Текст книги "5000 ночей одержимости"
Автор книги: Дрети Анис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)
Папа что-то пробормотал, отказываясь вступать в перепалку.
После приезда Джея мой день пошел на поправку. Он помог мне навести порядок, а
затем пригласил поиграть в корнхол. Когда Милан запротестовал, Джей легко
разубедил моего трудного брата. Прошлые отношения измучили меня, и после того, как
меня столько раз отвергали, я бы согласилась на такого милого мужчину, как он, который заступался за меня. Джею было тридцать восемь, и он встречался только с
теми женщинами, с которыми видел будущее. Я не знала, видел ли он его с
двадцатиоднолетней девушкой, но у меня было предчувствие, что он может
заинтересоваться. Время, проведенное с Джеем, за смехом и непринужденными
беседами, было очень заманчивым. Настолько, что это заставило меня задуматься о
списке, который я составила после смерти Dadi8, моей бабушки.
Хотя я была белой вороной в семье, Dadi всегда видела во мне лучшее. Мне
казалось, что я успешно скрываю свое распутство, но ее лукавые глаза видели всю эту
чушь насквозь, и она очень хотела, чтобы я ушла от придурков, с которыми
встречалась. Она была из другого поколения и в двадцать один год вышла замуж по
расчету. Со временем она полюбила моего деда. Они построили доверие, уважение, жизнь. Она хотела того же для меня. Стабильности. Любви. Мужчину, достойного меня.
К сожалению, я была адреналиновой наркоманкой и совершала бесстыдные поступки, которыми Dadi не стала бы гордиться.
Недавняя кончина дорогой старушки Dadi, а также кража моего бывшего парня
изменили все. Больше всего я сожалела о том, что Dadi так и не увидела, как я
переросла эту ужасную фазу. Моя решимость измениться окрепла, когда я узнала, что
она оставила мне все свои сбережения. В последнем письме ко мне бабуля просила
использовать эти деньги, чтобы пожить на полную катушку и закрыть этот жизненный
этап, прежде чем остепениться с кем-нибудь достойным.
Другими словами, Dadi посоветовала мне сначала устроить одиночный девичник, а
затем нахрен повзрослеть. Бог свидетель, я именно так бы и поступила.
Проведя день с Джеем, я подумала, не пора ли устроить себе вышеупомянутую
вечеринку, а потом пригласить Джея на свидание. После его приезда Милан смягчился.
7Beta ( в пер. с хинди) – сын
8Dadi ( в пер. с хинди) – бабушка по отцу
Удивленный вниманием, оказанным мне сдержанным магнатом, он последовал
примеру Джея и стал относиться ко мне как к человеку.
Мои родители тоже притихли, озадаченные интересом, который проявила ко мне их
версия королевской семьи. В течение всего дня я с оптимизмом смотрела в светлое
будущее и улучшала ухудшающиеся отношения со своей семьей.
С тех пор надежда угасла. Джея вызвали обратно в город из-за срочных дел на
работе, и моя семья снова возненавидела меня.
Милан и его будущая жена Далия родились в Америке, но имели южноазиатское
происхождение. Они объединили наши корни с индийской церемонией. Тема была
«Восток встречается с Западом», восточная одежда для церемонии, и западная – для
приема. Однако я облажалась с порядком нарядов. Организаторы свадьбы
рассаживали гостей для церемонии. Подружкам невесты было велено приехать на
десять минут раньше, чтобы нас выстроили в ряд, и мы не столкнулись с гостями и не
испортили грандиозное открытие перед церемонией. У меня не было достаточно
времени, чтобы исправить ошибку.
– Ты только посмотри на нее, мама, – выплюнул Милан, пронзив меня таким
убийственным взглядом, что я чуть не вылезла из кожи. – Она не будет сочетаться с
остальными подружками невесты. Это полностью испортит фотографии.
Весь восторг от прошедшего дня испарился под прищуренными глазами Милана.
Мамин хмурый взгляд был не менее пугающим. Папа снял очки и протер стекла. Это
был нервный тик. Будучи медиком, папа гораздо больше интересовался вскрытием
людей и перестановкой частей их тела, чем семейными делами. Он хотел разрядить
обстановку и избежать обострения, приложив как можно меньше усилий.
– Инструкции были настолько просты, что с ними справилась бы даже обезьяна. -
Милан постучал себя по ладони четырьмя вертикальными пальцами, чтобы
перечислить порядок действий. – Подружки невесты надевают на церемонию небесно-голубые лехенги, туфли Jimmy Choo цвета розового золота, золотые украшения, убирают волосы в пучок и красят губы красной помадой. Затем они переодеваются в
нежно-голубые платья А-силуэта для приема, надевают серебристые туфли от
Louboutin с узким носком, серебряные украшения, распускают волосы и красят губы
нюдовой помадой. Что тут сложного, чтобы запомнить?
У меня разболелась голова, пока Милан просто пересказывал инструкции. Он был
слишком увлечен модой и крайне материалистичен. Я старалась не отставать. Хотя я
не забыла надеть на церемонию восточную одежду – красивую небесно-голубую
лехенгу, я напортачила с аксессуарами и прической.
Я надела серебристые туфли на каблуках от Louboutin с узким носком и серебряные
украшения, предназначенные для приема. Для причесок и макияжа был нанят стилист.
К тому времени, когда я вернулась после дня, проведенного с Джеем, все уже
разошлись. Я думала, что мы должны распустить волосы для церемонии, и попросила
уложить мои шоколадные волосы до плеч большими пляжными волнами – еще одна
грубая ошибка.
У Милана чуть не случился приступ аневризмы, когда он заметил меня по дороге в
номер для новобрачных Далии, чтобы встретиться с остальными подружками невесты.
Мои родители были неподалеку, вместе с несколькими шаферами. Милан не
позаботился о том, чтобы обеспечить конфиденциальность этого разговора, и
набросился на меня на глазах у всех. Никто из его друзей не вмешался, опасаясь гнева
разъяренного Милана. Они отвели глаза и притворились, что этой неловкой семейной
перепалки не существует.
Публичное унижение было частью моего наказания. Это неуместное негодование
проистекало из того, что мой бывший, Шон, сделал с семьей. Гнев был оправдан, как и
отсутствие поддержки со стороны родителей, чтобы погасить ярость Милана.
– Ты могла бы быть чуть повнимательнее, прежде чем выбегать из дома, Пия, -
огрызнулась мама.
Я закатила глаза. Милан был абсолютным женихом. Количество деталей, которые
входили в свадебные наряды, было изматывающим.
Тем не менее, это был его знаменательный день.
– Мне жаль, – дипломатично произнесла я. – Я облажалась. Мы можем перенести
церемонию на двадцать минут? Я могу сбегать в номер, переодеться и сразу же
вернуться.
Мы остановились в доме на другом конце территории. Попасть туда можно было
только по узкой плетеной дорожке, и до него было пятнадцать минут быстрой ходьбы, десять, если бы я бежала. Я могла бы схватить то, что упустила, распустить волосы и
побежать обратно. До церемонии оставалось еще пять минут, и, конечно, все свадьбы
начинаются с опозданием.
Только не свадьба Милана.
Лишь от одного этого предложения Милан взорвался.
– Ты хочешь, чтобы я отложил свадьбу ради тебя? – прогремел он. – Если бы это
зависело от меня, тебя бы вообще здесь не было. Далия настояла на этом, и только
потому, что я не хотел напрягать ее, рассказывая, что твой парень нас обокрал.
Я покраснела и опустила глаза. Папа неловко кашлянул. Тема парней была тем, что я
замалчивала перед папой, в то время как мама и Милан были посвящены в мою
личную жизнь. Однако в данном случае приукрашивать было нельзя. Этот ублюдок, Шон, не только украл у меня, но и ограбил мою семью. Папа решил закрыть на это
глаза. Мама и Милан, по понятным причинам, так и не смирились.
– Просто иди внутрь и садись с остальными гостями, – прошипел Милан. – Тебе не
обязательно быть частью свадебного торжества, если ты не в состоянии выполнить
простые инструкции.
Мою грудь пронзила боль. Я была в восторге, когда Далия попросила меня стать
подружкой невесты. У меня не было сестер, и я никогда раньше не была подружкой
невесты. Несмотря на наши разногласия, Милан был моим единственным братом. Как
он мог не хотеть, чтобы я была частью его свадьбы или на фотографиях, которые
останутся навсегда? Это было невыносимо обидно.
– Да ладно тебе, Bhaiya9, – начала я, не в силах поверить, что мой единственный брат
не хотел видеть меня рядом с невестой, и предпочел бы, чтобы я сидела с остальными
гостями. Милан отличался требовательностью во всем, но это уже выходило за рамки.
9Bhaiya ( в пер. с хинди) – брат
– Никто не обратит внимания на мою обувь, прическу или аксессуары. Все будут
смотреть на жениха и невесту.
– Нет, если ты будешь выделяться, как бельмо на глазу. – Милан шагнул вперед и
многозначительно поднял указательный палец. – Фотографии будут выглядеть нелепо, если ты войдешь, одета совершенно не так, как остальные. Нет смысла нарушать
слаженность. Иди и найди себе место. Или, что еще лучше, ты больше не приглашена.
Не приходи на мою свадьбу вообще.
Кровь отхлынула от моего лица, глаза жгло от непролитых слез.
– Это невероятно, – сказал он маме. – Она все портит. Ты хоть понимаешь, как это
унизительно для меня?
Я задохнулась. У Далии было пятнадцать долбаных подружек невесты. Если бы
единственную сестру Милана оставили без внимания на такой большой свадебной
вечеринке, это было бы очевидным пренебрежением. И он думал, что это унизительно
для него? Не говоря уже о том, что Милан мог бы легко исправить это «унизительное»
положение, позволив мне быть частью его дня.
– Мне очень жаль...
Мама подняла руку, чтобы я замолчала.
– Ты столько раз за свою жизнь просила прощения, что это слово потеряло смысл.
Извинения ничего не значат, если ты повторяешь ошибку. Ты делаешь одно и то же из
года в год, ожидая другого результата, и хочешь, чтобы мы поверили, что ты
сожалеешь? Повзрослей, Пия. – сказала мама так резко, что я вздрогнула.
Хотя я выглядела как более молодая версия Зайны Миттал, мы с мамой были
настолько разными, насколько это вообще возможно. Она была опытным бухгалтером
и владела бухгалтерской фирмой, в то время как я начала сочинять джинглы для
пикантной рекламы на последнем курсе колледжа – выбор профессии, который мама
не одобряла. Мама была целеустремленной и беспощадной. Я была спокойной и
покладистой. Её семья, как и папина, происходила из старых денег, и ей нравилось, что
они были могущественной парой. Кроме как для того, чтобы угодить своей семье, меня
не заботил амбициозный партнер. Мама ожидала от меня большего и никогда не могла
смириться с тем, как плохо я ей подражаю.
– Даже после всего, через что ты заставила нас пройти, я очень мало просила от тебя
сегодня. Не портить настроение брату. И смотри, что ты натворила. – В отличие от
Милана, мама была иммигранткой в первом поколении, и в ее акценте слышались
индийские нотки. Но это не делало ее голос менее устрашающим, чем у моего брата.
– Ты даже не представляешь, как тебе повезло, и воспринимаешь все как должное.
Привилегии, жизнь, которую мы тебе подарили, ты растрачиваешь на бесполезных
мальчишек. Если бы ты уделила столько же внимания тому, чего хотел твой брат
сегодня, этого бы не случилось. Научись отвечать за последствия своих действий, Пия.
Либо жди с остальными гостями, либо возвращайся в дом. Я не хочу слышать от тебя
ни слова больше до конца дня.
Жестокие слова были осколками льда, разрезающими мое сердце. Я отшатнулась.
Мама была права в своей оценке. Я делала одни и те же вещи снова и снова, ожидая
другого результата. Однако сегодня речь шла не о том, что подумает обо мне мама.
Свадьба – событие, которое случается раз в жизни. Должна была быть часть Милана, которая хотела, чтобы его единственная сестра принимала в ней участие.
– Bhaiya, прости, что я не обратила внимания...
– Хватит, Пия. – мама понизила голос, когда все больше шаферов и подружек невесты
стали собираться в элегантном холле. Она повернулась к папе. – Поговори со своей
дочерью.
Она полностью отмахнулась от меня, призывая Милана сосредоточиться на своем
торжестве вместо меня.
Папа, который молчал во время этого обмена репликами и ненавидел любые
конфронтации, бросил на меня умоляющий взгляд.
– Просто постарайся понять, Beti10 . – проворковал он. – Не хватит времени на то, чтобы вернуться и переодеться.
– Но, папа, я только...
– Это свадьба Милана, Пия. – папа заговорил строже, потому что времени было в
обрез. – Это его выбор, хочет ли он тебя видеть её частью.
Я закрыла рот и кивнула. Организаторы вернулись, чтобы собрать всю компанию для
торжественной процессии. Устраивать сцену было бы только хуже. Дискуссия была
окончена: я не нужна.
Челюсть Милана дернулась, когда он одними губами произнес:
– Уходи.
Острый укол опустошения уничтожил теплые чувства, которые Джей вызывал в
течение всего дня, и я ушла, не оглянувшись.
После провала церемонии я помчалась домой, чтобы переодеться в одежду для
приема. Вместо того, чтобы предаваться жалости к себе, я твердо решила не создавать
новых проблем. Мне потребовалось тридцать минут, чтобы привести себя в порядок. Я
изучила список Милана относительно наряда, вплоть до туфель. Матовая нюдовая
помада, смоки айз и подчеркнутые скулы завершили образ, и я осталась довольна
результатом. Только вот выйдя из дома, я споткнулась в темноте и упала лицом вниз на
мокрую землю.
Черт бы побрал мою неуклюжесть. Мне не хватало необходимого терпения для
грации, проявляемой такими, как Зайна Миттал.
На этот раз я не стала спрашивать Милана, могу ли я принять участие в фотосессии
после церемонии или пройти вместе со свадебной компанией на прием. Времени на то, чтобы принять душ, переодеться и посетить ужин, не хватало. Волнение по поводу
женитьбы моего единственного брата давно прошло после дневных отказов и
последнего разочарования. В данный момент я просто хотела не мешать.
Я написала своей лучшей подруге, Джордан, чтобы рассказать ей о случившемся и
позволить ей сообщить новость моей семье. Обе наши семьи были родом из Сэндс-
10Beti (в пер. с хинди) – дочка
Пойнта, на Лонг-Айленде, где обитали самые богатых из всех богатых. Амит Миттал, мой papa, был известным пластическим хирургом, и проводил манипуляции с частями
тела, которые богачи считали неприемлемыми. Отец Джордан был публицистом, который занимался пресс-релизами и поддерживал общественный имидж нью-йоркских знаменитостей. Его PR-компания занималась самыми разными скандалами –
от утечки очередного секс-видео знаменитостей до женатых звезд, застуканных со
спущенными штанами на лодыжках.
Когда семья Джордан переехала в соседний дом, это была «дружба с первого
взгляда» для нас с ней и наших отцов. Ее семья автоматически получала приглашения
на наши отдыхи, в основном потому, что Джордан была не такой бунтаркой, и мама
надеялась, что она окажет на меня хорошее влияние. По этой причине и Милан, и
мама обожали Джордан.
Джордан знала, что произошло на церемонии, и посоветовала держаться подальше от
моего брата, пока он не остынет. Я с тяжелым сердцем согласилась и вернулась домой
для того, чтобы переодеться в простое голубое платье.
Чтобы вернуться в это претенциозное заведение, мне потребовалась вся моя сила
воли. Огромные цветочные композиции и скатерти цвета слоновой кости с нежно-голубыми салфетками красиво украшали бальный зал. Голубые дельфиниумы и
анемоны проглядывали сквозь большие букеты белых гортензий. Белые и синие
прожекторы служили точечными светильниками для каждой колонны в зале, придавая
им волшебное сияние.
Джордан наступала мне на пятки и следовала за мной до бара, не позволяя мне
отвлечься, пока бушевали мои эмоции. В ожидании бармена, я рассматривала
присутствующих гостей. Кузены были у фотобудки. Родители общались с тетушками, они же местные сплетницы. А Милан... черт… Милан шел прямо ко мне. Я знала, что
он все еще был в ярости из-за того, что я испортила и дневной, и вечерний наряды. К
счастью, у меня был буфер.
– Джордан! Пия! – Далия вывела меня из ступора, крепко обняв. – Вам весело, народ?
– Конечно. – ответили мы в унисон, пока я обнимала в ответ свою новую невестку.
Я быстро отстранилась, заметив напряженную позу брата рядом с Далией. На его
лице было написано хмурое выражение, хотя я надеялась, что открытый бар смягчит
его.
– Напитки? – спросила я. – Шампанское для молодоженов, пожалуйста, – обратилась
к бармену, не дожидаясь их ответа.
– Ты так прекрасно выглядишь, Пия.
– Это я должна тебе говорить.
Я лучезарно улыбнулась Далии. Это новое пополнение в нашей семье было
единственным, кто относился ко мне подобным образом. Далия была глотком свежего
воздуха. В свадебном платье цвета слоновой кости от нее было не оторвать глаз.
Визажист сотворил чудо, доведя до совершенства мелкие дефекты ее темно-золотистой кожи. Длинные темные волосы были собраны наполовину наверх с
помощью заколок, украшенных драгоценными камнями.
– Как насчет вас, ребята? Веселитесь?
Милан издал ворчливый звук.
– Учитывая все, что произошло сегодня, мы делаем все возможное.
Я подавила желание закатить глаза. Милан вел себя так, словно все происходящее
касалось только его. Джордан неловко кашлянула, ненавидя разногласия больше, чем
papa. Далия также знала о драме, которая разыгралась ранее. Вместо того, чтобы и
дальше зацикливаться на моем унижении, она пропустила его мимо ушей.
– Перестань быть брюзгой. – Она игриво шлепнула Милана по животу. – Он проводит
лучшее время в своей жизни.
Я улыбнулась, благодарная за отсрочку.
Несмотря на свой заносчивый характер, Милан также одарил Далию редкой улыбкой.
Мой брат был придурком, но я не могла отрицать, что он влюблен в свою новую жену. Я
смотрела между ними и понимала, что являюсь свидетелем настоящей любви. Я так
сильно хотела этого для себя. Если мой брат, самый большой представитель элиты на
свете, смог поймать такой лучик солнца, как Далия, и для меня должна быть надежда, верно?
Я передала бокалы с шампанским покрасневшим молодоженам и еще один –
Джордан.
– Рад видеть, что ты можешь пропустить стаканчик, не испортив еще один наряд.
Я застыла, услышав сомнительный комплимент брата.
– Ребята, вы готовы порвать танцпол?
Джордан быстро вмешалась, чтобы разрядить обстановку, заметив сердитый взгляд
Милана.
– Ты знаешь ответ. – подхватила Далия, следуя примеру Джордан.
Джордан просияла, преодолев неловкость.
– Музыка сегодня действительно потрясающая.
Внутренне я согласилась с ее оценкой, хотя в целом была музыкальным снобом.
Песни для приема и фуршета были подобраны надлежащим образом: старые и новые
хиты, с примесью хаус-музыки. Кто-то подобрал этот список с особой тщательностью.
– Какую компанию вы наняли? – спросила Джордан.
– Мы не нанимали. – Далия пожала плечами. – Диджей был включен в звуковое
обслуживание заведения. У них есть свой, так что это было приятным бонусом.
Хотя мы болтали в компании, в основном Джордан и Далия вели разговор на
нейтральные темы. Милан кипел от злости, а я не поднимала головы, чтобы сдержать
его гнев. Мы все оставались на ночь в доме, и там же должна была состояться
вечеринка. Я знала, что настроение Милана только ухудшится, когда он увидит меня на
вечеринке. Ад ждал своего часа.
Вместо того, чтобы поддержать разговор, я держалась в стороне, пока полностью не
уединилась в углу. К обсуждению присоединились другие люди, естественно, стекаясь
к жениху и невесте. В толпе, окружавшей их, Джордан не заметила, как я улизнула. Она
попыталась бы нянчиться со мной, если бы увидела необходимость, а я не хотела
портить ей вечер. Она также дружила с Миланом и заслуживала участия в торжестве. В
конце концов, она была в правильном наряде и не сделала ничего, что могло бы его
разозлить.
Открылась танцплощадка, и я издалека наблюдала, как все танцуют под музыку. И
снова была приятно удивлена выбором диджея. Заиграла незнакомая песня, быстро
ставшая моей любимой за весь вечер. В ней был легкий намек на узнавание, и я
напрягла слух. И чуть не выплюнула шампанское, когда поняла, что это «Sweet Child O
Mine» группы Guns N’ Roses. Хаус-микс и дропы превратили хит в практически
неузнаваемую версию. Это была вокальная песня, но он преобразовал её в
танцевальную. Этот диджей был исключительно талантлив. Если возможно, более
талантлив, чем некоторые из известных мне имен, и слишком хорош для этой
церемонии.
Я раскачивалась в такт музыке, – все это были ремиксы различных песен Guns N’
Roses, – как вдруг у меня возникло острое ощущение, что за мной наблюдают. Чувство
было настолько сильным, что стало непреодолимым. Вертя головой слева направо, я
искала источник. Толпа на танцполе расступилась, как Красное море, открывая еще
одну одинокую фигуру в другом конце зала у диджейской стойки. Я сразу же узнала его.
Язычник!
Господи, оказывается, наш талантливый диджей – это отпрыск Сатаны. На смену
армейским ботинкам пришла более нарядная обувь. На нем была темно-синяя
спортивная куртка, чтобы не выделяться из хорошо одетой толпы. Он время от
времени постукивал по своему ноутбуку, хотя его глаза были преимущественно
прикованы ко мне. Я была удивлена, что никто из гостей не заметил, с какой
интенсивностью он разглядывал меня. Похоже, что толпе богатых и
привилегированных плевать на Вас, если обувь не дизайнерская, а одежда из масс
маркета. Диджейская будка еще больше отделяла его от толпы. Он был волком-одиночкой. Как и я, не могла не отметить я, несмотря на свою враждебность к
незнакомцу.
Стоило отдать ему должное. Там, где я была в смятении из-за своей изоляции, он
стоял уверенный и собранный, равнодушно оглядывая меня своими глубокими, как
тьма, глазами. Вероятно, он ждал, когда я упаду, чтобы его позабавить. Я насмешливо
хмыкнула и встретила его грубый взгляд.
Несмотря на неприязнь к моему новому заклятому врагу, что-то тянуло меня к нему...
нет. Нет, Пия, тебе категорически нельзя идти по этому пути. В прошлый раз ты
оказалась с Шоном, и это должно было быть в последний раз.
Опомнившись, я обратилась к своему поставщику, – он же бармен, за шампанским, чтобы отвлечься от пути прямиком к разбитому сердцу. Зная, что он не мог видеть меня
из-за толпы, загораживающей ему обзор, я пригнулась. И стала наблюдать за ним из
своей тайной позиции. Легкое удовлетворение согрело мою кровь, когда я обнаружила, что он оглядывается по сторонам в поисках меня.
– Прекрати.
Резкий низкий голос Джордан положил конец моему подглядыванию.
Я прочистила горло.
– Прекратить что?
– Перестань пялиться на диджея.
Она кивнула на мужчину в другом конце зала.
– Ты его знаешь? – спросила я, проигнорировав ее предупреждение.
Мимо диджейской будки с радостным смехом пронеслась детвора. Он уставился на
них так, словно хотел ударить. Я знала, что этот человек – дьявол. Так почему же я не
могла отвести взгляд от Сатаны?
– Нет, я не знаю его. Но я видела, что он смотрел на тебя, как… Черт. Почему он так на
тебя пялился?
– Как?
Джордан покачала головой.
– Не бери в голову. Ты знаешь диджея?
Я пожала плечами.
– Не совсем. Я видела его раньше, когда он готовился.
Она прищурила глаза.
– И это все?
– Конечно. Что на тебя нашло?
Я привыкла к допросам со стороны своей семьи, но не Джордан.
– О-он, – неуверенно пробормотала она. – Он смотрел на тебя так пристально, по-настоящему пристально. Черт. Я никогда не видела, чтобы мужчина так смотрел на
женщину. – Она оглянулась на диджея и после нерешительной паузы призналась: – Он
смотрел на тебя так… как все женщины хотят, чтобы на них смотрел мужчина. -
Джордан снова обратила свое внимание на меня. – Ты уверена, что не знаешь его?
Я рассмеялась, хотя по спине электрическим током пробежала дрожь.
– Уверена, – заверила я её.
Моя лучшая подруга не была глупой и, вероятно, уловила блеск в моих глазах.
– О чем бы ты ни думала, не делай этого, – предупредила она. – Ради Бога, Пия. Ты
умная, красивая. Ты заслуживаешь всего. Почему ты продолжаешь гоняться за
мужчинами, которые никогда не будут достаточно хороши для тебя? Ты хоть помнишь, что случилось с Майклом?
Я закрыла глаза. Это была самое близкое к жестокой любви, которую я получила от
Джордан, и слова была вполне заслуженными.
До Шона я год ни с кем не встречалась, и на то были веские причины. Майкл был
моим парнем до него, и он был таким же ужасным. Этот мудак взял мою тачку, чтобы
покататься и разбил ее. С тех пор я была без машины. Моя верная лучшая подруга
высказала ему всё, что думает. Обстановка накалилась, и Майкл швырнул ключи от
машины в Джордан. От сильного броска те попали Джордан прямо в рот, разорвав ей
губу. В итоге ей наложили швы.
Я тут же порвала с этим придурком и рассыпалась в извинениях перед Джордан, а, чтобы загладить свою вину, несколько месяцев стирала ее постельное белье. Из-за
подонков, которых я приводила с собой, общаться со мной было опасно. Хотя Джордан
никогда не проявляла враждебности из-за этого инцидента, я не могла винить ее за то, что она хотела встряхнуть меня.
Я открыла глаза.
– Да, помню. – побежденно пробормотала.
– Ты обещала, что после Майкла таких парней больше не будет. А потом начала
встречаться с Шоном.
Шон с татуировками, длинными волосами и жизнью на грани был диджеем с
флюидами плохого парня. Я говорила себе, что он отличается от остальных моих
бывших. Его просто неправильно понимали. Творческая личность.
Поначалу Шон был милым и часто приглашал меня к себе. Мы устраивали вечера
кино, и он готовил для меня. Я знала, что у него нет денег, поэтому оплачивала счета
вне дома. Вскоре это превратилось в обычное дело.
Между тем, Шон давал мне ровно столько, чтобы держать меня на крючке, держа свое
сердце на расстоянии. Можно сказать, что в приручении недостижимого мужчины был
какой-то захватывающий кайф. Спишите это на мои проблемы с мамой и папой.
Убедить кого-то влюбиться, когда он лишь слегка заинтересован, было очаровательной
приманкой, которой я не могла сопротивляться, а Шон был как раз из таких.
Ситуация резко ухудшилась, когда стало ясно, что Шон видит во мне только ходячий
банкомат. Возможно, меня неописуемо влекло к определенному типу, но ужасный вкус
в мужчинах не означал, что я была тряпкой. Я порвала с ними.
В отместку он обокрал мою семью и меня.
– Я думала, что Шон другой. – пробормотала я, опустив глаза.
– Он не был. – Джордан резко указала на диджея. – И этот парень тоже. Он похож на
каждого, кто разбивал твое сердце. Последнее, что тебе нужно, – это влюбиться в
такого мужчину, как он.
– Влюбиться? – возмущенно повторила я, мой взгляд метнулся вверх. – Я смотрю на
него только потому, что вон то отродье Сатаны улыбалось, когда я упала сегодня
утром.
Джордан закусила губу в безуспешной попытке подавить веселье. Она быстро взяла
себя в руки.
– Серьезно, Пия. Держись подальше от этого парня. После того, что случилось с
Майклом, ты зареклась избегать таких парней. Ты полностью нарушила свое слово, когда начала встречаться с Шоном, и посмотри, что произошло. Это была настоящая
пощечина после того, как мне наложили швы за то, что я заступилась за твою задницу.
Подавленная, я снова уставилась на свои переплетенные пальцы. Это звучало как
вмешательство, и меня осенило, как глубоко я ранила своих близких.
Джордан покачала головой.
– Детка, я люблю тебя, но не собираюсь снова собирать осколки. Я готова принять
удар за тебя в любой день, но не пощечину.
Я прекрасно понимала, что она имела в виду. Джордан оказалась в больнице из-за
того, что прикрывала мою спину. Для нее было оскорбительно, что вместо того, чтобы
сразу испугаться после того, как я поставила ее в опасное положение, я повторила
свою модель поведения, поверив в лучшее в Шоне. Что, черт возьми, со мной было не
так?
– Мне очень жаль.
– Единственное извинение, которое ты можешь мне принести, – это покончить с
парнями, которые тебя не заслуживают. – она выразила те же чувства, что и мама.
Мама надеялась, что мой вкус на мужчин – это фаза, которую я перерасту с
возрастом. После окончания колледжа я тоже думала, что это осталось в прошлом, пока не встретила Шона на вечеринке у подруги.
Это было летом после моего выпуска. Я вернулась к родителям и должна была найти
«респектабельную» работу к началу осени. Вместо этого я провела лето, сочиняя
музыку для развратной рекламы и гуляя с Шоном.
Мои родители не были счастливы, особенно после того, как из их дома пропали
ценные вещи. После того, как я порвала с ним, Шон украл мой кошелек с паспортом, пятьсот долларов и разные вещи из родительского дома. Для того, чтобы разгадать
«детективную тайну», никакого расследования не требовалось. Зная, что родители не
одобряют Шона, я приглашала его в гости только тогда, когда их не было дома, и
доверила этому ублюдку код от нашей сигнализации.
Что еще хуже, Милан приехал на выходные, и Шон украл его лимитированные Rolex.
Когда мой брат сделал предложение Далии, он купил ей самое большое обручальное
кольцо, которое смог найти. Вдумчивая Далия сделала Милану ответный подарок в
виде «помолвочных часов», они же упомянутые Rolex. Самое милое усилие было
омрачено моим неудачным выбором мужчин. Хотя я предложила Милану купить новые
Rolex, я знала, что это не имеет значения, потому что часы были сентиментальным
подарком и поэтому незаменимы. Отсюда и нынешняя ненависть Милана ко мне.
Заявление в полицию и ордер на обыск в доме Шона также не дали результатов.
Деньги и вещи так и не были возвращены, а мои отношения с семьей окончательно
испортились. Неодобрительные взгляды родных не исчезали – признаться, они были
вполне заслуженными, – и я решила, что пришло время съезжать. Мне платили за
джинглы достаточно, чтобы снять квартиру, но я хотела подождать до свадьбы Милана.
Я зря беспокоилась. Никто меня не простил и не простит в ближайшее время.
Татуированный диджей переполнил бы чашу терпения. Он был худшим кошмаром всех
родителей.
Джордан кивнула на мужчину в другом конце зала.
– Твои родители никогда больше не заговорят с тобой, если узнают, что ты запала на
другого диджея. В кои-то веки я с ними согласна. Если ты приведешь еще хоть одного
из подобных парней, я тоже уйду, Пия. – Она вскинула руки вверх. – Я сдаюсь.
Должно быть, мой послужной список хуже, чем ожидалось, если даже моя открыто
поддерживающая лучшая подруга ставит ультиматум.
Мой позвоночник выпрямился.
– Ад должен замерзнуть, прежде чем я начну встречаться еще с одним мужчиной, подобным ему. После этих выходных я завязываю. Обещаю. В понедельник утром ты
познакомишься с новой Пией.
– Хорошо. – Джордан вздохнула с облегчением. – А теперь, пожалуйста, мы можем
покончить с этим дурацким разговором и пойти танцевать? Прием почти закончился.
Я помахала пустым бокалом в воздухе и сказала, что мне нужно еще выпить.
Джордан пожала плечами и вернулась на танцпол. Перегнувшись за барную стойку, пока официант был занят, я схватила бутылку шампанского. В моих планах не было
