Текст книги "Катаклизм (СИ)"

Автор книги: Джон Уинтерборн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 24 – Катаклизм петли

Авелина потеряла свое человеческое обличие, и от нее осталась лишь безликая фигура в темном доспехе, летящая на всей скорости вниз, в бесконечное ничто. Перед ее глазами пронеслись самые счастливые моменты ее жизни, способные согреть ее душу даже в то время, когда кажется, что выхода совсем нет… и сейчас было как раз такое время. Она снова увидела перед собой своих родных, друзей, и, конечно же, любимого ею Августа.

Авелина закрыла глаза, пытаясь не потерять эти воспоминания, и, сжав рукоять меча покрепче, приложила все свои силы, чтобы полететь вперед еще сильнее. В какой-то момент ей показалось, что ее «чудо» совсем не сработало, ведь все, что она делала, это мчалась в никуда, пытаясь найти выход из этой бесконечной петли, в которой мир обречен погибнуть в таком виде. Она чувствовала себя так, будто подвела всех…

В момент, когда Авелина смирилась с тем, что она вот-вот потеряет все, что от нее осталось, ее тело остановилось… и оно не просто остановилось, его оттолкнуло обратно, вытолкнуло, как то, что не может двигаться дальше. Открыв глаза, Авелина увидела, что ее тело вернуло свой привычный, человеческий вид. Меч бесконечности исчез из ее рук – он был совсем неподалеку, прямо перед ее лицом, буквально в двух-трех метрах. И он светился, как новогодняя елка, увешанная магическими игрушками – он был заряжен тем самым чудом, которое возжелала увидеть Авелина, чтобы найти возможное решение.

– Я ничего не понимаю… – жалостливо сказала она, глядя на меч. – Не понимаю…

Вдруг, меч изменил свое положение, будто он был живым, и возжелал указать кончиком своего лезвия за спину Авелины. Держа в своей голове факт, что у нее, возможно, уже началась первая стадия сумасшествия, Авелина собралась и посмотрела за спину.

За ее спиной оказались десятки… нет, сотни… нет, тысячи мечей! Мечей, идентичных тому, что находился прямо перед ней – мечу бесконечности, который она только что держала в руках. Мечу, которым она собиралась свершить чудо. Все они были заряжены, все они пылали цветами Сингулярности, подобно тому, как пылало ее тело до того, как меч оттолкнул ее назад. Все они были здесь, чтобы дать ей возможность закончить все.

Авелина обернулась к своему мечу, к тому, что она принесла сюда лично, и он так же развернулся, указав наконечником в противоположную сторону… в сторону, где Авелину ожидало бесконечное ничто, из которого не было выхода. Эти мечи… это не просто копии, не иллюзия, – каждый из них держал в себе магию всего мира, каждый из них был оригинальным, настоящим. Они просто… они оказались здесь из других реальностей.

Авелина увидела не только мечи, но и фигуры других «Авелин», что были подобны ей, и каждая из них принимала свое решение, несмотря на то, что они так же были в полнейшем замешательстве от происходящего. Это было что-то вроде видения призраков прошлого, других Авелин, которые так же оказались перед непростым выбором в конце.

Решения были разными – от попытки обернуть время вспять до попытки собственными руками создать новый мир, подобно тому, чего изначально и хотел первозданный хаос. Это и была та самая петля, цикл, о котором рассказывала ей Сингулярность. Она не была первой, кто оказался здесь, не была первой, кто достиг самого конца… но ей было суждено стать последней, ведь за ее спиной находились тысячи мечей бесконечности – тех, что отдали другие реальности. Такого, наверное, у других Авелин не было.

Наверняка где-то есть реальность, где действительно удалось каким-то образом обернуть время вспять, несмотря ни на что… а где-то наверняка есть реальность, где был создан новый мир, совсем не похожий на старый. Так же, как есть и реальность, где они проиграли механизму хаоса или чему еще похуже. Вселенная огромна, и Элеонора, путешественница между реальностями, была единственной, кто по-настоящему понимал, насколько ужасающе большой мир их окружает… но даже она не понимала истины.

А истина, как иногда бывает, предельно проста.

Мир Авелины – это ее мир, и не более, она принадлежит именно к нему. Она может пожертвовать всем, чтобы дать возможность другому миру, подобно тому, как это сделали тысячи других, и это тоже будет одним из решений. Но таким образом она лишь продолжит бесконечный цикл, в результате которого она, условно другая Авелина, поступит точно так же в самом конце, или каким-то похожим образом, который приведет ее сюда, обратно, в конец всего. Ее не должно беспокоить то, что где-то уже чего-то достигли, или напротив, где-то уже все было проиграно – сейчас, Авелина была наедине со своим миром, и ничьим другим. Она должна принять решение, в результате которого мир будет либо спасен, либо загублен окончательно… И все же она так не хотела.

Юная императрица возжелала, чтобы все были счастливы – даже другие миры.

Каждая реальность по-своему уникальна. Где-то исход печальнее, где-то радостнее… но судьба ее реальности все еще не была решена – она находилась в руках Авелины, за спиной которой находились тысячи заряженных мечей. И прямо сейчас, они были готовы исполнить ее приказ – разорвать возможные границы, вывернуть все чертово мироздание наизнанку… закончить все так, чтобы больше не было никаких других реальностей, где люди бы жертвовали всем ради того, чтобы позволить кому-то из другой реальности найти решение. Авелина хотела сделать так, чтобы ни ей, ни кому-либо еще больше не приходилось жертвовать. Но как можно найти такое решение?

Каков ответ на этот вопрос?

– Чтобы достигнуть чего-то, что способно изменить строение мира… – Авелина снова посмотрела на бесконечное ничто, окружающее ее. – Нужно сломать мир до конца.

План Хаос был обречен на провал, потому что он никак не смог бы изменить строение мира – ничто продолжило бы существовать в магической иерархии, точно так же, как и продолжил бы существовать сам первозданный хаос, космос, пустота, и все другое, изначально связанное с так называемым «ничто». Его попытка лишь повторила бы все эти события, но в другой обертке, с другими людьми и обстоятельствами… магия все равно исчезла бы, потому что кто-то в конце концов нашел бы «ничто», и использовал его в целях, в которых его использовала Элли. Являясь частью системы, устоявшийся в их реальности, Хаос никак не мог изменить ее, ведь он не рассматривал варианта, в котором он стал бы уничтожать самого себя. Он не видел мир, в котором нет его самого.

Но Авелина не высшее существо, не часть магической иерархии, у нее нет понятия того, что она стоит выше кого-то, или напротив, ниже… оналишь человек, который желает, чтобы все было хорошо, и она попивала сидр в своей башне с любимым Августом.

Она та, кто по-настоящему может разорвать петлю и разрушить все.

– Ты – последняя ступень, вершина башни, на которую нужно было забраться… – указав пальцем в ничто, сказала Авелина. – И я тебя настигла!

Меч бесконечности, находящийся перед Авелиной, притянулся в ее руку по ее желанию. Занеся его над своей головой, Авелина вложила всю свою силу в неуклюжее подобие удара, которым она указала цель для всех остальных мечей, находившихся у нее за спиной. Она отдала им приказ, чтобы все они уничтожили так называемое «ничто».

Когда мечи пролетели рядом с Авелиной, все измерения, будь то четвертые или пятые, треснули, и, покрывшись черными трещинами, так называемое «ничто» исчезло. А когда исчезло ничто… мир просто должен был исчезнуть, ведь за ним ничего не могло быть.

Однако, Авелина почувствовала на себе как тяжесть гравитации, так и мощный поток ветра, о существовании которого она уже успела позабыть, после чего она неконтролируемо полетела вперед, к чему-то, что так сильно напоминало ей о небе.

Оказавшись над облаками, Авелина инстинктивно повернулась назад, чтобы найти «ничто», в котором она только что находилась, но позади нее ничего не было. Ну, на то оно и «ничто», правда ведь? Там ничего нет, иначе бы это не было «ничто», а значит и увидеть его можно лишь тогда, когда вокруг тебя нет ничего другого. Даже пустоты.

Другое дело, что теперь ей не за что держаться. Единственное, за что Авелина сейчас могла схватиться – это за меч бесконечности, который мчался вместе с ней к земле.

Пролетев через облака, Авелина попыталась ухватиться и за них, но это было весьма наивно, тем более что она знала, что облака это вовсе не пух, путешествующий по небу. Оглянувшись, она увидела, что действительно мчится к земле – к полю рядом со скалой, что была так сильно похоже на ту, где начался и закончился катаклизм в ее мире.

Авелина попыталась использовать магию, но ничего не вышло – она просто не работала. Кроме магии, у нее не было никакого способа смягчить падение, а значит, все кончено.

– Вот как, значит, я умру… – прижав меч к себе и вжавшись в него, прошептала Авелина, прищурив глаза. – Ну и пусть!..

Смирившись со своей судьбой, Авелина приготовилась столкнуться с землей. Она сделала все, что хотела, поэтому у нее не осталось никаких сожалений… по крайней мере, она упорно пыталась убедить себя в этом, но прекрасно знала, что это ложь. Конечно, ей хотелось бы хотя бы понять, где она вообще оказалась, но раз уж тут есть небо, деревья, и даже скалы, то в этом мире, наверное, все будет не так уж и плохо.

– Бояться смерти – это нормально.

Жнец, ну или же то, что от него осталось, отделился от Авелины в виде доспеха, попутно выхватив из ее рук меч и срезав ей локоны волос аж до плеч, превратив их в магическую энергию, которой ему сейчас так не хватало. Прямо перед столкновением, он схватил ее за воротник гвардейской формы и изменил силу гравитацию, из-за чего столкновения с землей так и не произошло. Ну, условно оно произошло, но из-за уменьшенной силы оно было намного более мягким. Авелина медленно опустилась на ноги, но не выдержала равновесие и тут же упала на траву, уставившись вперед.

Перед ней стояли пустые доспехи без шлема, удерживающие в своей руке меч бесконечности. Более ни меч, ни сами доспехи не светились – это были просто весьма необычные доспехи из темного металла и такой же темный меч со знаком бесконечности. Даже руна, находящаяся на рукоятке меча, более не светилась, как обычно бывает.

– Ты… – ошарашено сказала Авелина, глядя на доспех, стоящий перед ней. – Пожиратель?..

– Судьба Пожирателя в этом мире совершенно иная, Авелина. – Голос, который она услышала… он исходил не от доспеха, как ей изначально показалось, а от меча в его руке. Этот голос напоминал ей о Винтере, но его, конечно же, здесь не было.

– Кто ты?.. – не отрывая взгляда от доспехов, спросила Авелина, отползая чуть дальше.

– Кто знает? – в этой реплике было определенно что-то, что напоминало собой смешок, из-за чего его фраза казалась очень странной, даже с учетом того, что с ней говорил чертов меч, а не какое-то магическое существо. – Я бы тебе все рассказал, да только время что-то мое кончается… все же мы с тобой истратили все, чтобы оказаться здесь. Мне даже пришлось немного подрезать тебе волосы, чтобы совершить вот такой финт.

– Почему ты… не говорил раньше?.. – спросила Авелина, даже с осознанием того, насколько дико звучит ее вопрос по отношению к неодушевленному предмету.

Хотя она в этом уже сомневалась, что это звучит достаточно странно, чтобы удивляться.

– Очевидно, потому что не мог… – развернувшись, доспех вместе с мечом медленно зашагал прочь от Авелины. – И вот теперь, когда мир разрушился до основания, мы оказались в этом странном месте, где даже магические мечи имеют право излагать свои мысли в виде речи. Пожалуй, мне стоит сказать тебе спасибо – это твоя заслуга.

Доспех, вместе с мечом, начал медленно рассыпаться в прах – это было прекрасно видно на фоне лучей летнего солнца, которое так сильно светило сейчас. Это была не магическая пыль, не магические частицы, как оно обычно бывает – это был просто прах, разлетавшийся по ветру… прах, который больше не соберется воедино. Никогда.

– Не смотри на меня таким лицом… – все же остановившись, сказало оно, развернувшись на месте. – Ты как будто призрака увидела.

Все, чем смогла ответить ему Авелина – это все таким же ошарашенным взглядом. Раз уж у меча бесконечности внезапно появилась возможность говорить… значит, они действительно были в другом мире, в кардинально другом, ведь такого раньше не было.

Ну или он просто очень долго молчал, что маловероятно.

– Так и быть… – издав нечто, что так сильно напоминало собой вздох, оно приготовилось ответить на изначальный вопрос Авелины: – Я – то, что существовало в этом орудии убийств с самого первого момента, как Винтер коснулся меня своей рукой.

– Ты – Сингулярность?.. – неуверенно уточнила она.

– Скорее нет, чем да. Я – это всего лишь я, у меня нет имени… – пожав плечами, ответило оно. – А теперь, прошу простить, но мое время подошло к концу.

Возможно, этот меч был последним, что осталось у Авелины от прошлого мира. Она испугалась, что если и он уйдет, то не останется никого, кто сможет понять ее. Не останется никого, с кем она сможет поделиться тем, что ей только что удалось пережить.

– Постой! – потянувшись к нему рукой, Авелина все же решила встать на ноги. – Может, я могу тебе как-то помочь? Забери у меня все, что осталось! Только не уходи…

– Я не боюсь смерти, Авелина… – пригрозив ей пальцем перчатки, сказало оно. – Я же не какая-то там жалкая девушка человеческого рода, готовая плакать по любому поводу.

Доспех рассыпался в прах, и остался лишь меч, воткнувшийся в землю.

– С Винтером было веселее, но ты тоже неплоха, юная императрица.

За доспехом рассыпался и меч, развеявшись на ветру.

– Прощай, Авелина.

Авелина поймала прах, оставшийся от меча, но тут же отпустила его. Стоит еще раз упомянуть, что это была никакие не магическая пыль, не магические частицы… это был настоящий прах, в который превратилась сталь. Меч бесконечности исчез, как исчезли и доспехи, доставшиеся Авелине от Элеоноры прямо перед ее смертью. Она осталась одна.

Сложно сказать, где именно она оказалась – вокруг не было ни души, лишь птички и зверьки, некоторые знакомые ей, некоторые не очень. Что же касалось более абстрактного вопроса в виде того, в каком мире или реальности она оказалась… На это тем более нет ответа, потому что Авелина понятия не имеет, что сейчас произошло.

Авелина не чувствовала жажды крови, которая так нужна вампирам, она не чувствовала демона, таившегося в ее сознании, не чувствовала Сингулярность, которая некогда взаимно поддерживала ее жизнь… она лишь чувствовала себя, и никого более. Она была обычным человеком, каким она была с самого начала своего пути – Авелиной Кайзер.

Развернувшись в сторону скалы, Авелина направилась к ней, чтобы забрать наверх. В каком-то смысле, жизнь научила ее, что мир видно лучше всего с самой вершины, будь то вершина бесконечности или вершина императорского замка, поэтому это было единственным решением, которое она могла сделать, ведь ей больше некуда идти.

Только наверх.

Эпилог – Вершина бесконечности

Авелина медленно поднималась вверх, по скале… к месту, где все закончилось. Может, это было лишь совпадением, но скала действительно была идентичной той, что Авелина запомнила. Здесь Элли использовала заклинание, обратив магию в ничто, и убила их всех. Здесь же Винтер и Элеонора убили Элли, положив начало их путешествию, и здесь же Сингулярность вернула Авелину к жизни, прибыв к ней из другой реальности. И именно здесь Авелина коснулась рукоятки меча, поглотив весь мир магическим кругом.

Чувства внутри нее, положительные и не очень, смешались, поэтому сейчас ей было тяжело сказать, что именно она чувствует. Пытаясь разобраться в себе, Авелина продолжала забираться вверх, не задумываясь о том, что или кто может ждать ее в конце этого пути. Она лишь хотела забраться наверх и убедиться, что все действительно закончилось. Авелине хотелось увидеть мир с как можно большей высоты.

Мироздание было башней, на вершине которой, и, одновременно с этим, в самых низинах, находилось так называемое «ничто». Авелина разрушила эту башню собственными руками, сведя на нет все принципы старого мира. И теперь, когда она оказалась здесь, юная императрица понятия не имела, где ей довелось оказаться после всего. Единственное, что она принесла за собой в этот мир – это потрепанную гвардейскую форму, изорванную от многочисленных ранений так, что смотреть больно.

В конце ее ждала девушка. Высокая девушка, которая могла бы послужить воплощением тьмы, если бы не ее ледяные глаза и светящиеся кончики волос, так сильно контрастирующие с ее основным цветом – черным. Она была такая же бледная, как Авелина, и одежда у нее была еще более мрачная – строгое платье и серебристая диадема, надетая на голову. Она выглядела как настоящая королева мира, не иначе.

Авелина молчаливо подошла к ней и встала рядом, с облегчением выдохнув.

– Выдохлась? – спросила у нее девушка.

– Выдохлась. – Усмехнувшись, ответила Авелина. – Как тут не выдохнуться.

– Выглядишь так себе… – оценив состояние ее одежды, сказала девушка. – Будто вывалилась из другой реальности секунду назад, попутно сразившись с самым свирепым врагом во вселенной.

– Поразительно точное описание! – с издевкой сказала Авелина, сложив руки за спиной и повернув голову в ее сторону. – Ты, случаем, не всевидящая?

– Хотелось бы ею быть… – приставив руку к подбородку, девушка так же повернулась в ее сторону. – Быть может, знаешь какой-нибудь способ стать такой?

Как Авелина, так и эта девушка прекрасно знали, кто перед ними стоит. Они лишь продолжали ломать комедию, но на самом деле это было чем-то вроде защитной реакцией перед тем, что может случиться какой-нибудь временной парадокс, если они тут же выдадут себя с потрохами этому миру и скажут то, что им так хочется сказать.

Но раз вселенная еще не схлопнулась в черную дыру, значит, никакого парадокса не будет и все наконец-то обошлось, так называемая бесконечная петля прервалась. Пространственно-временной континуум все еще не трещал, а на их лицах появились искреннее улыбки, которые им стоило показать друг другу с самого начала их разговора.

– Привет, Сингулярность… – полностью развернувшись в ее сторону, все еще держа руки за спиной, поприветствовала ее Авелина.

Без лишних слов, Сингулярность схватила ее за плечи и крепко обняла. Авелина не стала делать вид, что это было неожиданно, поэтому тоже тут же обняла ее как могла. Сингулярность сейчас была повыше ее, где-то на уровне роста Винтера, да и в целом ее внешний вид сильно контрастировал с потрепанной жизнью Авелиной. Грубо обрезанные волосы, потрепанная форма, уставшие глаза… да, юной императрице определенно нужна помощь, чтобы это воссоединение перестало выглядеть столь нелепо со стороны. Но…

Но все это на самом деле не важно.

– Ну и как там, в конце бесконечности?.. – спросила Сингулярность, отпустив ее.

Авелина исполнила мечту многих, узнав, что было в начале вселенной – там было ничто. Но вместо того, чтобы использовать эту информацию, Авелина просто уничтожила это самое «ничто», уничтожила то, с чего начинался мир. Изменив этот факт, Авелина сделала так, что теперь никто снова не знал, с чего начался так называемый мир. Она сама не знает, что у нее получилось – и она лишь станет одной из тех, кто будет бесконечно стремиться к знаниям о том, что на самом деле скрывается за небесами.

Людям придется узнать заново, что на самом деле скрывается за небесами. Существуют ли так называемые иные миры, измерения? Существует ли ад, рай, лимб? Какого предназначения звезд, маячивших в небе? Таких красивых, но таких назойливых…

Никто не знает. Никто даже не знает, какую форму имеет этот мир. Быть может небо – это лишь иллюзия, мощное заклинание, за которым скрывается нечто ужасное. Быть может этот мир чья-то забава, какого-нибудь могущественного существа, решившего повеселиться таким образом. Быть может, этот мир лишь один из тысячи, расположенных совсем неподалеку… Попробуйте представить, как много секретов может скрывать в себе небо, находящееся у вас над головой. Может, все что вы знали о нем – это лишь ложь?..

– Там было грустно, и одиноко… – взглянув на солнце у себя над головой, ответила ей Авелина. – Здесь, рядом с тобой, когда все закончилось… здесь мне намного лучше.

Иногда небо – это просто небо, и нет там никакого могущественного существа, забавляющегося над смертными. Точно так же, как иногда конец – это всего лишь конец, не скрывающий в себе какого-то подвоха с завязкой на продолжение.

И конец этой истории намного ближе, чем может показаться.

Пришло время снять маски и поговорить как есть.

Гул ветра оглушил меня, заставив сделать небольшую паузу.

– Значит, все кончено? – спросила я у Авелины, запустив руку в ее волосы.

Она не знала, что ждет ее впереди. Не знала, есть ли в этом мире кто-то, кого она сможет назвать родными, близкими, друзьями… у нее была лишь я, Сингулярность. Но, даже понимая это, она была счастлива тому факту, что я прямо сейчас стою перед ней. Запускаю ей руку в волосы, смотрю на ее яркие, но такие печальные кровавые глаза.

Она приравняла меня к Винтеру, Элеоноре, или даже к Августу… к тем, кому она могла открыться и рассказать все, что ее сейчас беспокоит, и будет беспокоить в будущем. За это время, я стала для Авелины той, кто был ей по-настоящему дорог. Ей оставалось лишь надеяться, что в этом мире есть те, кто ждут нашего скоро возвращения домой.

– Да… – ответила мне Авелина, перехватив мою руку, который я продолжала медленно копошиться в ее волосах. – Все кончено.

Развернувшись к обрыву, Авелина сняла с себя перчатки, отправив их в полет, и, расстегнув пуговицы на форме, она села на край скалы, облегченно вздохнув. Сидеть здесь было достаточно опасно, можно было легко сорваться, но она была уверена в себе.

Я не решилась повторять ее подвиг. Мне было хорошо и на своих двоих, но я разделила с ней этот момент, вглядевшись в то, что называется горизонтом. Впереди не было ничего, кроме бескрайних лесов и полей, покрытых зеленью… ничего особенного. Раньше я не до конца понимала, что люди находят в этом такого привлекательного, но теперь я научилась ценить подобные виды. Они были прекрасны своей нетронутостью.

Не было темного солнца «Конца Времен», местность не была искорежена магическими аномалиями вроде того же Астрала, не было фигур падших людей, их призраков. Не было серости, которая преследовала мир с самого момента, как магия исчезла тогда. Действительно, как Авелина мне и ответила – все кончено. Пришло время остановиться.

– Этот мир совсем другой, я даже не могу воспользоваться магией… – время от времени сжимая и разжимая руку перед своим лицом, сказала Авелина. – Но он… так похож.

– Быть может, и императорская столица здесь есть? – спросила я, хоть и на самом деле прекрасно знала ответ на свой вопрос. – Раз уж он так сильно похож на твой мир.

Я сняла с себя корону и надела ее на голову Авелины, чтобы взбодрить ее.

– А что, если нет?.. – спросила она, дотронувшись до короны. – Я думала, что в конце меня не станет, но… пали все, кроме меня самой, и теперь, если здесь нет других…

– Если здесь нет других, то лучше бы ты умерла… – договорила я за нее. – Так?

– Да… – сказала она, одобрительно покивав головой. – Я хочу остаться с ними.

– Почему бы тебе не сделать так, чтобы их жертва не была забыта? – взяв ее под плечами, я подняла Авелину на ноги и развернула к себе. – Или, по крайней мере, почему бы тебе действительно не убедиться в том, что императорской столицы нет?

– Потому что мне страшно. – Взяв меня за руку, Авелина посмотрела в мои глаза, показав весь страх, скопившейся внутри нее. – Потому что я боюсь узнать истину.

– Боишься узнать, что на месте столицы нет ничего? Боишься, что все они сгинули?

– Не заставляй меня произносить это вслух… – жалостливо сказала она, сжимая мою руку. – Ты единственная, кто остался… все мои друзья, мои любимые… они исчезли.

– Мир полон чудес, потому что в самом начале этого мира было чудо… – потянув ее за собой, сказала я. – История твоего мира подошла к концу, но твоя история, Авелина…

Ее глаза загорелись, потому что она поняла, что я пытаюсь сказать.

– Твоя история еще не закончена. – Твердо сказала я, еле заметно улыбнувшись. – Теперь ты тоже принадлежишь к этому миру, хочешь ты того или нет… так идем же.

– Даже если их больше нет… – вдохновившись моими словами, она заговорила уже в не таких депрессивных тонах. – Я обязательно найду способ вернуть их всех.

– Осталось лишь проверить. – Отпустив ее, я сняла с нее корону и надела ее обратно на свою голову. – Быть может, тебе и стараться не придется, юная императрица.

– Идем! – покивав мне, Авелина тряхнула головой и направилась вниз, к самому основанию скалы. – Они ждут нас! Все те, кто пожертвовал собой ради чуда…

Пройдя несколько метров, Авелина остановилась, заподозрив нечто странное.

– Почему ты здесь?.. – развернувшись, спросила она, приметив, что я совсем не собиралась следовать за ней. – Если этот мир другой… как ты здесь оказалась?

– Кто знает?.. – пожав плечами, я самодовольно ухмыльнулась. – Чудо, не иначе.

– Ты ведь тоже исчезла… – протянув ко мне руку, сказала Авелина. – Значит…

– Неизвестность ждет тебя, Авелина… – прервав ее, сказала я. – Она там, впереди.

Время-пространство исказилось, и я исчезла, оставляя ее наедине с ужасающей истиной.

Авелина не знала, насколько счастливо сложились обстоятельства, и действительно ли перед ней был мир, в котором решены все проблемы прошлого. Она не могла просто посмотреть на него и сказать, действительно ли нет здесь так называемого «ничто», нет ли здесь первозданного хаоса, нет ли здесь разрушительной пустоты… как я и сказала только что, впереди ее ждала сплошная неизвестность, и ничего более.

Мир огромен, если рассматривать его в масштабах присутствия параллельных миров, других реальностей, в которых обстоятельства могли сложиться совершенно иначе. Удалось ли Авелине в действительности обратить прошлое мироздание в ничто, или же все, что она видит перед собой, это лишь пародия на чудо, которого она так желала?

Никто не знает. Наверное, только время сможет показать, стал ли этот мир другим.

Другое дело, что теперь Авелине вряд ли захочется стать той, кто раскроет эти тайны. Сейчас ее интересовала лишь судьба остальных, тех, кто дошел с ней до конца или сгинул по пути. Даже сейчас, когда все закончилось, все, что у нее оставалось, – это надежда. Надежда на то, что случится чудо, и все будет хорошо.

Можно ли сказать, что мы все проиграли? Или же напротив, мы все одержали победу?

Неизвестно.

Но, в совокупности всех событий…

Мы оказались здесь, в конце.

Без Винтера не было бы Элеоноры.

Как и Элеоноры не было бы без Винтера.

Без Авелины не было бы Августа.

Как и без Августа не было бы Авелины.

Без Сингулярности не было бы всех.

И без всех не было бы Сингулярности.

Без мира не было бы всех нас.

И без всех нас не было бы мира.

И хоть он, мир, не идеален…

Это и есть «Сингулярность».

Единая и неповторимая.

Таково название этого мира.

Мира, начало которому положил другой.

Тот, что был разрушен катаклизмом.

Это мир, произошедший от чуда.