Текст книги "Игры великих (СИ)"

Автор книги: Джон Демидов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

– А сейчас мне и правда нужно решить один неотложный вопрос в моём материнском мире, так что…

Девушка понимающе улыбнулась и сказала:

– Удачи тебе, Кейрон, и… спасибо. Честно, я уже думала, что наш поход сорвётся, а тут такой прекрасный подарок сфер…

Мы попрощались, и уже через минуту я выходил из приятной прохлады помещения гильдии знаний на центральную улицу Илиума, после чего сразу же отправился обратно в таверну, чтобы осуществить переход в родной мир из условно безопасного места.

Вернувшись в свою комнату, я пробежался внутренним взглядом по своему снаряжению, после чего удовлетворённо кивнул, и посмотрев на часы в системном интерфейсе, определил, что перенос можно начинать прямо сейчас.

Ощущение перехода в материнский мир потихоньку становилось уже привычным. Комната поплыла, растворилась, и через мгновение я ощутил под ногами мягкую, влажную подстилку из хвои и прошлогодних листьев, а вокруг была ночная тишина, нарушаемая шумом далёкого города, и редкие крики ночных птиц.

Первым делом я накинул на себя «Теневое сокрытие», совсем не желая быть обнаруженным, после чего замер, старательно прислушиваясь к окружающему миру.

Спустя несколько минут ожидания я так и не услышал ничего подозрительного, а значит активные поиски в этом районе прекратились, и можно быть относительно спокойным.

Открыв системную карту, я сориентировался на местности, и определив в какой стороне находится институт, тут же двинулся в его направлении, настороженно замирая при каждом подозрительном шуме.

Где-то через час я уже был около знакомого забора, отделявшего институтский городок от частного сектора, и если раньше я бы пошёл вдоль забора до трансформаторной будки, где предприимчивыми курсантами был сделан проход «на волю», то сейчас я просто и без затей призвал свои теневые крылья, благодаря которым через десяток секунд уже замер на крыше казармы.

Мне не терпелось как можно быстрее добраться до Илюхи, но я старательно контролировал этот порыв, периодически приговаривая про себя, что спешка нужна только при ловле блох, а тут – лучше всё-таки поосторожничать, и сделать всё так, чтобы никто не мог меня обнаружить даже в теории.

На территории института было тихо, но совсем не пустынно. У КПП горел свет, и там постоянно мелькали фигуры наряда, а по территории с существенно уменьшенным, по сравнению с прошлым моим визитом, интервалом ходили патрули.

Я дождался, пока мимо меня пройдёт один из них, после чего соскользнул с крыши здания, а потом начал потихоньку продвигаться к нашей казарме, используя силу сокрытия на полную мощь.

Спустя десяток минут я добрался до нашего корпуса, и встал в тупик… С одной стороны – дверь в наш корпус, благодаря летней жаре была раскрыта, вот только холл казармы оказался ярко освещён, и такого понятия как «тень» – там не существовало. Если я туда сунусь, то велик шанс, что меня заметят, а этого хотелось бы избежать.

В этот момент я вспомнил про эволюционировавшую способность лиса, и сместившись к окну нашего кубрика, призвал своего компаньона, который после появления сразу же последовал моему примеру и растворился в тенях, посылая мне образы предвкушения скорой битвы.

Сражаться тут было не с кем, а потому я послал ему чувство покоя, после чего сказал:

– Привет, рыжий… Если я правильно понял системное описание, то ты после эволюции способен переместить меня в тень за вот этим вот окошком, прав…

В этот момент лису надоело слушать мои разглагольствования, и решив, что не стоит терять времени на беседы, он просто коснулся меня хвостом, после чего как-то странно дёрнулся, а в следующее мгновение я уже был внутри кубрика.

«Однако… Эффектно.» – подумал я, и в следующее мгновение замер, не веря тому, что видят мои собственные глаза… Кровать Ильи была пуста.

Глава 9

Пустая кровать. Скатанный в аккуратный рулон матрац. Прибранная тумбочка… Это было невозможно, но реальность была беспощадна, хоть мой мозг и отказывался воспринимать эту картинку.

Я замер, уставившись на то место, где всего несколько часов назад видел своего друга, где он скорее всего ворочался от напряжения и надежды после моего обещания вернуться…

«Нет… Нет, этого не может быть. Он просто… Его просто куда-то перевели, или вызвали…»

Но как бы я не старался себя обмануть – всё в этой картине кричало о том, что человек ушёл отсюда навсегда, и что его тут больше никто не ждал.

Осознавая эту простую истину, я начал чувствовать, как холодная пустота заполняет грудь, вытесняя всю панику, которая сейчас была совершенно бесполезна. Мне нужна была информация, и я знал, где её можно взять.

Мысли о маскировке и скрытности стыдливо исчезли в чертогах разума, и подчиняясь действию жгучих эмоций, требовавших выхода, я подскочил к соседней койке, где ворочался во сне другой мой одногруппник – Андрей, что всегда храпел, как трактор и толкнул его в плечо с такой силой, что он чуть не слетел с кровати.

– Андрюх, просыпайся! Где Илья⁈

Андрей, спросонья, заморгал, пытаясь разглядеть меня в полутьме, а когда он меня узнал, его глаза расширились, и он попытался приподняться на локте, одновременно засыпая меня вопросами:

– С-Серёга⁈ Ты⁈ Блин, тебя где носило⁈ Тебя тут… такие люди искали, из конторы… всё рыли…

У меня не было времени на его лепет, а потому я схватил его за воротник застиранной майки и приподнял, прижав к стене у изголовья кровати, после чего прорычал прямо в его лицо:

– Заткнись и слушай! Илья! Семенихин! Где он? Куда его дели⁈

В моём голосе было столько ледяной ярости, что сон моментально исчез из глаз Андрея, и там начал проступать страх.

– Тихо, тихо… Его нет, Серёг… Его группа… они ушли.

– Куда ушли? На задание? На патруль? – я отчаянно боялся услышать правду, но Андрюха безжалостно разбил все мои надежды:

– В данж… – прошептал он, пытаясь освободиться от моей руки, сжимавшей его майку. – Сегодня утром получили срочную разнарядку в какой-то средний данж. Илюха пытался что-то высказывать, но кто ж слушать то будет курсанта…

Говорили, там какая-то аномалия активности, и нужна самая результативная группа для разведки с последующей зачисткой. Туда ушли десять человек, а когда наступило контрольное время, то на связь никто не вышел…

Каждое новое слово било по мне, как молотом по причинному месту. Я ослабил хватку, сразу после чего Андрей свалился обратно на койку, смотря на меня испуганным взглядом.

– Во сколько они ушли? – спросил я чужим голосом, на что Андрей сразу же с готовностью ответил:

– Сегодня… часов в семь утра. Сходили на ранний завтрак, вооружились, и всё… Больше их никто не видел.

Я уже не слушал. Семь утра, а значит… Прошло больше двенадцати часов в среднем данже… Без связи.

Надежда, что с моим другом всё хорошо, начала стремительно таять, оставляя после себя тяжёлое осознание, но вместе с отчаянием ко мне пришло понимание, что с этого самого момента места сантиментам, сомнениям и осторожности в моей жизни больше не было. Каждая секунда могла быть последней для Ильи, а я не мог этого допустить.

– Спасибо, – механически бросил я Андрею, который смотрел на меня, как на привидение. – И лучше помалкивай, Андрюх, что видел меня… Для твоего же здоровья.

После этих слов я повернулся и шагнул в сторону окна, где укрытый тенью меня ждал верный компаньон, который чувствовал все мои эмоции, и предвкушающе транслировал в ответ неудержимую жажду действий.

«Переноси нас туда, откуда пришли», – мысленно приказал я, после чего лис снова коснулся меня, и в следующее мгновение мир сжался в туннель из мрака, сразу после чего мы очутились за окном казармы.

Мне нужны были точные координаты данжа, куда отправили Илюху, и во всём институте этой информацией владел один единственный человек, который был дежурным по институту. Именно он принимал все донесения, в том числе и о выданных разнарядках на данжи.

Каждый курсант прекрасно знал местонахождение штаба, потому я сразу же рванул в его сторону, пробегая мимо спящих корпусов, через плац, мимо учебных аудиторий.

Совсем скоро мы достигли небольшого двухэтажного здания из силикатного кирпича, на первом этаже которого располагалась так нужная мне дежурка. Я осторожно подошёл к освещённому окну, прикрытому жалюзи, и аккуратно заглянул в тонюсенькую щель, чтобы оценить обстановку.

Помещение дежурки за время моего отсутствия не поменялось ни на йоту. Та же облупленная краска на стенах, тот же пульт охранной сигнализации с мигающими лампочками, шкаф с ключами от режимных помещений…

На столе на низкой громкости бубнил телевизор, показывая ночной эфир какого-то федерального канала, и он. Дежурный. Неизвестный мне подполковник сидел, развалившись в кресле, и уткнулся в экран своего смартфона, увлечённо играя в какую-то игру. Помощника, который обычно сидел рядом и вёл многочисленные журналы, на месте не было, а значит – можно приступать…

– Слушай, – мысленно обратился я к лису, передавая ему чёткий образ. – Нужно попасть внутрь, в тот тёмный угол, за шкафом. Можешь?

Лис послал в ответ волну уверенности, ведь его способность «Сквозь зеркало теней» словно создана была специально для этого. Он коснулся меня, и через мгновение мы оба материализовались в самом дальнем, плохо освещённом углу дежурки, за высоким шкафом с документацией, где нас не было видно даже без действия маскировки.

Дежурный вторжения в свою обитель не заметил, и продолжил залипать в телефон, изредка хихикая.

– Отлично, – мысленно похвалил я лиса, и тут же продолжил:

– Теперь выйди из тени прямо за ним, после чего сделай вид, что готовишься к прыжку, но не нападай. Просто… пугай его.

Я чувствовал, что мой компаньон просто в восторге от этой задачи. Его природа была хищной, и игра с добычей приносила ему просто кучу удовольствия.

В следующее мгновение силуэт лиса дрогнул, и он начал постепенно выходить из невидимости. Сначала это была просто дымка в центре комнаты, затем она сгустилась в знакомые очертания крупного, поджарого зверя с шерстью цвета воронова крыла, а потом под его лапами в тусклом свете лампы, чётко загорелись пять ярко-жёлтых колец.

Полностью проявившись в реальном мире лис тихо, но внушительно рыкнул, и эффект от этого рыка оказался выше всяческих похвал.

Дежурный вздрогнул всем телом, как от удара током, а телефон выскользнул из его пальцев и с глухим стуком упал на линолеум. Он медленно, словно его шею сковывали невидимые тиски, повернул голову, и уставился на лиса широко раскрытыми от ужаса глазами, после чего замер, боясь даже просто дышать, и оно не удивительно… Пять жёлтых колец, для него, носителя в лучшем случае одного, были натуральным воплощением неминуемой гибели.

Я дал ему немного «промариноваться» в этом ужасе, наблюдая, как по его вискам струится холодный пот, после чего произнёс спокойным, даже ленивым голосом, не покидая укрытия в тени:

– Впечатляет, не правда ли?

Дежурный судорожно дёрнул головой, его глаза забегали по комнате, пытаясь найти источник голоса, на что я хмыкнул, и продолжил тем же тоном:

– Можешь даже не стараться… Твоя узколобость не позволит тебя меня найти, как бы тебе этого не хотелось. Лучше сосредоточься на нашем пушистом друге, ведь он очень непостоянен в своих настроениях.

– Ч-что вам… от меня надо⁈ – выдавил из себя дежурный, срывающимся на визгливый шёпот голосом. – Я… я сейчас подниму тревогу!

– Ровно за секунду до того, как твой палец коснётся кнопки, твоё горло будет разорвано, – безжалостно парировал я, после чего добавил:

– И это сделаю не я… А сейчас слушай меня внимательно. Мне нужна от тебя кое-какая информация, и если ты поможешь мне её достать, то возможно останешься в живых, и даже здоровье относительно не пострадает. Если же откажешься, то я оставлю тебя наедине с ним, и да… Он сегодня ещё не ужинал.

Лис, как бы подтверждая мои слова, сделал шаг вперёд, обнажив клыки в беззвучном оскале, что очень впечатлило нашего нового друга, и он заголосил:

– Хорошо! Хорошо! Что вам нужно⁈

Удовлетворённо улыбнувшись, я произнёс:

– Сегодня утром была собрана группа из десяти человек, которая была отправлена в данж среднего уровня… Мне нужны точные координаты, куда ты их отправил, и нужно это мне прямо сейчас.

Дежурный явно не ожидал от меня такого интереса, и обескураженно заморгал, пока его парализованный страхом мозг пытался раздуплиться.

– Данж… Группа… Группа Попова?

– Именно, – подтвердил я, тщательно скрывая нахлынувшую радость.

– Я… я не… У меня в журнале… – он беспомощно посмотрел на стол, где лежала толстая папка, после чего я сказал:

– Возьми её, но действуй медленно. Если мне только покажется, что твоя рука тянется к чему-то другому, то лис наконец-то поужинает, понял?

Дрожащими руками дежурный потянулся к папке, раскрыл её, и начал судорожно листать страницы, испещрённые записями.

– Вот… – наконец прохрипел дежурный, ткнув пальцем в запись. – «07:30. Группа 10 человек, старший – майор Попов направлена на зачистку и оценку аномалии. Данж: „Заброшенная телевизионная башня“. Уровень: средний. Координаты: 54.720383, 20.500512». Это… это в районе старой телевышки, за рынком «Московский». Там теперь зона отчуждения…

Произнесённые цифры намертво отпечатались в моём сознании, после чего я нетерпеливо произнёс:

– Кто ещё входит в состав группы?

Дежурный на этот вопрос перевернул страницу журнала, и зачитал оттуда несколько фамилий, из которых я знал только двух: Колесников и Широков. С этими пацанами я тоже ходил в данжи, и оба они были совсем не дураками.

Я покивал, хоть собеседник меня и не видел, после чего спросил:

– Так… И что дальше? Группа не вышла на связь, что вы сделали дальше? Отправляли кого-то на поиски?

Дежурный покачал головой, и я заметил, что в его глазах мелькнуло что-то, похожее на стыд.

– Нет… У нас приказ сверху, что до утра не предпринимать никаких действий. Головастики сказали, что портал нестабилен, и сейчас мы ждём его стабилизации, а утром должна прибыть группа ДКАР.

После этих слов я почувствовал, как холодная ярость снова подкатывает к горлу, ведь другими словами – они просто оставили их там! На произвол судьбы!

– Хорошо, – процедил я голосом, в котором уже не было никакой мягкости и понимания. – Теперь о тебе.

Дежурный снова побледнел, и начал причитать:

– Я же всё вам сказал! Я…

– Да, ты всё сказал, и ты действительно ничего мне не сделал. Пока. Но ты видел меня, и видел моего пушистого напарника. Я прекрасно понимаю, что если ты поднимешь тревогу, то новая структура, ДКАР, очень быстро сообразит, для чего мне могли понадобиться эти координаты, после чего он припрутся туда, что будет очень некстати, понимаешь?

Он понимал, да… И в его глазах я читал самый настоящий животный страх за собственную жизнь.

– Я… я никому и ничего не скажу! Клянусь! Я просто… я усну! Утром сдам смену и скажу, что плохо себя почувствовал…

– Этого недостаточно, – отрезал я, после чего добавил:

– Тебе крупно повезло, что я не хочу твоей крови, ведь ты просто оказался не в том месте и не в то время, а потому ты просто… уснёшь. А когда проснёшься, то твоя информация уже не будет стоить абсолютно ничего…

После этого я сконцентрировался на дежурном, и выпустил в его сторону «Ментальный шип», тщательно отмерив вложенную волю, чтобы он создал аккуратный толчок, предназначенный для отключения высшей нервной деятельности.

Дежурный ахнул, его глаза закатились, и он обмяк в кресле, моментально утрачивая связь с реальностью, после чего я приказал лису вновь активировать маскировку, и мы с ним выскользнули из дежурки, а затем отправились в сторону ближайшей стены.

На этот раз я не стал изображать велосипед, и просто призвал «Теневые крылья», после чего одним мощным взмахом перемахнул через забор с колючкой, мягко приземлившись на лесной опушке.

Спустя несколько минут я оказался на пустынной дороге, ведущей в город, и так как была ночь – поток на этой дороге оставлял желать много лучшего.

Чтобы не пугать честной народ, я отозвал лиса, и начал активно голосовать перед каждой проезжающей машиной, но время было не простое, и тормозить никто не хотел.

Только минут через пять вдали показались фары грузовичка-«буханки», и когда я без особой надежды в очередной раз поднял руку, то она неожиданно взяла и остановилась. Приблизившись к ней, я заглянул внутрь. и увидел, что за рулём сидит пожилой мужчина с усталым обветренным лицом, который сразу же спросил:

– Куда тебе, парень? И чего только дома не сидится в такой поздний час?

– В центр, до рынка «Московский», – сказал я, открывая дверь пассажира, и добавил:

– Очень срочно. Можно сказать, что вопрос между жизнью и смертью.

– Садись, – мужчина кивнул, оценивающе глянув на меня, и сказал с неподдельной заботой:

– Деньги потом отдашь… Вид у тебя, как у загнанного зайца. Что случилось?

В этот момент машина тронулась, и чтобы ответить хоть что-то, я сказал:

– Работа срочная, времени вообще нет, – уклонился я от ответа, на что водитель сразу же вздохнул и сказал:

– Нынче у всех дела, только дела эти… к чему они ведут? Мир-то куда катится, а? Вот смотрю я по теливизору – то тут данж, то там… Люди толпами пропадают, цены – в космос летят, на бензин, на хлеб… А пенсия – та же. Как жить-то? Вам, молодым, ещё можно что-то придумать, а нам, старикам, куда?

Он говорил, и я не слышал паники в его словах. Там была только глубокая, прожитая усталость и принятие абсурда новой реальности.

– Не знаю, – честно ответил я, глядя в тёмное окно на проплывающие мимо огни. – Выживать, наверное. Как получается.

– Верно, сынок, выживать, – он покачал головой. – Только вот раньше выживали от войн, да от болезней… А теперь – от дыр в воздухе да от своих же, которые за кольцами гоняются… Не поймёшь ничего.

Он довёз меня почти до самого места, до начала оцепленной зоны вокруг рынка. Дальше дорога была перекрыта бетонными блоками и красно-белой лентой.

– Вон там, видишь, за забором и есть то самое место, о котором ты мне говорил. Тебе точно туда надо, малой?

– Точнее некуда, отец, – ответил я, и достав из кармана две тысячи рублей, передал их старику со словами:

– Спасибо вам за помощь, держите, и берегите себя.

Дед взял предложенные деньги, помялся, и напоследок сказал:

– Осторожней там, парень. Место очень уж нехорошее…

Молча кивнув, я вышел из машины, сразу после чего УАЗик развернулся и укатил по своим делом, оставив меня одного перед бетонными заграждениями.

Перелетев их при помощи теневых крыльев, я проник в зону отчуждения, где было неестественно тихо и пусто. Окна в домах были тёмными, на улицах валялся мусор, а ветер гонял по асфальту пустые пластиковые бутылки.

Поиски не заняли много времени, и наконец, я увидел его. То самое дрожащее марево, которое символизировало дверь в искажённую реальность, куда недавно зашёл мой друг.

Я приблизился к этому месту, и система тут же на это отреагировала:

Обнаружен данж: «Заброшенная телевизионная башня (нестабильный)».

Уровень сложности: Средний (колебания до высокого).

Текущее состояние: Активен.

Количество участников: 3 из 10.

Активировать одиночный проход?

[ДА] / [НЕТ]

«Три из десяти… Трое выживших, и Илюха просто обязан быть среди них!» – подумал я, и не теряя ни единой секундочки, решительно согласился с полученным предложением.

[ДА]!

Глава 10

После моего согласия мир привычно сжался, поплыл, и спустя несколько мгновений я оказался внутри очередного данжа, который был совсем не похож на всё то, что я проходил раньше.

Как только я перенёсся, то оказался в настоящем лабиринте из искажённых реальностей. Это было не просто заброшенное здание телецентра, как я рассчитывал, а какое-то творение безумного гения.

Стены, обшитые некогда светлым пластиком, теперь были покрыты пульсирующими фиолетовыми прожилками, похожими на вены, и по этим «венам» то и дело пробегали разряды электричества, озаряя пространство резкими, короткими вспышками. Местами данж был как будто сломан, и вместо потолка в таких местах зияла чёрная пустота, усеянная мерцающими точками, похожими на звёзды.

Ни я, ни мой компаньон не стали относиться к этому месту пренебрежительно, и мгновенно активировали «Теневое сокрытие», сливаясь с глубокими тенями, которые отбрасывали искривлённые конструкции. После этого я замер, настороженно прислушиваясь, и практически сразу понял, что тишина в этом месте была совсем не идеальной…

Первые следы боевого столкновения я нашёл буквально через два десятка метров. В этом месте коридор расширялся в некое подобие большого зала, где на полу, среди обломков искорёженной электроники и оборванных проводов, лежал десяток трупов. Не человеческих.

Это были существа, длиной в полтора метра, словно собранные из сегментов полупрозрачного, мерцающего синим цветом пластика. Их многочисленные ножки были тонкими, как иглы, а на голове красовались внушительные щупальца-манипуляторы. Вокруг этих тварей валялось целое море стреляных гильз, а все стены были в характерных отметках от множественных попаданий.

В этот самый момент внезапно ожил интерфейс, и высветил крайне странное сообщение, которое я совершенно не ожидал тут увидеть:

Обнаружены останки аномальных сущностей: «Эфирная сколопендра» ×3.

Развеять для поглощения эссенции?

[ДА] / [НЕТ]

Это сообщение поставило меня в полный ступор, ведь когда я получил третье кольцо, то система чётко дала понять: эссенция из данжей материнского мира более не способна продвигать меня по пути становления. Я уже свыкся с мыслью, что моё развитие здесь упёрлось в потолок, а тут…

Система никогда не ошибалась и не врала, ведь в этом не было никакого смысла. Однако сообщение никуда не исчезало, и любопытство в конце концов всё-таки перевесило осторожность. Что, если…?

Я решил проверить что будет дальше, и мысленно выбрал [ДА].

В то же мгновение из тела выбранной мной твари начала вытекать привычная эссенция, которая тут же вытянулась в ручеёк, и втянулась в моё тело. Как только это произошло, то в тот же миг всплыло новое, более развёрнутое уведомление:

Внимание! Активирована скрытая подсистема: «Накопитель эссенции материнского мира».

Описание: Носитель, достигший 3-го круга становления, преодолевает качественный порог. С этого момента эссенция низшего порядка, генерируемая аномалиями материнского мира, более не может служить топливом для дальнейшей эволюции основных кругов носителя.

Активирована возможность накапливать получаемую эссенцию материнского мира в специальном буферном пространстве. При достижении достаточного объёма вы можете конвертировать её в филки соответствующего круга.

Внимание!

Филки, полученные при помощи буферного пространства могут быть использованы для ускоренного прогресса носителей, находящихся на 1–3 кругах становления в материнском мире.

Филки, полученные при помощи буферного пространства, и филки, полученные в царстве Сиалы – РАЗНЫЕ РЕСУРСЫ. Они не могут быть объединены, смешаны или использованы взаимозаменяемо.

Конвертация полученной эссенции в филки возможна только по месту её поглощения (в пределах данжа), или в специально отведённых системой нейтральных зонах.

Я несколько раз перечитал полученную информацию, а потом, когда убедился, что мне это не снится – широко улыбнулся. Это был не просто сюрприз, а самый настоящий джекпот!

Это открытие моментально разрешило головоломку, над которой я думал с того самого момента, как встретил Илью: как быстро и безопасно прокачать его до входа в Сиалу, чтобы при регистрации он получил максимально возможный бонус.

С этим механизмом мне больше не было необходимости искать редкие данжи или рисковать, перемещая его в Сиалу на текущем круге становления.

Сейчас мне достаточно просто зачистить несколько данжей, вроде этого, накопить необходимое количество эссенции, трансформировать их в филки, и вручить их моему другу. Идеальное решение, которое позволит мне прокачать моего друга совершенно без лишнего риска.

Это открытие воодушевило меня настолько сильно, что я чуть не забыл, где нахожусь. С лёгким, почти игривым настроением я развеял остальных сколопендр, наблюдая, как счётчик накопленной эссенции в углу интерфейса медленно пополз вверх, сразу после чего двинулся дальше, насвистывая весёленький мотивчик из какого-то мультика, и внимательно высматривая новые цели для пополнения своей только что обретённой «копилки».

Хорошее настроение не продержалось долго, и испарилось, как дым, метров через триста. Именно тогда коридор вывел меня в просторное помещение, где картина была уже не столь радужной, как в прошло зале.

Здесь, помимо десятка трупов различных тварей, среди которых были уже не только сколопендры, но и сгустки какого-то желе, которые определялись системой как эфирные слизни, – на полу, прислонившись к разбитой колонне, сидел человек. Вернее, то, что от него осталось.

Он был одет в привычный камуфляж, а его автомат валялся в полуметре от своего хозяина. Бронежилет человека был пробит в нескольких местах чем-то острым, а по краям вообще оказался обуглен.

Его лицо было скрыто противогазом, и судя по следам на полу – он отбивался до последнего, но твари всё-таки добрались до него, и этой встречи он не пережил.

В этом зале, как и в прошлом, практически все стены были усыпаны пулевыми отверстиями, и даже виднелось несколько подпалин от взорвавшихся гранат, что вызывало у меня очень много вопросов…

К счастью я не знал лично этого молодого парня, но легче от этого мне не стало, потому что его жизнь была первой уплаченной ценой за посещение этого данжа, куда его отправили те, кто лично эти данжи никогда не посещал.

Дальше всё шло только хуже. Чем сильнее я продвигался вглубь этого данжа, тем больше встречал трупов тварей, которые в большинстве своём имели отношение к первому кругу, и крайне редко второго. Я методично их развеивал, пополняя запасы эссенции, но помимо монстров мне стали попадаться и люди…

За поворотом я нашёл ещё двоих. Один был буквально разорван на части, а второй – иссушен, будто из него за несколько мгновений высосали всю жизненную силу.

Этих ребят я тоже не знал, но глядя на них я начал сходить с ума от вопроса: что же их всех убило? Ведь противники, судя по поглощённой эссенции, не должны были представлять такой смертельной угрозы для опытной группы с капитаном Поповым во главе…

И в этот момент я наткнулся на живых. Вернее, они наткнулись на меня. Из вентиляционной шахты с грохотом высыпалось пять эфирных сколопендр, и их щупальца буквально трепетали, чувствуя добычу. Я даже не успел толком испугаться, как лис, до этого момента шедший рядом со мной бесплотной тенью, ринулся в атаку.

Он просто совершил резкий рывок, и появился прямо среди тварей, сразу после чего его когти и клыки, вспыхнули синим светом и нанесли три быстрых, смертельных удара, от которых две сколопендры сразу затихли на полу, а третья, потеряв половину сегментов, беспомощно затрепыхалась.

Оставшиеся две твари зашипели и метнулись в сторону, где только что был лис, но его там уже не было. После атаки он вновь применил свой навык и материализовался у меня за спиной, снова став невидимым.

«Молодец», – мысленно похвалил я своего компаньона, после чего добил оставшихся тварей точными ударами серпа, и начал собирать свою законную эссенцию.

Спустя некоторое время после бесконечных коридоров и залов, я наконец вышел в помещение, где базировался босс всего этого данжа. Высокий потолок в этом помещении был практически полностью затянут во что-то серое, а по центру помещения сидел ОН.

Система назвала его телепат-пряденик, и это действительно оказался босс данного данжа. От этого существа веяло такой древней, хищной злобой, что мне даже стало немного не уютно, но отступать я не планировал.

Боссом был гигантский паук, размером с грузовик, но паук был совсем не простой. Его брюшко было полупрозрачным и мерцало изнутри тусклым фиолетовым светом, словно там постоянно происходила какая-то реакция, а восемь глаз, расположенных по кругу на приплюснутой голове, горели холодным, потусторонним интеллектом.

Его длинные и покрытые густыми, жёсткими чёрными волосками лапы, заканчивались острыми, как бритва, кристаллическими наростами. Всё помещение было опутано его паутиной, и даже здесь он нашёл чем отличиться: его паутина была слегка сизой и мерцающей.

При взгляде на неё у меня складывалось ощущение, что она сплетена из какой-то энергии, и в коконах из этой паутины висели десятки упакованных силуэтов, среди которых подавляющее большинство составляли твари, которых он, видимо, запасал впрок, но помимо тварей там были и люди…

Я не мог разглядеть лица этих людей, но часть из этих коконов выглядела достаточно свежей, и это внушало мне определённую надежду на счастливый исход своей операции.

Паук не проявлял активности, и просто сидел в центре своей паутины, словно древний идол, и только пульсация его брюшка позволяла понять, что это живое существо, а не статуя.

Честно говоря, когда я увидел всё это, то даже несколько… расслабился. Мне крайне не хотелось палить свои возможности перед кем бы то ни было, а тут сам босс позаботился, что выжившие люди не могли ничего увидеть.

Я отступил в тень около входа, и, не тратя времени на церемонии, хорошенько сконцентрировался, после чего воздух рядом со мной сгустился, и в этом месте материализовался скелет-клинок.

Его фиолетовые глазницы сразу же нашли цель, а в это время рядом с ним уже появлялся крушитель, который после своего появления быстро оценил противника, и сразу ринулся в его сторону.

Конечно же мой компаньон не стал отсиживаться в сторону, и выбравшись из тени, взъерошил свою шерсть, прожигая врага взглядом своих синих глазищ.

Я не стал заставлять своих призывов ждать, и мысленно отдал крайне простой приказ: «Уничтожить».

Крушитель уже был на пол пути к боссу, и в этот момент паук наконец начал реагировать. Убегать конечно же он не стал, а просто вскинул одну из своих лап, и что есть сил ударил ею в крушителя.

В момент удара по помещению разнёсся оглушительный звон, но успеха пауку его атака не принесла. Кристаллический коготь скользнул по каменной броне, оставив глубокую борозду, но пробить её не смог, в результате чего крушитель лишь слегка отклонился от своей траектории и хорошенько ударил в основание ударившей в него лапы.

В это время скелет, используя повышенную мобильность, зашёл к боссу с фланга. Его клинки, пылая фиолетовым пламенем, взметнулись, чтобы рассечь одну из задних лап, но паук контролировал всю обстановку вокруг себя, и даже поворачиваться не стал.

Когда скелет приблизился из брюшка босса с шипящим звуком вырвался сгусток липкой, светящейся паутины, которая была более плотной и едкой, нежели та, что свисала с потолка. Она накрыла скелета, сковав его движения, сразу после чего по неё начали бегать всполохи энергии, заставляя моего призыва дёргаться в конвульсиях.