Текст книги "Игры великих (СИ)"

Автор книги: Джон Демидов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 12

Дорогие друзья, у каждого из вас снова есть возможность поучаствовать в дальнейшем развитии произведения. Я никак не могу определиться с будущим классом Ильи, и решил предоставить это право вам. Для каждого выбора у меня уже продуман свой сюжет и свои приколы.

Кто хочет поучаствовать – голосовалка в моей группе ВК, а ссылка на неё в примечаниях к книге и в моем профиле.

А вот и новая глава! Приятного чтения)

* * *

Я посмотрел на капитана долгим взглядом и сказал, что обязательно ещё вернусь, чтобы мы с ним поговорили в куда более спокойной обстановке, на что капитан, который в это время осторожно уводил Марину в сторону выхода из аномальной зоны кивнул, даже не поворачиваясь,

После этого мы с Ильей развернулись и уверенной походкой вышли с другой стороны аномальной зоны, оказавшись на территории рынка «Московский», где проходила граница условно нормального мира.

Едва мы перевели дух, Илюха тут же повернулся ко мне, и к собственному ужасу я увидел в его глазах неудержимое желание растерзать меня кучей вопросов, которые он всё это время дисциплинированно сдерживал внутри себя.

– Серег, слушай, это же просто… Как? Ты, этот здоровенный лис, кольца… Что за филки ты мне дал? Куда мы?..

– Потом, – отрезал я, резко подняв руку. – Всё потом, Илюх. Сейчас наша самая главная задача – не привлекать внимания. Видишь?

Я кивнул в сторону дальней части улицы, где её не спеша переходил патруль – два бойца в новой, тёмной форме ДКАР с автоматами наготове. Они пристально смотрели по сторонам, буквально сканируя своими взглядами лица редких прохожих. Нас они пока не заметили, но расслабляться было нельзя.

Илья, увидев патруль, инстинктивно съёжился, и постарался отступить поглубже в тень, после чего прошептал:

– Понял, можешь не продолжать… Так какой план?

– Свалить отсюда как можно дальше. Сбежать из центра, подальше от военных, чтобы минимизировать риски возможного обнаружения. Тут рядом находится Северный вокзал, ребята говорили, что там можно пробраться на пути и уйти по ж/д полотну до первой станции за городом. Там намного меньше камер и контроля, так что сядем на электричку и укатим спокойно в область.

Мой план был прост и, как я надеялся, максимально эффективен. Илюха не нашёл причин для возражения и мы сразу же двинулись в сторону вокзала, стараясь держаться в тени зданий и избегать освещённых участков.

Тем временем город медленно просыпался после очередной тревожной ночи. Всё чаще открывались двери подъездов, выпуская из себя заспанных людей выходивших на работу. Они шли в магазины, на остановки, разговаривали о каких-то своих, совершенно незначительных проблемах…

Эта картина нормальной, повседневной жизни в условиях, когда мир трещал по швам, казалась мне совершенно сюрреалистичной и неуместной, как плохо сыгранный спектакль.

Я искренне не понимал, почему эти люди так сильно держатся за прошлую жизнь, и до сих пор не получили даже первого кольца… Неужели страх перемен был настолько силён? Все они пытались сохранить подобие рутины, пока над их головами решались судьбы на совершенно другом уровне, не доступном для их понимания.

Мы без приключений добрались до Северного вокзала – унылого бетонного здания, вокруг которого в настоящее время висела колючка, на которой щедро закрепили множество предупредительных табличек «Зона контроля».

Центральный вход нам был не нужен. Если верить парням – проход находился где-то за вокзалом, а потому мы начали обходить его по периметру. Поиски дырки в заборе заняли достаточно много времени, но в конце концов мы её нашли, и проскользнули внутрь, оказавшись на огромном, пустынном поле железнодорожных путей, где сам воздух пах маслом, металлом и свободой.

– Так… – выдохнул Илья, когда мы двинулись по шпалам в сторону, где, судя по карте, находился выезд из города. – А теперь можно помучить тебя вопросами?

– Ну разве что немного, – согласился я, прекрасно понимая, что и дальше испытывать терпение моего друга мне явно не следовало. – Задавай свои вопросы, Илюх, на что смогу – отвечу.

– Куда мы идём и в чём состоит твой план? – тут же поинтересовался Илюха, на что я мысленно вздохнул и ответил:

– Самый главный и в то же время единственный план на текущий момент – это апнуть тебе третье кольцо, однако делать это в черте города или рядом с военными объектами – это извращенный способ самоубийства. Если мы пойдём на это, то лишь вопрос времени – как быстро нас обнаружат, а потому нужна полная глухомань, где в идеале людей вообще нет.

– Третье кольцо? – Илья нахмурился, явно пытаясь что-то вспомнить, после чего его лицо озарилось пониманием, и он спросил:

– Это из-за того, что нам с тобой говорил Ромка? Что-то про то, что с получением третьего кольца меняется что-то в системе при переносе?

Я кивнул, и тут же уточнил:

– Да, ты прав, но лучше не спрашивай меня про подробности… Ответить я на это не смогу, потому что система повесила запрет на распространение этой информации. Просто знай, что зла я тебе не желаю, и делай то, что я скажу. После переноса в Сиалу – сам всё увидишь и поймёшь, а пока – просто доверься.

Илья какое-то время молчал, переваривая полученную информацию, и оно было не удивительно… Доверие между нами действительно уже было, но сейчас я его просил о куда более глубоком уровне этого доверия, от которого напрямую зависела вся его дальнейшая жизнь.

– Ладно, – наконец сказал он. – Ты меня никогда не подводил, Серёг, а потому я доверяю тебе, хоть это и чертовски страшно и непонятно.

Вообще – всё так быстро происходит… Только вчера я лежал в казарме и мечтал прожить ещё хотя бы один день, а сегодня – опасный данж, спасение, два кольца, бегство… А что будет завтра?

– О, ну на этот вопрос я тебе могу ответить, – усмехнулся я, без особого юмора, и тут же продолжил: – Завтра будет ещё интереснее, а сейчас иди и хватит уже вопросов… Лучше смотри под ноги, а то провалишься между шпалами…

Дальше мы шли преимущественно в молчании, изредка прерываемом его вопросами о различных системных мелочах – о лисе, о том, как я нашёл его, и о Сиале. На какие-то вопросы я отвечал, а что-то дипломатично старался обойти.

Время тянулось крайне медленно, ноги начинали ныть от непривычной ходьбы по неровным шпалам и щебню, и в этот момент, вдали показалась маленькая станция-платформа, где не было ни одной живой души.

Мы поднялись с путей, отряхнулись, и затаились рядом с платформой, дожидаясь прихода электрички, которая пришла где-то через двадцать минут, и представляла собой весьма потрёпанное зрелище.

Я всегда придерживался поговорки, что лучше плохо ехать, чем хорошо идти, поэтому совершенно без малейших сомнений загрузился в самый последний вагон, где кроме нас была только сонная бабуська с авоськой, а контролёров не было и в помине.

Усевшись на жёсткую лавку, я уставился в окно, где мимо нас проплывали платформы редких станций, мелькающие сосны, в просветы которых иногда виднелось море. Всё было как раньше, и всё было совершенно иным.

Недолго думая, я решил ехать до конечной станции, который был курортный городок Светлогорск. По прибытию мы вышли на пустынную платформу, и когда мы вышли в город – я его не узнал.

Когда-то шумный курорт, даже в межсезонье полный жизни, теперь выглядел вымершим. Ветер гонял по асфальту обрывки газет и пластиковые стаканчики, где-то вдалеке изредка мелькали фигуры людей, но как только они видели нас – двух незнакомых, довольно крепких парней, – поспешно прятались в подъезды или сворачивали в переулки. Это было очень странно и вызывало у меня искреннее недоумение.

– Тут что-то не так, – тихо сказал Илья, невольно переходя на шёпот.

– И не говори, аж мурашки по коже, – кивнул я, буквально пятой точкой чувствуя очередные проблемы, которые никак не желали меня отпускать.

Тем не менее – выбора у нас не было, а потому я решил следовать придуманному плану, и просто максимально ускориться в его выполнении.

Нам нужны были данжи, и искать я их решил в лесопарке рядом с городом, который начинался около обзорной площадки на Песчаной горе. Там можно смело призывать лиса, который с лёгкостью найдет нам данжи, и мы сможем работать не оглядываясь на последствия.

Мы с Ильей быстро пересекли пустынную улицу, после чего свернули на дорогу, ведущую вверх, к смотровой площадке, от которой уходила узкая тропа в обширный лесной массив Георгенсвальде.

Дорога, как и весь этот город была пустынна. На ней не было ни машин, ни туристов, лишь крики чаек да шум ветра в кронах высоких сосен. Мы уже поднимались по тропинке, когда я почувствовал что-то неправильное, и именно в этот момент над землёй, словно из ниоткуда, начал подниматься густой, молочно-белый туман.

Такое бывало в этих местах, когда туман приходил с моря, однако сейчас был совсем не тот случай… Он появлялся прямо из-под наших ног, из трещин в асфальте, и даже из-под корней деревьев. Он был холодным, неестественно плотным и быстро сгущался, сокращая видимость до пары десятков метров.

Как только это началось, я мгновенно замер, выставив свою руку назад, после чего задвинул Илюху себе за спину и сказал ему:

– Замри, тут что-то не то.

В этот же момент из глубины тумана донёсся насмешливый, низкий мужской голос, в котором слышалась какая-то слащавая, театральная заносчивость.

– Так-так-так… Что это за птенчиков занесло в наши края? Заблудились, милые? Или вы ищете дорогу к свету?

Я не стал отвечать на этот бред, и сразу же призвал лиса, после чего начал медленно отступать, пытаясь вывести своего друга из самого густого кольца тумана, но очень быстро понял бесперспективность этой затеи, потому что туман не собирался нас отпускать, и следовал за нами.

Голос тем временем и не думал затыкаться, а продолжал свои речи, постепенно приближаясь. Я уже всерьёз раздумывал над тем, чтобы атаковать его первым, но этого урода спасало то, что голос его был размыт, и я никак не мог определить место его нахождения.

– Впрочем, неважно… Ваши души, такие яркие, такие полные свежей силы… Они послужат отличным подношением для Госпожи, для нашей Владычицы Тишины – Арахнис! Слава её сети, что ловит заблудшие огни!

Культ. Мы попали на чёртова культиста! Скорее всего, кто-то из местных жителей посетил царство Сиалы, где вступил в культ, и сейчас несёт знание своей веры в массы землян в материнском мире.

В голове мгновенно пронеслись все факты, что я знал о таких явлениях, и это мне не понравилось. Всё что я знал о культистах, так это то, что они отмороженные фанатики, которые находили в аномалиях или в выдуманных сущностях новых «богов», после чего занимались различными мерзкими ритуалами для их усиления. Чаще всего – за счёт других носителей.

– Илюх, боевая готовность номер один, – прошипел я сквозь зубы, одновременно посылая лису мысленный приказ: «Найди источник голоса и сразу же его атакуй.».

Лис не заставил себя упрашивать, и тут же рванул куда-то в сторону. Только я обрадовался и собрался хоть как-то тянуть время, чтобы дать шанс на атаку моему компаньону, как вдруг туман на его пути сгустился, образовав плотную стену, в которую лис сразу же и врезался, безобидно отскочив от неё, словно надувной мячик.

– Ох, и проворный зверёк! – засмеялся голос, теперь уже прямо перед нами, сразу после чего из тумана выступила фигура высокого, тощего мужчины в длинном, поношенном плаще с капюшоном, который он натянул на голову.

В руках наш новый знакомец держал крайне странный предмет, который был похож на сплетённый из сухих ветвей и паутины жезл, на конце которого мерцал тусклый зелёный кристалл. Под его ногами слабо светились два синих кольца, говоря о том, что противник вроде как не особо сильный, вот только что-то мне подсказывало, что сюрпризов у этой твари – закачаешься.

– Две молодые, сильные души… Госпожа и правда будет довольна, а её сети вечны, и её голод – ненасытен! – прорычал мужик, после чего взмахнул жезлом, и туман вокруг нас ожил.

Из него начали вытягиваться белесые щупальца, которые сразу же потянулись к нам, желая опутать, и в этот момент я понял, что шутки кончились, и нужно начинать действовать решительно.

Первым делом я активировал «Теневые крылья», чья тёмная энергия с готовностью рванула из-за моей спины, разрывая уплотнённый туман, после чего я сделал короткий, резкий взмах, пытаясь откинуть от себя созданные противников щупальца, однако затея оказалась так себе, и откинутые щупальца очень быстро вернулись на свои места.

– Илюх, не стой! Мне нужна твоя помощь! – крикнул я, понимая, что одному справиться с таки непонятным противником будет тяжело, сразу после чего мой друг, который до этого момента застыл в своеобразном ступоре, наконец вздрогнул, и пришёл в себя.

Паника в его глазах оказалась моментально подавлена яростью, которая бывает у загнанных в угол зверей, и так как он не имел боевых навыков, а помощь реально была нужна, то он взял, и без особых затей рванул в сторону культиста, ловко уклоняясь от его щупалец.

Культиста эта атака позабавила, и как только Илья начал приближаться к нему, то эта тварь просто щёлкнула пальцами, сразу после чего из тумана, прямо перед Ильей, возникла плотная, похожая на паутину, сеть, куда он влетел, и тут же в неё запутался.

Тем не менее эта атака принесла большую пользу, которая заключалась в том, что мой лис тоже пошёл ва-банк, и использовал свой навык «Сквозь зеркало теней», попытавшись атаковать с другого направления.

Он растворился в тени у моих ног и должен был вынырнуть из тени за спиной у культиста, но произошло странное: лис появился, да, но сделал это не за спиной врага, а где-то в метре от него, и туман практически сразу его обездвижил, из-за чего складывалось ощущение, что мой компаньон завис в каком-то сиропе.

Культист на неожиданное внедрение в его личное пространство отреагировал крайне быстро. Мой компаньон даже не успел толком повернуться, а культист уже ткнул своим жезлом в его сторону, применив какой-то навык. Кристалл на навершии посоха вспыхнул ядовито-зелёным цветом, после чего из него вырвался сгусток светящейся субстанции.

Лису эта штука очень не понравилась и он попытался увернуться, но сгусток энергии всё равно его задел, после чего я услышал шипящий звук, а лис взвыл от неожиданной боли.

После этого у меня слетели все тормоза, и сознание захватила холодная беспощадная ярость. Эта тварь посмела ранить моего компаньона, и она ответит за свой поступок.

Я отозвал крылья, решив не тратить свои ресурсы на их поддержание, после чего сосредоточился на той своей способности, которая ещё никогда меня не подводила.

Постаравшись поймать взгляд культиста, и мысленно поморщившись от его самодовольных, безумных глаз, я хорошенько приложило его своим ментальным шипом, и моя атака прошла!

Эффект от неё был мгновенным. Культист ахнул, как от удара в солнечное сплетение, его глаза на несколько мгновений закрылись, а рука с жезлом дрогнула. Он больше не мог концентрироваться на поддержании тумана, и он закономерно начал редеть, а щупальца – расплываться.

– Илюх, давай!!! – заорал я, и Илюха дал…

Как только он почувствовал ослабление сети, то из последних сил рванул, разорвав её, и оказался буквально в паре шагов от ошеломлённого культиста, после чего, не раздумывая о технике, Илья хорошенько втащил твари кулаком прямо в лицо.

Звук ломающегося носа был усладой для моей израненной души. После полученного удара культист отлетел на добрый десяток метров назад, потеряв во время полёта свой жезл, и мешком рухнул на землю.

Сразу после этого знаменательного события туман вокруг нас рассыпался на мелкие клочки, от которых скоро не осталось и следа, после чего на тропинку снова упал солнечный свет, как ни в чём не бывало.

Рана на бедре моего компаньона выглядела крайне неприятной, а когда я попытался приложить к ней руку и сконцентрироваться на своём навыке исцеления, то почувствовал, что для исцеления такого специфического повреждения моего навыка не хватит…

Глава 13

Интерлюдия. Встреча в Кремле

Широкий, бесконечно длинный коридор Сенатского дворца в этот поздний вечер был совершенно безлюден, пока в него не вышли два тихо беседующих человека. Под их ногами мягко шуршал толстый бордовый ковёр, поглощавший звуки шагов, а по стенам, украшенным лепниной и позолотой, через равные интервалы висели массивные рамы с портретами государственных деятелей ушедших эпох – они молчаливо наблюдали за двумя мужчинами, чьё присутствие здесь в столь поздний час казалось почти невозможным.

Роман Григорьевич шёл неспешно, с безупречно прямой, несмотря на возраст, осанкой. Человек, занимавший в иерархии Российской власти одну из высших ступеней, внешне ничем не выдавал своего статуса. Простой, но безукоризненно сшитый тёмно-синий костюм, седые, аккуратно подстриженные волосы, внимательный, немного усталый взгляд. Он напоминал скорее университетского профессора, чем одного из тех, чьи решения определяли судьбы миллионов.

Рядом с ним, сохраняя почтительную дистанцию, шагал полковник Игнатьев. Его серый костюм выглядел свежим и выглаженным, но внимательный глаз мог заметить лёгкую тень под его глазами – следы многих бессонных ночей и постоянного напряжения.

– Дмитрий Сергеевич, – начал Роман Григорьевич, не поворачивая головы. Его голос был тихим, но обладал удивительной силой, из-за чего заполнял всё пространство коридора. – Позвольте выразить признательность за ваш последний отчёт. Лаконично, ёмко, без лишней эмоциональной шелухи. Редкое качество в наше время.

– Благодарю, Роман Григорьевич, стараюсь следовать принципу: факты, анализ, выводы, – отозвался Игнатьев уважительным голосом, но без подобострастия.

– Потому и доверяем вам такие… деликатные направления, Дмитрий Сергеевич, но хотелось бы больше подробностей, для чего я вас и вызвал. Что вы можете рассказать насчёт успехов своей комиссии? Вы пишете о значительном прогрессе в оперативном планировании…

Игнатьев сделал небольшую паузу, собирая мысли в кучу. Он прекрасно понимал, что за этим простым вопросом стояло желание услышать не формальный отчёт, а суть, очищенную от бюрократических формулировок, и сейчас от его ответа зависело всё будущее комиссии.

– Основная цель, поставленная перед нами после инцидента с переходом в Сиалу и последующего пленения Елены Соколовой, выполнена, – начал он, тщательно подбирая слова. – Объект «Абсолют» изъята из-под контроля предыдущего оперативного штаба и помещена на объект «Омега». Состояние стабилизировано, психологическое давление снято. Она находится под круглосуточным наблюдением и охраной.

Роман Григорьевич слегка кивнул, продолжая идти в сторону своего кабинета, и спросил:

– А что касается её уникальных способностей? Ритуал, о котором вы писали…

– Подтверждён. Техническим отделом комиссии зафиксирована магическая аффиксация высокой сложности. Она действительно привязана к артефакту, находящемуся во владении так называемого лорда Кассиана из царства Сиалы.

Дистанционное ограничение – пять километров. За пределами этой зоны её системный интерфейс, как и все её способности полностью блокируются, и это не просто психологическая обработка, как мы первое время думали, а самое настоящее вмешательство в её системную оболочку.

– Словно чип с дистанционным управлением, – тихо, почти про себя, заметил Роман Григорьевич. – Только вместо электроники – магия. Продолжайте.

– За время, прошедшее с момента её помещения на «Омегу», мы провели полный цикл исследований и начали программу интенсивной подготовки. Девушка не конфликтна, более того – она демонстрирует высокую степень мотивации к восстановлению и обучению, потому что понимает серьёзность положения.

С её согласия и под контролем наших специалистов мы дали ей поглотить эссенцию, которой хватило на активацию второго кольца становления. Полученный навык оказался так же заблокирован на системном уровне, и сегодня, если не возникнет никаких проблем, будет предпринята попытка поднять ей третье кольцо.

В этот момент Роман Григорьевич остановился у высокого окна, выходящего на Соборную площадь, и задумчиво смотрел на ночную подсветку, которая золотила купола соборов.

– Третье кольцо… А ведь у неё был колоссальный потенциал с самого начала… Первый в России «абсолют». – Неожиданно он повернулся к Игнатьеву, и со сложным коктейлем эмоций в глазах спросил:

– Дмитрий Сергеевич, как вы считаете… Если бы предыдущее руководство проекта не допустило таких чудовищных ошибок в обращении с ней… Если бы вместо тупого давления и попыток закрутить гайки там, где требовался тонкий подход, был проявлен хотя бы минимальный такт и понимание её ценности… Как вы думаете, мы бы сейчас обсуждали планы по её спасению? Или она уже была бы нашим лояльным и могущественным козырем, укрепляющим позиции страны в этом новом, странном мире?

Вопрос был очень не простой. Игнатьев знал, что отвечать на него нужно крайне осторожно, потому что Алексей Петрович, несмотря на свою ошибку, был частью системы, а критика системы изнутри – занятие небезопасное.

– С высокой долей вероятности, Роман Григорьевич, мы бы располагали не просто активом, а союзником, – сказал он, избегая прямого осуждения. – Молодая девушка, оказавшаяся в шоковой ситуации, искала опоры, а ей предложили клетку и угрозы, поэтому совсем не удивительно, что она бежала.

Если бы ей предложили защиту и помощь – скорее всего она бы осталась, потому что изначально её мотивы были просты: выжить и понять, что с ней происходит. Вместо этого её загнали в угол, спровоцировав на отчаянный и плохо подготовленный побег. Результат – пленение и фактическое порабощение врагом. Это классический пример того, как непрофессионализм и шаблонное мышление губит уникальные возможности.

Роман Григорьевич тяжело вздохнул. Его лицо на мгновение исказила гримаса, в которой было и раздражение, и усталое принятие неизбежного, а потом он тихо проговорил:

– Алексей Петрович уже ответил за свою ошибку, как и те, кто покрывал его методы. Семью мы конечно трогать не стали, хоть и следовало бы, но сам он… больше не представляет никакого интереса для государственной службы. Слишком дорого нам обошлась его тяга к казарменным методам воспитания… – Он немного помолчал, и перевёл тему:

– Ладно, это всё прошлое, а нас с вами интересует будущее. Вы пишете о группе и о предстоящей операции. Проясните мне ситуацию с «недомоганием» нашего абсолюта. Удалось ли продвинуться в вопросе его… лечения?

На губах Игнатьева появилась лёгкая, почти незаметная удовлетворённая усмешка, после чего он начал говорить уверенным голосом:

– Группа практически сформирована, Роман Григорьевич. Мы не просто реагируем, а готовим ответный ход. Изучение феномена перехода, а так же данных, полученных от Лены, позволило нам выявить определённые закономерности.

Система, управляющая переходами в Сиалу, совсем не случайна. Существуют… скажем так, «правильные ответы» на её вводные вопросы, и нам удалось подобрать комбинацию, которая с высокой долей вероятности ведёт не в случайную точку, а в конкретный регион – Астрарий, владения лорда Кассиана.

Роман Григорьевич поднял бровь, и удивлённо переспросил:

– Вы можете направлять переход?

– Не направлять в полном смысле, но мы действительно можем существенно повысить шансы на попадание в нужную нам локацию. На текущий день, при использовании нашей модели с вероятностью практически до восьмидесяти трёх процентов, можно попасть в Астрарий. Этого более чем достаточно.

Начало операции зависит от скорости завершения подготовки группы. Все её члены – кадровые офицеры, прошедшие отбор по физическим, психологическим и интеллектуальным параметрам. Они уже получили вторые кольца, и как только остаток группы достигнет третьего кольца – мы сможем приступить к активной фазе. Третье кольцо даст им доступ к более сложным навыкам, которые могут быть критичны при столкновении с местными силами.

– Что насчёт экипировки? – спросил Роман Григорьевич, возобновляя движение по коридору, приближаясь к тяжёлым дубовым дверям его приёмной.

– Здесь мы столкнулись с интересным феноменом, природу которого так и не поняли. Дело в том, что предметы материнского мира, физически переносимые на себе при первом переходе… не переносятся. Однако, – Игнатьев сделал небольшую паузу, – после первого захода и расширения инвентаря ситуация кардинально меняется.

В этот инвентарь можно помещать предметы из нашего мира, и они успешно переносятся при последующем переходе. Наша тактика такова: первичный вход – «пустыми», получение ячеек, возврат, загрузка экипировки в инвентарь, повторный переход – уже в полной боевой готовности.

Роман Григорьевич остановился перед дверью, положил руку на бронзовую ручку, но не повернул её. Он обернулся к Игнатьеву, и взглянув на него пристальным, оценивающим взглядом, спросил:

– Ребята, которых вы выбрали… Они проверенные? Не подведут? Мы посылаем людей не на войну с известным противником, а в мир магии и чудовищ. Психологическая устойчивость здесь, наверное, даже важнее умения стрелять.

Игнатьев, услышав этот вопрос, выпрямился, и с твёрдой уверенностью в голосе сказал:

– Проверенные, Роман Григорьевич, все до одного. Спецназ ГРУ, «Альфа», ветераны сирийской кампании… Это люди, которые видели ад на земле и не сломались. У них не только прекрасная физическая подготовка, но помимо этого они прошли интенсивный курс по основам магических систем Сиалы, и тактике действий в условиях магического противостояния.

Они прекрасно понимают, куда и зачем идут, и да, они готовы. Готовы ронять мордой в пол любого, кто встанет на пути выполнения их задачи или попытается угрожать нашему «абсолюту». Их мотивация на пределе.

Для них это не просто задание. После ознакомления с материалами по Кассиану и тем, что он проделал с нашей соотечественницей… для них это стало делом чести.

Тишина в коридоре стала почти осязаемой. Роман Григорьевич долго смотрел на Игнатьева, словно взвешивая его слова, после чего наконец едва заметно кивнул, и в уголках его глаз обозначились лучики глубоких морщин – подобие улыбки.

– Хорошо. Я верю вашему профессионализму, Дмитрий Сергеевич. Если эта операция завершится успехом… Если мы не только вернём контроль над нашим уникальным ресурсом, но и нанесём удар по этому… лорду, показав, что люди нашего мира не являются безнаказанной добычей… То повышение – это самое малое, на что вы можете рассчитывать. Вы и ваши люди. Государство умеет быть благодарным к тем, кто решает его самые сложные проблемы.

После этого он наконец открыл дверь и вошёл в просторный, но аскетичный кабинет, обстановка в котором была крайне строгой: большой письменный стол из тёмного дерева, стеллажи с книгами и папками, а на стенах – карты России в разных проекциях. Роман Григорьевич прошёл к своему столу, но садиться не стал, а просто опёрся о спинку кресла, и сказал серьёзным голосом:

– А теперь о насущном. В отчёте вы скромно намекали, что нуждаетесь в ресурсах. Говорите прямо – что вам требуется для успеха операции?

Игнатьев, незаметно выдохнул, и словно бросаясь в омут начал рубить правду матку:

– Да, ресурсы нам нужны, Роман Григорьевич. Во-первых – финансирование. У нас всего несколько человек могут добывать «филки» – местную валюту, и каждая добытая филка – это риск для жизни.

Мы нашли в Астрарии помещение под опорный пункт, сняли его, но денег хватило впритык на неделю аренды и минимальное обеспечение группы. Нам требуются средства на долгосрочную аренду или покупку, на вербовку местных информаторов, на покупку карт и снаряжения. Во-вторых – оружие…

Он сделал паузу, глядя прямо в глаза Романа Григорьевича, и продолжил:

– ПКМ, АК-12, РПГ-7 – это надёжно и проверено, спору нет, но мы идём в мир, где могут быть магические щиты, бронированные чудовища, или вообще существа со сверхъестественной скоростью регенерации. Нам нужны более… впечатляющие образцы вооружения.

Высокоточные снайперские комплексы крупных калибров, переносные ПТРК нового поколения, гранатомёты с термобарическими боеприпасами, возможно, опытные образцы оружия на новых физических принципах, если такие есть и их можно адаптировать под перенос в инвентаре.

Нам нужно не просто зачистить какое-то помещение в панельном доме. Нам может понадобиться разрушить укреплённую башню, уничтожить магический артефакт или остановить существо размером с дом.

Роман Григорьевич слушал крайне внимательно, не перебивая. Когда Игнатьев закончил, он медленно кивнул, и сказал:

– Финансирование филками будет организовано с завтрашнего дня через специальные каналы. Распоряжайтесь ими с умом, что касается оружия…

Он потянулся к стационарному телефону на столе, который выглядел как матовое устройство с чёрным корпусом и всего четырьмя кнопками, набрал не глядя короткий код, и принялся ждать ответа.

– Коль, дорогой, – сказал он в трубку голосом, в котором вдруг появились нотки непривычной теплоты. – Прости, что поздно… К тебе сегодня, в течении часа, подъедет человечек от меня. Игнатьев Дмитрий Сергеевич. Полковник. Встреть, пожалуйста, по высшему разряду. – Он сделал небольшую паузу, слушая собеседника, потом продолжил, более твёрдым голосом:

– Нет, не проси подробностей. Просто знай, что перед ним стоит задача исключительной государственной важности. Помоги ему решить все вопросы, связанные с материально-техническим обеспечением, и не жалей ничего. Повторяю: ничего. Включая прототипы из «Скорпиона» и «Буревестника». Если что-то из арсенала «Искры» можно приспособить – тоже рассматривай. Неудачи быть не должно. Понял? Хорошо. Жду отчёта.

Он положил трубку, и сказал Игнатьеву:

– Всё, Дмитрий Сергеевич, я сделал всё что мог. Сейчас вы спуститесь во двор, к Спасским воротам. Там вас будет ждать мой личный автомобиль. Водитель отвезёт вас в одно… очень серьёзно засекреченное место, можно сказать, в святая святых наших оборонных разработок. Там вас будет ждать человек по имени Николай Фёдорович. Он курирует наш специальный арсенал.

Роман Григорьевич обошёл стол и приблизившись к Игнатьеву вплотную, понизил голос. – И знаете что? Я вам настоятельно рекомендую там не скромничать. Берите всё, что он предложит, и просите то, что он не предложит. Считайте, что у вас карт-бланш от меня, но! – он поднял указательный палец, и сурово закончил:

– Потом вы отчитаетесь лично мне за каждую гранату и каждый патрон. Я вам доверяю, но моё доверие совсем не безгранично. Не разочаруйте меня, Дмитрий Сергеевич. От вашей операции зависит всё.

После этих слов Игнатьев ощутил, как по его спине пробежал предательский холодок, густо смешанный с адреналином. «Скорпион», «Буревестник», «Искра» – это были кодовые названия закрытых проектов, о которых он лишь смутно слышал в кругах, близких к военно-промышленному комплексу, и суть этих проектов сводилась к созданию оружия, основанного на магических принципах.