Текст книги "Расчетливый обман (ЛП)"

Автор книги: Дори Лавелль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 19

Лэйси

Первая трещина в их браке появилась после потери сына. Они назвали его Уорреном, чтобы у Лэйси было за что держаться.

Хотя она начала оправляться от потери – настолько это было возможно – необходимость работать давила на нее сильнее, чем когда-либо. Теренс по-прежнему возражал против того, чтобы девушка устроилась на работу, так же решительно, как и в первый день, когда она заговорила об этом.

Но мысль о том, чтобы начать все сначала, добиться чего-то в жизни, иметь цель, была тем, что помогало ей вставать с постели каждое утро. Она могла игнорировать многие свои желания, замести их под ковер, чтобы Теренс не увидел, но потребность в цели в ее жизни была слишком сильна, чтобы подавить ее. У Лэйси не было другого выбора, кроме как снова поднять эту тему. Она могла поставить их брак под угрозу, но это был риск, на который она должна была пойти.

Их брак пережил смерть ребенка. Лэйси надеялась, что Теренс был достаточно силен, чтобы пережить еще несколько изменений. Она не была готова родить еще одного ребенка, пока нет, но очень хотела снова работать. Почти так же сильно, как хотела вернуть своего сына к жизни. У нее не было другого выбора, кроме как добиться своего. Эта потребность была сильнее ее. Или, может быть, ей так казалось только потому, что ей в этом отказывали.

Когда Теренс вошел на кухню после долгого рабочего дня по ремонту протечки в ванной комнате какого-то богатого клиента, Лэйси была готова. Внутри у нее все дрожало.

Как обычно, при виде ее мужчина расплылся в улыбке и привлек ее к себе, чтобы поцеловать. То первоначальное влечение, интенсивная сексуальная энергия, которую они разделяли, никуда не исчезла, даже несмотря на боль. Это было единственное, что, возможно, удерживало их от разлуки.

Лэйси устроила для них романтический ужин и накрыла кухонный стол. Она была далеко не лучшим поваром, но Теренсу нравилась ее еда, и восторг на его лице каждый раз, когда он пробовал ее, никогда не переставал заставлять девушку сиять. Сегодня вечером она приготовила натертые специями свиные отбивные с овощами, рецепт которых нашла в интернете, и открыла бутылку вина. Прошло много времени с тех пор, как она устраивала для них что-то подобное. Но сегодня у нее был скрытый мотив.

– Ты самая лучшая жена, – он уткнулся носом в ее ухо. – Это замечательный сюрприз. Спасибо.

Они ели в полутьме, общаясь о том, о сем, но в основном прикасаясь или обмениваясь взглядами. Лэйси наблюдала за ним, видела удовольствие, с которым он наслаждался едой, как напряжение дня исчезало с его лица.

После ужина они устроились на диване и обнявшись смотрели телевизор. Теренс рассказал ей о своем дне. Он сказал, что работа в поместье Холт заняла больше времени, чем ожидалось, и все будет готово еще через два дня. Затем он спросил, чем занималась она. Ей особо нечего было ответить. Лэйси делала то, что почти и каждый день – практически ничего.

Она прогулялась, посмотрела телевизор, встретилась с Лиллианой за чашечкой кофе и убралась дома сверху донизу, за исключением подвала, который все еще был закрыт. Теренс никогда не спускался туда, и также просил ее не делать этого. Но каждый раз, когда он говорил ей не делать чего-то сейчас, Лэйси чувствовала, как будто невидимая веревка, обернутая вокруг ее шеи, затягивалась еще сильнее. Она любила своего мужа больше всего на свете, но казалось, что право голоса в их браке имел только он. Когда она сможет уже называть его как-нибудь иначе кроме как контролирующим?

– Дорогой, нам нужно поговорить. Ты знаешь о чем, – Лэйси отстранилась от него, чтобы посмотреть в глаза.

Она наблюдала, как прежнее тепло исчезло из его глаз, и он скрестил руки на груди, приняв решение еще до того, как Лэйси произнесла хоть слово.

Встав, девушка подошла к окну. Каким-то образом расстояние заставляло ее чувствовать себя смелее, сильнее.

– Я хочу работать. Мне нужно это.

– Пожалуйста, не начинай, – Теренс встал и подошел к ней, притягивая ее ближе. – Я устал. Я вернулся домой, чтобы насладиться своей великолепной женой, а не слушать об этой ерунде с работой. Моя жена не будет пачкать руки.

Лэйси медленно обернулась.

– Что, если это то, чего я хочу? Это сделало бы меня такой счастливой. Я чувствую себя так, будто в течение двух лет меня окружало густое черное облако. Ощущаю себя беспомощной. Мне это нужно, чтобы я снова почувствовала себя живой, почувствовала себя важной.

– Ты важна… для меня. Ты потрясающая жена и чертовски сексуальна. Ты можешь быть здесь и просто быть красивой для меня. Чего еще ты хочешь? Я думал, ты сказал, что я – это все, что тебе нужно. Ты сказала это в день нашей свадьбы.

Она вздохнула.

– И это так, милый. Ты заполнил важную часть меня. Но во мне есть еще одна часть, которую можно заполнить, только работая и преследуя свои мечты. Людям свойственно мечтать. Я знаю, у тебя тоже они есть. Я была бы так счастлива заработать немного дополнительных денег для нас, чтобы помочь тебе. Не понимаю, почему ты так сильно против этого. Чего ты боишься? – ее лицо помрачнело. – Ты же знаешь, что нам нужны деньги. Разве ты не хочешь позволить себе больше, чем у нас есть? Тебе не надоело работать на двух работах? Если бы мы не нуждались в деньгах, это была бы совсем другая история. Но пока что, они нам нужны.

Теренс опустил руки, которыми обнимал ее и по комнате пробежал холодок. Не сказав ни слова, он вышел. Лэйси все еще стояла у окна, когда услышала, как наверху включилась вода. Он принимал душ.

Спустя долгое время она поднялась по лестнице и вошла в их спальню. Мужчина уже был в постели, а лампа на его прикроватной тумбочке была выключена. Вместо того чтобы обнимать ее, пока она не заснет, Теренс повернулся к ней спиной. Лэйси села на кровать со слезами, струящимися по ее щекам, когда их брак дал трещину во второй раз.

Глава 20

Теренс

Теренс сел в постели. Пот стекал по его лицу, влажные простыни касались кожи. Открыв глаза, он увидел, что Лэйси с беспокойством наблюдала за ним.

Не тратя времени на то, чтобы отдышаться, он откинул простыни и встал с кровати. В ванной он съежился, плеснув холодной водой на разгоряченное лицо. Мужчина поднял глаза и посмотрел в зеркало над раковиной. Он ненавидел человека, который смотрел на него в ответ.

Буря бушевала в его глазах, когда он повернул голову, чтобы посмотреть в окно. По другую сторону стекла лил дождь. Его гнев усилился, когда Теренс услышал, как за дверью Лэйси переминается с ноги на ногу, вероятно, нервничая перед тем, как войти. Но он запер дверь, запер свою жену снаружи. Мужчина не хотел видеть ее, боль в глазах, когда он отказался дать ей то единственное, чего она хотела.

Теренс ухватился за края раковины и, закрыв глаза, наклонил голову вперед. Наконец он вытер лицо полотенцем и отпер дверь.

– Милая, ты в порядке?

Слезы текли по ее щекам и капали с подбородка на кремовую атласную пижаму. Несмотря на свой гнев, Теренс протянул руку и провел пальцем по ее щеке, вытирая влагу. Но он не мог остаться. Ему нужно было время для себя, время, чтобы взять себя в руки. Мужчина всегда хотел побыть один после того, как ему снилась его мать.

– Я собираюсь немного покататься.

Теренс поцеловал ее в лоб и отвернулся. Он спускался, перепрыгивая через две ступеньки за раз, а когда добрался до входной двери, обернулся и обнаружил, что Лэйси смотрела за ним с верхней ступеньки лестницы. В течение двух лет они нуждались лишь друг в друге, а теперь она ускользала из его хватки, из его жизни. Это до чертиков его пугало.

Теренс открыл дверь. Дождь хлынул в дом и на него. Мысль о том, чтобы сбегать наверх за плащом или зонтиком, пришла ему в голову, но он не хотел снова видеть боль в ее глазах.

Мужчина вышел и, закрыв за собой дверь, сбежал по ступенькам крыльца, наступая в лужи, пока спешил по узкой дорожке к главным воротам. К тому времени, как он добрался до внедорожника, его одежда и волосы были мокрыми и прилипли к коже.

Тренс дрожал, когда уткнулся лбом в руль, повсюду капала вода. Наконец, взяв себя в руки, он завел машину и уехал. Мужчина понятия не имел, куда едет, и ему было наплевать. Он просто хотел убежать от боли, от воспоминаний о своей матери. Но эти воспоминания продолжали преследовать его, пока он, словно маньяк, катался по городу. Воспоминания о его детстве, до того, как она ушла. Мать никогда не относилась к нему тепло, но была рядом. Кормила их с братом, одевала и купала. Она была там, и точка. Пока однажды не ушла.

Улицы были мокрыми от воды, а небо темным и угрожающим в ранние утренние часы. Целый час он ездил слушая, как колотится его сердце и как дождь барабанит по машине.

Вернувшись домой, Теренс не сразу зашел внутрь. Вместо этого он припарковался на другой стороне улицы и стал наблюдать за домом, в котором вырос. Свет в спальне все еще горел, а это означало, что Лэйси не вернулась в постель. Ему было интересно, что она делала. Все еще плакала? Ждала ли она его возвращения? Вероятно, так оно и было. Но Теренс еще не был готов.

Тяжело дыша, он сунул руку в карман своих спортивных штанов и вытащил тонкое серебряное ожерелье с кулоном в виде знака бесконечности. Он принадлежал его матери. Теренс украл его из ее вещей, когда она собирала чемоданы, пока он умолял ее остаться. Это украшение было одним из ее любимых, и теперь это было единственное, что у него осталось от нее, кроме воспоминаний.

Мужчина крепко обхватил пальцами ожерелье и прижал кулак ко лбу, чувствуя, как кровь отхлынула от этого места.

За три месяца до того, как мать Теренса ушла от них, она тоже хотела найти работу. Много лет была домохозяйкой и матерью, и ей снова захотелось петь. Именно так она познакомилась с его отцом, работая в местном ресторане. Он влюбился в ее голос.

Отец Теренса был в ярости, услышав, что женщина снова хотела быть певицей – он наказал ее как физически, так и эмоционально за то, что она хотела жизни вне их дома. Мужчина хотел контроля – над ней, над ними, над их финансами. Но мать отказалась сдаваться. В конце концов, его отец разрешил ей выходить и петь раз в неделю. Это было началом конца. Через четыре месяца после того, как ей дали эту свободу, она собрала чемоданы и сбежала со своим новым менеджером.

Горло Теренса сжалось. Что, если Лэйси в конечном итоге сделает то же самое? Что, если она обнаружит, что несколько часов в день, которые она будет проводить вне их дома, окажутся лучше, и она уйдет от него? Последним человеком, на которого он хотел бы стать похожим – его отец, но в этот момент он понял этого человека.

Лейси хотела жизни независимой от их брака, от их дома. Она хотела сделать что-то для себя. Хотел какой-то свободы. Зарабатывать свои собственные деньги означало бы меньше нуждаться в его поддержке или вообще не нуждаться в ней.

Мысль о том, что Лэйси оставит его, вызывала у него желание вырвать свое сердце из груди и поджечь его. Теренс не мог потерять ее. Она была все, что у него было, его миром. Он должен был заставить ее понять это.

Наконец мужчина вышел из машины и направился обратно к дому. Дождь сменился в мелкую морось.

Лэйси была в их постели, не спала, сверлила взглядом дверь.

Теренс переоделся в сухую одежду и вытер волосы полотенцем. Затем он забрался в кровать и привлек ее к себе.

– Я не хочу потерять тебя, – прошептал он ей в волосы.

– Этого никогда не случится.

Она прижалась к нему всем телом.

На этот раз ее обещание не имело большого значения. Но это было все, что Лэйси давала ему прямо сейчас, и он примет это. Он разделся сам, снял одежду и с нее. А затем занялся с ней любовью, изливая в нее весь свой гнев и страх.

Как только он закончит ремонт у старушки Холт, он уволится со своих двух работ и найдет ту, где платят достаточно хорошо, чтобы Лэйси не чувствовала необходимости искать работу. Возможно, таким образом он сможет отсрочить неизбежное.

Глава 21

Мужчина проснулся раньше Лэйси, проспав всего два часа. Он быстро принял душ, побрился и оделся для работы.

Когда Лэйси спустилась вниз полчаса спустя, в шесть тридцать утра, он приготовил ей завтрак – яичницу-болтунью, тосты и свежевыжатый апельсиновый сок.

Его сердце сжалось, когда девушка сонно улыбнулась ему, ее глаза все еще были поникшие, а волосы взъерошены. Она никогда не выглядела более красивой.

Обняв жену, мужчина подержал ее еще немного, чувствуя, как сердцебиение девушки отдавалось в его груди.

Он отстранился и полез в карман.

– Повернись.

Лэйси сделала, как ей сказали, слишком сонная, чтобы возражать или задавать вопросы. Она никогда не была жаворонком.

Теренс достал тонкую серебряную цепочку и надел ей на шею. Лэйси коснулась маленького кулона со знаком бесконечности кончиками пальцев.

– Откуда ты это взял? – она обернулась и посмотрела на него широко раскрытыми глазами. – Мы не можем позволить себе чего-то подобного.

– Раньше она принадлежала моей матери, – ответил Теренс. – А теперь твоя. На тебе смотрится гораздо лучше.

– Ты уверен, что не хочешь спрятать ее в надежном месте?

– Полностью. Я хочу, чтобы она была у тебя, – мужчина поцеловал ее в лоб. – Я приготовил тебе завтрак, но не могу остаться, чтобы поужинать с тобой. Я должен отправиться прямо в поместье Холтов. Ущерб от утечки воды гораздо серьезнее, чем я ожидал. Надеюсь, завтра закончу.

Лэйси наклонилась над столом и, взяв стакан с апельсиновым соком, поднесла его к губам.

– Ладно. Увидимся позже.

Теренс поцеловал ее, ощущая вкус сока на ее языке.

Пять минут спустя он уже был за дверью. Прежде чем завести машину, он посмотрел на дом и увидел ее в кухонном окне, выглядывающую наружу с непроницаемым выражением лица.

Теренс достал свой телефон и позвонил Мариону, но тот не взял трубку. Вероятно, он все еще был во Флориде, работал над расследованием.

Теренс оставил сообщение.

Теренс: Мне нужна твоя помощь кое в чем. Есть одно направление, в котором я хочу двигаться, и мне нужен твой опыт. Позвони мне, когда вернешься

Глава 22

К шести часам вечера большая часть работы была сделана. Оставалось лишь залатать стену. Теренсу придется заняться этим утром. Но, по крайней мере, утечка была устранена.

Он собрал свои инструменты и спустился вниз, чтобы найти Делорис. Она сидела за обеденным столом и ела еду, которую ей подала женщина в черно-белой униформе.

Теренс почти не пересекался со старушкой. Когда он приехал утром, та сказала, что ее не будет дома большую часть дня.

Оставшись в доме наедине с экономкой, которая провела день на диване перед телевизором, Теренс воспользовался этим временем, чтобы осмотреться. Он нашел много вещей, которые могли бы стать дойными коровами, если бы мужчина захотел ограбить Делорис. Его путешествие привело его в офис, который выглядел так, будто принадлежал ее мужу. Теренс обнаружил запертый ящик, в который ему просто необходимо было залезть. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти маленький ключ, спрятанный за портретом Делорис.

В ящике лежали только две вещи: пара ключей и сложенный листок бумаги. Ключи напоминали ключи от дома, а на клочке бумаги было нацарапано несколько цифр и букв. Мог ли это быть код от системы сигнализации?

Также Теренс нашел папку, в которой содержались результаты тестов. У Делорис Холт был неизлечимый рак. Мысль, что, когда она умрет, все достанется ее племяннику, вызвала у него отвращение.

Не думая, что делает, он вышел из дома, сказав экономке, что ему нужно пойти купить еще материалов. Позвонил Чаду Сильверу, бывшему заключенному, который дал ему адрес сомнительного слесаря. Последний быстро продублировал ключ, не задавая никаких вопросов, как только Теренс упомянул имя Чада.

Когда Теренс вернулся в поместье, он обнаружил экономку спящей на диване, благодаря чему проверил сигнализацию. Делорис казалась милой женщиной. Он никогда бы не ограбил ее, но ему нужен был ключ от ее дома на случай, если представится какая-нибудь неизвестная возможность.

– Я ненавижу есть в одиночестве, – сказала теперь Делорис, увидев Теренса, маячащего в дверях. – Почему бы тебе не присоединиться ко мне, Теренс? Катарина, пожалуйста, принеси этому джентльмену немного еды.

Теренс подумал, не отказать ли, но не стал. Он отодвинул стул.

– Я бы с удовольствием. Спасибо.

Делорис, как обычно, была разговорчива, даже поделилась с ним информацией о своем раке, сказав, что ей осталось жить где-то от шести месяцев до года. Рассказала, что весь день провела в больнице, где ее кололи иглами, и что ее племянник так и не появился, чтобы побыть рядом с ней. Что через три дня переедет в дом престарелых – раньше, чем планировалось. Дом будет немедленно выставлен на продажу.

Теренс сказал те правильные утешительные слова и проявил искреннее сочувствие. Ему действительно было жаль ее. Через полчаса она поблагодарила его за компанию и хорошую работу, которую он проделал в ее ванной. Прежде чем они попрощались, женщина долго смотрела на Теренса. Затем, наклонилась вперед, чтобы что-то ему сказать.

– Я же говорила тебе, что хорошо запоминаю имена. Я знаю, кто ты, Теренс Пирон, – она отпила из своей чашки, и мягко улыбнулась. – Не беспокойся о своей работе здесь. Ты можешь закончить то, что начал.

Больше Теренс никогда не видел Делорис Холт или ее чашку. Когда следующим утром он вернулся в поместье, чтобы завершить начатое, его встретил Трой, который сказал, что Делорис заболела и съехала из дома. Теренс закончил свою работу.

Неделю спустя он обнаружил объявление о продаже этого дома в местной газете. Он был выставлен на продажу со всей мебелью.

У Теренса все еще был запасной ключ.

Глава 23

Когда в субботу Теренс опоздал на работу, Джордж уже ждал его. Его густые седые волосы блестели на солнце, а глаза метали огонь.

– Ты вчера рано ушел. Если бы у меня была хоть капля здравого смысла, я бы уволил твою отсидевшую задницу прямо сейчас. Ты работаешь здесь всего два дня в неделю и все равно уходишь рано, а приходишь поздно.

– Так почему бы тебе этого не сделать? Почему бы тебе не уволить меня?

Теренс знал почему. Он был хорош, делая свою работу, лучше, чем большинство других автомехаников – людей, которые специально этому обучались. Он также был дешевой рабочей силой. Джордж использовал факт о заключении Теренса только для того, чтобы ставить того на место. Но не в этот раз. Теренс подошел ближе, пока не почувствовал затхлое утреннее дыхание Джорджа.

– К счастью для тебя, у меня есть немного здравого смысла. Я облегчу тебе задачу. Засунь свою работу себе в одно место. Я ухожу.

Джордж отшатнулся, словно обожженный этими словами, на его лице отразились замешательство и удивление. Он явно не ожидал, что Теренс уйдет по собственной воле.

– Черта с два, ты уйдешь отсюда, – Джордж взял себя в руки и усмехнулся. – Ты лжец. Ни за что ты не уйдешь. Знаешь, как трудно бывшему заключенному найти работу. Ты слишком умен.

– Ты прав, – Теренс отступил назад. – Я умный. Достаточно умен, чтобы уйти. Я устал надрывать свою задницу ради тебя и не получать ничего взамен, кроме оскорблений. Если я чему-то и научился в тюрьме, так это тому, как выжить. А работу я найду.

– У тебя со мной контракт. Я засужу твою задницу. На твоем месте я бы дважды подумал.

– Нет, на твоем месте я бы подумал дважды, – Теренс выдержал взгляд Джорджа. – Если только ты не хочешь, чтобы жена узнала о твоем трахе на стороне. У меня есть идея, от кого беременна секретарша.

Уверенность, что была на морщинистом лице Джорджа, исчезает.

Теренс торжествующе улыбнулся.

– Да, я все об этом знаю. Я видел, как вы двое трахались, словно кролики, в твоем офисе. В следующий раз закрывай жалюзи полностью. Ты же не хочешь, чтобы твоя жена проходя мимо увидела вас, не так ли? В конце концов, она владеет этим бизнесом. Да, это я тоже знаю, – Теренс сделал паузу. – Рассчитайся со мной, и я не буду тебе мешать. Слова не скажу.

Джордж, спотыкаясь, вернулся в свой кабинет, и Теренс услышал, как он открывает металлические ящики. У него была еще одна идея, и она идеально соответствовала тому, что он планировал до сих пор. Он знал какая работа ля него лучше, которая могла бы принести ему много денег, если все сделать правильно.

Джордж вышел из своего кабинета и протянул ему чек. В дополнение к его обычной зарплате полагалась небольшая премия. Вот она, сила шантажа.

– Не забудь закрыть жалюзи.

Теренс повернулся, чтобы уйти.

После он нанес визит в «Dudley Plumbing & Repairs». Дадли был так же удивлен, как и Джордж, когда Теренс уволился, а вторая последняя зарплата прожигала дыру в его кармане рядом с первой.