355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джеффри Лорд » Ричард Блейд Айденский » Текст книги (страница 21)
Ричард Блейд Айденский
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 04:23

Текст книги "Ричард Блейд Айденский"


Автор книги: Джеффри Лорд



сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 39 страниц)

Держа наготове ятаган, Блейд осторожно двинулся вниз. Оборот за оборотом лестница ввинчивалась в тело замка, уходя все глубже и глубже. Мало-помалу стало теплеть; потом к теплу присоединился не слишком аппетитный залах зверинца. Странник шел дальше – навстречу разнообразному и, похоже, не слишком-то дружелюбному зверью.

Где-то наверху с треском и грохотом обрушилась дверь; спустя мгновение ятаганы громко зазвенели о решетку. Похоже, пока этот Фарак разберется, что тут к чему, пройдет еще немало времени, которое можно использовать, решил Блейд. Он ринулся вниз по лестнице, перепрыгивая через три ступени.

Поворот, поворот, еще поворот… Сколько же будет длиться эта безумная гонка в никуда, наперегонки с Фараком, который уже наверняка начал расколдовывать так некстати опустившуюся решетку? А быть может, и не начал – если этот ход ведет в тупик, где обитают какие-то отходы местной магической деятельности… От этой мысли Блейду стало совсем невесело.

По его подсчетам, он сделал уже сотню витков. Спираль имела шаг примерно в восемь футов; замок, похоже, не уступал размерами знаменитому Эмпайр Стэйтс Билдингу. Неприятный запах мало-помалу усиливался, но медленно и постепенно; потом в ноздри Блейду ударила настолько плотная и густая струя невыносимого зловония, что у него на миг потемнело в глазах. Этот резкий запах… не иначе, как Фарак решил покончить с опасным пленником, не рискуя жизнями своих воинов… Он, похоже, открыл перегородку – ту, что закрывала путь в «зверинец», и теперь голодные твари наверняка рванутся вверх по лестнице… Стараясь дышать ртом, Блейд прошел еще несколько ступеней, и тут из-за поворота донеслось глухое и злобное рычание.

Долгонько раскачивались, подумал странник, принимая оборонительную стойку. Он пододвинулся ближе к оси лестницы, вскинув ятаган над головой.

Враг не заставил себя ждать. Блейд ударил, едва в поле зрения появилось нечто темное и мохнатое, с выдававшимися вперед желтоватыми клыками, похожее на кабанью башку. Ятаган вонзился в основание шеи, легко перерубив плоть и кости. Обезглавленный монстр, корчась, рухнул на пол. Блейд переступил через первого поверженного противника и продолжил спуск. Насколько можно было понять, этот странный гибрид мог сражаться и длинными многосуставчатыми лапами, каждая из которых заканчивалась здоровенным когтем – даже не когтем, а, скорее, рогом, острым, словно игла. Мельком он подумал, что в драке это не помощь; твердый кончик легко обломается…

Внизу послышались шорох и шевеление, лотом какое-то гулкое шлепанье, словно по камням ступали десятки босых ног. Это было явно что-то посерьезнее, чем первый гость. Блейд приостановился, на мгновение задумался, а потом быстро поднялся к истекающей кровью безголовой твари. С усилием, морщась от отвращения, он взвалил на плечо дурно пахнущую тушу и вновь двинулся вниз. Шлепанье и шорохи приближались. Он встал так, чтобы видеть тусклый светильник впереди – врага выдаст тень.

Так и случилось. На камни упали тонкие изломанные тени, словно вперед тянулись многочисленные щупальца. Блейд шагнул из-за своего прикрытия, и, застонав от натуги, швырнул тушу, целясь в морду неведомой твари.

Прием удался. Взметнулись с полдюжины изгибающихся тонких лап-копий, с хрустом пронзая мертвое тело; воспользовавшись этим, странник сделал выпад. Только на один миг увидел он жуткую морду, раскинутые клешни, выкаченные белесые бельма; в следующую секунду его черный ятаган погрузился в голову страшилища, и оно забилось в агонии. Второй удар – в разверстую глотку, не прикрытую черно-зеленой чешуей, – и все было кончено.

Это оказалась огромная многоножка. Лапы ее были обильно уснащены источающими слизь когтями, а тело заканчивалось хвостом с внушительным жалом. Она, бесспорно, была бы очень опасна на открытом пространстве, но здесь, стиснутая каменными стенами лестничного хода, погибла совершенно бесславно.

Брезгливо морщась, Блейд перебрался через тушу поверженной твари, размышляя, чем еще порадуют его здешние хозяева.

Глава 13

Некоторое время он шел спокойно. Мельком странник подумал, что едва ли этот Фарак имеет полный контроль над всеми без исключения оборонительными системами замка. Скорее всего, нападение этих тварей являлось какой-то импровизацией, а не серьезной попыткой задержать его. Тем не менее, нужно было приготовиться к худшему – на тот случай, если Фарак все же окончательно сошел с ума и не остановится даже перед уничтожением половины замка и своих сородичей впридачу.

Лестница кончилась совершенно неожиданно: просто уперлась в круглую тесную площадочку, от которой отходил уже совсем скверно освещенный и еще хуже пахнущий коридор. Блейд сделал шаг, и за его спиной с грохотом рухнула еще одна решетка.

Делать нечего. Вперед и только вперед; свет стал совсем тусклым, и странник снял с крюка масляную лампу. Он шагал по коридору и думал о том, что здесь все выглядит каким-то неправильным, нерациональным, словно неведомые зодчие, возводившие этот замок, вообще не имели понятия об архитектуре. Громадные толщи камня – и нелепо растянувшиеся в разные стороны коридоры без дверей, по которым можно шагать и шагать бесконечно. Какой в них смысл, если пространство вокруг них никак не используется?.. И откуда, черт возьми, тут так воняет? Куда хуже, чем в обезьяннике… Дышать приходилось ртом.

Он чувствовал, что может до бесконечности бродить по подземным переходам замка пескоедов, сражаясь со все новыми и новыми чудищами. Однако ему повезло: вскоре он очутился в заметно менее ухоженном коридоре. Камень был покрыт трещинами, пол засыпан осколками и мусором, вдобавок всюду лежала пыль. Блейд наклонился – на пыли никаких следов. Чудовища здесь не проходили. Значит, вперед можно идти более или менее безбоязненно.

И он шел; шел, пока во рту не пересохло и ноги не начали подкашиваться. Светильник же, на удивление, по-прежнему продолжал гореть, хоть и неярко, но ровно. Правда, освещать ему было почти что нечего: стены, пол, потолок… потолок, стены, пол…

Блейд устало присел, вытянув гудевшие ноги. Он шагал много часов, оставив позади самое меньшее полтора десятка миль. Ему не встретилось ни единого живого существа, даже моли. Путь назад был отрезан. Оставалось только идти вперед… ведь должен же когда-нибудь кончиться этот распроклятый тоннель!

Странник облизнул сухие губы. Уже давно, по примеру африканцев Сахеля, он нес во рту небольшой камешек, что помогало притупить чувство жажды, однако очень скоро перестанет помогать и это – телу нужна вода. Если он не добудет ее через двенадцать часов, его попросту не станет… или же ему придется бежать назад, к Хейджу.

Отдохнув, Блейд двинулся дальше. Он тащился через силу, но вскоре далеко впереди забрезжил свет, несколько более яркий, чем исходивший от его фонаря.

Припустив изо всех оставшихся сил, странник вскоре выбрался на поверхность. Яркий дневной свет заливал песчаную котловину; в ней царила прохлада, от палящих лучей солнца ее укрывала прозрачная крыша, краями своими опиравшаяся на окружавшие выемку скалы. Склоны их были испещрены черными дырами ходов; а посреди песчаного пятачка стояла девушка в легкой одежде. На плече у нее свернулся клубком невиданный в здешних краях черный пушистый зверек, вываливший от жары длинный розовый язык.

Лиайя и Дракула! Вот уж кого Блейд ожидал увидеть здесь меньше всего! Сперва страннику даже показалось, что он бредит – но нет, Лиайя слабо вскрикнула и бросилась к нему, Дракула запрыгал, точно бешеный, и в сознание Блейда тотчас ворвался радостно-суматошный поток мыслей ата. Это были они, точно и несомненно они – но как они очутились здесь, в самом сердце гибельной пустыни, под стеклянным колпаком?.. Он ринулся им навстречу.

С Лиайей они обнялись, словно встретившиеся после долгой разлуки Ромео и Джульетта. Дракула тотчас перепрыгнул на плечо странника, обвившись вокруг его шеи, точно мохнатая змея. В руках девушки Блейд заметил черный ятаган пескоедов.

– Ты?.. Откуда?.. Как попала сюда?..

Однако поговорить им не дали. Несмотря ни на что, Дракула не потерял бдительности и вовремя предупредил их. Погоня была близка – и пескоеды, и какие-то еще твари из замковых подземелий. После нескольких томительных мгновений, пока ата раздумывал, все трое бросились к указанному им черному зеву тоннеля. Они как раз достигли порога, когда из множества других ходов выплеснулась погоня. Воины с арбалетами и мечами – из тех ходов, что повыше; разнообразные чудища – из тех, что пониже. Тут были и уже знакомые Блейду кабаны вперемежку с многоножками, пятифутовые твари вроде огромных тараканов с глазами как у стрекоз и устрашающего вида челюстями; еще какие-то бегающие, ползающие, прыгающие и шагающие создания, обильно уснащенные клешнями, когтями, клыками, рогами и прочими смертоубийственными орудиями. Затем случилось то, что должно было случиться: разозленные отсутствием добычи, монстры немедленно вцепились в пескоедов. Те не остались в долгу, и на ровном белом песке началась кровавая свалка.

Блейд охотно задержался бы и посмотрел на это впечатляющее зрелище, но Дракула настойчиво тянул его вперед. Когда полумрак тоннеля уже поглотил странника, краем глаза он успел заметить, что в устье одного из самых высоких ходов, огражденном железными перилами, появилось несколько волкоголовых пескоедов, коими предводительствовал сам Фарак.

Похоже было, что неудача не обескуражила мятежника. Вдобавок пескоеды-воины отбивались достаточно ловко; часть их загоняла тварей обратно в нижние ходы, остальные же пустились в погоню за Блейдом и его спутницей.

«Бежим!» – настаивал Дракула. Ничего иного им и не оставалось; в одиночку Блейд, пожалуй, принял бы бой, но теперь… Вдобавок у Фарака хватило ума послать вдогонку за беглецом не только мечников, но и арбалетчиков. Стрелы, конечно, можно телепортировать, но где гарантия, что их удастся переслать все без исключения? Достаточно одной ошибки…

И вновь бег по темным извилистом коридорам, которые беспрерывно ветвились, образуя сложнейший и запутанный лабиринт. Вся надежда была только на чутье Дракулы, и пока что все шло хорошо – ата ни разу не сбился. Мало-помалу они поднимались все выше и выше, приближаясь к жилой части замка. Впрочем, если там взяли верх сторонники Фарака, толку от этого будет немного.

Фарак! Вот в чем корень зла! Убить его – значит обезглавить мятеж «непримиримых»; тогда более склонные к компромиссу Тарк и его львиноголовые собратья сумеют подавить бунт. Конечно, поправился Блейд, если только они сами еще живы и выбрались целыми из той схватки…

Он попытался передать Дракуле образ волчьеголового песчаника. «Его надо найти! Надо найти!» – настойчиво твердил странник. Ата мысленно кивнул – мол, понимаю, – и продолжал вести их все дальше и дальше наверх.

И все же замковая стража оказалась чуть более расторопной. Пескоеды где-то ухитрились пройти более короткой дорогой и преградили путь беглецам уже почти возле самого выхода в обжитые уровни.

Это был тяжелый бой – пожалуй, самый тяжелый в этом мире. Страннику пришлось пустить в ход все свое искусство. Как он и предполагал, первыми послали свой привет арбалетчики; стрелы исчезли в воздухе, Блейд телепортировал их, хотя это стоило ему громадных усилий. Не давая стрелкам перезарядить оружие, он бросился в рукопашную. Лиайя не отставала от него, орудуя черным ятаганом с удивительной ловкостью. Дракула ничем не мог сейчас помочь и потому просто сжался на шее хозяина, вцепившись в него всеми четырьмя лапами и хвостом впридачу.

Схватка была кровавой и упорной, бойцы Фарака бросались на Блейда со всех сторон, пытаясь подмять его под себя, как уже один раз удалось сделать их собратьям в бою у Порора. Правда, на сей раз вместе со странником билась Лиайя, и это обстоятельство существенным образом сказалось на исходе боя. Девушка умело орудовала мечом, и ее ятаган снес ничуть не меньше голов, чем клинок Блейда.

Два десятка пескоедов полегло. Они не умели отступать без команды, а таковой не поступило. Перешагивая через мертвые тела, Блейд осторожно подошел к двери. Распахнул ее. Коридор – обычный замковый коридор, ухоженный и чистый – был пуст, и ничто не говорило о том, что рядом только что кипела жестокая битва.

Блейд и Лиайя смогли чуть перевести дух.

– Как ты здесь очутилась? – последовал первый вопрос странника. – Как ты меня нашла?..

Ему было очень интересно, какую сказку ему расскажут на сей раз. Как девчонка перебралась через пустыню, которую даже пескоеды почитали непроходимой и губительной? А Лиайя появилась свежей, точно после загородной прогулки… Ну, Дракула поможет разобраться!

– Я пошла за тобой, – глядя прямо в глаза страннику ясными очами, ответила девушка. Дракула не стал этого оспаривать. – Пересекла пустыню сама не знаю как… наверно, с помощью магии! Я просила небо о дожде, и оно мне его посылало. Я шла за пескоедами.

– Что, прямо по их следам? – не выдержал Блейд. – Как же ты узнала, что я попал в плен?

– Н-не знаю… – замялась Лиайя. – Сердцем почувствовала! Пробралась к переправе – там как раз лодки на ту сторону собрались гнать – и со всеми переплыла. А потом нашла место, где ты сражался… и двинулась по следу. Все говорили – помрешь! – а я отвечала, что небо мне поможет. И оно помогло! Я совсем-совсем не уставала, шла день и ночь – и вот добралась до замка. Дракула помог. Он показал мне тоннель, но когда мы вошли, опустилась решетка… Он… он говорил со мной, твой Дракула, подсказывал дорогу – и мы вышли прямо навстречу тебе!

– Гм-м… – Блейд был совершенно сбит с толку. Дракула неизменно подтверждал, что так оно все и было. Лиайя не солгала ни в едином слове. И это казалось самым странным.

– Ну, а как дорога через пустыню? – хрипло осведомился странник. Горячка боя схлынула, и жажда вновь дала о себе знать. Похоже, они опять очутились в жилых ярусах, надо выбить первую попавшуюся дверь…

Так он и поступил, а потом долго и с наслаждением держал голову под холодной упругой струей. Это было как в раю, и даже лучше.

– Как дорога? Ой, страшная, и костей сколько там валяется! Если бы мне небо не помогало, нипочем бы я до замка не добралась…

Ну, хорошо, допустим. Блейд притворил дверь и задумался. Что делать дальше? Искать Фарака или же уносить отсюда ноги на север? Быть может, у пескоедов не самая верная информация об окружающем мире? Но ведь они, в конце-то концов, дотащили его до замка живым и невредимым! Правда, каким-то образом продержали без сознания всю дорогу…

– И как ты думаешь, что мы теперь должны делать? – в упор спросил Блейд

– Конечно же, возвращаться! – туг же откликнулась Лиайя. – Возвращаться в Империю и сделать так, чтобы мои братья стали бы свободны и счастливы!

Какие красивые слова, гм… Вернуться в Империю? По дороге, заваленной костьми погибших?

– Нам поможет великое синее небо!

– Что-то я не слыхал раньше, чтобы ты верила в синие небеса, – заметил странник, однако Лиайя нимало не смутилась.

– Раньше не верила, а теперь верю, – заявила она с совершенно детской непосредственностью, – потому что оно мне помогать стало. Когда в пустыне было очень плохо, я попросила его… ну, просто потому, что стало очень страшно…

Тут Дракула уже не сплоховал «Серое!» Значит, что-то все же не так в твоем рассказе, красавица…

Однако наводящие вопросы ничего не дали. Все остальное было сущей правдой, если, конечно, ата не утратил свой дар от жары во время перехода через пустыню.

– Ладно! – Блейд поднялся. – Отдохнули, и хватит. Пойдем искать того, кто заварил всю эту кашу. Если его прикончим, быть может, освободить твоих сородичей удастся без большой крови…

Лиайя не стала задавать лишних вопросов, подняла ятаган – как он ловко у нее в руке лежит! – и встала. Дракула тихонько взвизгнул – он тоже был готов. Фарак где-то поблизости, и ата выведет хозяина прямо к нему… Правда, мысли у этого Фарака черные и страшные, но ата не боится. В конце концов, его племя всегда превосходило людей ловкостью.

Вскоре в проходе им попались первые следы боя. Пескоеды сражались друг с другом – очевидно, кто-то из львиноголовых все же сумел восстановить частичный контроль над воинством. Кто взял верх, было непонятно; кровавые следы вели дальше, вглубь коридора. Туда же указывал и Дракула.

Глава 14

Блейд и Лиайя молча шли по пустынному коридору. С каждым пройденным шагом вокруг них сгущалось зловещее молчание. Чувство было такое, словно за ними пристально следят десятки и сотни невидимых глаз. Впереди скапливалась душная, давящая ненависть, странник не сомневался, что Фарак каким-то образом пронюхал об их появлении и теперь готовит ответный удар.

Он не замедлил последовать, этот удар, хоть и наспех подготовленный, но весьма впечатляющий. Волчьеголовый Фарак вложил в него, похоже, все оставшиеся под его контролем силы. Двери справа и слева от странника резко распахнулись, и оттуда хлынули воины с обнаженными ятаганами. Со всех сторон полетели стрелы – странник едва успевал отправить их в небытие коротким ментальным импульсом. В следующий миг Блейд и его спутница бросились вперед, и в который уже раз завязалась упорная рукопашная.

Лиайя билась, точно умудренный опытом ветеран. Ее клинок рубил и колол, выпады были идеально точны и экономны – они не разваливали тело врага от плеча до пояса, но, попадая в горло, голову или сердце, валили пескоеда тотчас же. Блейд мог только дивиться, еще больше укрепляясь в своих подозрениях.

Тут уже стало по-настоящему жарко. На груди странника заалела первая царапина, пусть пока неглубокая и неопасная, но все же первый и грозный знак того, что силы на исходе.

– Пробиваемся к выходу! – крикнула Лиайя, уверенно поворачивая к незаметной двери в дальнем углу. Задавать вопросы и удивляться было некогда. Блейд последовал за своей загадочной спутницей; Дракула посильно помогал, подсказывая направление, откуда последует вражеский удар…

Они сумели добраться до вожделенного выхода. (И откуда Лиайя только знала, где он находится?!) Двери распахнулись, и прямо в лицо Блейду брызнуло яростное солнце пустыни. Здесь уже не было никаких защитных экранов, и дневное светило могло в полной мере проявить свою мощь. Казалось, кровь вот-вот вскипит в жилах, расплавится мозг, и плоть стечет с костей бесформенной массой.

– Вперед! – вскрикнула Лиайя, ловким ударом укладывая самого смелого из пескоедов.

Вокруг расстилалась белая песчаная пустыня. Безжизненная пустыня, где безжалостное солнце выжгло жизнь дотла, до последней травинки…

– Не оглядывайся! – Лиайя схватила Блейда за руку. Похоже, от пиетета перед «великим Морионом» не осталось и следа; девушка теперь держалась с ним как равная, если не с некоторым превосходством…

Вслед полетели стрелы, потом исчезли, отправленные Малышом Тилом в подземелья Тауэра. На плече странника жалобно заверещал Дракула – для него, обитателя прохладных лесов, подобная жара оказалась чрезмерной.

– Не останавливайся! – скомандовала Лиайя, поднимая руки над головой, словно отстраняя что-то, – Результат сказался тотчас же – на Блейда как будто опустилось облако живительной прохлады, хотя солнце палило по-прежнему и на небе не было видно ни одной тучи.

– Теперь можно идти спокойно, – девушка опустила руки. – Небо поможет нам… проводит до самой реки.

– Кто ты такая? – в упор спросил странник. Погони можно было не опасаться – пескоеды под солнечные лучи не выходили. Очевидно, эту самую жаркую часть пустыни они преодолевали исключительно в сумерках.

Путники шагали прочь от замка. Лиайя лукаво взглянула на Блейда.

– Простая бедная девчонка из лесной заркийской деревни… Разве ты забыл?

– Я ничего никогда не забываю, – отрезал Блейд. – Но я хотел бы знать, как ты намерена пересечь пустыню, не имея ни пищи, ни воды?

– Нам поможет великое синее небо, – с непоколебимой уверенностью заявила Лиайя. – Оно не допустит нашей гибели.

– И, чтобы ее не допустить, пошлет нам пару хорошо прожаренных бифштексов, – ехидно закончил странник.

– Не кощунствуй! – Лиайя притопнула изящной ножкой.

– А что мне еще остается, если ты ничего не объясняешь? Кто ты? Ясно же, что не…

– Так ведь и ты никакой не Морион, – с усмешкой парировала девушка.

Это был хороший удар. Черт возьми, она оказалась опытным и хитрым противником! Сейчас перед ней стояла задача охранять Блейда, но что будет, если ее задание изменится?

Иногда бывает лучше бросить карты на стол, чем продолжать партию. Блейд так и поступил.

– Хорошо, я не Морион. Признаю! Мое настоящее имя Ричард Блейд, и я пришел к вам из совершенно иного мира. А что скажешь ты?

– Лишь то, что мне было видение… видение, показавшее тебя… И потом словно кто-то невидимый стал вкладывать мне в душу силы и знания. И я из простой девчонки стала… стала… не знаю кем. Со мной как будто говорит некто могущественный… который подсказывает в нужный момент, как следует поступить…

Если только Дракула не ошибался, девушка не лгала. Очевидно, в этом мире и в самом деле действовали некие надчеловеческие силы, по-своему распоряжавшиеся судьбой и отдельных личностей, и целых народов. Кто они такие, еще предстояло выяснить…

Весь день Блейд и Лиайя шли через пески. Ни голода, ни жажды они не ощущали – неведомое «синее небо» позаботилось хорошо. Блейд стремился, чтобы к ночи их отделяло от замка наивозможно большее число миль. Странник не без оснований полагал, что если Фарак возьмет верх, то неминуемо отправит погоню.

Ночью они остановились в песчаной ложбине, стиснутой крутыми боками длинных барханов, замерших, точно волны внезапно умертвленного дыханием богов моря. Блейду так и не удалось выжать из Лиайи ничего конкретного. Девушка сама не знала, откуда в ней появилась эта сила, дававшая ей возможность управлять погодой и насыщать себя и двух спутников одним воздухом – а также совершать прочие, столь же впечатляющие вещи.

Утомительный и однообразный путь через безжизненные пески занял целых семь дней. На восьмой среди беловатых барханов начали появляться первые признаки растительности. К десятому дню пути пески исчезли вовсе, уступив место суховатой травянистой степи. Через две недели после того, как Блейд и Лиайя покинули замок пескоедов, они благополучно и без всяких приключений добралась до Порора.

Дозорный легионер на башне только очумело выкатил глаза, когда появившаяся перед ним странная пара (вернее, троица, если считать Дракулу) потребовала немедленно проводить их в штаб имперских войск…

Окруженный изумленным шепотом военачальников, Блейд с Дракулой на плече вступил в кабинет командующего армией. За долгие десятилетия боев на Пороре главная ставка, обустроилась капитально, превратившись в настоящий форт с каменными стенами и башнями.

На всем пути от Порора до этой крепости Блейда преследовали восхищенные и недоумевающие взгляды. Он числился среди погибших, и никто уже не чаял увидеть его живым. После исчезновения странника войско мало-помалу вернулось к привычной тактике – стоять на стенах и не лезть вперед. Мысль об экспедиции в глубь владений пескоедов была предана забвению – и очень хорошо, решил странник. Теперь, пройдя сквозь пекло южных пустынь, он никогда не повел бы в эту землю имперские легионы.

Командующий оказался немолодым тучным мужчиной с громадным животом, совершенно лысым и с тройным подбородком. Правда, маленькие глазки стратега из-под редких выгоревших бровей смотрели остро и пронзительно.

– Садись, легат, – хриплым басом произнес он. – Садись и выпей славного имперского винца… после таких передряг не грех и маленько отступить от устава. Пей и рассказывай. Ты ведь из выслужившихся, легат, начинал рядовым?

– Да.

– И, едва попав в легион, сразу предложил новый способ ведения войны… возглавил поход на юг… – (так громко теперь именовалась вылазка трех легионов за реку), – уложил в том бою целую пропасть пескоедов, доказал, что мы можем бить этих тварей в открытом поле… Откуда ж такая премудрость в голове лесного охотника из северных краев?

– Что я могу ответить, о достославный? – Блейд пожал плечами. – И не для этого я просил аудиенцию… а чтобы рассказать о том, что видел в обиталище пескоедов…

– Не может быть! – военачальник вскочил, несмотря на свой внушительный живот. – Ты был там, легат, – и ты вернулся живым?..

– Да, достославный. И вот что мне удалось там узнать… – он приступил к рассказу.

– Значит, у пескоедов междоусобица, а пустыня практически непроходима? – собеседник Блейда задумался, дослушав историю до конца. – И ты считаешь, легат, что нам надо ждать от них посланцев, если только этот, как его… Фарак не возьмет верх?

– Я думаю, что не возьмет, – заметил Блейд. – Все-таки он потратил слишком много сил, стараясь прикончить меня. Если победят Тарк и его сторонники, тогда есть шанс решить все дело миром.

– Миром? – полководец нахмурился. – Ты хочешь сказать, что война закончится? Совсем закончится? Что мы с пескоедами заключим мир?

– Что же в этом особенного? – удивился странник. – Легионы несут потери – Пятнадцатый лишился тринадцати тысяч человек из восемнадцати за несколько дней! Так много не навоюешь. Да и что нам с тех пескоедов? Едва ли мы сможем захватить их замок. Нам просто не провести столько войск через пустыню.

– Но ведь ты-то прошел, – подозрительно заметил стратег. – Значит, могут пройти и другие. Пусть не так быстро, но все же… Это-то нам и следует обсудить, легат. Жаль, что следующим чином тебя может пожаловать лишь сам император… Я-то дал бы тебе и легион, и два, а три, парень!

Спорить и разубеждать старого вояку Блейд не стал. Зачем? Все равно не поймет. Военная элита была так же заинтересована в пескоедах, как землепашец в благодатном майском дождике. Можно было не сомневаться, что в существовании внешней угрозы заинтересован и сам владыка кабаров – это наверняка помогало поддерживать внутренний мир в Империи. Кстати, угроза вторжения пескоедов, которые не оставят в живых никого – ни хозяев, ни рабов, – не могла не действовать и на плененных пильгуев, удерживая их в узде повиновения…

Страннику было ясно, что здесь, на юге, что-либо изменить не удастся. Легионы хранили дисциплину, и бить ему требовалось в центр – по императору. А из этого следовало, что задерживаться у вод Порора незачем. Ждать у моря погоды Блейд не хотел.

Однако уже на следующее утро ставка была вторично потрясена, пескоеды прислали-таки депутацию с предложением начать переговоры о мире!

Растерявшийся и сбитый с толку стратег послал за Блейдом. Вся верхушка имперской армии уже отправилась к Порору, где на противоположном берегу их ждал Тарк со своими львиноголовыми сподвижниками.

Встретились на середине реки – для этого имперцам пришлось посылать свою лодку за пескоедами. Командующий, шестеро легионных командиров, случившихся поблизости, и единственный воин в чине легата – Ричард Блейд.

Тарк приветствовал его как старого доброго знакомого, и Блейду волей-неволей пришлось взять на себя функции посредника. Ни та, ни другая сторона понятия не имели, как следует вести мирные переговоры, и Блейду пришлось стараться за двоих. Как и следовало ожидать, просьба пескоедов насчет небольшого клочка земли была отвергнута сразу же, что называется, с порога. Стратег из всей изысканно-витиеватой речи Тарка понял только одно – что пескоеды на грани поражения и что стоит еще чуть-чуть надавить… Понятие «безоговорочная капитуляция» было ему незнакомо, но то, что он потребовал, смахивало на нее очень сильно. Пескоеды должны были сложить оружие и согласиться на размещение в их замке постоянного гарнизона имперцев; сами же они обязывались вечной и бесплатной службой его величеству императору кабаров.

Тарк выразительно взглянул на Блейда, и тот попытался вмешаться.

– Достославный, не следует ли все же довести предложения неприятеля до слуха его величества?

– Ставу я еще оскорблять слух его величества подобной галиматьей! – фыркнул полководец. – Тут и так все ясно. Что империя взяла, то она никому не отдаст! Если же пескоеды хотят стать нашими подданными, пусть исполняют то, что сказано. И все!

Он и в самом деле оборвал переговоры, этот решительный командир, привыкший сперва действовать и только потом думать. Странник понял, что переубедить этого закоренелого вояку уже невозможно: он будет драться до последнего. Отсюда вытекало, что Блейду на границе больше делать нечего.

Приняв решение, он не мешкал. Сборы не заняли много времени, а увести нескольких коней оказалось проще простого, часовые имперской армии не отличались бдительностью. Вскоре два всадника уже мчались по ведущей на север дороге. Они должны были добраться до столицы прежде, чем туда прибудет весть о бегстве подозрительного легата, наверняка ставшего шпионом пескоедов…

День, два, три все оставалось спокойно. Путники уходили все дальше и дальше на север, в коренные имперские земли, где ничто не говорило о том, что страна ведет жестокую и кровопролитную войну. Отрыдали уже жены и матери по убитым в первых же боях неопытным солдатам Пятнадцатого Легиона, и жизнь опять пошла дальше, по десятилетиями накатанной колее.

В столице же, гордом и богатом Рагаре, никто не обратил внимания на черноволосого легата в пропыленном воинском плаще, ехавшем в сопровождении молоденькой девчонки – небось, наложницы…

Оставив на постоялом дворе Лиайю, Дракулу и оружие, спрятав под плащ лишь короткий кинжал, Блейд отправился к императорскому дворцу.

Времени на рекогносцировку он отпустил себе совсем мало. К завтрашнему утру ему надо было точно знать, пытаться ли устроить дворцовый переворот или же поднимать восстание на рудниках.

Первый осмотр оказался неутешителен: император кабаров, похоже, был так же недоступен, как его древнекитайские коллеги. Все входы и выходы во дворце тщательно охранялись. На его гладких стенах были аккуратно заглажены все швы – так просто не поднимешься, нужны специальные приспособления. Просителей император не принимал. Народ его никогда не видел, ибо любой, бросивший дерзновенный взгляд на повелителя, подлежал немедленному усекновению головы без суда и следствия. Доступ к императору имел только крайне узкий круг лиц.

Не так уж трудно было выяснить все эти сведения, потолкавшись какое-то время по столичным кабакам и тавернам. Вход во дворец был закрыт даже представителям высших сословий, не говоря уж о простонародье. Императорская Канцелярия извергала непрерывный поток указов и рескриптов, народ их худо-бедно исполнял – так зачем же кого-то пускать к его величеству? Высшее армейское начальство чином не ниже командующего армией еще могло попасть на прием, но никак не простой легат, выслужившийся из рядовых. Прорваться к священной особе правителя силой и ликвидировать его не имело никакого смысла, это Блейд понял еще на пути с севера. Повторное дознание подтвердило первоначальные выводы. Оставался только один путь – сменить власть силой, подняв мятеж рабов. А значит, надо было отправляться на восток.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю