Текст книги "Грезы судьбы (СИ)"

Автор книги: Екатерина Гейст

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

Глава 29

Все началось сбываться. Мой сон стал явью, а я про него совсем забыла.

Большие горячие руки незнакомца тащили мое бессознательное тело по сырому холодному полу. Босыми ногами ощущала весь адский холод и на миг мне показалась, что я умираю.

«Просыпайся Сара, просыпайся», ― заставляла себя открыть глаза.

Безуспешно.

Мои веки были такие тяжёлые, а тело ныло, будто по мне проехал бульдозер.

Веревка больно впивалась в мою нежную кожу, оставляя на ней кровавые следы, и, тихо застонав, я открыла глаза.

– Уже просыпаешься, ― басистый голос раздался над ухом.

«Я что, ослепла?» ― проговорила мысленно и запаниковала.

Амбал, который тащил меня, хорошо ориентировался в темноте. Я же вновь и вновь моргала, пока не осознала, что мы где-то в холодном подвале и всюду кромешная тьма. Мы остановились. Амбал, не отпуская моих рук, шарил по карманам, пока не вытащил связку ключей. Послышался щелчок в замочной скважине, и дверь со скрипом отворилась.

– Ваши апартаменты, принцесса, ― со смехом проговорил мужик и швырнул меня в комнату, будто я была для него всего лишь маленькой пушинкой.

Пролетела через холодное помещение и ударилась спиной о стену. Выровняв дыхание, слегка пошевелилась, и спину пронзила адская боль, гораздо более резкая, чем при ударе. Уже пожалела, что решила пошевелиться. Тяжело дыша, перевернулась на бок и свернулась калачиком, поджав под себя ноги. Тонкое атласное платье наполовину было порвано, и зверский холод кусал кожу.

– Жаль, что мне нельзя к тебе прикасаться. Но когда хозяин наиграется, отдаст тебя нам, ― раздался ужасный хохот амбала, и послышался скрип двери, затем щелок.

Меня заперли.

Горячие слезы градом хлынули по лицу, падая на ледяной пол камеры. Было так холодно, что стук зубов мешал сосредоточиться.

– Дарек! ― что было мочи попыталась я крикнуть, но получилось лишь жалкое мычание.

Я взглянула на руку. Сквозь рукав платья слабым светом светилась моя руна. Словно маячок, она пульсировала, будто посылала сигналы о помощи. Но это была лишь моя фантазия.

Поднесла к ладоням руки, чтобы согреть их собственным дыханием. Зубы стучали предательски, и от холода трясло все тело. Озираясь по сторонам в поисках чего-нибудь теплого, но не нашла ничего, камера была пуста.

Сильная боль вновь сковала тело, лишая сознания. Опять я провалилась в забытье.

Но, как оказалась, меня оставили ненадолго.

Холодный ветерок, теребивший волосы на щеке, разбудил меня, или это был сильный грохот, дошедший до сознания. Я мгновенно открыла глаза.

Темно, как у дьявола в желудке.

Шаги приближались и становились все отчетливей. Нервно сглотнула, ожидая самого худшего. Шаги прекратились, кто-то остановился у дверей камеры. Послышался звон ключей, щелчок, и кто-то, надавив сильной рукой на ручку, открыл камеру.

– Скучала по мне, принцесса, ― я лишь фыркнула, а амбал захохотал. ― Нечего тут валяться, тебя заждался хозяин, ― меня подхватили, словно я не человек, а мешок с зерном, закинули на плечо и звонко шлёпнули по заду.

– Еще раз так сделаешь ― и ты покойник, ― что было сил, я ударила кулаком амбала по спине.

Второй шлепок ― и мою ягодицу пронзила жгучая боль.

– Ой, все еще живой, ― захохотал амбал.

Я вонзила острые зубы в потную спину и со всей силы их сжала. Он взвыл от боли и во второй раз швырнул меня на каменный пол. Вскрикнула и выставила руки вперед, но все равно больно ударилась.

– Что тут у вас происходит? ― на помощь к амбалу подоспел другой, такой же мужлан. ― Хозяин уже заждался.

А как я заждалась этой встречи! Не терпится взглянуть в глаза ублюдку, который поселил меня в такие королевские апартаменты.

Слабый свет проникал через широкую щель открытой двери, освещая пыльную стену и каменные ступеньки.

– Дьявол, она меня укусила, ― развернувшись, мерзкий здоровяк залепил мне пощечину. ― Я тебе еще припомню.

Кожа загорелась, словно от ожога. Задыхаясь, беззвучно хватала воздух ртом. Опухшая от пощечины скула неприятно пульсировала.

Амбал замахнулся второй раз, но другой его остановил:

– Хватит, она хозяину нужна живая, ― в этой кромешной тьме, мне ничего невозможно было разглядеть, но эти двое были в своей тарелке. Я попятилась в сторону двери, но меня опередили.

– Прочеши местность. Дай знать, если что не так. Её я сам отдам хозяину, ― меня снова загрузили на плечо.

После сумрака подвала тусклый дневной свет ослепил, а тяжёлые запахи, витающие в помещении, заставили невольно поморщиться.

Перед глазами замелькала череда длинных коридоров, грязные каменные полы, убогая обстановка.

Наконец-то мы остановились. Амбал нажал на ручку, и тяжёлая дверь, будто подхваченная сквозняком, с оглушительным хлопком ударилась о стену.

Ну вот, конец!

На этот раз жестокости не последовало. Меня аккуратно поставили на пол, и я разглядывала второго похитителя огромными испуганными глазами из-за завесы спутанных волос.

Этот амбал был двухметровый, зверь с горящими чёрными глазами, на обезображенном шрамом лице красовалась мерзкая ухмылка, от которой кровь стыла в жилах, а сердце замирало.

Амбал кивнул куда-то в сторону, развернулся и зашагал к двери. Она с грохотом закрылась за ним, а я от неожиданности подпрыгнула на месте.

Я дрожала от холода, щека все пульсировала, спина ныла, и малейшее движение причиняло страшную боль.

За окном слышался жуткий вой. Повернула голову к окну и пришла в ужас.

Снег.

В комнате, несмотря на зажжённый камин, где с треском горели дрова, было холодно, а за окном разыгралась настоящая метель.

Будто издеваясь, в этот миг что-то звонко упало, привлекая моё внимание.

Я круто развернулась.

Чёрт, боль отозвалась молниеносно, так что пришлось до боли закусить губу, чтобы не издать стона.

– Патрик… ― я округлила глаза. ― Но… как ты… ― раскрыла рот и замерла.

Патрик восседал возле обычного письменного стола в комнате, заполненной старым хламом. Видела перед собой загорелого мужчину с русыми волосами, от чего он казался несколько бесцветным, и только в карих его глазах горел недобрый огонёк.

– Сара, ― он поднял с пола нож и с грохотом закинул обратно на стол. ― Все в порядке?

Я покачала головой, приходя в себя. В этом магическом мире точно не ожидала увидеть Патрика.

Вся испачканная, в разорванном бальном платье, с грязными ногами, я сделала шаг в сторону. Ночь в холодной камере давала о себе знать. Я чувствовала, что серьезно простудилась. Спина и ребра болели так, что каждый вздох давался с трудом.

Но я держалась, держалась ради отца и Дарека.

«Буду сражаться за себя и не сдохну в этой помойке».

– Дай угадаю. Удивлена, правда! ― улыбка тронула его губы. ― У тебя куча вопросов. Давай, чтобы твой маленький мозг не взорвался, кое в чем тебя просвещу.

Что-то в его взгляде меня пугало, я сделала шаг назад.

– Надеюсь, отец тебе рассказал о твоей матери и что с ней случилось. Рассказал, как он зверски убил любовника жены? ― я молча кивнула, а его глаза налились кровью. ― Так вот, любовник его жены был близкий друг, с которым с малых лет дружил. Возможно, в это сложно поверить…

– Ближе к делу, ― перебила Патрика, чем только больше разозлила его.

– Твоя мать была та еще шлюха, ― он был зол, о чем говорила пульсирующая вена на виске. ― Она соблазнила моего отца, сделав своим любовником. Твоя мать разрушила нашу семью, и ты искупишь за неё грехи!

– Какого черта? – и тут меня накрыл приступ кашля.

– И твой отец поплатиться за убийство.

– Ты совсем больной на голову, ― откашлявшись, рявкнула я.

– Побереги силы для церемонии. Сейчас ты мне нужна живой. Сделаешь напоследок королём, ― откинув стопку писем, он встал из-за стола и медленно приблизился ко мне.

Я забыла, как дышать, и просто стояла столбом и смотрела на него, медленно скользя взглядом по мерзкому лицу.

– Потом сдохнешь, как и твой отец, ― и вдруг меня, как шкодливого котёнка, Патрик грубо схватил за волосы.

– Да пошёл ты к дьяволу! ― посмотрела я на него с вызовом и плюнула в лицо.

Глава 30

― Зря ты так сделала, ― его глаза зверски сверкнули, он поднял кулак и зарядил мне по лицу. Комната поплыла перед глазами, мир померк, и я потеряла сознание.

– Приведи её в чувство. Живо! ― заорал знакомый голос сквозь пелену.

Едва ли успела открыть глаза, как меня окатили водой. У меня перехватило дыхание, тело бросило в холодный жар, а зубы начали выстукивать дробь.

Незнакомый амбал склонился к моему лицу, и я зло встретилась с его глазами.

Его лицо было полно яда.

«А он-то чем недоволен?» ― подумала я.

– Чего развалилась? Вставай! ― в нос ударил тошнотворный запах из его рта.

Меня чуть не вывернуло наизнанку. Выдохнула, встала, расправила плечи и оглядела комнату.

В дальнем углу от страха вжимался в стену священник, прижимая, словно защиту, Библию. Еще двое незнакомцев стояли возле двери, кидая косые взгляды. Возле письменного стола стоял Патрик, готовил какие-то бумаги.

Сама я сейчас выглядела ничем не лучше священника. Внутри все тряслось от страха, а зубы выбивали дробь, как барабан перед исполнением смертельного номера.

Собачий холод.

Снова закашлялась, боль стрельнула в голову, пробежала по спине и остановилась где-то у ног.

– Начинаем, ― по взмаху руки амбалы подтащили священника. Так же поступили и со мной. Здоровяк взял меня за шкирку, как котенка, и понёс (не поволок, а именно понёс) к Патрику.

«А настоящее ли это его имя?»

– Я сама могу идти, ― отпихнула руку амбала. ― Ты за это заплатишь, ― теперь я обращалась к своему бывшему коллеге.

Коллега?

Мне аж засмеяться хотелось. Он работал со мной, помогал дельными советами, но как? Он что, тоже какой-то магической способностью обладает?

Патрик разразился смехом.

– Интересно, как? ― не успокаивался он, потом его взгляд стал жестким. ― Заставлю смотреть, как мучительно долго будет подыхать твой отец. А когда он сдохнет, придет и твой черед, ― последние слова он выплюнул мне в лицо. Капля слюны стекала из угла его рта.

– Да ты просто больной ублюдок, ― вырвалось у меня.

– Больной ненавистью, мщением ― да. Но не ублюдок, ― он вдруг завращал безумными глазами и кинулся на меня, схватив за горло.

– Ты тоже наделен магией? ― он разжал руки, и я с шумом втянула воздух.

– Магией? ― он заразился смехом. ― Нет, ею я не обладаю, но мне помогали. Везде нужно иметь свои уши, ― Патрик подал знак, и в зал втолкнули мою служанку.

– Мэри, ― я распахнула рот от удивления. Патрик глядел на нас и самодовольно улыбался.

Она поникла головой и тихо зарыдала.

– Заткни её, ― грубые мужские руки запихнули в рот Мэри кляп и отбросили ее в угол.

Я знала, что она всего лишь еще одна пешка в его руках. В коварных делах.

– Начинай, ― заорал Патрик, и священник трясущими руками зашарил по страницам.

– Не понятно одно, ― решила я потянуть время. ― Как ты нашел меня? ― Патрик явно ждал этого вопроса.

– Я думал, ты не спросишь, ― с довольной рожей он снова махнул амбалу.

Дверь со скрипом открылась, и в комнату вошла полная пожилая женщина в грязном темно-синем платье. На лице её были страх и ненависть, а еще узкие, плотно сжатые губы и выразительные зеленые глаза. Заметив меня, брови у женщины от удивления поползли вверх, а Патрик внезапно рассмеялся, складывая руки на груди.

– Бриана… Бри, мне так жаль, ― из глаз женщины брызнули слезы.

Теперь мой черед удивляться.

– Ты пожалеешь, мерзавец! ― гневно сверкнула глазами женщина, и в её рот тут же засунули кляп и со связанными руками швырнули в угол, где сидела Мэри.

– Она все двадцать семь лет знала, где ты находишься. Она не сделала никаких попыток вернуть тебя к отцу, ― выплюнул Патрик в мой адрес. ― Это она отправила меня в твой мир, облачив меня докторишкой. Возможно, перед смертью я дам тебе попрощаться со своей старухой, ― снова этот ужасный смех взорвался в комнате, а по телу пробежали мурашки.

Боже, это про неё мне отец говорил. Словно во сне это со мной все происходит.

Надо что-то делать.

«Сара, думай, наконец, думай…»

Вспомнив слова, Сильвии я обрадовалась и тут же приуныла, так как моя задумка не сработала.

«Ну, как же ею воспользоваться, ― ругала я себя. ― Как возродить в себе магию?.. Дарек, помоги».

Ледяной страх окутал меня, словно черным одеялом. Нервно сглотнула и подпрыгнула, когда Патрик снова рявкнул, обращаясь к священнику.

Раскрыв книгу, тот начал читать клятвы, а я, прикрыв глаза, стала молиться.

Все внутри противилось тому, чтобы двигаться в нужном направлении. Я не чувствовала ничего, за исключением того, как под рукавом атласного платья жгло запястье.

А что, если, направить свой гнев и представить в руке огненный шар. Такой, как появлялся у мага.

Дарек!

Не время думать о нем, не сейчас… Нужно сконцентрироваться… Нужно… Я должна справиться, должна остановить весь этот спектакль, должна спасти Мэри и свою бабушку, во что бы то не стало.

Ради них, я готова на все.

Я чувствовала давящую силу под кожей. Она словно обволакивала меня, горячая, будто лава, растекалась по телу. Да, это была магия. Сердце колотилось так сильно, что искренне боялась, что оно вот-вот исчезнет. Уловила тоненькую ниточку и потянулась за ней.

В руке начало чувствоваться тепло, и взглянув на ладонь, увидела небольшой шанс на выживание.

«Получилось!»

Кажется, священник заметил в моей руке огонек, но я быстро показала ему взглядом, что все хорошо.

– Чего молчишь? ― меня снова схватили за волосы. ― Не получится отвертеться, ― и еще сильнее потянули так, что невольно пискнула, а из глаз покатилась слеза. ― Ты согласна! ― заорал Патрик, ― ведь так, любимая?

Меня передёрнуло, лицо скривилось в гримасе отвращения.

– Катись к дьяволу, ― прокричала я и направила свой огненный шар прямо в его физиономию.

Нужно было видеть эти удивленные глаза.

«Не нужно было злить меня, не нужно».

Ведь еще никто не знает, на что способна злая ведьма, питающая силы от любимого.

Патрик, или как там его настоящее имя, взвыл от боли. Его голос сорвался на крик.

Пламя пожирало его кожу и вгрызалось в плоть, глубоко, до самых костей. Оно окутало его голову, извиваясь на нём, мучительно уничтожая.

На секунду все охренели от происходящего, в том числе и я. Но бой не закончился. Повернувшись на шум, поняла, что влипла по полной. Я пыталась сосредоточиться на новой магии, но ни черта не получалось. Священник, пискнув, кинулся в другой угол и, вжавшись в стену, прикрыл глаза и стал произносить молитвы.

Неприлично ругаюсь матом.

Раздаётся треск рвущейся одежды, а это означало лишь одно: оборотни. Они превращаются в оборотней.

С ужасом смотрю на происходящее и не верю своим глазам. Это снова повторяется со мной. Снова возвращаюсь в тот день, когда надо мной возвышался маркиз в образе оборотня. И только сейчас до меня дошло, что на балу его, черт возьми, не было.

Неужели, и он с этим как-то связан? Я нервно сглотнула.

На трех амбалах появилась обильная волосатость, лица удлинились, приобретая хищные и звериные черты. Мой взгляд тут же упал на руки.

Кошмар повторялся.

Пальцы на руках странным образом меняли свою форму, удлинялись ногти, превращаясь в острые смертоносные когти.

Дверь распахнулась, и в комнату влетела еще дюжина Фредди Крюгеров.

– Чего вы ждете? Убить их всех! ― заорал Патрик из последних сил и, заскулив, упал на пол.

Один из них двинулся в мою сторону и, издав звериный рык, обнажил острые зубы. Обильная слюна из пасти чудовища закапала на каменный пол.

Стала медленно продвигаться в угол, где находились женщины, и молилась, чтобы случилось чудо.

«Ну, огонечек, миленький, появись в руке». Я с силой сжимала кулак, но все без толку.

Не успела отойти на метр, как меня снова схватили за платье и с силой дернули назад. Надо мной нависало жуткое чудовище. Страшно было ― не передать словами. Но нужно было биться. Мне не хотелось сейчас умирать, вот так. Собрав всю свою силу и смелость, гневно сверкнув глазами, я решительно врезала ногами оборотню промеж ног. Оборотень издал какой-то странный рык, но тут другие кинулись в сторону женщин и священника.

«Нет, нет, нет».

Встала на ноги и кинулась в сторону Мэри и бабушки. Знала, что оборотням не составит труда разорвать их на части, да и меня. Но адреналин шарахал по венам так, что я не соображала, что делала.

Оборотень поднес лапу с оттопыренными острыми когтями к шее Мэри, другой, взяв в лапы бабушку, взвыл и замахнулся острыми когтями над её головой.

– Нет! ― во все горло крикнула я.

Из-за стука бьющегося от страха сердца, который слышала в ушах, не сразу поняла, что начало происходить.

Меня откинуло какой-то волной на несколько футов, и я врезалась в стену и упала на пол, боясь дышать и пошевелиться.

Оборотни завыли, обнажая когти, и резко повернулись к двери. Словно в тумане пыталась разглядеть, что происходит.

Дарек!

Он стоял во главе солдат, разъяренный, от него исходила такая магия, словно я, бога грома увидела. Только вместо молний трещала огненная магия. Рядом с Дареком возник другой оборотень, и стоило мне взглянуть в его звериные глаза, стало понятно, что это был маркиз Уоллес.

В ушах загудело так, будто перфоратор в голове включили. Бой начался внезапно и так же закончился для меня. Пелена окутала мои глаза, я перестала дышать, и закрыла глаза.

Эпилог) ХЭ

Пять лет спустя

– А что было дальше, ― сын не выдержал и первым задал вопрос.

Я оторвалась от книжки, которая лежала на коленях и подняла взгляд на детей. Два ангельских личика с глазами, жаждущими продолжения, смотрели на меня, разинув рот.

– Мама, что стало с принцессой? ― заерзала дочь под одеялом.

Ну, нетерпение ей, точно, досталось от меня.

– Она умерла? ― добавила маленькая принцесса с полными слез глазами.

– Ну, не начинай! ― завопил брат. ― Что ты вечно нюни свои распускаешь.

Дочь, вытерев слёзы, продемонстрировала брату длинный язык.

Так, это надо прекращать.

– Офелия, Генри, так не подобает вести себя принцу и принцессе. Где ваши манеры?

– Прости нас, мам, ― извинился Генри.

– Так ты нам расскажешь, что было дальше? ― Офелия умирала от любопытства.

Сейчас, глядя на своих детей, можно было видеть маленькие копии самого себя. Глядя на Офелию, в её серые глаза, радужка которых поблескивала магией, отпадали все сомнений, что она не копия своего отца. Генри у нас тоже походил чем-то на отца, виднелись даже черты деда, но глаза были моими. Магия в сыне тоже присутствовала, даже больше, чем в дочери.

Впервые магия в нем проснулась в два года, когда он играл на поляне, а к нему подползла змея. Он создал защитный шар вокруг себя и сестры и одним лишь взглядом пропалил дыру в гадюке.

У Офелии магия проявилась год назад, когда она спасала бездомного котёнка от стаи бродячих собак. Котенку повезло, а вот… Брр. Вспоминать не хочется.

– Бой был неравный, но победило добро, ― продолжила я. ― Вскоре король поженил принцессу с герцогом. Бабушку принцессы, после всех гуляний, отправили к себе домой. Но она приезжала на все королевские праздники и простила отца принцессы. Служанку принцесса пожалела и приняла работать у себя в замке. Вскоре отец Брианы отдал корону и все полномочия герцогу, сделав его королём, а его дочь ― королевой. Через девять месяцев после коронации у принцессы, вернее уже королевы, родились двое близнецов, таких, как вы у меня, и все стали жить долго и счастливо. Конец!

– Так и знала, что все будет хорошо! ― завизжала Офелия.

– Конечно. Я и не сомневался, ― гордо провозгласил Генри, откладывая на столик своего солдатика.

Чмокнув в щечки детей, убрала в стол книгу, которую сама написала, и, пожелав спокойной ночи, закрыла дверь и пошла в свои покои.

Зайдя в комнату и не застав Дарека, я разочарованно выдохнула и села возле туалетного столика. Сняла все украшения и корону и принялась расстегивать платье.

– Так на чем мы остановились полчаса назад? ― словно из ниоткуда появился Дарек. В его взгляде горел опасный огонёк.

– Кажется, ты меня целовал, ― замурлыкала я и обняла своего короля.

– Хм… вроде, я остановился вот тут, ― и накрыл мои губы своими.

Меня трясло, словно в лихорадке. Страсть окутала нас, и мы поддались соблазну. Мой язык скользнул между его губ. Продолжая целовать, он стал срывать с меня платье. Я запустила руки в его волосы и потянула на себя. Напор поцелуя усилился. Жар растекался по всему телу, меня охватило неистовое желание, испарина покрыла лоб, дыхание стало прерывистым, мне не хватало воздуха.

– Я люблю тебя, Сара, ― еле слышные слова скользнули по моим губам.

– И я тебя, мой спаситель, ― и снова впилась в его губы.