Текст книги "Что-то в тебе (ЛП)"

Автор книги: Дж. Натан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

ГЛАВА 36

Кейсон

Мы с Джесси поднялись на подъемнике на трассу для слоупстайла. Солнце ярко светило, так что я надел защитные очки, чтобы приглушить красное свечение.

Нужно хорошо проехать. За мной с камерой поедет Джесси и снимет материал для соцсетей, а мне нужно отточить трюки, которые я буду выполнять в финале «Геймс». Некоторым нравилось начинать с размахом, в первом же заезде показывать все, что у них припасено. Я же не такой. Мне нравилось смотреть, что выполняли соперники, а потом выкручивать такой трюк, о котором они даже и не думали. Конечно же, я выполню привычный бэксайд – трипл и свич – бэк – твелв, но я изучал видео с трюками, которые Эймос и Остерман выполнили на последнем соревновании в Австрии: они оба лихо рисковали. Они великолепно справлялись с каждым заездом. Может мне стоит изменить стратегию? Может то, что раньше помогало мне, не пройдет с большим количеством соперников на такой огромной арене?

Мы с Джесси поднялись на гору и пропустили перед собой парочку новичков. Я вспомнил себя таким же, как они. Катался ради забавы. Не беспокоился о том, чтобы выполнить определенные трюки или впечатлить судей, соперников и фанатов. И хоть не всегда мои мысли в первую очередь занимало только это, давление перед отличным выступлением никуда не пропадало – его подогревали не только спонсоры, фанаты, хейтеры, но и я сам. Я должен отлично выступить для себя. Золотая медаль нужна мне для себя. Иначе весь труд, который я вложил за эти годы и все время, которое провел, пытаясь усовершенствовать свои навыки, напрасен.

– Готов? – Я взглянул на Джесси, стоявшего рядом со мной и с камерой на трости.

– Когда ты готов.

Я рассмеялся и поехал, сразу же круто свернув вправо, чтобы набрать скорость для высочайшего прыжка. Ветер бил в лицо, доска подскакивала на снегу, но все исчезло, когда в первом прыжке я, опустив руку, схватился за нос сноуборда и перевернулся в воздухе. Я крутил сальто в воздухе, как самый настоящий ребенок, которого в жизни ничего не тревожит. Доска снова затряслась, как только я выполнил трюк и поехал к следующей рампе. На этот раз мне хватило скорости, чтобы выполнить фронт – квод 1800, схватившись за нос доски и перевернувшись один раз… два… три раза… Нужно ещё раз его повторить. Я отдал все силы, чтобы перевернуться в четвертый раз, и приземлился на доске с аккуратностью золотого медалиста. Вскинул в воздух кулак, мчась к подножью склона, и остановился, осыпав все вокруг снегом.

– Чувак! Охренительно круто! – воскликнул Джесси, выключая камеру.

– Не выкладывай это, – ответил я.

– С чего бы?

– Может, выкручу в Аспене.

Он кивнул.

– Глупо не сделать.

Я кивнул в сторону подъемника.

– Пошли. Хочу ещё кое-что попробовать.

Мы запрыгнули на подъемник и вскоре оказались на вершине трассы для слоупстайла. Раз мне ничего не стоило выполнить фронт – квод 1800, то нужно попробовать трюк, который я смог бы добавить в заезд и который всех впечатлит. Я сделал вдох – лёгкие наполнились утренним воздухом – и поехал.

Я вновь помчался по склону, слыша только грохот доски на снегу. Затем целенаправленно повернул налево, уходя от нескольких трамплинов, чтобы заскочить на перекладину на максимальной скорости. С помощью рук и бедер я вскочил на железную перекладину и проскользил по ней спиной вперед. На конце перекладины я перекрутился, и в полной тишине, окутавшей меня, перевернулся в воздухе вне оси один… два… три раза. Я перекрутился ещё на четверть, отчего приземлился лицом вперёд, но жёстко и неровно. Нужно быстро выпрямиться. Я вскинул по бокам руки и выровнял бедра, чтобы сохранить равновесие. Удерживаясь на ногах, свернул направо, чтобы притормозить у подножья горы. В это мгновение тишину заглушил крик Джесси.

– Да это бэксайд – дабл – корк 1170! – воскликнул он, когда я остановился. – Бро, ну, ты отжег!

Он остановился рядом со мной.

– Приземлился не так уж хорошо. Давай ещё раз попробуем.

– Чувак, притормози. Ещё целый день впереди.

– Погнали, – настаивал я, направляясь к подъемнику.

Мной вдруг завладела нужда отточить каждый трюк. Все в моей жизни пошло коту под хвост. Я же мог контролировать только это. И будь я проклят, если кто-нибудь вдруг решит, что сможет меня остановить.

Заезд за заездом я мчался с горы, выполняя новые трюки и выжигая тело до предела. Мне нужно подготовиться. Мне нужна золотая медаль. Мне нужно что-то исправить в жизни.

Около четырех часов солнце стало садиться. Я стоял у подножия горы и не сводил взгляда с трассы.

– Бро, у меня камера даже ничего не видит. Если поедем ещё раз, то, когда спустимся, уже стемнеет.

– Едем, – ответил я. У меня чертова цель – цель доказать себе и всему миру, что я не все испоганил в своей жизни. Только важное.

Мы поднялись на вершину горы, и, как предупреждал Джесси, уже почти стемнело.

– Сейчас или никогда, – предупредил он.

Я поехал, Джесси следовал за мной по склону, снимая мой заезд. Я выкрутил бэксайд – файв, свич – бэксайд – найн и бэксайд – трипл – фотин – фоти, схватившись за мыс доски. Я сгруппировался, готовясь к приземлению, но нос доски зацепился за что-то в снегу, и мое тело на полной скорости перевернулось через сноуборд бесчисленное количество раз. Последнее воспоминание – я приземлился на голову. А потом все потемнело.

ГЛАВА 37

Шей

Профессор Реймонд позвал меня на помощь в лабораторию, где он и другие профессора трудились над каким-то проектом. Наконец-то, я в лаборатории. Я не была вовлечена в исследования, по большей части только выносила мусор и выполняла указания. Мой телефон беспрестанно вибрировал в кармане, но поскольку я впервые попала в лабораторию, мне не хотелось показаться незаинтересованной или неответственной, поэтому я не притрагивалась к нему.

В лаборатории я плавала как рыба в воде, полной научной терминологии, которую использовали профессора. Мое сердце сжималось. Я видела себя за их работой. Видела, как среди крутых лабораторных приборов делала судьбоносные открытия.

– Шей, можете идти, – объявил профессор Реймонд, моя руки. – Мы почти закончили.

– Уверены? – спросил я, радуясь возможности по уши потеряться в мире науки, потому что другая часть моей жизни превратилась в полную разруху.

– Да. Вы оказали огромную помощь, – заверил он меня.

– Спасибо за такую возможность. – Я собрала вещи, натянула куртку и накинула рюкзак. – Доброй ночи, – попрощалась я с профессорами, выходя из помещения. Оказавшись в коридоре, проверила телефон. Четыре пропущенных от Жизель.

Поднеся телефон к уху, я перезвонила ей на выходе из здания. Я уже давно помогала профессорам, так что темнота покрывалом накрыла кампус.

Жизель отвела на первом же гудке.

– Шей?

– Привет. Как ты? Все в порядке?

Она спешно проговорила:

– Кейсон. С ним случился несчастный случай.

– Что?

– Он катался на сноуборде и неудачно упал.

Часть моей души захотела рвануть к нему. Но другая часть – обиженная – хотела попросить ее позвонить Коре.

– Он в порядке?

– Мы не знаем, – ответила Жизель. – Он был без сознания пару минут. Сейчас проверяют, нет ли отека головного мозга. И он запястье сломал.

– Жаль это слышать, – ответила я, не зная, что чувствовала. Это Кейсон. Парень, который многократно делал мне больно. Парень, который переключился на другую, как только я сказала ему, что мне нужно личное пространство.

– Я решила, ты должна знать, что он в больнице, – произнесла она.

– Спасибо, что сказала.

Как только Жизель скинула, я села на ближайшую скамейку, внутри меня бушевала буря эмоций. Конечно, мне не хотелось, чтобы травма оказалась серьезной, но наши отношения были американскими горками. Отношения между двумя людьми никогда не должны быть такими трудными. А теперь меня вынуждали разбираться в своих чувствах.

Телефон зазвенел в руке, на экране светилось имя Кендалл.

– Привет, – поздоровалась я, ответив на звонок.

– Ты слышала?

– О происшествии с Кейсоном?

– Да. Весь интернет пестрит.

– Мне звонила его сестра.

– С ним все будет хорошо?

– Не знаю.

На том конце телефона повисло долгое молчание, пока она не заговорила:

– Шей?

– Кендалл?

– Я понимаю, что вы не разговариваете, но это естественно беспокоиться. Никто не решит, что ты слабая.

Сидя на скамейке после разговора, я ещё долго думала о ее словах. Я беспокоилась? Я ненавидела себя за то, что беспокоилась?

***

Тем же вечером я лежала на кровати и читала конспекты по математике, но совершенно не могла сосредоточиться. Я проверила соцсети, но никаких новостей пока так и не появилось. Я могла бы позвонить Жизель, но тогда подтвердила бы то, что волновалась. Подтвердила бы то, что беспокоилась о нем. А я не готова признавать это.

Но нужно принять одно – Кору ударила я. Никто не заставлял меня, особенно Кейсон. Я пошла на это самостоятельно. Может она и спровоцировала меня, но кулак прилетел от меня. Кейсон не заслуживает того, чтобы вся вина лежала на нем. И, по-моему, понимание этого давно съедало меня изнутри.

В дверь постучали. Кендалл ушла вместе с сестрами на мероприятие, проводившееся между несколькими сестринствами, так что мне пришлось встать и открыть дверь. Передо мной стоял Таейр с покрасневшими глазами и взъерошенными волосами.

– Можно войти?

Кивнув, я отступила, чтобы он смог пройти. Вдруг мне показалось, что он принес плохие новости. Я закрыла дверь и махнула рукой на свой стул у стола.

Подойдя к нему, Таейр оперся на спинку руками, а я села на кровать.

– Кейсон в порядке? – спросила я, понимая, что пришел он, скорее всего, по этой причине.

Тайер кивнул.

– Сотрясение и сломанное запястье. Завтра ему делают операцию на руке. Вставят несколько штырей.

Я поморщилась.

– Звучит ужасно.

Он кивнул, но больше ничего не сказал.

– Ты ходил к нему?

Он отрицательно покачал головой.

– После того, что произошло с тобой, у нас с ним натянутые отношения.

Я кивнула, вспомнив, что Жизель упоминала об этом.

– Меня достало сидеть и смотреть, как он своими действиями ранит людей. Не с этим Кейсоном я подружился в детстве.

Я знала, что он прав. Кейсон причинял боль людям, но он также пытался измениться. По крайней мере, недолго казалось, что он и, правда, изменился.

– Но я невероятно виню себя, что не был рядом, когда все это произошло. Будто если бы я был с ним, то каким-то образом предотвратил падение. Он мечтает о золотой медали, и так близко к ней подобрался. Я всего лишь надеюсь, что это не лишит его возможности получить ее. Он заслуживает эту медаль.

– Ты не можешь так думать, – ответила я. – Он взрослый мужчина, который сам принимает решения. Хорошие и плохие.

– Я никогда не думал, что его будет волновать кто-то так сильно, кроме него самого, но вдруг ты появилась в его жизни. Шей, он, правда, волнуется о тебе.

– Как ты можешь такое говорить? Он вернулся к Коре.

Он склонил голову набок.

– Да брось, Шей. Ты же не настолько слепа.

Я нахмурилась.

– Что?

– Кейсон пытался сделать так, чтобы она перестала обижать тебя.

Мои глаза распахнулись.

– Что?

– Ты, правда, этого не поняла?

Я отрицательно покачала головой, ошарашенная такой новостью.

– Он же явно не мог сказать, почему снова начал общаться с ней, но ему нужно было подобраться к Коре, чтобы удостовериться, что она не выдвинет против тебя обвинения.

– Но она не выдвинула.

– Да. Ему с трудом удавалось влиять на нее, но, возможно, теперь Кора станет более восприимчивой к его просьбам, раз она считает, что он при смерти.

Твою. Мать. Какая же я дура. Почему я не осознала, что он все же не вернулся к Коре? Я страдала и была уверена, что наши отношения оказались обманом, и не увидела правду. Он действительно все еще волновался обо мне?

– Кейсон, наконец-то, стал ставить других людей на первое место, как я и просил его. И хоть ему стоило рассказать тебе обо всем, чтобы не выглядеть мудаком, которым ты его определенно считаешь, но Кейсон пытался все исправить.

У меня пропал дар речи, я одновременно была удивлена и сбита с толку.

– Я поеду в больницу – объявил Тайер. – Хочешь поехать со мной?

– А Кора? Она там будет?

Он пожал плечами.

– Если будет, то я отвлеку ее, и ты сможешь побыть с ним наедине.

Я обдумала его предложение. Могу ли я взять и забыть то, то подтолкнуло меня провести между нами черту?

Что-то внутри сжало мое сердце. Кейсон проводил время с ужасным человеком только для того, чтобы убедить ее не разрушать мою жизнь. Он убеждался, что я буду в порядке. Что мое имя останется незапятнанным. Что мое будущее останется нетронутым.

– Да, – ответила я.

Тайер кивнул и повернулся к двери.

– Тайер?

Он оглянулся на меня.

– Спасибо.

Он улыбнулся.

– Не за что.

ГЛАВА 38

Шей

На дрожащих ногах я шла с Тайером по тускло освещенному коридору больницы. Несмотря на поздний час, свет ярко не горел, но мои розовые ботинки все равно выделялись на фоне белоснежного пола. Хоть я и не надевала их последнее время, но понимала, что только в них смогу встретиться с Кейсоном.

Когда мы приблизились к его палате, меня переполнили эмоции. Страх столкнуться с Корой. Страх перед разговором с Кейсоном. Страх перед тем, что я могу сделать, когда увижу его, потому что я осознала, на что он пошел ради меня.

– Я зайду первым, узнаю, нет ли ее там, – проговорил Тайер, когда мы подошли к палате.

– Хорошо.

Он кивнул и пошел к крайней палате по правой стороне. Заглянув внутрь, Тайер посмотрел на меня и склонил голову.

Я глубоко вздохнула и пошла к палате, с каждым шагом словно заходя в невидимые зыбучие песни. Наконец-то дойдя до нее, я замерла в дверях. В помещении на единственной койке спал Кейсон. Правая часть лба замотана, на нем больничная рубашка, на фоне которой резко выделялся забитый рукав. Казалось, что вот-вот начнется вечеринка из-за того, что вся комната была в шариках и цветах. Однако подключенные к телу Кейсона мониторы монотонно пищали, напоминая, что попал он сюда из-за несчастного случая, а не из-за празднования.

Рядом с ним на стуле сидела миссис МакКлауд. Ее лицо озарилось, когда она заметила меня. Она вскочила на ноги и понеслась ко мне.

– Здравствуй, дорогая, – прошептала мама Кейсона, заключая меня в объятия.

Меня окутало знакомое чувство принадлежности к семье МакКлаудов, и я ничего не могла с этим поделать.

– Как он?

Она отстранилась и выпустила меня из своих рук.

– Все будет хорошо. Из-за сломанного запястья он на сильных обезболивающих, так что то просыпается, то снова засыпает.

– Кора здесь? – спросил Тайер за моей спиной.

– Нет. Слава богу, она ушла. – Миссис МакКлауд закатила глаза. – Почему она вообще здесь?

Мы с Тайером пожали плечами, хотя оба знали ответ на этот вопрос.

– Что же, он будет рад узнать, что вы пришли, – сказала она. – Вы останетесь? Просто я собиралась домой, но мне так не хочется оставлять его одного.

Я взглянула на Тайера, он кивнул.

– Конечно. Побудем здесь, составим ему компанию.

Миссис МакКлауд подошла к креслу и взяла сумку.

– Я вернусь утром до того, как его отвезут на операцию. – Она обняла Тайера, а потом и меня. – Доброй вам ночи.

– Доброй, – ответила я, когда она подошла к двери.

– Я провожу вас, – объявил Тайер, и они скрылись в коридоре.

Я была благодарна Тайеру за то, что он дал мне побыть наедине с Кейсоном. Я подошла к креслу, которое освободила миссис МакКлауд, и села в него. Мной завладело волнение. У нас с Кейсоном плохие отношения, кажется, вечность, но вот она я – хочу только того, чтобы с ним все было хорошо.

– Шей? – прошептал Кейсон.

Я наклонилась вперед, пытаясь встретиться с ним взглядом, но он только приоткрыл глаза.

– Привет.

– Я в раю?

Я закатила глаза, понимая, что он прекрасно осознавал, что находился не в раю.

– Как ты себя чувствуешь?

– Будто упал на голову и сломал запястье. Хорошо, что я все равно могу кататься с поврежденной рукой.

На какое-то время мы замолчали. Он вообще помнил наш утренний разговор? Стоит ли говорить ему, о чем я думала? Что чувствовала?

– Шей? – прошептал он с закрытыми глазами.

– Да?

– Можно тебя поцеловать?

Из меня вырвался непредвиденный смех.

– По-моему, мы уже говорили об этом.

– Я понимаю, что ты мной недовольна. Спасибо, что пришла проведать.

– Ну, Тайер рассказал, что ты сделал для меня, – ответила я.

– Для такого умного человека ты очень глупая.

– Что?

– Неужели трудно поверить, что я буду бороться за тебя?

Я не ответила, потому что он был прав. Я не верила, что он будет бороться за меня, особенно после моих обвинений в его сторону и просьбы держаться подальше.

– Надеюсь, теперь ты веришь, – ответил он.

Я едва заметно кивнула, хоть он и не видел меня с закрытыми глазами.

– Спасибо.

– Не благодари меня пока. Я все еще обрабатываю ее.

– Надеюсь, больше ты с ней ничего не делаешь, – бросила я.

Его голова повернулась в мою сторону, а глаза приоткрылись.

– Кто-то ревнует?

– Может быть.

– Я запомнил.

Кейсон вновь закрыл глаза, отчего я смогла рассмотреть его. Парня, который, как я теперь понимала, будет бороться за меня.

Тайер постучался в дверь и зашел.

– Он проснулся?

Я кивнула.

Тайер встал рядом со мной и взглянул на Кейсона, лежавшего с закрытыми глазами.

– Хватит смотреть на меня, как на труп, – бросил Кейсон.

Мы с Тайером рассмеялись.

– Рад видеть, что ты такой же очаровашка, – заявил Тайер.

– Это неизменно, – ответил Кейсон.

Тайер засунул руки в карманы, неловко покачиваясь на ногах.

– Спасибо, что привез мою девушку.

Я сглотнула внезапно подступивший к горлу ком. Его девушку? Он до сих пор считал меня ею? Неужели только я считала, что мы расстались еще до того, как по-настоящему начали встречаться?

Тайер взглянул на меня.

– Я знал, что она захочет встретиться с тобой.

– Это спорно, но я все равно рад, что она здесь, – признался Кейсон. – И тебе тоже, бро.

– Отдыхай, – сказал Тайер, похлопывая Кейсона по ноге через покрывало. – Завтра важный день.

– Ага, чем быстрее вылечу запястье, тем быстрее рвану в горы.

Тайер взглянул на меня, во взгляде читалась тревога.

– Именно.

– Тебе что-нибудь нужно? – спросила я Кейсона.

– Только ты в этом кресле, – ответил он.

Я взглянула на Тайера, не зная, что мне делать.

– Я смогу забрать тебя утром, – предложил Тайер.

Я кивнула с облегчением: теперь я смогу провести больше времени с Кейсоном.

Тайер одарил меня небольшой улыбкой и снова посмотрел на Кейсона.

– Завтра приеду пожелать тебе удачи, бро.

– Да кому нужна удача? – спросил Кейсон.

Тайер прыснул со смеху и вышел из палаты.

Теперь я осталась с Кейсоном наедине, палата казалась совершенно крохотной для нас двоих.

Мой взгляд переместился с его растрепанных волос на лицо. Как мы дошли до такого? Множество событий – хороших и плохих – привели нас к этому моменту. Хоть бы я знала, что это за момент.

– Шей? – прошептал он.

– Я здесь.

– Ложись ко мне.

Я точно не помещусь на больничную койку рядом с его телом.

– Я подвинусь, – добавил он, прочитав мои мысли.

– Я могу повредить тебе руку.

– С ней все в порядке, – заверил он меня.

О, черт. Я расшнуровала ботинки и скинула их с ног. Затем подошла к краю койки и медленно села на нее, стараясь не повредить провода и трубки, присоединенные к Кейсону. Лежа на спине, он слегка отодвинулся в сторону; места мне добавилось не больше чем на дюйм. Я повернулась на бок и улеглась рядом с ним.

– Я скучал по этому, – проговорил он, смотря в потолок. – Все отстойно без тебя.

До этого мгновения я не осознавала, как сильно хотела услышать от него эти слова. Я вдыхала его свежий арктический аромат и осознавала, как скучала по тому, чтобы быть рядом с ним.

– И я не мог рассказать тебе о делах с Корой, но чертовски надеялся, что ты сама сможешь понять. Но ты не поняла. Ты, правда, думала, что я захочу быть с ней после того, как она поступила с тобой?

– Я сказала тебе держаться от меня подальше.

– Да, и я держался, пытаясь помочь тебе.

– Я не догадывалась.

Его голова прильнула к моей, мы находились в дюймах друг от друга.

– Я твой, Шей.

Внутри меня что-то упало, и запорхали бабочки.

– Я понимаю, что ты во многом винишь меня – и не просто так. Но я хочу доказать, что хорошо к тебе отношусь, потому что ты чертовски хорошо относилась ко мне.

Подняв руку, я накрыла ладонью его щеку, пальцы пробежались по твердой челюсти.

– Дерьмово, если бы я умер и не сказал тебе это.

Я захихикала от его преувеличения.

– Ты бы не умер.

– Никогда не знаешь. Моя голова могла бы взорваться.

– Мы оба знаем, что этому не бывать.

Уголки его губ дрогнули.

– По-твоему, мы сможем вернуть наши отношения? – спросил он.

– Я пытаюсь, – ответила я.

– Вижу.

– Как? У тебя глаза закрыты, – бросила я.

– Душнила. Хотелось бы проснуться, а у тебя остались бы только хорошие воспоминания.

– Как пикники в библиотеке?

Он через силу улыбнулся.

– И заново восстанавливать вечера?

– Именно.

Наклонившись вперед, я прижалась губами к его щеке.

– Засыпай, Кейсон. Я буду рядом, когда ты проснешься.

– Обещаешь?

– Обещаю.