Текст книги "Светлая в академии Растона: любовь или долг (СИ)"
Автор книги: Екатерина Романова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Как светлая ни старалась, выстрелы либо вовсе не достигали мишени, либо концентрировались в самом низу. Ронда уделила девушке внимание, пояснив, что при нажатии на спусковой крючок, она, несмотря на удержание пистолета обеими руками, опускает дульный срез оружия книзу. Чтобы наглядно продемонстрировать, она поставила на затвор пистолета стреляную гильзу. При производстве выстрела гильза со звоном упала. Ронда продемонстрировала, что при стрельбе из рук опытного шпиона, гильза остается на затворе даже при производстве серии выстрелов.
Парни посмеивались над светлой. Им стрельба удавалась. Большинство из них уже владели оружием, ведь готовились к поступлению в академию сознательно и заранее. Один курсант позволил в отношении Леа едкое замечание, на которое госпожа Ронда отреагировала, к удивлению девушки, в ее защиту.
– Курсант Терцис, вы считаете, что стреляете лучше курсанта Суарес?
– Так точно, госпожа Ронда.
– А с какой целью вы прикрываете правый глаз?
– Так чтобы лучше прицеливаться.
– Хорошо. Пожалуйста, продемонстрируйте.
Терцис прицелился, зажмурив правый глаз, но не успел произвести выстрел. Он упал, согнувшись от молниеносного удара в челюсть справа.
– Пояснить, почему вы уступаете курсанту Суарес в стрельбе? У нее открыты оба глаза. Продемонстрировать повторно, почему это важно?
– Но… когда двумя глазами, там ведь плывет все, – потирая челюсть, недовольно протянул Терцис.
– Чтобы не плыло, могу откалибровать. С другой стороны. Стоит?
– Никак нет. Принял. Не жмурить глаз.
– Ты ж мое золото! – потрепав парня по щечке, госпожа Ронда заложила руки за спину и прохаживалась вдоль стреляющих, внимательно наблюдая за тем, как каждый из них пристреливается. Она ничего не говорила о стойке, о стрельбе с одной или двух рук, об угле разворота тела или закрывании глаз при прицеливании. Ей было важно проанализировать интуитивные предпосылки каждого. Светлая имела большой потенциал. Но крайне плохо владела собой и почти не умела применить его на практике. Но, если сможет взять себя в руки – пройдет испытание никак не хуже остальных.
Через час стрельбы у Леа и некоторых других курсантов кровоточили руки, а предстояла чистка и сборка оружия. Добросердечная преподаватель выдала по пластырю и велела подтереть сопли, ведь впереди – первое практическое задание.
Убрав оружие, курсанты вновь выстроились в шеренгу, но уже в другом помещении подземного полигона. Большая и абсолютно пустая комната была слабо освещена. Уставшие и изможденные физическими упражнениями и стрельбой, они ждали нового задания с опаской. У Леа от физического перенапряжения тряслись руки и, если придется стрелять, она была уверена, что не справится.
Преподаватель, окинув ироничным взглядом присутствующих, объяснила суть задания:
– Локация – офисное помещение в многоэтажном здании со множеством фирм. Задание – достать документы из кабинета 105. На пути к цели вам встретится четыре охранника, вооруженных пистолетами-пулеметами. Для выполнения задания вы можете выбрать любое оружие с этого стола. Остальные подсказки и все необходимое для успешного прохождения миссии найдете внутри.
Перед курсантами материализовалась стена с дверью. Видимо, за ней – то самое офисное помещение. Перед стеной – длинный стол с самым разнообразным огнестрельным оружием от пистолетов до автоматов.
– Кто первый?
Один из курсантов проявил инициативу и, выбрав самый большой автомат, вошел в дверь. Курсанты видели происходящее на большом голографическом экране, созданном для них преподавателем. Вот курсант входит, из-за угла появляется первый охранник и тут же падает, расстрелянный студентом. Далее по коридору встречается еще один – и снова ликвидирован. За поворотом – третий, затем четвертый. Убив всю охрану, курсант долго блуждал в поисках 105 кабинета. Нашел, но кабинет оказался закрыт. Попросту расстреляв магнитный замок, он зашел внутрь, извлек документы и вернулся, довольный собственной работой и предоставил объект преподавателю.
– Легче легкого, – хмыкнул парень, положив автомат обратно на столик.
Ронда ничего не ответила и молча позвала следующего курсанта, который повторил тоже самое, но с использованием пистолета.
Леа наблюдала, как один за другим курсанты входят в комнату и, в немного измененной локации офиса, неизменно убивают людей. Она наблюдала за этим с ужасом. Да, это созданная преподавателем иллюзия, но иллюзия человека! Живого! Она понимала, что не сможет убить. Ни фантома, ни, тем более, реального человека. Когда кроме нее не осталось курсантов, не прошедших задание, Леа не знала, что делать. Отказаться от выполнения или выполнить с нарушением условий. Воскресив в памяти слова преподавателя, она решила, что никакого нарушения не будет, если она не станет убивать.
Офисное помещение, множество фирм. Наверняка охрана часто меняется и зачастую даже не знает всех сотрудников фирмы. Решив попробовать, девушка подошла к столику с оружием.
– Выбирайте, курсант.
– Можно без оружия?
Ронда в удивлении вскинула брови, тем не менее, показала светлой на дверь.
– Э, а разве так можно? – возмутились однокурсники.
– Вы можете использовать оружие для выполнения задания, но не обязаны, – напомнила женщина. – Пробуйте, Суарес.
Осторожно открыв дверь, светлая огляделась. Локация отличалась от тех, в которой проходили задание ее однокурсники. Ронда говорила, что все, необходимое для выполнения задания, они найдут на месте и девушка решила за это зацепиться. Кроме того, она вспомнила, по какой причине завалила первую свою миссию – оставляла за собой следы. Решила принять во внимание и исправиться.
Первое, что сделала светлая, осмотрела стол секретарши, расположенный прямо напротив входа. Накинула на плечи пиджак, висевший на спинке стула, взяла со стола пропуск-бейдж и прикрепила к лацкану пиджака. Надела очки и взяла в руки папку с логотипом фирмы. Затем она постаралась найти карту. Разумеется, на столе ее не было. Взгляд зацепился за план эвакуации на стене. Так она смогла найти расположение кабинета номер 105. Два поворота направо, один пролет прямо и поворот налево. Третья дверь.
Запомнив расположение комнаты, она с опаской двинулась вперед, уставившись в документы, которые держала в руках. Первый охранник прошел мимо, не обратив на нее внимания. Но, решила не рисковать и заглянула за угол – никого. Прошла пролет быстрым шагом. Охранник прошел за ее спиной по другому коридору, но не заметил. В следующем пролете она при помощи зеркала подсмотрела, чтобы охранник вышел из коридора. Ей предстояло взломать замок в кабинет 105. В отличие от других курсантов, для Леа преподаватель приготовила обычный замок. На свое счастье, девушка заколола пучок шпильками и невидимками. Выудив их из прически, она ловко вскрыла замок и прошла внутрь. Искомые документы были помечены зеленым крестом, их Леа нашла в выдвижном шкафчике.
Решив, что легко отделалась, открыла дверь в коридор и уткнулась носом в широкую грудь охранника. Оценив обстановку и уровень допуска на бейдже, охранник протянул:
– Вам запрещено здесь находиться…
Рефлексы сработали моментально. Почему-то ей вспомнились приемы, которые показал Фарух. Сложив ладошки лодочкой, Леа со всей силы ударила охранника по ушам. Как ни странно, но даже здорового детину такой прием дезориентировал. Пока он не пришел в себя, светлая пережала его сонную артерию. Она точно знала, что делала и куда нажимать. Пальцы сами нашли на шее пульсирующую жилку и надавили в нужном месте. Дезориентированный и теряющий сознание, он не мог сопротивляться. Семь секунд… восемь… она отчетливо слышала, как бьется в горле собственное сердце. От страха. От грязи и тьмы, которую она творит. На девятой остановилась. Лучше отпустит раньше, чем случайно убьет.
Охранник медленно сполз по стенке вниз и повалился на бок.
– Эй, что происходит? – в конце коридора показался другой охранник и, завидев Леа в компрометирующей ситуации, поспешил к ним. Светлая сориентировалась моментально.
– Слава богам! Ему стало плохо! Вызовите врача, немедленно!
Пока охранник, достав рацию, вызывал врачей, Леа воспользовалась организованной шумихой и покинула иллюзорный офис.
Преподаватель смотрела на светлую, словно у той на голове выросли рога. Протянутые документы приняла далеко не сразу. Она не ожидала, что хоть кто-то из первокурсников верно выполнит задание. Они все – амбициозные, не в меру прыткие с жаждой разрушений. За последние десять лет на ее памяти лишь двое справились с миссией правильно. Леа – третья. Другими были Блэквел и Кристина, которых она в свое время обучала.
– Она даже никого не убила, – возмутился курсант Терцис.
– А разве задание заключалось в убийстве охраны? – Ронда, наконец, отошла от удивления и повернулась к курсантам. – Суарес – в строй. Поздравляю, прыткие вы мои. Сейчас читаю фамилии и оглашаю результат.
Женщина зачитала из журнала пятнадцать фамилий. Курсанты, которые успешно убили всех охранников, учинили знатные разрушения и достали документы, широко улыбались, полагая, что их наградят отличной оценкой:
– Поздравляю. Вы осуждены на пожизненное лишение свободы за шпионаж. В некоторых странах за это – казнят. Поверьте, молодого бойца вытаскивать никто не станет. Растон просто откажется от вас.
Следующая девятка ждала своего вердикта, заметно нервничая.
– Молодцы. Вы – мертвы. Напрасная трата государственных ресурсов на ваше обучение. С заданием справился лишь один курсант – Леа Суарес.
Девушка искренне удивилась и поежилась под ненавидящими взглядами сокурсников. Они были готовы съесть ее.
– Почему это светлая справилась? Мы же достали документы, так в чем проблема-то? Ладно тех убили. Мы-то живые остались! – выразил недовольство высокий парень, похожий на крепкую сосну.
– На вводном курсе шпионажа куратор Блэквел поведает вам, что основная миссия шпиона – добыть информацию тайно. Что означает слово «тайно», курсант Ларгус?
– Незаметно для других, – заметно сник парень.
– Именно. Незаметно для других. Представьте себе ситуацию. Ваше задание – раздобыть документы. Вы берете в руки автомат, заходите в офис, начинаете стрельбу, убиваете охрану, расстреливаете магнитный замок и так далее… Какова вероятность, что никто не узнает о вашей операции? А, если необходимо подменить бумаги на дезинформацию?
– Но вы же сами сказали нам выбрать оружие. Вы намекали, что надо его использовать. До этого мы учились стрелять! – выразил недовольство извечно бурчащий курсант Терцис.
– А это, милые мои, излюбленный прием в шпионаже. Называется – провокация. На которую, как молочные щенки, повелись все, кроме Суарес. Но, думаю, светлая просто побоялась использовать оружие, и это сыграло ей на руку, – она стремилась нивелировать заслуги девчонки, хотя прекрасно понимала, что та справилась с заданием на высоте. Ее навыки импровизации настораживали преподавателя. Слишком высокие показатели для светлой да еще и девчонки. Она решила, что после занятия первым делом направится к ректору доложить о своих подозрениях. – Свободны!
Приказ был исполнен незамедлительно. Курсанты, как шары для бильярда, раскатились в разные стороны. Решив, что все пойдут первым делом по комнатам, Суарес решила начать со столовой и спокойно позавтракать. Желудок щемило от голода, а тело ломило от физических нагрузок. Мышцы с непривычки стонали, местами пульсировали, выказывая недовольство неожиданно свалившейся активностью хозяйки. Тем не менее, светлая стиснула зубы, набрала еды и села за привычный столик: спиной к стене, лицом к потенциальным врагам. Через несколько минут к ней подсел незнакомый парень. Терпение Леа подходило к концу. Предложение Фаруха уже казалось настолько привлекательным, что она была готова реализовать его хоть сейчас.
– Это правда? – нерешительно спросил незнакомец.
– Ты о чем? – не утруждая себя особым вниманием, Леа завтракала, отодвинув еду подальше от незваного гостя.
– Что ты отдашь свой дар добровольно сильнейшему?
Светлая даже подавилась от подобной новости, но вовремя заметила Фаруха, подавшего ей знак. Сообразив, она растянула на лице улыбку и уже дружелюбнее вступила в разговор:
– Совершенно верно. Отдам, но только сильнейшему.
– Сегодня в полночь?
Молча кивнула и проводила очередного охотника за даром целительницы беспокойным взглядом. Следующим подсел организатор операции.
– У нас все готово. Нужно знать, что ты в деле.
– Я в деле. Знал бы ты, как я устала от них, – девушке безумно хотелось выплакаться.
Она так привыкла, что с Тором можно быть настоящей. Можно поделиться мечтами, страхами и тревогами. Он всегда выслушивал, давал совет, подставлял жилетку для слез, если требовалось. Их маленький мир, порой голодный, порой босой, живущий от миссии к миссии, тем не менее, был ясен и прост, основывался на понятных идеалах: дружба, взаимопомощь, выручка, поддержка. Здесь же она сама за себя. Даже Фаруху Леа доверяла с неохотой, допуская в подсознании возможность, что он разводит ее и присмотрел дар для себя. Ей уже даже было все равно. Лишь бы ее оставили в покое. Настолько сильно сказалась усталость сегодняшнего утра.
– В общем, наши парни в деле. Действуем по плану. В полночь в академическом парке, около пятого корпуса.
Коротко кивнув, парень ушел, оставив светлую одну. Быстро разделавшись с завтраком, она поспешила укрыться в своей комнате. Через час блок академических занятий в учебном корпусе.
В кабинете ректора
Никлаус просматривал учебные планы, с неудовольствием отмечая, что финансирование снова урезали, а количество курсантов осталось прежним. Это значит, что либо придется экономить на обслуживающем персонале, либо отсеивать большее число учащихся. Либо выкрутиться и, как предложил Блэквел, заставить курсантов отрабатывать государственное обеспечение уборкой помещений. Хендерсон возражал – аристократ. Но уже склонялся к рассмотрению варианта более серьезно.
Ему на глаза попалась папка с документами Суарес. Взяв ее, мужчина скользнул взглядом по основной информации. Возможно, первый вариант на отчисление. Сэкономят бюджет, гарантированно избегут проблем со светлыми. Небольшой скандал с отчислением девчонки быстро забудется, зато удастся избежать куда более серьезных проблем. Раздался стук в дверь и в кабинет, не дожидаясь приглашения, широкими волевыми шагами прошла женщина.
– Ронда, – удивленно протянул Хендерсон.
– Я по поводу светлой. Никлаус, ты должен это посмотреть. Вопросов не возникает?
Женщина передала ему папку и пластинку с записью. Мужчина быстро пробежался по показателям стрельбы. Результаты хуже некуда, но это обычная практика для человека, впервые взявшего в руки оружие. Активировал пластинку и просмотрел выполнение светлой практического задания. Ронда в очередной раз убедилась в справедливости подозрений.
– И ты, правда, думаешь, что девчонка – самородок? Ее обучали, Никлаус. Только тренированный агент пройдет это задание идеально. Безукоризненные навыки ориентирования, импровизации, взлома. Железная логика, актерская игра, к тому же вот, посмотри, – она еще раз включила ту часть, где Леа обезвредила охранника. – Таким приемам не учат на улице.
– У меня тоже есть подозрения на ее счет, Ронда. Молодец, что обратилась. Рейна! – позвал мужчина. – Блэквела ко мне.
– Как раз направляется к вам, – ответил женский голос из пустоты.
– Спасибо. Мы разберемся, Сара.
– Надеюсь. Смерти еще одного тайного агента академия Растона не переживет. Тем более – светлая, – она не стала дожидаться ответа и такими же широкими, мужскими шагами вышла из кабинета, в дверях столкнувшись с Этаном.
– Тебе не кажется, что светлая – засланка? – без обиняков начал ректор, не дав темному магу и шагу ступить.
– Нет. Не кажется, – он спокойно прошел внутрь и вальяжно уселся на диванчике. – Я в этом уверен.
– Думаешь, Нолан не прекращает попыток достать книгу? – внимательно изучая показатели Леа, задумчиво протянул он.
– Не переживай, она в надежном месте. Думаю, два трупа для него более, чем достойная демонстрация. У светлой и шанса нет. Она выполняет другую задачу. И упорно скрывает, какую. Видимо, Нолан сделал ставку на то, что я клюну на дар целительницы. И правильно. Я клюнул. Дар будет моим.
– Ты что, собираешься взять девчонку? – испугался Никлаус. – Этан, если светлые узнают, тебя будут судить. Это же провокация чистой воды! Она может стать причиной войны, светлые только этого и ждут. Я не смогу защитить тебя. Да и не стану, откровенно говоря.
– Удивился бы, будь оно иначе. Мне не нужна часть дара. Мне нужен весь дар. А тут – такой подарок!
Ректор рассмеялся.
– А ты самонадеянный, Блэквел! Слишком самонадеянный, если считаешь, что светлая по доброй воле тебе отдастся.
– Совершенно верно. И эта самонадеянность меня еще ни разу не подвела, – белоснежная и самоуверенная улыбка озарила его лицо.
Блэквелу не отказывали. Никто и никогда. Еще ни разу. Ему стоило намекнуть и женщина уже принадлежала ему. Их тянуло, словно мотыльков на свет. Сила, харизма, грубая сексуальность мужчины, великолепный торс и значительная сумма денег на банковском счете. Несомненно, его поистине впечатляющие магические способности и влияние в сообществе темных тоже делали свое дело. Но светлая – другая. Ей и дела нет до денег и влияния среди темных. Тем интереснее. Он любил вызовы, и девчонка стала очередной проверкой его способностей.
– Думаешь, она знает, на что подписалась?
– Уверен, что нет. Наверняка он ее чем-то держит. Зная Нолана, предполагаю шантаж. Уверен, заплатили за девчонку из управления, – подавляющий взгляд в сторону Хендерсона. Ректор никогда не выдерживал этот взгляд, вот и сейчас выдал источник финансирования с пометкой «совершенно секретно». – Вот видишь. А держит он ее наверняка этим мальчишкой, как его там? Аресом… Торнтоном…
– Тором, судя по отчету Рейны. Пацан сидит пожизненно. Это несовершеннолетний-то! – удивился ректор. – Мы должны ее оставить или сразу вышвырнем?
– Темный с тобой, Никлаус! – искренне возмутился Этан. – Когда это шпионы отказывались от такого козыря, как раскрытый вражеский агент?
– Я знаю, что ты задумал. Нет. Это слишком опасно! Слишком. А девчонка ввязалась во все помимо воли. Мы не можем так ее подставить.
– В нашем деле любая случайность – это хорошо спланированная операция. Рейна! – в кабинете мгновенно материализовалась очень привлекательная шатенка с ярко-синими, даже почти фиолетовыми, как лепестки ириса, глазами.
– Слушаю.
– Мне нужна история Леа. С момента знакомства ее родителей. Со всей подноготной. Абсолютно.
– Будут ограничения? Основной закон страны, невмешательство в личную жизнь, запрет на причинение вреда?
– Никаких ограничений. Действуй так, как ты умеешь. Достань все.
– С удовольствием, – улыбнулась женщина и исчезла.
– Повезло тебе с ней, – завистливо хмыкнул Никлаус. – Вообще везет тебе с женщинами. Собираешь вокруг себя лучших.
– Ники, – игриво передразнил Этан. – Будь ты смелее, вы с Сарой уже лежали бы на берегу Темного моря, попивали коктейли и предавались любовным забавам. Хватит дрочить в туалете. Ты мужик, в конце концов. Дай понять своей женщине, что она твоя. Пока другой не сделал это первым. И пока ты молча обдумываешь суровую правду, которую услышал, мне нужно навестить навий. Бывай.
Он растворился в темноте прежде, чем Хендерсон успел гневно возмутиться. Только Этану позволено подобное отношение к ректору. Они друзья, прошедшие огонь и воду во время стажировки, во время множественных закрытий разломов по всему Растону, во время несения службы в академии. Порой тяжелой и очень напряженной службы. Разлом не открывался почти год, а это означало, что совсем скоро их ждет новый, серьезный прорыв.
«Надо бы объявить учебную тревогу», – подумал ректор, погружаясь в ворох административных вопросов. «А со светлой Этан разберется».
В комнате Леа и Бри
Вернувшись к себе, девушка с удовольствием приняла душ и выстирала тренировочную форму. Запасная была, но она не хотела пачкать ее раньше времени. Привыкла экономить. Ей было необычно сознавать, что теперь, чтобы жить, не придется выполнять заказы для Грэга. Странного мужчины, на которого они с Тором работали. Раз в месяц он подкидывал им работенку за хорошие деньги. Которых хватало на месяц. Да, ей приходилось воровать. Но это всегда были богатые люди, которые купались в роскоши. Как правило, преступники, грязные политики, бандиты. Поэтому она редко терзала себя моральными аспектами. Увы, но иначе подростку в Растоне не заработать. Никто не станет связываться с несовершеннолетними. Закон о защите детства категорически запрещает любые формы занятости до 18 лет. И неважно, что фактически это толкает на преступную тропу.
Когда Леа собиралась выходить, в комнату как раз вернулась Бри.
– Привет, – улыбнулась она. – Светлая, ну-ка рассказывай. Ты, правда, свой дар решила подороже отдать?
– В каком смысле?
– Самому сильному в академии?
Девушка задумалась. Стоит ли рассказывать соседке правду? Пусть блондинка и проявляет дружелюбие, но она боялась довериться. Подобное доверие может обернуться полным крахом придуманного Фарухом плана.
– Ага, – она пожала плечами. – Все равно ведь заберут. Так пусть это будет на моих условиях.
– А как же Калеб?
– Если сильнейший – получит дар.
– Это правильно, – подбодрила девушка. – Ты молодец. Не думала, что так быстро адаптируешься. В Растоне придется выживать. Но, поверь, после первого раза ты втянешься. Найди хорошего любовника и покровителя и академия откроется тебе с новой стороны.
– Спасибо, Бри, – печально вздохнула светлая. Ей было грустно сознавать, что Бри рассматривает себя и свое тело в качестве товара, который можно обменять на защиту и спокойствие. Прежде, чем пойти на такой шаг, Леа сделает все возможное, чтобы избежать его.
Аудитория для занятий была переполнена. Небольшой кабинет с партами и стульями напоминал школьный класс в монастыре. Светлая мебель, доска за спиной преподавателя, на стенах – плакаты, таблицы, карта мира.
Девушка застыла в дверях, рассматривая обстановку класса. Сзади грубо толкнули и она едва удержалась на ногах.
– Чего застряла, светлая? – рыкнул курсант Терцис. Из уст парня обращение прозвучало как ругательство.
– А ты чего злой такой? – не выдержала она. Парень остановился и, сощурив глаза, развернулся.
– Зубы мешают, девка? Так я живо прорежу! – он бросил рюкзак на пол и уже разминал кулаки.
Заметив потасовку и то, как спокойно за ней наблюдает из-за преподавательского стола наставник, курсант Уэстон встал рядом с девушкой.
– Не западло с девчонкой драться?
– Раз в академии, значит не девчонка, – отрезал он.
– Правильно! – согласился Раденс. – Значит наравне с другими и за хамство по ушам огребет.
– Вообще-то ты меня толкнул, – больше светлая терпеть не хотела. Нападки не прекратятся, пока в ней видят жертву. Так пусть поймут, что жертва зубки отрастила и готова за себя постоять. Даже, если потом опять придется бежать к Ирему, чтобы кости сращивал. Она лучше стерпит физическую боль, чем душевную. Как светлая, первую Леа всегда переносила легче.
– А нечего всяким холопкам барону проход загораживать!
– Задний? – хохотнул Уэстон и, ловко увернувшись от последовавшего удара от Раденса, вернул ему по носу. У парня хлынула кровь. Заверещав от боли, он согнулся пополам.
– Сука, – рыкнул Терцис и налетел на Леа.
Девушка даже не поняла, что произошло, и от чего согнулся курсант. Оказалось, она умудрилась вовремя присесть, и кулак просвистел у нее над головой. В это время последовал быстрый и точный удар в печень. Этого Терцису хватило, чтобы согнуться от боли и остановиться. Девушка с удивлением рассматривала свой все еще сжатый кулак и хлопала глазами.
– Ладно, детки, – открывая журнал, произнес мужчина. – Курсанты Терцис, Суарес и Уэстен – к куратору. Раденс – к лекарю, потом к куратору.
– А мне к лекарю? – прохрипел Мик.
– Наш лекарь – удивительный мастер. Но раздутое самомнение даже он вылечить не в силах, – заметил преподаватель. – К куратору. Живо!
Развернувшись, они уныло поплелись к куратору, по дороге усердно переругиваясь. Одному Агрису было не до ругани из-за сломанного носа. Кровь крупными каплями падала на пол, оставляя за ним след.
– Пойдем, я провожу тебя, – предложила Леа.
– Обойдусь и без твоей помощи, баба.
– Она хоть и баба, но яйца у нее побольше твоих будут, – заметил Лэнс. – Мы тебя проводим. Не приведи темный, сознание по дороге потеряешь. Ты с нами, Мик?
– Ага. Делать мне больше нечего. Итак из-за всякой швали к куратору отправили. Быстрее отстреляюсь.
– Хороши же у тебя дружки. Как зовут-то хоть?
– Отфали, – просипел парень, зажимая нос.
– А меня Лэнс, – хмыкнул он.
Дальше они шли молча, понимая, что бесполезно лезть в душу тому, кто ее попросту не имеет. Уже на подходе к домику лекаря Агрис начал терять сознание, но Леа и Лэнс вовремя его поддержали и разве что не волоком затащили внутрь. Ирем быстро просканировал парня и указал на кресло, велел закинуть голову и приложил холод. Леа украдкой выглянула из-за плеча Лэнса и заметила, что Рэдингтон все еще лежит в коконе. Выглядел он значительно лучше и уже не напоминал труп.
– Скоро выпущу, – улыбнулся Ирэм, даже не глядя на светлую. Он краем глаза заметил ее интерес. – Как перелом?
– Спасибо, синяк не беспокоит, – погладив бок, поблагодарила Леа.
– Этот ублюдок тебя ударил? – удивился Уэстон.
– Вы в каком учебном заведении учитесь, юноша? – вскинул брови лекарь. – Если женщина на шпионском факультете, то должна уметь постоять за себя.
– Но ведь это не боевой, а шпионский факультет! – он искренне недоумевал.
– Увы, не все это понимают. Да, бравый солдат? – Ирем подмигнул Агрису, настраивая на его голове кокон. – Может оставить, пусть само заживает? Или все же, вспомните, на какой факультет, судя по всему, ошибочно, вас зачислили?
– Не надо. Вылечите, – простонал курсант.
– Ладно уж, горе, так и быть. Лечись, – настроив последние слои заклинания, мужчина повернулся к ребятам и сообщил, что они свое дело сделали и могут быть свободны. Лекарь с удовольствием отметил, что светлая, хоть и провела в академии всего пару дней, уже находит друзей. Он знал, что академия Растона – сложное и противоречивое место. Но когда сможешь отстоять свое право находиться здесь, она заиграет новыми красками и раскроется с интересных и, порой, удивительных сторон. Как светлый, Ирем знал, что темный темному рознь. И темный не значит плохой. Просто темным здесь легче принять те идеалы и принципы, на которых строится шпионская деятельность.
Кабинет Блэквела
Шикарная брюнетка с глазами цвета васильков сидела на рабочем столе куратора шпионского факультета, закинув ногу на ногу. Поза, учитывая, короткую юбку женщины, крайне вызывающая. Она поправила распущенные кудрявые волосы, едва касающиеся плеч, и внимательно посмотрела на парня.
– Ну, говори, – скучающе приказала Рейна.
– Вы не Блэквел, – фыркнул Терцис.
– Наблюдательный мальчик! – ласково пропела женщина, склонив голову на бок и проявив уже больше интереса к присутствующему курсанту. – Зачем явился?
– Препод приказал. Из-за светлой.
– Светлой! – спрыгнув со стола, темная скрестила руки на груди и, медленно выстукивая каблучками по вишневому паркету, сделала вокруг парня круг, придирчиво оценивая его.
Короткостриженый блондин, вместо глаз – почти прозрачные льдинки, чистая кожа, румяные щеки. Здоров, как боров, силен, высок и строен. Молодой да ранний. Шлепнув парня по заднице, она оценила реакцию.
– Девственник! – заключила женщина.
– Чего? Никакой я не девственн… а-а! – парень согнулся от жгучей боли в паху.
Вскинув тонкую бровку, Рейна расхохоталась.
– Девственник-девственник!
Оправившись от жгучей боли, парень выпрямился и, потирая пах, стиснул зубы. У него сформировалось предположение, что Рейна – та самая женщина, о которой в кругах темных ходят легенды, одна другой страшнее, и одна другой хуже. Если Тень боятся, то при виде Истины темные готовы руки на себя наложить, лишь бы оказаться где угодно, но не поблизости.
– Вы… – слова едва сорвались с его трясущихся губ.
– Ну? – она растянула в улыбке свои пухлые губки и, с азартом, наблюдала. Отважится или нет произнести.
– Вы Истина?
– Понял, значит, что врать бесполезно?
Отведя взгляд, парень молча кивнул. Худшие опасения подтвердились. Истина – в помощницах Блэквела? Уровень тревоги парня возрос до критической отметки.
– Тогда говори. По какой такой причине тебя сюда отправили?
– Не только меня, – аккуратно выбирая слова, чтобы не схлопотать очередную порцию боли за свою ложь, начал Мик. – Светлую, Уэстона и Агриса.
– И чем же вы отличились, курсантики? – она нависла над ним прекрасной, но невероятно опасной скалой. Пахнуло ночной фиалкой. Васильковые глаза открыто смеялись над жалким и безобидным первокурсником. Она видела перед собой не мужчину, а букашку.
– Я – барон, – приосанившись, заявил он пафосно. – А она – холопка, уличная девка, не проявила учтивости и перегородила мне дорогу. За что и поплатилась. И вообще, девкам в академии не место!
– Ваша Милость, – Рейна согнулась перед парнем в низком поклоне и, выпрямившись, рассмеялась, оценив ужас на лице курсанта. – Перед вами холопка, которая собирается проявить неучтивость.
Удар в живот произошел настолько молниеносно, что Терцис даже не успел сообразить, что случилось. Он лежал на паркете, возле запредельно дорогих туфелек Рейны, еще пахнущих свежевыделанной кожей и кряхтел от боли.
– Не люблю, когда букашки строят из себя невесть что. Сразу такая нервная становлюсь, – притворно похлопав ресничками, произнесла она, аккуратно перешагивая парня и направляясь к двери.
Мик хватал ртом воздух и пытался справиться со жгучей болью. Раскрыв двери, женщина привела в чувство застывших с поднятыми для стука кулачками курсантов.
– Проходите, проходите. Мы как раз добрались до самого интересного. Курсант Суарес, знаете ли вы, как подобает обращаться к баронам?
– Нет, – тихо протянула Леа, с ужасом глядя на Мика. Без задней мысли, девушка подошла, присела на корточки и коснулась парня. Несмотря на то, что ее дар еще не активировался, она не могла наблюдать чужую боль бесстрастно. – Ты в порядке?
– Отвали, – прохрипел парень.
– Его нужно отвести к лекарю, – светлая подняла глаза как у раненого олененка и Рейна поняла причину интереса Этана к светлому созданию.
– Позже. Мы во всем разберемся сначала.
– Где куратор Блэквел? – выпрямившись, храбро спросила светлая, получив в ответ удивленную улыбку.
– А он прав, ты наглая! В отсутствие господина Блэквела его заменяю я. Что сказать, не повезло, – она картинно пожала плечиками и поправила ворот темно-синей шелковой блузки. – Не тратим мое время. Рассказываем. Барон уже оказал милость и поделился причинами своего негодования. Что было дальше?
