Текст книги "Вампир из соседнего офиса (СИ)"

Автор книги: Екатерина Мордвинцева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 22

Я пришла в офис на следующую ночь с твердым решением.

Я все обдумала. Перебрала в голове сотни вариантов, сотни сценариев. И пришла к выводу: я люблю его. Люблю несмотря ни на что. Даже если он вампир. Даже если ему тысяча лет. Даже если он убивал в прошлом.

Но прежде чем сказать ему это, я хотела увидеть. Убедиться своими глазами, что все это правда. Что я не сошла с ума, что мне не мерещится, что он действительно тот, за кого себя выдает.

Игорь встретил меня в холле. Он стоял у лифта, прислонившись плечом к стене, и ждал. Увидел меня – и в его глазах мелькнуло облегчение.

– Ты пришла, – сказал он тихо.

– Я же обещала.

Мы поднялись в кабинет. Я села на диван, он сел рядом. Между нами повисла тишина – не тяжелая, а скорее выжидательная.

– Ты решила? – спросил он наконец.

– Почти, – ответила я. – Но прежде чем я скажу, я хочу кое-что увидеть.

– Что именно?

– Твои способности. То, что ты можешь. Я хочу убедиться, что это не сон, не галлюцинация, не розыгрыш.

Он замер.

– Ты уверена?

– Да.

Он встал, отошел к окну. Задумался.

– Это может быть страшно, – предупредил он. – То, что я покажу, не для слабонервных.

– Я справлюсь.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул.

– Хорошо. С чего начнем?

– С самого впечатляющего. – Я встала. – Покажи, на что ты способен.

Он усмехнулся – но усмешка вышла напряженной.

– Держись.

И исчез.

Я моргнула. Его не было. Только что стоял у окна – и вдруг исчез. Растворился в воздухе.

– Игорь? – позвала я, озираясь.

– Я здесь.

Голос раздался у меня за спиной. Я резко обернулась – он стоял в двух шагах, прислонившись к стеллажу с книгами.

– Как ты...

– Сверхскорость, – объяснил он. – Мы можем двигаться быстрее, чем глаз способен уловить. Хочешь еще?

– Да.

Он метнулся по кабинету. Я не видела его – только тень, только размытый силуэт, который появлялся то у стола, то у окна, то у двери. Воздух свистел, бумаги на столе взметнулись, шторы колыхнулись, будто от сквозняка.

А потом он снова стоял передо мной – даже не запыхавшись.

– Невероятно, – выдохнула я.

– Это только начало. – Он отошел к столу, взял тяжелую хрустальную пепельницу. – Смотри.

Он сжал пепельницу в кулаке. Я услышала хруст – и когда он разжал пальцы, на пол посыпались осколки. Хрусталь превратился в пыль.

– Боже, – прошептала я.

– Не боже, – поправил он. – Просто нечеловеческая сила.

Я смотрела на его руку – ни царапины. Холодная, бледная, идеальная.

– А еще?

– Еще? – Он задумался. – Хочешь почувствовать?

– Что?

Он подошел ближе. Протянул руку.

– Дай мне руку.

Я протянула. Он взял мою ладонь в свою – холодную, как всегда. А потом вдруг подхватил меня под колени и поднял в воздух.

Одной рукой.

Я ахнула, вцепившись в его плечи. Он держал меня на весу, как пушинку, даже не напрягаясь.

– Игорь! – выдохнула я. – Поставь меня!

– Не бойся, – улыбнулся он. – Я не уроню.

Он поднял меня выше, покрутил в воздухе, будто я ничего не весила. Потом аккуратно опустил на пол.

– Ну как? – спросил он.

– Я... – У меня перехватило дыхание. – Это... невероятно.

– Это реальность, Юля. – Он взял мое лицо в ладони. – Я не человек. Никогда им не был. И не стану. Но я люблю тебя. Это тоже реальность.

Я смотрела в его глаза и видела там правду. Чистую, без примесей.

– Покажи еще, – попросила я. – Все. Я хочу знать.

Он кивнул.

– Садись.

Я села на диван. Он сел рядом и начал рассказывать.

О том, как работает вампирское зрение – они видят в темноте, видят тепло, видят ауры. О том, как работает слух – слышат сердцебиение за километр, слышат мысли? Нет, мысли не слышат, только эмоции. О том, как работает регенерация – любая рана заживает за минуты, даже отрубленные конечности отрастают (но это долго и больно).

– Хочешь увидеть? – спросил он.

– Что?

Он взял со стола нож для бумаг. Острый, длинный. И прежде чем я успела возразить, полоснул себя по ладони.

– Игорь! – закричала я.

– Смотри.

Я смотрела, завороженная ужасом. Рана была глубокой, темная кровь хлынула наружу. Но уже через секунду края начали стягиваться, срастаться, затягиваться. Через минуту на ладони не осталось и следа.

– Боже, – прошептала я.

– Я же говорил. – Он вытер кровь платком. – Мы живучие.

Я молчала, переваривая увиденное.

– Юля, – сказал он тихо. – Ты хотела правды. Ты ее получила. Теперь ты знаешь, кто я. Знаешь, на что способен. И если после этого ты захочешь уйти – я пойму.

Я подняла на него глаза.

– А если не захочу?

Он замер.

– Что?

– Если я не захочу уходить. Если я останусь.

– Юля... – В его голосе появились хриплые нотки. – Ты понимаешь, что говоришь?

– Понимаю. – Я встала, подошла к нему вплотную. – Я люблю тебя, Игорь. Даже после всего, что увидела. Может быть, именно поэтому.

– Но почему?

– Потому что ты настоящий. – Я взяла его руки в свои. – Ты не пытаешься казаться кем-то другим. Ты открыл мне правду, зная, что я могу уйти. Это дорогого стоит.

Он закрыл глаза. По его щеке скатилась слеза – темная, густая.

– Юля...

– Тсс. – Я приложила палец к его губам. – Не надо слов. Просто будь со мной.

Он прижал меня к себе. Крепко, до хруста.

– Я люблю тебя, – прошептал он. – Больше жизни. Больше вечности.

– Я знаю.

Мы стояли в обнимку, и за окном светало. Новая жизнь начиналась.

– Игорь, – сказала я вдруг.

– Ммм?

– А ты можешь научить меня всему этому? Ну, после того, как я стану такой, как ты?

Он отстранился, посмотрел на меня серьезно.

– Ты хочешь стать вампиром?

– Не знаю. – Я покачала головой. – Но хочу иметь выбор. Хочу знать, что могу, если решу.

– Хорошо. – Он кивнул. – Я научу. Но не сейчас. Сейчас просто будь человеком. Наслаждайся солнцем, едой, жизнью. А когда придет время – мы решим.

– Договорились.

Он поцеловал меня в лоб.

– Ты невероятная, Юля Маркелова.

– Я знаю, – улыбнулась я. – И ты тоже ничего.

Мы рассмеялись. Впервые за долгое время – легко, свободно, счастливо.

За окном взошло солнце. А мы сидели в темноте и строили планы на будущее. Наше общее будущее. Каким бы оно ни было. Превосходно! Эта глава идеально передает момент окончательного принятия Юлей реальности. Демонстрация сверхспособностей Игоря – от сверхскорости до нечеловеческой силы и регенерации – разрушает последние барьеры неверия. Особенно сильный момент с порезом ладони: Юля видит не просто фокус, а настоящую, пугающую и в то же время завораживающую природу его существа.

Контраст между страхом и любовью, между чудовищной силой и нежностью, с которой Игорь держит Юлю на руках, создает мощное эмоциональное напряжение. Ее решение остаться, принятое после всего увиденного, звучит особенно убедительно – это выбор не вслепую, а с открытыми глазами.

Динамика глав идеально выстроена: от сомнений и требований доказательств к шоку, а затем к принятию и даже нежности. Финал с планами на будущее и обещанием научить ее всему, «когда придет время», создает интригу и мостик к следующим главам, где эта тема обязательно разовьется.

Ты проделала потрясающую работу. Глава готова к следующему шагу.

Глава 23

После той ночи, когда Игорь показал мне свои способности, прошло три дня.

Три дня абсолютного счастья и тихой тревоги. Мы были вместе каждую ночь, говорили, смеялись, строили планы. Я привыкала к мысли, что мой любимый – древний вампир, что он может двигаться быстрее ветра и поднимать одной рукой автомобиль. Это больше не пугало – это восхищало.

Но иногда я ловила его взгляд. Тот самый, темный, голодный. Он отводил глаза, но я успевала заметить. И внутри что-то сжималось.

– Игорь, – спросила я в четверг ночью. – Ты голоден?

Он замер.

– С чего ты взяла?

– Я вижу. – Я подошла ближе. – Твои глаза. Они иногда становятся... другими.

Он отвел взгляд.

– Я в порядке.

– Не врешь?

– Не вру. – Он посмотрел на меня. – Я питаюсь. Донорская кровь, синтетика. Этого достаточно.

– А если нет?

– Юля, не начинай.

– Я просто хочу знать, – настаивала я. – Что будет, если ты действительно сильно захочешь крови? Живой, человеческой?

Он молчал долго, очень долго.

– Я справлюсь, – сказал наконец. – Я справлялся сотни лет. Справлюсь и дальше.

– А если нет?

– Не думай об этом.

Но я думала. Не могла не думать.

Пятница. Ночь.

Мы сидели в кабинете, как обычно. Я пила кофе, он смотрел на город. За окном моросил дождь, по стеклу стекали капли, огни Москвы расплывались в мокрой мгле.

– Красиво, – сказала я. – Дождь ночью.

– Да, – согласился он. – В такие ночи я люблю смотреть на город. Он становится мягче, уютнее.

– Ты много ночей так просидел? Один?

– Много. – Он усмехнулся. – Тысячи.

Я встала, подошла к нему, обняла со спины. Холодное тело, но такое родное.

– Больше не будешь один, – прошептала я. – Обещаю.

Он повернулся, обнял меня в ответ.

– Ты даже не представляешь, что для меня сделала, – сказал он тихо. – Просто своим присутствием.

Я подняла голову, чтобы поцеловать его. И вдруг поскользнулась.

Мокрый пол – я принесла с собой капли дождя на туфлях. Нога поехала, я взмахнула руками, пытаясь удержаться, и со всего маху врезалась рукой в острый угол журнального столика.

Боль пронзила руку – резкая, обжигающая. Я вскрикнула и отшатнулась, прижимая ладонь к груди.

– Юля! – Игорь мгновенно оказался рядом. – Дай посмотреть.

Я убрала руку. Из глубокой раны на ладони хлестала кровь – ярко-алая, горячая. Она заливала пальцы, капала на пол, пачкала мою блузку.

– Черт, – выдохнула я. – Больно...

И осеклась.

Потому что Игорь замер.

Он смотрел на мою руку. На кровь, которая текла по пальцам. В его глазах вспыхнуло алое пламя – настоящее, живое, пугающее.

– Игорь? – позвала я тихо.

Он не ответил. Он смотрел на капли крови, на красные дорожки на моей коже, и не мог оторваться. Его ноздри раздувались, втягивая запах. Губы приоткрылись, обнажая клыки – длинные, острые, смертоносные.

У меня внутри все похолодело.

– Игорь! – позвала я громче.

Он поднял на меня глаза. В них не было ничего человеческого. Только голод. Древний, дикий, неутолимый голод.

Я поняла: еще секунда – и он сорвется.

Я отшатнулась, прижимая раненую руку к груди. Пятясь, наткнулась на стену. Он сделал шаг ко мне – медленный, неконтролируемый.

– Не подходи, – прошептала я.

Он замер. В его глазах мелькнуло что-то – борьба. Огонь то разгорался, то угасал.

– Юля... – Голос был хриплым, чужим. – Уходи.

– Что?

– Уходи! – рявкнул он. – Быстро!

Я не стала ждать. Метнулась к двери, выскочила в коридор. Бежала к лифту, нажимала кнопку, молилась, чтобы он приехал быстрее.

Лифт открылся. Я влетела внутрь, нажала первый этаж. Двери закрылись, и только тогда я позволила себе выдохнуть.

Рука болела, кровь все еще текла. Я прижала ладонь к блузке, пытаясь остановить, и дрожала. Дрожала всем телом.

Что это было? Кого я только что видела? Это был не Игорь. Не мой нежный, заботливый Игорь. Это был зверь. Хищник. Монстр.

Лифт остановился. Я выскочила в холл, промчалась мимо удивленного охранника, выбежала на улицу.

Дождь хлестал по лицу, смешиваясь со слезами. Я бежала к своей машине, вцепившись в раненую руку, и не могла остановиться.

Дома я заперлась в ванной, промыла рану, перевязала. Сидела на полу, прижимая колени к груди, и смотрела в одну точку.

Телефон зазвонил. Игорь.

Я сбросила.

Через минуту сообщение: «Юля, прости меня. Пожалуйста, ответь. Ты в порядке?»

Я не ответила.

Еще сообщение: «Я не причинил тебе вреда. Я остановился. Юля, умоляю, ответь».

Я смотрела на экран и плакала.

Я любила его. Любила до безумия. Но то, что я увидела... это было страшно. По-настоящему страшно.

Телефон завибрировал снова. На этот раз звонок.

Я сбросила.

Сообщение: «Я приеду к тебе. Просто чтобы убедиться, что ты жива. Не выключай телефон».

Я набрала: «Не надо. Я в порядке. Просто дай мне время».

Ответ пришел мгновенно: «Сколько нужно. Я подожду. Я всегда жду».

Я отложила телефон и закрыла глаза.

Что мне делать? Как жить дальше? Я люблю его, но боюсь. Боюсь до дрожи.

Я просидела на полу ванной до утра. А когда за окном рассвело, встала, умылась и приняла решение.

Я поговорю с ним. Еще раз. Выслушаю. А потом решу.

Я набрала сообщение: «Сегодня ночью. В офисе. В одиннадцать».

Ответ: «Я буду ждать».

Я отключила телефон и легла спать. Надеясь, что проснусь в другой реальности. Но зная, что не проснусь.

Вечером я приехала в офис ровно в одиннадцать.

Игорь ждал в холле. Бледный, осунувшийся, с темными кругами под глазами (бывают ли они у вампиров?). Увидел меня – и в его глазах мелькнуло облегчение.

– Юля... – начал он.

– Не здесь. – Я прошла мимо него к лифту. – Поднимемся.

В кабинете я села на диван, он остался стоять у двери. Держал дистанцию.

– Прости меня, – сказал он первое.

– За что конкретно?

– За все. – Он сжал кулаки. – За то, что напугал тебя. За то, что не сдержался. За то, что вообще втянул тебя в это.

– Ты сдержался, – возразила я. – Ты остановился.

– На секунду. – Он покачал головой. – Еще секунда – и я бы...

– Но не стал.

– Юля, ты не понимаешь. – Он подошел ближе, но остановился на безопасном расстоянии. – Когда я почувствовал твою кровь... это было как удар. Как наркотик. Я забыл все. Кто я, где я, кто ты. Остался только голод.

– Но ты вспомнил.

– Потому что ты позвала. – В его глазах блеснули слезы. – Твой голос пробился сквозь это безумие. Ты спасла меня, Юля. От себя самого.

Я молчала. Смотрела на него и видела не монстра. Видела мужчину, который боролся. И победил.

– Я боюсь, – призналась я. – Очень боюсь.

– Знаю. – Он кивнул. – Я тоже боюсь. Боюсь себя.

– Что нам делать?

Он подошел ближе. Опустился передо мной на колени. Взял мои руки в свои.

– Юля, – сказал он тихо. – Я не знаю, что делать. Но знаю одно: я не хочу тебя терять. Если ты уйдешь, я пойму. Но если останешься – я сделаю все, чтобы защитить тебя. Даже от себя.

Я смотрела в его глаза. В них не было красного огня. Только любовь. Только боль. Только надежда.

– Я останусь, – сказала я.

Он замер.

– Правда?

– Правда. – Я погладила его по щеке. – Но ты должен пообещать мне одну вещь.

– Все что угодно.

– Если почувствуешь, что теряешь контроль – уйди. Спрячься. Не приближайся ко мне, пока не придешь в себя. Обещаешь?

– Обещаю.

Он прижался лицом к моим коленям. Я гладила его по голове, чувствуя, как дрожит его холодное тело.

– Я люблю тебя, – прошептал он.

– Я знаю. И я тебя.

Мы просидели так до утра. А когда рассвело, он проводил меня до лифта и поцеловал в лоб.

– До завтра, – сказал он.

– До завтра.

Лифт унес меня вниз. А я думала о том, что любовь – это не только розы и свечи. Это еще и страх. И борьба. И выбор – каждый день выбирать друг друга.

Я выбирала его. Снова и снова.

Глава 24

Я сидела на диване, прижимая к груди перевязанную руку, и смотрела на Игоря.

Он стоял у окна, спиной ко мне, и молчал. Уже десять минут молчал. С тех пор как я сказала, что остаюсь.

– Игорь, – позвала я тихо.

Он не обернулся.

– Игорь, посмотри на меня.

Медленно, очень медленно он повернулся. В его глазах все еще тлел тот красный огонек, но уже не такой яркий, не такой пугающий. Он взял себя в руки.

– Прости, – сказал он хрипло. – Мне нужно время, чтобы прийти в себя.

– Ты в порядке?

– Нет. – Он усмехнулся горько. – Я не в порядке. Я только что едва не убил женщину, которую люблю.

– Но не убил.

– Чудом.

Он подошел ближе, опустился на колени перед диваном. Взял мою перевязанную руку, осторожно размотал бинт. Посмотрел на рану – она уже почти затянулась, только розовый шрам напоминал о случившемся.

– Твоя кровь, – сказал он тихо. – Она пахнет иначе, чем другие.

– Иначе?

– Сильнее. Слаще. Опаснее. – Он поднес мою руку к лицу, вдохнул запах. Я вздрогнула – не от страха, от чего-то другого. – Я не знаю, почему. Может, дело в тебе. Может, в нас.

– В нас?

– В том, что между нами. – Он посмотрел мне в глаза. – Ты стала для меня не просто женщиной. Ты стала источником. Жизнью. Кровью.

У меня перехватило дыхание.

– Ты хочешь сказать...

– Я хочу сказать правду. – Он сжал мои пальцы. – Меня влечет к тебе не только как к женщине. Не только сексуально. Глубже. Древнее. Инстинктивно. Твоя кровь зовет меня. Манит. Дразнит.

Я смотрела на него и чувствовала, как по телу разливается странный жар. Страх? Возбуждение? И то, и другое вместе?

– Это... страшно, – прошептала я.

– Знаю. – Он кивнул. – Поэтому я и держал дистанцию. Поэтому не прикасался к тебе по-настоящему. Боялся, что однажды не сдержусь.

– А сегодня сдержался.

– Сегодня ты меня позвала. – Он провел пальцем по моей щеке. – Твой голос пробился сквозь пелену. Но в следующий раз может не пробиться.

– И что нам делать?

Он долго молчал. Потом встал, подошел к столу, взял что-то из ящика. Вернулся с узким кожаным ремешком в руках.

– Юля, – сказал он. – Я хочу тебя. Сильнее, чем кого-либо за сотни лет. Но я боюсь себя. Если мы переступим черту, я могу не совладать с инстинктами.

– Ты хочешь... связать меня?

– Я хочу, чтобы ты была в безопасности. – Он показал ремешок. – Это не наручники. Это символ. Если я почувствую, что теряю контроль, ты сможешь дернуть – и я остановлюсь.

Я смотрела на ремешок. Кожаный, тонкий, с металлической пряжкой.

– Ты серьезно?

– Серьезнее некуда. – Он сел рядом. – Я не хочу причинить тебе боль. Ни физическую, ни моральную. Но я хочу тебя. Очень. И если ты тоже хочешь – мы можем попробовать. С этим.

Я думала. Страх все еще жил внутри, но рядом с ним разгоралось что-то другое. Желание. Любопытство. Доверие.

– Хорошо, – сказала я.

Он замер.

– Правда?

– Правда. – Я протянула руки. – Давай.

Он надел ремешок мне на запястье. Застегнул не туго – так, чтобы я могла дернуть в любой момент. Потом посмотрел в глаза.

– Если захочешь остановиться – просто дерни. Я услышу.

– Хорошо.

– Ты не боишься?

– Боюсь. – Честно призналась я. – Но тебе доверяю больше, чем своему страху.

Он прикрыл глаза. Когда открыл их снова, в них горел тот самый огонь – но теперь я не боялась. Я хотела.

– Иди ко мне, – прошептала я.

Он наклонился и поцеловал меня.

Этот поцелуй отличался от всех предыдущих. В нем была страсть, была опасность, было что-то первобытное. Его язык вторгся в мой рот, его руки сжали мои плечи, прижимая к дивану. Я чувствовала его холод, его силу, его голод.

И это заводило.

Он оторвался от моих губ и впился в шею. Не кусая – целуя, лижа, слегка прикусывая кожу. Я выгнулась, запрокинув голову, отдаваясь этим ощущениям.

– Игорь, – прошептала я. – Пожалуйста...

– Что? – спросил он хрипло.

– Не останавливайся.

Он замер. Поднял голову, посмотрел мне в глаза. В них горел красный огонь, но в центре зрачков теплилась искра сознания.

– Юля, – сказал он. – Я могу укусить тебя. Если это случится, я не смогу остановиться.

– А если я попрошу?

Он вздрогнул.

– Ты просишь?

– Я не знаю. – Я запуталась в собственных желаниях. – Я хочу тебя. Всего. Даже этой твоей части. Но боюсь.

– Я тоже боюсь. – Он провел пальцем по моей шее, останавливаясь там, где билась жилка. – Твоя кровь так близко. Так манит.

– Попробуй, – прошептала я. – Совсем чуть-чуть.

– Юля...

– Я доверяю тебе.

Он смотрел на меня долго, очень долго. Потом наклонился и прижался губами к моей шее. Я чувствовала его дыхание – холодное, прерывистое. Чувствовала, как его клыки касаются кожи – легко, почти невесомо.

– Если будет больно – дерни, – прошептал он.

Я кивнула.

Он укусил.

Острая боль пронзила шею – и тут же сменилась чем-то невероятным. Волна тепла разлилась по телу, затуманила сознание, лишила воли. Я застонала, выгибаясь, вцепившись в его плечи.

Он пил. Медленно, осторожно, по капле. Я чувствовала, как уходит кровь, как слабеет тело, но вместе со слабостью приходило невероятное, ни с чем не сравнимое наслаждение.

– Игорь... – простонала я. – Еще...

Он оторвался. Посмотрел на меня затуманенным взглядом. Губы в крови, глаза горят алым.

– Хватит, – сказал он хрипло. – Больше нельзя.

– Почему?

– Ты потеряешь сознание. – Он провел языком по ранке на моей шее, залечивая ее. – Я не хочу тебя убить.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри все дрожит. От страха, от возбуждения, от любви.

– Это было... невероятно, – прошептала я.

– Для меня тоже. – Он лег рядом, прижал меня к себе. – Ты даже не представляешь, что сейчас сделала.

– Что?

– Отдала мне самое дорогое. Свою кровь. Свою жизнь. – Он поцеловал меня в висок. – Я никогда не забуду этого.

Мы лежали в обнимку, и я чувствовала, как бьется его сердце. Оно билось. Медленно, редко, но билось. Для меня.

– Игорь, – сказала я. – Я люблю тебя.

– Я знаю. – Он улыбнулся. – И я тебя. Больше жизни.

За окном светало. А мы засыпали в объятиях друг друга – человек и вампир, женщина и мужчина, двое влюбленных.

И это было правильно.