Текст книги "Босоногий принц: пересказ Кота в сапогах (ЛП)"

Автор книги: Джеки Стивенс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Харрис бросил на Арчи последний взгляд. И это был совсем не тот взгляд, которого Арчи ожидал. Вместо злости или раздражения Харрис словно спрашивал Арчи, уверен ли тот в своем решении разделиться. Последний шанс для Арчи сдаться и попросить старшего брата вмешаться и спасти его, но он не собирался сдаваться. Не теперь.

Он спасет их обоих, если сможет.

Когда Харрис ушел, стражник направил их телегу к замку лорда. Арчи украдкой оглядывал городскую площадь. Она совсем не была похожа на Замковый город. Жители Карабуса выглядели совершенно павшими духом. Пусть он больше ничего не добьется, но хотя бы сегодня они привезли людям еду, если, конечно, их лорд соизволит ею поделиться.

Телегу отправили в конюшни на разгрузку, а Арчи направили на кухню, которая не сильно отличалась от кухни в Благотворительном доме матрон, разве что была больше. Несколько человек сновали туда-сюда с таким видом, будто старались не попадаться лишний раз на глаза, а в центре комнаты работала женщина средних лет вместе с девочкой, чистившей репу.

Стражник окликнул женщину – Хельгу – и оставил Арчи на её попечение.

– Значит, говоришь, умеешь печь? Начинай печь. – Женщина сказала это как вызов. Она явно ему не доверяла.

Что ж, справедливо. Арчи и сам бы себе не доверял. Он подошел к стойке.

– Я не умею ничего изысканного. Но, может быть, хлеб?

Хельга не возражала. Он отыскал муку и яйца и принялся за рецепт, который повторял столько раз, что и не сосчитать. Спустя некоторое время женщина, казалось, расслабилась; она велела ему не жалеть жира и не давать хлебу пересохнуть.

– У Маркиза вкус более утонченный, чем у нас, простолюдинов.

Арчи кивнул, всё еще надеясь зацепиться за любую возможность разузнать побольше:

– А что еще мне следует о нем знать?

Лицо Хельги посуровело.

– Чем меньше знаешь, тем лучше. Просто не задирай нос и делай свою работу хорошо, и, может быть, сохранишь голову на плечах. – Затем она обратилась к девочке с репой: – Грета. Шевели ножом.

После этого женщина ушла, и было нетрудно понять, почему. Она была не просто кухаркой, она также распоряжалась горничными и остальным персоналом, и была явно рада лишним рукам, на которые можно было перекинуть работу, чтобы заняться делами в другом месте. Это имело смысл, если слуги в замке надолго не задерживались.

Арчи решил попробовать разговорить девочку.

– Тебя зовут Грета? – спросил он, принимаясь вымешивать тесто.

Грета кивнула, но промолчала, не поднимая головы. Даже сироты в Замковом городе не были такими подавленными, но он всё же надеялся подружиться с ней.

– Хочешь, я расскажу тебе сказку, Грета? Так время пойдет быстрее.

Девочка не согласилась, но и не отказалась. Пожалуй, это было лучшее, на что можно было рассчитывать. Арчи начал рассказывать про карлика Андердольфа – первую историю, что пришла на ум. Но описывая неприметного карлика, он запнулся. В пьесах Андердольфа часто играли как шута, даже когда он завоевывал сердце принцессы. Кто-то, над кем дети могли посмеяться, даже сопереживая ему.

Но для Греты он не хотел такого героя.

И сам Арчи больше не хотел быть таким героем.

Перемены были небольшими – поначалу. Он просто перестал кривляться, произнося реплики карлика, и постарался показать, какими умными были письма Андердольфа к принцессе. Как бесстрашно он следовал за мечтой – даже за той, что казалась недосягаемой для обычного человека. У Андердольфа было сердце рыцаря, способного сразить дракона, если бы ему только дали шанс.

И когда девочка одарила его робкой улыбкой, он понял, что всё сделал правильно.

– А как ты думаешь… – тихо спросила Грета, не отрываясь от репы. – Смог бы такой герой, как Андердольф, победить огра?

– Не знаю, – медленно ответил Арчи, вымешивая тесто дольше, чем требовалось. – А какой он, этот огр?

Девочка помедлила. Арчи подмывало оставить её в покое, она ведь ребенок, но он должен был знать. Он и так слишком многим рискнул.

– Ты ведь не против рассказать мне? Если это будет просто еще одна сказка?

Грета еще секунду раздумывала, а потом начала говорить:

– Огр был человеком, но он хотел стать королем.

Арчи кивнул, ощутив укол собственного стыда.

– Хорошее начало. Люди часто хотят больше, чем имеют, и это приносит кучу бед.

Грета покачала головой:

– Но он больше не похож на человека. У него есть краденая магия фейри, и он может подчинить любого зверя. Подчинить их, изменить… или самому стать ими.

Маркиз был оборотнем?

– Любое существо? Как лев? Или медведь?

Девочка кивнула:

– Любое. Но этого мало, чтобы победить целую армию, поэтому он придумал другой план.

– Какой план?

Грета сжалась и прошептала ответ репе:

– У него есть крысы.

Крысы?

– Как те чумные крысы?

– Они плодятся, – сказала она.

– Что?

– Крысы. Они плодятся. Иногда их становится очень много, а потом они исчезают.

В голове Арчи пронеслись все последствия этого признания; по спине пробежал холодок.

– Но это ведь тоже не сделало его королем, верно? – Девочка не ответила, но он должен был знать. – Он пытался разводить собак так же, как крыс? Он стал собакой?

Неужели Маркиз-Огр и его монстр – одно и то же существо?

Позади раздался стук. Хельга вернулась, хмуро глядя на них обоих.

– Что я тебе говорила насчет вопросов? Из-за вопросов люди исчезают. И ты втянул в это Грету.

– Это была просто сказка, мама. Он тоже мне её рассказывал, – попыталась заступиться девочка, но Арчи больше не мог притворяться. Не после того, что услышал.

– Ваш Маркиз – чудовище-оборотень. Он создал чуму. Он выпустил её на другие деревни, используя зверей. И с этим ничего не сделали?

Женщина не стала отрицать.

– Это не дает людям совать нос куда не следует. По крайней мере, не давало последние несколько лет.

Арчи кивнул. Эту часть он уже понял.

– Но это перестало работать. У людей вырабатывается иммунитет, и они знают, что крысу нужно убивать сразу.

А в Замковом городе был кот, который мог убить сотню крыс за день.

Кот, который когда-то был принцем и отправился на поиски лекарства от чумы.

И точно так же, как ни Арчи, ни Лео не были теми, кем казались, Маркиз больше не был настоящим Маркизом. Он был огром. Оборотнем. Тем, кто хотел гораздо большего, чем ему было дано. Но всё это было ложью, а Арчи по опыту знал: единственный способ поддерживать ложь – это погребать её под новыми историями и еще более темными злодеяниями.

– Вот почему ему понадобились собаки. Но их дольше разводить, их легче заметить и убить. Что он попробует дальше? Выпустит целый зверинец разом?

Ответа не последовало. Похоже, истина была прямо перед ним.

– И никто никогда не пытался его остановить?

– Пытались, – ответила женщина, переходя в наступление, – но никогда в таком количестве, чтобы это что-то изменило. Иногда он сам провоцирует это: выходит к стражникам, вызывает их на бой, даже позволяет им выбрать, какой облик он примет перед атакой. И если кто-то соглашается… – Хельга содрогнулась. – Мэтью нашел твой шест в той телеге. Ты силен, ты мог бы быть бойцом, но Маркиз может переломать тебе кости одним движением запястья или стать львом и проглотить тебя целиком. Я сама это видела.

Арчи кивнул. Его послали убить гончую и добыть информацию, необходимую королю, чтобы сместить огра. Единственной хорошей новостью было то, что, выполнив одну задачу, он мог решить и другую. Но как победить огра? В открытом бою вся королевская армия, возможно, и справилась бы, но Арчи разделял нежелание монарха идти этим путем. Он никогда не любил такие конфликты – сколько людей погибнет в перекрестном огне? И его собственный брат в их числе.

– Мы могли бы попробовать кое-что другое. – Он посмотрел на тесто в своих руках. – Мы могли бы его отравить.

Женщина даже не вздрогнула.

– Я думала об этом. Но я видела, как он ест сырое и даже тухлое мясо. Что может его отравить? А если не сработает с первого раза, и он заподозрит неладное… Исчезают те, кто задает вопросы и создает проблемы, но я боюсь не за себя. Я боюсь за своего ребенка. – Она посмотрела на Грету.

– Я понимаю. Но вы же знаете, что так продолжаться не может. И теперь, когда я здесь, вам не придется брать вину на себя, если что-то пойдет не так. – У него не было ребенка, о котором нужно было думать, а в случае успеха ему была обещана великая награда.

Хельга замялась:

– Это огромный риск.

Арчи кивнул и достал поднявшееся тесто.

– Тогда давайте сделаем так, чтобы это сработало. Что мы можем использовать? Какие травы у вас есть?

Слова звучали храбро и решительно. А затем всё начало рушиться. Когда отравленный хлеб, наконец, допекся в печи, в кухню вбежал стражник – Мэтью.

– Это ты привез ту телегу? Ты какой-то боец? А ты хоть знал, что привез с собой принцессу Умбрае?

29. Кошачья схватка

Эйнсли была наделена многими талантами. Красотой. Острым языком и метким глазом. Но вот чего она совершенно не умела, так это смешиваться с толпой слуг. План пробраться сюда незамеченной развалился в мгновение ока. Когда Арчи последовал за стражником Мэтью в главный зал, всё еще сжимая поднос с едой (которую он надеялся подать Маркизу как его последний отравленный ужин), принцесса уже была там. В крестьянском платье она отвешивала низкий реверанс человеку, в котором, казалось, совсем не узнавала своего дядю.

И это было неудивительно – Арчи и сам с трудом признал бы в нем человека. Маркиз-Огр был чудовищно раздут, его лицо обезображено. Жесткие каштановые волосы пучками росли в самых неожиданных местах. У него не хватало половины уха. Он был бос и облачен лишь в просторный халат, вероятно, единственную одежду, которая могла налезть на его монструозное тело.

Это был истинный огр.

– Здравствуйте, – попыталась начать она, выпрямляясь и говоря с огром непривычно мягким тоном. Никто не удерживал её, стражники и слуги явно предпочитали держаться на расстоянии, но и пути к отступлению ей не оставляли. – Вы хозяин этого замка? Я, Энни. Энни Миллер. Простите, что спряталась в телеге и не представилась раньше, я просто не хотела, чтобы братья меня увидели. Полагаю, вы тоже приставите меня к работе?

Огр даже не моргнул, сверля её взглядом со своего места за столом.

– Принцесса Эйнсли.

Сердце Арчи ушло в пятки. Эйнсли попыталась возразить:

– Нет. Я…

– Не играй со мной, девчонка. То, что ты не видела меня в человеческом облике почти пять лет, не значит, что я не видел тебя. Ты – принцесса, и если ты здесь, значит, король знает гораздо больше, чем ему положено. Скоро он придет со своей армией, но, по крайней мере, ты станешь моей разменной монетой.

Эйнсли опустила руки и вскинула подбородок.

– Ты не можешь быть моим дядей. Ты просто зверь. Те монстры, которых ты посылал, убили твою собственную сестру.

Огр лишь пожал плечами, подавая знак людям запереть принцессу.

– Я бы предпочел короля, но животные глупы, даже когда я сам встаю во главе их стаи.

Арчи взглянул на своё оружие: отравленный хлеб. Но яд подействует слишком медленно, чтобы спасти принцессу. К тому же это слишком рискованно, если огр уже связал их с Эйнсли. Что же делать?

Эйнсли яростно сверкнула глазами:

– Неужели не нашлось мужчины, способного выступить против тебя?

– Я позволял попробовать каждому желающему.

Арчи выронил поднос, наконец обретя голос. У него не было времени придумывать новый план, но он не мог выпустить принцессу из виду.

– Я попробую.

Эйнсли обернулась:

– Арчи… – В этом слове слышалось искреннее извинение, но Арчи винил только себя. Ему следовало знать, что принцесса что-нибудь выкинет. Требовать от неё остаться в стороне, как когда-то её брат, было выше человеческих сил. Он просто надеялся на чудо.

И теперь ему пришлось оставить прежние планы и вцепиться в новую, безумную надежду. Ведь в беде была не только Эйнсли. В беде был весь Карабус, а может, и Замковый город.

Всё королевство.

Огр поднялся, отодвигая стол своим массивным телом. Тяжелые шаги отозвались эхом на треснувшей плитке.

– Ты новенький. Тот самый, что привез принцессу? – Он размял плечи, готовясь к бою. – Полагаю, один этот дар дает тебе право бросить мне вызов, если ты действительно этого хочешь. Тебе нужно оружие?

Старый лук Арчи был сломан. Шест остался в телеге, и Арчи не знал, где он сейчас. Мэтью, казалось, был готов отдать своё копье, но остальные стражники и слуги уже разбегались по углам, увлекая за собой принцессу. Они очистили середину зала так быстро, что стало ясно: этот кровавый турнир проводится здесь не впервые.

Арчи тяжело сглотнул, но шагнул вперед без копья. Он никогда не хотел решать конфликты таким образом, чтобы его видели как еще одного огра, но ради спасения Эйнсли он был готов на всё. Он сыграет любую роль и применит любое умение, чтобы помочь принцессе.

Именно таким героем он и хотел быть.

Он размял руки точно так же, как огр, делая вид, что действительно собирается сразиться с чудовищем в одиночку.

– Я слышал, ты позволяешь противнику самому выбирать, в каком зверином обличии ты будешь драться.

– Верно. У тебя есть предпочтения? – Огр начал демонстрировать свои возможности в гротескном танце растягивающихся мышц и хрустящих костей.

Каждая новая форма была очередным кошмаром.

Огромный лев. Рогатый бык. Искалеченный, угловатый медведь – и у каждого не хватало половины уха.

Но Арчи искал взглядом совсем другое животное. Эйнсли пришла за ним, значит, пришел и кое-кто еще? Кое-кто, чьи планы всегда совпадали с её планами? Возможно, в этот раз он и его волшебный кот смогут одолеть зверя, объединив свои силы.

***

Что этот придурок-мельник творит? Тянет время? Не похоже, чтобы у него был план, и Лео уже весь извелся, желая спрыгнуть с балок и самому напасть на огра.

Он уже делал это раньше.

Но это было до того, как он узнал, что след всех монстров, терзающих его землю, ведет к его пьяному, хвастливому дяде. До того, как Табита плакала и умоляла его не рисковать собой. Разрываясь между слезами Табиты и бледным лицом сестры, Лео не знал, куда податься, но план созрел сам собой. Даже если он всё еще кот.

Даже если не может говорить.

Даже если…

Внизу Арчи сделал еще шаг вперед.

– Я самый сильный человек в Замковом городе, и я хочу сразиться с самым свирепым и смертоносным зверем, в которого ты можешь превратиться. Не с псом и не с медведем – именно крысы всегда были истинным ужасом, когда дело касалось чумы.

Крыса? Неужели огр на это пойдет?

Огр самодовольно улыбнулся. Он считал мельника дураком, и кто бы его винил? Парень вел себя именно так.

– И с чего бы кому-то считать крысу самым сильным существом, в которое я могу обратиться? – спросил огр.

– Разве не очевидно? Псы, которых ты послал на фестиваль, были убиты в считанные секунды; я сам пришиб парочку обычной палкой. Уха тебя лишил охотник с крошечным топориком. Но крысы… их было так много, и они были такими маленькими, что никто не знал, откуда ждать удара. Даже я, – сказал Арчи, и казалось, ему наплевать, что он подставляет себя под удар заразы вдали от лекарей. Будто он был достаточно глуп, чтобы верить, что одна лишь сила его спасет.

Или, возможно, он был куда умнее и талантливее как актер, чем кто-либо думал? Лео никогда не замечал за Арчи такой хвастливости, какая была у огра, но парень вжился в роль убедительно, и в его словах была горькая правда.

Тут вмешалась сестра Лео.

– Нет, Арчи, не делай этого! – закричала принцесса, подыгрывая ему, будто она тоже верила, что крыса – самое страшное обличие огра. – Чумные крысы слишком быстрые и маленькие! Ты не успеешь опомниться, как тебя укусят! Заставь его выбрать кого-то покрупнее!

И когда Арчи демонстративно проигнорировал свою возлюбленную принцессу, Лео понял: это ловушка.

– Ты тратил время, пытаясь вывести сильных зверей, когда именно крысы сразили королеву – даже моя мать пала от их укуса. – Арчи снова развел руками, мастерски провоцируя противника. – Как я могу заявить о настоящей победе, если не выберу самое сложное испытание? Или, может, ты сам боишься?

Огр зарычал.

– Что ж, пеняй на себя. Жаль, самые сильные люди на моей службе всегда оказываются самыми безрассудными и охотно расстаются с жизнью. – Он снова начал меняться, уменьшаясь и превращаясь в огромную крысу. Зеленые клыки. Запах гнили. Зверь метнулся через зал так быстро, что Арчи не успел бы и глазом моргнуть.

– Лео…

Крыса была уже у сапог Арчи. Этого хватило бы, чтобы напугать даже бывалого воина. Но в голове Лео кричали проклятые слова фейри, требуя охотиться и убивать каждую крысу, которую он увидит. И даже Табита не смогла бы возразить против того, чтобы кот воспользовался шансом, который дал ему мельник.

Как кот и как принц, Лео всегда планировал и делал всё сам, но он больше не хотел быть просто котом.

Его лапы пружинисто метнулись вперед. Он взвыл. Он ударил.

И сомкнул свои маленькие кошачьи клыки на шее крысы.

Дядю он всё равно никогда не любил.

***

Как бы уверенно ни старался держаться Арчи, за те мгновения, пока он ждал появления Лео, перед его глазами пронеслась вся его короткая и, возможно, незначительная жизнь.

Но теперь полосатый кот самодовольно держал в зубах бездыханную крысу.

И вот так просто – принцесса спасена. Арчи спасен. А королевству больше никогда не придется беспокоиться об огре и его кошмарных творениях. Конечно, Арчи лишь позвал кота и не мог приписать победный удар себе, но, пожалуй, сейчас не стоило об этом сокрушаться.

Эйнсли воспользовалась замешательством и вырвалась из рук охраны.

Она бросилась ему в объятия:

– Я так рада, что ты цел!

Арчи попытался обнять её, но был слишком ошарашен. Они оба повалились на пол.

– Я тоже. В смысле, рад, что ты цела. Но что ты здесь делаешь? Ты же принцесса! Ты правда думала, что кто-то поверит, будто ты – дочь мельника?

Эйнсли отстранилась и уперла руки в бока. Но поскольку они всё еще сидели на земле, эффект был не совсем тот, на который она рассчитывала.

– Ну, ты сказал, что не возьмешь меня, но я решила, что ты всё равно хочешь, чтобы я была рядом, если я найду способ добраться. И разве можно меня винить в том, что я волновалась? Этот человек был огром! Хотя признаю, это был не лучший мой выход. Я просто хотела тебе помочь.

Арчи вздохнул.

– Ну, твоё присутствие было определенно… вдохновляющим.

– Грубо. Зато правда. Видимо, вот что я получила за то, что просила тебя чаще говорить то, что ты думаешь. Я создала монстра! – Эйнсли выдала драматичную трель.

Арчи кивнул, но теперь, когда опасность миновала, у него под ложечкой засосало. Он помог ей подняться и попытался улыбнуться.

– Я рад, что ты в безопасности, Эйнсли. Это всегда будет самым важным. Но я не могу не чувствовать разочарования из-за того, что не могу приписать себе заслугу за твоё спасение или победу над огром.

– Почему нет? Ты рассказал отцу о своем коте, и он не говорил, что тебе нельзя помогать.

Арчи нахмурился.

– Мне кажется, подразумевалось, что я сам должен одолеть огра, если хочу сказать, что достоин титула и твоей руки.

– Я сама решаю, кто достоин моей руки. А что касается титула – как ты думаешь, что титулованные особы делают целыми днями? Даже король? Он помогает там, где может, но в основном он собирает экспертов в разных областях, чтобы они давали ему советы, а потом посылает того, кто, по его мнению, быстрее всего справится с задачей. А затем принимает на себя все лавры – или вину – за результат. Если ты проанализировал ситуацию и понял, что лучше всего отправить кота… что ж, выходит, ты был прав. Огр мертв, и больше никто не пострадал. И, насколько я вижу, многие здесь готовы признать тебя новым Маркизом даже без официального указа моего отца. – Эйнсли выжидающе посмотрела на столпившихся слуг замка.

Большинство стояли молча, словно всё еще не могли поверить, что огра больше нет. Наконец один из стражников пожал плечами:

– После того как нашим Маркизом был огр, любой другой вариант кажется предпочтительным.

Эйнсли торжествующе кивнула:

– Видишь? Громкая и единогласная поддержка. Именно это мы и скажем моему отцу, и проследим, чтобы он согласился.

Арчи покачал головой. Он действительно не понимал, как кто-то вообще может спорить с принцессой.

Она встала, отряхивая платье.

– На самом деле, твой метод мне нравится больше. Лео вечно убегал один и… в общем, твой метод мне нравится больше.

Арчи чертыхнулся. Как он мог забыть?! Огр, принцесса… всё завертелось. Но теперь на том месте, где был кот, было пусто.

– Нам нужно найти Лео.

30. Катастрофа

Арчи и Эйнсли обыскали замок огра и, наконец, нашли коричневого полосатого кота в библиотеке. Перед ним лежала открытая книга и его трофей – измятое, окровавленное тело ядовитой крысы. Лео даже не поднял головы, когда они вошли, лишь перелистнул очередную страницу. Затем он издал гневный вопль и вырвал лист, на котором была изображена лягушка в короне – иллюстрация к строкам знакомой сказки.

Эйнсли удивленно склонила голову. Возможно, она еще не видела достаточно невероятных подвигов Лео, чтобы до конца поверить в его магическую мощь, но кот, читающий и методично уничтожающий книгу волшебных сказок, был далеко не самым странным из того, что произошло за последний час.

– Ты расстроен, потому что всё еще остаешься котом, – попытался угадать Арчи, глядя на смятую иллюстрацию. – Поцелуй Табиты не сработал, и, похоже, ты этого и ожидал, но ты надеялся, что если мы победим огра, ты снова станешь человеком. Ведь ради этого всё и затевалось, верно?

Принцесса в замешательстве посмотрела на них:

– Станет человеком?

– Эйнсли, это Лео. Принц Леопольд. Твой брат. – У Арчи не было времени обдумать все последствия проклятия принца, но какая-то его часть надеялась, что он произнесет это имя уже после того, как они найдут способ вернуть Лео прежний облик. Сделать это сейчас, когда Лео всё еще кот, значило лишь причинить новую боль. Но если готового лекарства не было, не лучше ли ей знать правду? Иметь брата хотя бы в теле кота? – Я до сих пор не знаю точно, как это случилось, но ты сама говорила, что твой брат исчез, отправившись на поиски магического лекарства от чумы…

– И мы только что узнали, что наш дядя начал эту чуму, став оборотнем. – Она сделала еще один нерешительный шаг к коту. – Лео… Ты правда Лео? Твой облик изменили, и ты не можешь вернуться назад?

– М-дау. – Кот бросил это подтверждение через плечо, не отрываясь от книги.

– Наверное, теперь я понимаю, как это всё связано, – произнесла Эйнсли, всё еще выглядя оглушенной. – Но откуда взялась вся эта магия?

Лео вырвал еще одну страницу из книги – на этой был изображен белый олень. Было не ясно, пытался ли Лео дать им очередную подсказку или просто был в настроении крушить фейри.

– Я не знаю, – сказал Арчи. – Но, может быть, Лео… Ты знаешь, что хочешь попробовать дальше? Чем я могу помочь? Я ведь обещал найти способ помочь тебе, если ты поможешь мне устроить судьбу, и никто не поспорит с тем, что ты это сделал.

Кот оставил книгу в покое и пристально посмотрел на него.

– Эйнсли? – догадался Арчи, и кот ободряюще моргнул. Пусть это было слабым утешением, но они, кажется, наконец, начали понимать друг друга. – Ты хочешь, чтобы я позаботился об Эйнсли? Конечно. Об этом можешь даже не просить. Но разве мы не должны…

Арчи замолчал; его взгляд приковало внезапное, невозможное движение.

Крыса. Маркиз.

Он дернулся.

– Он не умер? – Арчи покачал головой, медленно осознавая увиденное. – Он не умер. Лео…

Кот уже прыгнул. Лео бросил книгу и снова схватил грызуна челюстями, метнувшись прочь точно так же, как в тот день, когда Арчи впервые пытался поймать его на пшеничном поле.

Исчез, и след простыл.

– Он ушел? – выдохнула Эйнсли. – Но я же… я хотела…

Она бы попыталась удержать его. Вероятно, именно поэтому Лео так поспешно сбежал. Он не хотел, чтобы его держали. Он хотел убить огра.

– Может, у него есть план? Что-то, что он может сделать только сам?

– Или он просто снова ведет себя упрямо и безрассудно.

Возможно.

– Но что мы можем сделать? Не думаю, что кто-то из нас найдет его, если он сам того не захочет. Может, даже Табита не найдет.

– Табита? Та девчонка-швея из старой лавки? Какое она имеет ко всему этому отношение?

Арчи понял, что ему еще очень многое предстоит рассказать Эйнсли.

***

Лео нес в зубах измятую крысу – корень всех своих бед. Ему следовало знать, что одолеть дядю будет непросто. Огр мог менять облик и умел исцеляться, он наверняка делал это десятки раз. Именно поэтому он был так обезображен и так похож на монстра даже в человеческом обличье.

Но тот пес бежал, когда гномы явились с железными гвоздями, и единственной вещью, которая нанесла огру непоправимый вред, был топор Деклана – он тоже должен был быть из железа, как и нож, который Лео когда-то носил в сапоге. Настоящие охотники, отправляясь в лес, всегда брали с собой хотя бы маленькое оружие из железа – из-за фейри. Магия его дяди была схожей природы.

Но у кота не было времени искать железо, к тому же существовала реальная вероятность, что оно повредит и самому Лео. Оставался только один верный способ убить дядю и защитить свой народ до того, как огр восстановит силы. Лео должен был оставить сестру, мельника и даже Табиту, чтобы вернуться в лес. Он не был до конца уверен, что там произойдет, но знал, что не может оставаться таким, как сейчас.

Истинные принцы всегда рискуют собой ради блага королевства, и он должен довести это дело до конца, даже если это принесет ему новую боль.

Полосатый кот петлял между терновыми деревьями Сумрачного леса, пока не добрался до ведьминого кольца, где, как он знал, встретит того же фейри, что и раньше. Он швырнул сопротивляющуюся крысу в центр кольца. В своей голове он торжественно провозгласил полное имя Кигана Торнтона Валандриана, чтобы фейри услышал его. Конечно, это означало, что фейри освободится из своей клетки, но Лео, по крайней мере, хватило рассудка убедиться, что тот не сможет вредить его королевству или семье так, как это делал огр.

Единственным, кого еще можно было проклясть, был сам Лео, а он и так уже был котом.

Лео не смотрел. Он старался не слушать. Но то, что произошло с его дядей, было недолгим, и когда фейри вышел из кольца, его хромота исчезла. Его изумрудные глаза сияли и казались гораздо опаснее, чем прежде.

И даже если бы Лео попытался бежать, он не был уверен, что смог бы.

– Итак, принц, ты избавил свое королевство от чумы, и, как и было обещано, твоей семье и твоим землям больше не грозит вред. Ты даже смог выбрать другого наследника на престол. Теперь ты готов к награде?

Только если награда заключалась в том, чтобы вернуть ему человеческий облик и отпустить на все четыре стороны, но Лео сомневался, что ему так повезет.

Фейри цокнул языком:

– Не нужно быть таким циником. Тебе было плохо в шкуре кота только потому, что я был не в полной силе, а ты боролся со мной до последнего. Я не дал тебе нового имени, соответствующего твоему новому облику, и не подстроил его под твои кошачьи инстинкты. На этот раз я не намерен оставлять незавершенных дел, так что обещаю: тебе очень понравится твоя новая роль.

Лео не был в этом уверен, но как только он снова услышал свое полное имя из уст фейри, он понял, что выбора у него нет. Этот фейри превратил его в кота.

Он мог сделать из Лео кого угодно.

И, возможно, только в своих снах он снова станет Томом или Лео.

31. Катализатор

Мех нападающего чёрного медведя висел густыми клочьями. В его тусклом, расширенном взгляде светилось безумие, а на клыках виднелся характерный признак – лаймово-зелёный яд. Гномы были правы: это был ещё один чумной зверь, порождённый магией Маркиза-Огра, хотя было нетрудно понять, почему огр забросил его в своём стремлении сокрушить Замковый город. Медведи были слишком одиночными существами. Слишком изолированными. Этот жил в пещере на границе с Сумрачным лесом и не доставлял бы никаких хлопот, если бы его непомерный голод не заставил его терроризировать местных лесных гномов.

И если бы после последнего набега те самые гномы не обратились к своему личному «великану» за помощью.

Арчи до сих пор не знал, как относиться к такому положению дел, но он с готовностью вызвался выследить зверя. Он всё ещё прочёсывал окраины королевства в поисках остатков магии Маркиза, хотя со смерти огра прошло уже три года. Арчи крепче сжал меч; под охотничьими перчатками чувствовались старые добрые мозоли. Парируя дикие удары медведя, он провёл кровавую линию сначала по его боку, а затем и по всей шкуре. Он так и не овладел в совершенстве луком, но меч пришёлся ему по душе.

Чумной зверь издал слабый рев. Всё становилось слишком просто.

На данном этапе смертельный удар был бы лишь актом милосердия.

Арчи занёс меч. Поток воздуха коснулся его плаща. Из груди проклятого существа внезапно «расцвело» оперение стрелы. Медведь пошатнулся, издав последний предсмертный стон. Прежде чем туша окончательно рухнула на землю, Арчи обернулся к знакомому лучнику.

– Эйнсли. – Он даже не пытался изобразить удивление.

Принцесса, стоявшая рядом со своим гвардейцем и собственной лошадью, торжествующе вскинула подбородок. Ветерок удачно подхватил её плащ и юбки для верховой езды, а золотисто-каштановые волосы были заплетены вокруг головы величественно, словно корона.

– Доброе утро, дорогой. Я так понимаю, ты пытался убить зверя без меня?

– Конечно, нет. – Арчи всё ещё был не силён в изысканных придворных ответах, но время от времени позволял себе долю иронии, чтобы не отставать от остроумной принцессы. – Я ведь знаю, как ты любишь охоту.

Эйнсли просияла.

– Не волнуйся. Кровь мне всё ещё не нравится. Я попрошу сэра Каллума повесить голову зверя на твою стену и скажу отцу, что это твоя добыча.

Арчи покачал головой:

– А я скажу ему, что добыча – твоя. – Они могли подтрунивать друг над другом, но Арчи уже привык к своим отороченным мехом сапогам. По приказу короля он провёл последние три года, обучаясь у рыцарей и благородных охотников, и его комната трофеев уже была полна. Ему незачем было даже притворяться, присваивая победу, которая ему не принадлежала.

– И тогда он будет в ярости на нас обоих, – сказала Эйнсли с чересчур довольной улыбкой. Но затем её улыбка дрогнула, когда янтарные глаза нашли логово павшего зверя позади Арчи. – Если только… – Она замолчала, но её тревожный взгляд договорил за неё.

Отец будет в ярости… если только это не сработает.

Отец будет в ярости… если только они действительно что-то нашли.

Нет, Арчи не думал, что король действительно рассердится в любом случае. Король Рендольф оставался предельно разумным в отношениях со своими наследниками, пока те были с ним честны. Этот факт даже сделал Арчи «любимчиком» в последнее время, так как Эйнсли чаще попадалась на приукрашивании истины. Но даже самая тираническая версия короля Рендольфа дрогнула бы, если бы убийство этого последнего зверя дало им ответы, которых они все так жаждали.