Текст книги "Одержимость Сурового (СИ)"
Автор книги: Джулия Ромуш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)
Глава 4.
Накинув на голову капюшон, я выхожу в прихожую. Открываю тумбочку и ищу в ней ключи от подвала. Да, я приняла решение сходить на место встречи. Но не для того, чтобы что-то забрать. А для того, чтобы проверить подстава это или нет. Мне нужно понимать. Я не могу так просто отказаться от перспективы новых документов. Это шанс сбежать. Снова. Звучит бредово? Возможно. Но я сама наворотила дел. Усугубила своё состояние и теперь нахожусь в подвешенном состоянии. Далеко не стабильном эмоционально. Кажется, что всё ещё можно исправить. И принимать какие-то рациональные решения очень сложно.
Через подвал я смогу выбрать незаметно. Там есть небольшое окно, через него вылезу. Костюм чёрный. Меня никто и не заметит. Вернусь по той же схеме обратно и всё.
В этот момент план кажется хорошим. Упустим то, что у меня дрожат от страха руки, и зубы стучат. Я так и не успела в аптеку, чтобы купить свои успокоительные таблетки. А они бы мне сейчас как никогда пригодились.
Спускаюсь на первый этаж. Лифт не использую. По лестнице иду. При этом просматриваю лестничные пролёты. Никого нет. Никаких людей. Может, Суровый ко мне никого и не приставил? Посчитал, что пригрозить достаточно?
Спускаюсь на цокольный этаж, где у нас подвальные помещения. Внутренний голос визжит, чтобы я назад вернулась. Обдумала, как Суровому правду про беременность рассказать. Хороший план продумать. Например, сначала в него транквилизатором пульнуть, а дальше разговоры вести. Вот так у нас точно всё получится. И он молча слушать будет. Наверное.
Захожу в своё подвальное помещение. За собой дверь на ключ закрываю. На всякий случай. А то мало ли... Смотрю на небольшое окошко вверху. Губу закусываю. Прикидываю точно ли я там помещусь. Должна. Вот когда в квартире этот план обдумывала, я в нём почему-то больше уверена была. Сейчас уверенности в адекватности моего поступка мало остаётся.
"Домой. Пошли домой. Обдумаем план примирения. Он же отойдёт. Всего шесть месяцев в тюрьме. Поди отдохнул от дел немного"
Приказываю внутреннему голосу заткнуться. Подставляю несколько коробок, чтобы до окна добраться. Открываю его. На руках подтягиваюсь, пролажу в оконную раму, всё идёт хорошо. Туго, но нормально. Я просачиваюсь. Почти всё получается. Только в самом конце, когда я вся уже на улице вешу, моя штанина за что-то цепляется.
– Чёрт, – шиплю, дёргаюсь.
От того, что активно рыпаюсь вперёд, кожу ноги что-то острое царапает. Я, кажется, за какой-то гвоздь зацепилась. Но эта проблема оказывается не самой важной. Я замираю. Даже не дышу, потому что слышу хруст ветки совсем близко. Мои нервы тут же визжать начинают. Внутри всё стягивается и сжимается.
– Дальше можешь не пыхтеть, – полосует по нервам знакомый голос, – вид и так зачётный, меня устраивает.
Я тут же дёрнуться пытаюсь, шиплю от того, что гвоздь царапает кожу.
Суровый совсем близко. Я вижу носки его туфель. Идеально начищенных.
– Твоя задница всегда мне нравилась, твоя сильная сторона.
В следующий момент я зажмуриваюсь от жалящего шлепка.
– Не смей! – Шиплю.
– Ты там что-то говоришь? Просишь сильнее?
Новый шлепок.
– Ублюдок!
– Не сидится тебе, Алина, на месте, ищешь на задницу приключения. Ну считай, что нашла.
Я снова пытаюсь вырваться, дёргаюсь. Но ситуация вместо того, чтобы разрешиться, только хуже становится.
– Не трогай! Не смей!
Но мои слова для него пустой звук. Суровый лишь продолжает. Его носки туфель из поля зрения пропадают, это потому, что он впритык подходит!
Я так и вешу, ничего не могу сделать. Как сосиска болтаюсь. А этот... Став справа от меня, ногу перекидывает. И я... получается, что между его ног нахожусь. А моя... многострадальная пятая точка... Кошмар! Зажмуриваюсь, конечно, это вряд ли мне поможет, но надеяться никто не запрещал.
– Ты... Ты что... – Визжу, когда он меня ногами фиксирует. Сжимает. Он так близко. А я вешу так неудобно, что... Моя задница соприкасается с его пахом!
– Трещать прекращай, раздражаешь! Ты и так пиздец в каком шатком положении.
– Что?! Да я просто... я...
– Настолько всё хуёво, что в подвале живёшь и вот так на прогулки вылазишь?
Прикусываю губу. Улавливаю его отсылку. Крысы так живут. А я для него такая, да? После всего...
Зажмуриваюсь ещё сильнее. Дёргаюсь. И в эту же секунду жалею, что вообще двигалась. Потому что ощущаю, что Демьян возбудился...
– Хули застыла? Я намёк уловил. Так даже удобней, рыпаться не будешь.
Я застываю, губу прикусываю. Он же не станет, правда? Не воспользуется? В памяти снова первое знакомство всплывает. Демьян точно не славится выдержкой и воспитанием.
– Мне плохо, – хриплю. От такого положения и правда тошнить начинает. Кровь к голове приливает. Виски сжимает. В горле ком стоит. Ещё и Суровый... Сжимает лапищами мои бёдра. Стискивает. – Пусти! Пусти! – Визжу, громко, надеюсь, что оглушить его смогу.
– Заглохла, иначе реально напросишься!
Суровый сжимает сильнее, резко дёргает, а после я лечу вниз. Уже готовлюсь к тому, что будет больно. Что я ударюсь о землю. Но этого не происходит.
Демьян продолжает меня удерживать. Не даёт упасть. Я готова к тому, что он сейчас меня поставит на ноги. Но я опять ошибаюсь.
– Спасибо, я дальше сама... – Пытаюсь хоть как-то ситуацию спасти. Но мужчина лишь хмыкнув, закидывает меня себе на плечо.
– Ты сама уже до хуя что сделала, Алина.
– Демьян! Пусти! Мне правда плохо, я...
– Поработай над собой, сдерживай порывы. Испортишь брюки, будешь сама лично их застирывать.
– Что?! Отпусти меня и никаких проблем не будет! – Шиплю в ответ, снова дёргаюсь, за что лишь он сильнее меня сжимает, и я стискиваю зубы.
В голову приходят разные мысли. Кричать, визжать. Звать на помощь. Но я не решаюсь сделать из этого ничего. Потому что реально страшно. Он словил меня на побеге. На горячем. Судя по всему, итак на взводе. Сейчас разозлить Сурового ещё больше – это только себе хуже сделать. С людьми, которые мне захотят помочь, он разберётся быстро. А выгребать потом это всё только мне.
Мы идём недолго. Я сдерживаю рвотные позывы как могу. Но тут приходит новая проблема – Демьян резко меня ставит на ноги. Перед глазами всё кружиться начинает. Меня пошатывает, я чуть ли не падаю. За его руки хватаюсь.
– В тачку села и не отсвечиваешь. – Зло бросает мне в ответ. Его настроение меняется по щелчку пальцев. Взгляд злой, насквозь пронзает. Смотрит так, что даже вдох сделать страшно. И только сейчас до меня доходит, что он всё моё состояние с беременностью составляет. Не то, что кровь прилила к голове, а после резко сменилось положение. Нет. Он думает о другом. По его взгляду суровому понимаю.
– Демьян... Давай поговорим, я... – Я вся дрожать начинаю. Мне не нравится, что происходит. Мозги как будто после такой встряски работать начинают в правильном направлении. Я ведь сама всё только хуже сделала. Сама... его только больше в ярость вгоняю.
– Села в тачку. Больше никаких выебонов, иначе я больше не сдержусь. – Пронзает меня взглядом насквозь, меня в холод моментально бросает. Этого Сурового я не знаю. Мужчина, с которым я была знакома, был другим. Не таким... жестоким.
Раздаётся громкая музыка. Демьян достаёт из кармана телефон.
– Да, Шах.
От этой клички меня передёргивает. Он здесь, да? Приехал с Демьяном?
Уверена, что в мою сторону он не сказал ни одного хорошего слова. Лишь подтвердил все жуткие догадки Сурового. Шах ненавидит женщин, и я не стала исключением.
– Скоро буду, да. Не ебёт. Не один. Завали. Сам разберусь!
От его фраз я лишь сильнее сжимаю пальцами ручку дверцы. Смотрю вперёд Желание сорваться и побежать очень сильное. Он хочет меня отвезти, где будет этот?! Я не хочу! Он меня ещё при первой встрече напугал!
– Рискни и будешь сама виновата во всём, что я с тобой сделаю! – Зло рявкает за моей спиной.
Я сжимаю ручки дверцы ещё сильнее. С яростью. А после дёргаю на себя и сажусь в салон.
Глава 5.
Бах-бах-бах. Бешеное биение моего сердца – это единственное, что слышно в звенящей тишине.
Сжимаю пальцами ремень безопасности. С такой силой, что уже практически их не чувствую.
– Куда мы едем? – Первая решаюсь тишину нарушить, иначе от всех этих мыслей с ума сойду. Я понимаю, что и так всё плохо было, но сейчас же всё хуже в разы стало. Настолько, что меня реально кроет. Демьян злой. До бешенства. Я слышу, как скрипит руль, когда он его сжимает. Даже звук моего голоса его приводит в ярость. Даже не верится, что раньше мы очень даже ладили. Он стал моим первым мужчиной. С ним я узнала, что такое любовь. С ним же и узнала, что за всё в этой жизни расплачиваться нужно. Любому счастью цена есть.
– Куда ползла, Алина? – Рявкает в ответ. На мой вопрос не отвечает.
Каждое его слово бьёт по натянутым нервам. Я уже жалею, что вообще рот раскрыла. Нужно было в сидение втиснуться и молча сидеть. С ума сходить. Но я же так не умею.
– Свежим воздухом подышать... – Произношу тихо, щеку изнутри прикусываю. Что ему говорить? Правду? Какая гарантия того, что хуже не сделаю? По-хорошему мне бы ему всё вывалить. Вот только... Поверит ли?
– Надышалась? – Снова рявкает, я вздрагиваю от тона его голоса.
– Не совсем...
– Вижу пиздеть научилась, раньше только правду базарила. С кем поведёшься, да?
– Демьян, я...
– Завали, – резко, я зажмуриваюсь. Не хочу, чтобы он видео как мои глаза от слёз блестят. Потому что он делает больно. Словами. Раньше он никогда... Только с теми, кто провинился. С мужчинами. В мою сторону никогда, а сейчас... Похоже, я для него вообще упала ниже плинтуса.
– Демьян, я так больше не могу, я хочу поговорить. Я... Всё не так, как ты думаешь.
– Меня не гребёт, что ты хочешь, усекла? Теперь ты хочешь только то, что хочу я. Действуешь тихо, аккуратно и стараешься не отсвечивать. Потому что иначе я тебя раздавлю. Довела, сука. За один ебаный день.
Громко сглатываю. Машина начинает сбрасывать скорость. Подъезжает к какому-то дому.
– Ты меня не отпустишь? – Спрашиваю тихо. Сердце в груди как ненормальное колотится.
– Правильно думаешь, Алина.
– Демьян, у меня же мама, сестра, я не могу...
– Когда съебаться пыталась, думать о них нужно было. А не когда ты уже всё сделала. – Резко обрывает. Взглядом к месту припечатывает.
– Демьян, послушай...
Суровый резко вперёд подаётся, так что я дёргаюсь. Его пальцы моё лицо обхватывают. Челюсти сжимают. Кожа от его прикосновения пылать начинает. Сердце уже от страха в пятках колотится.
– Это ты меня послушай. Вижу, не отстреливаешь, что попала по самую макушку. Твоя жизнь в моих руках. Захочу – к хуям раздавлю.
Сжимает сильнее, заставляет меня всхлипнуть и зажмуриться.
– Я же нормально отпустил. Предупредил. Дал возможность. Ты на жопе ровно сидеть не умеешь. Наживку по локоть захватила. Я раньше тебя умной считал, девочка, а сейчас... ты меня расстраиваешь.
Наживку? Значит, он подослал Ариану? Это проверка была? Он просто хотел... Господи, какая же я идиотка. Так глупо попасться. Он знал про документы. Всё знал, понимал, что я поведусь, захочу от него сбежать. Просто играл со мной. Сделала так, чтобы я сама в ловушку пришла. Он просто её захлопнул. Вроде, как и сама теперь виновата во всём, что со мной происходить будет. Получается, что Алекс ему и это слил? Подставил? Господи, я совсем уже ничего не понимаю. Ещё и эта беременность чёртова. Если сейчас Демьяну сказать, он же уже не поверит, да? Подумает, что я за нос его вожу.
– Не оправдываю ожидания? – Огрызаюсь, поздно язык прикусываю.
Демьян челюсти сжимает так, что желваки ходить начинают. Глаза опасно сверкают.
"Заткнись или мы даже до утра не доживём"
– Ты не отдупляешь, да? Я тебя просвещу. Ты сама себя загнала в ловушку, когда сбежала с ублюдком. Когда не пошла к моим людям. Когда своей дырявой головой решение принимала. На тебя открыта охота. Человек, который захотел меня прижать, не прощает таких проёбов. За тебя цена выставлена. Официально дали зелёный свет. Приволокут живой – цена выше. Дохлой – тоже заплатят. Менты тебя ищут. Но ментам ты нужна только чтобы показания подтвердить, дальше тебя отдадут на убой. Потому что больше от тебя никакого толку не будет.
С каждым его словом внутри всё холодеет.
Охота. На меня открыта охота. Слова Демьяна в голове вибрируют. Я поджимаю под себя ноги. Колени обнимаю.
Меня привели в комнату. Приказали сидеть и не рыпаться. Точнее, Демьян дал понять, что Шах приедет, и если я не хочу оказаться в его обществе, то лучше мне здесь сидеть. Но на замок не закрыл.
Из горла истерический смешок вылетает. Это всё просто какой-то кошмар. Нереальный. Если честно, то даже сложно поверить в то, что это всё со мной на самом деле происходит. Получается на меня открыли охоту. Полиции я нужна только для того, чтобы Сурового закрыть, а дальше меня этим людям на утеху отдадут? И менты ещё и подзаработают на этом?
Верю ли я в подобный расклад? Возможно, я бы сказала нет, если бы сама лично не столкнулась полгода назад с тем, что те самые менты похитили мою сестру, и шантажом заставили показания дать. Время от времени, ставя на громкую связь телефонный разговор, в котором моя сестра рыдает и просит её спасти.
"Ты должна ему сказать" – внутренний голос продолжает играть одну и ту же пластинку.
Я ведь пыталась, но он совершенно не хочет меня слушать.
"Так пыталась, что он тебя теперь ещё и шлюхой считает?"
Кривлюсь. Рука сама на плоский живот опускается, растирает занемевшую кожу.
Встаю с пола, начинаю расхаживать по комнате. Виски вибрируют. Внутренний голос переходит в прямое наступление.
"Ты должна ему признаться. Начать с другой тактики. Извинись за то, что произошло. Прекрати огрызаться и поговори с ним"
Заламываю пальцы, в сторону двери смотрю. Сердце колотится как ненормальное. Может и правда? Пойти... сказать? Я не слышала, чтобы к дому машина подъезжала. Значит, Шаха всё ещё нет? Воспользоваться шансом, что Демьян один? Получается, что я так старалась избавиться от его защиты и влияния, а всё остаётся по-прежнему? Помочь мне может только он? Мне и моим родственникам нужна его защита. А что нужно ему взамен? Мы сможем договориться? Но на каких условиях?
Я понимаю зачем я ему сейчас. Он просто перестраховывается, чтобы я у ментов не оказалась. Не подтвердила показания. Потому что после его реально посадить могут. А меня убить.
– Господи, – накручиваю себя до максимума. Измеряю комнату шагами. Нервничаю настолько, что уже и вдохнуть воздух тяжело становится.
Резко останавливаюсь. Сжимаю пальцами вибрирующие виски. Нужно идти. Я принимаю решение, что поговорить это самое лучшее, что я могу придумать.
Направляюсь в сторону двери, сжимаю ручку, на глубоком вдохе вниз её тяну и дверь толкаю. Та открывается, и я выхожу в коридор. Закусываю губу и по сторонам смотрю. Пытаюсь вспомнить, откуда мы пришли. Я же сюда в полнейшем шоке поднималась. Ничего вокруг не видела. В голове только слова мужчины. Переваривала новую информацию.
Решаю, что пойду влево. Иду до того момента, пока не вижу лестницу, что вниз ведёт. Спускаюсь, мы вроде три этажа проходили. Медленно прохожу ступеньку за ступенькой. Постоянно к звукам прислушиваюсь. Потому что если этот ужасный Шах уже приехал, то я назад пойду. При нём ничего говорить не стану. У меня даже сейчас морозные мурашки по коже, стоит его только вспомнить. А видеть его снова нет никакого желания.
Спускаюсь на второй этаж, лестница почему-то дальше не идёт. Заканчивается. И этаже здесь странные, как будто по кругу хожу.
Прохожу много комнат, в них не рискую заглядывать. Хочу выход на первый этаж найти. Мне кажется, что там мужчины будут говорить или нет... Чёрт! Я полностью растерянная!
Нахожу лестницу, что вниз ведёт. Спускаюсь, дверь толкаю и на улице оказываюсь. В огромном саду. Делаю шаг вперёд, пока пытаюсь понять, что делать дальше, позади меня щелчок раздаётся. Оборачиваюсь, это дверь с таким странным звуком захлопнулась. Решаю, что в дом вернуться нужно, тяну за ручку двери, а она не поддаётся.
– Да нет, быть не может...
Тяну ещё и ещё.
– Вот же гадство!
Дверь захлопнулась. Я её открыть не могу. Чёрт!
Дёргаю снова и снова. От безысходности. Пока до меня наконец то не доходит, что это финиш. Через эту дверь я назад не попаду.
Оборачиваюсь. Рассматриваю сад. Здесь же должен быть другой выход, правда? Я могу найти другую дверь и через неё вернуться. Так как дом круглый, решаю, что просто обойду его по кругу и точно что-то найду.
Моя уверенность длится ровно до тех пор, пока я по кругу обратно к той же самой двери и не возвращаюсь. Да что же это такое? Ударив ногой по двери, я опускаюсь возле неё на корточки. Решаю, что здесь сидеть буду. Ну вот и как после этого доказать Демьяну, что я не сбежать пыталась, а его искала? Он же не поверит!
На глаза слёзы наворачиваются. От глупости всей ситуации. От того, что я просто устала. От того, что непонятно сколько здесь просижу. А я ведь хотела попросить у Демьяна мой телефон, чтобы позвонить в клинику к маме, после сестре. Убедиться, что они в порядке.
Казалось бы, что хуже ситуации быть уже не может, как позади меня раздаётся голос, от которого коркой льда покрывает.
– Своей смертью не помрёшь.
Дёргаюсь, теряю равновесие, падаю вперёд и больно приземляюсь коленками на асфальт. Перед моими глазами появляется Шах. Сжимает в пальцах подкуренную сигарету. Прожигает меня своим холодным взглядом. А я лишь делаю глубокий вдох. Господи, ну вот за что мне всё это?!
Глава 6.
Первое желание – бежать. Сломя голову ноги. Потому что этот мужчина меня пугает. Что при первой встрече, что тем более сейчас. Его взгляд... Он даже не скрывает неприязнь. Я не нравлюсь. Бешу. И он открыто мне это демонстрирует.
– Удобно? – На коленки мои кивает, недобро усмехается. Дальше не комментирует, но я сама всё понимаю.
Краснею до кончиков ушей. Он намекает, что поза для меня привычная, да?! Ублюдок!
– Вы меня напугали, – в ответ выдаю.
Поднимаюсь на ноги. Отряхиваю костюм. Тут же оборачиваюсь по сторонам. Он же не может здесь один гулять, правда? Ну, пожалуйста. Не думала, что так скоро буду жаждать увидеть Демьяна. Но сейчас буквально молю, чтобы он из-за угла показался.
– Какая пугливая стала, – ухмыляется, а меня передёргивает, – как ты только границу переезжала и не окачурилась?
Тут же в него взглядом стреляю. Прямо в глаза смотрю. Не твоё дело, ублюдок! Надеюсь, в моём взгляде хорошо читаешься всё, или там, где ты учился, программа-минимум была?
– Вашими молитвами, – язвлю в ответ. Понимаю, что не стоит. А слова сами вылетают. На самом деле мне страшно, и я так защищаюсь. Очень сильно надеясь на то, что он не посмеет меня тронуть. Только жалить словами будет и всё.
– Жалеет тебя Суровый, я давно говорил, что из такой лживой сучки инфу вытягивать щипцами нужно. Разбаловал тебя.
Его слова под дых бьют. Обижают. Хочется, чтобы Демьян заступился. Рот ему закрыл. Но в глубине души понимаю... Он за друга своего горой стоит. А я... А я его за решётку упекла. Значит...
– Потому что Демьян не такой, как вы, – руками себя обнимаю, – у него понятия есть и...
– У него слабость есть, но ты очень умело убиваешь и та малое, что осталось.
Закусываю губу. Это он про мои провтыки? Да? Делаю шаг назад. Снова оглядываюсь.
– Я... я назад хочу. Дверь не открывается, я случайно здесь оказалась...
– У тебя девиз по жизни – всё случайно. Всё с проебом.
– Я вообще Демьяна искала! Я поговорить хочу. – Стреляю в него взглядом, даю понять, что разговор с ним вообще нежелательный. Он как будто из леса вышел. Мы-то виделись один раз. А как он со мной разговаривает. Вообще никаких манер воспитания. Он-то с женщинами в этой жизни вообще общался? Или только из клетки на них смотрел?
– А я стейк хочу. С кровью.
Хлопаю ресницами. Смотрю на него как на ненормального. И что это значит? Это намёк какой-то?
– Ну вот и приготовите себе, – ещё на шаг отступаю. На всякий случай. Мало ли насколько он голодный.
Этот амбал снова зубы показывает. Скалится. Говорю же из леса вышел. Я, если честно, готова в эту дверь с новой силой молотить. Только бы от этого дивного диалога избавиться.
– Я думал мы фактами делимся. Желаниями.
Он издевается, да? Ну вот точно! На ступеньку садится бетонную. Откидывается назад. Значит, уходить вообще не планирует? Ну шикарно просто!
– Сомневаюсь, что ваши желания кого-то кроме вас самого интересуют.
Шах прищуривается, стреляет в меня взглядом. Как будто уточняет, уверена ли я, что это всё вообще говорить нужно. А я не уверена! Я на нервах непонятно что несу. Но я и правда сомневаюсь, что хоть одна женщина в мире согласится вот с таким... Добровольно. Огромный. Пугающий. Хам! Ещё и женоненавистник. Демьян говорил, что у него повод есть, а мне кажется, что ему просто нравится над женщинами власть иметь. Рот одним словом затыкать. И я уверена, что его любимая фраза: "На колени". Потому что в его зверином мире это самая удобная поза для доминирования.
– Думала уже, что с тобой будет?
От его вопроса только сильнее себя руками обнимаю.
– Я не понимаю...
– Ну что будет, когда Суровому надоест в благородство играть. Когда в полной мере осознаёт, что ты крыса и сдала его. Пока не жестит. На эмоциях ебашит после тюряги. Но рано или поздно в голове всё устаканится. И дальше... тебе пиздец.
Громко сглатываю. Демьян не станет... Мы сможем договориться. Я ему правду расскажу и тогда... А что тогда? Я сама ответ на этот вопрос получить боюсь.
– А вы для кого интересуетесь? Может, и сами руку приложили, чтобы он так на меня реагировал? Я ведь вам с первой секунды не понравилась! – От его слов меня рвать от эмоций начинает. Я совсем не контролирую поток слов.
– Ты сама охуенно справляешься. – В ответ хмыкает.
– Вам ничего не даёт права меня обвинять! Понятно?! Никто из вас всех не знает, что мне пришлось пережить! Хоть один бы из вас семью предал?! Вы всё... всё только... – Договорить не успеваю, потому что Шах резко на ноги встаёт. На меня надвигается. От его взгляда внутри всё холодеет, язык к нёбу прирастает.
– Мне сейчас ничего не мешает тебя в мешок засунуть и отнести куда нужно. Сдать как живой товар. Это все проблемы решит. Тебя выебут по кругу и закопают. Проблема будет решена. Суровый проебы быстро решит по бизнесу. Через шлюх двадцать попустит. Забудет. Из головы к хуям выкинет. И заживёт как раньше.
Шаг назад, ещё один. Ноги дрожат от страха. Господи, от каждого его слова перед глазами всё больше и больше реальность плыть начинает. Я не знаю почему, но ни в одном его слове нет сомнения.
– Так что советую меня не провоцировать, и свисток не раскрывать. Моя бы воля ты уже по заслугам получила. И если бы я тебя подставлял, ты бы уже давно рыб кормила, а не ходила бы здесь, и выебоны всем свои демонстрировала!
Прикусываю язык. Боюсь нарваться ещё сильнее. Шах стоит в нескольких шагах от меня, а как будто огромной горой сверху нависает. Наверное, его слова проанализировать нужно. В таком стрессовом состоянии это точно не получится сделать. Я вообще мечтаю, чтобы он испарился. Пропал. Исчез. Даже если он меня не подставлял, то он Демьяну про меня плохие вещи говорит. Я знаю. По нему вижу. И даже эти его слова... Через двадцать шлюх попустит. Значит, Демьян, он... До сих пор... Сердце колотиться начинает сильнее. Если я всё ещё небезразлична Суровому, то...
Кошмар, о чём я вообще думаю? Поводов для радости мало. Потому что если так, то он меня не отпустит. Не разрешит уйти. Но и, с другой стороны, защищать будет... В голове полная каша. Сердце колотится и разгоняется всё сильнее. Лёгкие сдавливает. Я вроде как кислород ртом хватаю. Вдыхаю. Но надышаться не могу. О нём думаю и как будто с катушек еду.
Нет. Нужно выкинуть из головы все эти глупости. Я нужна Суровому, чтобы его не посадили. Он нужен мне как защита. На этом сойдёмся. В омут с головой больше никогда. Я уже один раз нырнула, и вот последствия до сих пор догоняют и подзатыльники дают.
– Мне нужно найти Демьяна и я...
– Вообще поебать, что тебе нужно, – рявкает резко в ответ. Челюстями ведёт.
Я снова вздрагиваю. Ну какой же он... Хамло невоспитанное! Таких вообще в клетке в зоопарке держать нужно!
От дальнейшего диалога с этим орангутангом только телефонный звонок спасает. Шах кривится, взглядом меня ещё раз полосует, а после телефон из кармана достаёт. Я же пользуюсь возможностью и ещё дальше отхожу. Вдох глубокий делаю. Ещё и ещё. Жадно кислород глотаю. Дрожащие ладони к груди прижимаю. Это всё какой-то кошмар. Который не заканчивается. На кой хрен я вообще из той комнаты выходила?!
– Да, тут.
Чувствую, что его взгляд снова ко мне прикован, я моментально всем телом напрягаюсь.
– Тут твоя девка, со мной. На улице её нашёл, в трёх кустах потерялась. Иди забирай, пока не выбесила.
Обхватываю себя руками за плечи. Язык снова прикусываю, потому что желание огрызнуться очень велико. Он со мной разговаривает как... Резко выдыхаю. Вся эта ситуация бесит до ужаса. Но радует только одно – сюда сейчас придёт Демьян. Скорее всего, злой, в ярости, потому что уверенный, что я снова хотела сбежать? А я лишь просто потерялась! И как мне ему это объяснить?
То, что Суровый приближается, я чувствую быстрее, чем вижу самого мужчину. На теле волосы дыбом встают, внутри всё обдаёт диким жаром и резко в холод бросает. Ярость Демьяна я чувствую очень сильно. Он ею искрит. Раньше я бы бросилась к нему, чтобы найти защиту. Чтобы он отгородил меня от своего ненормального друга психа. Вот и сейчас по инерции с места срываюсь. Даже пару шагов делаю, а после застываю. Ноги в землю как будто врастают. Я вспоминаю, что больше не имею права. Не могу. Не знаю, как он отреагирует.
Суровый по моему лицу взглядом мажет, как будто ощупывает. Ищет что-то, что только для него понятно. Считывает эмоции.
– Тебя в доме заждались, Шаман жаждет личной встречи. – Демьян к Шаху обращается.
Я лишь втягиваю воздух через ноздри. Он уйдёт же, да? Не станет присутствовать при разборках? Судя по внешнему виду Сурового, разборкам точно быть.
– Соскучился, – Шах скалится, – глаз на мою коллекцию положил, надеется, что уломает продать.
– Иди, я подойду. – Демьян кивает ему, даёт понять, чтобы оставил нас двоих.
Шах бросает на меня последний взгляд и уходит прочь. В этот момент я выдыхаю. Становится как-то легче. Дышать проще. Но эта иллюзия длится всего несколько секунд. Потому что Демьян оказывается рядом по щелчку пальцев. Огнём дышит. В пепел меня сжигает.
– Я потерялась! Тебя искала и...
– На улице случайно оказалась? – Рычит, наступает. А когда я шаг назад делаю, то сжимает плечи ладонями. – Дом странный, по кругу всё идёт. Я по лестнице пошла и сюда вышла. Потом дверь захлопнулась. Я не смогла зайти обратно. А потом этого встретила...
Демьян щурится, продолжает взглядом вспарывать, но не кричит.
– Пошли, – произносит и на себя тянет.
Я послушно переставляю ноги. Он не кричит, это же хорошо, да? Мы ведь сможем поговорить?
Ведёт меня к стене. Я же непонимающе за ним наблюдаю. Дверь же слева. А после мужчина кулаком по стене ударяет, и та начинает двигаться. Глаза от удивления распахиваю. Это как? Это что... проход?
– А через дверь в дом обратно не попасть?
– Она работает только на выход.
Растерянно оглядываюсь. Почему так? Но не успеваю задать лишние вопросы, потому что мужчина подталкивает меня вперёд, захожу обратно в дом.
Демьян выводит меня к лестнице, ждёт, пока я поднимусь. Заводит в комнату, но уже не в ту, в которой я сидела до этого. В этой комнате на двери есть замок, я сразу это отмечаю. Теперь меня наверняка запрут, да?
Когда я понимаю, что Демьян уйти хочет, то вперёд бросаюсь.
– Демьян, подожди, – тут же произношу. Хватать его за руку не решаюсь. Останавливаюсь в нескольких метрах от мужчины.
Суровый застывает от звука моего голоса. Но не разворачивается, не смотрит на меня.
– Не уходи, я тебя искала... Я поговорить хотела. Точнее сказать... Не уходи, пожалуйста...
