Текст книги "Вторая мировая война 1939-1945 гг. Стратегический и тактический обзор."

Автор книги: Джон Фредерик Фуллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 32 страниц)

Описывая захват советскими войсками стратегической инициативы под Сталинградом, автор считает, что она была вырвана «внезапно». Борьба за захват и удержание стратегической инициативы советскими войсками не являлась каким—то однократным действием, внезапно возникшим. Эта борьба велась на протяжении всего времени с момента вероломного вторжения немецко—фашистских войск в пределы Советского Союза. В битве под Москвой советским войскам удалось захватить инициативу. Однако враг сумел вернуть ее себе летом 1942 г. В битве под Сталинградом и окончательно в битве под Курском советские войска захватили стратегическую инициативу и удерживали ее вплоть до безоговорочной капитуляции фашистской Германии и империалистической Японии. О «внезапном» захвате стратегической инициативы советскими войсками под Сталинградом можно говорить только в смысле внезапного для противника перехода советских войск в контрнаступление под Сталинградом.

Многие фактические данные о действиях советских войск в этой и других главах даны не точно, а зачастую и неверно. Так, например, замысел сталинградской операции состоял отнюдь не в том, чтобы заставить противника отступить, как это уверяет автор, а преследовалась другая, решительная цель – окружение и уничтожение сталинградской группировки врага ударами по сходящимся направлениям.

В этой главе автор выступает как противник требования безоговорочной капитуляции фашистской Германии. Его, как выразителя взглядов реакционной части правящих кругов Великобритании, по—видимому, больше устраивало закончить войну устранением Германии как опасного конкурента на мировом рынке, но с сохранением ее в качестве реакционной силы, направленной своим острием против Советского Союза.

В восьмой главе, озаглавленной «Инициатива на двух фронтах», показано стремление Черчилля вместо открытия второго фронта в Европе, который был бы дополнением к советско—германскому фронту, навязать идею наступления на Балканы через территорию Италии. Речь здесь идет о намеренном затягивании известными кругами в США и Англии открытия второго фронта в Европе и стремлении их организовать выход на Балканы американо—английских войск раньше советских вооруженных сил, с тем чтобы сохранить в странах Юго—Восточной Европы существовавшие там до войны реакционные режимы.

События на основном советско—германском фронте в данной главе, так же как и в предыдущих главах, показаны после описания высадки американо—английских войск в Сицилии и Южной Италии.

Правильно указывая, что немецко—фашистское наступление под Курском летом 1943 г. было построено по типу блицкрига, автор не вскрывает в полной мере общего замысла этого наступления.

Военные события на советско—германском фронте и 1943 и 1944 гг. показаны несколько бессистемно, без достаточного анализа. В частности, нет ясной картины, какие основные операция входили в летне—осеннюю кампанию 1943 г., зимнюю и летне—осеннюю кампании 1944 г. Нет ясной картины битвы за Днепр в 1943 г. и стратегических операции советских войск 1944 г. Даже по таким излюбленным автором вопросам, как стратегическая инициатива и действия подвижных войск – танков и авиации, анализ действий советских войск дается явно недостаточный, а часто и совсем отсутствует.

В отдельных случаях автор допускает неверную трактовку ряда политических и военных вопросов. Так, например, без какой—либо мотивировки или документального подтверждения автор немецко—фашистскую теорию «жизненного пространства» объявляет политической целью советских войск (?!).

Автор утверждает, что «русская теория состояла в том, чтобы наносить удары до тех пор, пока не иссякнет собственный наступательный порыв или же сопротивление противника не окрепнет настолько, что сделает продолжение наступления невыгодным». Такое заявление есть не что иное, как попытка приписать советским войскам имевшую хождение в западноевропейских армиях теорию так называемого «затухания» операций.

Более обстоятельно и подробно автор излагает вторжение американо—английских войск в Северную Францию в 1944 г. Следует только отметить, что автор так и не показывает всех причин затягивания открытия второго фронта в Европе. На первое место среди них следует поставить не военные, а политические причины: стремление известных кругов в США и Англии добиться возможно большего взаимного истощения в единоборстве советских и германских вооруженных сил. И только тогда, когда стало совершенно ясно, что советские войска в состоянии одни завершить разгром немецко—фашистских войск н освободить порабощенные гитлеровцами народы Европы, американо—английское командование приняло, наконец, решение об открытии второго фронта в Западной Европе в 1944 г. При этом начало вторжения было приурочено ко времени проведения советскими войсками в 1944 г. ряда крупных стратегических операций.

Это, безусловно, не могло не облегчить боевых действий американо—английских войск в Западной Европе.

Несомненно, высадка американо—английских войск в Северной Франции сыграла положительную роль в общей борьбе с фашистским блоком. Однако решающим оставался и после этой высадки советско—германский фронт, где по—прежнему находились основные силы фашистской Германии.

Автор недостаточно анализирует эту сторону коалиционной войны, без чего нельзя правильно понять до конца вопрос о борьбе за захват и удержание стратегической инициативы войсками антигитлеровской коалиции.

В девятой главе, озаглавленной «Союзники окончательно завоевывают инициативу в Европе», Фуллер рассматривает вторжение американо—французских войск в Южную Францию, военные действия в Италии, завершение освобождения всей территории Франции от немецко—фашистских войск, а затем только останавливается на военных действиях на советско—германском фронте осенью 1944 г., зимой и весной 1945 г. В заключительном разделе главы рассматриваются события завершающего этапа войны в Европе, включая капитуляцию фашистской Германии.

Наименование данной главы вызывает сомнение, так как вернее было бы сказать: «Завершение разгрома немецко—фашистских вооруженных сил». Советские войска окончательно захватили стратегическую инициативу на советско—германском фронте летом 1943 г., а стратегическая инициатива в Западной Европе перешла к американо—английским войскам летом 1944 г. Правильнее было бы говорить о борьбе не за захват, а за удержание стратегической инициативы.

Описывая в данной главе военные действия во Франции, автор не показывает такого весьма важного факта, как освобождение большей части территории Франции, а также ее столицы Парижа французскими отрядами Сопротивления. Американские войска вступили в Париж после того, как им с боями овладели французские патриоты. Всего на территории Франции в отрядах Сопротивления насчитывалось от 400 до 700 тыс. человек. Руководящая роль в большинстве этих отрядов принадлежала французским коммунистам. Все эти силы оказали большую помощь американо—английским войскам на территории Франции.

Некоторые военные события автор освещает неполно и односторонне. Это можно отнести, в частности, к Арденнской операции. Немецко—фашистские войска, внезапно перешедшие в наступление в Арденнах 16 декабря 1944 г., сумели продвинуться на 100–110 км. Американо—английские войска ценой больших усилий остановили их продвижение. Однако обстановка в этом районе продолжала оставаться напряженной. 6 января премьер—министр Великобритании Черчилль обратился с известным посланием к Советскому правительству. Он просил ускорить переход в наступление советских войск с целью облегчить положение американо—английских войск в Арденнах.

12 января началось мощное наступление советских войск одновременно более чем на 1200–километровом фронте от Балтики до Карпат. В этот же день немецко—фашистское командование вывело из района Арденн 6–ю танковую армию СС, действовавшую на направлении главного удара, а также ряд соединений из других армий и начало переброску их на советско—германский фронт.

Исходное положение в Арденнах было восстановлено окончательно американо—английскими войсками только к 20 января 1945 г. Возобновить же наступательные действия на Западном фронте англо—американцы смогли только в феврале.

Автор не приводит перечисленные выше факты и представляет дело таким образом, что «к 1 января… было в разгаре» отступление немецко—фашистских войск.

Сведения о советских войсках в данной главе, так же как и в других, излагаются и комментируются автором произвольно. Данные о количестве немецко—фашистских войск на советско—германском фронте и, в частности, о численности берлинской группировки, в значительной степени занижены.

Десятая глава «Окончательное завоевание инициативы на Тихом океане союзниками» состоит из разделов, в которых говорится о военных действиях в Бирме, на Филиппинах. а также на островах Тихого океана на завершающем этапе второй мировой войны; освещаются вопросы стратегических бомбардировок Японии американской авиацией. Заключительный раздел главы тенденциозно назван: «Атомная бомба и капитуляция Японии».

Глава представляет интерес с точки зрения изложения хода боевых действий в Бирме и на островах Тихого океана, а также освещения некоторых сторон вопроса о завершении разгрома империалистической Японии. Однако трактовка ряда событий автором не может не вызвать возражений со стороны читателя.

Прежде всего следует отметить, что совершенно замалчивается решающая роль Советского Союза и его вооруженных сил в завершении разгрома империалистической Японии. Разгром Квантунской армии в Маньчжурии в августе 1945 г. советскими войсками и лишение Японии ее военно—экономической базы в Северо—Восточном Китае заставил японское правительство принять условия безоговорочной капитуляции, отвергнутые им перед вступлением Советского Союза в войну против Японии. Именно вступление Советского Союза в войну и разгром Квантунской армии доказали японскому правительству бесперспективность дальнейшего сопротивления. До этого японское правительство надеялось, что ему удастся затянуть войну и добиться заключения компромиссного мира с США и Англией за счет дележа захваченных территорий, в частности Китая. Учитывая способность Японии к дальнейшему сопротивлению, американо—английское командование планировало основную операцию по вторжению на собственно Японские острова только на 1946 г.

Вступление Советского Союза в войну против Японии явилось выполнением союзнического долга. Оно было предусмотрено решениями Ялтинской и Потсдамской конференций и преследовало цель быстрейшего окончания второй мировой войны в целом.

В заключительной, одиннадцатой, главе автор рассматривает «первостепенные вопросы войны», к которым он относит такие проблемы, как «политика войны» и «этика и война». Рассматриваются эти проблемы, в основном с идеалистических позиций, под углом зрения взглядов определенной части английских правящих кругов, хотя автор и не скупится на критические замечания в адрес английского правительства. В ряде мест прямо или косвенно подчеркивается антисоветская направленность высказываемых автором положений. В частности, автор выступает против антифашистского характера второй мировой войны и сожалеет об «ослаблении» Германии, подразумевая под этим ослабление реакционных, антисоветских сил в этой стране. Автору не нравятся партизанские действия и все, что связано с народным возмущением против захватчиков. В то же время он стоит на позициях тех, кто твердит о невозможности мирного сосуществования государств и о неизбежности вони. В ряде случаев автор оперирует абстрактными категориями, «вечными и неизменными» принципами, не связывая свои положения и выводы с классовой природой человеческого общества, социально—политическими условиями, характером и целями войны.

Серьезным недостатком книги является почти полное отсутствие каких—либо документальных обоснований.

Все сказанное выше свидетельствует о том, что к книге следует относиться критически. Однако она имеет для советского читателя познавательный интерес как с точки зрения ознакомления с фактическими событиями на различных фронтах второй мировой войны, так и с точки зрения постановки вопроса автором, рассматривающим военные события с позиции показа борьбы за стратегическую инициативу. Со многими из высказываний автора целесообразно ознакомиться, так как они характеризуют в какой—то степени, хотя и неофициальные, но имеющие хождение в американских и английских военных кругах взгляды на формы и способы ведения военных действий. Издательство выпускает книгу с незначительными сокращениями в русском переводе.

А. Багреев.

Предисловие

Я не ставлю своей целью написать всестороннюю историю недавно окончившейся войны. По—моему, это практически невозможно осуществить на том ограниченном материале, которым мы пока располагаем. Однако, если рассматривать только стратегические и тактические аспекты войны, можно, мне кажется, сделать полезный для читателя обзор. Я думаю также, что если кампании прошлой войны представляют для военных и для любителей из числа гражданских лиц (а в наши дни такие любители в большинстве своем служат в армии или являются потенциальными военными) только исторический интерес, а не что—то большее, то именно сейчас следовало бы подвергнуть анализу ошибки, допущенные в этих кампаниях, и достигнутые успехи. Это особенно важно в наш век техники, когда изменения в применении стратегических принципов и тактических положений происходят так быстро, что факты вчерашнего дня завтра могут потерять всякий интерес. Поэтому я не пытался рассматривать политические, экономические и психологические аспекты войны, несмотря на их большое значение. Более того, я не рассматриваю подробно битву за Атлантику, морские операции на Средиземном море, партизанскую войну в России и в других странах, оккупированных германскими войсками, войну Японии в Китае. Я руководствовался при этом тем, что битва за Атлантику и в несколько меньшей степени действия военно—морских сил на Средиземном море были настолько тесно связаны со всеми сухопутными кампаниями в Европе, что подробное освещение этих вопросов заняло бы слишком много места в ущерб детальному рассмотрению операций, намеченных для описания в этой книге. Что касается действий партизан, то здесь многое еще не ясно, и, кроме того, эти действия, за исключением партизанской войны в России, с моей точки зрения, больше относятся к политической, чем к военной области. И, наконец, японо—китайская война. Для того, чтобы дать более или менее полное представление о ней, пришлось бы вернуться к самому ее началу; к тому же эта война как в стратегическом, так и в тактическом отношении не представляет большого интереса.

Это о книге в целом. Теперь об использованных мной источниках. Они делятся в основном на четыре группы: 1) официальные доклады н отчеты; 2) мемуары и биографии участников войны; 3) статьи и описания военных корреспондентов; 4) документы Нюрнбергского процесса, беседы с солдатами н офицерами противника и другие материалы, вроде тех, которые содержатся в книге майора Шульмана «Поражение на Западе». В первой группе факты обычно излагаются правильно, но эти материалы редко носят критический характер. В них приводятся голые факты без каких—либо комментариев, однако они являются неоценимыми, так как дают общее представление о характере операций. Наиболее важной является вторая группа источников, несмотря на опасность пристрастного освещения фактов. С тем чтобы более или менее приблизиться к истине, необходимо изучить и сопоставить значительное количество фактов из мемуаров и биографий участников войны. Так как пока опубликовано немного таких работ, я был вынужден заполнить пробел материалами из третьей группы. Но и без этого я не мог пройти мимо превосходных в целом книг военных корреспондентов. Однако на русском театре военных действий корреспонденты не смогли написать что—либо интересное, так как их держали вдали от фронта и снабжали лишь официальной пропагандистской информацией; они не могли не только сами наблюдать события, но и услышать лично что—нибудь о них. Быть может, мне не посчастливилось, однако я отыскал только одну книгу, дающую ясное представление о ходе войны в России, – это двухтомная работа У. Аллена н П. Муратова «Война в России». Первый том охватывает 1941–1943 гг., а второй – 1944–1945 гг. Книга выпущена издательством «Пингвин». Из этой работы я и почерпнул большую часть материалов для моей книги, за что выражаю авторам свою благодарность. Что касается четвертой группы источников – документов Нюрнбергского процесса и бесед, хотя они и представляют большой интерес, к ним, по крайней мере в течение некоторого времени, следует относиться с осторожностью. Необходимость такой осторожности объясняется следующими соображениями: 1) хотя документы, предъявленные в Нюрнберге, можно считать подлинным, однако это вовсе не является доказательством того, что все они были целиком или частично проведены в жизнь. Каждый военный знает, что планы и проекты всегда находятся в процессе изменения и уточнения; 2) правдивость побежденных вызывает большие сомнения, так как человеку свойственно преуменьшать свои собственные ошибки и пытаться переложить ответственность на плечи других. Конечно, Гитлер несет ответственность за многие абсурдные решения, но считать, что все промахи совершены только по его вине, – величайший абсурд. На войне, как правило, крупное поражение или победа является результатом действия нескольких людей и стечения многих обстоятельств.

Когда я оцениваю кампании, подробности которых достаточно выяснены, что дает возможность подвергнуть их критическому рассмотрению, то прекрасно понимаю, как легко быть умным теперь. Однако лучше быть таким после совершившегося, чем никогда. Если бы историки н другие деятели более критически оценивали факты со времени 1919 г., мы бы не оказались настолько психологически неподготовленными в 1939 г. В оправдание критики, содержащейся в этой книге, я хочу обратить внимание читателя, если он возьмет на себя труд ознакомиться с тем, что я написал в годы войны, в том числе и с моими другими книгами, что большая часть моих критических замечаний была высказана до описываемых событии, во время них или сразу после их окончания. Я, например, всегда придерживался мнения, что война является крайним средством и что воевать следует только тогда, когда поставлена здравая политическая цель. Цель войны заключается не в убийстве людей и разрушении, а в том, чтобы вразумить противника. Стратегические бомбардировки, начатые по инициативе Черчилля, являлись ошибкой не только с моральной точки зрения, но н не оправдывались военными соображениями, а политически означали самоубийство. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на положение в Центральной Европе сегодня.

Идеологические войны бессмысленны, и не потому, что идеи неуязвимы для пуль, а потому, и это всегда так было, что чем справедливее война, тем ужаснее ее результаты. Бомбардировки на уничтожение, к которым прибегали многие генералы, были не только жестокими, но и не оправдывали себя. Искусство ведения войны требует смелости и ума, а не только превосходства в технике и численности войск. В силу хотя бы только географического положения Британии наша стратегия основывалась на военно—морских, а не на наземных силах. С 1914 г. Соединенное Королевство пыталось играть роль континентальной державы и неизменно попадало в глупое положение. И, наконец, следует сказать, что, принимая во внимание все эти обстоятельства и независимо от того, как ведет себя ваш противник, выгоднее вести войну как подобает джентльмену, а не как мужику, ибо мужицкая война и закончится мужицким миром, который таит в себе опасность новой войны. Так поступать, по—моему, глупо.

Хочется сказать несколько слов еще об одном, а именно о численности армий и потерях. Обычно противники стремятся преуменьшить свои силы и преувеличить силы противника, потому что в этом случае победы выглядят более блестящими, а поражения – менее тяжкими. Поэтому я не могу поручиться за точность данных о численности вооруженных сил, приводимых в книге. Почти все официальные данные о потерях просто—напросто «состряпаны». Например, как быть в таком случае? В августе 1940 г. немцы сообщили, что они сбили 143 британских самолета, а на следующий день – 65, потеряв при этом соответственно 32 и 15. В эти же дни англичане сообщили, что они сбили 169 и 71 германский самолет, потеряв соответственно 34 и 18. Чтобы быть беспристрастным, следует сказать, что обе стороны были посредственными математиками. Это видно из таблицы на стр. 27 о потерях германской авиации в 1940 г.

Сообщения о потерях в сухопутных боях также противоречивы; зачастую сообщаются невероятные цифры. Однако есть хорошее правило, которое помогает разобраться в этом. Согласно «Статистическому сборнику британской армии за 1914–1920 гг. «потери в войну 1914–1918 гг. распределялись следующим образом: убитые и умершие – 19,94 %, раненые – 66,29 %, пропавшие без вести и пленные 13,77 %. На одного убитого приходилось 3,3 раненых и 0,7 пропавших без вести. Таким образом, соотношение выглядит как 1:3:1. Следовательно, если в сообщении указывается, что было убито 10 тыс., то общие потерн достигают примерно 50 тыс. Поскольку в коротком сражении максимальные потери могут составить до 20 % от численности войск, принимавших непосредственное участие в боях, значит, всего в войсках, понесших указанные потери, должно быть 250 тыс. человек. Но так как в настоящее время на одного солдата на фронте приходится два солдата в тылу, то общая численность армии составит примерно 750 тыс. Такой простой подсчет помогает быстро определить степень достоверности сообщаемых сведений. Однажды я прочитал, что, «согласно надежной информации», в одном коротком сражении немцы потеряли 200 тыс. убитыми на сравнительно небольшом участке русского фронта. Если руководствоваться нашим правилом, тогда получится, что в сражении участвовали германские войска общей численностью 15 млн. человек, что в три раза больше численности всех германских вооруженных сил, находившихся в России.

Война может быть наукой или искусством, однако сообщения о ней, как правило, ложные. Поэтому, в моей книге неизбежен целый ряд ошибок, как, впрочем, и во всех других книгах, написанных о недавно закончившейся войне, Я надеюсь, однако, что, поскольку в книге рассматриваются главным образом вопросы стратегии и тактики, ошибок в ней будет меньше, чем в том случае, если бы я взялся писать героическую историю войны и, следовательно, описывал бы в основном события, которых в действительности никогда не было.

Таблица 1

Дж. Фуллер.

1 сентября 1947 г.