Текст книги "Ложь во спасение"

Автор книги: Джереми Бейтс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 7

В дверь постучали.

Катрина все еще находилась в ванной, успела только завернуться в халат. Она задумалась, кто же это может быть. Уж точно не соседи. Они живут так далеко, что даже выстрела не услышали бы, не то что крик. Неужели соглядатай собственной персоной? Но с чего ему к ней стучаться? Хочет поговорить? Как-то объясниться? Извиниться?

Нет, что за чушь ей лезет в голову. Да и не важно, кто там к ней ломится. Нужно звонить в полицию.

Девушка взялась за дверную ручку, но замерла в нерешительности. Бандит заходился лаем. Вообще-то он лаял все это время, дошло до нее, просто она не обращала внимания. Вот только сейчас ей показалось, что Бандиту вторит еще одна собака. Катрина прислушалась. Да, точно. Две собаки. Взломщик, насильник, убийца, или кем там еще может быть этот вуайерист, уж точно не потащит с собой собаку на преступление.

Любопытство пересилило страх. Девушка осторожно открыла дверь ванной – ив следующее мгновение ее чуть не сбил с ног Бандит, который кинулся к ней и уперся передними лапами ей в бедра. Утихомирив пса, она направилась в прихожую, забыв о том, что собиралась звонить в полицию.

– Кто там? – крикнула Катрина через дверь. Голос ее прозвучал не так уверенно, как ей хотелось бы.

После секундной заминки послышался голос, в котором явственно различались обеспокоенные нотки:

– Меня зовут Джон Уинторп. Я гулял с собакой и увидел, как кто-то выбегает с вашего двора. Я хотел лишь удостовериться, что все в порядке.

Катрина накинула цепочку, повернула ключ и приоткрыла дверь. На крыльце стоял мужчина среднего возраста, в очках, одетый в серые спортивные брюки и серую толстовку. Того типа, что заглядывал в окно ванной, девушка толком не разглядела, однако визитер точно не был похож на него. Его собака, черно-белый бордер-колли, фыркнула. Бандит снова зашелся лаем.

– Одну секундочку, – отозвалась Катрина. Она скинула цепочку и открыла дверь пошире. А потом схватила своего пса за ошейник и прикрикнула на него. Бандит заскулил, однако угомонился.

– Вы разглядели того человека? – спросила девушка.

– Рост и сложение запомнил точно. Лицо видел лишь мельком. Вы в порядке? Вид у вас испуганный.

– Я тоже видела этого типа. – Рассказывать о том, что только что произошло, оказалось гораздо сложнее, чем казалось. – Он подглядывал за мной в окно ванной.

– Боже мой! Вы позвонили в полицию?

– Как раз собиралась. Я… Мне нужно было прийти в себя.

– Да-да, конечно. – Джон Уинторп погладил свою собаку. – Послушайте, если хотите, мы с Молсоном подождем снаружи, покараулим до приезда полиции.

– Спасибо большое, но, думаю, в этом нет необходимости.

– Они наверняка захотят и меня допросить.

А ведь он прав, подумала Катрина. Скорее всего, Уинторп разглядел вуайериста лучше ее.

– Что ж, если вы не против подождать…

– Да нет, конечно же. Мы прямо здесь будем. Только свистните.

Катрина распахнула дверь и отступила назад:

– Почему бы вам не войти? Молсон тоже пускай подождет у меня.

Словно бы в знак признательности бордер-колли переступил через порог и обнюхал ноги девушки. Бандит опять заскулил, требуя свободы, и Катрина отпустила ошейник, чтобы боксер познакомился с новым другом. Оба пса немедленно затеяли церемониальный собачий хоровод.

– Присаживайтесь, пожалуйста. Хотя кресло у меня только одно.

– Спасибо, я постою.

Катрина принесла из спальни мобильник, набрала девять-один-один и рассказала диспетчеру о том, что произошло. Женщина выяснила ее адрес и номер телефона для связи, затем задала пару вопросов. Имело ли место преступление? Разглядела ли Катрина подозреваемого? Наконец, сообщила, что скоро к ней прибудет полицейский, чтобы принять у нее заявление, и отключила связь.

– Пришлют кого-нибудь? – поинтересовался Джон.

– Да, прямо сейчас.

И действительно, менее чем через пять минут на подъездную дорожку свернула патрульная машина. Катрина распахнула дверь, прежде чем полицейский – дородный мужчина с черными глазами и тонкими губами – поднялся по ступенькам крыльца. Он представился констеблем Мюрреем. Девушка пригласила его внутрь и в очередной раз пересказала свою историю. Полицейский попросил проводить его в ванную. Катрина включила там свет и задула все еще горевшие свечи.

– Итак, вы утверждаете, что находились в ванне, когда услышали какой-то шум… – Мюррей сверился с записями в своем потрепанном блокноте. – Тогда вы обернулись и увидели, что на вас кто-то смотрит?

– Да, – подтвердила девушка.

Констебль присел на корточки возле ванны и задрал голову к окну, после чего заметил:

– Под таким углом выглянуть наружу довольно затруднительно.

– Я стояла.

– Но вы принимали ванну?

– Да, как раз собиралась выйти.

– И тогда-то шум и услышали?

– Мне кажется, он наступил на пластмассовый цветочный горшок. На днях я видела несколько за домом.

Мюррей обратился к Джону Уинторпу, стоявшему в дверях ванной:

– Значит, вы описываете его как высокого и тощего. Что-нибудь еще?

– На нем был черный пуловер и черные брюки.

– Лицо?

– Нет, не разглядел, – удрученно покачал головой мужчина.

– А как насчет отпечатков ног? – осенило Катрину. – Он ведь наверняка их оставил.

– Это не убийство, мисс Бёртон, – только и ответил констебль.

– А подобное здесь уже происходило?

– Нет, не припомню. В последнее время уж точно. – Мюррей сунул блокнот в подсумок на ремне и водрузил на голову фуражку, которую все это время держал под мышкой.

– И это все? – изумилась девушка.

– Я проедусь по району, вдруг замечу кого-то отвечающего описанию, что предоставили вы и мистер Уинторп.

– А если вы его не найдете?

– К сожалению, мисс Бёртон, в данном случае я мало что могу сделать. Без точного опознания…

– Ну а если он вернется?

– Не вернется. Подобные типы, развратники, только острых ощущений и ищут. А раз его заметили, уже не вернется.

– Но наверняка вы этого не знаете.

– Не знаю, но таково мое профессиональное мнение. – Мюррей прошел в гостиную и кивнул на окно: – Что бы я вам посоветовал, так это повесить шторы.

– Я так и сделаю. Завтра же.

– Что ж, спокойной ночи, мисс Бёртон. Мистер Уинторп.

Попрощавшись, констебль Мюррей удалился. Катрина и Джон остались в гостиной. Они услышали, как полицейский спустился по ступенькам крыльца, затем хлопнула дверца автомобиля и включился двигатель.

– «Служить и защищать», – пробормотала Катрина, вспомнив полицейский девиз.

– Знаете, – отозвался Джон, – я каждый вечер гуляю с Молсоном примерно в это же время. Буду приглядывать за вашим домом. Это хоть что-то. А сегодня на ночь обязательно запритесь.

Девушка кивнула, чувствуя себя совершенно разбитой и опустошенной. На нее внезапно навалилась вся тяжесть событий последних дней. Она поблагодарила Джона за участие и проводила его. Потом обошла весь дом и убедилась, что все окна заперты. Наконец, с помощью «обезьяньих крючков» завесила окно в спальне простынями со своей постели.

Интересно, подумала Катрина, что сказал бы Джек Ривз, узнай он, для чего пригодились рекомендованные им приспособления.

Она надела пижаму, выключила свет и легла на матрас. Дом погрузился в тишину, однако прошло довольно много времени, прежде чем девушка провалилась в беспокойный сон.

Глава 8

– Зак? – позвала Катрина, заглянув в класс преподавателя философии. – Мне нужно вам кое-что сказать.

Он сидел за учительским столом с миской лапши быстрого приготовления, из которой, словно антенны, торчали палочки для еды. Против обыкновения, одет он был в пиджак с галстуком, но все равно выглядел слишком молодо для преподавателя средней школы.

– Да? – нахмурился он.

– Насчет вечеринки. Вчера мне позвонила сестра. Она приедет ко мне на выходные. Хочу показать ей город, так что я не смогу пригласить коллег. А раз вы в курсе, кто собирался на вечеринку, мне бы хотелось, чтобы вы всех предупредили.

– Э-э, я…

– Спасибо, – перебила его Катрина и исчезла.

* * *

После занятий она села в машину и выехала со школьной парковки, помахав на прощанье другим учителям.

На подъезде к центру города Катрина обнаружила, что ее ладони на руле стали влажными, а живот свело от нервного напряжения. В планах у нее значилась покупка в строительном магазине каких-нибудь штор или жалюзи, но думать она могла только о Джеке Ривзе. Интересно, работает ли он сегодня? Девушка попыталась убедить себя, что новая встреча с Джеком не бог весть какое событие. Будет работать – хорошо, а нет – ничего страшного. Экая важность!

Вот только важность как раз была нешуточной, тут уж ничего не попишешь. Она думала о парне весь день.

Когда Катрина подъезжала к магазину, ее вдруг охватило искушение проехать мимо и поискать в городе другое место, где продаются шторы. Не глупи, осадила она себя и припарковалась у тротуара. Проверив свой макияж в зеркале заднего вида, она вышла наружу и направилась к магазину. Ее отделяло от него еще добрых тридцать метров, когда из-за угла в дальнем конце квартала появился Джек собственной персоной. Но он как будто не замечал Катрину, что-то выглядывая в парке на другой стороне улицы.

Расстояние между ними стремительно сокращалось. А затем, к немалому удивлению девушки, он прошел мимо строительного магазина.

– Джек? – окликнула Катрина, когда до него оставалась лишь пара метров.

Только тогда он ее и заметил. В первое мгновение ей показалось, что Джек ее не узнал, но он улыбнулся и сказал:

– А, привет! Крючки, верно?

– Именно!

– Ну и как они?

Девушка вспомнила висящие на окнах простыни, которые она закрепила этими самыми крючками.

– Сама безупречность! – Она взглянула на дверь магазина у него за спиной. – Вы сегодня не работаете?

– Ах да… Нет, не работаю… Э-э, по правде говоря, я вообще там не работаю. Это магазин Лероя. Ему нужно было отлучиться на пару минут, и он попросил меня присмотреть за товаром.

– Но вы же дали мне…

– Вот об этом не беспокойтесь. Я заплатил за крючки, когда Лерой вернулся. – Джек махнул рукой, давая понять, что вопрос с покупкой закрыт. – А я как раз направляюсь выпить кофе. Не хотите составить мне компанию?

– Я, хм…

– Да нет проблем, конечно же. Вы же меня не знаете.

– Нет, дело не в этом. Просто мне нужно купить шторы.

– Знаете что? Давайте выпьем кофе, а потом я помогу вам выбрать шторы. И уговорю Лероя на скидку.

– Что ж… Хорошо!

– Тогда нам туда, – объявил Джек, слегка коснувшись ее поясницы. Рука его задержалась на спине девушки не дольше секунды, лишь для того, чтобы направить ее в нужную сторону, однако по позвоночнику Катрины словно пробежал разряд тока.

Парень привел ее в кафе «Моцарт», где на втором этаже был обустроен люксовый зал. Пару проводили к двум изящным креслам перед камином, где горел огонь. Заказав латте, они завели ни к чему не обязывающий разговор. Так как они совсем недавно познакомились, девушка опасалась, что он будет натянутым, с массой неловких пауз. Но Джек вел себя непринужденно и за словом в карман не лез, поэтому Катрине совсем скоро стало казаться, что она болтает со старым приятелем. А потом он сообщил неожиданную новость: оказалось, Джек в Ливенворте не живет, а лишь остановился на время.

– И когда думаете уезжать? – поинтересовалась девушка.

– Пока не знаю, – беспечно пожал он плечами. – Слушайте, а какие у вас планы на ужин? Не пробовали еще настоящую баварскую кухню?

– Нет, не довелось, – призналась Катрина.

– Есть тут одно местечко, на этой же улице. Вам точно понравится!

Она взглянула на часы. Уже был шестой час – они с Джеком пили кофе больше двух часов!

– Пожалуй, я чересчур тороплю события, – отреагировал Джек. – Что ж, отложим на будущее. Пойдемте выбирать шторы.

– Вовсе нет… Я… Ужин звучит вполне неплохо.

* * *

После очаровательного старого кафе «Моцарт» Катрина ожидала увидеть уютный ресторан, где ужинают при свечах за уютными столиками на двоих. Однако заведение «У короля Людвига» оказалось довольно приземленным и, скорее, семейно-ориентированным. Стены здесь украшали фрески и гобелены ручной работы; посетители отводили душу на танцполе, и повсюду носились обезумевшие дети.

Выбор блюд девушка оставила на усмотрение своего спутника. В результате ей принесли румяную свиную отбивную с красным картофелем, а ему – утку со сливовым соусом. Пиво оказалось крепким, и весьма скоро Катрина слегка захмелела – по-видимому, именно поэтому-то она позволила Джеку отвести себя на танцпол и закружить под выводимые аккордеонистом немецкие мелодии.

Когда они вернулись за столик, Джек произнес:

– Gemütlichkeit[1]1
  Уют (нем.), здесь: прямо как дома. – Примеч. пер.


[Закрыть]. – Затем поднял бокал: – За приятное времяпрепровождение!

– Знаете немецкий? – Девушка чокнулась с ним.

– Да это на меню написано.

Джек подозвал официантку – девушку в традиционном дирндле[2]2
  Баварское платье. – Примеч. ред.


[Закрыть] и с двумя косами, прямо как у Златовласки из сказки, – и заказал на десерт яблочный штрудель.

– Мне и правда хорошо, – признался он Катрине после ухода официантки. – С вами приятно общаться.

– Мне тоже приятно.

– Ну и как вам Ливенворт?

Она чуть было не сказала, что здесь просто замечательно, но вдруг передумала:

– По правде говоря, началось все не очень здорово.

– Однажды в темную бурную ночь… – с выражением произнес парень.

– Забавно, что вы упомянули это клише. – Катрина на секунду задумалась, уместно ли сейчас вспоминать историю с Заком, но в итоге решила: почему бы и нет. С Джеком интересно, он хороший слушатель – и, самое главное, не учитель. Пожалуй, стоит немного облегчить душу. – Я и вправду прибыла в Ливенворт в темную и бурную ночь. Я ехала по шоссе номер два, когда на обочине появился этот автостопщик. В юности я и сама путешествовала автостопом, но вот подбирать кого-то мне не приходилось. Тогда дождь лил как из ведра, а кругом сплошной лес – вот и пожалела парня.

– А где именно на шоссе номер два?

– Километров тридцать к западу, где-то так.

– И как он там оказался совсем один?

– В том-то и дело. Я подумала, может, у него сломалась машина. Так парень сам потом объяснил. Да, он сказал, что у него спустило колесо. Только я не видела никаких брошенных машин на обочине.

– Он был пьяный?

– Как вы догадались? – удивилась Катрина.

– Да потому что единственное, что в тех краях открыто в вечернее время, это стрип-клуб. Бьюсь об заклад, ваш путешественник спустил все свои денежки на выпивку и стриптизерш, и ему пришлось топать домой пешком.

Девушка задумалась. Версия Джека и вправду представлялась довольно убедительной. Заку было неловко признаваться в посещении стрип-клуба, вот он и выдумал про спущенное колесо.

– Значит, вы его подбираете, и он оказывается пьяным… – вернул ее Джек к действительности.

– В двух словах, он вел себя неадекватно, и я поняла, что совершила ошибку, и когда парень стал выяснять, куда я еду, мне пришлось сказать, что только до следующего съезда. Это оказалось озеро Уэнатчи. Я наплела ему, что у меня там коттедж. Бывали там?

– На озере? Конечно. Очень красивое место.

– В общем, Зак – так его зовут – не очень-то хотел вылезать из машины. Предлагал где-нибудь выпить и всякое такое. Я, естественно, отказала ему.

Джек нахмурился:

– И?

– Я уже не на шутку испугалась, ну и психанула, только после этого он наконец-то вышел из машины. Ну а теперь самая пикантная деталь: Зак преподает вместе со мной в Каскадской средней школе. Учитель философии.

– Вот это да!

– Я попыталась поговорить с ним. В школе есть традиция, учителя отмечают начало учебного года в пабе. В общем, там я и сказала ему, что хочу, чтобы вся эта история осталась в прошлом, понимаете? Вот только он почему-то не захотел идти мне навстречу и, что гораздо хуже, натворил кое-что… У меня возникли некоторые осложнения.

– Осложнения? – снова нахмурился парень.

– Чувствую себя полной дурой, даже рассказывая об этом.

– Да бросьте.

– Зак произнес тост перед всеми нашими коллегами… Сказал, что у меня есть коттедж на озере и я якобы приглашаю всех туда на эти выходные.

– Надеюсь, вы послали его в задницу… Хм, простите за выражение.

– Надо было… – сокрушенно кивнула Катрина.

– Что, не послали? – удивился Джек.

– Вас же там не было, Джек. Он просто подставил меня. Представьте: передо мной мои новые коллеги, и что я должна им сказать? «Простите, ребята, нет у меня никакого коттеджа, я все наврала» – так, что ли?

– Так вы бы и сказали, что этот мстительный ублюдок, который коротает вечера, засовывая банкноты девочкам в стринги, страшно напугал вас, вот вы и выдумали про коттедж, чтобы выпроводить его из машины.

– Задним-то числом, разумеется, только такое и приходит в голову. Но тогда… Поставьте себя на мое место. Я новый учитель в школе, меня никто не знает. Зато все знают Зака. И в первый же день знакомства обвинять его в… Даже не знаю. – Девушка покачала головой. – Впрочем, все это уже не имеет значения. Вчера мне позвонила сестра. Она приезжает ко мне на эти выходные. Я и рассказала об этом Заку, а потом велела, чтобы он всем передал, что никакой вечеринки не будет.

– Значит, дело улажено?

– Очень надеюсь на это.

* * *

Они вышли из ресторана и окунулись в приятную прохладу вечера. Уличные фонари с натриевыми лампами отбрасывали на тротуар золотистые лужицы света. Мимо прокатила старинная повозка, запряженная четверкой лошадей. Дм кучера в немецких народных костюмах помахали Джеку и Катрине, и те ответили на приветствие.

– Иногда здесь чувствуешь себя словно в Диснейленде, – заметила девушка.

– Но место это, бесспорно, уникальное, – отозвался ее спутник.

– Я припарковалась где-то там, – Катрина махнула рукой в том направлении, где оставила машину.

– А моя гостиница там, – кивнул Джек в противоположном направлении. – Как насчет рюмочки вина перед сном?

Предложение застало девушку врасплох:

– Вообще-то мне надо домой…

– Но еще рано.

– Мне действительно пора. Может, повторим как-нибудь ужин? На следующей неделе я в любой день свободна.

– Я не против, – согласился парень, но туг же нахмурился. – Хотя мне, возможно, придется уехать по делам.

Катрина вспомнила, что Джек в Ливенворте лишь на время.

– Уехать насовсем? – спросила она.

– Нет, я вернусь. Вот только не знаю когда.

– А чем вы занимаетесь?

– Хм, а разве такие вещи не обсуждаются за стаканчиком на сон грядущий?

Девушка пребывала в нерешительности. Естественно, она знала, чем заканчиваются все эти «стаканчики» и «рюмочки». И ей действительно стоило отправиться домой – вот только к кому? К Бандиту и пустой постели? Уж не собирается ли она оставаться в одиночестве до конца жизни?

– А гостиница далеко? – спросила она.

Джек взял ее за руку и повел к деревянному зданию в викторианском стиле. Гостиница называлась «Черный дрозд». Он достал из кармана ключ и открыл номер.

Катрина зашла первой. В комнате было темно, только лунный свет пробивался сквозь занавески на окнах. Девушка услышала, как позади нее закрылась дверь, а затем ощутила на плечах ладони Джека, которые, скользнув по ее рукам, обхватили девушку за талию. Она повернулась к нему, и они слились в страстном поцелуе.

Наталкиваясь на мебель и срывая друг с друга одежду, они добрались до постели и рухнули на нее.

Глава 9

Не успела Катрина достать ланч из холодильника в преподавательской комнате отдыха, как Боб огорошил ее вопросом: он хотел знать, что ему захватить с собой на завтрашний вечер.

Она обернулась с яблоком в одной руке и бутербродом с ветчиной в другой:

– Простите?

– Так суббота же! – напомнил Боб с неизменной улыбкой на бородатом лице. – Про пиво и так понятно. Я про еду. В коттедже есть гриль для барбекю?

Его слова, казалось, послужили сигналом для остальных учителей, которые наперебой принялись обсуждать свой вклад в грядущую вечеринку.

– Эй, ребята, ребята! – попыталась остановить их ошарашенная Катрина. – Разве Зак не сказал вам?

– Что сказал? – осведомилась преподавательница по имени Синди.

– Что ко мне на выходные приезжает сестра!

– Ну конечно! – пророкотал Боб. – Ждем не дождемся встречи с ней!

– Встречи с ней? – выдавила Катрина.

– Ей понравится пирог, что я испекла, – подключилась Моника. – По семейному рецепту!

– На самом деле я просила Зака передать вам, что вечеринка отменяется.

– Ах! – У Моники чуть челюсть не отвисла.

– Мы с сестрой собирались провести время вдвоем.

В комнате воцарилась неловкая тишина.

– А как же имейл?! – воскликнула Моника.

– Что еще за имейл?

– Да который Зак разослал. Мы уже заплатили за автобус.

– Так, одну минуточку, – проговорила Катрина и, оставив яблоко и бутерброд на столе, устремилась в классную комнату Зака. Ей просто не верилось, что парень оказался способен отколоть подобный номер, и гнев ее нарастал с каждым шагом. В аудиторию она ворвалась без стука.

Зак оторвал взгляд от ученической работы, в которой с упоением чиркал красной ручкой. Рядом лежала стопка непроверенных листов.

– Что я сказала вам вчера утром, а? – угрожающе нависла над ним Катрина.

– Вы о чем, простите? – невинно осведомился парень.

– О вчерашнем утре, Зак! Я сказала вам, что на эти выходные приезжает моя сестра!

– И что?

– Я попросила вас передать это остальным!

– Да я так и сделал. Передал. Разослал имейл.

– И что а нем говорилось?

– Что на эти выходные приезжает ваша сестра.

– И?!

– И что она будет на вечеринке.

– Господи, Зак! – Ей захотелось ударить придурка. – Я сказала про приезд сестры и попросила передать остальным, что вечеринки не будет!

– Нет, вы только про приезд сестры и сказали. Про отмену речи не было.

– Было, Зак, было!

– Что-то не припоминаю.

– Зачем вы это делаете? – процедила Катрина.

– Что делаю?

Девушка молча сверлила его взглядом.

– Слушайте, Кэт, – невозмутимо начал Зак, – да в чем проблема-то? Это же всего лишь вечеринка. Поверьте мне, всем плевать, есть у вас там мебель или нет.

– Дело не в мебели.

– Тогда в чем же?

– Зак, вечеринка отменена.

Парень вскинул руки в примирительном жесте:

– Эй, больше я в эту эпопею не ввязываюсь, Кэт. Я уже передал всем, что вы меня просили…

– Ничего вы не передали!

– Я же рассказал про сестру.

– Но так и не сказали об отмене вечеринки!

– Да неважно, больше я в этом не участвую. Мне что, нечего делать, кроме как бегать за всеми и объяснять, что вы передумали!

– Ничего я не передумала, Зак, и вы прекрасно это знаете!

– Понимаете, Кэт, здесь вам не Сиэтл. И учителя у нас – коллектив сплоченный. Они обожают всякие сборища. И всегда им радуются. Если хотите поставить их в известность, что откладываете мероприятие…

– Ничего я не откладываю!

– Слушайте, у меня работа…

– Да иди ты к черту, Зак! – взорвалась Катрина и выскочила из классной комнаты.

* * *

Стоило Катрине подъехать к «Черному дрозду», и на нее нахлынули воспоминания о прошлой ночи, которые помогли немного развеять мрачное настроение. Она прошла через фойе гостиницы и постучалась в номер Джека. Парень появился на пороге в одних тренировочных штанах, его мощный торс блестел от пота. Только сейчас Катрина заметила татуировки у него на груди – ночью было слишком темно, а утром он встал, оделся и приготовил кофе еще до того, как она открыла глаза. Грудь Джека украшали несколько характерных татуировок, выполненных такой же зеленой краской, что и на руках: волчья голова на фоне индейского амулета «ловец снов» и белоголовый орлан с американским флагом на плечах.

Девушка прочистила горло и произнесла:

– Прости. Мне следовало позвонить. Я могу заехать попозже.

– Чушь! – воскликнул он. – Я всего лишь делал зарядку. Заходи же. – Парень указал гостье на стул и натянул футболку. – Так что случилось?

– Мне просто нужно с кем-то поговорить.

– Я весь внимание.

Увы, Катрине все-таки пришлось вернуться к тому, о чем она рассказывала ему в ресторане «У короля Людвига».

– Помнишь, я вчера говорила про коллегу-учителя и вечеринку, которая якобы должна состояться завтра вечером?

– На озере Уэнатчи.

– Так вот, ее по-прежнему ожидают.

– Этот парень, Зак, не отменил ее? – удивленно вскинул брови Джек.

– Ага, ссылается на недопонимание.

– И ты ему веришь?

– Ни на йоту. Он знает, что у меня нет коттеджа. И я знаю, что он знает. Зак все это делает ради… Может, мести? Так и придушила бы его, ей-богу!

Джек подался вперед, в глазах его появился суровый блеск:

– Ты знаешь, где он живет?

– Даже не представляю.

– Как его фамилия?

– Маршалл. А что?

– Я переговорю с ним. Поверь мне, я могу быть убедительным.

Катрина окинула взглядом сильные руки парня и, разумеется, не стала подвергать сомнению его способность к убеждению. Да он при желании Зака в узел завяжет.

– Нет, Джек. Он же еще ребенок. И потом, это я во всем виновата. И я собираюсь все исправить.

– И каким же образом?

– Возьму у секретарши список телефонов преподавателей, сегодня вечером всех обзвоню и скажу, что вечеринка отменяется.

– Часиков эдак в одиннадцать, перед самым сном? Уж точно они не обрадуются.

– А что мне еще остается?

– Почему бы тебе тогда не арендовать коттедж? – пожал плечами парень.

– Что-что? – опешила Катрина.

– Арендуй коттедж на завтрашний вечер. Сейчас мертвый сезон, предложений наверняка уйма. Естественно, будут настаивать на недельной аренде, но, уверен, кого-нибудь мы сможем уговорить только на эти выходные.

– Нет, не могу, – покачала головой девушка.

– Да почему же?

– Это неправильно.

– Ты думаешь?

– Это будет обман… Снова!

– Эй, подожди-подожди. Ты ведь не сказала этому Заку, что коттедж твой собственный, так ведь?

– К чему ты клонишь?

– Ты сказала, что владеешь домом или что снимаешь?

– Ой, да я не помню! – в отчаянии покачала Катрина головой. – Кажется, ни то ни другое. Просто сказала, что у меня коттедж на озере, и все.

– Вот видишь! – улыбнулся Джек. – И если тебя завтра спросят, ты так и ответишь: мол, коттедж снимаешь – а поскольку прямо в тот момент ты и будешь его арендовать, то в этом не будет никакого вранья!

Девушка нахмурилась, переваривая хитроумную логическую цепочку, предложенную парнем.

– Я даже не знаю…

– Давай хотя бы посмотрим!

Номер Джека был обставлен мебелью из некрашеной сосны, кроме того в комнате имелся камин, а также двуспальная кровать, мини-кухня и комод с большим телевизором. Компьютер не предоставлялся, однако парень достал из сумки ноутбук и нашел на нем гостиничный вай-фай.

– Требует кредитку, – сообщил он. – Я свою потерял на прошлой неделе, да так и не восстановил. У тебя, случайно, нет под рукой?

Девушка дала ему свою «Визу». Джек получил доступ к интернету и вбил в поисковую строку «Гугла» запрос. Похоже, озеро Уэнатчи было весьма популярным местом для отдыха, поскольку поисковик тут же выдал несколько страниц предложений.

Парень кликнул одно из них – недавно отремонтированный альпийский коттедж, и прочитал вслух описание:

– Джакузи во дворе, спутниковое телевидение, гранитные столешницы, высокие потолки, посудомоечная машина…

– Ну уж нет! – отрезала Катрина.

– Вроде звучит заманчиво.

– Но я всем говорила, что в коттедже даже мебели нет.

– Скажешь, что просто поскромничала.

Она снова покачала головой:

– Нет, Джек. Это шикарно до нелепости.

– Ладно. – Он кликнул другое предложение. – Бревенчатый дом-шалаш с чердаком. Гостиная/столовая с открытой планировкой, место для стирки, одна ванная. Поблизости площадка для игры в «подковки», трасса для горных велосипедов, скалодром, место для рыбалки…

– Сколько там спален?

– Всего одна. На чердаке.

– Вот это другой разговор.

Джек проверил, открыто ли предложение:

– Что ж, если дом пришелся тебе по вкусу, он в твоем распоряжении.

– И во сколько мне это обойдется?

Парень замотал головой:

– Это я тебя подбил на аренду, так что расходы на мне.

– Сколько, Джек?

– На неделю от семисот сорока девяти до восьмисот пятидесяти долларов. Подожди-ка, у них и суточные расценки есть! Сто двадцать в будни, сто пятьдесят на выходные. Так что скажешь? Будешь снимать?

В голове у Катрины промелькнула масса причин, по которым она должна была бы отказаться от этой авантюры.

– Буду, – наперекор им ответила девушка.

* * *

Той же ночью Катрину словно выдернули из сна невидимым гигантским крючком, и она резко села в постели, обливаясь потом. Вопль отчаяния затерялся где-то внутри нее, и с губ слетел лишь сдавленный стон. Задыхаясь, она вспоминала жуткие образы, наводнившие ее разум.

Все тот же кошмар, что изводил ее в снах с того дня, когда не стало Шона. В нем она была прикована к стене какой-то подземной темницы, а ее жених висел под потолком. Со скрипом открывалась широкая деревянная дверь, и к ним входил некий безликий палач. И потом она видела, как незнакомец кромсает и разрывает Шона на части, словно цыпленка на разделочной доске.

Слух девушки уловил тиканье настенных часов, которое становилось все громче в нависшей тишине.

– Ты в порядке?

Катрина вздрогнула – она и забыла, что лежит в постели Джека. Покончив с арендой коттеджа, она позвонила Заку и сообщила ему адрес, чтобы он передал его Лэнсу, водителю автобуса. Юный преподаватель философии явно был удивлен новостью и, возможно, даже расстроен, что доставило ей немалое удовольствие. Затем Джек повел ее на ужин, на этот раз во французский ресторан, а потом они вернулись к нему в номер и снова занялись любовью.

В щель между шторами пробивался слабый лунный свет. Он делал морщины на нахмуренном лице Джека особенно заметными. Парень приподнялся на локте, распущенные длинные волосы скользнули по его плечам.

– Все хорошо, – ответила Катрина.

– Дурной сон?

– Да, – призналась она.

– И что в нем было?

– Не хочу об этом говорить.

– Уверена?

– Да, уверена. Но спасибо тебе… Спасибо за все.

Джек молча кивнул и снова лег, а она прижалась к нему всем телом, надеясь, что он не почувствует обжигающие ее глаза слезы.