Сейчас меня это зрелище не волновало, вид неодетых мужчин не вызывал во мне никаких эмоций. А вот перспектива брести по пустыне пугала. Так захотелось напомнить, что я – не особая лошадь Карвишей, а потому не терплю жажду и жару.

– Маргарита! – кажется, Карвиш все же заметил мое замешательство. – Я обеспечу твою безопасность, верь мне. И не стоит глазеть на моих солдат, иначе мне придется убить их.

Я не поняла, шутил ли он, но на всякий случай отвела глаза.

– Макс, зачем ты пугаешь Маргариту, – встрял в наш разговор Райан, и обратился уже ко мне: – Он не убьет, не переживай. Просто кастрирует на всякий случай.

***

Обновленная версия нашего отряда выдвинулась на рассвете. Карету оставили, а лошадей распрягли и взяли с собой, нагрузив поклажей. Корда тоже ехала на серой кобыле из экипажной четверки. Женщина была очень молчалива, но постоянно выражала заботу по отношению к братьям. Принесла им какой-то напиток из своей седельной сумки, что-то сказала, и братья выпили его без пререканий. Все члены нашего отряда разговаривали между собой на ширтадском и только иногда, видимо из жалости ко мне, переходили на всеобщий.

Первые рассветные лучи громко намекнули на то, что нас ждет. Максур обещал, что весь путь займет сутки, однако восходящее солнце открыло мне весьма удручающий пейзаж, который по ощущениям был способен растянуть сутки на год мучений. Трава и мелкие кустики исчезли и в итоге копыта моего коня ступили на белый песок пустыни Талахи.

К полудню, куда ни посмотри, кругом был только слепящий пустынный пейзаж, было душно, жар шел отовсюду: с неба, из-под ног, из кипящего воздуха, который словно погружал тебя в раскаленную лаву. Я обратилась к Райану, спросив, почему они не охладят воздух магией, не сделают прохладный ветерок, не наколдуют зиму, в конце концов. Мужчина только усмехнулся и сказал, что пустыня защищена от магических воздействий. Здесь человек выживает один на один с природой.

Еще через час один из всадников начал показывать пальцем на запад и что-то быстро говорить на своем непонятном языке. Я была уверена, что различила ругательства в ответной тираде Максура. Слова непонятны, но выражение и интонация не позволяли думать иначе. Карвиш злился и это пугало. Наш отряд остановился, а я попыталась рассмотреть, на что указывал мужчина. Мне кругом виделось и даже осязалось только одно – раскаленный пустынный воздух. Однако Райан, подъехав ко мне, разъяснил нашу проблему:

– Приближается песчаная буря. Нам надо приготовиться.

Мы слезли с лошадей, соединив и связав их поводья. Морды животных укутали в лёгкую ткань, которая проводила воздух, но лишала возможности видеть и хоть как-то предохраняла от песка. Ландшафт не предоставлял никакого выбора: рядом был только один бархан, мы расположились рядом с ним. Достали из сумок большие куски ткани, которыми прикрылись, улегшись с подветренной стороны. Максур и Райан положили меня и Корду между собой, натянув ткань над нами. Мне было душно, пот катился градом. Я почти жалела, что действительно не бросилась в воду вместо того, чтобы отправиться в это опасное путешествие.

Буря накрыла внезапно, показав, что до этого все было очень неплохо. Максур притянул меня к себе накрыв мою голову, не давая песку никакого шанса. Я чувствовала, как ткань над нами становится тяжелой и тряслась от ужаса. В какой-то момент меня накрыло такой дикой паникой, что стало тяжело дышать. Я поняла, что сейчас натворю глупостей, поэтому, пересилив себя, попыталась успокоиться. Закрыв глаза, я вдруг увидела знакомый образ черного волка в лесу, который скулил, рычал, рвал когтями травяной настил и кору деревьев. Я настолько увлеклась этим зрелищем, что забыла про бурю. Чувствовал тоску зверя, и моя душа рвалась к нему. В его глухом рыке как будто слышалось обещание, что найдет. Картина была настолько реальна, что я почувствовала лесную свежесть, до меня долетел запах хвои, малины и листвы.

Внезапно меня дернуло и вырвало из транса. Буря закончилась и мужчины откапывали нас из-под песка. Как только мы вылезли, Максур в ярости схватил меня за плечи:

– Что это было? О ком ты думала? Я чувствовал его и твою тоску! – мужчина тряс меня, крича в лицо:

– Не смей, ты моя! Поняла?

– Ты был так уверен в своем праве и правоте, что даже не попытался ничего обо мне узнать, – ответила я. Удивительное спокойствие снизошло на меня. Мужчина был в бешенстве, его серые глаза горели из-под каштановых волос, мокрых от пота и прилипших к лицу, а пухлые губы искривили рот в досаде.

Вдруг он резко притянул меня к себе и впился губами в мой рот. Отпустив мои плечи, он ухватил меня за голову, притягивая ее и углубляя поцелуй. Я била его кулаками, но Карвиш как будто не чувствовал моих ударов. Отпустил он меня так же резко, посмотрев еще раз в глаза и сказав уже более спокойно:

– До нашей свадьбы ты официально под опекой рода Карвишей. Никто не смеет прикасаться к тебе. Даже во сне! Запомни это!

После этого мужчина отпустил меня и пошел к остальным.

Буря лишила нас двух коней, которые задохнулись под толщей песка. Люди пострадали незначительно, так что скоро мы смогли продолжить свой путь. Перед тем, как оседлать своего коня, ко мне подошла Корда и тихо сказала:

– Максур не так плох, как вам сейчас кажется, айса Маргарита. Его душа стонет и жаждет любви. Магия делает его жизненную ношу очень тяжелой. Он многое видит, многое знает, а сделать себя счастливым не может. Возможно, судьба дала ему вас для того, чтобы он смог успокоить свое сердце.

Я не стала спорить с женщиной, которая явно воспринимала Карвишей как своих сыновей. Да и по своей сути я никому никогда не желала зла. Просто я не понимала, почему свои страдания Карвиш должен преодолевать за счет моих. Пусть Максур будет счастлив. Только если при этом мне не придется быть его женой, ложиться с ним в постель и рожать ему детей.

Глава 14.

К вечеру жара отступила, кони пошли бодрее, даже я выпрямилась в седле, перестав напоминать подтаявшее мороженое. Я не уставала удивляться стойкости Корды, из стали она сделана, что ли? Уж на что я тоже не избалована комфортными условиями, и последние четыре года мы с мамой толком нигде не задерживались, постоянно переезжая, но, чтобы выдерживать вот такое пекло – и в прямом и переносном смысле, – нет, к такому меня жизнь не готовила.

Мысли плавно перетекли на маму, сердце схватилось тревогой. Покинув страну, я лишила себя возможности отправлять деньги в ее лечебницу. Максур говорил, что способен помочь, но мне не хотелось выдавать ее местоположение и в целом делиться с ним своей тайной: давать лишнюю информацию, которая позволит давить на меня, я не собиралась. Конечно, маму не выкинут на улицу, да и деньги я заплатила наперед. Но все же примерно через месяц или около того золото закончится и маме может стать хуже, потому что поддержание ее ментального здоровья, в отличие от физического, – очень дорогостоящий процесс с серьезным магическим вмешательством. Со свойственной мне рассудительностью, я постаралась настроить себя на лучшее. Я приложу все усилия, чтобы вернуться домой, и, возможно, овладев своей магией, я сама смогу помочь матери.

Наш отряд не останавливался и ночью. Несколько раз я, заснув, чуть не выпала из седла. Максур подъехал поближе и, сдернув меня с моей лошади, одной рукой перетащил на своего коня. Посадив перед собой и крепко притянув к себе, он дал возможность мне расслабиться и поспать. Надо ли говорить, что я не сопротивлялась: глупая гордость сбежала под натиском здравого смысла.

То, что я увидела утром, открыв глаза, было одним из самых удивительных достижений магии. Пустыня заканчивалась так внезапно, как будто кто-то прочертил невидимую линию. Шаг – и мы на лесной лужайке. Шаг назад – нога завязла в песке и от жары прошибает пот.

– Кто поддерживает этот контур? Это же безумно энергозатратно, – не выдержала я.

– Для необученной, ты неплохо разбираешься в теории магии, – отреагировал Максур. Он спустил меня с лошади, спешился сам. И кони, и люди требовали отдыха, и эта лесная поляна с ручьем была идеальным местом. Я стояла у самой границы пустыни и леса и водила рукой по воздуху, пытаясь нащупать какую-то стену или что-то, что объяснило бы этот феномен. Так увлеклась, что машинально начала отвечать Карвишу:

– Мой отец учил меня теории…, – я оборвала себя, однако братья услышали и заинтересованно переглянулись.

– Так кто держит границу? – продолжала выпытывать я.

Ко мне подошёл Райан, он, по-видимому, не считал все это тайной, поэтому начал объяснять:

– Мы пришли к этому не сразу, но сейчас смогли полностью обеспечить себя условиями для комфортной жизни. По контуру вкопаны накопительные артефакты, которые регулярно заряжаются. Поэтому на наших границах служат не солдаты, а маги, задача которых состоит в поддержании их энергобаланса. Одаренные для нашего государства – это в буквальном смысле источник жизни, а не блажь. Каждый маг мужского пола проходит службу на границе в течение двух лет, а в случае нехватки мужчин, сюда приезжают и женщины, но только после рождения детей, как ты уже поняла. Поэтому к магии и магам мы относимся очень бережно.

Я фыркнула, собираясь поспорить, однако тут же поняла, что при всей свой грубости и бесцеремонности, Максур действительно оберегает меня.

– Значит, я тоже могу… потом приехать сюда?

– Если твоя магия этого потребует или если у нас будет кризис с мужчинами-магами на границе, – осторожно ответил Райан.

– Или если я захочу? – уточнила я.

– Да, именно. Но не часто женщины стремятся так далеко уезжать от своих детей, – с нажимом ответил он.

Да, это аргумент. Рвануть к границе и постараться сбежать в Империю при том, что уже успела выйти замуж и родить... сколько? Двоих, как минимум, детей? Так себе план. Нет-нет, решать все нужно в весьма сжатые сроки.

Словно прочитав мои мысли, ко мне обратился Карвиш-старший:

– Сладкая, и думать забудь. Амрат – идеальное для тебя место, ты увидишь. Да и даже преодолев Талахи в сторону моря, еще нужно где-то найти судно, которое вернет тебя на родину. А этому не бывать. Никто в этой стране не пойдет наперекор асури Карвишу, – сверкнул сталью своих серых глаз мужчина.

– Да и служить могут не сюда, а на север послать: там тоже граница, сестренка, – добавил Райан.

Я не стала комментировать, просто пожала плечами.

– Макс, наша Маргарита совсем не похожа на других женщин, где крики, скандалы и истерики? Ты точно не парень? Нет, слишком нежна и женственна, – ответил сам себе и улыбнулся младший.

Старший хохотнул, но тему развивать не стал:

– Пленница, пошли к столу, кормить тебя будем.

К этому времени на поляне накрыли импровизированный стол, над костром висел котелок, в котором Корда помешивала какую-то кашу. Благо, магический блок закончился, и приготовить горячий обед не составило труда. Насытившись, мы двинулись дальше, но оказалось, что все сложности уже закончились. Через несколько ли мы вышли к небольшому городку, где нам с Кордой предоставили очередную карету и обещали скорое прибытие в Амрат.

****

В детстве я очень любила сказки, могла зачитываться ими или с упоением слушала в исполнении своей няни. Жизнь меня очень быстро избавила от любых фантазий в этом ключе, но я до сих пор помнила яркие картинки моих детских книжек. Когда наш экипаж въехал в столичный город Ширтада, я почувствовала себя героиней тех волшебных историй детства. Никогда в своей жизни я не видела таких ярких красок на улицах и в городском убранстве. Дома поражали: причудливой формы с арками и колоннами, с рельефным орнаментом на стенах и купольными перекрытиями разных цветов. По мощенным гладким камнем улицам в разноцветных шелковых одеждах ходили или ездили верхом ширтадцы. Даже экипажи выглядели здесь экзотично: были покрыты легкой тканью, по большей части пестрой с изображением разных картин – на ткани кузова я видела то ярких птиц, то причудливых зверей.

– Мы любим цвет, это поднимает настроение, – нарушила безмолвие внутри кареты Корда.

Для меня такая пестрота была в новинку, поэтому ощущение праздника не проходило, окружающий мир завораживал. Однако совсем скоро мне довелось увидеть и изнанку этого города. Проезжая мимо небольшого базара, я увидела, как мужчина в форме, похоже жандарм, схватил и тащил за шкирку мальчика. Парень брыкался, жандарм кричал, рядом шла женщина, она стенала, плакала, о чем-то умоляла мужчину. Сцена была настолько душераздирающая, что я высунулась из окна и обратилась к Карвишам:

– Что произошло с эти мальчиком?

Ответил Максур:

– Он украл и должен получить наказание.

– А женщина – это его мать?

Мужчина махнул рукой, экипаж остановился, он посмотрел в сторону кричавших, прислушался и ответил:

– Да, она умоляет помиловать.

– А какое его ждет наказание?

– Плети. Я слышу, он украл артефакт из лавки. Тогда это будет не менее двадцати ударов.

– Но это может его убить!

– Воровство магических предметов карается строго. Кажется, я говорил, что к магии мы относимся очень щепетильно.

– Говорили, да. Однако же не вижу справедливости. Коль скоро магия для вас священна, сделайте ее доступной каждому, а не позволяйте наживаться на ней. Парень по-своему проявляет почтение к ней, он рискует здоровьем и пытается украсть. Возможно, это ему жизненно необходимо, а, значит, жизнь диктует. Жизнь и магия – это одно целое, насколько я поняла вашу философию. Мальчика нужно освободить.

Говоря все это, я не верила в успех, но Карвиши, да и все остальные спутники молчали и как-то очень внимательно смотрели на меня. Первым пришел в себя Райан:

– Макс, это магия жизни…?

– Я понял, – старший Карвиш подъехал к месту разворачивающейся драмы, наклонился и не слезая с коня что-то сказал жандарму. Тот дернулся, отпустил мальчика и поклонился. Ребенок кинулся к матери, та обняла сына и стала с плачем благодарить Максура, который протянул ей кошель и вернулся к нашему отряду. Больше никто не сказал ни слова, но меня раздирало любопытство. Я была искренне рада за мальчика, но меня действительно удивила реакция мужчин. В нашей стране половину того, что говорят женщины, относят к пустым капризам. Да и за Максуром я не замечала ранее желания хоть в чем-то идти мне на встречу. Я повернулась к Корде, но не успела открыть рот, как женщина сказала:

– Вы маг жизни, – она в почтении склонила голову. – В некоторых вопросах мы не можем спорить с вами. Если магия диктует сохранить жизнь устами своего носителя, мы принимаем ее волю.

– Но это говорила я, а не магия.

– Если асури Карвиш принял вашу волю, ему виднее.

Ну да, он же видящий. Похоже, впереди меня ждет еще много удивительных открытий о Ширтаде. Но уже сейчас моя голова была перегружена, мне требовался отдых, уединение и спокойный диалог с самой собой.

Скоро мне была предоставлена такая возможность. Мы въехали в часть города, которая отличалась большим количеством парковых зон. Здесь не было нагромождения домов; некоторое время я вообще не видела ни одного, пока не подъехали к высоким кованным воротам, которые открылись и впустили нас в поистине королевский парк, плавно перетекающий в идеально ухоженный сад перед огромным особняком. Я насчитала три этажа, но, кроме этого, он был сильно вытянут в длину. Представить количество комнат в этом доме было сложно – их много. На крыльцо вышли несколько слуг. Я решила для себя, что вижу мажордома, экономку и конюха. С последним я точно угадала, потому что он резво занялся лошадьми.

Максур открыл дверь кареты, подал мне руку и повел в дом. Слуги почтительно склонились, когда мы проходили мимо них, а Карвиш представил меня, на мгновение остановившись:

– Айса Маргарет. Моя подопечная и очень ценная гостья в этом доме.

Я с облегчением выдохнула, своей невестой он меня не назвал. Возможно, это повысило бы мой статус, но одновременно поставило бы на мне тавро собственности рода Карвишей.

К моим покоям меня провела экономка – тут я тоже была права. Айя Замин была уже немолода, в прошлом из хорошей семьи, но без капли магии, она так и не вышла замуж, и нашла себя в управлении домом Карвишей. Как я выяснила, с Кордой они были хорошие подруги и разделяли одну судьбу на двоих: старые девы, преданные своим хозяевам.

Мне во владение отвели две смежные комнаты на третьем этаже, как и на «Пустынном сердце», только размером они были значительно больше с огромными витражными окнами, задрапированными в тяжелую гобеленовую ткань штор. В свою ванную комнату я заглянула и не поверила глазам: по центру находилась купальня, размером с озеро. Помещение имело сводчатый потолок, множество зеркал и было отделано мрамором. Не удержалась и крикнула «Ау», ожидая услышать эхо. Его не было, но мой голос звучал очень громко и торжественно, что не совсем соответствовало назначению этого помещения.

Корда ко мне не пришла, думаю, ей нужно было отдохнуть с дороги. Мне прислали другую служанку – молодую черноглазую девушку с длинной косой темных волос, которая напомнила мне Полли. Я сразу прониклась к ней симпатией, да только коммуникация не случилась: девушка не говорила на всеобщем. Дальнейшее общение было похоже на придурковатую пантомиму, но мне все же удалось понять, что внутри ванной комнаты есть еще две небольших: одна вполне стандартная по назначению, а со второй объяснения длились долго. В итоге Лалли – так звали девушку – удалось донести до меня, что помещение предназначено для пара. Точнее, для того чтобы люди сидели и потели под его воздействием. Пар появлялся вполне естественным способом: раскаленные камни поливали водой, а магию задействовали только для их нагрева. В эту парилку я заходить отказалась, а вот в купальне поплавала с удовольствием.

В спальне Лалли открыла шкаф и показала, что в нем всего лишь пара платьев. Ее энергичные махи руками говорили о том, что скоро мне пошьют еще. Однако я была рада и этому небогатому гардеробу. Когда я облачилась в домашнее платье и заплела мокрые волосы в косу, служанка принесла мне еду. Во врем ужина она прислуживала, а я попыталась задать ей вопрос, есть ли в доме книги. Она правильно поняла мои жесты и показала книжный шкаф в гостиной, в котором действительно стояли несколько десятков томов. Все книги к моей досаде были абсолютно бесполезны, так как написаны на ширтадском. В отчаянии я поняла, что мне нужно срочно учить язык этого государства, иначе я буду зависима от окружающих и не смогу осуществить свои планы.