Текст книги "Месть Елизаветы (СИ)"

Автор книги: Екатерина Бакулина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

ГЛАВА 14. Беспросветная дурь

– Видишь меня? Понимаешь? Кивни.

Люк с трудом продрал глаза.

На него смотрел Фредо Мезарос, с выражением крайнего презрения на лице. Вот и славненько.

Люк кивнул.

– И так мозгов нет, – буркнул Мезарос. – Решил последние спалить? Чтобы наверняка?

– Так вышло, – буркнул Люк, и вышло не очень внятно. Голова не болела, но ощущения были очень странные, словно мозги выковыряли и набили соломой. Мысли не ворочались.

Нет, он что-то помнил… У него получилось. Только все равно задело ударом, но до машины он как-то добрался. И накрыло уже потом. Потом – не страшно.

– Так-так, давай, тест на речевые центры, – строго велел Мезарос. – Повторяй за мной, так четко, как можешь: «Я, Люк Эванс, полный придурок, и в следующий раз меня лечить никто не будет».

– Ты уже сто раз это говорил, – фыркнул Люк. На этот раз слова давались получше.

– Повтори.

– Я, Люк Эванс, полный придурок, и в следующий раз меня лечить никто не будет.

– Ага, – согласился Мезарос. – Ничего. Теперь я скажу мысленно. Проверим твои ментальные способности. Не накрылись?

«Девочка у меня красотка, и сиськи у нее – то, что надо!»

Девочка. Лиз. Люк приподнялся, огляделся.

Лиз сидела на табуретке у двери, бледная и очень собранная.

– Пошел ты Фредо, – возмутился Люк. – Я не буду это повторять.

– А ничего, – согласился Мезарос. – Не все мозги поплавило, что-то осталось. Давай двигательные функции теперь проверим. Руки перед собой вытяни.

Люк вытянул. Левая заметно дрожала, но слушалась.

– Пальцы сожми-разожми, – велел Мезарос.

Люк сделал.

– Закрой глаза, до носа дотронься правой, потом левой.

Левой у Люка вышло чуть хуже, но вышло. Он даже сам с облегчением выдохнул.

– Что? Рад? Сам не ожидал, что так легко отделаешься? Синяками и легким испугом. Рука скоро в норму придет, это мы починим. Только хоть пару дней спокойно полежи.

– Это вряд ли, – вздохнул Люк. Пара дней это слишком много. – Мне бы еще ногу починили…

Вздохнул снова.

– С ногой – это не ко мне, – пожал плечами Мезарос. – Сам понимаешь. С ногой ко мне поздновато обращаться. Ладно, отдыхай. Сейчас к тебе начальство пришлю.

Полковник Йозеф Ковальчик никогда не повышал голос, но отчитывал так, что даже Люка пронимало до печенок. Впрочем, это не мешало Люку все равно поступать по-своему.

Полковник тоже был неплохим менталистом. Похуже Люка, но все равно на такой работе без этого никак. Конечно, на подчиненных ментально никогда не давил, да это и запрещено уставом. А если и давил, то так хитро, что потом предъявить было нечего.

Он зашел сразу, как вышел Мезарос, видимо ждал в коридоре. С врачами даже полковник не спорил.

– Ну, рассказывай, – велел мрачно.

Люк рассказал.

И по мере того, как рассказывал, полковник мрачнел все больше.

– То есть ты говоришь, что нашел бар, где вербовали солдат, и просто взял и увел оттуда девчонку? То есть теперь они знают, что их нашли и раскрыли, могут подыскать другое место. Поменять планы. А ты толком не знаешь ничего? Кто хозяин?

Люк покачал головой.

– Елизавета с ними очень давно, она наверняка много знает.

– Наверняка? И что из этого она может рассказать? Все под блоками. Что предлагаешь, гвоздь ей в затылок загнать?

Люка даже на месте подбросило.

– Да как…

– Тихо! – шикнул полковник. – Мозги, Эванс, я смотрю, у тебя давно погорели? Виткевичу я ее сдам, пусть аккуратно все вскрывает. Думаю, хоть в этом ты прав, в ее головке мы много интересного сможем найти, – глянул на Лиз. – А тебя самого я отстраню. Скажи спасибо, что под трибунал не отдам, за срыв работы. Отдыхай. Как оклемаешься немного, своди Хелену на танцы, она давно уже страдает. Нянька из тебя хорошая, а вот следователь хреновый, инициативный не в меру, и вся эта инициатива не от мозгов, а из другого места. Девочка симпатичная, конечно, я все понять могу, но не забывай, где ты служишь. И если дело пострадает от твоей дури, отправишься на рудники. Интересы и безопасность короны куда важнее, чем она. А если ты про это решил забыть, то я сдам тебя обратно, туда, откуда забрал. Никакие твои заслуги не помогут. Все понял?

– Так точно, – буркнул Люк.

– А вы, баронесса, идемте со мной, – полковник кивнул Елизавете.

Лиз встала.

Люк тоже попытался было вскочить на ноги, но ни костыля, ни деревянной ноги не было.

– Я тоже пойду, – все равно твердо сказал он.

– Да? – удивился полковник. – И как ты пойдешь? Мезарос велел тебе лежать. Вот и лежи. Ты свое дело сделал, дальше разберемся без тебя.

– Я должен знать, о чем вы будете с ней говорить!

– Не должен. Костыль твой у Мезароса, вернет, когда я разрешу. А пока будешь сидеть и не дергаться.

И направился было уже к двери, чуть приоткрытой. Но Люк со всей дури дверь захлопнул. Хотел было даже шкаф придвинуть, но побоялся, что резко дернуть шкаф у него сил не хватит, да еще и в шкафу что-нибудь разобьет. И так свою позицию обозначил.

Полковник оглянулся на него, дернул за ручку. Дверь не открывалась, Люк прижимал сильно. Конечно, баловаться магией в Управлении – идея так себе, но сейчас ничего лучше Люк сделать не мог.

– Дверь открой, Эванс! – рявкнул полковник. – Что ты себе позволяешь?!

– Я пойду с вами.

Полковник смерил его взглядом.

– Разве я тебя держу? Иди. Как пойдешь – не моя забота. Но учти, эту выходку я тебе зачту тоже. Открой дверь.

Люк с трудом выдохнул. И еще раз.

Так он точно ничего не добьется.

Потянул дверь на себя, чуть приоткрыв. Идите, полковник.

Тот кивнул Лиз.

Она все это время молчала, только глядела испуганно. Вряд ли понимала, чего ей дальше стоит ожидать. Люк и сам не понимал, но очень хотел знать.

Отпустить ее, пусть идет?

Когда Лиз с полковником скрылись за дверью, Люк зарычал сквозь зубы. Схватил подушку с кровати, швырнул. Потом еще кружку, стоящую рядом на тумбочке. Вдребезги.

И что ему оставалось делать теперь?

Идти он не мог.

Что? Ползти на четвереньках?

От этого ярость поднималась внутри волной.

С другой стороны, полковника Люк понимал, понимал причины, по которым тот злится. Все основания были, Люк себя как дурак повел. Неправильно с точки зрения его работы, но вот как человек… Вернуть все, и Люк поступил бы так же.

Спокойно.

На самом деле, кабинет Виткевича всего лишь этажом выше, тут не так уж далеко. Не в другое здание бежать. Не через полгорода. Но от одной мысли…

Зачем это ему? С другой стороны… Что он может сделать? Или помешать? Не съедят же ее там. Уж хуже того, что с ней было – уже не будет.

И все же, он должен знать. Ему нужно.

А раз так…

Люк заскрипел зубами. Раз так, он как-нибудь доберется на следующий этаж.

* * *

Когда открылась дверь, Лиз не сразу поняла, что происходит.

Вначале ей показалось – за дверью никого. И только потом поняла, что Люк… Он же ведь Люк? Стоит на коленях в коридоре. И даже не на коленях. На четвереньки встает и заползает в кабинет.

– Доброго дня, мастер Виткевич! – как ни в чем ни бывало говорит он. – Я решил заглянуть тоже.

Маг хмыкнул, снисходительно, но понимающе.

– Да проходите.

И Люк плюхнулся на пол у двери, прислонившись к стене спиной. Красный весь, капельки пота на висках. И отчаянно-самодовольная улыбка.

Люк Эванс.

Он что, приполз сюда так? На четвереньках? Через все здание, по лестнице со второго на третий этаж?

Зачем?

Она ведь не безразлична ему, это Лиз видела отлично. Способности у нее, конечно, не слишком большие, но это даже она видит. И никакие задания тут ни причем.

Только что между ними было?

Воспоминания висели рваными клочьями. Что-то Лиз помнила, что-то ей успели объяснить. Майор службы безопасности. Она смутно помнила, как он вез ее на машине, как кормил сэндвичами. Только волосы были темнее и не было бороды. Или она неправильно помнит? Но в остальном – это его настоящее лицо. А еще, кажется, он занимается охраной принцессы, только с принцессой выглядит лет на двадцать старше. Или это не он?

Она все вспомнит. Разберется в своих воспоминаниях.

Он ведь уже предлагал ей помощь, но она отказалась. Не захотела помощи короны.

И то, старое, страшное, до сих пор проступало где-то на краю сознания. Огонь. Ее дом в огне. Ее родители погибли, и… Это все по приказу короля? Принц Штефан поднимает руки, огонь срывается с пальцев… Что произошло?

Сейчас Лиз уже ни в чем не была уверена.

Сможет ли быть уверена потом?

Вот этот самый мастер-менталист сказал, что снять блок с недавних воспоминаний – совсем не сложно, и это он сделает прямо сейчас. С остальным будет сложнее, на это уйдет не один день. Да, были и другие воспоминания, и другие блоки. Старые, детские, которые так просто не открыть, на которых стоит защита, и если просто взять и попытаться защиту сломать, то это может убить. Что-то серьезное там, в этих воспоминаниях, было. Причем укрыто слоями, и чтобы добраться до нижних – надо вскрыть все.

Скрыто столько, что Лиз даже не могла понять, кто она на самом деле. Какой была ее жизнь. Что правда, а что ложь?

Но последние воспоминания – почти прорываются сами, как-то рвано… Она не хотела помощи, но сейчас даже рада.

И тут как раз вошел Люк.

– Хотите посмотреть, мастер Эванс? – спросил Виткевич. – Что ж, посмотрите, только не мешайте. А знаете, у леди Елизаветы очень высокий ментальный потенциал. Даже притом, что не развивался как надо, наоборот, блокировался. Но если открыть – она будет в разы сильнее вас. Впрочем, у вас потенциал весьма средненький, как в ментальной, так и в боевой магии. Не знаю, чем вы берете… Упрямством, вероятно, – он усмехнулся.

Да, упрямства тут было не занимать. Это даже Лиз понимала.

Полковник Ковальчик сидел на краешке стола, сложив на груди руки, наблюдая.

– Везло ему до сих пор, – хмуро бросил он. – Но все рано или поздно заканчивается.

Люк только ухмыльнулся.

– Сейчас верхний блок с последних воспоминаний сниму, – сказал Виткевич. – Верхний простой, без защиты. В голову, конечно, ударит, болеть будет. И шум в ушах. Но ничего страшного, это стандартная отдача. Через пару часов успокоится. Вы готовы, баронесса?

Баронесса? Она действительно баронесса? Только что она мыла посуду в баре, руки до сих пор сухие и красные, немного горят. Как это возможно?

– Готова, – сказала она.

– Закройте глаза.

А Люк сидел у стены и наблюдал внимательно, но было видно, что не этот блок и не эти воспоминания его интересуют. Там что-то еще.

Она сидела на табуретке, сложив на коленях руки, выпрямившись.

Виткевич подошел, положил руки на виски.

Ощущения были немного болезненные, но в целом на удивление привычные. Словно пальцы сжимают голову… словно она проваливается и летит… куда-то в бездну. Бесконечно. Кружится голова, и сама она кружится, перед ней все меняется в странном танце… люди, места… А потом словно ее со всей силы дергают за волосы. Резко. И тут же звон в ушах.

– Ой…

Она, кажется, вскрикнула.

– Все хорошо, баронесса, – спокойно говорит Виткевич. – Сейчас вы все вспомните. Расслабьтесь. Немного посидите с закрытыми глазами. Как начнет возвращаться, расскажите о себе. Кто вы и чем занимаетесь?

Это было так странно. Словно р-раз и открылась дверь.

Головокружение.

И многое вдруг встает на свои места. И становится страшно – как это могло произойти? Все события последних дней… Как это? Почему с ней обошлись так?

Потому что она предупредила Мартина, и Вацлав был недоволен.

Мартин…

– Что ж, мастер Эванс, – в голосе мага-менталиста Виткевича отчетливо слышна усмешка. – Теперь я лучше понимаю ваше рвение. Да-а… понимаю.

Он все видел. Это ужасно, на самом деле, стыдно… и хочется прикрыться, словно она голая. Слишком личное. Но Лиз знает, что это только ее воспоминания, только то, что она видела. А те ее ощущения и мысли сейчас никто не прочтет. Это возможно технически, но совсем не так просто и не так быстро. Менталист просто видел, он не лез глубоко. Ее и… Мартина?

– Это не ваше дело! – Люк пытается вскочить на ноги, но не может сейчас. Впрочем, встать он, наверно, сможет, держась за стену, но что дальше?

Он понимает. И сейчас, наверно, чувствует то же, что и Лиз.

Мартин… да… капитан. Такой симпатичный парень, Лиз познакомилась с ним на балу… Это ведь Люк тоже? Да, это он. Значит, он с самого начала все знал. И он тоже, по своему, играл с ней в свои игры.

Его поцелуи на губах…

Теперь это видели все. И хочется провалиться сквозь землю. Это ужасно… Да, ничего личного не останется ей. И раньше не было – Вацлав тоже смотрел. А теперь – вот этот…

Но Лиз согласилась сама. Она отлично понимает, где находится. И что эти люди ломают блоки в ее сознании не для ее счастья, а для того, чтобы знать. Это их работа.

И все равно она словно голая стоит перед ними. Это страшно.

Губы дрожат.

Но без этого ей самой не разобраться кто она.

Мартин…

– Ты смог выбраться? – тихо спросила она, едва слышно. Все понимала, но было немного страшно, что это слышат посторонние. – Прости… Это из-за меня…

– Ты же меня предупредила. Так что я успел, – сказал он, и перевернулся, встал на колени. – Лиз, все хорошо.

Подполз к ней, ничуть не смущаясь, сел рядом на пол. Взял ее за руку.

– Все хорошо, – сказал снова.

– Почему ты помогаешь мне?

– Не знаю, – он пожал плечами. – Почему нет?

И улыбнулся, легко и искренне. Руки у него теплые… хотя и грязные немного, он тут по полу ползал. Но это не страшно.

Он смотрит ей в глаза.

Она не одна. И уже от этого хочется расплакаться.

– Ну что, идем дальше? – Виткевич деловито потер руки. – Там есть довольно свежий блок с хорошей защитой. Думаю, как раз то, что может быть нам интересно, вероятно что-то актуальное. На самом деле, блоков на вас, баронесса, на неделю работы, но сейчас, думаю, будет разумно взяться за этот. Готовы продолжить? Не слишком голова кружится?

– Готова, – сказала она.

Чем быстрее они закончат, тем лучше. Даже если сегодня только начало, все равно, надо сделать как можно больше.

– Отлично! Мастер Эванс, нам нужен доброволец, чтобы разрядить блок.

Люк даже вздрогнул.

Ему сегодня уже один раз досталось…

– Да не бойтесь, я аккуратно, не так, как вы, – усмехнулся Виткевич. – Я в землю отведу, сам щиты настрою, но мне нужен живой проводник. Кого еще? Полковник вряд ли согласится, да и его мозги я бы пожалел…

– А у меня все равно мозгов нет, терять нечего, – фыркнул Люк.

– Именно, – совершенно серьезно согласился он. – Готовы? Полковник, будьте добры, выкрутите лампочки, а то, боюсь, разорвет… Спасибо. Баронесса, закройте глаза и дышите ровнее.

ГЛАВА 15. Воспоминания

– Вот сюда, проходи.

Люк привел ее к себе.

Чуть-чуть смущаясь, стараясь не показывать этого, но Лиз чувствовала.

Подобрал с дивана рубашку и, вроде, носки, потащил в спальню куда-то прятать.

Крошечные апартаменты в дворцовом флигеле. Крошечная гостиная, она же прихожая, где стоял старый диван и журнальный столик. Крошечная спальня, где помещалась только кровать и высокий шкаф. Крошечная кухонька. Впрочем, на кухне здесь явно готовили не так уж редко, была небольшая газовая плита, кастрюльки, сковородка. Да и в целом, в отличие от квартиры Мартина, здесь явно жили. Вещи разбросаны. Не грязь еще, но легкий жилой беспорядок.

– Прости, – Люк вздохнул, пожал плечами. – Вот как есть… Я сюда обычно только спать прихожу.

– «Да и то не всегда»? – улыбнулась Лиз.

Люк сначала не понял, потом заулыбался тоже.

– Не всегда, – согласился он. – Разное бывает. Но в реальной жизни на развлечения у меня как-то времени совсем мало. И, думаю, понятно, что сюда я девушек не вожу.

Чуть-чуть неловко. Но да, глядя по сторонам становится понятно, что девушек тут не бывает.

А Лиз он привел. Но сейчас это совсем другое.

И они оба едва на ногах держатся.

– Боюсь повторяться, но у меня бутылка вина есть, – сказал Люк. – После ментального воздействия хорошо идет, даже полезно, помогает расслабиться. Хочешь?

– Тогда я сразу усну.

– Так и спи, – пожал плечами он. – А поужинать хочешь? Не могу обещать многого, но были яйца, можно пожарить, копченая колбаса, немного сыра и кекс с изюмом с королевской кухни.

Совсем ночь на дворе.

– Наверно, только спать сейчас…

– Хорошо. Знаешь что, давай сделаем так, – сказал он. – Ты спи на кровати, а я тут на диване посплю. Садись пока. Вино я все же открою. Немного.

Диван был маленький и узкий. Здесь удобно сидеть, но вот спать – как-то сомнительно.

Смешно. Они уже спали вместе. Но это было иначе. Тогда оба притворялись? А теперь все по-настоящему. И к новому положению надо привыкнуть и осознать. Дело даже не в смущении и уж тем более не в приличиях. Просто нужно время.

Хотелось его обнять, уткнуться ему в шею… В этом не было никакой магии. Просто после всего Лиз вдруг казалось – он единственный человек, которому она может доверять. Может быть, это ошибочно… иллюзия… И даже ему не на все сто может, он все же менталист и у него свои цели. Но ему – куда больше других. Просто так. С ним спокойно. Наверно впервые за столько лет она чувствовала, что есть человек, который с ней. За нее. Который будет с ней рядом, что бы ни случилось. Не то, чтобы «пока смерть не разлучит», но вот сейчас – будет точно. Именно сейчас, когда она нуждается в нем. В поддержке. Это было так удивительно. И тепло.

Лиз предлагали приготовить комнатку во дворце, но Люк предложил к нему, и она согласилась. Так лучше. Ей было бы страшно сейчас одной. А что про нее подумают – уже давно не важно. С ней с самого начала все не так. Она даже перестала понимать – кто она на самом деле.

А Люку отдали костыли, так что дойти он смог сам.

И, между прочим, мастер Виткевич все действительно сделал аккуратно. Люка тоже задело разрядом, но совсем немного. Это хорошо, а то Лиз волновалась. Потому что лампочки, даже выкрученные и лежащие на столе – вспыхнули разом, ослепляя.

Узнали ли что-то новое? Лиз сложно сказать.

В памяти проявились какие-то разговоры о юбилеи коронации. Какой-то человек приходил. Темно синий костюм в тонкую полоску. Его лицо Лиз не видела, наверняка магия для отвода глаз. Видела дорогие часы… запонки с гравировкой… Птица? Сокол или орел, раскинувший крылья. Кому могли принадлежать эти запонки Лиз сказать не могла. И полковник Ковальчик не мог, хотя у него явно загорелись глаза, он собирался проверить. Но сам он сказал, что даже это – посредник все равно. Серьезный посредник. Но, судя по уровню – не заказчик. Нужно смотреть выше. Еще какие-то детали, мелочи, которые заинтересовали полковника, но Лиз не могла в них ничего уловить.

У Люка из носа текла кровь. Но он только фыркнул, отмахнулся. Вот именно это сейчас он делал не для Лиз, а в интересах следствия. Это его работа. Все нормально.

И хватит на сегодня, а то кто-нибудь из них точно не выдержит. Да и поздно совсем. Нужно отдохнуть. А завтра Виткевич продолжит сковыривать слои блоков.

Люк принес бокалы, вино, поставил на столик. Потом еще какой-то кекс с изюмом, сказал – это с королевской кухни, его обычно кормят тоже, нужно только предупредить, что обедает дома.

Сел рядом.

С разговорами не выходило толком, все силы закончились, сейчас хотелось просто закрыть глаза и расслабиться.

Вино было отличным.

– Что со мной будет дальше? – спросила Лиз. Поняла, что это все равно не даст ей покоя.

Люк заметно нахмурился, потер подбородок.

Интересно, что волосы и борода у него крашенные, осветленные. Свои действительно темнее, и вот, на подбородке, сейчас уже отчетливо пробиваются. Немного маскировки? Если можно обойтись без магии, то всегда лучше без нее, надежнее. Забавно…

– Я думаю, мы со всем разберемся, и ты спокойно вернешься домой. Ты ведь баронесса все равно, вдова, у твоего мужа и дом и земли, и это все твое по закону.

Баронесса…

– И мне все вернут?

– Почему нет? – удивился он.

– Не знаю, – пожала плечами Лиз. – Я, наверно, уже перестала понимать, кто я на самом деле. Все то, что случилось со мной… Не знаю, как быть с этим. Нужно как-то привыкать.

– Сейчас главное вытащить тебя из-под контроля и всех ментальных зацепок. А потом, думаю, ты и сама разберешься. Ты помнишь, как попала к ним?

Кольнуло. Словно она на допросе. Это простой интерес, конечно, но не стоит забывать, кто Люк. Это его работа.

Поджала губы.

– Не говори, – сказал он. – Все нормально. Потом все встанет на свои места. Хочешь, я расскажу что-нибудь?

Улыбнулся.

Наверно, хочет.

– Расскажи, как ты сам на эту работу попал. И с принцессой… как вышло, что ты… Я ведь все правильно поняла, ты охраняешь ее?

– Да, – он улыбнулся снова. – С принцессой случайно вышло. И тут, Штефан, думаю, прав, я не столько охраняю Хелену, сколько мир от нее. Она хорошая девочка, но кровь слишком сильна и ей с этим иногда сложно справиться. А тогда я оказался неподалеку во время очередного ее срыва, успел помочь, – фыркнул с легкой усмешкой. – Тут все просто. У меня три брата и две сестры, я старший. Во всех, нас, конечно, огонь не так силен, как в королевской крови, но есть все равно. И срывы случались, большой опыт. Так что из меня вышла неплохая нянька.

Штефан… при упоминании Штефана что-то дернуло. Но Лиз решила, что сейчас не время. Для начала надо разобраться с собой.

– А как ты в Управлении Безопасности на работу попал?

Хотелось еще спросить, как вышло у него с ногой, но Лиз не решилась.

Люк вдруг нахмурился.

– Наверно, повезло, – сказал он.

Люк боевой маг изначально. Закончил Снервинскую военную академию, неплохие результаты, хотя ничего выдающегося. Именно в магии он вряд ли достиг бы высот, но как армейский офицер – вполне мог бы.

Только вышло так, что они тогда, недавние выпускники, молодые и зеленые, оказались в Ай-Тхоге, где бои часто велись в лесах, по своим правилам. Дикая местная магия. Полудикие племена. Алмазные копи в горах.

Это было даже увлекательно по началу – совсем другой мир и новые впечатления.

Но война не поездка на курорт, и тот юношеский азарт сошел очень быстро. Когда видишь, как рядом умирают люди – не до новых впечатлений. Жара, вечная влажность, мухи… Перебои с продовольствием и боеприпасами. Вечно весь мокрый, липкий, голодный и вымотавшийся, потому что атаки можно ждать в любое время, и в любое время надо бежать проверять сигналки, настраивать ловушки, укреплять стены. Это выматывало.

Но дело не в этом даже.

Там он лишился ноги. Просто удивительно, как жизни не лишился.

С одной стороны – это его вина. Он сопровождал небольшой отряд по лесу, и не заметил засады. Они все попались. Хотя, конечно, когда были разбирательства, его обвинять не стали, он сделал все, что мог, и поставили в вину его руководству, что отправили на такое опасное задание вчерашнего студента, без особого опыта. Нужно было его сначала с кем-то в паре погонять, чтоб обвыкся, а потом уже отпускать одного. А так… У местной магии своя специфика, хорошая маскировка. Люк тогда шел впереди, проверяя дорогу. Он просто не успел понять.

Ловчие лианы метнулись к ним со всех сторон. Люк дрался, как мог, выжег там все, ставил щиты, стараясь защитить людей. Часть отряда успела отступить на безопасное расстояние. Часть не успела.

Люка посчитали погибшим, когда моток лиан опутал его, и все затихло. Вернулись с подмогой через несколько дней. Расчистили. Оказалось, что Люк жив. Без сознания, но жив. По большей части, благодаря своей магии, сила подпитывала его. Еще бы немного, и не успели бы.

Ногу было уже не спасти, ступня и лодыжка раскрошены так, что даже собирать нечего. Поломаны ребра, множественные повреждения внутренних органов. Сделали все, что смогли. Там, в Ай-Тхоге и без Люка хватало раненых.

А Люка потом отправили домой.

Назначили пособие от государства.

Тогда ему, совсем молодому пацану, казалось, что жизнь кончена. Куда ему теперь?

Для боевого мага важна хорошая физическая форма, часто приходится бегать, куда-то лезть. А куда он мог бегать на костылях?

Хреново было так, что хоть в петлю лезь. Он почти собрался…

Ему предлагали, как немного восстановится, подать прошение на какую-нибудь штабную сидячую работу. Лабораторную, теоретическую, что-то всегда можно найти, не обязательно идти на передовую. Но Люку казалось, что все это уже не важно. Прежнего не вернуть, а подачек ему не надо. У него ничего не вышло. Все. Лучше б сдох…

Он начал пить. Сначала немного, просто чтобы заснуть ночью. Потом все больше.

Его пытались вытащить, пытались с работой помочь. Но одно собеседование он проспал, на второе явился сильно нетрезвый, шатаясь, едва соображая, где находится. Больше его не звали.

Боевой маг, не контролирующий себя, может быть очень опасен.

И он полез в драку в каком-то кабаке. Только не кулаками, а огнем шарахнул.

И только по счастливой случайности никто серьезно не пострадал. У троих незначительные ожоги.

Очнулся в больнице, с дыркой от пули в груди. С ним тоже церемониться не стали, благо успели вовремя остановить. «Ты в рубашке родился, парень, – сказали потом. – И сам жив остался, и никого не убил. Если б убил, тебя бы тоже расстреляли».

В рубашке. Такое везение поперек горла вставало.

И все же, именно тогда пришло понимание, что либо он что-то делает с собственной жизнью, либо жить ему не стоит вовсе, потому что опасен для людей. Это надо остановить.

Назначили исправительные работы, мыть посуду в столовую при госпитале, и внушительную сумму нужно было выплатить пострадавшим.

Надо было понять, как жить дальше. И стоит ли вообще.

Проще всего было сдаться, но жить, как назло, очень хотелось. Просто невероятно хотелось жить. Наверно только в тот момент, когда отступать уже некуда – это осознаешь.

Нужно брать себя в руки, искать работу.

Конечно, теперь, после всего случившегося, брать Люка никуда не хотели. Помогать не хотели, насмотрелись на его выходки. И если для одноногого боевого мага найти работу было проблемой, то для одноного мага алкоголика – совсем никаких шансов.

И снова Люку повезло. Он невероятно везучий парень.

Вспомнил, что есть у него некоторые способности к ментальной магии. Не особо выдающиеся, он никогда этим не занимался, никогда не развивал. Но сейчас оказалось как раз кстати. Менталистам обычно не надо никуда бегать. К менталистам часто приходят сами.

Конечно, вот так сходу работу тоже не найти.

Но каким-то чудом удалось устроиться в полицейский участок, сидеть там и регистрировать жалобы сумасшедших старушек, попутно определяя степень их вменяемости. Конечно, далеко не та работа, какой бы Люку хотелось, но в тот момент он был готов на все. Лишь бы взяли.

Зато у него теперь было на что жить. И зачем.

Попутно нашел книги по ментальной магии, начал заниматься.

И сидеть бы на этой работе много лет, но подвернулось дело. Очень странное, на первый взгляд, такое, за какое никто и браться не хотел. Пожилая женщина жаловалась, что у них в округе последнее время дохнут кошки. Так странно… Не травятся, хотя по началу подумали именно так. А словно с ума сходят. Под колеса бросаются, топятся, происходит что-то еще. С одной стороны, кто этих уличных кошек считает? Мало ли, от чего они дохнут. А то, что несколько сразу – совпадение.

Но Люка заинтересовало.

Несколько вечеров после работы и свой выходной потом он ходил по улицам, смотрел на кошек, разговаривал с жителями. На одноногого парня на костылях с полицейским значком странно поглядывали. Но уже тогда он научился ментальными способностями пользоваться, чтобы скорее склонять к сотрудничеству людей, и чтобы лишнего потом не болтали.

Искал и нашел. Паренек, лет двенадцати, у которого ментальные способности прорезались только вот-вот. Он толком и не понимал, как это происходит и почему, но тихо тренировался на кошках. Даже не со зла, а просто пытался, как мог.

Паренька Люк сдал в Управление, пусть там разбираются.

А на него, впервые, начальство обратило внимание. Поржали, конечно – спаситель кошек! Но обратили.

Начали потихоньку включать в работу как менталиста. Хороших специалистов всегда не хватает, а тут есть возможность воспитать своего. Сначала по мелочи, потом дела становились все серьезнее, опыт рос.

Вот когда-то тогда Люк и обзавелся деревянной ногой. Хоть какая, но все удобнее, чем никакой.

Через два года его повысили до капитана. А еще нашли мастера, который изготовил протез, с которым можно было бегать, как с нормальной ногой. Еще не тот, с которым Люк танцевал на балу, но все равно вполне функциональный и надежный.

И да, в первый же вечер он отправился на танцы. Напился на радостях. Так, что с утра его едва смогли в чувства привести и вытолкать на работу.

Правда с тех пор срывов больше не было, очень уж напугала перспектива снова все потерять. Наверно, тогда впервые за долгое время смог выдохнуть и без страха смотреть в будущее. Он сделал это, вылез с самого дна, его карьера идет в гору.

А потом его позвали в Управление. И Люк был бы идиотом, если бы стал отказываться.

С принцессой, да, все вышло случайно. Он просто оказался в нужном месте в нужное время. Успел помочь, остановить. Не испугался, полез под огонь, остановил панику. И им заинтересовались.

Вот тот же Виткевич взялся его учить.

Правда, все ругался, что способностей у Люка с гулькин нос, но упрямство такое, что готов сворачивать горы. На упрямстве и выплыл. Правда горяч не в меру, что часто в деле только мешает. И все же, удача часто на его стороне. Конечно, жизнь припечатала Люка сильно, но потом дала возможность все наверстать.

Хотя, положа руку на сердце, он бы променял всю эту карьеру при дворе на возможность ходить на своих ногах.