Текст книги "Игры великих (СИ)"

Автор книги: Джон Демидов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

– Приложу к этому все усилия, – усмехнулся Игнатьев, и снова пожал руку хозяину кабинета крепким, почти братским рукопожатием. – Благодарю за помощь, Николай Фёдорович. После нашей с вами встречи у меня появилась надежда на благоприятный исход нашей компании.

– Да ладно, – отмахнулся Николай Фёдорович, но было хорошо видно, что он польщён. – Мы с вами работаем на одну страну, и делаем общее дело… А теперь, если вы не против, мне нужно начинать подготовку к вашей отгрузке…

Спустя несколько минут Игнатьев вышел из кабинета, после чего его снова повели по лабиринту коридоров в сторону лифта. Полковник не особо глядел по сторонам, потому что в его голове уже активно строились планы: кому из группы выдать «Скорпионы», кто будет оператором «Буревестника», а кто рискнёт тащить «Искру»…

Помимо всего прочего в это ещё надо было как-то вписать «Сердце дракона» с его чудовищной силой, которую они собирались пронести через миры. Сила, которая должна была стать не просто оружием возмездия, а ясным, недвусмысленным посланием, что земляне совсем не беззащитны, и будут мстить за своих любой ценой.

Игнатьев даже не заметил, как его довели до лифта, и пришёл в себя только тогда, когда кабина уже подъезжала к поверхности земли. Ночь, действительно, только начиналась, и уже сегодня начнётся финальная подготовка к операции «Возмездие». Полковник позволил себе редкую, скупую улыбку, ведь Кассиан, лорд Астрария, даже не подозревал, какую бурю он разбудил, захватив не совсем обычную девчонку…

Ксерион. Тяжёлый данж «Чащоба сквернолиста».

Илья потихоньку приходил в себя после поглощения ударной дозы эссенции, а я решил подбить итоги противостояния с боссом тяжелого данжа.

Мой взгляд сам по себе скользнул к месту, где совсем недавно рассыпался скелет-клинок. Там лежала лишь кучка тёмного пепла и два потухших, потрескавшихся лезвия – всё что осталось от верного бойца, который не раз спасал меня в щекотливых ситуациях.

В груди немного защемило. Когда я приручал его – мне было непросто, однако потом, когда всё получилось, он ни разу не доставил мне проблем, и я чувствовал с его стороны только холодную, абсолютную преданность нашему делу, и теперь его не было. Я чувствовал, что наша связь разорвана навсегда, и призвать его больше не получится.

Крушитель стоял неподалёку. Его огромная каменная форма медленно теряла чёткость, расплываясь по краям, всё-таки потеря руки и множественные повреждения оказались критичны для его стабильности. Я чувствовал, что прямо сейчас он доживал последние минуты, и судя по слабеющей связи – больше его призвать у меня не получится.

Но всё это померкло в тот момент, как я увидел своего лиса. До этого он просто устало лежал, а сейчас неожиданно встал и начал отчаянно вылизывать лапу, при чём не ту, которая хромала раньше, а другую.

Когда я подошёл поближе, то увидел, что на его лапе, чуть выше коленного сустава, было что-то необычное. Это точно была не рана, но с ранами я хотя бы знал, что делать… Тут же всё было очень странно.

Кожа и плоть в том месте, которое отчаянно пытался вылизать лис, выглядели… выцветшими, а вся шерсть оттуда выпала. При взгляде на это место у меня возникали ассоциации со старым пергаментом, и мне крайне не нравилось то, что я видел.

Лис не скулил, он просто методично вылизывал это место, но в его синих глазах, которые он временами поднимал на меня, читалась глубокая тревога. Он чувствовал, что с ним творится что-то неправильное, чужеродное, и он не понимал что с этим делать. Ему было страшно, и эта тревога передавалась мне по нашей связи, отзываясь холодными мурашками по всему телу.

«Чёрт. Чёрт!»

Лис для меня совсем не был расходным материалом. Он был моим компаньоном и частью моей силы с самого начала пути, а потому его потеря для меня была бы по-настоящему невосполнимой.

Оглядевшись по сторонам, я определил, что слишком поторопился и извлёк эссенцию из всех трупов, и теперь мне неоткуда было извлекать жизненную силу для «Сферы исцеления»!

С осознанием этого момента ко мне начала подкрадываться самая настоящая паника. Мы застряли в тяжёлом данже, и один член моей команды сейчас находится в трансе, а другой – с раной неизвестного происхождения… Помимо этого снаружи, скорее всего, уже собрался целый кружок по интересам «Паутины Арахнис»… Ситуация – просто песня.

Не успел я толком погрузиться в пучину безнадёжности, как в сознании внезапно пронеслась вспышка-осознание: я совсем забыл про альтернативное применение моего исцеляющего навыка!

Благодаря ему я мог не только извлекать сферы из мёртвых противников и вытягивать жизненную энергию из живых, но ещё я мог вытягивать энергию из собственных призывов! Да, система предупредила, что существует риск потери доверия, но в ситуации, когда выбор стоял между жизнью лиса и доверием теневых бойцов – я без раздумий выбрал первый вариант…

Глава 20

Крушитель и правда находился на грани распада, а потому сомневаться в принятом решении было некогда. Каменный голем был сильным призывом, но по факту для меня он всегда одновременно был пушечным мясом, поэтому мысль о том, чтобы использовать остатки его жизненных сил для спасения своего верного компаньона не встретила особых противоречий в моей душе.

Илья, сидящий в позе лотоса, уже перестал судорожно вздрагивать, погрузившись в глубокую медитацию для усвоения эссенции. Его лицо было сосредоточено, но на нём не было никаких переживаний, а значит процесс шёл штатно и не угрожал его рассудку. Пока.

Я подошёл к своему призыву, чья каменная форма в настоящий момент уже начинала слегка просвечивать, и положил ладонь на его грудь – туда, где у живого существа было бы сердце. Я не почувствовал ни холода, ни теплоты… Но зато я прекрасно чувствовал нашу связь, которая истончалась с каждой секундой.

– Прости, – прошептал я едва слышно, – Твоя жизнь послужит благой цели, надеюсь ты это понимаешь…

На самом деле я понятия не имел – понимает ли он меня, ведь по сути он был всего лишь призывом, сформированным моей волей, но в тот момент, когда я начал концентрироваться на своей задумке, то неожиданно почувствовал с его стороны едва уловимую волну… покорности. Просто готовность исполнить последний приказ.

Я прикрыл глаза, и сосредоточившись на навыке «Теневой симбиоз» и активировал его, избрав целью крушителя, сразу после чего начался весьма мучительный процесс.

Да, к моему удивлению это совсем не походило на обычное применение навыка… Из-за нахлынувших ощущений у меня складывалось ощущение, что я активировал его не на крушителе, а на себе, и сейчас чувствовал ноющую боль по всему телу, бледная тень которой бывает, когда у людей болят зубы.

Внезапно связь с крушителем оборвалась с тихим щелчком, после чего в моём сознании разлилась ледяная пустота…

Открыв глаза, я успел увидеть, как последние очертания крушителя рассыпаются в странную, серебристо-чёрную пыль, которая тут же устремилась к моей руке, по прежнему вытянутой в сторону того места, где еще совсем недавно находился мой призыв.

Она быстро сгущалась, и спустя несколько мгновений на моей ладони окончательно сформировался идеальный шар, который не был похож ни на что, виденное мной ранее.

Исходя из своего опыта, я ожидал появления новой золотистой сферы, однако реальность обманула мои ожидания, и сейчас, после применения навыка, на моей ладони лежала абсолютно чёрная сфера, которую изнутри то и дело пронизывали тысячи мельчайших золотых искр.

Это выглядело так, будто какой-то безумный бог взял, и засунул в эту сферу кучу созвездий, которые совершенно спокойно отнеслись к такому варварскому отношению, и продолжали сиять на новом месте.

Именно в этот момент в углу моего зрения, холодным и безэмоциональным шрифтом, всплыло системное сообщение:

Внимание! Ваш теневой призыв «Крушитель» уничтожен путем принудительного извлечения анимационной сердцевины.

Восстановление данной сущности невозможно. Связь разорвана навсегда.

Я прочитал эти слова, после чего с некоторым трудом проглотил горький комок, и… абстрагировался. Сейчас у меня не было времени на сожаления о содеянном. Сейчас нужно было спасать того, кого я пока ещё мог спасти.

Опустившись на колени перед лисом, я проверил его состояние и увидел, что он уже начинал тяжело дышать, а его взгляд был мутным от боли и страха.

– Держись, дружище. Сейчас может быть будет немного неприятно, но потом станет намного лучше. – постарался я его успокоить, и тут же разместил сферу прямо над своим компаньоном.

Артефакт послушно завис в воздухе, после чего вспыхнул изнутри активируясь, и из него хлынул настоящий поток энергии, которая совсем не походила на то, что порождали обычные сферы исцеления.

Визуально это выглядело как смешанный поток из тысяч золотых и синих искр, который обволок лиса со всех сторон, сразу после чего он вздрогнул, а потом его тело выгнулось под действием нереально сильной судороги.

Впервые за долгое время мой компаньон пронзительно заскулил от неожиданного чувства боли, но паниковать я не стал, потому что прекрасно видел, как серая, мёртвая плоть на его лапе под действием этой силы начала буквально кипеть.

Кипела даже не сколько сама лапа, а та непонятная штука, которая её заразила. Эта тёмная субстанция буквально выпаривалась, после чего плоть в этом месте покрывалась сетью тончайших сосудов, и стягивалась оставляя на месте страшной раны лишь тоненький шрам, который практически сразу пропадал под слоем быстро растущей шерсти.

Весь процесс исцеления занял меньше минуты, и когда искорки оставили моего компаньона в покое – от раны не осталось и следа.

Очень быстро выяснилось, что сфера, созданная из моего крушителя, оказалась слишком мощной и не смогла израсходовать заложенный в ней потенциал на одну, пусть и сложную рану. Потоки энергии, выполнив свою главную задачу, не иссякли, а начали искать новые цели, и нашли… нас.

Как только один из потоков коснулся моего тела, – по нему в то же мгновение разлилась тёплая, живительная волна, которая смыла всю усталость с моих мышц и сознания. Всё было настолько хорошо, что даже лёгкая тошнота от ментального истощения после боя с боссом помахала мне ручкой, и я снова ощутил себя готовым к бою.

На Илью сфера тоже оказала своё воздействие. Он вздохнул полной грудью, а потом резко открыл глаза, в которых не было и тени боли от перегрузки эссенцией. Мой друг огляделся, задержавшись взглядом на медленно тускнеющей сфере, потом посмотрел на меня с лисом, после чего спросил удивлённым голосом:

– Что это было? Я почувствовал… будто меня заново родили. Никакой боли, никакого истощения… Хоть прямо сейчас в бой!

– Побочный эффект от действия одной штуки, – коротко ответил я, не собираясь вдаваться в подробности, наблюдая за совершенно здоровым и бодрым лисом, который уже осторожно вставал на все четыре лапы и пробовал растягиваться, как истинный кошак.

Мне до сих пор было жалко крушителя, но я отогнал эти мысли. Сейчас нужно было концентрироваться на Илье, и на цели, которая была поставлена перед нами. Я посмотрел на своего друга, и спросил его:

– Как ты? Сколько по итогу получилось набрать?

Илья сосредоточился на своём интерфейсе, и я увидел, что на его лице расплылась широкая, почти мальчишеская улыбка.

– Серёг… После этого босса система показывает, что я накопил 71 процент опыта до следующего кольца, это феноменально! Раньше я и мечтать не мог о подобной скорости накопления эссенции!

Услышанные слова меня весьма порадовали. Семьдесят один процент после одного, пусть и тяжёлого данжа – были действительно крутым показателем. Моя авантюра, и понесённые потери оправдывались, потому что я понимал, что с учётом целой кучи филок у меня на руках – мы были на финишной прямой.

– Это отличные новости! И если у тебя больше нет перенасыщения эссенцией – тогда не будем больше терять времени, – сказал я, и создав первую филку второго круга, подошёл к своему другу со словами:

– Судя по моим ощущениям – тяжёлый данж намного стабильнее среднего и способен какое-то время существовать без эссенции, однако я бы не хотел проверять – сколько у нас есть времени, так что давай, поглощай, и пора уже валить отсюда.

Я уселся рядом со своим другом на землю и начал конвертировать накопленную эссенцию из буфера в филки. Этот процесс был отработан у меня до автоматизма, потому мой друг не успевал поглотить одну, как я ему уже протягивал ещё несколько штук.

Я молча наблюдал за своим другом, как он обретает силу, которая должна была помочь нам в Сиале. Минута бежала за минутой, а Илья не спешил. После каждого поглощения он делал небольшую паузу, чтобы не перенасыщать свой организм энергией, и нам с лисом ничего не оставалось, кроме как внимательно наблюдать за этим процессом.

В один прекрасный момент, когда я передал Илье очередную филку второго круга, наконец произошло то, чего мы уже давно ждали.

Два концентрических круга под ногами Ильи вспыхнули ярким, пронзительно-синим светом, и когда мы снова обрели возможность видеть без кругов в глазах, то увидели, что под ногами моего друга горят уже не два, а три синих кольца!

– Получилось… – прошептал он, и в его голосе смешались неверие, восторг и громадное облегчение. – Чёрт возьми, Серёг, у нас действительно получилось! Три! Три кольца! Я… я не верю!

Он коротко и счастливо засмеялся, а я наконец ощутил прекрасное чувство выполненного долга. Я заплатил дорогую цену, но оно того стоило, и больше меня в материнском мире совершенно ничего не держало.

– Поздравляю, дружище, – сказал я радостным голосом, и тут же добавил:

– Добро пожаловать в клуб.

Илья ещё несколько секунд просто стоял, наслаждаясь ощущением новой, бушующей внутри силы. Потом его взгляд стал более осмысленным и он произнёс:

– Система за достижение нового круга дала новый навык, и это… что-то по-настоящему удивительное!

Я поднялся на ноги, и отряхнув штаны, кинул на него заинтересованный взгляд, после чего протянул:

– Было бы неплохо узнать об этом поподробнее…

Илья сосредоточился, вглядываясь в невидимый мне интерфейс, и начал зачитывать прямо оттуда:

– Он называется «Абсолютный нуль», и разумеется принадлежит школе льда. Описание… Сложное. Если кратко – я могу на короткое время создать вокруг себя или на небольшой площади зону экстремального холода, которая замедляет молекулярное движение почти до нуля.

В этой зоне магия враждебных стихий слабеет, а физические объекты становятся хрупкими. живые существа в случае попадания в зону поражения получают криогенные повреждения, но конечно же эта прекрасная штука обладает своей ложкой дёгтя, и заключается она в чудовищном расходе.

Если мои расчёт верны, то в текущий момент я могу поддерживать эту штуку совсем недолго… Что-то около пары секунд, не больше.

Я удивлённо присвистнул, крайне впечатлённый даром системы. Мой друг получил не просто атакующий навык, а самый настоящий контроль высшего порядка. Да, сейчас этот навык стоил неоправданно много энергии, но мы растём… А вместе с нашим ростом увеличивается и запас этой самой энергии.

Хлопнув друга по плечу, я сказал:

– Это очень серьёзная штука, Илюх. Поздравляю. Теперь ты сможешь в лёгкую перевернуть любой бой в свою пользу! Главное – выбрать правильный момент.

– Да уж, – кивнул он, всё ещё изучая описание. – Надо будет потренироваться, но где-нибудь… в безопасном месте, когда мы выберемся отсюда.

Именно эти слова вернули меня к суровой реальности, после чего восторг от нашего успеха мгновенно угас, сменившись привычной собранностью. Я посмотрел в сторону портала, и сказал:

– Насчёт этого… Нам действительно пора валить. Ты же не забыл, что чем дольше мы с тобой тут сидим, тем выше шанс, что на выходе нас уже ждёт «тёплый» приём от друзяшек прошлой девицы… Ты же не забыл, что она разбила камень?

Лицо Илюхи тут же помрачнело, после чего он пробурчал:

– Как же, забудешь про них… Думаешь, они уже там?

– Понятия не имею, – честно ответил я, после чего добавил:

– Но я придерживаюсь такой политики, что всегда стоит предполагать худшее, и жить тогда становится намного проще…

Я понимал, что мы с Илюхой сейчас были не в лучшей форме для нового противостояния, но и оставаться в здесь, в ловушке, нам было нельзя, потому что данж рано или поздно потеряет стабильность, и что тогда будет с нами… Остаётся только гадать.

– Собирайся, – сказал я, направляясь к выходу из логова, к тому месту, где в стене пещеры мерцал выходной портал. – Сейчас я выйду, и проверю обстановку снаружи, а ты выходишь ровно через тридцать секунд, понял? Будь готов ко всему.

Как только выйдешь – не стой столбом, сразу смещайся в сторону и оценивай обстановку. Если там будет засада, то я попробую отвлечь их внимание на себя, а твоя задача заключается в том, чтобы в случае необходимости хорошенько долбануть по врагам, который будут сосредоточены на моей поимке, понял?

Илья кивнул, его лицо стало сосредоточенным и собранным. После этого я посмотрел на лиса, и потрепав его по голове, сказал:

– А ты, дружок, останься с Ильей, хорошо? Я не знаю, что нас там ждёт, но если там засада, то они могут снова причинить тебе боль, понимаешь? Лучше заходи в портал вместе с ним, а дальше действуй по обстановке.

Лису явно не очень понравилась идея, что его оставляют на скамейке запасных, потому что после моих слов он тихонько зарычал и грозно тявкнул, явно не согласный с моим предложением, на что я улыбнулся, потрепал его по голове, и добавил:

– Да и в конце концов… Присмотришь за этим обалдуем, чтобы он не прозевал нужное время, и вышел тогда, когда потребуется.

Илья на эти слова возмущённо фыркнул, но комментировать мои обвинения никак не рискнул.

Лис, услышав мои доводы всё-таки смирился. Он недовольно фыркнул, ткнулся мокрым носом мне в ладонь, что можно было расценить как «ладно, будь по-твоему», и нехотя подошёл к Илье, устроившись у его ног. Я видел в его синих глазах немой укор: «Опять ты лезешь на рожон один», но вместе с тем там было и понимание, что приказ есть приказ.

– Молодец, – похвалил я его, мысленно отправляя волну одобрения и благодарности, после чего развернулся лицом к порталу, и решив повторить уже однажды испытанный способ, хорошенько сосредоточился, после чего призвал теневые крылья.

Как только я это сделал – за моей спиной сгустился мрак, из которого выросли два огромных, полупрозрачных крыла, сотканных из теней.

– Офигеть… – услышал я за спиной восхищённый шёпот Ильи. – Вот это крутяк… И мне такие надо будет надыбать… Как-нибудь…

Я не стал слушать своего друга, и хорошенько оттолкнувшись, резко взмахнул крыльями, после чего начал разгоняться в сторону портала. Расстояние тут было не очень большое, а потому уже совсем скоро я ощутил знакомое головокружительное чувство смещения реальностей, после чего осознал себя в материнском мире, в том самом месте, где мы совсем недавно заходили в обнаруженный лисом данж.

Мне в лицо сразу же ударил холодный, чистый воздух, но я не стал отвлекаться на это и сразу, что есть сил, начал набирать высоту. Мой план был прост и элегантен: с высоты в несколько десятков метров я мог бы увидеть любую засаду в радиусе сотни метров, а культисты, если бы они были здесь, не смогли бы быстро достать меня. Я мог оценить обстановку, принять решение и действовать, исходя из увиденного.

Первая часть прошла без сучка и задоринки – я действительно рванул в сторону ночного неба, стремительно набирая высоту, вот только… Внезапно, на высоте сотни метров мой взгляд наткнулся на нечто такое, чему здесь было совершенно не место…

Сначала я подумал, что это просто игра света, облако или туман, но нет… Это была чёртова паутина! Исполинский купол из паутины, который охватывал чуть ли не километр лесного массива! И мало того, что она была огромной, так ещё и состояла она из мелких ячеек, протиснуться в которые можно было даже не надеяться.

Ледяной комок страха на несколько мгновений сковал меня, из-за чего я инстинктивно замер в воздухе, едва не потеряв контроль над крыльями. Мои глаза метнулись вниз, чтобы оценить, можно ли проскочить под краем этого купола, и именно в этот момент раздался женский бархатный голос, полный сладкой, ядовитой усмешки:

– Так-так-так… А вот и наш первый нарушитель спокойствия… Какой любопытный образец…

Глава 21

Интерлюдия. Калининградская область.

Запах старого дерева и лака для мебели, смешанный с ароматом крепкого чая, витал в просторном кабинете командующего войсками Балтийского региона генерал-полковника Виктора Аркадьевича Седова. Его кабинет располагался не в современном административном здании как это можно было подумать, а в старинном особняке XIX века, находящемся в городе Балтийск. Он некогда принадлежал немецкому коммерсанту, а ныне служил штаб-квартирой балтийского флота. Толстые стены глушили любой внешний шум, создавая иллюзию отстранённого спокойствия, но иллюзия эта была крайне обманчива.

Командующий был мужчиной под шестьдесят, с жёстким лицом и короткой седой причёской. Он сидел за массивным дубовым столом, отстранённо глядя на стопку докладов, а на стене за его спиной висела подробная карта Балтийского моря с множеством нарисованных меток.

Напротив него стоял начальник разведки региона – полковник Андрей Игоревич Воронов. Это был сухопарый человек, с бесстрастным лицом счетовода, но вот его глаза видели на три шага вперёд, и Седов его за это невероятно ценил.

– Продолжайте, полковник, – глуховатым голосом произнёс Седов, не отрывая взгляда от докладов.

– За истекшие двадцать четыре часа, товарищ генерал-полковник, силами Балтийского флота, Пограничной службы ФСБ и береговых ракетно-артиллерийских войск предотвращены шестнадцать попыток несанкционированного проникновения в запретную зону «Эпицентр-1», – отчеканил Воронов монотонным голосом, и тут же продолжил:

– Из них: восемь – силами спецназа различных стран НАТО под прикрытием гражданских судов, четыре – попытки запуска подводных и надводных беспилотных аппаратов-разведчиков, три – полёты малозаметных БПЛА на предельно малых высотах, и одна попытка проникновения группы аквалангистов с борта якобы научно-исследовательского судна «Мария Кюри» под польским флагом.

В настоящий момент группа задержана, судно отконвоировано в порт для досмотра. В трёх случаях нам пришлось применять летальное оружие, но потерь среди личного состава нет.

Седов на это медленно кивнул, задумчиво постукивая пальцами по полированной столешнице, и спросил:

– Силы прикрытия?

– Всё, что может плавать и летать в регионе, находится на боевом патрулировании по плану «Гранит», – немедленно отозвался Воронов. – Два корвета проекта 20380, три малых ракетных корабля, береговые ракетные комплексы «Бастион» и «Бал» развёрнуты по периметру зоны.

Патрулирование в воздухе усилено звеном Су-30СМ из состава четвёртого гвардейского морского штурмового авиационного полка, они работают в паре с самолётами ДРЛО А-50. Благодаря этим птичкам любое движение в радиусе двухсот километров сразу же фиксируется.

Помимо прямых попыток, зафиксировано сорок семь акций провокационного характера: опасное сближение кораблей, «ослепление» радаров, имитация атак с воздуха… Однако, после вашего приказа № 447-Ш от вчерашнего числа, разрешающего открывать предупредительный, а при явных признаках агрессии – огонь на поражение, активность провокаций снизилась на семьдесят процентов.

– Связаться пытались? – спросил Седов, наливая себе чай из термоса в простую армейскую кружку. – Не с капитанами этих посудин, а на уровне… повыше. Объяснить, что игры с огнём у наших границ до добра не доведут?

– Все возможные каналы связи, включая прямые линии и дипломатические ноты через МИД, были задействованы, товарищ генерал-полковник, – ответил Воронов, в голосе которого впервые появился оттенок чего-то, похожего на раздражение. – Ответ от всех наших «партнёров» де-факто идентичен, и отличается лишь степенью дипломатического лицемерия:

«Аномальная зона „Эпицентр-1“, возникшая в нейтральных водах Балтийского моря в результате падения неизвестного объекта, представляет угрозу международной безопасности и не может находиться под эксклюзивным контролем одного государства. Мы требуем незамедлительного создания международной комиссии по её изучению и обеспечения свободного доступа исследователей всех заинтересованных стран».

Седов, услышав это, фыркнул, и сделав глоток обжигающего чая сказал:

– Нейтральные воды… Объект упал в тридцати пяти километрах от нашей исключительной экономической зоны, а их «исследователи» вооружены до зубов, и постоянно посматривают на наши земли. Лицемеры. В общем как я понимаю – ситуация пока управляемая, но эта управляемость крайне хрупкая, верно?

– Именно так, товарищ генерал-полковник, – подтвердил Воронов. – Однако есть фактор, который может её кардинально изменить уже в ближайшие часы. По данным спутниковой разведки и агентурных источников, Второй, Пятый и Седьмой оперативные флоты ВМС США практически синхронно с образованием зоны «Эпицентр-1» покинули места своей постоянной дислокации в Северном море и Атлантике.

Исходя из наших наблюдений – их курс просчитывается в направлении Датских проливов, и если они намерены войти в Балтику… то передовые корабли могут оказаться здесь уже к концу завтрашних суток.

После этих слов тишина в кабинете стала практически физически ощущаемой. Седов отставил кружку в сторону, и очень серьёзно задумался. Приход даже одного авианосца в столь ограниченный и политически накалённый театр, как Балтика, означал бы уже не просто эскалацию. Это уже было прямым вызовом, и командующий не мог на него не ответить.

– Подкрепления? – спросил он односложно, на что его собеседник тут же ответил:

– Из состава Северного флота выдвинулась эскадра в составе фрегата «Адмирал Горшков», ракетного крейсера «Маршал Устинов» и кораблей сопровождения, однако они будут здесь не раньше, чем через сорок восемь часов. С учётом американцев… мы серьёзно рискуем оказаться в ситуации оперативного превосходства противника, – холодно констатировал Воронов.

– Значит, у нас есть сутки, чтобы либо заставить их передумать, либо создать такие условия, при которых их вход в наши воды станет для них неприемлемо дорогим, – прорычал Седов, уже мысленно просчитывая варианты решения проблемы: демонстративные пуски «Калибров» по учебным целям, подъём дальней морской авиации, может быть, даже тактическое развёртывание комплекса «Искандер»…

Но проблема была в том, что всё это пахло настоящей войной, которая могла начаться из-за ситуации вокруг этой чёртовой зоны, где расположился энергетический купол диаметром в десять километров…

Генерал хотел отдать какое-то распоряжение, и начать формулировать запрос для Москвы на выделение дополнительных полномочий, но в этот момент дверь в его кабинет с силой распахнулась, ударившись о стопку папок на подставке.

На пороге тяжело дыша стоял подполковник с взъерошенными тёмными волосами и глазами, расширенными от адреналина в крови, который сжимал в своих руках защищённый военный планшет.

Это был начальник оперативного отдела штаба, подполковник Денис Михайлович Карпов – человек, известный своей хладнокровной эффективностью, для которого совсем не характерны панические вбегания.

– Товарищ генерал-полковник! – выдохнул он, игнорируя присутствие Воронова, и это стало последней каплей. Командующий моментально вскипел такому вопиющему нарушению субординации, которое было немыслимо в этой обстановке, и прогрохотал:

– Карпов! Вы себе представляете, где находитесь⁈ – грохнул он, ударив ладонью по столу с такой силой, что его кружка чуть не полетела на пол. – Доложите, что происходит, и почему вы врываетесь, сюда, словно за вами гонятся тысяча чертей!

Карпова, однако, совсем не смутил тон командующего. Он сделал короткий шаг вперёд, и посмотрев на Седова крайне серьёзным взглядом он сказал:

– Простите, товарищ генерал-полковник. У нас ЧП высшей категории. Оно связано с «Эпицентр-1» и… с другой аномальной активностью.

Все возмущение мгновенно улетучилось из командующего. Он моментально стал собранным, и тут же коротко приказал:

– Докладывай.

– Мы уже несколько дней получаем сводки от УФСБ по области и МВД о странных сообщениях из Светлогорска, – быстро начал Карпов, подключая планшет к проектору на столе Седова, после чего на чистой стене ожила карта региона. – Эти сообщения касаются жалоб от населения на деятельность некоего нового культа, который держит в страхе весь город.

Подобного, как вы знаете, после появления Системы по всей стране – пруд пруди, поэтому проверять каждую заявку не было ни сил, ни возможностей. Ситуация на море была намного приоритетней.

– И ты ворвался сюда из-за жалоб на сектантов? – в голосе Седова снова зазвучало раздражение, но уже более сдержанное. Он чувствовал, что Карпов ведёт к чему-то большему.

– Нет, товарищ генерал-полковник, я сюда ворвался из-за того, что сегодня утром, в рамках планового маневрирования, корвет «Буйный» был направлен ближе к береговой линии для проверки гидроакустической обстановки в районе Светлогорска.

Командир корвета, капитан третьего ранга Орлов, проявил инициативу и направил к берегу разведгруппу на быстроходном катере для визуального контроля города, и вот что они передали во время внепланового выхода на связь.

Сразу после этих слов Карпов запустил видео на своём планшете, чьё качество было совсем неидеальным, ведь снято оно было на тепловизор и обычную камеру с сильной стабилизацией, но этого было более чем достаточно, чтобы разобрать детали.

На экране была видна окраина Светлогорска, пляж и прибрежный лес… Лес, над которым раскинулся колоссальных размеров купол, который охватывал хороший кусок лесного массива, вот только этот купол очень серьёзно отличался от того, который раскинулся над морскими просторами.

Он напоминал паутину, и как будто был нацелен не на то, чтобы не пустить кого-то внутрь, а на то, чтобы кого-то оттуда не выпустить… Этот купол был полупрозрачным, и сквозь него легко угадывались очертания деревьев. Всё бы ничего, вот только в воздухе над деревьями камера зафиксировала фигуру человека, из спины которого простирались два огромных крыла…

Увидев это, Седов ошеломлённо замер. На секунду ему показалось, что из его лёгких выбили весь воздух. Он неверящим взглядом уставился на экран, в то время, как его мозг, отточенный десятилетиями службы, мгновенно сопоставил образ этого существа с совершенно секретным циркуляром из Москвы, который он получил накануне. Циркуляром с грифом «Особой важности», описывающим возможные категории аномальных существ.